Прекрасная новая жизнь
J. M. Hewitt
THE LIFE SHE WANTS
Copyright © J. M. Hewitt, 2021
© А. В. Букреева, перевод, 2025
© Издание на русском языке. ООО «Издательство АЗБУКА», 2025
Издательство Азбука®
Пролог
Невозможно смириться с тем, что тебя хотят утопить в ледяном озере. Сначала тело немеет от холода, отяжелевшая одежда тянет на дно. Потом начинаешь задыхаться. Легкие пронзает нестерпимая жгучая боль.
Я тону!
Ясно одно: сейчас все кончится. Эта мысль заставляет сдаться, вверить себя стихии, но инстинкт самосохранения побеждает.
Исступленно бьешь ногами и руками, повинуясь внутреннему голосу, который зовет наружу, чтобы вдохнуть полной грудью. На мысли о чем-либо еще – о холоде, сырости, снеге, даже о человеке, напавшем на тебя, – нет ни времени, ни сил.
Вверх! Вверх!!! ВВЕРХ!!!
Мысль настойчиво пульсирует в голове как заклинание. Судорожно хватаешься за нее, как за спасительную соломинку.
Под водой непроглядная тьма, но наверху маячит крохотный проблеск. В душе тут же рождается надежда на спасение, и боль отступает.
Последний рывок. Чувствуешь, как напрягается каждая мышца. До желанного воздуха рукой подать.
В предвкушении спасения учащенно бьется сердце. Широко улыбаешься, не замечая, что глотаешь воду. Получается! Еще миг – и ты окажешься наверху, сможешь вдохнуть полной грудью!
Удар.
Врезаешься во что-то твердое и вскрикиваешь от боли, заглатывая еще больше воды. Поняв, что попала в ловушку, судорожно царапаешь лед над головой, суетливо вертишься, пока не теряешь окончательно ориентацию в пространстве: почему все вдруг перевернулось вверх тормашками?
Свет вдруг меркнет: на лед падает тень. Ты скована ужасом. Но поддаваться панике нельзя, ведь на кону твоя жизнь.
Запрокинув голову, пытаешься разглядеть человека, вышагивающего по ту сторону толщи льда. С трудом различаешь сначала ботинки, затем ноги их обладателя.
Человека, который на тебя напал.
Он все еще выжидает, следит за тобой.
Время истекло.
Закрываешь глаза, дыхание замедляется. Теряешь сознание.
Все кончено.
Глава 1
Пола Эллис стояла у окна на первом этаже их с мужем семейного особняка. На засаженной деревьями аллее расстилался причудливый красно-золотой ковер из листьев. Тщательно ухоженные газоны обрамляли кусты желтых роз. Цветы, все лето радовавшие яркими красками и ароматами, увядали, но на траве не виднелось ни одного засохшего лепестка. Казалось, сам воздух звенел от чистоты. Пола с улыбкой подняла скользящую раму и высунулась из окна. Дышалось свободно и легко.
Осень. Пора перемен. В это время года Полу всегда тянуло к чему-то новому.
Она отложила стопку чистого белья, которое принесла наверх, и села на подоконник, погрузившись в раздумья. Каждый год в октябре Пола с мужем Томми обсуждали, что изменить в семейной жизни. Она представила, что на этот раз они наконец-то заведут собаку, купить которую не решаются уже четыре года. Когда осенние дни становились все короче, Пола смотрела на холодное голубое небо и кучи опавших листьев, а в воображении рождались идиллические картины: они с мужем и собакой гуляют на природе – рядом с домом в Эссексе много живописных мест.
Часто разговор переходил на будущего малыша. Эту тему всегда начинала и вела Пола. Она пыталась убедить Томми, что, если они планируют стать родителями, затягивать с этим не стоит: им уже по тридцать пять, а она совсем не горит желанием оказаться единственной в классе мамой за сорок.
Когда речь шла о собаке, лицо Томми светилось радостью. Но стоило Поле упомянуть, что она хочет забеременеть, как муж замыкался в себе. И тогда они спорили. Точнее, спорил Томми. Ей же оставалось лишь сидеть на диване и удрученно кивать, пока муж обстоятельно объяснял, почему сейчас не время для ребенка.
А причин для сомнений у Томми было предостаточно. Сразу после окончания университета он получил скромную должность на фондовой бирже. Его дела тут же стремительно пошли в гору. Томми умел играть по правилам, и награды за труды не заставили себя ждать: по машине для него и жены, а еще финансовая стабильность, благодаря которой Пола ушла с работы и теперь привыкала к роли домохозяйки.
Два года назад супруги стали счастливыми обладателями трехэтажного особняка с пятью спальнями в Риверсайде – новом жилом микрорайоне Уикфорда. С одной стороны открывался живописный вид на реку Крауч, с другой – на луга и леса. К тому же дом был очень удобно расположен – Томми добирался до офиса в Лондоне всего за сорок минут. О большем нельзя было и мечтать. Пока супруги жили вдвоем, дом казался каким-то пустым. Пола надеялась, что вскоре это изменится.
Но в январе, как и в предыдущие годы, Томми предложили повышение. Поле пришлось вновь отказаться от идеи завести ребенка. Томми обещал, что они обсудят эту тему ближе к Рождеству. Но на следующий год все повторилось: работа, карьерный рост, очередные блестящие возможности… И Пола услышала все те же слова: «Сейчас не время. Посмотрим в следующем году».
Пола не вникала, насколько сложной была работа мужа, но ее все устраивало. Ведь из-за его постоянной занятости у молодой женщины была масса свободного времени, чтобы делать то, что хочется. Главное – приготовить к возвращению мужа вкусный ужин.
Она задумчиво барабанила пальцами по стеклу. Вдруг в этом году все будет иначе? Ведь Томми уже достиг карьерных вершин – летом его назначили начальником отдела бухгалтерского учета.
При мысли, что на этот раз причин медлить нет, Пола задрожала от радостного предвкушения: «Теперь нам ничто не помешает!» Вздохнув полной грудью, она ощутила запах перемен. Поскорей бы муж вернулся домой!
Пола вошла в спальню. Вглядываясь в свое отражение в зеркале, взбила волосы руками и закрепила несколько коротких каштановых прядей заколками. Затем подошла к шкафу и торопливо перебрала вешалки.
Ей захотелось принарядиться для мужа. За десять лет брака так легко погрязнуть в рутине и потерять интерес друг к другу. Важно радовать мужа, ведь он целыми днями пропадает на работе. Пола решила прогуляться до центра за стейками.
Она вытащила из шкафа шерстяное платье цвета осенней листвы. Одеваясь, мысленно составляла список: свечи и вино, музыка и вкусные блюда. И желательно пораньше лечь.
Пола улыбнулась. В душе затеплилась надежда. Вдруг на этот раз получится?
* * *
С покупками наперевес Пола пролавировала между столиками и села напротив Джули, своей лучшей подруги, со словами:
– Ходила в центр, а можно было бы сбегать в ближайший мясной магазин.
Джули оценивающе оглядела пакеты из «Ваитросе».
– Но в местном магазине экологически чистого мяса не найти, – резонно заметила она. – А если ты собираешься забеременеть, дома должны быть самые лучшие продукты. Пора вживаться в роль мамы.
Пола шикнула на нее и украдкой огляделась.
– Я еще никому не рассказывала! – хихикнула она. – Даже Томми.
Джули подняла на нее глаза:
– Не понимаю, чего ты так долго тянешь. Ну что мешает просто взять и забеременеть? Вы ведь женаты, в конце-то концов!
Пола молча взяла меню. В этом вопросе их с Джули взгляды расходились. Как только Пола начала встречаться с Томми, а было это больше пятнадцати лет назад, Джули почувствовала, что он парень перспективный. И посоветовала подруге не упускать его, ведь такие выгодные партии на дороге не валяются.
Но Полу в муже привлекало совсем не это. Она видела, что Томми хороший человек. Он окружал Полу добротой, но не тяготил навязчивыми проявлениями своей любви. Пола не грезила о показных атрибутах богатства и благополучия, которые Томми получал на работе. Не мечтала ни о большом доме, ни о машинах, ни о роскошных экзотических путешествиях.
Пола хотела простого женского счастья.
Теперь же она ни в чем не нуждалась, кроме самого важного – ребенка. Зато у нее чудесный муж. Мысли о нем вызвали у Полы улыбку.
– Нельзя решать такие вещи за его спиной, – сказала она подруге. – Родительство – серьезный шаг, и его нужно обсудить вдвоем.
Джули хмыкнула.
– Обсуждать можно сколько угодно, дорогая, но потом не удивляйся, если все решится само собой. – Джули налегла пышной грудью на столешницу и пояснила: – Ты постареешь и уже не сможешь забеременеть. – Она откинулась на диванчике, скрестив руки на груди. – Не удивлюсь, если он этого и добивается.
Пола закатила глаза: прямота лучшей подруги ее не задевала.
– Хватит, Джулс. Если бы Томми не задумывался о детях, зачем бы он стал покупать дом с пятью спальнями?
– Ясное дело зачем – для показухи! – усмехнулась Джули. – Такие люди, как Томми Эллис, всегда обзаводятся большими домами и шикарными машинами. Делают все напоказ. – Она погрозила Поле пальцем. – Только не тяни еще год.
– Раз я собираюсь завести ребенка, пора худеть. Иначе придется сбрасывать не только послеродовой, но и дородовой лишний вес, – рассудительно проговорила Пола и захлопнула меню. – Закажу салат и минеральную воду.
Джули пожала плечами и многозначительно промолчала.
– Что? – вскинула брови Пола.
Джули со вздохом закрыла меню.
– Ты хоть когда-нибудь думаешь о себе?
– Чего? – Пола рассмеялась, но при виде выражения лица подруги осеклась.
– Да ты буквально живешь ради Томми. Не помню, когда мы с тобой в последний раз делали что-то не для него.
– А сегодняшний поход по магазинам?
– Нет, ты не себя порадовать решила, а выбралась за стейками для Томми! – Джули глубоко вздохнула, потом потянулась через стол и накрыла кисть Полы своей ладонью. – Просто… не растворяйся в муже. Ты тоже человек, в конце концов, и еще какой! Мир не крутится вокруг Томми.
Пола выдернула руку. Еще как крутится! Это муж главный в их отношениях. Без Томми у них ничего бы не было.У нее ничего бы не было!
– Ты же знаешь, что я побывала в такой же ситуации. Поверь мне, чему быть, того не миновать, – продолжала Джули.
Неосторожные слова подруги повергли Полу в шок.
– Но тебе-то муж изменял! Причем постоянно! – Она уставилась на Джули. – Хочешь сказать, что Томми собирается мне изменить?
– Да нет же! – Джули махнула на нее рукой. – Я просто говорила…
– Я не буду это обсуждать. – Пола, борясь с подступающими слезами, схватила пакеты с покупками и встала из-за стола. – Не хочу обедать, аппетит пропал.
Джули зло прищурилась:
– Ладно. Иди. Я остаюсь. Потому что морить себя голодом не собираюсь, тем более ради мужчины.
Пола в долгу не осталась.
– Кто бы сомневался! – съязвила она сквозь слезы и демонстративно вышла из ресторана.
Глава 2
За соседним от Джули и Полы столиком сидела Анна Маси и с нарастающим раздражением прислушивалась к каждому их слову. Не видя Анну за высокой спинкой дивана, подруги и подумать не могли, что за их разговором следят.
Анну душила ярость. И откуда такие девицы вообще берутся?! Ни в чем не нуждаются: машина, дом, деньги без необходимости работать – и при этом им все мало!
Анна оценивающе взглянула на свое отражение в зеркальной стене кафе. Втянула щеки и наклонила голову. Резкий свет очертил фарфоровое личико.
В глянцевых журналах ее внешность называли эльфийской. Анна старалась подчеркивать свои сильные стороны: носила короткую стрижку и делала мелирование, отчего казалось, будто она много времени проводит на взморье. Уильям тоже называл ее своим маленьким эльфом, но, учитывая его пожилой возраст, вряд ли он подхватил это из модных журналов, страстной поклонницей которых была Анна.
Мысли об Уильяме заставили Анну взглянуть на часы. Надо идти. Возвращаться к старику и готовить ему ужин – картофельную запеканку. Это тебе не экологически чистое мясо! Им такое не по карману, в отличие от женщин, чей разговор она подслушала.
Анна приехала на автобусе в Илфорд, перешла дорогу к небольшому домику, где жил Уильям, и увидела, как на улицу вышел его сосед. Остановилась, достала из сумки берет и спрятала под ним короткую стрижку.
– Добрый день, милочка, – поприветствовал Анну мистер Хендерсон.
Она улыбнулась и дружелюбно помахала ему, поспешно вставляя ключ в замок. Но с пакетами в руках сделать это было непросто, и мистер Хендерсон протянул ей руку.
– Ужин Уильяму несешь, да? – спросил он, вытягивая шею над низеньким забором. – А мне-то когда перепадет твоей заботы? – Его улыбка была больше похожа на ухмылку.
Анна не сдержала раздраженного вздоха: вечно приходится отмахиваться от собственнических поползновений мужчин! Девушка хотела ответить мистеру Хендерсону парой ласковых слов, но взяла себя в руки. Иначе он пожалуется Уильяму, что Анна грубила, и тогда она потеряет работу. Этого девушка допустить не могла. А чтобы уж точно удержаться от колкостей, Анна представила, каково было бы вернуться туда, откуда она так долго пыталась сбежать.
Ни за что! Нельзя терять работу и крышу над головой. Без них Анна давно пропала бы.
– Ну и проказник же вы! – Она заставила себя улыбнуться, скрывая холодность за показным дружелюбием. – Хорошего дня, мистер Хендерсон.
Анна прошмыгнула в дом, пока сосед снова ее не задержал.
Зайдя в темную прихожую, она бросила пакеты и прислонилась к входной двери.
– Это ты, дорогая? – раздался дребезжащий голос из кухни. – Заходи, я как раз ставлю чайник.
Анна застыла как вкопанная. Обычно неважное самочувствие не позволяло Уильяму самостоятельно позаботиться о себе – даже просто приготовить чай. Поэтому старик ее и нанял. Она взяла пакеты и настороженно вошла на кухню.
Анне сразу бросилось в глаза, что Уильям одет «на выход»: не в старую футболку и пижамные штаны, а в рубашку, костюм и даже галстук! На коврике у двери она увидела пару начищенных черных ботинок, слегка испачканных при прогулке. К левой подошве пристал коричневый листок.
– Уильям, вы ходили… на улицу? – недоверчиво спросила она.
– Да. – Старик раскинул руки и неторопливо прокрутился на месте, держась за край стола. – Неплохо приоделся, а?
Его поведение выбило Анну из равновесия. Как такое возможно? Старик никогда не выходил на улицу, даже в теплое время года, а на дворе стоял промозглый осенний день.
Уильям покачнулся. Анна бросила пакеты на старый кухонный стол и успела подхватить его.
– Вам лучше присесть, – озабоченно предложила она. – Пойдемте-ка, а чай я заварю сама.
Возражений не последовало, и хрупкая Анна, обхватив Уильяма за талию, довела его до гостиной и усадила в кресло.
– Ты принесла, что я просил? – поинтересовался старик.
Анна кивнула.
– А себе что прикупила? – с улыбкой спросил он, откинув голову на спинку кресла.
– Платье, – ответила она, улыбаясь в ответ, и застенчиво добавила: – Хотите посмотреть?
Старик поднял ладонь, с тыльной стороны усыпанную пигментными пятнами, и похлопал девушку по руке:
– Конечно хочу. – Пронзительно-голубые глаза впились в Анну. – Надень-ка его, не на вешалке же разглядывать.
Забрав со стола пакеты, девушка поднялась наверх. В комнате, которую уже привыкла считать своей, она разложила покупки на кровати и разделась до нижнего белья. Анна ответила Уильяму, что купила платье, но на самом деле обзавелась пятью. Каждый раз, когда она ходила по поручениям Уильяма в магазин, старик велел ей брать что-то и для себя. Анна быстро обнаружила, что он не проверяет ни выписки по кредитной карточке, ни чеки. На самом деле не успела она проработать у Уильяма и месяц, как старик попросил ее взять оплату коммунальных счетов на себя. Анна тогда согласилась и быстро поняла, что денег Уильяма хватит на любые ее личные расходы.
Она примерила одно из платьев – шерстяное, по фигуре, соблазнительно обтягивающее бедра. Оценивающе глядя на свое отражение в зеркале, Анна тряхнула волосами и почему-то вдруг вспомнила о женщинах в кафе.
Ей льстила мысль, что они такое платье ни за что не надели бы. Уж точно не та дородная матрона! Да и ее избалованной замужней подруге наряд не по возрасту и не по размеру.
А вот мужу той платье наверняка пришлось бы по вкусу. Анна поняла это из тех характеристик, которые давали ему подруги в своей беседе. Однако надень его жена что-нибудь этакое, он остался бы недоволен. Предложил бы ей переодеться в брючный костюм или платье свободного покроя, чтобы скрыть все лишнее.
Анне пришла в голову внезапная идея. Взяв телефон, она открыла «Фейсбук»[1] и набрала имя и фамилию, которые услышала сегодня в кафе. Имя оказалось довольно распространенным. Анна просматривала результаты поиска, проверяла семейное положение мужчин, переходила на аккаунты их жен и пыталась найти среди них ту женщину. Наконец ей удалось отыскать нужного Томми Эллиса. Он выглядел в точности так, как она и представляла: высокий, загорелый, явно ухаживающий за собой, в отличие от жены. «Может себе это позволить», – с горечью подумала Анна.
Фотографии в профиле Томми буквально кричали о том, что деньги в его жизни льются рекой. Огромный дом с пятью спальнями, о котором женщина рассказывала подруге; броская BMW с индивидуальным номерным знаком… На старых фото Томми позировал в форме для регби. Ну да, мужчины его круга предпочитают регби, а не футбол. «Наверное, еще и каждую неделю играет в сквош», – предположила она и прыснула от смеха, когда наткнулась на пост, где Томми тегнул сквош-корт в Эссексе. Одним словом, ходячий штамп, как и его жена.
Экран телефона погас: Анна ненадолго потешила себя мечтами о том, что в ее жизни есть красивый и успешный мужчина и ей не приходится побираться деньгами Уильяма, ухаживать за пожилым человеком и жить с ним в крохотном домишке.
Снова разблокировав телефон, она продолжила листать профиль Томми. Там было полно фотографий из отпусков: солнце, пляжи, коктейли… Томми всегда позировал в белоснежной рубашке – как ни странно, он почти не фотографировался топлес. Присмотревшись к мужчине внимательней, Анна поняла, что он склонен к полноте, но поддерживает себя в очень хорошей форме – наверное, ценой больших усилий. Анна злорадно усмехнулась при мысли, что, когда заветная мечта жены исполнится и у пары появятся дети, супруги запустят себя. Возможно, именно это и произошло с Джули, дородной подругой жены.
Анна увидела фотографию, на которой Томми обнимал жену, и перешла на ее профиль.
Жену звали Пола. Ее страничка была открытой, как и у Томми. Ничего удивительного: люди, которые купаются в роскоши, так и норовят выставить это напоказ.
Поморщившись, она пролистала страницу дальше и увидела свежий пост: сырые стейки на деревянной разделочной доске, а рядом – свежий шнитт-лук и грибы.
Анна с усмешкой представила себе, как фотографирует замороженный картофель, предназначенный для ее подопечного.
– Джемма, куда ты запропастилась?! – раздался снизу его голос.
Как и всегда, в первую секунду она растерялась, услышав это имя, и лишь потом сообразила, что Уильям обращается к ней.
Во время их первой встречи, когда она представилась Анной, произошло случайное недоразумение. В тот раз Уильям не надел слуховой аппарат, и ему послышалось, что она назвалась Джеммой. Анна хотела его поправить, но тотчас передумала. Тогда она не знала, почему решила не говорить старику свое настоящее имя. Со временем в распоряжении Анны оказывалось все больше его денег. Она пришла к выводу, что это недопонимание ей даже на руку. По той же причине девушка всегда носила на улице головной убор: зимой – берет, летом – кепку или шляпу с широкими полями. Чем меньше подробностей о ней знали, тем лучше. Анна ведь не собиралась оставаться с Уильямом навсегда.
– Уже иду! – откликнулась она.
Закрыв «Фейсбук» и в последний раз взглянув на себя в зеркало, девушка торопливо спустилась в гостиную, где показала Уильяму, что приобрела на его деньги в этот раз.
Глава 3
Пола застыла, не спуская взгляда со стейков на разделочной доске. Кровь сочилась на желобки и въедалась в деревянную поверхность. Женщина промокнула ее бумажным полотенцем, но доска тут же обагрилась вновь.
Пола со вздохом выбросила полотенце и в который раз взглянула на экран телефона. Уже почти семь. Томми так и не написал, когда вернется с работы, поэтому Пола не начала готовить ужин.
Проволочки ее всегда тяготили. Она терпеть не могла игры в молчанку. С каждой минутой Пола все больше накручивала себя. Возбужденное воображение подкидывало картины одну страшнее другой: поезд сходит с рельсов; Томми падает с платформы. Спустя некоторое время Пола с ужасом прокручивала в голове кошмарные сцены терактов и покушений на убийство.
Вне себя от тревоги, она схватилась за телефон. Но стоило ей набрать номер мужа, как послышался звук отпираемой входной двери. Пола сбросила звонок и вышла встречать Томми.
– Где ты был?! – с порога накинулась она. – Я давно разморозила стейки, а ты обещал, что позвонишь, когда сядешь в поезд!
Томми так и замер, приспустив с плеча ремень портфеля. Он оглянулся на входную дверь, и Пола подумала, что у мужа промелькнула мысль сбежать.
– Да господи, Пола, можно мне хотя бы раздеться спокойно, без твоих наездов?!
Слова ранили, хоть он и произнес их с улыбкой.
Пола подошла к Томми, нервно закусив губу. Она не понимала, как беспокойство о муже вылилось в назойливые претензии. У нее и в мыслях не было донимать любимого. Пола просто хотела узнать, почему он не предупредил ее, что задержится.
– Извини, дорогой, – виновато проговорила она, поглаживая мужа по рукаву. – Я ведь просила тебя позвонить, чтобы я могла вовремя приготовить ужин.
Томми опустил портфель на пол и задумчиво почесал голову:
– Когда?
– Что «когда»? – Пола проворно убрала портфель в шкаф под лестницей.
– Когда ты просила меня предупредить, что скоро буду дома? – пояснил Томми. Он потянулся через жену и снова вытащил портфель. – Не убирай пока, надо кое-что доделать.
– Я тебе написала. – В подтверждение своих слов Пола залезла в карман пиджака мужа, достала телефон и разблокировала экран. – Ну вот, непрочитанное сообщение от меня!
Томми выхватил у нее мобильный:
– Да сколько можно, Пола! Мало того что на работе весь день одни проблемы, еще и дома ни минуты покоя, потому что ты вечно найдешь к чему придраться!
Она тяжело сглотнула:
– Прости меня, дорогой. Садись отдохни, а я займусь стейками.
– Совсем другое дело. – Томми кивнул и, поцеловав жену в макушку, ушел в гостиную.
Пола вернулась на кухню. Стычка с мужем выбила ее из колеи. Память услужливо подкинула образ Алексы – женщины, с которой она встречалась на тренировках в фитнес-зале. Муж этой знакомой просто обожал для нее готовить и к тому же постоянно общался с ней по телефону. Анна попыталась представить, каково это – иметь такого внимательного мужа.
А впрочем, к чему эти пустые размышления? Ведь в их семье у каждого своя роль: Томми – кормилец, а Пола – хранительница домашнего очага. Поэтому она просто обязана встречать мужа вкусным ужином после тяжелого – зачастую двенадцатичасового – рабочего дня. К тому же у них крепкий брак. Вот Томми и не готовит. Порой муж задерживался на работе и пропускал поезд. Тогда он покупал жене что-нибудь в Сити – цветы, ювелирные украшения или выпечку в дорогой кондитерской. При виде подарков Пола, восхищаясь его добротой, всякий раз влюблялась в мужа заново, мгновенно забывая, что минуту назад не находила себе места от беспокойства.
Из гостиной послышалось бормотание телевизора.
Она открыла к ужину бутылку красного вина. Свой бокал Пола осушила сразу же, а второй заботливо отнесла супругу.
* * *
После ужина Пола украдкой взглянула на Томми. Муж удобно расположился на кресле-кровати, небрежно перекинув ногу через подлокотник. Он опустил спинку кресла, развязал галстук и, казалось, впервые за вечер смог по-настоящему расслабиться.
Пола сидела, нервно покусывая кончик большого пальца. И почему с Томми так сложно заговорить? Сейчас как раз самое время: он сыт, расслаблен, разомлел от вина. Нужно просто непринужденно перевести разговор в нужное русло.
– Что такое? – Томми наконец-то заметил пристальный взгляд жены.
Пола ответила не сразу – она все еще взвешивала в голове все за и против. Продолжая оценивающе смотреть на мужа, она отметила, что он выглядит очень измотанным. Женщина впервые задумалась о том, что, если они все же заведут ребенка, воспитывать его ей придется практически одной. Разумеется, формально в жизни малыша будет и отец, но вовлекаться в процесс с головой он не станет. У Томми просто не найдется времени, чтобы купать ребенка или менять ему подгузники, а тем более следить за ним, пока она встречается с Джули. Впрочем, это означает, что Пола станет для малыша целым миром. Он будет любить ее больше всего на свете. Она улыбнулась своим мыслям.
– Дорогая? – напомнил о себе муж.
Глубоко вздохнув, Пола наконец решилась:
– Мне кажется, нам нужно поговорить о наших отношениях. И о том, не пора ли завести ребенка.
Томми снова отвернулся к телевизору, но от Полы не укрылось, что он закатил глаза. Этот пренебрежительный жест задел ее. Радостные надежды угасли.
– Томми? – неуверенно окликнула она мужа.
Он раздраженно вздохнул:
– Обязательно обсуждать это сегодня?
– Нет… – робко отозвалась Пола. Сглотнув, она подняла взгляд на мужа и осмелилась спросить: – А когда тебе будет удобно это обсудить?
– Просто мне кажется, что сейчас не самое подходящее время, – мягко ответил он. – Для ребенка, а не для разговора.
Как бы Пола ни надеялась на лучшее, в глубине души она знала, что именно этим все и закончится. Она осмелится заговорить о зачатии ребенка, а Томми пресечет на корню все ее попытки. В считаные минуты ее заветная мечта разобьется о глухое сопротивление. Придется собирать ее по кусочкам и начинать разговор по новой.
Осознание безнадежности ситуации вызвало у нее горькое разочарование.
«Попробуй еще раз!» – убеждала она себя.
– Джули считает, что к этому нельзя быть на сто процентов готовыми, – глубоко вздохнув, тихонько произнесла Пола. – А если мы будем и дальше тянуть, все решится само собой. Я постарею и не смогу забеременеть.
Этими словами Пола наконец-то добилась желаемого: Томми оторвался от телевизора и взглянул на нее.
– Ты обсуждала эту тему с Джули?! – возмущенно воскликнул он. – Господи, Пола, обязательно обо мне судачить? Почему ты со мной-то не поговорила?
Выслушав упреки мужа, Пола прерывисто вздохнула. Она едва сдерживала слезы.
– Я пытаюсь, но ты каждый раз пресекаешь эти разговоры!
Томми примирительно поднял руки:
– Просто мне некогда. Сама знаешь, работаю с утра до ночи. – Он аккуратно достал что-то из портфеля. – Я правда ценю все, что ты делаешь. Уверен, ты станешь прекрасной матерью.
Жгучее чувство обиды угасло без следа. Услышав долгожданную похвалу, Пола всем телом потянулась к мужу:
– Ты действительно так думаешь?
Вместо ответа Томми молча протянул ей белоснежный конверт, на котором золотыми буквами было выведено ее имя.
– Что это?
– Открывай. – Он накрыл ладонь Полы своей. – Я согласен с тобой, что нужно поговорить о ребенке и все распланировать. И это, – Томми постучал по конверту, – идеальное время и место для такого разговора.
Неожиданный подарок вернул Поле хорошее расположение духа. Сгорая от нетерпения, она аккуратно вскрыла конверт.
Билеты.
Она положила их на колени, внимательно изучила, а затем подняла восхищенный взгляд на мужа:
– Поверить не могу, Томми! Круиз?!
– Да, – усмехнулся он. – И не просто круиз, а первый вояж «Рубинового духа». Отплываем из Саутгемптона и держим курс на Исландию.
Пола восторженно вздохнула и прижала билеты к груди.
– Любоваться северным сиянием, – добавил Томми.
– С ума сойти! – пронзительно воскликнула Пола.
– А главное, – со значением подчеркнул он, – круиз начнется уже через неделю.
* * *
– Приветствую вас, отважные искатели приключений! Добро пожаловать на первый вояж «Рубинового духа». На связи капитан судна. Предлагаю ознакомиться с маршрутом круиза: мы поднимем паруса над Саутгемптоном и будем двигаться со скоростью пятнадцать узлов.
Миновав пролив Солент, «Рубиновый дух» войдет в воды Северного моря. Проплыв Ауддорп и Ондалснес, судно возьмет курс на северо-запад в сторону Исландии.
Спешу вас обрадовать, что во время вояжа на холодном ночном небе ожидается самый настоящий шведский стол астрономических чудес! Если Посейдон внемлет нашим молитвам и подарит ясную погоду, нам посчастливится увидеть созвездия Пегас, Андромеда и Кассиопея.
Во время круиза вы сможете полюбоваться метеорным потоком Леониды – быть может, и не единожды. Звездопад начнется на второй неделе ноября и продлится до конца месяца. Метеоры небесного потока Леониды на несколько секунд словно зависают в воздухе. Апогей звездопада придется на семнадцатое ноября. В этот день ожидается около двадцати метеоров в час. И наконец, не стоит забывать, что восхитительное северное сияние может появиться в любой момент, так что не упустите свой шанс!
Глава 4
Пола сидела на кровати и наносила ночной крем. Взглянув на билеты, выставленные на каминной полке, она расплылась в довольной улыбке. Вот это сюрприз!
Ей вспомнился разговор о ребенке, который закончился так приятно. Томми согласился завести малыша! Конечно, прямо не пообещал, но сказал, что из нее выйдет чудесная мама, но нужно все распланировать. В этом весь Томми – он ничего не делает спонтанно.
Муж подходит к любому начинанию серьезно и обстоятельно: если предложение руки и сердца, то обязательно на частном пляже на Ямайке; если машина, то лучшая модель BMW, выбранная после долгого изучения рынка… При этом Томми остается верен себе, даже если дело касается сущих мелочей. Например, он не может просто купить начальнику бутылку виски на Рождество (так было раньше, теперь-то он сам себе хозяин). Нет, Томми нужно сначала тщательно изучить ассортимент спиртного в самых престижных частных клубах Лондона.
Поле не терпелось похвастаться подарком мужа. Она схватила телефон и набрала сообщение для Джули, но, вспомнив, что они поссорились, задумчиво стерла текст. Ее оживление погасло.
Ничего, переживем, не в первый раз ссоримся. Но извиняться не буду.
Пола знала, с кем можно поделиться радостью. Она зашла на «Фейсбук» и с удовольствием отметила, что пост со стейками набрал много лайков. Еще бы, уж Пола-то знает, как правильно расположить предметы в кадре и отредактировать фото! Жалко, поздно сообразила: надо было выложить публикацию в «Инстаграм» и отметить в хештегах кулинарных критиков и популярных шеф-поваров.
Пола вновь взглянула на билеты, заманчиво стоявшие на каминной полке. Она с улыбкой сфотографировала подарок, добавила подпись «Сюрприз от Томми!» и эмоджи в виде сердечка, а затем опубликовала запись в ожидании комплиментов от многочисленных друзей.
Восхищенные комментарии не заставили себя ждать. «Томми – просто душка!» – восторженно писала одна. «Как же тебе повезло!!!» – вторила другая. «Не мужчина, а мечта!» – отзывалась третья.
Так-то лучше. Пола отложила телефон, убрала увлажняющий крем и легла под бок к мужу, который видел уже десятый сон.
– Люблю тебя, милый, – прошептала она и, поцеловав мужа в плечо, потянулась и выключила ночник.
* * *
Анна заглянула в духовку и поняла, что запеканка для Уильяма почти готова. Добавила огонь на гриле: нужно было скорее дожарить картошку. Поправила фартук, чтобы не запачкать платье. Анна хотела сразу переодеться в джинсы, но Уильям настоял, чтобы она не снимала обновку.
– Оно очень хорошо на тебе сидит, – мягко отметил он.
В глубине души Анна была в ярости. Она и без того знала, что прекрасно выглядит, но ее красота была предназначена не для Уильяма. Однако именно на его деньги куплено это платье, и Анна решила сменить гнев на милость – пусть старик порадуется.
– Ужин готов, – объявила она. – Вам принести на подносе или накрыть на стол?
– На стол, – ответил он, медленно проходя на кухню. – И ты можешь посидеть со мной.
Анна повиновалась. Накладывая еду, она чувствовала на себе пристальный взгляд Уильяма. Поставив тарелку перед стариком, села напротив. Анна почти никогда не ела, и уж точно не в компании Уильяма. Вместо этого она, наблюдая, как старик добавляет в чай несколько ложек сахара, потягивала молодое белое вино.
– Вы так и не рассказали, куда сегодня ходили, – заметила Анна, вперив взгляд в галстук Уильяма.
Старик мрачно кивнул:
– Утром, после твоего ухода, я читал газету. – Он медленно прожевал и с усилием проглотил. – Рухнул еще один банк.
– Неужели? – задумчиво отозвалась Анна. Случись нечто настолько серьезное, она наверняка услышала бы об этом. – Какой именно?
Он указал вилкой в сторону столешницы, где лежала газета. С вилки слетел кусочек запеканки и попал Анне на руку – хорошо хоть не на платье. Девушка смахнула его, пытаясь не выдать своего отвращения, и потянулась за газетой.
Оказалось, Уильям читал «Телеграф», но за 2008 год. Новости более чем десятилетней давности. Анна молча положила газету на место.
– Я сразу пошел в банк, точнее, в оба банка, где у меня сбережения, – продолжал он. – Сказал им, что трудился всю жизнь и не собираюсь терять честно заработанные деньги. Поэтому я их снял.
Анна резко поставила бокал на стол:
– Что значит «сняли»?
Отправив в рот очередную порцию запеканки, Уильям стал медленно пережевывать, словно испытывая терпение Анны. Наконец, опершись о стол, тяжело поднялся на ноги:
– Пойдем покажу.
Они прошли по коридору, а оттуда – по лестнице на второй этаж. Анна поднималась, держа руки наготове, чтобы подхватить Уильяма, если он вновь потеряет равновесие. Когда оставалось всего несколько ступенек, старик пошатнулся, но успел ухватиться за перила и без помощи сиделки вошел в спальню.
– Вот. – Уильям указал на черную спортивную сумку, которую Анна раньше не видела. – Решил, что безопаснее хранить деньги у себя.
Девушка оценивающе взглянула на сумку:
– Сколько же там денег?
Старик достал из нагрудного кармана листок бумаги и прищурился, пытаясь разобрать написанное.
– Восемнадцать тысяч фунтов, – заключил он и, аккуратно сложив бумажку, убрал ее, похлопав себя по карману.
– С ума сойти, – прошептала Анна.
От волнения ее сердце учащенно забилось. Как он вообще смог дотащить это? Анна точно знала, что такая тяжесть немощному старику не по силам.
– Вам, наверное, было тяжело?
– А мне помог таксист. Славный малый.
– Вы рассказали ему, что в сумке? – От этой догадки Анну бросило в дрожь.
Он беспечно пожал плечами и широко улыбнулся:
– Не накручивай себя так, милая.
Нужно срочно что-то придумать. Анна накрыла ладонью руку Уильяма и нежно погладила ее:
– Вы поступили разумно. Я банкам тоже не доверяю. Но нельзя просто оставить деньги здесь. – Она ободряюще улыбнулась. – Хотите, я за ними пригляжу?
– Не нужно, спасибо, – отмахнулся Уильям. – Хочу, чтобы они были у меня на глазах.
Старик утомился после насыщенного дня – он неверными шагами подошел к кровати, присел и похлопал сморщенной рукой по покрывалу возле себя:
– Не хочешь ненадолго прилечь со мной, Джемма?
Она, принужденно улыбнувшись, подошла и взбила подушки.
– Сначала мне нужно помыть посуду. Минут через десять вернусь и посижу с вами.
Уильям просил ее «полежать» с ним несчетное количество раз, а она неизменно поправляла его, что «посидит». Иногда, пока Анна всячески пыталась оттянуть неприятный момент возвращения к старику, он успевал уснуть. Она надеялась, что сегодня произойдет то же самое.
– Ты ведь скоро вернешься? – услышала Анна, выходя из комнаты.
Девушка остановилась в дверях. Черная сумка притягивала ее взгляд, словно магнит.
– Скоро, – пообещала она.
* * *
Стоя на кухне, Анна задумчиво барабанила пальцами по столу. Восемнадцать тысяч фунтов наличными прямо над ее головой, в сумке на полу… Она ненадолго потешила себя мыслью, что Уильям не станет их пересчитывать и можно будет без его ведома прибрать к рукам какую-то часть.
Глаза Анны засияли. Она вновь вспомнила о женщине в кафе. Сколько бы денег ни приносила Томми высокая должность в Сити, даже у Полы вряд ли было в распоряжении целых восемнадцать тысяч!
По всей видимости, Уильям уверен, что она тут моет посуду. Анна прислушалась к тому, что делается наверху. Тишина. Она взяла телефон, не боясь, что ей помешают. На страничке Полы в «Фейсбуке» успел появиться очередной пост. «Сюрприз от Томми!» – гордо значилось под фотографией билетов на круиз в Исландию.
Анна увеличила изображение в поисках даты. Отплытие из Саутгемптона через семь дней. Она аккуратно положила телефон на стол, боясь испачкать его о пятна соуса, – ел Уильям неопрятно.
Сверху донесся глухой удар, а за ним – медленное шарканье. Анна раздраженно вздохнула, поднялась из-за стола и начала собирать тарелки.
– Джемма! – раздался из спальни голос Уильяма.
– Скоро приду, только уберу со стола! – отозвалась она.
Анна поймала свое отражение в окне. Красивая девушка в дорогом платье – и в фартуке, испачканном остатками стариковского ужина.
Стянув фартук через голову, она скомкала его и бросила на стол, а затем нехотя поднялась в комнату Уильяма.
* * *
Он проснулся рано, как и все пожилые люди, Анна же не сомкнула глаз.
Ближе к полуночи она попыталась незаметно встать с кровати, но Уильям это почувствовал и, схватив ее за плечо, снова притянул к себе. Он не проронил ни звука – слова были ни к чему. Анна, скрепя сердце, лежала рядом с Уильямом, слушая его храп и вдыхая смесь талька и кулинарного жира. Рука старика тяжело покоилась на ее бедре, но девушка осторожно выскользнула из его объятий и вернулась к себе в спальню.
Сняв одежду, она с опаской понюхала шерстяное платье. С раздражением отметила, что придется сдать его в химчистку. «Пусть Уильям раскошелится», – с горечью подумала девушка.
В шесть утра, когда на улице еще не рассвело, дверь комнаты со скрипом распахнулась. Анна вечно спала как на иголках, потому что знала: в любой момент к ней может забрести Уильям. Не хотелось подпускать его к своей узкой односпальной кровати.
– Уильям? – Анна откинула волосы от лица и натянула на себя одеяло, пряча наготу. – Еще рано. Ложитесь в постель, а я заварю чай.
Она оглядела его силуэт в неверном свете из коридора. Старик успел одеться, хоть и наполовину: в черный полинявший жилет, коричневые брюки и темно-синие подтяжки. Анна отвела глаза, надеясь, что Уильям не заметил ее отвращения.
– Я тороплюсь. – Он покачал головой и опустил взгляд на выцветший ковер. – Дел невпроворот.
Губы Анны искривились в горькой усмешке. Чем это ему срочно требуется заняться? Ничем! Ведь она все делает за него. У Уильяма нет ни хлопот, ни хобби, ни друзей.
– Вам ничего не нужно делать, – с напускным спокойствием уверила его Анна. – Возвращайтесь к себе в комнату. Я скоро встану и приготовлю завтрак.
– Ты не понимаешь, – тихо ответил он и поднял на Анну встревоженный взгляд. – Ко мне едет сын.
* * *
Сидя в сумрачной гостиной, Уильям подробно рассказал Анне о предстоящем визите.
Сына звали Джейсоном. Он жил и работал в Испании, где управлял несколькими ресторанами и барами. Джейсон не навещал отца за все время работы Анны. На ее памяти он ни разу не позвонил и не написал старику. Единственным знаком внимания с его стороны были ежегодные рождественские открытки.
– Он хочет открыть еще один бар, кафе-бар, – объяснил Уильям. – И приглашает меня к себе в Испанию.
– Не уверена, что вам понравится в Испании, – пожала плечами Анна. – Там будет слишком жарко для вас, вы же не любите солнце.
Взгляд старика затуманился.
– А может, и понравится, – мечтательно отозвался он. – Буду помогать. Могу присматривать за внуками, пока их родители на работе. Джейсон сказал, что каждый вечер они играют в бинго, а еще дремлют после обеда. – Уильям посмотрел в окно. По стеклу бил унылый осенний дождь. – В любом случае ему понадобится моя помощь.
Анна вдруг поняла, в чем дело.
– Уильям, вы собираетесь вложить сбережения в этот бар? – спросила она, имея в виду набитую деньгами сумку.
Он пожал плечами и перевел взгляд на Анну:
– Думаю, моя поддержка в этом деле ему не помешает.
Не помешает, еще бы! Раньше-то не хотел иметь с отцом ничего общего, но теперь, когда речь зашла о деньгах…
– Когда он приедет? – поинтересовалась она.
Нужно срочно что-то решать.
– Завтра, – ответил Уильям. – У него здесь какие-то дела, а через неделю мы вылетаем.
Он явно что-то недоговаривал. Глубоко вздохнув, Анна подошла к Уильяму, села на подлокотник кресла и положила руку старику на плечо. Уильям тоже вздохнул и потер нос.
– Думаю, он не одобрит, что ты здесь.
Анна похолодела от ужаса.
– Я ваша сиделка, – чопорно произнесла она.
– Да, но ведь… – Он улыбнулся ей со слезами на глазах. – Ты больше чем просто сиделка, Джемма. Гораздо больше. – Уильям уперся ладонями в подлокотники и неуверенно поднялся на ноги. – У меня кое-что для тебя есть. Небольшой прощальный подарок. – Он качнул головой в ее сторону. – Пойдем.
«Отдай мне полсуммы, – мысленно заклинала Анна. – Половину того, что лежит в сумке, и разойдемся тихо-мирно».
Казалось, что путь до спальни занял целую вечность. Анна чинно встала в дверях, а Уильям присел перед сумкой, расстегнул молнию и стал вытаскивать пачки денег одну за другой. Ожидая, пока старик все тщательно пересчитает, Анна разглядывала его лысый затылок: нежно-розовую сухую кожу в обрамлении тонких белых волос.
Наконец он поднял взгляд на Анну и протянул ей одной рукой тонкую пачку банкнот, другой рассеянно потирая грудь.
Девушка наклонилась и забрала деньги.
Сто фунтов.
Всего лишь жалкая сотня фунтов!
Анна выпрямилась, расправила плечи и убрала деньги в задний карман джинсов.
– А теперь давайте вернемся вниз, и я заварю вам чашечку чая.
Она подошла к Уильяму сзади и помогла встать.
Старик нетвердо поднялся на ноги и почти всем своим весом оперся на нее.