Хроники некроманта: первая кровь

Предисловие

Бармок – необычайно волшебный и красочный город на берегу Нефритового залива. Столица Валендорской Империи. Место, где живут сотни тысяч живых существ.

Бармок – сердце прибрежной империи, столица торговли и развлечений. Колыбель магии и семейное гнездо императорской четы, которая правила здесь, кажется, с самого зарождения государства.

Бармок – место, где прямо сейчас совершается кровавое жертвоприношение, которое поведет за собой череду неожиданных и ужасных событий.

Мрачная беззвездная ночь окутала столицу империи. Жители города спешили по домам после работы или учебы, закрывались даже трактиры, работавшие допоздна. На улицах блуждали лишь высокие фигуры дозорных, чьи серебряные шевроны на расшитых камзолах блекло блестели в свете уличных фонарей.

Тишина. Редкий порыв ветра заставлял неприятно скрипеть таблички магазинчиков с зельями и развивал гобелены на центральной площади. Катился последний паровой трамвай на свое место в Депо, машинист, сонный и раздраженный всю дорогу ворчал и потирал глаза, пока, проезжая по узенькой улочке не увидел силуэт, стоявший на остановке.

Старик устало вздохнул, но остановил транспорт, нажав на открывающий рычаг. Дверь трамвая открылась, и кажется, водитель пожалел , что впустил этого незнакомца в салон. Высокая, крупная фигура, укутанная в черный плащ с массивной брошью на левом плече, легко и быстро вошла в трамвай. Голову человека покрывал капюшон, так что водитель не видел, кто это был, но предположил, что мужчина.

– Мне до конечной. – Сказал хриплый низкий голос, и его владелец протянул старику проездной билет.

Водитель, который уже, кажется, успел попрощаться с жизнью, облегченно выдохнул, пробивая небольшой квадратик плотной бумаги с серийным номером.

– Так точно, сер. – Сказал старик, голос его дрожал, но он старался не подавать виду.

И когда уже ему показалось, что он в безопасности, когда водитель расслабился в своем кожаном кресле, краем глаза он заметил подозрительное шевеление со стороны своего последнего пассажира.

Тот, совершенно спокойно протянул перед собой руку, держа в широкой ладони какой-то предмет с деревянной ручкой.

Как только трамвай остановился на станции Депо – старик почувствовал резкую боль в зоне затылка. Он до последнего надеялся, что этот человек лишь показался ему странным.

Глава 1.

Осень уже во всю хозяйничала в российских городах. Раскрашивала деревья в бордово-золотые цвета, срывала первые листья и пускала их в воздушный, совершенно легкий хоровод, за которым было приятно наблюдать. Холодные ветра заставляли кутаться людей в куртки и шарфы, иной раз даже кожаные перчатки. Эта пора заставляла носить с собой зонт и вызывала желание пить горячий чай с лимоном и, с видом истинного интеллектуала, заставляла читать классику.

По крайней мере именно так об осени думал Эдуард Белов.

Белов – это вечное томное недоразумение, которое выделялось на всеобщем фоне бегущих мимо него людей. Высокий и стройный парень с пшеничными волосами до плеч и холодными светло-голубыми глазами. Его аристократические черты лица и строгий стиль в одежде сами предрекли его кличку в школе – «Граф».

Эдик был интеллигентом. Читал книги, разбирался в истории и философии. А еще был очень ненавистен своим одноклассникам.

Но, Белов сильно от этого не страдал. Он был одиночкой до мозга костей, который бы лучше проводил время в компании книги, чем среди людей, которые не отличили бы Маяковского от Есенина.

Но вот его одноклассники были другого мнения.

И вот сейчас, поздно вечером, Белов, который весь день бегал по всему городу от шайки Соколова, чтобы те его не избили забавы ради – стоял на пороге старого заброшенного особняка.

– Черт бы тебя побрал, Эдик! – Ругался парень сам на себя, пробираясь в темное грязное помещение, единственный украшением которого был пыльный мусор, битое стекло и бесконечные бутылки из-под водки. – Следовало все-таки идти на бокс, а не на шахматы.

Где-то в дали послышался хор знакомых глумливых голосов и смех больше похожий на лай. У Эдика сердце ушло куда-то в пятки. Он уже порвал пиджак, испоганил обувь и его портфель остался на территории школы. Он ненавидел себя за то, что не мог дать сдачи. За то что вырос в семье без отца, за слишком мягкотелую маму с бабушкой, которые воспитали в нем джентльмена, который не то что не может защитить девушку – он не в силах постоять за самого себя.

Голоса приближались. Эдик хаотично забегал, привыкшими к темноте, глазами по заброшенному помещению и не нашел ничего лучше, чем нырнуть в приоткрытую потрепанную дверь.

– Эдик! Граф! Ваше святейшество, выходите! Вас же спутают с некрасивой девушкой и оприходуют! – Загоготал до боли знакомый и режущий слух голос. Никита стоял возле одного из разбитых окон и светил в него фонарик своего нового модного телефона. Другие из его шайки последовали соколовскому примеру и тоже начали выискивать высокую фигуру таким методом.

Все-таки в старый заброшенный храм, который находился на окраине города, куда они погнали несчастного Белова, хотя заходить хулиганы боялись. В отличии от самого Эдика, не верящего в присказки про живущих тут призраков монахинь. Разве что ему светила встреча с бездомными алкашами, но даже их компания была бы приятнее чем соколовская шайка с тяжелыми кулаками.

Белов двигался дальше по коридорам, касался руками холодных стен и на ощупь пробирался вперед, надеясь, что Никита с друзьями не додумаются дойти до другого конца здания.

Когда чужие голоса за спиной стихли, светловолосый оказался сидящим на коленях, сам того не понимая. Он не чувствовал ни сил, ни страха, ни боли, ни разочарования от своей жизни. Он просто устал. Эд уже представлял, как придет домой, как будет охать и ахать мама, как показательно бабушка будет лить себе в рюмку успокоительное, а на следующее утро все опять повторится. Опять Никиту вызовут к директору, опять вызовут его родителей, а потом через время рассерженный и мстительный Соколов вернется обратно в школу и начнет опять издеваться над Беловым.

– Я устал. – Выдыхает парень. Он бы прямо тут лег, на этот холодный камень, свернулся бы клубком и заплакал. Но, его бледные длинные пальцы нащупывают в темноте какой-то странный предмет которого раньше тут не было. Небольшой, но увесистый предмет, похожий на брошку в виде цветка, излучал странное тусклое сияния и был на ощупь как кусочек льда. Эдик покрутил его в руках, затем достал из кармана телефон, который еще чудом был с ним. На дисплее высветилось уведомление о кучу пропущенных от его матери, но он проигнорировал их. Зажег фонарик и навел свет от телефона на странный предмет.

Это в самом деле была брошь в форме золотой орхидеи. Сердцевина ее были украшена черным драгоценным камнем, который внутри был очень мутным.

Белов долго и усердно рассматривал украшение, не имея и представления, как оно могло тут оказаться.

– Спасибо, что нашел меня. Тебе я точно доверюсь. – Услышал он тихий девичий голос над головой и отшатнулся в сторону. Перед ним стояла девушка. Лицо ее было бледным и укрытым копной темных волос, что его невозможно было рассмотреть. Но она светилась. Светилась как эта самая брошь в руках Белова.

– Кто ты?! – Закричал парень и пополз назад. Женская фигура же начала плавно двигаться в его сторону и только сейчас парень осознал, что она не идет, она парит в воздухе.

– Не бойся. – Попросила она, протягивая ему руку и наконец-то показывая свое лицо. Бледное, с впалыми скулами и кругами под темными глазами. Девушка походила на призрака и зомби одновременно.

– Не надо! Оставьте меня! – Завопил Эдуард, страх сковал его моментально, сцепил в своих ледяных цепях, но он все еще делал попытки пошевелиться, пытаясь дрожащими губами читать молитву, которой его научила еще бабушка.

Но, все кажется было четно. Призрачная девушка надвигалась на него стремительно, в вытянутой руке у нее загорелся темно-красный огонек, тут же рассыпался на кучу маленьких частиц, и все они устремились прямиком к Белову, который в этот самый момент истошно закричал.

Последнее, что он запомнил, прежде чем отключиться был силуэт незнакомки и ее слова.

«Надеюсь ты быстро освоишься.»

***

Пробуждение было долгим. Глаза, словно налитые свинцом, не поддавались всякой попытке Белова их открыть. Где он Что произошло? Неужели ему все это приснилось? И что это была за девушка? За ним приходила смерть?

У парня было слишком много вопросов и все они пока оставались без ответа. Но одно он знал точно. Он лежит в теплой мягкой кровати. Но кровать это точно не его. Слишком мягкая и удобная, вместо колючего пледа было что-то мягкое и воздушное, а еще в комнате не пахло привычными лекарствами и легким налетом пыли. Здесь пахло деревом.

Вдруг, тихонько скрипнула дверь и Эдику, почему-то, очень сильно захотелось притвориться спящим.

– Еще спит, что ли? – Пробасил незнакомый голос.

– Как видишь. С тех пор как ко мне его притащили. – Коротко отвечал второй, не менее низкий голос. Послышались шаги. Двое мужчин все же прошли в комнату.

– Может он… Того? – Продолжил первый.

– И этого. – Во втором голосе слышалась насмешка.

– Ну тебя, Яков. Все со своими шуточками. – Фыркнул, пока, безымянный мужчина.

– А что мне остается делать? Не тебе же на голову, в буквальном смысле, упал подросток из пространственного портала, сжимающий в руках брошь академии, в которой учится твой ребенок. – Выдал, почти гневную, тираду Яков. В комнате повисла тишина.

Теперь Белов владел информацией, что он выпал из какого-то пространственного портала, прямо в руки какому-то мужчине. Просто замечательно. Лучше и не бывает.

А потом Эдуард наконец-то осознал суть произошедшего и наконец-то полностью пришел в себя. Он громко застонал и сел на кровати, начав сильно растирать глаза, чтобы наконец-то увидеть мужчин, которые его тут обсуждали.

– Доброе утро, спящая красавица. – Усмехнулся один из них, когда к светловолосому вернулось зрение.

На Эдика смотрели две пары совершенно разных глаз. Как и эти двое мужчин. Один был бледноликим, с янтарными, по-звериному светящемуся глазами. Волосы его были черным и вьющиеся, а кожа настолько бледная, что в светлом помещение он мог с ней сливаться. Другой же наоборот был загорелым и кареглазым. Волосы его были словно выгоревшими на солнце. Оба они были одеты в странного вида одежды, похожие на старинные костюмы британской знати. От них веяло силой и, на удивление, безопасностью.

Эдик молча их рассматривает. На самом деле он делает жалкие попытки издать хоть какой-то звук.

– Воды? – спрашивает брюнет, оказалось, что он был тем, кто рассуждал насчет того, как Эд упал на него. Белов одобрительно закивал головой.

Спустя несколько мгновений парень уже держал в руках бокал чистой прохладной воды и неловко пил ее маленькими глотками, под взглядами чужих глаз.

– Удивительное зрелище. А говорили, что в том мире они шибко сильно отличаются от нас. – Восхищенно заметил блондин.

– Так он и отличается. – Фыркнул Яков. – У него аура вон какая черная и в дырках. – Мужчина тяжело вздохнул, а потом взял стул, стоявший возле стола и поставил его рядом с кроватью, уселся прямо возле Эдика, который сильно насторожился.

– Так. Ну наш язык ты вроде понимаешь. – Кивнул он. – А говорить то ты можешь?

– Сейчас да. – Отозвался Белов. Голос его все еще хрипел, но теперь он мог издавать хоть какие-то звуки. – Извините, а где я?

Мужчины переглянулись.

– И с чего нам следует начать? – Поинтересовался блондин.

– Не знаю, Иден, это ты у нас специалист в истории. – Вздохнул Яков и потер переносицу.

Повисла неловкая пауза. Эдик совершенно не понимал, что происходит и где он находится. Его начинала накрывать паника, руки, держащие пустой бокал, мелко задрожали.

– Я… Где? – Спросил он еще раз и посмотрел на второго мужчины, который наконец-то получил имя.

– В Валендорской империи, парень. Ты в самом сердце империи. В ее столице. – Тяжело вздохнул Иден и продолжил. – Прежде чем ты задашь мне еще кучу вопросов, позволь я задам тебе один. Ты можешь рассказать, как ты нашел это? – Мужчина порылся в карманах. Через несколько мгновений на одеяле перед Эдиком лежала злополучная брошь в виде орхидеи. Воспоминания накрыли его холодной волной, и он весь затрясся.

– Э-это в-все о-она… – Заикаясь выдавил из себя парень. – Я н-не знаю, откуда она взялась. Я е-ее в темноте н-нащупал. А п-потом там появилась девочка какая-то. Она в в-воздухе парила и сказала, что мне не будет больно. – Кое как закончил Белов.

– Хорошо. Эта девочка выглядела вот так? – Теперь, рядом с брошкой лежал рисунок. Портер темноволосой девушки точно повторял внешность той незнакомки, которую встретил Эдик.

Его снова бросило в жар. Он не понимал, как ему на это реагировать и что вообще происходит.

– А теперь смотри. – Продолжил Иден. – Ситуация не самая красочная, молодой человек. Как тебя кстати зовут?

– Эд.

– Хорошо, Эд. Брошь, которая была у тебя в руках, когда мы нашли… Она принадлежит вот этой девушке. – Он указал на портрет. – Она пропала без вести еще в конце лета, а сейчас середина осени.

– Вы, хотите обвинить меня в ее пропаже? – Нахмурился Белов.

– Ни в коем случае. – Подал голос Яков. – Просто у нас есть очень серьезные догадки, что ты мог бы попасть в наш мир из-за нее.

– Ты же ее видел?

– Ну… Да. – Согласился Эдуард, он уже по немного успокаивался.

– Она была живой? – Влез Иден. Повисла неловкая тишина, прежде чем до мужчины дошло, что он сморозил откровенную чушь.

В комнате повисла неловкая тишина, прежде чем блондин замер в изумлении, и, кажется, даже неловко покраснел.

– Просто объясни, как она выглядела. – Вздохнул Яков.

Эдик, недолго думая, в точности и со всеми подробностями описал внешний вид девушки, из-за которой, он, судя по всему, оказался в этом странном месте. Мужчины слушали его молча. Лишь под конец рассказа Белова, который никогда бы не поверил, что будет кому-то вслух описывать то, как увидел парящую в воздухе девушку, мужчины переглянулись.

– Судя по всему мертва. – Закивал головой Яков. – И зачем-то утащила этого мальчишку из другого мира к нам.

– Еще и магию свою передала через брошь академии. – Кивнул Иден.

– Это только твои догадки, Полонский. – Саркастично заметил брюнет.

– Лер Назида подтвердит мои слова, вот увидишь, Багряный. – Криво усмехнулся Иден.

Эдик только успевал наблюдать за тем, как эти двое начали метать друг в друга молнии. И прежде, чем эта перепалка переросла во что-то большее, чего Белов искренне боялся, он решил не терять времени и задать хотя бы один логичный вопрос.

– Извините пожалуйста. – Начал он, перебирая в бледных пальцах складки одеяла. – Но где я?

Двое мужчин тут же на него уставились, чем вызвали у него приступ смущения. Эд прям почувствовал, как покраснел до самых кончиков ушей.

– Тебя интересует конкретно это место? – Яков обвел пальцем воздух вокруг себя, имея ввиду комнату. – Или вообще в целом?

Эдик задумался.

– Вообще. Если думать логически. – Начал он размышлять вслух. – Вся ситуация выглядит как бредовый сон. И вероятнее всего я очнусь либо в больнице, либо уже не очнусь вообще. – Сделал неутешительный вывод парень.

– В таком случае. У меня для тебя плохие новости. – Усмехнулся Яков, – Ты как минимум не проснешься. Потому что прямо сейчас ты находишься в сознании.

В этот самый момент в дверь вломились без стука. На пороге комнаты, стояла смуглая низкая женщина с густой седой косой на левом плече. Выглядела она очень любопытно в своей темной мантии и с посохом в руках.

– Ну, где больной? Вы его еще не замучали? – Спросила она. Женщина выглядела весьма строго и грозно.

– Нет лер Назида. – Сказал, вставший с своего места, Яков. – Мы только начали.

***

Тем временем в другой части этого дома, который на самом деле являлся семейным поместьем Багряных – разворачивалась другая история, совершенно другого подростка.

Агата Багряная. Дочь Якова. Младшая из двух детей. Прекрасная и послушная дочка со спокойным горделивым нравом и серьезными (порой просто до невозможного) темно-серыми глазами. Струящиеся волны темно-русых волос как у отца и мамины черты лица. Девочка-куколка со сложным характером и серьезными задатками магии как для черной ведьмы.

Она крутилась возле старинного зеркала в полный рост в своей комнате. Одетая в униформу академии – черная платье с широким, остроконечным белым воротником из кружева, она то и дело поправляла кожаный пояс, который в несколько раз умудрилась обернуть вокруг талии, задевая пальцами золотую цепочку со звездами, которая красиво блестела на солнце. Вообще вся Агата была украшена бесконечными безделушками. От сережек с жемчугом в ушах, до колец на пальцах и заколок, которые удерживали причудливый черный берет.

– Госпожа, Вы вновь нацепили все, что только можно. – Усмехнулась женщина в строгом темно-синем платье с белыми цветами, стоявшая рядом с девушкой, и терпеливо державшая шкатулку с самым главным украшением – золотой брошью в виде орхидеи.

– Ой, молчите, нянечка. – Театрально вздохнула ведьма, протягивая руки к броши. – Надо же ведь делать вид, что мне приятно хоть какое-то внимание моего жениха. – С этими словами она закрепила брошь в основании воротника. Украшение тут же блеснуло на солнце, а рубин в центре этой причудливой композиции засиял ярче всего золота и жемчуга, что были надеты на девушке.

Няня помотала головой. Говорить на больную тему своей воспитанницы она не любила, как и сама Агата не любила упоминать в стенах своей комнаты имя Сабита Полонского. Она вообще во многом уступала Багряной младшей, считая ее чуть ли не эталонной леди во всей столице. И судьба, уготованная девушке, страшила Лолиту до поседения.

– Нам стоит поторопиться. Сер Отсо и ваша матушка, скорее всего, уже в обеденном зале.

– Да, нянечка, конечно. – Покорно кивнула девушка и усмехнулась. Семейный завтрак в начале рабочей недели был негласной традицией в семействе Багряных. И, сказать честно, девушка эту традицию очень любила.

Идя коридором, увешанным семейными портретами, Агата встречает своего брата. Мартин Багряный – старший сын. Высокий и статный, как его отец. Такой же темноволосый, как и все Багряные, с четкими и острыми чертами лица, он больше походил на деда. Особенно своими изумрудными глазами.

– Спешишь на завтрак? – Приветливо улыбнулся он, опускаясь в шутливом поклоне.

– А куда мне еще спешить? – Агата в ответ точно так же шутливо опустилась в реверансе, негромко цокнув по деревянному полу каблуками своих новых ботинок.

– В таком случае разрешите вас сопроводить, будущая лер Полонская. – Улыбнулся он, подставляя девушке свой локоть.

– Умеешь же ты все испортить, Март. – Закатила глаза девушка, но все-таки взяла брата под локоть, так они и пошли вместе. Она – в униформе академии магии и он – в дозорном мундире с серебряным шевроном.

Лолита следовала за ними незримой тенью, вспоминая былое время, когда брат и сестра были еще детьми и сколько они доставляли тогда хлопот. В их беседы она не лезла, даже особо не слушала, о чем эти двое переговаривались, то и дело начиная смеяться.

Так они и вошли в обеденный зал. Просторное помещение, светлое и уютное. С расписанными стенами и лепниной под потолком. В центре помещения стоял длинный стол, застеленный белоснежной скатертью со светлым, еле заметным мелким узором.

В центре стола сидел, грозного вида, мужчина. На вид ему было не больше пятидесяти лет, и его возраст могла выдать разве что редкая седина в бороде и черных волосах. Огромный как скала, одетый в извечный костюм тройку, он создавал вид статного и серьезного джентльмена. Его глаза бегали по строкам утренней газеты, которую он удерживал механической рукой. Взгляд его был хмурым.

– Тьма. – Цокнул он, неожиданно, но вовремя остановил поток брани, когда заметил, что в обеденный зал вошли его внуки. Сер Отсо тут же переменился в лице. Колкие темно-зеленые глаза тут же просветлели и за закрученными усами появилось подобие улыбки.

– Внучата пожаловали. – Усмехнулся он, откладывая шуршащую газету, полную свежих новостей и сплетен, в сторону.

– Доброе утро, дедуля. – Синхронно ответили брат и сестра, поспешив тут же занять свои места. Лола молчаливо опустилась в реверансе, и получив одобрительный кивок, так же села за стол, рядом с высокой бледнолицей женщиной, на которую так была похожа Агата.

– Опять нацепила на себя все что можно, Ати? – Нонна, а именно так звали эту статную женщину в строгом черном платье, которое делало ее и без того светлую кожу еще белее, усмехнулась рассматривая бесконечное количество украшений на своей младшей дочери.

– Конечно, маменька. У моей будущей свекрови великолепный вкус и кажется она осведомлена о моих вкусах больше моего жениха. – Улыбнулась девушка, игриво ставя ладони на свою грудную клетку. Пальцы ее были увенчаны множеством золотых колец с причудливыми орнаментами или драгоценными камнями.

Тем не менее, только члены семьи могли понять и увидеть в поведении Агаты, что каждый ее жест был переполнен ядом и недовольством, которые, тем не менее игнорировались. Приказ главной ведьмы дома – есть приказ главной ведьмы дома, и оспорить внезапное желание бабушки – сосватать свою единственную внучку за ребенка из дружественного рода, увы, никто не мог. Даже сам Отсо. Таковы уж законы в домах где хранительница очага ведьма. Она всегда будет главней.

– Ати, поешь. Ты куда злее, когда голодная. – Тем не менее сделала ей замечание мама. Агата больше не стала язвить и спорить. Она сложила руки в молитвенном знаке, быстро шепнула молитву и взялась за столовые приборы.

– Отец все еще носится с тем попаданцем? – Спустя какое-то время тишина была нарушена старшим братом. Мартин посмотрел на дедушку. Тот, уже к слову, успел вернуться к чтению газеты.

– Конечно. Яков сказал, что мальчишка только-только начал приходить в себя и соображать. – Охнул старик, отпивая из фарфоровой кружки чай.

– И как он? – Не унимался старший сын.

– Яков не понял сам. Мальчишка видимо не понял, что не умер, а переместился в другое измерение. В любом случае Назида уже прибыла и работает с ним. Не спроста же у него оказалась брошь… – В этот момент закашлялась Лола, профессионально делая вид, что подавилась.

Старику Отсо не надо было повторять дважды.

– В общем Назида с ним разберется, а вы поторапливайтесь. Один уже точно опаздывает на работу, а вторая к своему женишку. – Заметил мужчина. – Жду от вас новых свершений. Ати, лично от тебя жду историй о том, как ты действуешь своему женишку на нервы.

– Сер Отсо! – Немного наигранно воскликнула Нонна, хватаясь рукой «за сердце».

– Любимый папинька. – Поправил ее старик и подмигнул. Отсо хорошо умел переводить неудобные темы. Ну или по крайней мере думал, что умеет.

Тем не менее настроение Агаты хотя бы немножко поднялось. Хотя она бы и без особого разрешение действовала своему жениху на нервы.

***

Валендорская Академия Магии – место, которое хоть и находилось в самом сердце столицы, носила имя всей Империи, ведь была, когда-то основана предком нынешнего императора.

Учиться в этом месте – означало получить доступ к бесконечным знаниям и уважению. Сюда стекались маги, ведьмы, оборотни и прочие расы со всего мира. Множество детей из знатных домов и избранных простолюдинов, получавших стипендию, обучались здесь.

«Наука – самое дивное богатство, что есть у разумного существа».

Вот каким был девиз этого места. Огромное здание, на самом деле старый Императорский замок, распахнул свои врата. Начиналась новая учебная неделя, которая для каждого адепта Валендорской Академии Магии сулила много новых знаний и не только.

– Агата! – Воскликнула девушка с светло-русыми волосами и замахала рукой, активно привлекая внимание задумавшейся брюнетки.

Та в свою очередь словно вышла из глубокого транса и поспешила к своей подруге. Мэри Винтер. Или просто лучшая девочка. Эталонная светлая волшебница, с не менее эталонной репутацией. Староста в своей группе и лучшая подруга Агаты.

– Здравия твоей Богине, Мери. – Приветствовала ее Багряная, поудобнее перехватывая аккуратный рюкзак с учебниками в руках, чтобы ей было легче обняться.

– Как прошли выходные? – Любезно поинтересовалась девушка.

– Мери, ради всего проклятого. Не начинай фамильярничать, я же прекрасно знаю, что ты хочешь узнать о том, что тогда произошло. – Засмеялась Агата.

Конечно, многие в Бармоке уже догадывались о том, что в ночь на выходные дни в городе случилось что-то странное. Власти этого особо и не скрывали.

– Ну раз знаешь, то рассказывай! – Надулась девушка.

– Обязательно. – Кивнула Агата. – Но, потом. Не хочу пересказывать все Алисе и Гастону еще раз.

– О, Богиня, эти двое как всегда задерживаются. – Закатила глаза Винтер.

– Зато кое кто пришел впервые с начала учебы вовремя. – Голос Агаты резко надломился, от чего Мэри уставилась туда же, куда смотрела Агата. Лицо ее помрачнело так же, как и лицо ее подруги.

– Полонский. – Синхронно сказали они и переглянулись.

Не доходя до мостика, ведущего к вратам академии, стояла компания из молодых парней и девушек. Они все о чем-то весело болтали, а идущие мимо них адепты то и дело косо и недовольно поглядывали на магов и ведьм, мешающим своей огромной компанией пройти другим в здание.

Среди них (лично для Агаты) выделялся один высоких и широкоплечий парень. Полонский, в темном костюме-тройке стоял среди своей компании, улыбаясь своей клыкастой улыбкой, пока его темные глаза не нашли в толпе недовольную Багряную.

Агата лишь фыркнула, когда рука Сабита соскользнула с бедра низкорослой блондинки Брукс, которая тут же подняла на него свою светлую головку и надула щеки. Багряная отвернулась, поправляя выбившиеся из-под берета пряди волос.

– Ни стыда, ни совести. – Покачала головой Мери и посмотрела на подругу.

– В этом весь Сабит. – Пожала плечами девушка.

Лицо Агаты почти не выражало эмоций в тот момент. Но Винтер слишком хорошо знала Багряную. Фактически с пеленок они были вместе. И, то, как сейчас черная ведьма крутила в пальцах длинную волнистую прядь своих волос – было показателем самой высшей формы невроза.

Повисла тишина. Даже шум и гам, спешащих в академию молодых людей не мог перебить ее.

Винтер уже хотела попытаться остановить подругу от спутывания волос, как вдали она заметила две фигуры, которые стремительно неслись в их сторону.

Одна из них, с копной рыжих волос, девчушка, которая более чем несуразно выглядела с двумя густыми косами. Вторым же оказался высокий и утонченный парень блондин с длинными волосами, собранными в низкий хвост и свисающими с левого плеча.

Рыжая девушка резко затормозила, поглядывая на компанию Полонского. Блондин рядом с ней показательно-надменно фыркнул.

– Чего уставились? – Рыкнул кто-то из компании Полонского.

– Ой, а что на вас смотреть? Рассадник клоунады. – Съязвила рыжая, гордо убирая с плеча рыжую косу.

– Сабит, прекращай ходить по рукам. Выглядишь жалко. – Сделал замечание высокий парень рядом с ней. На фоне раззадоренной и грубой девушки он выглядел холодным и расчетливым джентльменом, еще больше, чем он только мог себе позволить.

– Кальвильо, следи за языком. – Нахмурился Полонский, который, судя по всему, был весьма оскорблен словами молодого человека.

– А не то что? Маменьке на нас пожалуешься? Или спустишь с цепи Брукс? – Хохотнула рыжая, схватила блондина под локоть и направилась вперед, привлекая еще больше всеобщее внимания. – Пойдем, Гастон! Нам с ними говорить не о чем!

Кальвильо молча проследовал за ней.

– Ребята, вы решили наделать шума в самом начале учебной недели? – Винтер, тем не менее, встретила их строгим тоном в голосе и поставив руки в боки.

– Он первый начал. – Буркнула рыжая.

– Алиса, я с тобой уже много раз говорила на эту тему! – Холодно заметила Мэри. – Гастон! От тебя я вообще такого не ожидала! И где пиджак, Гастон?

– А я-то чего? Ты прекрасно знаешь мое отношение к этому клоуну. – Фыркнул парень. В отличии от других парней у него в самом деле не было пиджака, а его шелковую рубашку с широкими рукавами-фонариками украшало жабо, на которое крепилась брошь академии.

– Не игнорируй вопрос о внешнем виде! – Нахмурилась Винтер.

– А чего я его игнорирую? Я отлично знаю, что прекрасен. – Усмехнулся парень, аккуратно поправляя волосы.

Агата с легкой улыбкой на лице наблюдала за этой словесной перепалкой, совсем уже забыв о Сабите, который раздраженно поглядывал в их сторону. Маг наблюдал как его невеста, наконец-то, приветственно обнялась со своими друзьями, после чего те устремились к самой академии, скрываясь в толпе других адептов.

– Почему бы тебе просто не уговорить родителей разорвать вашу помолвку? – Спросила низкорослая блондинка, которая явно была недовольна тем, что ее резко перестали обнимать.

– Не твое дело, Брукс. – Рыкнул Полонский, и ни говоря своей компании ни слова, молча пошел вперед.

– Он в последнее время такой злой. – Заметила смуглая шатенка из их компании. – Видимо его начало бесить, что Багряная не обращает внимание на его выходки.

– Откуда тебе знать, Лейла? – Фыркнула Элли Брукс, сверкнув на девушку своими огромными черными глазами-бусинами, которые странно смотрелись на фоне ее белых волос.

– Действительно. Я же всего лишь специализируюсь на любовной магии. – Фыркнула девушка, сверкнув розовым кварцем в своей броши на воротничке. – А, ты, завязывай к нему клеится, Брукс. Того гляди наберешься проблем. Одна только Алиса чего стоит.

– Сама разберусь! – Рыкнула в ответ блондинка.

– Ты доиграешься. – Повторила свою мысль девушка, но Элли уже совсем не горела желанием ее слушать.

***

Солнечные лучи пробирались сквозь высокие окна кабинета, где на перемене сидела Агата с друзьями. Первый день рабочей недели тянулся лениво и медленно. Одни и те же лекции, которые слушали всей группой. Не надо было бегать маленькими группками на зельеваренье или основы боевого искусства, которые у каждой группы были разделены в разных кабинетах в разное время. И сейчас, здесь, в этом кабинете, где компания укрылась, не было никого кроме них самих.

– Итак. Рассказывай. – Начала Винтер, с нетерпением.

На Агату уставилось три пары любопытных глаз, под натиском которых она тяжело вздохнула.

– Да нечего рассказывать еще. Я даже не видела его. Он только сегодня пришел в себя, и отец строго на строго запретил к нему приближаться. – Вздохнула девушка, играясь кольцами на пальцах, ловко снимая их и надевая обратно на пальцы.

– Грустно. – Заметила Алиса.

– И невкусно. – Поддакнул ей Гастон.

– А какие есть предположения? – Не унималась Винтер.

– Да никаких. – Немного раздраженно отозвалась Агата и облокотилась на спинку деревянной скамьи, скрестив руки под грудью. – Они даже брату пока ничего не говорят, хотя Март работает вместе с отцом и не хуже него посвящен в дела дозора.

– Плохи дела. Раз пока все в секрете. – Заметила Алиса. – К тете Гвинее вчера заходили в издательский дом, предупреждали о том, чтобы сильно много не разбрасывались громкими заголовками насчет этого происшествия.

– Да уж. А как не пестрить, если более чем вероятно, что вся столица видела, как над Нефритовым океаном громыхнула красная молния и что-то, похожее на красную сферу упало где-то в лесу, куда чуть ли не сразу направился целый кортеж. – Хмуро подметила Агата, и хотела еще что-то добавить, но ее перебили.

Дверь в кабинет с грохотом открылась. На пороге стоял Сабит. Он тяжело дышал и недовольно осматривал компанию, которая удобно умостилась на ряду у окна. Все синхронно к нему повернулись. Агата тут же натянула на лицо свою фирменную недовольную гримасу.

– Вот ты где. – Сказал он, быстро проходя внутрь. – Женушка. – Добавил он и оскалился.

– Упасите Боги. – Фыркнула в ответ ведьма. Звучало это заявление более чем иронично.

– Поговорить не хочешь? – Спросил он, уже менее злобно или нервно. – С глазу на глаз.

– Не-а. – Замотала головой Багряная. – У меня тут сейчас занятие… Так же, как и у тебя. Поговорим после пар, Полонский. – Голос ее был холоднее стали.

И словно по велению этого холодного и равнодушного голоса раздался звонок, который призывал всех адептов ринутся бесконечным потоком по своим кабинетам, чтобы наконец-то закончить этот длинный учебный день.

На лице молодого человека снова появилось раздражение. Он резко двинулся с места, но его даже никто не проводил прощальным взглядом.

– Псих. – Заметил Гастон тихо.

– Причем полный. – Кивнула ему Алиса, которая сидела рядом с ним.

– Будем перевоспитывать? – Предложил парень.

– Естественно. – Хищно улыбнулась рыжая.

***

-М-да… – Цокнула Назида, рассматривая брошь, которую держала в своих смуглых костлявых пальцах.

– Что не так? – Удивился Идэн.

– С чего тебе начать? С того, что ее владелица в самом деле мертва. – Она подняла брошь на уровень своего лица, чтобы было понятнее, о чем она говорит. – Или с того, что у парня теперь ее магия? – Закончила она.

– Чего? – Не понял Яков, вставая с насиженного места. – Это как так? Ведьма не может передать свои силы мужчине.

– Только если не была выпита кровь или съедено сердце. – Она перевела взгляд на Эдика, у того сердце ушло в пятки в этот момент. – Но у мальчишки гемофобия в очень тяжелой форме.

– Тогда как. – Яков задумчиво почесал затылок.

– Как, как. – Закряхтела женщина, занимая место мужчины в красивом резном кресле. – Сколько лет было Лине?

– Она в этом году только поступила в академию. – Отозвался Иден.

– О, Боги. Она еще не прошла обряд и не была причислена к ведьмовскому кругу. – Охнула женщина горестно.

Эдик вопросительно на них смотрел и не понимал, что ему следует делать и как реагировать. Только сейчас к нему пришло осознание, что он говорит и понимает совершенно чужой, странный язык, который по-своему слогу напоминал помесь англо-саксонских языков. К нему только-только начинало приходить осознание, что он в самом деле где-то в другом мире и, что он даже не знает, как вернуться домой.

Но, влезать в горячие споры старших он пока не решался. Он рассматривал свои бледные руки, в голове его был рой мыслей, который он никак не мог остановить или хотя бы сгруппировать их в четкие умозаключения.

– И что? Хочешь сказать, что нам придется зачислить мальчишку в академию? – Возмутилась Назида.

– У нас в любом случае не особо много выбора. – Вздохнул Яков. – Вам ли не знать, госпожа Назида, что бывает с колдунами, которые не развивают свой дар?

Женщина стыдливо замолчала и кинула быстрый взгляд на Белова. Оценивающий быстрый взгляд.

– И почему сразу в академию? – Вклинился в их разговор Иден. – Поучиться пока дома. Он же элементарно не умеет накапливать энергию, и вообще, скорее всего, не имеет даже предположение, что это такое.

– О нем в первую очередь нужно доложить императору. – Замотал головой Яков. – Мы не можем просто так принимать решения.

– Или хотя бы верховному судье. – Кивнула головой женщина.

Эдик так и не решался что-либо сказать, сидел молча в кровати, бледный, слившийся с белоснежными подушками и одеялом.

А потом у него заурчало в животе и ему самому показалось, что это было настолько жалобно и громко, что эхо ударила по стенам спальни.

Тогда-то на него наконец-то обратили внимание старшие.

– Но сначала нам надо его покормить. – Вздохнул Багряный устало потирая переносицу. – Вы останетесь?

– Я бы с превеликим удовольствием пообщалась с твоей женой, Яков. – Улыбнулась Назида. – Но дела меня не ждут.

– Тоже самое. Ты давай, разбирайся пока здесь, а я отправлюсь в департамент. Потому что что-то мне подсказывает, что сегодня еще что-то да произойдет. – Он перевел взгляд на Белов. – А, ты, Эд, не вешай носа. Мы о тебе позаботимся. – Сказал он с такой интонацией, что парень тут же в это поверил.

– Я надеюсь. – Неловко промямлил он, продолжая комкать в руках одеяло.

Впервые за это долгое утро Белов почувствовал себя уютно и спокойно.

– Отлично. – Кивнул Яков и достал из кармана своих штанов странный предмет, который был похож на компас или карманные часы. Мужчина сделал пару взмахов свободной рукой и на первый взгляд ничего большего, чем уход Идена и Назиды не произошло.

– А пока сюда несут все необходимое. Слушай внимательно, дружище. – Вновь подал голос Багряный, усаживаясь в кресло. – Сейчас будет краткое введение в происходящее. Где ты, что ты и что мы будем делать с тобой дальше.

***

– Что вы двое, тут забыли? – Нахмурилась Винтер, заходя в класс по зельеварению. – Ладно. Только Гастон. Во имя каких высших сил ты в нашем кабинете, а не на практике трансформации? – Светлая ведьма негодующе уставилась на своих друзей, которые, словно два пойманных вора (кем они, по сути, сейчас и были), столпились возле огромного шкафа с бесконечным множеством всевозможных склянок с этикетками, минералами и прочими радостями, которые пригодились бы любой ведьме во время приготовления зелья.

– А, ничего особенного. – Тут же выпрямилась Алиса, когда поняла, что в кабинете они все еще одни.

– Алиса. – Нахмурилась Агата. – Тебе же вроде как запрещено заходить в кабинет до начала практического занятия. – Она с подозрением начала рассматривать полочки за стеклянными дверцами резного шкафа. Вроде бы все было нормально, но в тоже время совершенно точно нет. Багряная это чувствовала.

– Тебе понравится. – Заверил ее оборотень, который, взглянув на свои золотые карманные часы, громко хлопнул их крышкой и, быстро со всеми распрощавшись, покинул стены кабинета.

– А ты уверена, что ей понравится? – Уточнила Мэри. Она тоже с опаской поглядывала на шкаф, но даже если бы она быстро сообразила, что здесь не так, то все равно бы не рискнула к нему идти прямо сейчас. Лер Гиадра хоть и тепло относилась к каждой ученице, но и с особой ревностью относилась к каждому ингредиенту для зелий, которые предстояло варить еще зеленым и неумелым ученицам, иначе – случится большая беда.

Но, на удивление занятие проходило мирно и спокойно. Из шкафа за спинами адепток не посыпались минералы, склянки с кровью и прочее удивительно нечто, что могло им пригодится в создании волшебных отваров.

– Итак, расскажите мне, чем же отличается целебный бутон Нелиады от обычного сорняка? – Спросила, на вид, весьма молодая девушка. Никто бы никогда не поверил, что Лер Гиадра с ее рыжими кудрями и веснушками на румяном лице – была по меркам людского мира древней старухой, которая бы уже должна была умереть.

– Бутон Нелиады всегда более крупный. – Подала голос Агата. – А сорняки, похожие на Нелиаду зачастую мелкие и от них пахнет чем-то приторным.

– Молодец, Агата! – Рыжеволосая преподавательница словно была готова захлопать в ладони. – А каковы последствия использования ни того цветка? – Женщина перевела свой взгляд на Брукс. Блондинка во всю беседовала со своей соседкой и не особо слушала тему занятия. Девушка тут же неловко затихла и потупила взгляд в парту.

– Эм… Ну… – Она замялась, но потом с полной уверенностью ответила. – Зуд и покраснения на лице.

– Хорошо. Но, недостаточно. – Агата в этот момент была готова поспорить, что Брукс закатила глаза в раздраженно цокнула. Но старшая ведьма не обратила на это внимание и продолжила. – Я бы вам всем в сотый раз прочитала лекцию о том, как важно иметь свой травник, отличать целебные травы от их ядовитых или бесполезных близнецов и многое-многое-многое другое. – Она показательно коснулась пальцами переносицы. – Но эта ситуация в который раз показала мне, что вам нужна практика с первого занятия.

С этими словами она хлопнула в ладоши. По помещению рассыпались белые и синие искры. С грохотом открылись двери огромного старого шкафа и из него к столам с маленькими котлами, прямо по воздуху, гонимые цветными огоньками, устремились необходимые ингредиенты.

– Сварим с вами базовое лечебное зелье. – Кивнула женщина. – Если у вас все получится правильно – вы не почувствуете никаких изменений. Если же вы допустите ошибку. – Она снова недовольно посмотрела в сторону Брукс. – Тогда с вами станет то, что нам должна была описать Элли. Но сначала. – На учительский стол приземлился резной серебряный поднос, усыпанный причудливыми цветами с мелкими бутонами. – Возьмите, сами цветки.

Девушки начали по очереди подходить к подносу, одна за другой с растерянным видом они брали эти растения и возвращались к своим местам, раскрывая посудины с другими необходимыми ингредиентами и начинали их с опаской заливать в маленькие котлы.

– Берите спокойно! – Алиса, которая занимала котел прямо за Мэри и Агатой напугала девушек своим громким шепотом, который, к слову, был слышен только им. – Я все сорняки в одну кучу сгребла, а эта дура взяла именно оттуда, чтобы выделиться.

И в самом деле. Когда Багряная подошла к подносу, она обратила внимание, что цветки на нем словно были поделены на две разные кучи, но сделано это было настолько ювелирно, что к этому надо было присматриваться.

– Как хорошо, что Лер Гиадра отвлеклась на свежий выпуск новостей. – Подумала про себя ведьма, выбирая правильный цветок. – Она бы прямо тут задала жару Алисе.

– Кстати, Агата. – Из раздумий брюнетку вытащил голос наставницы. – Что там вчера произошло? Между нами девочками?

– Вы о той красной молнии? – Поняла почти сразу девушка и неловко пожала плечами, в знак того, что она ничего не знает и больше ничего не скажет.

– Ясненько. – Кивнула женщина и посмотрела в сторону Брукс. Та в самом деле крутила в своих руках сорняк, аккуратно, с чувством истинного эксперта, ощипывая лепестки с яркого бутона.

– Мои дорогие лер. – Прощебетала через время преподавательница и встала из-за стола. – Приступайте, делайте все так же, как и написано в травниках. Не спешите. Увижу, что кто-то торопится закончить побыстрее – покараю. – Она солнечно им улыбнусь, но вот адептки прекрасно знали, что скрывается за этой улыбкой. Никто и ни за что не захотел бы весь день, до самой глубокой ночи собирать в сумрачном лесу травы для этой весьма придирчивой и дотошной особы. Багряная до сих пор с ужасом вспоминала как в том году ей пришлось целый день бегать туда-обратно, пока лер Гиадра не остановила свой выбор на тридцать пятом плоде дерева Красноптица.

В кабинете кипела умеренная и плодотворная работа. Девушки почти все время молчали, было слышно лишь мерное кипение воды в котлах и перетирание трав в ступках.

Преподавательница, в своем длинном темно зеленом платье ходила вокруг столов учениц. Но почти ничего не говорила лишь хмурилась и одобрительно кивала. И тьма его знает, уйдут ли они все с этого занятия невредимыми.

– Неужели мы правда будем пить зелья друг друга как обычно? – Охнула тихонько Мэри, когда работа у всех почти была закончена.

– Не знаю. – Шепнула ей в ответ Агата, поглядывая краем глаза в сторону блондинки, которая деловито помешивала свое варево в котле. – Но мне искренне жаль Лайлу.

– Алиса, ты поступаешь жестоко по отношению к Бурхан. – Повернулась к подруге Мэри. – Скажи немедленно о том, что ты устроила очередную пакость.

– Не-а. – Рыжая улыбалась во все зубы. – Смотрите.

– Итак, все закончили? Мои вы молодцы! – Улыбалась наставница. – Отдохните пару минут. Вы справились раньше, чем ожидалось.

– Что происходит? – Непонимающе спросила Лайла.

– Бедняжка, поняла, что ей будет худо. – Вздохнула искренне Винтер и снова уставилась на Алису. Зло и пытливо.

– Не корчи такую мордашку, светлая. – Фыркнула ей в ответ Шмидт и легонько щелкнула белую ведьму по носу.

– Сюрприз. – Еще слаще улыбнулась лер Гиадра и девушкам уже всем стало вовсе плохо от этого.

Кажется, что эти «несколько минут» тянулись целую вечность и когда в дверь кабинета наконец-то постучали – все ведьмы чуть ли не синхронно подпрыгнули.

– А вот и наши испытуемые! – Преподавательница, весьма радостная, прошла к двери и самым торжественным видом ее открыла.

В кабинет один за одним начали заходить парни с их группы. С видом особой озадаченности и испуга от осознания, что им предстоит сделать – они кучкой столпились в проходе.

– Ну, чего застыли? Гуси нерасторопные! В самом деле! – За их спинами стоял грозного вида мужчина, с бородой, но в пенсне.

Парни тем не менее поторопились последовать приказу.

– Тьма, учились бы у Гастона. – Проворчал мужчина.

Оборотень в самом деле стоял как ни в чем не бывало. Словно бы он прекрасно знал, что сейчас с ними будет происходить. И кажется, он совершенно полностью был к этому готов.

– Итак! Девушки! – Всплеснула руками женщина, становясь рядом с другим преподавателем. – Выбирайте себе напарника и дайте ему попробовать свое зелье!

Девушки неловко и напугано переглянулись между собой.

– Вот и приплыли. – Сказала ведьма с задних рядов, которая явна была не уверена в своей работе.

Ульяна присмотрелась к своим одногрупникам, словно видела их первый раз в жизни. Она нагло игнорировала здесь присутствие своего жениха, потому что прекрасно знала, что он выберет кого угодно, только не ее себе в пару.

И парень ожидаемо (или же точнее на зло Агате) выбирает Элли. Багряная, которая ни на секунду в этом не сомневалась, одной из первых подошла к «своей жертве».

Высокий шатен смотрит на нее равнодушно. То ли понимает, что бояться ему особо нечего, ведь он уверен, что Агата сварила зелье правильно. То ли ему просто все равно, что с ним произойдет.

– Ну, ты, хоть сделай вид, что тебе тревожно. – Хихикает ему Багряная, протягивая емкость.

– А чего мне боятся? – Усмехается ей Даат.

– Вы чернокнижники все такие заносчивые? – Фыркает Агата, чувствуя, как чужие холодные пальцы дотрагиваются до ее теплых рук, словно случайно, пока забирают кубок.

– Почему сразу заносчивые? – Наигранно надул щеки парень. В светло-зеленых, колких глазах промелькнуло что-то ехидное. – Я не могу доверять своей подруге? – Он выделяет последнее слово, а у Агаты по спине бегут мурашки. Она не понимает – издевается над ней Даат или говорит правду. А еще она чувствует на себе пристальный взгляд чужих глаз. Ей кажется, что еще немного и в ней точно просверлят дыру.

Но, она лишь смотрит на то, как ее «напарник», выпивает содержимое чаши до дна и победно разворачивается по сторонам, словно всем показывая, что в этом нет ничего страшного.

– Вот видите? Со мной все в порядке. – Заговорил было он. Даату хотелось сделать комплимент ведьме, но он замер на месте, смотря куда-то в сторону. А потом он залился неистовым смехом. – А вот с Полонским кажется не все хорошо!

С этими словами все наконец-то повернулись на Сабита. Темный маг медленно, но верно покрывался красными волдырями, и сам того не понимая, начинал их расчесывать, от чего делал только хуже. Он в панике смотрел на свои руки и на окружающих. Все остальные были в порядке. В совершенно полном порядке.

– О Тьма. – Хохотнула какая-то девушка, где-то за спиной у Агаты и наклонилась поближе к своей подружке, которая до этого очень переживала о том, что кому-то навредит. Они тихонько начали переговариваться, пряча улыбки в ладонях.

– М-да. Кто бы сомневался. – Вздохнула наставница, протягивая Полонскому, заранее подготовленное, противоядие, которое он зло выхватил из ее рук и начал жадно пить.

– Теперь о ней такие слушки поползут. – Усмехнулся Гастон, который, как из неоткуда, возник рядом с ошарашенной Багряной. Он был в паре с Алисой, и, как очевидно, с ним все было в порядке.

– Боже-боже, Полонский. Столько раз на одни и те же грабли, да с разбегу. – Усмехнулся Даат и подмигнул брюнетке. Она невольно поежилась. Все-таки, выступать в паре с парнем, который в давней ссоре с твоим женихом слишком. Даже если это их отношения. Даже если это ради маленькой пакости нерадивому муженьку.

Глава 2.

Голова Белова гудела от потока информации, которая лилась рекой из уст его «учителя». Яков рассказывал хорошо и понятно. Но информации были слишком много для того, чтобы Эдик, который оказался в другом измерении – усвоил ее достаточно четко и хорошо.

Но, парень понял главное. Он в другом мире. Здесь есть магия и различные расы о которых он мог читать только в книгах. А еще, что он находится в Бармоке – столице одной из сильнейших и могущественных империй этого мира с труднопроизносимым названием.

Белов также понял, что он попал сюда благодаря причудливой броши, которую у него забрали и она хранилась в мраморной шкатулке на столе. Лина пропала без вести несколько недель назад. Ее поисками занималось Главное Дозорное Бюро, начальником которого и являлся Яков Багряный – который теперь и нес прямую ответственность за Эдика.

– А у вас есть предположение, почему она пропала? – Аккуратно спросил парень, он уже вовсю уплетал густой суп с сухарями, который ему принесла горничная.

– Понятия не имеем. – Вздохнул Багряный. – Но, мне что-то подсказывает, что все это не просто так. Она даже не прошла обряд инициации, для того чтобы у нее получилось попасть в другую реальность. – Начал рассуждать мужчина, а потом подозрительно взглянул на молодого человека. – А как ты с ней встретился в своем мире? И как она передала тебе брошь?

Эдик отложил в сторону ложку. Тишина снова накрыла стены комнаты легкой пеленой. Белов размышлял о том, стоит ли ему упоминать про погоню, про заброшенное здание в котором он прятался, про Лину, которая возникла перед ним и каким-то чудом отправила в это место.

Страшные воспоминания отзываются болезненным уколом в грудной клетке. Белов смотрит перед собой растерянно, словно бы пытаясь вспомнить, что-то важное. И Яков замечает его испуг.

– Ладно. – Багряный вздыхает и с рывком встает с насиженного места. – Оставлю тебя пока, доедай и отдыхай. Но позже мы вернемся к этому разговору. – Сказал мужчина. – Ты и так сегодня натерпелся.

Эдуард согласно закивал головой. Но, когда высокий мужчина покинул комнату и в ней вновь стало тихо как в пустом пространстве – ему стало вновь не по себе. Чувство одиночества, паники и тоски, захлестнули его с новой силой, и он уже не особенно хотел доедать суп.

А потом он увидел высокое окно в деревянной раме и ложка из его рук выпала как-то сама по себе. Он тут же вскочил, словно его тело резко наполнилась силой, и подлетел к окну.

За толстым чистым стеклом открывался красивый пейзаж. Высокие здания с берюзовыми крышами спускались неровными рядами прямо к берегу океана. Дирижабли, один за другим, лениво двигались в небе. Трамваи шли из одного рукава в другой и Эд был уверен, что слышит крики чаек, которые кружили над прибывающими кораблями..Он смотрел и думал о том, каково чудное это место, хоть он еще и не увидел с высоты своего этажа особые отличия людей, о которых ему недавно рассказывал Яков. Ни длинных заостренных ушей, ни странного цвета волос или механических конечностей.

– Это лишь малая часть города. – Услышал он тихий знакомый голос. Кровь застыла у него в поджилках, когда он начал медленно поворачивать к девушке, которая говорила.

Перед ним стояла Лина. Самая настоящая Лина, которую он посчитал бредовым сном, которая затащила его в этот мир, и которая парила в воздухе, как и в их прошлую встречу. Она была окутана голубоватым свечением и смотрела на молодого человека немного наклонив голову на бок. Словно бы ждала его реакции. И дождалась. Эдик с грохотом упал в обморок на деревянный пол.

***

– Замечательное было представление. – Заметил Гастон делая очередной глоток чая.

– По-другому и не опишешь. – Хохотнула рыжая, отпивая из фарфоровой чашки. Она сидела с видом истинной победительницы, словно бы не ей всю следующую неделю после уроков придется добывать для преподавателя новые образцы растений.

– И все же, Алиса. – Единственной кто из всей компании выражал открытое недовольство от произошедшего на занятии была Винтер. – Как ты додумалась разложить цветы и сорняки по отдельным кучам? И почему именно так?

– О, моя дорогая Мэри. – В их разговор встрял Гастон, который перед этим вытирал остатки крема с уголков губ. – Разве ты не понимаешь, как работают слухи? Было бы так эффектно если бы кто-то еще из вашей группы провалился в задании? На это бы не обратили внимания.

– А теперь у всех на слуху будет, что бедняжка Брукс так и не выучилась различать пригодные для варки зелий растения. – Шмидт с наслаждением потянулась и облокотилась на спинку красивого резного стула с бархатной обивкой. Зимний сад был тих и спокоен, туда сюда пробегали мелкие грызуны, летали мотыльки и пели диковинные птицы, закрытые в резных клетках среди беседок. Все здесь напоминало сказку.

Внимание рыжей привлекла Багряная. Девушка, незаметно поглядывала куда-то в сторону, положив подбородок на тыльную сторону ладони. На солнце, которое пробиралось через цветные стекла потолка, блестели драгоценные камни в ее кольцах, а сама девушка была задумчива и кажется даже особо не слушала цели поступков Алисы и Гастона.

– Что-то не так? – Спросила рыжая подругу и проследовала взглядом туда, куда, по ее мнению, смотрела Багряная.

Недалеко от них рядом с темно-зелеными кустами красным пятном стоял Даат и с кем-то разговаривал.

– Ты, что? Подумываешь играть по темному? Как и Полонский? – Усмехнулась Алиса.

– Делать вид, что я меняю партнеров как перчатки, хотя у меня жених? Нет, спасибо. Я выше этого. – Агата оставалась невозмутимой, говоря это.

На самом деле ей было до безумия обидно. Она понимала, что Полонский и не обязан-то, собственно, ее любить и носить на руках. Это все-таки было решением домов, что из черной ведьмы и темного мага, которые с детства друг друга не переваривают – выйдет отличная семейная пара.

И все-таки это было отвратительно. Отвратительно само поведение Полонского, который избегал ее, глумился над ней, вечно маячил перед ее глазами за ручку с другими девушками и многое другое. А Агата? А что Агата? Она хоть и была из семьи, где хочешь-не-хочешь, но главенствовала в ней женщина, вопреки общепринятым правилам империи, но несмотря на это, воспитана она была строго.

И даже если бы Багряная и захотела таким образом отомстить Полонскому – заставить его видеть, как вокруг нее то и дело кружит Даат или кто-то еще. Она бы никогда этого не сделала. Потому что ей это все было не интересно. И опускаться до такого низкого уровня она не собиралась.

– И что? Опять этот телепень прибежит. Опять закатит нам истерику. Дома тебе и ему пригрозят пальцем, и вы опять продолжите холодную войну? – Удивилась Мэри.

Агата тяжело вздохнула.

– Давайте поговорим о чем-то другом. – Попросила она. Продолжать эту болезненную тему ей больше не хотелось.

– Например о том, что вы натворили? – Раздраженный мужской голос раздался над головой ведьмы очень неожиданно, что рука с чашкой дернулась и она чуть не уронила чашку себе на колени.

Агата подняла голову. Над ней стоял Сабит. Уже целехонький, с чистой кожей и с очень недовольным лицом.

– О. Тебя уже вылечили? – Агата моментально надевает на лицо маску полного безразличия.

– Невестушка, не хочешь отойти? Поговорить? – Полонский старается улыбаться, но выходит криво, натянуто и неправдоподобно.

Агата в мгновение опускает голову, смотрит на своих друзей и кивает им головой, мол, «я скоро приду».

Компания провожает их настороженными взглядами.

– Как думаете? – Мэри налила себе еще чая. – Как скоро они начнут ссориться?

– Ставлю 5 золотых что через пару минут он уйдет первым. – Заявил Гастон, когда увидел, как Полонский, на удивление аккуратно взяв Агату под руку, увел девушку куда-то в сторонку за высокие ухоженные кустарники с мелкими синими цветами.

– Ставлю 10 золотых, что Ата на него наорет, стукнет и уйдет первой. – Выпалила Алиса, вспоминая давний случай, когда Багряная проявила, наверное, самую яркую за всю жизнь вспышку гнева, по отношению к Полонскому и ударила его по лицу, расцарапав щеку.

Парочка вопросительно уставилась на Мэри. Та от ставки отказалась, она молча наблюдала за кустами.

Как только Сабит завел девушку в укромное место – лицо его стало еще мрачнее.

– Ну и зачем? – Тут же спросил он.

– Что? – Агата сказала, наивно хлопая ресницами, и уставилась на жениха.

– Не строй из себя дуру в такой момент, пожалуйста. – Полонский закатил глаза. – Ты, прекрасно знаешь, о чем я сейчас говорю.

– Не понимаю, о чем ты. – Агата замотала головой и обняла себя за плечи, словно бы прикидываясь жертвенной белой овечкой.

– Зачем вы перепутали цветы? – Начал выходить из себя маг.

– Кто мы? – Нахмурилась Агата. – И почему именно мы перепутали?

– А как по-твоему тогда Элли сделала неправильное зелье?

– Может потому что она совершенно ничего не смыслит в этом предмете? – Предположила девушка, склоняя голову на бок.

– Ты… Ты… – Начал было парень, но остановился.

– Ну давай. Скажи это. – С издевкой заявила девушка.

Полонский тяжело вздохнул и закрыл глаза. Он честно пытался держать себя в руках. Но у него получалось не особо.

– Обидно, да? Так показательно перед всеми гуляешь с другой девушкой, а потом эта же другая девушка позорится перед всем классом и чуть ли не гробит тебя. – Закивала головой Агата, словно бы в самом деле понимала чувства Сабита.

– Зачем? Просто объясни мне это? – Полонский как-то неожиданно оказался близко. Слишком близко, что Агата невольно шагнула назад.

– А ты не понимаешь? – Рыкнула девушка, с вызовом смотря в янтарные глаза.

– Да! Я не понимаю, почему тебе обязательно нужно проявлять свою привязанность в издевательствах над Брукс?

– Какую к черту «привязанность»?! – Возмутилась девушка.

– А тебе не кажется, что если бы ты совершенно ничего ко мне не чувствовала, то этого инцидента бы не было?

– Утихомирь свое эго, Полонский, ты мне нравишься так же сильно, как и вареная капуста. – Заявила Багряная.

– Да ну!?

– Да! Представь себе!

Парочка затихла. Агата все так же смотрела на Сабита с вызовом. Но, он решил, что правильнее будет первым взять себя в руки.

– Ладно. – Он поправил ладонью волосы, убирая их с лица. – Извини. Не понимаю, что я вообще тут пытаюсь тебе доказать. – Он замолчал.

Багряная посмотрела куда-то в сторону. Ей казалось, что за ними кто-то определенно наблюдает. И это точно были не ее друзья.

– Отец тебе утром ничего не говорил? – Вдруг перевел разговор Полонский.

Ведьма по�