Имперский Провидец 2

Глава 1

Я сделал то, чего противник точно от меня не ожидал. Уклонившись от хелицеров, ткнул всеми пятью пальцами в глаза паука.

Попал в один или два, но это дало мне время разорвать дистанцию.

Паук тряхнул головой и издал быстрый щёлкающий звук. Вокруг него закружился алый эфирный вихрь. Я снова выставил щит, чувствуя, что мой энергетический запас на исходе.

У меня осталось совсем немного сил, чтобы выжить в борьбе с этой тварью.

– Оскар! – крикнул я снова, но тишина была абсолютной.

Чёрное поле вокруг не просто глушило звук – оно отрезало любую связь с внешним миром. Я даже не могу поглотить новую энергию, потому что эфирные нити огибают купол.

Держа щит на минимальной мощности, я ждал, когда паук атакует. Моё сердце билось быстро, но разум оставался холодным. Я сосредоточенно перебирал варианты того, что могу сделать.

Оружия нет. Голыми руками с пауком не справиться. Остаётся только одно.

Я должен вспомнить любое боевое плетение из книги и применить его впервые здесь и сейчас! Фокусирующий кристалл поможет – с ним моя энергия будет более концентрированной.

Мысли пролетели за долю секунды. Паук бросился на меня. Странно, что с его размерами он не сразу решился на лобовую атаку.

Я отпрыгнул в сторону, чуть не споткнулся об разрушенный забор. Подхватил с земли обломок кирпича и швырнул в морду твари.

Стена, кирпич… Я могу создать эфирный барьер!

Пусть плетение не боевое, но сейчас пригодится!

Я вырвал из кармана фокус, обернул шнурок вокруг пальца, а кристалл зажал в кулаке так, чтобы торчал лишь кончик.

Паук прыгнул. Я рванул в сторону, чувствуя, как хелицеры щёлкнули в сантиметре от головы. Перекатившись через себя, я вскочил на ноги. Кристаллом вывел нужные символы, но противник сорвал плетение, выстрелив эфирной струёй.

Щит лопнул, меня ударило в грудь. Я пролетел пару метров и рухнул на землю. Перед глазами вспыхнуло, а грудь пылала – такое чувство, будто к ней прижали раскалённую сковородку.

Резво перебирая всеми лапами, паук бросился ко мне.

Или сейчас я создам барьер, или мне откусят голову…

Синеватая стена, тонкая как стекло, возникла на пути врага. Он врезался в неё, по стене пошли трещины. Отдача ударила мне в грудь, выбив дыхание. Голова закружилась, перед глазами всё поплыло.

Слишком много энергии ушло на эту стену…

Я перекатился за дерево, вынимая из кармана фокусирующий кристалл. Паук развернулся, его восемь глаз сверкали яростью.

– Попробуй ещё! – я сжал кристалл и снова вывел формулу барьера, слегка изменив её.

Эфир сгустился в крошечный куб размером с кирпич. Я швырнул его на переднюю лапу паука. Паук дёрнулся было вперёд, но эфирный кирпич крепко прижал его лапу к земле.

Вокруг него снова закружился алый вихрь. И в этот момент я создал второй кирпич в воздухе над головой паука. И не пожалел энергии, чтобы обрушить его вниз со всей силы.

Раздался противный хлюпающий звук. Паук задёргался, сползая на бок, по морде потекла чёрная слизь. Своим ударом я выбил ему как минимум пару глаз.

«Работает…» – покачнувшись, подумал я.

Голова кружилась всё сильнее, во рту пересохло, грудь продолжала гореть, будто ошпаренная. Но я не обращал на всё это внимания, сосредоточившись на схватке.

Хочешь ещё один кирпич, паучара? Получай! А как насчёт ещё одного?!

Но с каждым ударом мир плыл перед глазами. Ноги подкашивались, а пальцы немели. Ещё немного – и я просто потеряю сознание.

Надо разорвать чёрный купол. Тогда мне на помощь придёт Оскар, вместе мы победим эту тварь.

Зайдя за спину пауку, я посмотрел на плетение купола. Оно было сложным, как искусное кружево, и разбираться в нём не было ни сил, ни времени.

Я решил поступить грубо. Собрав остатки энергии, выпустил её через кристалл тонким и острым, как лезвие, полумесяцем.

В чёрной вуали возникла трещина, в которую тут же скользнула ближайшая эфирная нить. Я тут же «прицепился» к ней, чтобы получить хоть крохи энергии, и выкрикнул:

– Оскар!

Феникс появился через долю мгновения. В виде чистого эфира ворвался под купол и со вспышкой обрёл облик феникса. Пронзительно вскрикнув, он резко взмахнул крыльями.

Огненный вихрь врезался в паука, отшвырнув его к дубам. Оскар, расправив крылья, зажёг кольцо огня вокруг монстра.

– Помоги доломать, – указывая на щель в куполе, сказал я.

Фамильяр подлетел и сумел порвать ещё одну часть плетения. Я протиснулся наружу и выкрикнул:

– Гвардия, тревога!

Несколько секунд – и раздался протяжный вой сирены. Со стороны ворот прозвучал рёв заведённого мотора.

– Оскар, сюда! – позвал я.

Феникс вылетел из купола, на ходу гася огонь вокруг паука. И тот, понимая, что добыча ускользнула, снял купол.

Как раз в этот момент из-за поворота вылетела машина с фамильным гербом Зориных. Она резко затормозила, и наружу выпрыгнули четыре гвардейца с автоматами.

– Что это за тварь? – один из них побледнел.

– Какая разница? Огонь! – рявкнул начальник гвардии.

Загрохотали автоматы, одновременно с ними Оскар выпустил очередную волну огня. Паук метнулся в сторону, но увернуться от пуль ему не хватало скорости. Часть из них с искрами отскакивали от его хитина, но некоторые вонзались в плоть.

Я снова сотворил эфирный куб, прицелился и швырнул его в морду твари.

Одна из хелицер с треском сломалась пополам, чёрная жижа брызнула на траву. Паук завизжал, дёрнулся – и исчез, оставив после себя лишь дымящуюся воронку.

Оскар сделал круг над ней, будто убеждаясь, что угроза устранена, и опустился на землю рядом со мной. Гвардейцы меняли магазины и озирались, со стороны поместья прибежал ещё один отряд.

– Отключите сирену, – приказал я, устало садясь прямо на гравийную дорожку.

– Есть, – ответил начальник гвардии и передал приказ по рации, а затем посмотрел на меня. – Ваше благородие… Кто… Что это было?

– Меня хотели убить, вот что это было, – проговорил я. – А вот кто хотел это сделать – большой вопрос.

На месте, где исчез паук, светился знакомый эфирный след – закольцованный, как на местах похищений.

Фамильяр Лужкова или чей-то ещё, или вовсе это было эфирное существо. Непонятно, действует ли оно само по себе. Но ясно только одно – это точно оно похитило девушек.

Кто-то вздумал играть со мной в кошки-мышки. И эта игра только начиналась.

Посмотрим, кто будет кошкой, а кто мышкой…

Хорошо, что я вовремя вспомнил формулу эфирного барьера, о которой читал в книге. Из этой же книги я знал, что барьеру можно придать любую форму, поэтому и догадался использовать его не только в качестве защиты, но и как оружие.

А преступник, получается, не просто знает, что мы его ищем, а захотел избавиться от меня. Надеюсь, с Дмитрием всё в порядке? Надо ему позвонить.

Я достал из кармана телефон и набрал номер Кретова. Он ответил почти сразу:

– Что, не спится? – спросил он. Судя по звукам на фоне, он всё ещё был за рулём.

– Как-то не очень. Возле поместья на меня напало эфирное существо в облике огромного паука.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил Дмитрий.

– Да, только силы совсем кончились. Я сумел создать эфирный барьер, представляешь? Делал из него кирпичи и кидал в эту тварь. Было весело, – улыбнулся я.

Кретов вдруг рассмеялся и сказал:

– Хорошо, что бодрости духа не теряешь. Значит, паук?

– Он самый. Когда на помощь прибыли Оскар и мои гвардейцы, он сбежал. Телепортировался. После него остался такой же закольцованный след, как мы с тобой уже видели.

– Неужели? – тон наставника сразу стал серьёзнее некуда. – Значит, тебя хотел убить похититель.

– Несомненно. Это мог быть Лужков, ведь его фамильяр как раз паук, но этот отличался. Он был намного больше.

– Не исключено, что паук алхимика умеет менять размер. Ладно, я скоро приеду.

– Не стоит, здесь нет ничего интересного, – сказал я, рассматривая эфирный след. – Такое же кольцо и символы из «Кодекса Умбры». Пока что их отчётливо видно.

– Мы объявим Лужкова во всеимперский розыск, – пообещал Дмитрий. – Подозрения на его счёт только что серьёзно усилились.

– Серьёзнее некуда, – согласился я.

Когда я проснулся на следующее утро, то не мог вспомнить, как добрался до кровати. Кажется, гвардейцы довезли меня до дома на машине. Потом в холле тётя Варвара с кем-то ещё обеспокоенно спрашивали, что случилось и в кого стреляли.

Не помню, что я ответил. А теперь вот я лежал на кровати в той же одежде, что проходил весь прошлый день. Даже раздеться сил не хватило, хорошо хоть обувь снял.

Зато сейчас я чувствую себя удивительно бодро. Приму контрастный душ, выпью кофе – и буду как новенький.

Глянул на часы и увидел, что уже почти час дня.

– М-да, неудивительно, что я так хорошо выспался… – сказал я сам себе. – Ну и ладно, после двух почти бессонных ночей можно себе позволить.

Я помылся, побрился и надел чистую одежду. Попросил повара пожарить мне кусок говядины и с удовольствием съел его, приправив острым соусом и закусывая свежим хлебом.

Как раз когда я закончил с мясом, у меня зазвонил телефон. Это была Полина. Вот это неожиданность, и весьма приятная…

– Доброе утро. То есть день, – сказал я.

– Добрый, ваше благородие. Как себя чувствуете?

– Рука не болит, если ты об этом, – сказал я, глядя на ободранную вчера ладонь. Испачканный бинт я снял, ссадины уже покрылись корочкой, так что всё было в порядке.

– Я о том, что на вас напали ночью.

– Мы же вроде вчера перешли на «ты», Полина. Давай без лишней вежливости. У меня всё хорошо, а как у вас?

– Звоню сообщить, что мы объявили Лужкова в розыск и усилили наблюдение за его домом, – доложила Реутова. – Он до сих пор там не появлялся, поэтому отправили патрульных проверить дома его знакомых и родственников.

– Что ж, спасибо. Хотя я почему-то не думаю, что это был фамильяр нашего алхимика, – сказал я.

– Дмитрий Анатольевич собирается куда-то съездить, опросить людей. Он сказал, что обычным людям туда нельзя, – в голосе Полины просквозила обида. – Он сказал, если смогу до вас… до тебя дозвониться, то он хочет, чтобы ты поехал с ним.

– Скажи, что поеду. Спасибо, Полина.

– Пожалуйста, – ответила она и сбросила звонок.

Кретов приехал через двадцать минут. Я уже ждал у ворот, попивая кофе. Сегодня с молоком и сахаром – организм требовал компенсации за вчерашнюю бойню.

– Запрыгивай, – Дмитрий открыл дверь, не заглушая двигатель.

Я сел на пассажирское сиденье и хлопнул дверью. Кретов вывернул руль, и мы сразу поехали в город.

– Рассказывай, – глянул на меня наставник.

Я коротко описал нападение, след, исчезновение паука. Кретов слушал, не перебивая, лишь иногда цокая языком.

– Это не Лужков, – заключил он, когда я закончил. – Его фамильяр вряд ли на такое способен. Да, он довольно силён, но не настолько.

– Тогда кто-то пытался его подставить, – сказал я, сделав глоток кофе. – Сначала дневник, затем паук. Нас явно пытаются натолкнуть на мысль, что именно Василий тот, кого мы ищем. Я думаю, что это Сытин.

– Грубовато для него… – качнул головой Дмитрий. – Но сейчас мы кое-что проверим и будем точно знать, Лужков это или нет.

– Едем в «Чертяку»? – уточнил я, и Кретов молча кивнул.

Довольно скоро мы добрались до бара провидцев. Я снова сам открыл иллюзорную дверь, и мы спустились по лестнице вниз.

Двухметровый громила с кулоном в виде топора всё так же сидел у входа, будто никуда не уходил с прошлого раза. Увидев нас, он встал и преградил путь, сложив накачанные ручищи на груди.

– Барон Зорин, – Рок фыркнул, узнав меня. – Решил выпить так рано?

– Почему бы и нет? Вчера у меня был тяжёлый день, и позавчера не особо легче, – ответил я.

– Пропуск, – буркнул охранник.

Я призвал плетение, сохранённое в моей ауре с прошлого раза. Дмитрий сделал то же самое, Рок молча кивнул и убрался с пути.

– Кстати, этот твой кулон – артефакт? – уточнил я, проходя мимо.

– А ты попробуй устроить в баре проблемы, и узнаешь, – ответил здоровяк, щёлкнув по топору ногтем.

– Как-нибудь обязательно попробую, – подмигнул я.

В баре в это время было тихо. Из посетителей – только старик в углу, шептавший что-то в кружку с пивом. Бармен-сатир, жуя зубочистку, не спеша натирал бокалы.

Но за стойкой, изящно облокотившись, сидела Жанна. Сегодня она была в коротком обтягивающем топе и ещё более короткой, но не менее обтягивающей юбке. Стройные ножки покрывали сетчатые чулки.

– Ого, какие люди, – она приподняла бровку и тонко улыбнулась. – Барон Зорин и следователь Кретов. Честь какая.

Её голос тёк, как тёплый мёд, но я знал – под этой сладостью полно яда. Достаточно было вспомнить, сколько энергии вытянуло из меня простое прикосновение к этой бестии.

А я вчера и так потратил много сил, когда ставил метки и дрался с пауком. Сегодня противостоять её чарам будет куда труднее.

– Здравствуй, Жанна, – я встал у стойки за метр от неё и подал знак бармену. – Минеральной воды с лимоном.

Сатир кивнул, вытащил из холодильника бутылку и лимон, а затем ловко подкинул фрукт и так же ловко отрубил от него кружок прямо в воздухе.

Кретов подошёл к брюнетке, тоже сохраняя расстояние, и стукнул костяшками по стойке.

– Мы хотим спросить у тебя кое-что, красавица.

– О, я всегда открыта к вопросам и предложениям, – Жанна повернулась к Дмитрию и откинула волосы, обнажая шею. – Особенно к предложениям.

– Василий Лужков, алхимик, изгой Конгрегации. Видела его вчера здесь?

Жанна медленно облизнула губы, глядя на меня.

– Может, сначала выпьете? Здесь появился новый ликёр, «Слёзы ангела», – предложила она.

– Не время для игр, – я почувствовал, как при взгляде в красные глаза Жанны в висках застучало. – Лужков был здесь или нет?

Брюнетка наклонилась вперёд, позволяя взгляду скользнуть по глубокому вырезу топа. Она легла на стойку и соблазнительно взглянула мне в глаза снизу вверх.

– Всё, что я знаю, барон Зорин… – прошептала она. – Стоит поцелуя.

Кретов закатил глаза и проворчал:

– Жанна, мы не в детсаду…

– А от тебя мне ничего не нужно, Димочка, – красотка не отрывала глаз от меня. – Я хочу, чтобы меня поцеловал он.

– Голодная? Возьми моей энергии, – предложил Кретов и протянул к Жанне мозолистую ладонь.

– Не-а, – игриво улыбнулся он. – Я хочу барона Зорина… Поцеловать. Для начала.

Мы продолжали смотреть друг другу в глаза, и мне казалось, что в зрачках брюнетки пляшет пламя. Такое опасное и такое манящее. Я бы соврал, если б сказал, что мне не хотелось попробовать её губы на вкус.

Даже зная, насколько она опасна, всё равно попадаешь под её чары. Это и есть её главная угроза.

– Эй, Данакт, – мой наставник обратился к бармену. – Ты видел здесь вчера…

– Вы же знаете, Дмитрий Анатольевич, я не имею права об этом говорить, – сразу же прервал его сатир. – Простите.

– Да, знаю, – буркнул Кретов. – Попробовать стоило. Ладно, Григорий, пойдём отсюда.

– Я не собираюсь уходить с пустыми руками, – сказал я и встал.

Дмитрий покачал головой.

Жанна улыбнулась и грациозно, как кошка, поднялась со стула. Приблизилась ко мне, подошла вплотную, обдав терпким ароматом духов и похоти. Её глаза горели, губы блестели, как сочный фрукт. Дыхание пахло гранатом.

– Не хочешь обнять меня? – прошептала она. – Прижать к себе? Ощутить, каково моё тело на ощупь…

– Нет, – ответил я. – К делу.

Потянулся к ней, а Жанна резко сократила дистанцию, будто собираясь меня укусить.

Поцелуй обжёг, как раскалённое клеймо. Не страстью – ледяным холодом, высасывающим жизнь. В ушах зазвенело, пол поплыл под ногами. Я вцепился в стойку, чувствуя, как эфир щедрым потоком покидает моё тело.

Она отстранилась первой, томно вздохнула и поправила чёлку.

– Какой ты… вкусный, – Жанна провела языком по нижней губе. – Жаль, мы видимся так редко.

– Лужков, – прошипел я, едва стоя.

– Не видела, – она пожала плечами, поправляя топик.

– Что? – вскрикнул Кретов. – Ты что, решила водить нас за нос, проклятая ш…

– Осторожней, Димочка! – брюнетка резко выставила палец, и её голос зазвенел сталью. – Ты знаешь, я терпеть не могу это слово.

– Да мне плевать! Ты сказала, что ты что-то знаешь!

– Проблемы? – рядом тут же нарисовался Рок, держась за свой кулон.

– О, ну наконец-то, – улыбнулся я. – Посмотрим на твой артефакт в действии?

– Тебе это не понравится, – прорычал охранник.

– Всё в порядке, малыш, – промурлыкала Жанна. – Дима просто не так меня понял. Сейчас они с бароном получат что хотят и спокойно уйдут, да?

– Мы сами решим, когда нам уходить, – сказал я и залпом выпил свою минералку.

После поцелуя с Жанной в глотке пересохло, будто я только что вернулся из пустыни. Вкус её губ, который казался сладким, в послевкусии был горьким, как пепел.

Рок что-то буркнул и вернулся к двери.

– Выкладывай, – сказал я, стукнув стаканом о стойку.

– Я его не видела, потому что уехала довольно рано… Один провидец захотел провести со мной ночь, – кокетливо начала она. – Но потом я слышала, что Лужков здесь был. Он выпил целую бутылку «Имбирного счастья», не так ли, Данакт?

– «Имбирное счастье» вчера закончилось, – уклончиво ответил тот, и это явно означало «да».

– «Спасибо» ты от нас не дождёшься, бестия, – пробурчал Дмитрий, нацепил свою шляпу и заторопился к выходу. – Идём, Григорий.

– Может, тоже хочешь поцелуй? На прощание? – рассмеялась Жанна ему вслед и посмотрела на меня.

Она взяла со стойки блестящую, чёрную сумочку, достала из неё визитку и протянула мне.

– Если будет скучно – звони. Я всегда придумаю, как тебя развлечь, барон Зорин.

– Нет, спасибо, – сказал я и положил на стойку купюру, рассчитываясь за воду.

– Очень жаль, – надула губки брюнетка. – Но знай, сегодня ночью я точно тебе приснюсь. Связь после поцелуя ты так просто не разорвёшь. И в твоём сне мы будем делать такое… О, тебе понравится.

– Только во сне тебе и удастся меня соблазнить, – усмехнулся я. – До скорого.

– Пока-пока, барон Зорин…

Выйдя на улицу, я сел в машину Кретова. Он уже был за рулём, раздражённо постукивая пальцами по рулевому колесу.

– Почему ты к ней так враждебно относишься? – спросил я.

– После поцелуя ты ещё не понял? Она пиявка или даже хуже. Питается нашей энергией.

– Если ей не позволить, ничего не случится. У тебя с ней что-то было?

Дмитрий завёл мотор и только потом ответил:

– Было, лет двадцать назад.

– Сколько? Но ей же самой на вид двадцать с небольшим…

– Жанна не стареет. Точнее, стареет очень медленно. Она такая, сколько я её знаю, – Кретов вывернул руль. – Ладно, поехали. С главным делом пока тупик, мы только поняли, что кто-то хочет подставить Лужкова.

– Это может быть Пожиратель снов? – спросил я. – Или он не настолько разумен?

– Трудно сказать, его способности до конца неизвестны. Давай пока отвлечёмся от этого, надо заняться текучкой. Мне утром доложили о том, что какой-то эфемер грусти обрёл слишком большую силу и вгоняет людей в одной больнице в депрессию, надо разобраться.

Остаток дня мы занимались этим эфемером, который и правда оказался силён, а также другими мелкими делами. Для меня это было полезно – я увидел другую сторону работы полицейского провидца, не самую интересную. Рутина есть в любой деятельности, и эта – не исключение.

На закате мы с Дмитрием перекусили в недорогом кафе, и он собирался отвезти меня домой.

– У тебя не было времени изучить ту тетрадь, которую дал Прохор? – спросил он.

– К сожалению, нет, – ответил я. – Сегодня вечером обязательно займусь, информации там немного.

– Это хорошо, – кивнул Дмитрий, и мы направились к выходу из кафе. – Обязательно расскажи, что там…

Мы резко застыли на пороге и посмотрели друг на друга. Мы оба одновременно ощутили, будто кто-то дёрнул наши сердца за ниточки.

– Метка, – сказал я.

– Метка, – эхом ответил Кретов, уже создавая поисковое плетение. – Кого-то из девушек снова собираются похитить!

Глава 2

Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. Мы понеслись к машине, и Кретов на ходу кинул мне ключи:

– Веди!

Я молча кивнул. Дмитрий сейчас должен удерживать плетение, чтобы не потерять девушку.

Мы запрыгнули в машину, и я тут же вдавил педаль газа в пол. Между рук Кретова распустилась тонкая эфирная вуаль, на которой пульсировала красная точка.

– Так, на север. Кто у нас на севере? Твою мать! – прорычал наставник и повернулся ко мне. – Звони Полине.

– Вызов идёт, – я приподнял телефон и включил громкую связь.

Ведь я знал, что эфирные метки – не спутниковые маячки. Мы не можем видеть точное расположение на карте, только направление.

– Алло, – раздался голос Реутовой.

– Полина, срочно! – рявкнул Дмитрий. – Мы рядом с метро Нагорная. Кто из потенциальных жертв на севере от нас?

– Почти все, – слегка растерянно ответила Полина.

– Нет-нет, совсем на севере! – раздражённо выкрикнул Кретов, мельком глянув на свою вуаль. – Возможно, за МКАД.

– Там только одна возможная…

– Позвони ей, срочно! А затем всем ближайшим. Если будут уточнения – я сообщу.

– А что слу…

Я сбросил звонок.

Город мелькал за окном, как кадры из плохого триллера под полицейскую сирену. Я сжимал руль в руках и нарушал все правила, торопясь на север столицы, где прямо сейчас похищали девушку. Полицейским провидцам и такое позволялось.

Сколько у нас времени? Паук в тот раз исчез мгновенно. Но, может быть, чтобы забрать кого-то другого, ему надо подготовиться?

Только тут я сообразил, почему родственники похищенных ничего не слышали. Монстр наверняка использовал такой же чёрный барьер, которым накрыл меня.

Мысль промелькнула как бы между делом. Я надавил на клаксон, пролетел на красный и выехал на перекрёсток. Справа загудел грузовик, который не успевал затормозить. Я добавил газу и проскочил в последний момент.

– Так, я понял! Понял! – воскликнул вдруг Дмитрий, развеял плетение и схватил рацию. – Центр, я провидец! Все свободные наряды в Марфино, Ботаническая, семнадцать!

– Провидец, что у вас? – пробубнил центр.

– Новое похищение, прямо сейчас! Нужен артефакт запечатывания, провидцы из других отделений, полный комплект! Перекройте все улицы вокруг адреса!

– Вас понял, провидец.

– Притопи, Григорий, – вешая рацию на месте, процедил Кретов. – Я себе не прощу, если опоздаем.

Я лихо вошёл в поворот. Для меня дело было даже не в работе. Я просто не хотел, чтобы погибла ещё одна невинная девушка.

Мы примчались за семь минут. У подъезда уже стояли две полицейские машины. Из окна третьего этажа лился белёсый свет – мерзкий, ядовитый как гной.

Я выскочил из машины первым, даже не заглушив мотор, и побежал к подъезду. Кретов был на шаг позади меня.

Лифт стоял на шестом этаже, так что я побежал наверх пешком.

На лестнице пахло жареной рыбой. Такой обыденный, даже уютный аромат – кто-то сейчас готовит ужин и не подозревает, что творится в соседней квартире.

На площадке третьего этажа валялся молодой оперативник – лицо в крови, рука неестественно вывернута. Рядом с ним сидел, перевязывая раны, другой полицейский.

Девушка, одетая лишь в рваную футболку и трусики, прижалась к стене, зажимая рот ладонью. Её метка на шее пульсировала красным.

– Где? – только и спросил я, ловя дыхание.

– Там, – также коротко ответил полицейский, кивая на квартиру, дверь которой была приоткрыта.

Я на ходу скинул ветровку и вручил её почти обнажённой девушке. Она пробормотала вслед «спасибо», но я едва услышал.

Мы с Дмитрием ворвались внутрь. Кретов держал наготове плетения, и я тоже был готов в любой момент поставить барьер.

В коридоре, освещённым тем самым гнойным светом, стояли ещё двое полицейских. Через распахнутую дверь они смотрели в комнату, не отрываясь. На пороге лежал запечатывающий артефакт: металлический шар с шипами, покрытый синими рунами.

Я подошёл к дверному проёму и увидел его.

Смешанные чувства. С одной стороны, я разочарован, что не вижу перед собой знакомого паука. С другой стороны, впечатлён тем, насколько опасная тварь мечется по комнате, накрытая куполом артефакта.

Существо напоминало комету с длинным хвостом, сотканную из тени. Из передней части торчали когтистые лапы, а узкие красные глаза то возникали, то исчезали по всему телу. Монстр издавал звук на грани слышимости, от которого закладывало уши.

– Это кто-то другой, – сказал я.

– Пожиратель снов. Неужели попался? – Кретов вытер лоб и хрипло рассмеялся. – Теперь в Конгрегации мне должны дать премию.

– Не забудь, что я ставил метку. Рассчитываю на долю, – улыбнулся я.

– Эй, мужики, а мы его схватили, вообще-то, – пробасил оперативник. – Игоря вон порвать успела эта… Что это за хрень вообще?

– Пожиратель снов, я же сказал, – пробурчал Дмитрий. – Вы свободны, парни, дальше мы сами.

– Спасибо за помощь, – искренне сказал я.

Оперативники кивнули и молча вышли из квартиры, закрыв за собой двери.

Дмитрий вздохнул и внимательно осмотрел существо. А оно продолжало метаться туда-сюда, издавая низкий булькающий звук.

– Это точно не он, – сказал я. – Иначе бы давно исчез. Артефакт ведь не блокирует телепортацию?

– Нет, – буркнул Кретов. – Хочешь сказать, это совпадение, что он напал на одну из девушек с меткой?

– Похоже на то. Паук телепортировался моментально, а сюда успели прибыть оперативники. К тому же паук блокировал звуки, а если мы опросим соседей, я уверен – они скажут, что слышали шум.

– Ты наверняка прав. Но проверить мы обязаны. Фокус… – Дмитрий бросил взгляд на меня и заметил кристалл у меня в руке, – вижу, при тебе. Ты что, создаёшь плетения с его помощью?

– Да. С пауком это спасло мне жизнь, – ответил я.

– Только не увлекайся. На твоём ранге допустимо использовать катализаторы. Но с твоим талантом лучше сразу браться за прямое управление эфиром. Однако сейчас он тебе пригодится. Начинай концентрировать энергию, – сказал Кретов и достал из кармана кусок мела, который искрился на свету и источал слабый эфирный дымок.

Я принялся кружить фокусирующим кристаллом против часовой стрелки, пока наставник чертил вокруг существа диагностический круг. Он сразу же привязывал к нему текущие мимо эфирные нити, и круг начал светиться.

Пожирателю снова это не понравилось. Он издал возмущённое бульканье и принялся бить когтями по куполу. В передней части открылась дюжина красных глаз – из них, будто змеи, выползли извилистые жгуты эфира.

– Что, не нравится? Пора ответить за всё, что ты сделал, – злорадно оскалился Дмитрий.

Существо будто нахмурилось и вдруг смялось, будто кусок пластилина, сжатый в кулаке. Затем оно опять приняло форму, но… Теперь оно было человеком.

Женщиной, если точнее. Молодой и красивой, в скромном платье с цветами. Её лицо почему-то казалось мне знакомым…

– Дима, – тепло улыбнувшись, сказала она. – Может, сегодня ты останешься дома?

Кретов замер. Мелок едва не выпал из его руки, но затем наставник сжал его с такой силой, что сломал пополам.

– Ах ты, сука, – прорычал он.

Отбросив обломки мела, он двумя руками принялся творить плетение. Десяток символов, заключённых в круг, добавочные треугольники по краям… Такого я даже в книгах не встречал.

Десяток эфирных шипов выросли полукругом, словно корона, и ударили по твари, принявшей облик женщины. Вместо крика из горла иллюзии вырвалось низкое бульканье, и Пожиратель снов вернулся в истинную форму.

– Получил, ублюдок? Это мы только начали, – глухо произнёс Кретов.

– Что это было? – спросил я.

– Он умеет залезать в головы людей. Залез в мою, как видишь…

Монстр обратил взор на меня и тут же превратился в Сергея.

– …а теперь в и твою, – закончил Дмитрий.

– Я ничего не чувствую.

– Ты и не можешь почувствовать. Защититься от этой твари тоже нельзя, многие пробовали, – качнул головой Кретов.

У фальшивого Сергея были чёрные глаза. Они вытекали из орбит, оставляя полосы глубоких ожогов, словно по щекам моего брата текла раскалённая нефть.

Он дрожал, обхватив себя руками, ногти на которых были сорваны.

– Спаси меня, брат! – умоляющим тоном выкрикнул он.

– Уймись, ты меня не обманешь, – я улыбнулся, но улыбка была слегка вымученной.

Смотреть на то, как страдает мой брат, даже на сто процентов зная, что это иллюзия… Ничего приятного в этом нет.

– Ладно, хватит представлений, – Дмитрий рассыпал по кругу зелёный порошок и посмотрел на меня. – Начинай пульсацию.

Порошок зашипел, коснувшись пола, а я стал мелкими порциями выпускать энергию через кристалл. Пожиратель дёрнулся и снова вернулся в обычный облик.

Его аура проступила явственнее – клубящиеся чёрные вихри с вкраплениями алых искр. Я видел в ней много интересного, но ничего знакомого.

– Не вижу никакой связи с похищениями, – сказал я, водя кристаллом над самым большим вихрем. – Если бы он недавно убивал, рядом с ним была бы энергия смерти.

– Ни одного символа из «Умбры», – задумчиво подтвердил Дмитрий, почёсывая небритую шею.

– Да откуда бы им тут взяться? – удивился я.

– А ты думаешь, они в книге сами по себе появились? Создатели «Кодекса Умбры» научились всяким проклятиям и тёмным ритуалам от злых духов, – объяснил Кретов. – Но теперь мы уже точно можем сказать, что эта тварь с похищениями не связана.

Пожиратель дёрнулся, ударив щупальцем по барьеру. Во все стороны полетели искры.

– Значит, случайность? – спросил я, опуская кристалл. – Он просто напал на первую попавшуюся жертву?

– Может быть, а может, ему тоже интересны девушки, рождённые в день парада планет, – Дмитрий разорвал диагностический круг коротким жестом. – Как бы там ни было, сейчас мы с тобой изгоним его.

– Как?

– Подходящих артефактов у нас нет, – наставник огляделся, будто артефакты могли лежать где-то в комнате девушки. – Значит, справимся своими силами. Плетение сложное, но ты мне поможешь. Сейчас объясню, что нужно делать…

Мы вдвоём создали заклинание изгнания, которое буквально представляло из себя врата в другое измерение. Не телепортация, а что-то вроде сливного отверстия для эфира.

Опасная вещь – при неправильном использовании может создать неконтролируемые магические аномалии. Но Кретов решил рискнуть, и я полностью его в этом поддерживал.

Оставлять такое опасное существо в нашем мире нельзя.

Когда мы активировали плетение, воздух затрещал, врата вспыхнули ослепительным светом. Пожиратель закричал и задёргался, его теневое тело начало распадаться на чёрные хлопья и втягиваться в «слив».

– Возвращайся в бездну! – сказал ему напоследок Дмитрий.

Последняя вспышка – и комната опустела. От существа остались лишь эфирные разводы, парящие в воздухе.

– Ну что, можем гордиться собой? – спросил я.

– Ещё бы. Эта тварь двадцать лет терроризировала Москву… Хорошо, что надолго впадала в спячку. Но теперь, если Пожиратель вернётся, то не раньше, чем в следующий парад планет. Пойдём отсюда, – Дмитрий махнул рукой.

– А ты не шутил насчёт награды в Конгрегации?

– Не шутил. Получишь свою долю, не переживай…

– Да я и не переживаю. Просто мне приятна мысль о том, что эти подлецы будут вынуждены нам заплатить, – улыбнулся я.

– Да, – хмыкнул Кретов. – Меня тоже это радует.

Мы вышли в подъезд, поговорили с оперативниками и девушкой. Объяснили ей, что лучше пару дней пожить в другом месте, пока остаточная энергия монстра не развеется.

Когда мы сели в машину, я спросил:

– Что это была за женщина? Облик которой принял Пожиратель?

– Сам не догадываешься? – буркнул Дмитрий.

– Твоя жена.

– Да. Только сразу учти, я не хочу об этом говорить.

– Хорошо, – не стал допытываться я. – Подбросишь до дома?

– Угу, – мрачно промычал Кретов, заводя мотор. – Хорошая работа, ученик. Растёшь не по дням, а по часам. По минутам даже.

– Спасибо, стараюсь. Быстрее бы разобраться с этим делом, хочется иметь больше времени на обучение, – сказал я.

– На практике намного лучше, поэтому не расстраивайся.

Кретов высадил меня у ворот, даже не заглушив двигатель. Его профиль в свете фар казался каменным – всё ещё застывшим в той минуте, когда Пожиратель принял облик его жены.

Я не стал спрашивать снова. Некоторые раны лучше не трогать.

Дом встретил тишиной. Все Зорины, кто был дома, давно спали.

Вот ещё одно дело, на которое у меня не хватает времени… Как глава, я должен объединить род, но большинство из членов семьи старается меня избегать.

Дворецкий принёс мне телятину с печёным картофелем. Я с удовольствием съел её, чувствуя, как тепло растекается по желудку и затем по всему телу.

Затем отправился в хранилище, куда поручил Оскару положить тетрадь Прохора. Я взял её и плюхнулся в кресло у камина. Огонь уже догорал, но света мне хватало.

Страницы пахли болотной гнилью и дымом. Прохор писал неровным почерком, будто торопился запечатлеть свои мысли.

Легенды о Теневых Странниках, пожирающих эфирные тела людей… Рассказы о деревнях, где жители умирали во сне после встречи с «чёрным ветром». Ни дат, ни имён – только намёки, обрывки.

«В год великой засухи явился Он. Трое суток плакали матери над колыбелями, пока старейшина не принёс жертву…»

Я перевернул страницу. Выцветшая зарисовка существа с десятком щупалец. Увидев рисунок, я крепче сжал тетрадь.

Да. Это та самая тварь, что я видел рядом с Сергеем.

Далее – отчёт о случае 1843 года. Провидец Игнат Слепой разорвал связь между духом и проклятой жертвой. Как именно – не объяснено. Просто пометка на полях: «Сила требует жертв. Или великой воли».

Угли в камине потрескивали, рассыпаясь в пепел. Я откинулся на спинку кресла, чувствуя, как веки тяжелеют.

Провидцы прошлого могли выстоять против таких чудовищ. Но у них были знания, ритуалы, артефакты… Сила, в конце концов – в те времена провидцы были намного мощнее, чем нынешние.

А у меня – потрёпанная тетрадь и немного базовых плетений в арсенале.

Рука сама потянулась к фокусирующему кристаллу в кармане. Холодный камень напомнил о сегодняшнем событии. О том, как эфир рвался из пальцев, подобно вожжам ретивого коня. Когда мы изгоняли Пожирателя, я чувствовал власть и силу.

В тот момент я понял, что действительно могу сделать этот мир лучше, ликвидируя таких существ, как Пожиратель снов. Или как этот неведомый Теневой Странник, проклявший моего брата.

Я должен стать сильнее. И я могу это сделать.

Два века назад провидцы справились. Значит, смогу и я.

Огонь в камине погас. Я не стал его разжигать и отправился в спальню.

***

Рассвет застал нас с Виктором у восточной стены поместья. Подросток кряхтел, пытаясь не отставать от меня, но ему это не удавалось.

– Не сбавляй! – крикнул я, слегка ускорившись. – Представь, что за тобой гонится твой репетитор по китайскому.

Витя фыркнул, но поднажал:

– Он… и правда… достал… – между вдохами выдавил он. – Вечно… ругается… на моё произношение…

– Значит, беги быстрее, – я ухмыльнулся, замечая, как он невольно прибавляет ходу.

После пробежки перешли к груше, которую я поручил слугам повесить на заднем дворе. Виктор, красный как рак, заматывал руки бинтами с сосредоточенным видом.

– Смотри, – я продемонстрировал прямой удар. – Вес тела вперёд, кулак идёт по прямой. Не замахивайся.

Первый удар он сделал робко, едва качнув мешок. К пятому разу уже вложился по-настоящему.

– Вот так! – я похлопал его по плечу. – Теперь представь, что это твой репетитор.

– Легко, – Витя ударил снова, и в его глазах мелькнул азарт.

– Только не вздумай ударить его в реальности

Завтрак сегодня подали на террасе. Мария сидела, уткнувшись в книгу, Сергей устроился рядом с ней, неловко молча. Тётя Варвара, сидящая напротив него, бросила неодобрительный взгляд на то, что мы с Виктором в спортивных костюмах.

– Доброе утро, ваше благородие, – кивнула она.

– Доброе утро, Варвара Николаевна. Рад видеть, что за столом собралась почти вся семья, – сказал я, усаживаясь.

И как только я это произнёс, на террасу вылетел Константин, пахнущий дорогим парфюмом и с телефоном в руках.

– О, вы завтракаете? Успею что-нибудь перекусить, – сказал он и упал на свободный стул, недобро зыркнув на Сергея.

– Вижу, ты очень занят. Как идут дела? – поинтересовался я, накладывая себе сырники.

– Стабильно, – он щёлкнул пальцами, и слуга тут же налил ему кофе. – Думаю, что в этом месяце прибыль вырастет процентов на семь.

– Рад слышать, – кивнул я. – Не забудь, о чём мы с тобой договаривались.

Костя скривился и сделал большой глоток кофе. Быстро проглотив сырник с малиновым вареньем, он вытер рот салфеткой и встал.

– Поеду. У меня важная встреча.

– С кем? – спросил я.

– С возможным партнёром. Если выгорит, обязательно расскажу, – как-то зловеще улыбнулся Константин и поспешил к машине, которая его уже ждала.

– Он всегда такой? – спросила я.

– Только когда дело касается денег, – фыркнула тётя Варвара.

Витя, набивший рот блинчиками, вдруг заговорил, размахивая вилкой:

– А мы сегодня с Гришей грушу чуть не порвали!

– Григорием, – автоматически поправила его тётя.

– Да ладно, тёть, он же свой! – Витя улыбнулся, и я с удивлением понял, как мне приятно слышать признание от него.

Запели птицы. Солнечный луч упал на серебряную кофейницу, и я вдруг осознал – этот момент почти идеален. Никто не спорит, не строит козни. Даже Мария отложила книгу, слушая рассказ Вити о репетиторе.

– …а он говорит: «Вы, Зорины, думаете, вам всё позволено?». А я ему: «Нет, только мне!»

Все засмеялись. Даже Мария прикрыла рот ладонью, чтобы скрыть улыбку.

– Вот и хорошо, – пробормотал я себе под нос, допивая кофе. – Маленькими шагами.

Потом были планы на день, разговоры о новой мебели в гостиную и даже попытка тёти Варвары расспросить меня о «тех ужасных полицейских делах». Но главное – за этим столом, наконец, сидела не просто группа родственников. Сидела семья.

Хрупкая. Несовершенная. Но семья.

***

Москва, ресторан «Бархат».

Зал ресторана блестел роскошью. А в отдельном кабинете, где Константин встречался со своим потенциальным партнёром, всё буквально утопало в золоте и бархате.

Не зря ресторан так назвали.

Константин сидел у окна с видом на Москву-реку, нервно постукивая пальцами по скатерти. Он уже допивал вторую чашку кофе, когда в кабинет вошёл барон Владимир Волков.

– Опоздал на семь минут, – Волков снял перчатки не торопясь. – Простите, Константин, задержался на кладбище.

Он был одет в идеальный тёмно-синий костюм, а в глазах стояла ледяная пустота.

– Мои соболезнования, ваше благородие. Ваш отец был хорошим человеком, – пробормотал Костя. – Но я не люблю, когда меня заставляют ждать.

Владимир молча сел. Официант тут же подал ему бокал с водой и меню. Волков даже не взглянул и сказал:

– Красное, «Шато Лафит», восемьдесят четвёртый. И утиные грудки с трюфелями.

Когда официант удалился, Волков сложил руки на столе. Его ноготь поскрёб по скатерти – медленно, словно царапая чью-то кожу.

– Как поживает ваш… барон? – он сделал паузу перед последним словом, будто пробуя на вкус.

– Занят своими делами, – Костя отхлебнул кофе. – Полиция, магия, всё такое.

– А вы тем временем управляете его состоянием. Как верный пёс.

Чашка в руке Константина слегка дрогнула.

– Что это значит, ваше благородие?

– То, что мы оба проиграли, – Владимир наклонился вперёд. – Вы – титул и магический дар. Я – отца.

Официант принёс вино. Волков дождался, пока тот уйдёт, и только тогда продолжил:

– Но есть способ это исправить.

Костя замер, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

– Вы предлагаете…

– Убрать его, – Волков сделал глоток вина. – Вы станете бароном. Я получу месть.

Он резко поставил бокал на стол, и пара капель выплеснулась на скатерть.

– Он слаб, – процедил Владимир. – Ещё не освоил дар. А его друзья из полиции не смогут защищать его вечно.

– Вы с ума сошли, – почти шёпотом произнес Константин. – Ваш отец участвовал в убийстве моего отца. А мне вы предлагаете убить брата?

– Вы считаете бастарда своим братом? – Волков улыбнулся. – Я уверен, что вы уже думали об этом.

Он достал из кармана конверт и положил на стол.

– Документы на рудники в Сибири. Ваши, если согласитесь.

Костя посмотрел на конверт, затем на Волкова.

– А если я откажусь?

– Тогда это не будет вас касаться. Хотя… как знать. Возможно, что и коснётся, – Волков откинулся на спинку стула. – С вами было бы… элегантнее.

Официант принёс утку. Аромат трюфелей заполнил пространство между собеседниками.

– Вам нужно время подумать? – спросил Волков, разрезая мясо.

– Да.

– У вас его нет. Дайте ответ сейчас. Вы готовы убить Григория Зорина и вместо него стать бароном и провидцем?

Глава 3

Сегодня у меня был выходной, поэтому после отъезда Кости я продолжил не спеша завтракать. Честно признаться, был очень рад свободному дню. Полицейские дела немного утомили, и требовался отдых, чтобы взяться за дело с новыми силами.

Кретов пообещал, что если случится что-то срочное, он мне обязательно позвонит. Ну а пока что мы снова оказались в тупике, и не было ни единой мысли, как нам выйти на преступника.

Точнее, мысли-то у меня были. Но они пока не складывались в цельную картинку.

Да и делами рода не помешает заняться. В том числе установлением нормальных дружеских отношений.

– Как считаете, Константин будет хорошо справляться с ведением дел? – спросил я у домашних на завтраке, не обращаясь ни к кому конкретно.

– А ты в нём сомневаешься? – поинтересовался Виктор, беря из общей тарелки блинчик.

– Я хочу узнать ваше мнение. Может быть, есть какие-то вещи, о которых мне стоит знать? – я перевёл взгляд на тётю Варвару.

Ведь она мой неофициальный шпион в роду Зориных. А я не дурак и понимаю, что Костя и Анастасия, например, вполне способны попробовать лишить меня титула. Тем или иным способом.

То, что мой брат сделал вид, будто его устраивает наша сделка, ни о чём не говорит. За моей спиной он вполне может что-то готовить.

Варвара Николаевна пожала плечами и сказала:

– Он всю жизнь учился вести дела. Теперь, когда Николай… так скажем, не с нами, Косте придётся делать всё одному. Наверное, будет непросто, но он обязательно справится.

– Изучая документы, я заметил несколько досадных ошибок, которые совершил Константин, – сказал я. Думаю, тётя Варвара прекрасно знает, что я имею в виду. – Как вы считаете, не допустит ли он их вновь?

– Всё может быть, – холодно ответила она. – Я лишь считаю, что не стоит слишком строго судить его за эти ошибки.

– Если он снова начнёт их допускать – суд будет очень строгим, – пообещал я.

Я доел последний сырник, запил его кофе, а Мария неожиданно отложила книгу, которую читала.

– У меня есть предложение по «Астре», – сказала она, глядя куда-то мимо меня. – Нынешние методики тестирования устарели лет на двадцать.

– Откуда ты знаешь? – спросил я.

– Я много читаю…

– И про магию тоже?

– Ну да. В детстве я мечтала, что стану оракулом, – пожала плечами Маша. – Я знаю, что это невозможно, в нашем роду не было оракулов, да и всего их осталось очень мало.

– К сожалению, – кивнул я. – Так что насчёт «Астры»?

– Тестирование с помощью кристаллов болезненное и не слишком точное, – начала Мария, и я согласно кивнул, вспоминая свой тест. – В Европе уже давно изобрели тестирование с помощью тонких металлических листов из особого сплава, на которые провидцы накладывают нужные печати. Правда, этот сплав производится только во Франции, и каждый лист стоит в два раза дороже кристалла…

Тётя Варвара резко подняла голову, её вилка звякнула о тарелку.

– И что, ты хочешь, чтобы мы тратили деньги на какие-то эксперименты? – она ядовито улыбнулась. – Доходы от магазинов и так падают, а ты…

– Мария права, – я спокойно поставил чашку на стол, но специально чуть громче, чем нужно. Все замолчали. – Если мы не будем развиваться, нас задавят конкуренты. Прибыль «Астры» за последние три года снизилась на четверть, вы в курсе?

На террасе повисло напряжённое молчание. Даже Сергей перестал жевать.

– Есть что-то ещё особенное в этих листах? – я повернулся к Марии, давая ей слово.

Она слегка растерялась, но быстро взяла себя в руки:

– Сейчас мы определяем только силу возможного таланта – потенциал. Но можно добавить анализ склонности к различным видам магии, – её пальцы нервно постукивали по обложке книги. – А ещё с листами – быстрее, всё происходит за пять секунд.

– Но если они втрое дороже кристаллов, мы перестанем получать прибыль, – сказала тётя Варвара. – Прибыль упадёт ещё сильнее, либо нам придётся увеличить цены на услуги, и тогда все клиенты уйдут к конкурентам.

– Либо конкуренты первыми внедрят новую методику тестирования, и тогда мы останемся вообще без клиентов, – произнёс я, подливая себе кофе. – Спасибо за совет, Маша. Я узнаю, где можно закупить такие листы, и возьму пробную партию.

– Да не за что, – тихо ответила Мария.

– Григорий, ты уверен, что стоит так опрометчиво распоряжаться деньгами рода Зориных? – Варвара Николаевна сделала сильный акцент на последних двух словах.

– Уверен. Я знаю, как это работает. Если мы не вложимся сейчас, через год у нас не останется агентства, – сказал я. – Кстати, съезжу-ка я в «Астру». Лично посмотрю, как идут дела.

Тем более, реклама новой методики, в которой будут указаны все её преимущества, может принести нам больше клиентов. Старый метод я убирать не собирался, лишь добавить новую услугу. Уверен, ей воспользуются как минимум дети аристократов, для которых это не будет бить по карману. А простолюдины, как известно, хотят быть похожими на дворян и очень часто выбирают то же, что и они… конечно, если финансы позволяют. С брендовыми вещами это прекрасно работает, возможно, получится и тут.

Завтрак завершился не на самой приятной ноте, но зато я узнал, что Марии не наплевать на то, как идут наши дела. Это важно. А вот тётя Варвара весьма консервативна и не любит перемены.

Вот так, по чуть-чуть узнавая каждого из членов рода, я и смогу наладить отношения между всеми.

Когда я встал из-за стола, Сергей увязался со мной и негромко пробурчал:

– Возьми меня с собой в город.

– Зачем?

– Я хочу отца навестить. Он говорит, к ним в клинику пускают посетителей.

– Что ж, поехали, – пожал плечами я. – Самочувствие в норме?

– Да. Только сон плохой ночью приснился, – поморщился Сергей. – Сам не помню, что снилось, но страшно было капец.

У меня сразу же возникли мысли о расследовании и кошмарах, которые преследовали девушек перед похищениями. Но Сергей – не девушка, и родились они совсем в разные дни.

Хотя… Раз похититель уже натравил на меня паука во дворе поместья – кто мешает ему попытаться украсть моего брата?

Надеюсь, это лишь напрасные опасения, но лучше держать ухо востро.

Я на всякий случай усилил эфирное зрение и осмотрел ауру Сергея. Никакой метки на нём не было, из необычного – только уже знакомые чёрные прожилки.

– Иди собирайся. Встретимся у крыльца, – сказал я.

Сергей кивнул и побежал наверх. А я мысленно призвал Оскара, и он тут же появился рядом.

– Чем могу служить, хозяин?

– У тебя новое задание. Хочу, чтобы ты внимательно следил за Сергеем и защитил его при необходимости.

– Это и без того мой долг, – ответил феникс. – Я обязан защищать всех членов рода.

– Но он не член рода.

– И всё-таки у него общая с вами кровь, а значит – я буду защищать и его тоже, – сказал Оскар.

– Спасибо, – кивнул я.

Я вызвал такси для Сергея, а сам опять отправился в путь на фургоне прислуги. Они уже привыкли, что беру их машину.

Остановившись у знакомого здания, я сразу вошёл внутрь. Первое, на что обратил внимание – тишина. Не рабочая, а скорее наоборот. Какая-то мёртвая.

– Ой, здравствуйте, Григорий Александрович, – секретарь в приёмной поднялась мне навстречу.

– Здравствуй, Ирина. Как у нас дела? Все сотрудники на месте?

– Ну-у… Не совсем. После того как Свету… уволили, – осёкшись, проговорила она, – у нас стало меньше работы. Директор говорит, репутация агентства упала. А сегодня Рита, Борис и Лиза уволились.

– Три сотрудника уволились в один день? – уточнил я.

– Да.

– Как интересно. А директор на работе?

– Д-да, он…

Я прошёл мимо, не слушая. Кабинет директора располагался в конце коридора, и дверь была приоткрыта. Когда я подошёл ближе, то расслышал жужжание какой-то офисной техники.

Вошёл, не постучавшись, и увидел, как директор уничтожает бумаги в измельчителе. Заметив меня, он аж подскочил на месте.

– Барон! Я не ожидал…

– Не сомневаюсь. Что за документы вы уничтожаете, Руслан Васильевич? – я подошёл и забрал у директора из рук бумагу, которую он собирался опустить в измельчитель. – Устав компании, надо же. Как символично.

– Это всего лишь копия. Лежит без дела, зачем нам лишняя…

– Присядьте. Кажется, нам предстоит серьёзный разговор, – сказал я, занимая место за столом.

Руслан Васильевич был вынужден сесть напротив. Там, где обычно сидят подчинённые.

Собственно, он и есть мой подчинённый. Хозяин «Астры» – я, а он лишь нанятый сотрудник.

– Хорошо, что я сегодня приехал. Какие-то странные вещи происходят, вам не кажется? – я сцепил пальцы в замок и положил перед собой на столе. – Когда вы собирались мне рассказать о том, что три сотрудника одновременно решили уволиться?

– Я и сам ещё не успел осознать, – натужно улыбаясь, произнёс директор. – Это было такое внезапное решение с их стороны…

Рядом с Русланом возникло сразу два эфемера – страха и лжи. Последний был весьма редким и появлялся лишь тогда, когда враньё было особенно бесстыжим.

– Что-то мне подсказывает, что вы лжёте, – произнёс я, глядя директору в глаза. – А если точнее, то я это вижу.

– Вам показалось, – выдал Руслан Васильевич.

Я только усмехнулся:

– Нет, не показалось. Прямо сейчас рядом с вами витает дух, который питается энергией лжи.

Директор затравленно оглянулся по сторонам, будто надеялся увидеть эфемера. Но, конечно, никого и ничего не увидел.

– Ладно, давайте к делу, – я устроился поудобнее и подвинул к себе клавиатуру компьютера. – Где у вас финансовые отчёты? Я хочу ещё раз их изучить.

– Зачем, ваше благородие? – директор потёр ладони о штаны. – Я ведь вам всё уже скидывал.

– А я и сказал – ещё раз. Где они?

Вздохнув, Руслан Васильевич объяснил, как найти нужную папку. И мне не составило труда понять, что раз директор так нервничает – с отчётами что-то нечисто.

Затем я обратил внимание на то, как он стрельнул взглядом в стопку документов, которые ещё не успел уничтожить. Встал и подошёл к ним.

– Просроченные договоры, служебные записки, копии приказов… – бормотал я, перебирая бумаги. – О, а это похоже на финансовый отчёт. Только цифры несколько другие, чем в официальных.

– Ошибка, потому и надо уничтожить, – побледнев, сказал Руслан Васильевич.

– Нет, это не ошибка. Это чёрная бухгалтерия, – тряхнув бумажкой, возразил я и принялся копаться дальше.

Свежие документы лежали на дне стопки. И там неожиданно нашлись заявления на отказ от выплаты увольнительных, подписанные, судя по именам, уволившимися сотрудниками.

– Почему они отказались от выплат? – спросил я.

– Проявили благородство, должно быть, – директор с усилием улыбнулся.

– Смешно. Давайте на секунду представим, что они сделали это по какой-то причине. Я вижу только два варианта, почему они могли так сделать, – сказал я, подходя к директору.

Он вдруг громко икнул, прикрыл рот ладонью и спросил:

– Какие?

– Первый: их запугали. Второй: их подкупили. Наиболее реалистичным мне кажется второй, – я сел прямо на стол и наклонился вперёд, нависая над Русланом. – А вам?

– Ну, кто бы их подкупил, зачем вообще такое делать… – промямлил тот.

– А вот сейчас и выясним. Продиктуйте номер любого из них, – я достал из кармана телефон. – Только не задавайте дурацких вопросов.

Директор послушался и продиктовал мне номер Бориса, который до сегодняшнего дня работал у нас специалистом по тестированию. Так же, как и Света Волкова в своё время.

– Алло? – раздался в трубке молодой голос.

– Борис Михайлович, здравствуйте, – дружелюбно произнёс я. – Меня зовут Роман, я специалист по поиску персонала. Наша компания случайно узнала, что вы ищете работу, не так ли?

– Нет, не ищу, – недоумённо ответил Борис.

– Как же? Разве вы не уволились сегодня из агентства «Астра»?

– Ну, да…

– И что, уже нашли другую должность?

– Нашёл, – растерявшись от моего напора, сказал Борис.

– Жаль слышать. Нам бы пригодился столь ценный сотрудник. Если не секрет, в какую компанию вы устроились?

– «Око Сатурна». Они тоже занимаются измерением магического потенциала.

– Спасибо за ответ, Борис Михайлович, – сказал я и положил трубку.

Мой взгляд исподлобья заставил директора вжаться в спинку кресла. Однако он понимал, что бежать ему некуда, и постарался принять более расслабленную позу. Получилось отвратительно.

– Значит, «Око Сатурна», – сказал я. – Они внаглую переманили троих моих сотрудников, а вы закрыли на это глаза. Хотя нет, вряд ли. Всё было иначе, вы разрешили конкурентам купить моих людей. Интересно, за сколько купили вас?

Руслан молчал. Я наклонился ближе, видя, как рядом с директором появляются новые эфемеры страха.

– Пять миллионов, – выдохнул он. – И должность в их совете директоров.

– Жаль, – я выпрямился. – Теперь вы получите только суд.

– Барон, я…

Я не дал ему договорить.

– Вы уволены. А если хоть слово просочится в прессу – узнаете, на что провидцы способны в гневе. А потом вам предстоит узнать, на что способны аристократы. Так что рассказывайте, какие условия предложили сотрудникам, и не вздумайте врать.

Руслан Васильевич опустил голову.

– Не могу рассказать, иначе у меня будут большие проблемы…

– Если не расскажете, у вас будут проблемы со мной. Прямо сейчас, – я вложил в голос стали.

Руслан Васильевич кивнул. А затем рассказал всё, лишь бы отделаться только судом.

Чуть позже я нашёл всех троих уволившихся сотрудников в кафе через дорогу. Они сидели за угловым столиком, оживлённо обсуждая что-то. При моём приближении замолчали и заметно напряглись.

– Зарплата вдвое выше? – я без приглашения сел рядом. – Плюс бонус за массовый уход?

– Мы… – Борис попытался встать, но я положил руку ему на плечо.

– Сидите, – приказал я. – Знаете, что «Око Сатурна» добавляет в контракты пункт о пожизненной службе?

Лиза ахнула. Маргарита уронила ложку. Обе девушки переглянулись так, будто впервые увидели друг друга.

– Это… неправда, – пробормотал Борис.

– Скоро вы это узнаете. Если ещё не подписали договоры о найме.

Судя по тому, как стремительно наполнились слезами глаза Маргариты – она точно подписала.

– Григорий Александрович, – Борис приподнялся с диванчика. – Если ещё не поздно, могу я… то есть, мы…

– Не можете, – ответил я. – Раз решили предать меня – расхлёбывайте последствия. Обратно я вас не приму. Всего доброго.

После этого я поднялся и отправился на улицу. Настроение было хуже некуда – только мы поговорили о том, что надо сделать модернизацию «Астры», как на тебе!

«А может, это и к лучшему! – подумал я. – Найду нового директора, более ответственного, и новых сотрудников. Тестировщикам не нужны особые навыки, главное научить работать с оборудованием и правильно считывать результаты. При желании этому можно научиться за пару дней».

Я решил позвонить Константину и попросить его заняться поиском сотрудников. В конце концов, больше мне некому было это поручить. Заодно и проверю, насколько Костя лоялен и готов ли соблюдать нашу договорённость.

Когда я рассказал ему о случившемся, тот воскликнул:

– Что?! Вот ублюдки! А этого Руслана я прямо сейчас в порошок сотру! Он ещё у себя?

– Понятия не имею, – ответил я, про себя отмечая, что Костя как-то слишком бурно реагирует даже для себя.

– Ничего, я могу найти его домашний адрес. Он мне ответит! – прокричал Константин.

– Расслабься, в этом нет нужды. Я позвоню в «Шанс», и мы отдадим директора под суд. Этого будет достаточно. Ты сможешь найти новых сотрудников? И как можно быстрее.

– Как будто у меня есть выбор, – проворчал старший брат. – Займусь этим сегодня же.

– Спасибо, – сказал я.

– Кстати, Григорий… – начал Костя и тут же замолчал. – Хотя ладно, не важно. У меня дела, увидимся.

Он сбросил звонок, оставив меня в лёгком недоумении.

Почему он так резко отреагировал на новости об «Астре»? И что хотел сказать перед тем, как бросил трубку?

Как-то странно всё это. Надо будет выведать у Константина, что к чему. А то мне начинает казаться, что вокруг нашего рода начинает происходить что-то очень нехорошее.

С этими мыслями я поехал домой. И удивился, когда на подъезде к поместью увидел знакомый красный автомобиль. Раньше я видел его почти каждый день – это была машина Виктории, моей коллеги из компании «Фиеста», где я работал аналитиком.

Поддал газу, сравнялся с красной машинкой и убедился, что за рулём действительно Вика. Посигналил. Она увидела меня и приветственно помахала рукой. Я жестом показал ей, чтобы она остановилась и сам сбавил скорость.

Выйдя из машины, подошёл к Виктории, и она неожиданно бросилась меня обнимать. Прижавшись грудью и обдав меня запахом цветочных духов, она тут же отстранилась и пробормотала:

– Ой. Простите, ваше благородие, я по привычке.

– Не помню, чтобы ты раньше меня обнимала, – улыбнулся я.

– Не обнимала, вроде, – Вика покраснела. – Я к тому, что не сразу вспомнила, что ты… вы теперь барон. Простите, – она поклонилась.

– Перестань, мы почти год отработали за соседними столами. Я могу чем-то помочь?

Глубоко вдохнув, Виктория выпалила:

– Да! Я не знаю, к кому ещё обратиться. Не решилась позвонить, подумала, лучше лично…

– Что случилось? – перебил я.

– Мой брат, – девушка скуксилась. – Его обвиняет в убийстве. Я уверена, что он невиновен!