Завладеть сердцем дракона

© Вероника Винтер, 2025

ISBN 978-5-0067-9640-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

На меня летела лютня. Красиво и стремительно, через всю таверну. И я бы непременно увернулась, если бы… Если бы ни одна маленькая, но весомая деталь.

Это была моя лютня….

И увернуться от нее значило лишиться своего рабочего инструмента. А она непременно разлетелась бы в щепки брошенная с такой силой могучей рукой наемника. Поэтому я стояла и доли секунды лелеяла надежду поймать и спасти. Ее и свою репутацию. Хотя вполне допускала, что на такой скорости инструмент запросто может меня зашибить, или как минимум покалечить.

Какая ирония: менестрель пострадавший от своей же лютни в день концерта….

Ну вот и мой трагичный финал. Либо дорогой сердцу инструмент, либо собственное здоровье. Выбирать особо не из чего. Но я все же могла попробовать ее поймать. Вероятнее всего, она меня сейчас и прибьет. Я уже слышала в ушах песню вечности. Эх… а все так славно начиналось….

Раннее утро, когда обитатели замка Алерон еще крепко спали в своих несомненно мягких и вероятно тёплых кроватях с балдахинами, мы, неугомонные ценители, любители и творители прекрасного уже прибыли в этот маленький городок на самом краю нашего королевства. Повсюду лежал снег, его белые шапки сахарной патокой украшали крыши двухэтажных деревянных домишек. Даже перекрестные балки были кое-где им покрыты. Его сияние, казалось, заставляет искриться голубое безоблачное небо. Морозный наст приятно поскрипывал под подошвой моих меховых сапог, пар вырывался при дыхании а ласковое солнце сияло, касаясь своими лучами всего вокруг, добавляя нам хорошего настроения.

День обещал быть прекрасным.

И как же я ошибалась.

Открытая повозка запряженная рыжим лохматым коньком подъехала к самой железнодорожной станции городка Алерон, где и располагался вышеупомянутый замок. Возница, добродушного вида гном, в круглых очках с толстыми стеклами и седой бородой до пояса – кивнул нам. Кев подал мне руку, и мы проворно забрались в телегу, отягощенные только узлами с одеждой и своими инструментами.

Усевшись, я кинула завистливый взгляд на Кева: высокий рыжеволосый коротко стриженный эльф с правильными чертами лица носил с собой одну лишь флейту. Играл он на ней виртуозно, собирая вокруг себя многочисленных поклонников и особенно поклонниц, где бы ему не довелось выступать. Присев на солому и положив под спину узелок с вещами, я воззрилась на свою довольно увесистую лютню, уложив ее между моими согнутыми ногами. Так она хотя бы меньше будет подвергаться тряске.

Это была старинный струнный инструмент, доставшийся мне от отца. Я немного развязала защитный чехол из плотной ткани, проверяя все ли с ней нормально. Светлое дерево с причудливой резьбой не выглядело пострадавшим от долгого использования. Корпус и гриф служили еще моему предшественнику, а вот струны мне пришлось поменять уже несколько раз. Но ее звук, низкий и протяжный, неуловимо отличался от тысяч других инструментов этого вида. Может потому что ее создал мой отец, некогда знаменитый эльфийский менестрель.

– Рион, – окликнул меня Кев. – Сколько песен будем сегодня играть?

– Думаю, семь не меньше.

Я видела, что мой напарник немного нервничает. Еще бы. Он все еще не привык к нашей двойной игре. Менестрели – да конечно! Лютня и флейта – отличное сочетание для любого богатого торжества, но в первую очередь глаза и уши владыки Кореандра, правой руки короля и начальника тайной службы Витании – вот мы кто.

И Кев, а вернее Кевиан Анлаттэ Прювель Ден Рау, прекрасно понимал, что, пока он будет выдувать свою искрометное соло в середине выступления, мне предстоит незаметно покинуть зал, добраться до кабинета хозяина Алерона, найти письмо от его тайного корреспондента, спрятать его под тунику и вернуться обратно, и все это за примерно пять минут. И мой напарник знал, что я должна справиться. На карту поставлено слишком многое.

Уже не первый год наше небольшое королевство на берегу моря атаковала страшная болезнь. Эльфы, высокие и стройные создания солнца и луны, которые казалось бы должны были бы жить сотни лет, получив поражение кожных покровов на руках, умирали в страшных мучениях. Этот недуг называли «проклятьем красных перчаток», так как от проявления симптомов и до летального исхода, наступавшего через несколько недель, кожу рук покрывала сетка вен, внешне похожих на алые кружевные перчатки. Никакая магия не излечивала болезнь. Никакие травы и растения не могли с ней справиться. Жертвы получали сначала адскую боль в руках и через какое-то время сходили от нее с ума, самостоятельно накладывая на себя руки, всеми силами желая прервать эту агонию.

Говорили, что страшный недуг наслали на наши земли обитатели соседней империи, чью обширные территории окружали маленькое королевство со всех сторон. Злые и заносчивые обитатели этой местности были далеки от доброты и сопереживания. Место где правили сила и жестокость называлось Ахтинор, там жили драконы. На протяжении долгих тысячелетий именно они нападали на наше небольшое эльфийское королевство Витания. Мои сородичи искусные не только в стрельбе из луков но и военной технике успешно отбивали атаки неприятелей. Однако их империя скорее напоминала военный полигон.

Мы немного знали об Ахтиноре: драконы жили очень скрытно, предпочитая держать всю информацию о себе под покровом тайны. Дипломатических отношений между нашими двумя странами практически не было, торговли тоже.

Король эльфов, Ясный Лорениус, добрый и мудрый правитель, отзывался о них учтиво но с опаской, тем не менее вкладывая немалые средства и силы в военную подготовку эльфийского войска Витании и разветвленную, весьма разветвленную, сеть шпионажа. Где-то на конце этой обширной паутины было наше с Кевом место.

Дорога в замок от станции заняла несколько минут. Про себя я отметила, что с десяток улочек этого небольшого городишки весьма узкие, но аккуратные, а жители выглядели добродушно и совсем не подозрительно. Также здесь имелись две площади, на одной из которых раскинулся зимний рынок с огромной елью в центре. До меня долетали звуки веселой болтовни и радостного смеха. Надо бы заглянуть в этот уголок праздничной кутерьмы. Гуляния в нашей стране длились всю зиму: сначала гремел большой фестиваль дня солнцестояния, потом праздник Смены Года, он сменялся почитанием елок, потом шел день большого чувства, когда все разбивались по парочкам и прогуливались и завершал череду праздничных зимних фестивалей день доблестного эльфийского воителя, негласное напоминание о давней войне с Ахтинором несколько сотен лет назад.

Пока я осматривала город цепким взглядом, повозка подъехала к воротам замка Алерон.

На встречу нам вышел немолодой дворецкий, с длинными седыми волосами, необычайно прямая спина и хмурый серьезный взгляд выдавал в нем бывшего служителя эльфийского войска. Колючие маленькие глазки обшарили каждый сантиметр нашей взъерошенной компании.

Кев помог мне и мы выбрались из повозки, поклонились, назвав свои имена и цель визита. Нас провели в тронный зал, пообещав, что хозяин замка Алерон выйдет к нам, как только закончится его семейный завтрак.

Мои эльфийские уши уловили как Кев сглотнул, будучи ничуть не против присоединиться к трапезе, но заезжим менестрелям на такую щедрость нечего было даже рассчитывать. Ничего. Перекусим потом, в городе.

Мы шли за дворецким, который нам почему-то не представился. Я старалась запомнить все коридоры и переходы, мысленно сопоставляя их с выученным заранее планом. Замок был огромный. И тронный зал должен был находиться в его центре судя по плану. Ровно под кабинетом хозяина этой мощной громады, куда мне и надлежало сбегать во время соло на флейте напарника.

Стены, лестницы, балюстрады – все было сделано из черного блестящего камня, который казалось поглощал весь свет, поэтому даже свечи в канделябрах с трудом справлялись с царившим в коридорах мраком.

Вон убежал коридор, ведущий в библиотеку, там поворот для выхода во двор, здесь если повернуть и дойти до лестницы, то она выведет на крышу.

Мы миновали две анфилады и три лестничных проема, когда большие деревянные резные двери величественно распахнулись под руками нашего провожатого, приглашая нас в большой зал приемов.

Я восторженно крутила головой, рассматривая огромное помещение из того же черного камня. Оно выглядело как столичный театр, в котором мне несколько раз довелось побывать. Партер представлял собой начищенный до блеска танцпол из черных и белых больших клеток. В центре стояла огромная до потолка пушистая ель, украшенная гирляндами из корицы и сушеных цитрусовых. Сильный душистый еловый аромат слегка заглушал запахи корицы и апельсинов. На разной высоте по дереву были развешаны белые светящиеся изнутри фонарики разных размеров и причудливых форм. С потолка шел иллюзорный снег, который долетая до пола просто исчезал. В трех местах к стенам были прикованы цепями каменные чаши, большой шар в каждой освещал зал будто зимнее холодное солнце.

Гирлянды из Шаров, звезд и еловых веток то там то тут украшали зал.

Я невольно улыбнулась. Никогда еще я не видела таких декораций предваряющих серию Зимних праздников. Строго но торжественно, без дворцовой вычурности и позолоты. Кев взирал на елку ничуть не менее зачарованно, хотя он тоже был завсегдатаем зимних праздников во дворце.

Поклонившись, дворецкий разрешил нам осмотреть место вечернего концерта и ушел, оставив восторженно озираться рядом с елкой. Мы дождались, пока за ним закроется дверь и повернулись друг к другу.

– Рион! Ты только посмотри! – восхищенно улыбнулся рыжеволосый эльф. – Ты когда-нибудь видела такую сцену? Даже во дворце такой нет! Чтоб меня генерал драконов сожрал с потрохами!

– А? – я как будто проснулась, будучи настолько под впечатлением от зимнего убранства, что не сразу поняла, что напарник обращался ко мне. Мы крутили головами, силясь рассмотреть богатое убранство, организованное с безукоризненным вкусом. И удивиться тут было чему: три огромных балкона в несколько рядов каскадом спускалтись как будто со второго этажа.

Из зала вели две пары дверей. При желании расстояние можно преодолеть довольно быстро. Это не должно было помешать моей миссии.

А потом я перевела взгляд на сцену.

Треть залы занимал большой помост. Он был рассчитан скорее на оркестр – такой он был огромный. Сцена и правда выглядела впечатляюще. Но возвышалась она над танцполом не так уж и сильно: примерно на уровне пояса деревянные опоры были обиты железом по краям. От зала ее отгораживал тяжелый бархатный пурпурный занавес, сейчас приоткрытый. Пожалуй, это и правда самая большая сцена в моей жизни.

Мы с Кевом забрались на нее как и стали обследовать стратегически важное для сегодняшнего вечера пространство. Дорогие артефакты преображения и трансляции звука попались нам на глаза сразу.

– Ты только посмотри, – восхитился мой напарник, тыча пальцем в нечто похожее на стеклянный шар на подставке. – это же Иллюзинатор! Он нам такие красивые картинки вокруг сделает во время выступления!

Да Иллюзинатор был безумно дорогим. Он был способен показывать что-то вроде картинок сотканных из света, если его как следует настроить. Расчитывать на него я бы не стала. Сомневаюсь, что нам разрешат им воспользоваться. Однако, Иллюзинатора не было даже в королевском дворце, на сколько я слышала. И что этот неимоверно дорогостоящий предмет делает в замке не самого первого придворного? Откуда у хозяина замка столь впечатлющие доходы?

– Кев, я тут заметила таверну на площади с зимним рынком, давай туда отправимся после разговора?

– Даааа, – простонал голодный эльф. Внешне он был высоким и тощим. Но этот весьма изящный парень никогда не отказывался поесть и чем больше – тем лучше. – Я со вчерашнего вечера ничего не ел!

Но вы же с друзьями пили у станции как не в себя! – возмутилась я.

– Так то медовая настойка! – возразил алкоголе устойчивый напарник. – это же не еда!

– Ясно, – выдохнула я. Всю ночь мы тряслись в сидячем вагоне поезда. А я все гадала, чего это он так сладко спит.

Хозяин замка вышел к нам спустя полчаса. Круглое добродушное лицо излучало искреннюю радость. Он был человеком, упитанным и пышущим здоровьем. Объявив нам что концерт начнется с вечерних сумерек и в нем два отделения, он убедил нас, что мы, столичный гвоздь программы, что танцовщица и певунья перед нами довольно скоро освободят сцену, и от нашего выступления он ждёт энергии и веселья, наполняющего зал.

Прием организован для всех состоятельных семей соседних городков, поэтому уйти гости должны довольными.

– Никаких душещипательных и слезоточивых баллад, – добродушным тоном заметил он. – только веселые и легкие куплеты. Можно с двойным смыслом: в зале будут только взрослые.

С этими словами он мне неприятно подмигнул и посмотрел на Кева. Я пропустила этот красноречивый жест, напарник нервно кашлянул, потянув горловину свитера, будто тот его душил.

– Тогда располагайтесь, – важно повелел хозяин замка, уже поворачиваюсь к нам спиной. – Если возникнут вопросы, найдите меня в библиотеке, или лучше обратитесь к прислуге.

В обед нас смогут покормить в столовой для слуг вместе с другими артистами программы. Но до обеда нужно было еще дотянуть, а желудки у нас предательски урчали.

Мы кивнули и пообещав вернуться к трапезе, отправились в город на поиски завтрака. Не рискнув оставить свои инструменты в замке, мы взяли их с собой. Кевиан закинул флейту в небольшую сумку через плечо, а тканевый утепленный футляр с моей лютней переместился мне за спину.

Снег серебрился на солнце, и смотреть на него было красиво, но тяжело, особенно после затемненого помещения. Одна из узеньких улочек городка вела на упомянутую ранее площадь, на которой раскинулись маленькие деревянные палатки. В одной стояли блестящие отполированными медными боками котлы с дымящимися варевом: от овощных и мясных супов до пряного вина и прочих алкогольных настоях на травах. Другая палатка могла похвастаться пряниками, в третьей можно было выбрать плащ, четвёртая сверкала от обилия драгоценностей. Сухие картофельные кружочки, жареные кусочки курицы на палочках. В центре три больших котла, где снова наделяли всех желающих разными пряно-травяными напитками. Витрина с талисманами пользовалась особой популярностью: на веревочке на уровне глаз любопытного покупателя были развешаны связки шнурков с кристаллами разного цвета а вокруг толпились многочисленные эльфы, люди, гномы и прочие создания.

Кев быстрой рысцой устремился к прилавку с большой скоровородкой с картошкой, копченостями и сыром. Отстояв небольшую очередь, он вышел ко мне с хлебной буханкой, внутри которой красовалось это дивное кушанье. Деревянная вилка была воткнута в самый центр. В глазах напарника светилось счастье, сравнимое разве что с обретением звания лучшего флейтиста Витании. Он почти плакал. Как мало человеку надо.

Я ограничилась отваром и пряником. Все равно до обеда еще несколько часов, и мы вполне можем провести их в таверне, найдя там спокойный тихий уголок. Да и мне нужно было подумать над текстом следующей песни.

Мы еще походили по зимнему рынку, внимательно присматриваясь к горожанам.

Эльфы, люди, феи, редкие маги – ничего подозрительного. Не пойму, с чего мэтр Кореандр решил, что хозяин замка Алерон предатель и снабжает информацией драконов? И в городе его сильно поддерживают, и мол тут крепнет недовольство королем и его правлением. Обычный тихий провинциальный городок во главе с добряком – хозяином замка.

На углу квадратной площади с рынком находилась таверна. «У старого лиса» – гласила черная облупившаяся краска на дощечке из светлого дерева. Внутри было довольно пусто в эти утренние часы, и мы без проблем заняли один из многочисленных пустых столиков у противоположного от двери окна.

Робкие лучи солнца проникали сквозь запыленное окно в светлый просторный зал с бледно-зелеными стенами. Помещение от этого казалось как будто немного в тумане. Черная барная стойка возвышалась над этим королевством покоя и рыжий рослый гном выглядывал из-за нее. Он сидел на высоченном стуле, подперев голову рукой и вчитываясь в какой-то испещренный цифрами листок. По залу медленно будто в каком-то плавном танце грациозно двигалась одна изящная эльфийка в черном платье с белым передником, ненавязчиво и размеренно обслуживая немногочисленных посетителей: пара гномов в углу с пивом, три эльфа в зеленых глухих капюшонах из под которых на грудь величаво ниспадали светлые локоны и один угрюмый наемник в черном, до Зубов вооруженный всяческого вида ножами. Да непонятный тип у окна. Вот и вся публика.

– Чего изволят господа музыканты? – подмигнула нам подавальщица, тряхнув хвостом пепельно-серых волос.

– Два травяных отвара с мятой, и две булочки с лимоном. – я глянула на Кева, и поняла, что он наверняка снова расстался с очередной подружкой. В декольте эльфийки мой вихрастый рыжий напарник смотрел весьма красноречиво. Незаметно пнув его под столом, я добавила – и кувшин воды пожалуйста.

– Сию минуту, – кивнула девушка, безразлично пройдя взглядом по моему напарнику.

Я достала лютню. Пока никого нет, можно было и мелодию набросать. Тем более, что с утра в голове уже крутился мотив.

– Рион, ты что? Прямо здесь? – запротестовал Кевиан, будто я делала что-то неприличное.

– И что? Все равно никого почти нет, – отмахнулась, тихонько дернув струны. Лютня отозвалась протяжным тихим треньканьем – Еще и настраивать нужно. На морозе весь строй поехал.

Зубами сняла вязаные митенки и обхватила холодный корпус многострадального инструмента.

– Я за флейтой не полезу! – недовольно буркнул парень.

– Да и незачем, – согласилась уже подбирая нужные аккорды. А если Кев еще помолчит и подумает о чем-то серьезном, я вполне смогу сконцентрироваться и выдать что-нибудь в будущем рабочее. С подавальщицей что ли бы сходил познакомился.

Но получилось все еще лучше. Природа воззвала к потребностям моего напарника, и он оставил меня на несколько минут. Передо мной тут же возникла моя многострадальная тетрадь и маленький огрызок карандаша. Ага. Восемь тактов. Пусть будет так и так. Как же я любила это ощущение, оставшись наедине с собой будто погружаться в омут своих мыслей и находить там единственно верную ноту или строфу…

Я сидела, отрешившись от остального мира, полностью захваченная творческим процессом. Где-то на краю моего сознания звук колокольчика известил о том, что в таверну забрел еще кто-то, потом еще. Столики вокруг начали заполняться довольно быстро. Но я, увлеченная созданием текста, этого совсем не замечала. Ну посетители и ладно. В кои-то веки могу посидеть спокойно, забыв про свою основную деятельность под прикрытием.

– Нам что еще ничего не принесли? – негодующий возглас Кева вырвал меня из блаженного сочинительства. И правда эльфийка-разносчица словно испарилась.

– Подожди, я спрошу в баре, – кивнула, аккуратно ставя лютню на свой стул рядом с напарником. Ого, а народу-то прибавилось. Пронеслось у меня в голове, пока я пробирались к длинной высокой столешнице из черного дерева.

Мое профессиональное ухо уловило недовольный гомон. Хриплые ворчливые голоса что-то бурно обсуждали.

Подойдя к стойке, я увидела наш поднос, и хозяин заведения мне уже кивнул, мол бери. Но тут дверь за моей спиной открылась и зашла банда, не побоюсь этого слова эльфийских стрелков. Впереди шел высокий темноволосый брюнет с ежиком иссиня-черных волос и в кожаном доспехе и неброским темно-зеленым платком на шее. Его внушительные бицепсы и трицепсы вызывали трепет у публики этого славного заведения. Все кто стояли на его пути быстро расступились, стараясь затеряться, отойти как можно дальше. Я поймала пару полных ужаса взглядов, устремленных на нового гостя. За ним следовало еще семь таких же с виду отъявленных головорезов.

Поднос уже был у меня в руках, но я благоразумно решила пропустить их вперед, прижавшись спиной к стене. Неожиданно я поймала обеспокоенный взгляд напарника.

– Эй! Вы только посмотрите кто пожаловал в «Старого лиса»?! – донеслось злобно-издевательское из центра таверны, аккурат из компании хриплых и недовольных, услышанных мною ранее. – Это же сам Черный ветер! Кто бы мог подумать! Что, замерз и пришел погреть свою….

Конец фразы утонул в хохоте окружавших его типов откровенно бандитской наружности. Мда. А мне казалось, что это приличное заведение.

Только что вошедший эльф дернулся, и остановился, будто налетел на невидимую преграду. По лицу расплылась предвкушающая потасовку улыбка. Его глаза метались по залу, пытаясь определить источник звука. Высокие скулы казалось напряглись и заострились. Он был симпатичен, и можно было бы даже сказать, что красив. Есть женщины, которым нравится такой тип мужчин: эдаких опасных мерзавцев. С ними всегда неспокойно и почти всегда весело. Пошарив глазами по толпе и определив откуда доносился звук тот, кого назвали Черным ветром ощутимо расслабился и проронил:

– Я вижу, ты не мог меня дождаться, Моран. В следующий раз не проси прикрыть твою задницу перед охраняющим отрядом. Лучше спасайся бегством. А хотя постой… ты же… человек…. и умеешь только ползать….

– Да как ты смеешь?! – вознегодовал сосед Морана, вставая. И действительно, он же человек! Хотя нет. Кажется дальние предки из троллей подарили ему столь жуткую форму носа. Они в своем уме? Не многочисленную банду эльфов-наемников задирали… люди? В голове не укладывалось.

– Смею, Рой, смею, – вальяжно приподнял одну бровь тот, кого назвали Черным Ветром. – И передай Арону, что отныне ему придется разбираться самому. Я устал от вашей стаи шакалов.

Повисла нехорошая тишина. Я перевела взгляд на гнома-хозяина. Тот возвел глаза к небу и покачал головой. Потом окружение Морана и Роя медленно и угрюмо встало. Их было человек пятнадцать. В том-то и дело, что… человек. Похожих на бандитов с большой дороги. Давно не мытых, одетых в грязные лохмотья, но людей! На фоне холеной банды эльфов Черного Ветра они смотрелись откровенно убого. Хотя гонору им было не занимать, а посему они посчитали себя несправедливо обиженными и полезли кулаками отстаивать свою честь.

Вся таверна оказалась молниеносно вовлечена в эту потасовку. В воздух полетели ложки, тарелки, вилки, недоеденные продукты.

Я поставила поднос обратно на барную стойку и пригнулась, пропуская над головой увесистую деревянную табуретку. Не задев меня, она пролетела дальше и громко ударилась о стену, лишившись пары ножек.

Паника в глазах Кева сменилась ужасом. Между нами была непроходимая драка с элементами поножовщины. Эльфы с презрительными ухмылками будто играючи набивали бока разъяренной и неповоротливой банде Роя и Морана. Как же мне теперь пробраться к моей лютне и Кеву? Нам нужно срочно отсюда убираться. Я была ближе к выходу – массивная дубовая дверь темнела в паре тройке шагов. Может нам удасться уйти без потерь? Кевиан схватил мою лютню, повесил не себя чехол от нее и постарался пробраться ко мне. Я предприняла тот же маневр в его сторону. Но две банды, занявшие весь центр таверны были абсолютно непроходимы.

А потом случилось то, что заставило мое сердце оборваться. Один из этих мерзавцев из человеческой банды отобрал у Кева мою лютню и бросил со всего размаха, целясь в голову Черного Ветра, стоявшего прямо передо мной. Эльф увернулся, и она полетела в меня. Моя же лютня. Неистово крутясь. Я могла пригнуться, да, но тогда от столкновения со стеной она бы точно разлетелась. В последний момент я поняла, что даже не успею поднять рук. Через секунду моя же лютня, подарок моего пропавшего несколько лет назад отца, сотрет из этого мира и меня и наш сегодняшний концерт. Думать не хотелось сколько людей я подведу.

Внезапно появившаяся непонятно откуда сильная рука перехватила ее. Прямо у носа. Алые волосы моей челки всколыхнулись, потревоженные ветерком.

Красивая кисть с долю секунды сжимала гриф лютни, а потом протянула ее мне.

Глава 2

В следующий момент сверкнули стального цвета глаза на красивом мужественном лице. Серебряные волосы поймали лучи проникающего в таверну солнца. Они казались невероятно мягкими, слегка волнистыми, немного закрывающими уши. Перед моим мысленным взором возникла отвесная скала, покрытая заснеженной шапкой, сквозь которую проступали сосны. Внизу о ее выступающие из воды серые камни с силой била волна, обдавая все вокруг россыпью переливающийся на солнце водяных брызг. Дух захватило от этой картины. Цвет волны ударяющейся об утес – вот на что был похож цвет его волос. Загадочная улыбка искривила тонкие губы:

– Полагаю, это ваше, – приятный баритон с трудом был слышен, заглушаемый звоном посуды и пьяными крикам.

Воздух вокруг нас будто бы стал плотнее. Моя кровь, после того, как я услышала его тембр быстрее побежала по венам, разливая приятное чувство защищенности по всему телу. Странно, что это со мной? Тряхнула головой, и видение со снежной скалой исчезло.

Я забрала лютню и прижала к себе. Фух, чуть не потеряла по вине этих далеких от искусства недоумков. А драка в таверне все набирала обороты. Разозленные люди и раззадоренные эльфы схватились не на шутку в желании отстоять свою правоту. Вопли нескрываемой ярости и звуки жестокой несправедливости раздавались повсюду.

Рой и Моран все-таки добрались до Черного ветра и нападали на него по очереди, стараясь как минимум задеть кривыми ржавыми ножами, лезть с коими в драку было крайним неуважением к противнику. Они гадко скалились, глядя, как безоружный эльф легко уворачивается от их змеиных выпадов. Тот же перестал улыбаться, чувствуя свое превосходство, и сосредоточился на том, чтобы незаметно, пятясь и уворачиваясь, капитулировать к замеченной мною ранее двери.

Я решила последовать его примеру.

– Спасибо, вы спасли наш сегодняшний концерт…. Но полагаю, лучше нам отсюда выбираться – доверительно сообщила незнакомцу, глядя как Кев снова предпринимает попытки просочиться через разгоряченную толпу дерущихся.

– Как интересно, – отозвался спаситель летающих музыкальных инструментов, допивая свой напиток из небольшой деревянной кружки, не сводя с меня сияющих глаз. Такой странный цвет. Темно-серый, с почти черной радужкой. Его словно совсем не беспокоило творящееся в таверне безобразие. На летающие мимо нас предметы и стремительно разрастающуюся потасовку он будто и внимания не обращал.

Все мои инстинкты кричали о том, что надо бежать к двери. Причём чем скорее тем лучше. Место у окна, где за столиком когда-то сидел этот незнакомец с серебряными волосами, находилось в нескольких шагах от выхода. Ближе было только огромное окно, большое, почти в пол, но застекленное, и оно жалобно дрожало в такт раздающимся неистовым воплям дебоширов. Мои глаза нашли Кева и вели его взглядом.

Что-то довольно громко щелкнуло. Спаситель моей лютни и репутации неожиданно выругался и молниеносно подскочил ко мне. Я даже взвизгнуть не успела, когда он схватил в охапку и меня и жалобно тренькнувшую лютню, плечом выбил стекло и выпрыгнул, увлекая меня сквозь оконный проем за собой. Мы вылетели на улицу, подгоняемые грохотом и мощью взрывной волны.

В ушах еще стоял звук бьющегося стекла и возмущенные крики. Внизу под моим музыкальным инструментом кто-то засопел и задвигался.

– Похоже ваша лютня сегодня на редкость везучая, – усмехнулся парень, с интересом разглядывая меня через гриф.

Оставив его усмешку без ответа, я приподнялась и перевела взгляд на таверну. Сквозь разбитое окно было видно, что внутри все почернело от сажи, и на полу и на столах темнела масса почти неразличимый тел. Они что.. все….? Вскочив с нежданного спасителя я кинулась внутрь, страх душил меня своими щупальцами :

– Кев!!! Кевиан!

– Стойте! – строго приказал некогда насмешливый голос. Неожиданно в нем зазвенел метал. Мой позвоночник будто прошило током. И этот уже дважды спаситель крепко схватил меня за запястье, не давая ринуться в зияющую дыру.

– Пустите! – я попыталась стряхнуть его руку но куда там! Стальная хватка не желала меня отпускать. К горлу подступили рыдания – Да пустите же! Кевиан!!!

– Смотрите, – он развернулся и пресек все мои попытки, обхватив со спины, затем кивнул внутрь. Там началось шевеление. – Это магический взрыв – пояснил он. – Все посетители «Старого лиса» живы. Немного оглушены, но живы. Черная пыльца не причинила им вреда. Большого вреда. Однако, человек пустивший в ход шар был довольно глуп чтобы попытаться нанести вред эльфам на столь близком расстоянии.

– Эльфам? – нахмурилась я, облегченно вздохнув глядя на то, как раскиданные по полу и стульям люди и эльфы начинают приподниматься и недоуменно озираться.

– Да, для людей эта пыльца безопасна, эльфам же… – Мой знакомый немного ослабил хватку зная, что я услышала его предостережение. – эльфов же она может лишить голоса или зрения, или парализовать на сутки. Поэтому не стоит ее трогать первое время после взрыва.

Я почувствовала как холодеет сердце.

Двое перемазанных в этой пыльце соратника Черного Ветра, подхватили оного под руки и выволокли к выходу, злобно озираясь. Человеческая шайка Роя и Морана уже нацелилась на предводителя эльфийского отряда. И они бы его схватили, если бы семеро спутников последнего кое-как собравшись не утащили его из таверны раньше.

Дверь распахнулась, и из нее пробираясь по стеночке перепачканные в этой саже посетители таверны расходились по своим делам. Я слышала отборную ругань хозяина- гнома. Последним вышел Кев. Темно карие глаза отыскали меня и пухлые губы растянулись в открытой мальчишеской улыбке. Рыжие вихры напоминали теперь мех черно-рыжей лисицы. Щеки тоже были перемазаны. Но создавалось впечатление, что ему досталось меньше, чем тому же Ветру.

Ух, обошлось. Сейчас выклянчим у хозяина замка ванну для прислуг и приведем его в надлежащий вид.

– Спасибо, что вытащили меня до взрыва, но нам пора, – извиняюще кивнула новому знакомому и повернулась к напарнику:

– Как я перепугалась! – схватила напарника за руку, в другой был гриф инструмента, и потащила за собой. Новый знакомец провожал меня пристальным немигающим взглядом, но мне было не до него.

– Почему ты не спрятался под стол? Вот не задача. И угораздило же нас. – А бедной моей лютне два раза досталось. Представляешь? Надеюсь, твоя флейта в порядке? Ты чего молчишь?

Я обернулась через плечо и с ужасом увидела, что Кев открывает рот как рыба но тщетно. Мой напарник лишился голоса. Долго ли будет действовать эффект тёмного порошка или нет, я не знала. Но тянуть весь концерт мне наверняка придется одной. Дрожь пробрала от этой мысли. Второго голоса у нас не будет. Ровно как и солиста в паре песен для взрослых. Да, всевидящий дух леса! За что мне это?!

Обратно в замок нас пустили со скрипом. Дворецкий Алерона никак не хотел признавать в Кеве давешнего музыканта.

– Если вы его не пустите, концерт не состоятся. Вернее гвоздя программы на нем не будет, – просто пожала плечами я.

Недовольно скривившись, он нас все-таки пропустил, но повел совсем по другим коридорам: деревянным и пыльным, видимо совсем для низшей прислуги. Что ж. Ну пусть так.

В большом зале с каменными стенами и огромным камином он нас сдал на руки полноватой низенькой женщине с круглыми щеками и добрыми глазами. За спиной серебрились небольшие будто стрекозьи крылья. Фея. Белый чепец и лиловое платье, намекали на ее особый статус среди горничных. (Низшая прислуга носила темную одежду). Она отвела Кева в ванную комнату, отдала его вещи двум невысоким феям в черных платьях на чистку а передо мной поставила дымящуюся кружку с чем-то мятным.

– Ох опять этот Черный Ветер, – снисходительно улыбнулась она, когда я ей рассказала, что с нами приключилось. – Тот еще контрабандист и задира.

Звон бьющейся посуды обратил наше внимание на двух человеческих девушек, в черных платьях, вытиравших пыль с комода неподалеку. Вернее, одна из них проходилась белой щеткой из перьев по мебели, а другая держала на подносе маленькую кофейную чашку, перламутровые осколки которой теперь жалобно блестели на полу в свете парящих по кухне магичных электрических шаров.

– Госпожа Аделина, простите! Я случайно! Она будто выскользнула из пальцев! – всхлипнула одна из девушек. По щекам потекли слезы. Она была примерно моего роста. По человеческим меркам ей наверное было не больше восемнадцати. Большие карие, как у олененка глаза, крупный нос, пухлые губы и две пшеничные косы, заколотые на голове корзиночкой. Надеюсь ее не накажут за какую-то чашку. Подруга положила метлу и приобняла ее за плечи.

– Виссия, будь внимательней. – нахмурилась наша гостеприимная хозяйка. – Эта чашка между нами, но о следующей мне придется доложить. Постарайся спрятать ее незаметно от Трама. – Я невольно прониклась уважением к этой женщине. Выгораживать прислугу решались отнюдь не все экономки.

– А Черный ветер, он кто? И почему он здесь такой популярный? – мятный отвар приятно грел руки. Я сидела, подтянув одну ногу под себя, приготовивший слушать. Женщина поджала губы и бросила взгляд на собирающих осколки горничных.

– По хорошему он редкостный …. – она сдержалась чтобы не высказаться слишком уж грубо. – Несколько лет назад он был боевым эльфом Витании. Потом где-то проштрафился, и его просто выгнали. В общем, он сколотил банду и осел в соседнем от нашего замка лесу. Этот бездельник грабит зажиточных торговцев и делает всякие гадости честному народу. Но наш хозяин его не трогает. А он не беспокоит нас.

– Ого! А простые люди зачем за ним охотятся? – присвистнула я.

– Потому что двадцать золотых монет никому не лишние. – пожала плечами Аделина. Даже так. – И видимо ты про банду Роя и Морана. Эти прохвосты как раз и пытаются его поймать. Не первый год бегают. То дела у них общие какие-то, а то цапаются. Но им его не поймать. Уровень не тот.

Теперь многое становилось на свои места. То есть то, что взорвалось в таверне было рассчитано на эльфа вне закона, и вовсе это не было случайностью. И если бы не верные помощники Черного Ветра, их план бы сработал.

В дверном проеме показался Кев. Чистый и даже причесанный уже в своей обычной синей одежде. Он плюхнулся на соседний стул, и Аделина и его снабдила горячим мятным отваром.

– Ну что, голубчик, вернулся к тебе голос? – строго уточнила она, и увидев как мой напарник пытается что-то сипеть всплеснула руками. – Нет, ну Рой и Моран конечно совсем страх потеряли. Взрывать Драконью пыль в таверне!

– Драконью пыль? – повернулась я к экономке. – Она так называется?

– Конечно, – прохрипел неожиданно скрипучий голос от двери. Мы повернулись и увидели давешнего дворецкого, который нас и впускал оба раза в замок.

– Трам! – сердито сказала Аделина – перестаньте каждый раз так подкрадываться!

– Драконья пыль названа так не случайно, – не обращая внимание на экономку, продолжил дворецкий. Его цепкий взгляд впивался в нас с Кевом. Он медленно подходил к столу. – давным давно этот проклятый порошок придумали драконы. Оно активно использовалось в последней двухсотлетней войне. Считается, что сам император драконов, отец нынешней правительницы Ахтинора, изобрел его в своих лабораториях. Пыльца, попадая на органы чувств, парализует их на какое-то время, если не успеть их прикрыть.

Я задумалась. Получается Черный Ветер получил этой пыльцой в глаза, а его соратники успели -таки прикрыть свои. Но наверняка они лишились слуха или обоняния. – Кев! – обернулась я к напарнику. – то есть, если ты потерял голос, то ты открытым ртом попросту наглотался пыльцы? – Мой напарник развел в стороны руки, мол как видишь, и кивнул.

Я почти видела картину зовущего меня Кева в момент взрыва. И если глаза он догадался зажмурить, то рот закрыть видимо забыл. Вот не задача.

К моему сожалению дворецкий больше ничего не сказал. Обведя нас суровым взглядом, он вышел.

Мы выпросили небольшую комнатку для репетиций и занялись переделыванием программы. Отсутствие голоса Кева вызывало определенные сложности. Веселая и фривольная песенка о том какие прекрасные дамы собрались здесь была вычеркнута первой.

Мне бы конечно хотелось вычеркнуть еще пару песен про пастушек и то, как замечательно они иногда проводят время, но на этих песнях настаивал хозяин замка. Посему двусмысленные куплеты придется петь мне. Я внутренне поморщилась. Написаны-то они были Кевом и для Кева, вернее для сокрушения неприступных сердец не очень добропорядочных дам.

Через какое-то время к нам заглянула Аделина, сказав, что обед вот-вот начнется, и нас ждут в столовой для прислуги.

Выше означенное помещение оказалось небольшим, но очень уютным, с огромным дубовым столом в центре рассчитанным на десять человек. Буфеты и шкафчики из светлого дерева окружали эту комнату по периметру.

Кастрюля с овощным супом возвышалась в центр стола. По соседству томилось блюдо с кроличьем рагу и картошкой. От ароматного запаха мяса с травами я заулыбалась.

В дверях мы столкнулись с выходящим дворецким. Как обычно хмурясь, он смерил нас взглядом.

Аделина разливала суп по тарелкам. Я обвела глазами стол. Две девушки, разбившие чашку сидели и мрачно смотрели перед собой. Наш приход они и не заметили. Видимо досталось все-таки от Трама.

Две златокудрые близняшки, похожие на одуванчики, одновременно уставились на моего напарника, синхронно не донеся до рта ложки. Их большие голубые глаза с недоумением заморгали.

– Знакомьтесь, – кивнула на нас Аделина. – Это Рая и Тая, а это Рион и Кевиан.

Мы улыбнулись а девчоночки синхронно кивнули. Одна из них должна была танцевать, а другая петь. И видимо после них, на сцене появимся мы.

Время до вечера пролетело быстро. Вернуть голос Кеву так и не удалось.

Через одно из окон замка я любовалась на падающий снег, искрящийся в свете магических фонарей, парящих над землей и освещающих внутренний двор. Гости все прибывали. Богато одетая знать окрестностей, эльфы и люди в основе своей.

Но тут во двор вошел довольно высокий и светловолосый эльф. Прямая спина и изысканные манеры. Я прилипла к стеклу. Этого не может быть! Двое слуг с поклоном забрали его плащ, и в свете магического фонаря блеснула тиара и большой изумруд на ней. Нет, ошибиться невозможно. Я не верила своим глазам. Дыхание сбилось. Он не должен быть тут! Мэтр Кориандр ничего об этом не говорил!

На встречу достопочтенному гостю вышел сам хозяин замка. Низко поклонился и подобострастно пригласил в свое жилище…. Короля эльфов. Ясного Лорениуса.

Глава 3

– Здесь король! Здесь правитель! Здесь Ясный Лорениус!

Шепот повсюду подсказал мне, что я не ошиблась. Несколько лет назад Лорениус достиг совершеннолетия по эльфийским меркам и вынужден был сесть на престол. Молодой и рассудительный, сильный и красивый.

В тот день будучи юной и глупой девчонкой я сбежала от няни, чтобы хоть немного посмотреть на роскошные платья эльфийской знати Витании, про которые шептались при дворе.

Отец же должен был быть во дворце, играть на лютне и распоряжаться праздником.

Мне, юной эльфийке, еще не разрешено было его сопровождать, и пришлось остаться с няней.

Наши несколько комнат располагались в дальнем крыле королевского дворца. Менестрелю и распорядителю праздников большей роскоши не позволялось. Только приближенные к трону дворяне могли жить в комнатах рядом с королевской частью.

Сидеть и читать книжки было откровенно скучно, особенно слушая доносившуюся из большого зала музыку. Я дождалась, пока моя няня уснёт и выскользнула из комнаты. Будучи почти подростком, я отправилась к залу приемов, справедливо рассудив, что за несколько минут смогу и удовлетворить свое любопытство и вернуться назад незамеченной. И главное было не попасться на глаза отцу, хотя ему-то вряд ли бы вообще удалось меня заметить в толпе всех этих придворных.

Итак, я шла на звук, не крадучись, а более чем обыденно. Ускоряясь на каждом повороте. Ведь так я бы вызывала меньше подозрений. Пара коридоров отделяли меня от большого зала, когда послышались шаги приближающегося патруля. Я юркнула в нишу за старую великого Эльфа Основателя. Два патрулирующих длинноволосых брюнета в доспехах и с мечами наперевес прошли мимо, меня так и не заметив.

В тронном зале где вовсю играла музыка и кружились танцующие пары, все было залито магическим солнечным светом, не смотря на уже поздний час. Эльфы, мелькающие в нем, казались сияющими изнутри. До моих острых ушей доносились веселые мотивы и затейливые мелодии, выводимые скрипками и флейтами.

Я наслаждалась потрясающим видом праздника. Высокородные эльфийки, одна красивее другой, носили великолепные платья. Одежда их кавалеров тоже отличалась изысканным покроем. Я уже собиралась, уходить. Но внезапно мой мир замер.

Он был на голову выше всех присутствующих. Длинные светлые волосы подхватывали солнечные лучи. Удивительное сочетание широких плеч и грации хищника, задорная почти мальчишеская улыбка и холодный взгляд. Интересно какого цвета его глаза? Высокие скулы, немного острый нос. Прекрасные и высокие эльфийки в удивительных летящих легких платьях, которых он кружил в танце, выглядели такими счастливыми. Неудивительно, ведь каждой он улыбался.

Я наверное так бы и стояла за портьерой с открытым ртом, если бы не толкнувшая меня пухленькая фея разносчица. Она как раз обносила высоких гостей игристым вином, когда оказалось, что до финального тоста осталось не так много времени. Фея спешила, а я, растяпа, аккурат стояла на ее пути. Не заметив моего присутствия за портьерой, она на всем ходу врезалась в мою субтильную фигурку, отскочила и оступилась. Поднос с высокими фужерами покачнулся и полетел на пол с противным стекольным звоном. Я, в свою очередь не удержавшись на ногах от довольно ощутимого толчка, вылетела из своего укрытия и рухнула животом на приятный деревянный паркет немного по нему проехавшись и угодив прямо под ноги танцующим. Стоит ли говорить, что Великий дух леса был ко мне в тот день настолько не милостив, что я распласталась аккурат около вышитых туфель короля эльфов. Разве что носом в них не врезалась. Мягкая голубая ткань, пронизанная золотой нитью с тремя маленькими темными изумрудами, образующими трилистник. Пару минут я любовалась на красивую обувь, пока мой мозг отказывался понимать происходящее, и то, как мы с ним вляпались.

Зал замер. Музыка смолкла. Танцующие пары остановились, с недоумением поглядывая на нашу живописную группу. Надо отдать должное фее, она не возмущалась и не ругалась на недотепу, застывшую на ее пути, а, недовольно поджав губы, поспешила за совком и веником – устранять безобразие.

Я приподнялась и села, глядя в лицо самого красивого эльфа на свете.

Весь мир перестал существовать.

Зеленые… с серыми искорками. Его глаза были удивительного цвета лесного озера в осенний день, которое отражало холодные уже не греющие солнечные лучи. А нижняя губа немного пухлее верхней. В этот момент вся моя вселенная сжалась до его дрогнувших в улыбке уголков рта и моего оглушительно колотящегося сердца. Стоит ли говорить, что мой почти мальчишеский костюм состоявший из зеленых штанов и блузки ни коим образом не подходил для столь пышного празднества. Лицо правителя осветила снисходительная улыбка. Я забыла как дышать.

– Это что за очаровательное создание? – ни с чем не сравнимый насмешливый баритон поплыл по залу. После него окружающие тихонько зашептались. Я будто приросла к месту, забыв напрочь и то как нужно поприветствовать великого короля эльфов и то, что за мою непростительную выходку и мне и, хуже того, отцу достанется. Я все забыла. Даже то, кто я такая. Попав в безмолвный плен этих глаз, мне было уже все равно. Наверное так себя чувствуют кролики перед удавами, в свои последние секунды. Где-то на задворках подсознания набатом гремит предостережение о том, что надо бежать пока еще есть шанс, но последовать этому зову поистине невозможно утопая в красоте удивительно блестящей чешуи и жгучих черных глаз.

Но мне помогли. Прямо рядом раздались торопливые шаги и нервное покашливание. Отец. Знакомые теплые руки дернули меня за плечи, поднимая и словно возвращая в этот мир.

Я все еще зачарованно смотрела на мужественный разлет бровей и невозможно-притягательный взгляд короля.

– Простите, ваше величество, это моя дочь. Ребенку скучно стало с няней. – искренне извиняясь изрек мой родитель, склонив голову. Сразу захотелось возмутиться, что я не ребенок, но он продолжал. – Она сейчас покинет зал.

– Ничего страшного, Ирон, – великодушно проговорил король эльфов. – не просто оставаться в стороне, когда здесь такое веселье. Позволь ей остаться. Не каждый день в моем дворце торжества подобные этому.

– Ваша доброта не знает границ! Благодарю, Ваше величество, – с облегчением выдохнул мой отец и поклонился, я повторила его маневр молча: родитель легенькое надавил мне на плечи, призывая соблюдать этикет. Дар речи ко мне все еще не вернулся.

Я простояла у стены весь вечер. Мое внимание неизменно возвращалось к новому королю. Не помня о моем существовании, он танцевал и произносил тосты. Отца я больше не видела до последнего танца. Когда Лорениус вывел на середину зала прекрасную рыжеволосую эльфийку с искрящимися серыми глазами, мой отец нашел меня в зале и велел отправляться в комнаты.

Всю следующую неделю после этой встречи проку от меня было мало. Я забывала все на ходу, путала все что можно было перепутать. Няня расстроенно качала головой, а отец успокаивал ее тем, что вскоре это все непременно пойдет, это от обилия впечатлений. Мне же казалось что часть меня осталась там, в тронном зале, у вышитых туфель короля эльфов.

Снова и снова я прокручивала в голове эту удивительную встречу. Снова и снова напоминала себе, что вскоре он должен назвать невесту из высоких родов и сочетаться браком. Но восхищение и зависимость от него поселились в душе, мешая моей собственной жизни и отправляя ядом глупых надежд каждый мой день и час.

Прошло три года с тех пор как он женился на прекрасной высокородной эльфийке. Прошло три долгих года с того дня, как я покинула дворец на целый день, чтобы в лесу Туманов позволить себе сокрушаться по этому поводу. Три года как я отпустила свои глупые чувства, как я считала. Три года как я выстроила себя заново, камешек за камешком.

Три года, как в том лесу меня нашел мэтр Кориандр.

– Не знал, что радость по поводу бракосочетания нашего светлого правителя способна вызвать такие потоки слез. – он просто появился из-за дерева.

– Я не…. – я вскочила тогда с корня, на котором сидела и быстро постаралась стереть с щек горячие следы моих страданий. Мысли в панике заметались. Надо срочно найти достоверную причину слез. – Я поругалась с…

– Не трудись, девочка. – покачал головой не молодой, немного сгорбленный и похожий на грифа эльф, опираясь на свою узловатую трость. Его темный глаза впились в меня не хуже когтей хищной птицы. – Я прекрасно знаю, почему ты плачешь. Все эти десять лет я наблюдал за тобой. С момента вашей первой встречи с нашим королем. Надо отдать должное твоей скромности, Мор-Рион Аллей Дей Каморай, дочь Ирона Ауро Толл Дей Каморая, ты ни разу не попыталась обратить на себя его высочайшее внимание.

Я не знала куда бежать. Вокруг только зелёные от мха могучие стволы деревьев в клубящемся тумане. Да и от командира королевской разведки бежать более чем глупо, тем более, когда вот так вот поймали почти за руку. Его слова звучали приговором. Мой секрет перестал быть таковым. Но я же ничего не сделала. Мэтр Кориандр не должен меня обвинять. Я стояла выслушивая молча свой приговор, стараясь не сильно шмыгать носом.

– Ты не можешь справиться с болью в душе, не так ли? – участливо спросил он. Не смея поднять глаз, я разглядывала носки своих сапог. Нельзя признаваться ни в коем случае. Нельзя! Это же глава разведки. – Ну, если ты не намерена мне отвечать, как знаешь. А то у меня есть настойка, которая сможет притупить твою боль.

Невзначай бросил Мэтр Кориандр, делая вид, что собирается уходить. И я попалась.

– Подождите. – все еще колебаясь, я сделала шаг вперед и протянула руку, а он спокойно ждал. – Вы можете мне ее дать?

Робко спросила я. Глава эльфийской разведки усмехнулся, глядя на меня:

– Дать – нет.

– Что вы хотите за нее? – ну конечно. Кто бы сомневался. Помощь всегда чего-то стоит.

– Чтобы ты помогла разведке, – пожал плечами мэтр Кориандр, как будто бы рассказывал про что-то очень обыденное. – Чтобы ты приняла печать нашей гильдии. Так ты сможешь защищать Его.

– Я… я не знаю – он почувствовал мои сомнения. С одной стороны настойка притупляющая боль этого несомненно стоила, но с другой. Неизвестно чем это обернется. Защищать Его величество…. Защищать Лорениуса. Быть ему подмогой и помогать с его королевством. Как же это заманчиво.

Я собиралась поговорить об этом с отцом. Он бы несомненно дал мне хороший совет. Но провидение вмешалось в мои планы. В этот вечер отец исчез. Не появился он ни через день, ни через неделю. Ни наши знакомые, ни его друзья ничего не знали. Обычно, он заранее предупреждал об отъезде, Беата всегда была в курсе, куда он направился и на сколько. Я зашла в его комнату и открыла шкаф. Все было как обычно: вещи на месте, никаких ценных бумаг, но ….

Его лютня!!! В шкафу! Сколько себя помню отец с ней почти не расставался. Каждый раз, когда он отлучался по долгу службы, придворный менестрель брал лютню с собой. Но в этот раз его инструмент ждал в шкафу, ждал будто бы меня. Это было похоже на знак. Тайное для всех, но понятное только мне послание. Он наверняка рассчитывал, что его дочь должна была догадаться. Но я так и не смогла расшифровать его негласный код. Что он этим хотел сказать? Я обыскала еще раз наши комнаты. Ничего.

Единственое: на конюшне исчез его конь. Тивон. Серый в яблоках, родственник коня короля эльфов.

Прошла неделя, а тревога только крепла. Лицо Беаты приобрело обеспокоенное выражение, когда я ей показала лютню в шкафу. Что ж, оставалось только одно.

Найти главу королевской разведки было невозможно. Никто не знал где он, где живет, где работает и где его штаб. Я обошла весь дворец и не один раз. Ну почти весь. За исключением королевского этажа, разумеется.

Беспокойство грызло меня все сильнее. У меня было свое место, где можно было подумать. Как обычно я уселась на корень замшелого дерева в лесу туманов. Уныние накинулось на меня с новой силой. Сквозь корявые зелёные ветви деревьев и обволакивающий их дымку пробивались слабые солнечные лучи, наполняя поляну волшебным светом. Веселые трели птиц, радующихся новому дню резко контрастировали с унынием у меня на душе.

– Слышал, ты меня искала, Мор-Рион Аллей Дей Каморай, – мэтр Кориандр появился как обычно из-за дерева, под которым я сидела. Не удивлюсь если окажется, что у него прямой портал в этот лес.

– Мой отец пропал неделю назад. Может быть, вы знаете, где он? – без обиняков спросила я, отчаянно глядя на эльфа.

– Нет. – серьезно покачал головой глава королевской разведки. – В этот раз я не знаю, где он. Но ты можешь разыскать его. Возможно, помочь и вырвать из лап недоброжелателей.

– У отца были враги? – нахмурилась я. На сколько я знаю никто не проявлял по отношению к нему неприязни.

– У всех есть враги, моя милая, – снисходительно улыбнулся Кориандр. – Особенно, если вспомнить кто наши ближайшие соседи.

– Я должна его найти, – кивнула я, принимая ответ и уже зашагав к выходу из леса.

– Но никто не выпустит тебя за пределы столицы. Ты несовершеннолетняя: тебе придется сидеть и ждать. В то время как для твоего отца возможно дорога каждая минута. – цепкий взгляд почти черных глаз впился в мое лицо.

– Как я могу помочь ему?

– Принять печать гильдии королевских разведчиков. – Как бы между прочим пожал плечами мой собеседник.

– Если я это сделаю, вы дадите мне настойку чтобы притупить боль, – выставила я условие. А что? Не хочу играть по навязанным правилам – попробую выставить свои.

– Вот эту? – в его суховатых пальцах мелькнула маленькая прозрачная продолговатая склянка с синей жидкостью.

– Да, если это она, – серьезно кивнула я. В гильдии я смогу начать поиски. Я стану самостоятельной. Я найду отца и верну его домой.

– Руку, – сухо потребовал глава королевской разведки.

Я протянула правую кисть. Он бесцеремонно схватил мою ладонь, отодвинул манжет и обхватил запястье. Боль, обжигая, пронзила место, где он меня держал. Я вскрикнула, и он тут же отпустил. На запястье светлел и сливался с кожей красный ожог в виде круга с лабиринтом внутри.

– Твоя настойка, – Кориандр протянул мне флакон, но как только мои пальцы потянулись к бутылочке, она выскользнула из его рук.

– Нет!!! – воскликнула я, с ужасом глядя на мелкие окрашенные синим осколки на камне у моих ног. – Зачем вы это сделали?

Обида окатила меня будто холодной водой. Вопиющая несправедливость обескураживала. Мне хотелось его ударить. Я же уже согласилась на них работать! Это подло! Я со злостью посмотрела на главу разведки.

– А это тебе, Мор-Рион, первый урок. Не доверяй никому! С чего ты взяла, что в бутылочке настойка? Может там был яд! – последние слова он рявкнул, мигом превратившись из спокойного и уравновешенного эльфа в жесткого ментора.

– Я вам поверила, – медленно проговорила, глядя на него во все глаза.

– Не следовало. – отчеканил он. – в нашем мире доверять надо только себе самому.

Три года прошло с того дня. Отец как в воду канул. Я кое-как научилась жить без него. Моя первая миссия как раз должна была меня вывести на тех, кто мог его похитить. Кориандр рассказал мне, что отец тоже работал на королевскую разведку. Что в тот день он отправился на задание, но не вернулся с него. И это задание было очень опасным. Оно было связано с Ахтинором, соседним государством. Империей драконов.

Я сидела на подоконнике в замке. На душе скребли кошки. Я менестрель, я шпион, я не нашла своего отца, я все еще страдаю по нашему правителю. И он приехал в замок, где мне предстоит петь фривольные куплеты на потеху публике. Хотелось провалиться. Или вывалиться вот прям из этого окна. Может хоть так я смогу избежать позора. Почему этот парень из таверны Кева не спас?! Зачем он вообще полез меня спасать? Лучше бы я потеряла зрение и голос как Черный Ветер. С досадой думала я.

Меня подергали за руку. Повернулась. Кевиан. Лицо грустное, взгляд обеспокоенный.

– Все в порядке, Кев, – вздохнула, стараясь собраться и не думать о всех свалившихся на меня испытаниях, – Нам уже на сцену?

Он с энтузиазмом закивал. Тоска и апатия навалились с удвоенной силой. Не представляю как сейчас буду веселить зал.

Заглушив в себе все эмоции, я подхватила лютню и побрела за напарником на сцену, еле волоча за собой ноги. Как же тошно! Кто бы знал.

Т�