Приключения в деревне Дъемон

Дар получен

Моя жизнь искрилась, словно брызги шампанского, – яркая, насыщенная, калейдоскопичная. Отец, Виктор Михайлович Морозов, – магнат, воротила бизнеса, владелец целой империи. Наша семья – это мы вдвоем. Мать, как птица, упорхнула много лет назад, улетев с любовником в объятия испанского солнца. Мне тогда едва исполнилось два года, так говорил отец. Каждый день был соткан из шелка удовольствий: фитнес, спа, салон красоты, ужин в ресторане и, конечно же, он – мой любимый мужчина. Сейчас, сидя в уютном кафе и неспешно потягивая дорогой кофе, я в который раз пыталась до него дозвониться.

– Привет, котик, – наконец-то услышала я хрипловатый голос Павла в трубке. Он – правая рука моего отца, его верный соратник и… по совместительству мой любовник. Пока еще любовник, ведь свадьба не за горами.

– Привет, Иришка, – проворчал Паша, задыхаясь от спешки. – Столько дел, Виктор Михайлович вынес весь мозг из-за какой-то сделки. Давай вечером увидимся дома, сейчас совершенно нет времени болтать.

– Хорошо, тогда заскочу в салон, а потом заеду в ресторан, заберу наш ужин. До встречи, Пашенька, – промурлыкала я, отключаясь и расплываясь в счастливой улыбке. Как же здорово, что папа сделал мне такой щедрый подарок – собственный бизнес, пусть и небольшой, но такой родной и любимый.

Рывок, и мой Porsche, словно хищный зверь, рванул по центральным улицам Москвы, набирая скорость. Вот уже за поворотом показалась вывеска моего салона – "Ирэн". Резко нажав на тормоза, я выпорхнула из машины и направилась к заветной двери.

– Ирина Викторовна, здравствуйте! – проворковала администратор Леночка, расплываясь в приторной улыбке. – Может, вам что-нибудь принести в кабинет?

– Нет, спасибо, я ненадолго, – оборвала я ее елейный тон. – Нужно проверить документы, а потом уеду. Если будут срочные звонки от партнеров, переадресуй их на мой мобильный.

Девушка кивнула, тут же снова погрузившись в созерцание глянцевого каталога новой брендовой одежды.

Быстро пролистав бумаги и поставив подписи, где это было необходимо, я отправилась по своим делам. Отец звонил часто, мы чувствовали друг друга на расстоянии, словно связанные невидимой нитью. Я любила его безмерно, и он отвечал мне тем же. Едва подумала о нем, как телефон тут же зазвонил.

– Привет, папа, – радостно воскликнула я. – Как дела? Как мой Паша? Если хочешь, приезжай сегодня к нам на ужин, как раз собираюсь за ним в ресторан.

– Привет, Иринка, – отозвался родной голос. – Все отлично, подписал очередной выгодный контракт. Кстати, за ужином это и отметим, заодно расскажу тебе все в подробностях. – Отец явно торопился, это чувствовалось по его голосу. – Ладно, малыш, мне пора. Вечером буду у вас. С Пашей твоим все нормально, уже уехал, наверное, хочет сделать тебе сюрприз. – Отец весело рассмеялся и отключился.

Все было готово, как и обещала. Стол накрыт изысканными блюдами, но никто пока не появился. Внезапно сердце болезненно сжалось в железные тиски, а затем дыхание перехватило. В груди моментально образовалась пустота. Собрав остатки воли в кулак, я доковыляла до кухни, налила стакан воды и мелкими глотками осушила его. Вернувшись в гостиную, я рухнула на стул и судорожно схватила телефон. Гудки тянулись мучительно долго, растягиваясь будто резина. На другом конце – тишина. Я отчаянно пыталась убедить себя, что отец за рулем или просто не слышит мобильник, хотя за всю свою жизнь он всегда находил возможность ответить, каким бы занятым ни был. Лишь спустя час появился Павел. Его лицо было искажено скорбью.

– Присядь, милая, – прошептал он, беря меня за руку. – Виктор Михайлович… он умер. – После этих слов в глазах померкло, а тело пробила дрожь. Меня трясло, словно в лихорадке, минут двадцать, а Паша все говорил и говорил. – В его машине было заложено взрывное устройство. Все произошло мгновенно, он даже не успел ничего почувствовать.

Больше я ничего не слышала. Мозг отключился, отказываясь воспринимать реальность.

Последующие дни проплывали, как в замедленной съемке. Я не чувствовала ничего, кроме всепоглощающей апатии. Похороны, поминки… девять дней пролетели в беспамятстве. Павел неотступно был рядом, поддерживая и утешая.

– Малыш, тебе нужно поесть, – Паша пододвинул ко мне тарелку с мясом. – Скоро от тебя останется один скелет.

– Не хочу, – отвернулась я от ужина, побрела в комнату и, упав на кровать, тут же провалилась в беспамятство.

– Внучка, – кто-то тормошил меня за руку. – Открой глаза. – Разлепив тяжелые веки, я увидела перед собой незнакомую старушку, которая мило улыбалась.

– Кто вы? – В глазах пожилой дамы промелькнуло что-то до боли знакомое.

У меня осталась лишь одна фотография матери, которую отец почему-то не уничтожил. Да, определенно, взгляд этих двух женщин чем-то неуловимо напоминал и мой собственный.

– Бабка твоя родная, по материнской линии, Зоя, – возмутилась старушка. – Хватит валяться, живо в деревню Дъемон, принимай наследство!

– Ага, сейчас, – отвернулась я на другой бок и тут же получила ощутимый шлепок по мягкому месту. – Совсем обнаглела, – потерла я ушибленное место, злобно глядя на незваную гостью. – У меня матери никогда не было, и вас я знать не знаю.

– Твоя кукушка, моя дочь, передала свой будущий дар тебе по наследству, – развела руками старуха. – Наше потомственное наследие переходит по женской линии в двадцать пять лет. К ее счастью, в этот момент у нее уже была ты, поэтому вместо себя предложила тебя, а сама сбежала, чтобы ее никто не нашел.

– В чем дело? – привстала я с кровати, нависая над незнакомкой. – У меня горе, умер самый близкий и любимый человек на свете! Дайте мне оплакать его по-человечески.

– Не могу, внучка, – бабка не уступала. – Наследство все равно придется принять сейчас. Сегодня мне тоже пора отправиться в мир иной, поэтому не обессудь, принимай. – Она коснулась моего лба, и разряд молнии пронзил голову. В глазах зарябило. – Все, а документы на домик скоро получишь, – бабка развернулась, собираясь уходить.

– Стой! – схватила я ее за руку. – Что ты мне сейчас передала? И почему моя родная мать сбежала от мужа и ребенка?

– Призраков теперь видеть начнешь, – усмехнулась старуха. После этих слов мои глаза полезли на лоб. – Не стоит так таращиться, а то замуж никто не возьмет. Ничего страшного, они приходят за помощью. Как только окажешь услугу, они тут же исчезнут.

– Обалдеть! – всплеснула я руками. – Знай, бабуля, мне это не нужно. Не собираюсь никому помогать. У меня прекрасная, устоявшаяся жизнь, свой бизнес, скоро появится муж, плюс наследство отца. Короче, мне не до тебя, сгинь!

– Иногда случается так, что все переворачивается с ног на голову. Был вроде муж, а потом бац – он вроде никогда твоим и не был. Есть бизнес, та-дам – а он не имеет к тебе никакого отношения. Останется человек с голой задницей, никому не нужный. Но помни, бабуля всегда о тебе беспокоилась. Езжай в свой новый дом, обживайся, помогай призрачным душам, а там, глядишь, судьба отблагодарит тебя за доброе дело, – бабка подмигнула и исчезла.

Я резко подскочила на кровати, села и протерла глаза. Рядом никого не было. Павел тихо разговаривал на кухне, кому-то что-то объясняя. Встав, я прошлась по комнате, а потом решила присоединиться к будущему супругу. Пора было выходить из сумрачного оцепенения. Тихо на носочках подкравшись к любимому, я решила сделать ему сюрприз – закрыть ладошками глаза. Но руки так и застыли в воздухе, пораженные услышанным.

– Зайчонок, потерпи, мне просто очень жалко ее, – говорил Паша в трубку. – Не переживай, завтра расскажу ей все.

– Не утруждай себя ожиданием, – сказала я, убирая руки за спину. – Можешь начинать прямо сейчас. – Обошла Павла и села напротив него за стол.

– Хорошо, тогда слушай, – его голос изменился до неузнаваемости. – Знаю, ты прекрасно в курсе, что Виктор Михайлович, чтобы избежать проблем с налогами и со своими любовницами, от которых у него есть внебрачные дети, все свое имущество переписал на меня, зная о наших с тобой отношениях.

– В курсе. Он так верил тебе. А еще я знаю о том, что у него была с тобой договоренность: все имущество, принадлежащее ему, после его смерти ты обязан будешь вернуть мне без остатка, – слова бабки из сна накатили воспоминанием, особенно ее предостережения.

– Это все было на словах. Кто с меня теперь спросит? Твоего папаши больше нет, – Паша злобно расхохотался. – Завтра вываливайся из моей квартиры. Кстати, малыш, твой салон теперь тоже мой. На будущее тебе совет: внимательнее смотри, где ставишь свою подпись.

– О совести подумай, – смотрела я на Павла, и мне было страшно. – Какой же ты все-таки червь, Паша! Судов не боишься?

– Ха! Нашла чем пугать! У тебя сейчас денег не хватит даже на то, чтобы заправить свою машину. Это единственное, что у тебя осталось, – под его хохот я вышла из кухни.

Сев на кровать, я задумалась. Все, что он говорил, – правда. Отец рассказывал мне обо всем, но по документам, увы, мне ничего не принадлежало, кроме тачки. Салон я похоже профукала тогда, когда он подсунул мне ту бумагу, связанную с похоронами отца. У меня были банковские карты, об этом Паша забыл.

– Эй, Ира! – орал предатель с кухни. – На карты не рассчитывай, они все заблокированы. Если хочешь, можешь не ждать утра, а валить прямо сейчас!

– Сволочь, – прошептала я, задумавшись. – Налички у меня мало, но зато есть драгоценности.

Я кинулась к сейфу, который, естественно, оказался пуст. Вот это было совсем плохо. В кармане у меня имелось всего тридцать тысяч рублей наличными, на руке – кольцо с бриллиантом, подарок от отца на последний день рождения, серьги в ушах да цепочка с браслетом. Негусто. Собрав чемодан, взяла ключи от машины и отправилась подальше от этого ненавистного мне человека.

– Постой! – прокричал он мне вслед. – Бумагу вечером принесли, пока ты дрыхла. – Он бросил в меня каким-то документом. – Бабка твоя померла, оставив тебе в наследство дом в деревне «Дъемон». Так что без жилья не останешься. Наконец-то окажешься на своем законном месте.

Я села в машину, не дожидаясь больше ничего, нажала на газ и умчалась прочь от своего же дома. Остановившись на обочине, я взяла телефон и забила адрес деревни, чтобы проложить маршрут.

– Ну и ну, – вырвалось у меня вслух. – Двенадцать часов трястись, как бы кости не рассыпались. Надо хоть немного поспать перед дорогой, без гостиницы никак не обойтись.

Делать нечего, деньги, конечно, жалко, тем более те крохи, что в кошельке остались. Перехватить пока негде, а ночевать где-то необходимо. Остановилась в самой дешевой гостиничке, заплатила за номер и оказалась в крошечной комнатке. Ну, хоть кровать есть, уже хорошо, может, хоть немного высплюсь. Сны снились сумбурные, тревожные, но бабка больше не являлась.

– Кхм, кхм, – услышала я сквозь дрему. – Извините за беспокойство, а где бабуля? – Приоткрыла один глаз, не сразу сообразив, что происходит. Спросонья подумала, горничная какая-нибудь наглая своим ключом дверь открыла. Но почему тогда мужской голос? Зрение сфокусировалось не сразу, но когда это произошло, я онемела. Передо мной висел… прозрачный мужчина. Он ждал моей реакции, и она не заставила себя ждать, вырвавшись в виде оглушительного вопля.

Кричала я знатно, разбудив, наверное, всю эту убогую гостиницу. Успокоилась, только когда в дверь забарабанили. Подскочила к ней и распахнула.

– Девушка, вас тут убивают? – Встревоженная администраторша заглядывала в номер, пытаясь разглядеть хоть что-то, вызвавшее такую бурю эмоций.

– Простите, – моя нервная система начала понемногу приходить в себя. – Таракана увидела, – обернулась, заметив бледного молодого человека, который по-прежнему находился в комнате и никуда не исчезал.

– Может, мне пройти, посмотреть? – участливо предложила мадам.

– Не нужно, спасибо, больше не повторится, – женщина пожала плечами и удалилась. Я повернулась к призраку, рассматривая его уже более спокойно. – Ты кто?

– Я не хотел вас пугать, я к переправщику. Мне нужна помощь, – мужчина подлетел ближе. – Где бабуля?

– Я за неё, – успокоила я бестелесного фразой из старого фильма. – Если серьезно, мне самой сейчас помощь нужна, так что вам ничем не смогу помочь. Прошу покинуть мои апартаменты.

– Нет, – отрезал упрямый призрак. – Пока не поможешь, не отстану. Моей жене грозит беда, её собираются убить.

– Очень жаль. Скажите ваш адрес, схожу в полицию, напишу заявление, – предложила я.

– Это не годится! – возмутился призрак. – Меня зовут Васильев Василий Васильевич, моя Олечка в беде! Я украл огромную сумму у одного авторитета, и меня уже наказали, как вы можете наблюдать, – привидение ткнуло себя в грудь. – Ей нужно спрятаться. Прошу, бегите к ней!

– Вижу, родители с именем креативили от души. Молодцы. Ещё раз говорю, не могу. Сама в полной заднице, – спокойно прошла сквозь прозрачного, усаживаясь на диван. – Даже если теоретически, ну приду я к ней, дальше что?

– Я не отстану. Ты всё равно мне поможешь. Это твоя работа, не хочешь по-хорошему – будет по-плохому, – я лишь хмыкнула на его слова, легла обратно в кровать и закрыла глаза.

Только стала проваливаться в сон, как услышала мерзкую частушку.

– Насмотрелся дед порнухи, начал дед дурачиться, деревенские бабули по чуланам прячутся! – орал мне на ухо назойливый призрак, повторяя это четверостишие раз сто, пока я не сдалась.

– Прошу, хватит! Я помогу, только не пой больше никогда! – Призрак угомонился. – Давай уже, говори, Василий Васильевич, чего тебе надо от меня?

– Спаси Оленьку. Она живёт в Подольске, на улице Грибоедова, пятнадцать, квартира восемь. Забери её из дома. В полу, под линолеумом (я покажу, где), спрятаны все ворованные деньги. Вытащите их наружу, пусть убийцы обнаружат свои сокровища. Тогда моя Оля им не нужна станет и сможет вернуться, – Вася торопился. – Скорее! Завтра в десять утра они будут по нашему адресу. Ты должна успеть!

– Хорошо, тебе повезло, мне как раз по дороге, – улыбнулась я Васильеву. – Разбуди меня через пару часов, поедем выручать твою супругу. Скажи, когда всё будет сделано так, как ты хочешь, ты исчезнешь? – с надеждой посмотрела я на мужчину.

– Обещаю, – кивнул призрак. – После этого ты сможешь меня переправить. Все незаконченные дела будут мною закончены.

– Как переправить? – посмотрела ещё раз на Васю. – То есть ты сам не сможешь упокоиться?

– Мне про твою бабулю столько хорошего рассказывали… Угораздило же меня на тебя нарваться! – бушевал призрак. – Книга где? Там всё написано!

– Ты у меня первый, – попыталась объяснить я призраку, получилось, конечно, двусмысленно. – Думаю, эта вещь, о которой ты говоришь, найдётся там, куда я направляюсь.

– Тогда там от тебя и отстану, – сказал своё последнее слово Василий. Хотелось ему сказать пару ласковых, но, как вспомнила его бесконечную частушку, сразу передумала.

Наконец-то прилегла поспать, чтобы хоть несколько мгновений отдохнуть. Ровно через два часа запелась ненавистная мне частушка. Открыла глаза, со злостью зыркнула на Васильева, молча оделась, взяла свои вещи и вышла из номера, направляясь к машине. Довольный собой Василий Васильевич летел за мной, поторапливая.

Подруга

Васильев, как назойливый комар, жужжал всю дорогу, подгоняя меня. Его ворчание переросло в бесконечную, выматывающую частушку, призванную ускорить мое передвижение, и, о чудо, мы наконец добрались до нужного дома.

– Ирина, да ты черепаха! – упрекнул меня призрак, – Опоздаем – про сон забудь навеки! – Василий Васильевич метался вокруг меня, размахивая руками. – Шевелись, да поживее, не старая же карга!

– Перестань мельтешить! – взмолилась я, глядя на него. – И хватит меня запугивать. Успеем, еще и половины десятого нет. – Я схватилась за ручку подъездной двери и дернула ее на себя. – Вот видишь, даже не заперто.

– Естественно, – закатил глаза Васильев, – эта развалюха никогда не работала. Моим убийцам, кстати, она тоже неплохо помогла.

– Все, успокаиваемся, – я подняла руки вверх, сдаваясь. – Вот и твоя квартира. – Я постучала, и вскоре послышались легкие шаги, а затем дверь открылась.

На пороге стояла молодая девушка, хрупкая брюнетка с огромными карими глазами. Одета по-уличному, явно собиралась куда-то идти.

– Здравствуйте, Оля. Мне нужно с вами поговорить. Могу я войти? – Я очень надеялась, что девушка окажется адекватной и впустит меня. – Это касается вашего мужа. – После этих слов Ольга отступила, пропуская меня в коридор.

– Слушаю вас, – она захлопнула дверь и повернулась ко мне. – Только побыстрее, мне на работу пора.

– Любимая, как я по тебе соскучился, – шептал Василий на ухо супруге, кружась вокруг нее. – Скажи ей скорее все, что знаешь.

– Так просто взять и выложить? – уточнила я у него. – А если она не поверит, решит, что я с приветом?

– С кем вы разговариваете? – Оля стала озираться, пытаясь что-то увидеть. – Мне кажется, вам пора. – Она направилась к выходу.

– Стойте! – выдохнула я. – Ваш муж сейчас здесь, в этой комнате. Его убили из-за денег, которые спрятаны в вашей квартире. Нам нужно немедленно уходить, но сначала достать купюры из-под пола. – Я выпалила все разом на бедную девушку, и она посмотрела на меня огромными, испуганными глазами, как на умалишённую.

– Убирайтесь! – крикнула она. – Мой муж был честным человеком. Он никогда бы не запятнал себя деньгами. Мы всегда жили скромно, экономили каждую копейку.

– Скажи ей, – взмолился призрак. – Ее имя при крещении Мария. Мать решила уберечь дочь от сглаза, потому что она сильно болела в детстве, поэтому назвала в честь святой. Об этом никто не знает, кроме меня.

– Ваше имя при крещении Мария, – Оля тут же успокоилась и внимательно взглянула на меня совсем другим взглядом. – Это сказал ваш муж, только что. Вам стоит мне поверить, от этого зависит ваша жизнь, теперь уже и моя тоже.

– Это знал только он… Вы правы, – Ольга села на диван, обхватив голову руками. – Спросите Васю, за что его убили и кто? – она подняла на меня глаза.

– Его убили за ворованные деньги, которые он украл у местного авторитета, с его слов, – я взглянула на Васильева, который кивал головой, соглашаясь с каждым моим словом. – Больше Василий мне ничего не говорил. Прошу, Оля, давайте уйдем отсюда. У меня самой проблем куча, которые тоже требуют решения.

– Хорошо, – жена Васи встала. – Делайте что нужно, а я пока соберу сумки. Только не знаю, куда мне податься.

– Пусть поедет с тобой, – предложил призрак, глядя на меня наглыми глазами. – Вдвоем веселее будет. Только шевелись, время уходит!

– Ага, размечтался, – я уставилась на него. – Мне свои вопросы тоже решать нужно как можно скорее, поэтому лишний балласт сейчас совсем некстати.

– Ну, сама напросилась, – Васильев прочистил горло и завопил во всю глотку свою веселую частушку. Пропев ее один раз, он предупредил: – Соглашайся быстро, а то я продолжу. Петь я люблю.

– Хорошо, хорошо, – постаралась я утихомирить призрака. На все мои манипуляции Оля смотрела с подозрением. – Ольга, вы можете поехать со мной, но только на время. И, кстати, скажите, ваш муж горланил вам свою песню про деда, который порнушки насмотрелся?

– Обалдеть! – всплеснула руками девушка. – Так Васютка и вправду здесь? Он всегда терроризировал меня этой поганой частушкой, пока я не соглашалась на все его условия. Однажды орал ее почти сутки, пришлось сдаться.

– Сочувствую, – усмехнулась я, слушая ее рассказ. – Именно этим произведением ваш супруг теперь манипулирует и мной.

– Опоздали! – заорал призрак. – Они подъехали. Я вниз, задержу их, а вы бегом поднимайте линолеум! – Он указал на середину комнаты и испарился.

Я выглянула в окно: из черного внедорожника вылезло четыре огромных шкафа и двинулись в сторону нашего подъезда. Я судорожно сглотнула липкую слюну, а потом заорала на всю квартиру:

– Бегом! Опоздали! Тащи скорее нож! – Мне повезло, жена Василия оказалась сообразительной. Она моментально ломанулась на кухню и через секунду уже несла оттуда огромный тесак. Разрезав половое покрытие, она сорвала его.

– Ничего себе! – всплеснула руками Ольга.

Прямо под нами лежали стопки денег, их было очень много, как в швейцарском банке.

– Скорее, теперь нужно уходить, – я выглянула в подъезд. Там было слышно, как выламывают дверь, которую изо всех сил удерживал наш призрак.

– Ира! – крикнул Василий снизу. – Бегите на кухню, из окна можно вылезти на пожарную лестницу. Только поторопитесь, сил больше нет!

Я схватила жену Васильева за руку и метнулась на кухню. Распахнула окно, вылезла на карниз, схватилась за спасительную ступеньку и, когда мое тело целиком оказалось на пожарном выходе из дома, выдохнула.

– Оля, давай за мной! – Жена Васи не спорила. Проделав то же самое, что и я, она стала спускаться следом.

Когда мы находились на последнем пролете ступенек, подъезд с грохотом распахнулся и амбалы ворвались внутрь. Спрыгнув вниз, я рванула к своей машине, волоча за собой Ольгу. Заскочив в тачку, ударила по педали газа, вырываясь из страшного места. Мчась по трассе, мы обе хранили молчание. Мое сердце готово было вырваться из груди после всего случившегося, особенно учитывая, какой размеренной и спокойной жизнь у меня была до этого.

– Полицейских плодите, – послышалось за спиной.

От неожиданности я закричала, руль вывернулся сам по себе, унося нас на встречную полосу. Нам просто сказочно повезло, что в этот момент никто не ехал нам навстречу.

– Ты с ума сошел! – обратилась я к Василию, сидевшему возле своей супруги. – Зачем тогда пытался спасти всех, чтобы угробить на дороге?

– Извини, просто молчите сидите, решил пошутить, разрядить обстановку, – оправдывался призрак. – Ладно, буду нем как рыба.

– Он здесь? – поинтересовалась Ольга. – Скажите ему, пожалуйста… – она задумалась, а затем повернулась в сторону мужа, уставившись прямо ему в глаза. – Вася, я люблю тебя, никогда не забуду. Мне тебя безумно не хватает, – она посмотрела на меня через зеркало, уточнив, – он слышит меня?

– Да, ты смотришь прямо на него, – ответила я девушке, а затем повторила слово в слово то, о чем просил ее призрак. – Василий говорит, что тоже тебя любит, всегда будет рядом, оберегать станет, но ты должна найти свою любовь, просто обязана стать счастливой, иметь детей и мужа.

Ольга расплакалась и отвернулась к окну. Через час она задремала, а Васильев сидел молча, смотрел с нежностью на свою супругу, не сводя с нее призрачных глаз. Я не стала мешать им наслаждаться присутствием друг друга. Стресс дал о себе знать, и жена Васи проспала практически до самой деревни.

– Поворот не пропусти, – шепнул призрак на ухо. – А то глаза твои уже спят. – Я зевнула, а затем потерла лоб. – Если хочешь, могу спеть частушку, она вроде тебя хорошо бодрит.

– Не стоит, спасибо, – мои очи тут же распахнулись. – Все, я взяла себя в руки. А вот и поворот. – Вдалеке показалась табличка "Дъемон". Развернув автомобиль, я поехала по ухабистой лесной тропинке.

Деревню в своей жизни видела только в фильмах. Бабкино село было неплохое: хорошие, ухоженные домики, даже у некоторых имелись свои цветники. Практически у каждой хаты находился огород, колодец, различные пристройки.

– Адрес какой? – поинтересовалась Оля, открывшая глаза и наблюдавшая из окна за сельской жизнью. – Я даже не успела спросить помощницу, как тебя зовут, куда мы едем. Прости меня, столько страха натерпелась.

– Ничего, столько информации свалилось на тебя, понимаю, не переживай, я все расскажу. Меня Ирина зовут, едем к моей бабке в дом, который теперь принадлежит мне по наследству, – я достала бумагу, читая в ней адрес нашего будущего жилья. – Улица Сельская, дом девять.

– Вот он! – закричала Оля. – Ирина, а как звали твою бабушку?

– По документам Зинаида Петровна, а мне представлялась во сне Зоей… Странно, если честно, никогда о ней не слышала, впрочем, как и о своей матери, – глаза жены Васильева округлились до размеров пятаков. – Не переживай, все расскажу, но позже, – пообещала я. Она лишь мотнула головой в знак согласия.

Кирпичный двухэтажный домик, будто застывший во времени, ждал своих новых хозяев. Синие ставни приветливо подмигивали, а крыша сияла позолотой под лучами заходящего солнца. Вокруг дома раскинулись грядки, несколько вишневых деревьев, и старая яблоня, усыпанная плодами.

– Здравствуй, новый дом, – прошептала я, улыбаясь своему кирпичному другу. – Принимай в гости, надеюсь, ненадолго, а лишь временно. Прости, но очень хочется поскорее вернуться к своей прежней жизни, чем, в общем-то, я и займусь в ближайшее время.

– Здесь уютно, – Ольга, словно зачарованная, вышла из машины и встала рядом со мной, не замечая даже, как её супруг, призрачный и прозрачный, обнимает её за талию. Я улыбнулась Васильеву, когда он поймал мой взгляд.

– Давайте все пройдем внутрь, посмотрим, что там творится, – я бросила еще один взгляд на Васю. – Да и супруга твоего необходимо переправить в Мир Иной, поэтому предстоит отрыть бабкину книгу.

– А можно его оставить с нами? – Оля смотрела на меня умоляющими глазами. – Пригодится, будет помогать нам советом.

– Точно, а еще развлекать частушкой, – тут же икнула после своих слов. – Если серьезно, так нельзя. Нужно отпустить человека, твоему Васе самому это необходимо в первую очередь.

Мне было жаль, что я не знала Зою Петровну раньше. По всей видимости, она была хорошей старухой, ведь в доме у нее все сверкало чистотой: белая печь белела в углу, а дубовый стол стоял возле окна, словно ожидая гостей.

– Здесь домовой живет, – Васильев указал за печь. – Смотрит своими черными глазищами на тебя, сейчас дыру протрёт. Только прошу, орать не надо, это существо обитает в любой избе.

– Не вижу его, – я всмотрелась внимательнее туда, куда показывал Вася. – Он вообще злой или добрый?

– Увидишь, как книгу найдешь, – спокойно ответил призрак. – Думаю, стоит поискать на чердаке, а может, в погребе. Как отыщешь, позовешь, устал я. – И Васильев исчез.

– Оля, когда ты успела прихватить с собой сумку? – в руках у моей новой подруги красовался весомый саквояж. – Даже не заметила ее у тебя.

– Так за спиной, вроде рюкзака, висела, за лямки, – улыбнулась Васильева. – Надо будет сходить поискать местный магазин, продуктов купить.

– Может, в погребе у бабы Зои есть еда? – живот предательски заурчал. – Жрать хочется, прямо кишки сводит. Разбирай пока свои вещи, а я посмотрю.

Крышку хранилища обнаружила у входа. Открыв, заметила узкую лесенку, ведущую вниз. Спустилась и ахнула. Чего только не было внутри: соленья, варенья, даже копчёности. Прошлась из стороны в сторону, посвистывая от удивления. Набрав полные руки еды, поднялась наружу.

– С голоду не умрем, бабуля молодец, запасливая была, – вывалила содержимое на стол, обратив внимание на расстегнутую сумку Оли. – Откуда у тебя деньги?

– Взяла пару пачек, нам с тобой тоже на что-то жить нужно, – выпалила Васильева на одном дыхании. – Они не заметят, там столько этого добра.

– Сумасшедшая, твоего мужа убили за эти деньги! Ладно, просто убери их подальше, чтобы не видеть, – подумала я, а потом предложила: – Найдем церковь, отдадим это все в пожертвование. – Оля хотела возмутиться, но я опередила ее: – Это не обсуждается.

Перекусив яствами из бабкиных запасов, Ольга пошла обследовать постройки на улице, возле дома, а я полезла на чердак в поисках информации для себя. Наверху, в сундуках, хранились вещи, старые фотографии, документы, книги. Я сидела в куче бумаг, изучая свое прошлое. Когда все встало на свои места и уложилось в моей голове, я поняла, почему бабка не хотела лишать меня богатой жизни, тянув до последнего. Сила рода, которую скинула на меня непутевая мамаша, могла перейти ко мне только после смерти Зои Петровны, поэтому смысла звать меня раньше не было. Подняв глаза, ощутила внутренний трепет. Мой взгляд упал на фолиант, стоящий на полке. Он манил к себе. Подойдя ближе, я взяла его в руки, уселась на пол и стала листать пожелтевшие страницы.

– Ого, сколько всего, – проговорила я вслух. – Как интересно, оказывается, переправщик получает вознаграждение от призрака за работу. – Я оглянулась и тут же позвала Васильева.

– Наконец-то, – обрадовался Вася. – Вижу, нашла книгу. Готова переправить меня? Хочу скорее покинуть это место, тяжело мне здесь.

– Вознаграждение, – протянула я руку ладонью вверх. – Здесь написано об этом, – ткнула пальцем в фолиант. – Гони награду мою.

– По шее тебе следует дать, а не награду, – возмутился Василий. – За женой не уследила, она тоже деньги спёрла. Сама еле двигалась, если бы не моя помощь, всё, конец.

– Здесь написано, переправщику призрак обязан рассказать какую-нибудь тайну или дать сокровища, иначе не переправлять, – я уставилась в ожидании на Василия Васильевича.

– Ладно, шантажистка, – уступил Васильев. – Жене хотел отдать на память, на, – он протянул перстень. – Забирай. Этот артефакт способен сделать невидимым того, у кого находится на пальце, но только один раз. – Я забрала кольцо, положила его в бабкин сундук, в котором уже лежало много подобного добра, а также там имелась книжка, в которой была опись всех вещей.

– Готов? – уточнила я у призрака. – Теперь могу переправить тебя. Здесь написано, как только первая душа будет отправлена в Мир Иной, сила рода полностью войдет в мое тело.

– С женой простился, поцеловал. Больше ничего здесь не держит, отправляй, – Вася закрыл глаза, приготовившись. – Передай ей на словах, чтобы берегла себя.

– Передам, – пообещала Васе, зачитывая вслух заклинание. – Переправу открываю, в лодку душу призываю, пусть несет ее в покой, по дороге в Мир Иной.

Василий Васильевич улыбнулся, прошептав губами благодарность. Сразу же появился яркий свет, который окутал призрачное тело мужчины, как в кокон, а затем все исчезло. Внезапно, в руках появилось покалывание, потом в ногах, а завершилось оно во всем теле. Вспышка перед глазами заставила зажмуриться, а когда я распахнула глаза, передо мной появился маленький человечек.

– Доброго здоровьечка, – черноглазый домохозяин поклонился в пояс. – Домовой Зои Петровны, теперь твой личный помощник, можешь мной пользоваться.

– Здравствуй, – руки мои слегка подрагивали от неожиданности, но, помня слова Васильева о домовых, хранителях жилья, я протянула руку рыжику. – Давай знакомиться, меня зовут Ирина, а тебя?

– Евлампий, – растянул в улыбке рот домовенок. – Если понадоблюсь, крикни по имени, тут же появлюсь.

Спустившись вниз, я обнаружила, что Ольга уже вернулась обратно. Она рассказала про наше теперь хозяйство, в которое входил огород, баня, колодец, а еще небольшой фруктовый сад. Я, в свою очередь, передала ей последние слова ее мужа, а также поведала всю свою историю. Когда слова закончились, на дворе стояла глубокая ночь.

– Давай спать, Оля, – зевнула я, потянувшись. – Завтра хочу заняться, наконец-то, своими делами. Необходимо вернуть то, что принадлежит мне по праву, хотя бы постараться разобраться, что со всем этим можно сделать.

– Извините за вмешательство, – послышалось сверху. – Позвольте немного нарушить ваши планы, но мне срочно необходима ваша помощь, переправщик.

Заживо погребенная

Я злобно сверлила взглядом потолок, не в силах вымолвить ни слова. Обида душила: едва разделалась с одним делом, как тут же наваливается другое. Оля, ничего не понимая, молча наблюдала за мной.

– Придется повременить с вашими планами, сударыня, – повторил настойчиво призрак, – срочно нужна ваша помощь, это вопрос жизни и смерти.

– Не прошло и двух недель, как умер мой отец, единственный родной человек на всем белом свете. Других у меня не было, – горечь заклокотала в груди. – А мой будущий супруг оказался редкостной сволочью, обокрал меня, да и отца тоже, пока тот был жив. Ради памяти о папе я обязана забрать у этого негодяя то, что принадлежит мне по праву! – выпалила я, изливая на призрачного гостя весь груз, давивший на душу.

– Прости, девочка, – прозрачный силуэт подлетел ближе, и в его облике промелькнуло сочувствие. – Я понимаю всю тяжесть, что легла на твои хрупкие плечи. Но ты мне просто необходима, понимаешь?

– Можно подумать, вы не подождете пару дней! Дайте мне хоть немного передохнуть, чтобы над головой не летали призраки, – отмахнулась я, пытаясь унять дрожь в голосе.

– Моя дочь может умереть, ей всего семь лет, – в глазах мужчины вспыхнул испепеляющий огонь. Эти слова заставили меня вскочить с дивана и внимательно вслушаться в его рассказ. – Можете звать меня Михаилом. Я знаю, как вас зовут.

– Говорите, Миша, не томите! Что с малышкой? – Оля, услышав в моем голосе нотки тревоги, тоже насторожилась.

– Леночка попала в аварию месяц назад, а потом впала в кому. Мое сердце не выдержало этого удара, поэтому я сейчас перед вами, – он указал на область своей груди, где зияла пустота. – Когда человек в коме, он может видеть нас, призраков. Я видел свою малышку, мы с ней летали, болтали… – Михаил вздохнул и продолжил: – Вчера она сказала мне, что возвращается обратно в тело, к матери. Представляете, какую радость я испытал, узнав, что моя дочь, наконец, вернется к жизни! Но случилось непоправимое: ее отключили от аппарата, не заметив слабую мозговую активность.

– Боже мой… – Я прикрыла рот ладонью, потрясенная услышанным. – Где сейчас ребенок?

– В морге, – мужчина опустился рядом со мной, словно бессильный. – К счастью, вскрытие не проводили. Любая душа может явиться во сне близкому человеку, чтобы предупредить о беде. Я пришел к своей жене Марине во сне, но она не поняла, чего я от нее хочу. Сказала лишь, что похороны завтра в одиннадцать утра, и чтобы я ждал малышку у себя на Небесах.

– Какой ужас! – Мурашки побежали по коже. – Быть заживо погребенным… да еще маленькому ребенку! Я правильно понимаю, она очнется завтра?

– Да, – подтвердил Миша. – Но неизвестно, когда именно это произойдет. Возможно, когда тело предадут земле.

– Срочно говорите адрес, телефон, как можно связаться с вашей женой Мариной! – Я подскочила на месте и заметалась по комнате, не зная, за что хвататься.

– Есть еще одна проблема, – Михаил выдержал паузу. – Телефоны выключены, а адрес… город Самара, улица Северная, сорок пять, квартира восемнадцать.

– Самара?! – Я взглянула на часы: полночь. – Оля, собирайся скорее! – Вкратце пересказала подруге слова призрака. Услышав о беде малышки, она собралась за пять минут. – Мы должны успеть добраться туда раньше одиннадцати!

Выбежав из дома, я прыгнула в тачку, радуясь мощи, скрытой под капотом. Если мчаться по трассе на пределе, мы успеем. Сейчас ночь, машин на дороге мало. Без лишних слов мы вылетели на пустую магистраль, устремившись в сторону Самары.

– Иринка, как думаешь, мы успеем? – Оля нервно теребила лямки рюкзака, лежавшего у нее на коленях. – Господи, лишь бы успеть помочь ребенку!

– Сделаем все возможное и невозможное! – Педаль газа была вжата в пол, деревья мелькали за окном. Машина требовала заправки. – Оля, купи кофе, пока заправляю. Только быстрее, каждая минута дорога!

Никогда в жизни я не заправлялась так быстро. В спешке лишилась пары накладных ногтей, но даже не обратила на это внимания: девочка сейчас был важнее. Сидя за рулем и попивая кофе, я размышляла о многом. Наверное, не в деньгах счастье. Это я сегодня поняла особенно остро. Главное, чтобы близким было хорошо, а на остальное наплевать.

– Ира, смотри! – Ольга ткнула пальцем в указатель: – «Самара». Мы подъехали! Какое счастье! – Подруга глянула на часы: десять утра. – Остался час!

– Ирина, мы не успеем к нам домой, – призрак возник прямо в машине. – Они уже выехали на кладбище. Нужно ехать прямо туда. Как увидишь мост, поворачивай налево, а дальше я скажу, куда ехать. – Михаил вновь исчез.

– Беда, – проговорила я вслух. Оля повернулась ко мне. – Они выехали на кладбище. Значит, малышка пока не дала о себе знать.

– Мамочки! – воскликнула Васильева. – Ирочка, прошу, только успей! – Мы мчались уже минут двадцать. Наконец появился Миша.

– Мы не успели, – глаза призрака были полны скорби. – Я летал возле Марины, просил ее, но она не слышит меня, бестолковая! А Леночка пока спит, моя малышка, – прорыдал он.

– Куда дальше?! – заорала я на Михаила. – Возьмите себя в руки! У нас еще есть время все исправить!

– Уже нет, – выдохнул прозрачный. – Они заколотили гроб, опустили в могилу, а теперь закапывают.

– Куда дальше?! – Я затормозила на развилке. Призрак равнодушно махнул рукой налево. Я нажала на газ. Через несколько минут показался погост.

– Уже никого нет, – Миша вылетел из машины и полетел к могиле со свежей землей, зависнув над ней.

– Быстрее! – закричала я Ольге. – В сторожку! Нам нужны лопаты! – Мы неслись, как две антилопы. Забежав в сарай, где хранился инвентарь, мы натолкнулись на старого сторожа. Не объясняя ничего, я схватила лопату и тут же рванула на выход.

– А ну стой! – взревел старик. – Воровка! Держи ее! Сейчас полицию вызову! – Не слушая криков охранника, я побежала к могиле, а Оля осталась возле сторожки, навалившись на дверь и не давая деду выйти.

Лопата яростно вгрызалась в землю. Я погружалась все глубже и глубже в яму. Леночкино захоронение находилась прямо возле домика охраны, поэтому каждое слово, доносившееся оттуда, было слышно. Дед звонил матери девочки.

– Марина Петровна, – ворчал он в трубку. – Вашу дочку откапывают! Полицию я уже вызвал. Прошу, приезжайте скорее!

Когда я добралась до крышки гроба, то услышала тихий писк. Уперев ковш лопаты в щель, я сорвала крышку с могильного ящика. Маленькая девочка лежала в гробу с открытыми глазами, из которых катились слезы. Осторожно взяв ее на руки, я крепко прижала малютку к себе.

– Ты умничка, Леночка! Очень смелая девочка, – шептала я ей на ушко. Михаил летал рядом, вздыхая от радости и бормоча слова любви к дочери. – Тебя очень любит твой папа. Скоро мама приедет.

– Что здесь происходит?! Вандалка! – послышался голос сверху. Я подняла голову. На краю ямы стояла заплаканная женщина. Она перевела взгляд на мои руки и тут же вскрикнула: – Леночка! Боже мой! Девочка моя любимая! – Марина скатилась на дно ямы, выхватывая ребенка из моих рук. – Чудо! Спасибо, Господи! Девушка, если бы не вы… – Она зарыдала в голос. – Я бы заживо похоронила своего единственного ребенка!

– Самое главное – успели, – я сидела на крышке гроба, грязная, чумазая, вся в земле. Ногтей на пальцах не было – они все потерялись в могиле. Но мне было хорошо. Мы спасли малышку от страшной смерти.

Примчалась полиция… Олю, уже связанную сторожем, подвели к месту, где мы с семьей Михаила ожидали развязки. Когда правда всплыла наружу, подругу отпустили, и никаких обвинений нам не предъявили. Давно я не видела столько счастья, как в тот момент, глядя на просветлевшее лицо матери и сияющие глаза ее ребенка.

– Марина, – обратилась я к маме Лены, – здесь сейчас Миша, ваш муж. Именно он направил нас на помощь вашей дочери. Может, вы хотите что-то сказать ему, пока он еще здесь?

– Никогда не верила во всю эту чепуху, – усмехнулась Марина, – но после сегодняшнего дня мое мнение изменилось навсегда. Передайте ему, пожалуйста, я очень люблю его и пронесу эту любовь через всю жизнь. Он снился мне сегодня, как раз перед похоронами… – Глаза матери наполнились слезами. – Какая же я была дура! Он ведь говорил, что дочка жива, а я собственными руками похоронила своего ребенка. Никогда себе этого не прощу.

– Вы не виноваты, – повторяла я слова Миши. – Вас ждет долгая и счастливая жизнь. Это сейчас говорит ваш супруг. Он вас тоже очень любит. Теперь вам ничего не угрожает. – Я подошла и обняла женщину, добавив: – Берегите себя. И еще, Михаил просит вас никогда не думать о смерти, тем более о самоубийстве.

– Спасибо, – мама Лены стыдливо отвела взгляд. – Больше этого не повторится, обещаю. Нам пора домой, нужно Леночку помыть, накормить. – Она еще раз прижала меня у себе, слабо улыбнулась и ушла.

– Мы молодцы! – Оля обняла меня за плечи. – Ты умница, Иринка! На таких, как ты, молиться надо. Ты у нас как человек-паук, всех спасаешь!

– Слушай, не смеши меня, – расхохоталась я от такого сравнения. – Сейчас еще скажешь, что я Черный Плащ! – Смех стал громче, но, немного успокоившись, я обратилась к нашему призраку: – Миша, здесь поблизости есть какое-нибудь озеро?

– Есть, покажу, – ответил довольный Михаил. – Спасибо, Ирина, ваш поступок достоин уважения. Как провожу вас до водоема, отпустите меня, пожалуйста, в Мир Иной. Теперь меня здесь ничего не держит. А плата осталась у вас дома, на столе, под скатертью – древняя демонская монета. С ее помощью можно совершить обмен на услугу с Темными.

Не хотелось садиться в машину в кладбищенской грязи, но делать было нечего. До озера ехали минут пятнадцать. Когда впереди блеснула водная гладь, я испытала настоящее счастье. Возле берега никого не было – можно спокойно раздеться и смыть с себя могильную землю. Но сначала нужно было отпустить душу.

– Миша, благодарю вас, что помогли спасти вашу дочь. Я бы себе не простила, если бы мы опоздали. Я хочу отправить вас туда, где вы найдете свой покой, – призрак подлетел ко мне ближе, улыбнулся и подмигнул, затем закрыл глаза в ожидании. А я продолжила: – Переправу открываю, в лодку душу призываю, пусть несет ее в покой, по дороге в Мир Иной.

Дальше произошло то же самое, что и с первым призраком, Васильевым: свет, кокон, а потом душа исчезла. Ольга стояла вдалеке, ожидая, когда я закончу.

– Пойдем купаться, подруга! – махнула я ей, зовя в прохладу, свежесть и чистоту. – Наш Михаил улетел туда, где его ждут. Может, с твоим Василием там встретится.

– Замечательно, значит, моему супругу будет нескучно, – улыбнулась Васильева, сбросила одежду и тут же забежала в воду.

Плавали долго. Руки у меня тряслись от работы лопатой, но после купания тремор успокоился, глина с землей смылись, и усталость тоже испарилась. Можно было возвращаться обратно, тем более что дорога предстояла длинная.

– На душе легко, правда? – спросила я Олю, которая уже почти дремала на соседнем сиденье. – Скоро приедем.

– Это да, ты права. Когда делаешь доброе дело, душа радуется, – подруга зевнула и потерла глаза. – Так хочется лечь в кровать и поспать часов восемь, хотя бы.

– Чуть-чуть осталось, потерпи. – Припарковав машину возле ворот, мы зашли домой. Ольга пошла спать на второй этаж, а я позвала домового: – Евлампий!

– Слушаю, хозяюшка! – Домовенок оказался тут же рядом. – Вижу, выполнила работу свою, устала поди, родная? Может, баньку истопить, косточки попарить?

– Спасибо, давай завтра. Сейчас одно желание – выспаться, – я отодвинула скатерть со стола, достала оттуда монету, о которой говорил Михаил, и попросила домового: – Малыш, отнеси это сокровище в сундук к бабке.

– Это мы мигом, дорогая! Всё припрячем, сбережем, в опись запишем, даже не переживай, – Евлам схватил денежку и тут же побежал на чердак.

– Постой, я забыла сказать, для чего эта вещь! – попыталась я остановить быстрого лохматого хозяина.

– Знаю, не первый век живу, – крикнул уже с чердака домовой. – Если вдруг чего не ведаешь, спрашивай – расскажу.

– Круто, хоть кто-то в курсе всего, – пробормотала я про себя. Как только моя голова коснулась подушки, я мгновенно уснула крепким сном без сновидений.

Проснулась до рассвета. Время на часах показывало четыре утра. Потянулась, свесила ноги с кровати, ощутив себя выспавшейся и отдохнувшей. Только собралась вставать, как за окном послышался грозный мужской рык:

– Эй, старуха! Быстро верни мне мой артефакт! – Дверь содрогнулась, но не открылась. – Поверь мне, старая, второй атаки ты не выдержишь!

– Это Холкриг, демон, – рядом появился домовой. – Он требует вернуть ему кольцо. А твоя бабка не отдавала, оно ей по праву досталось, – Евлампий зашептал еще тише. – Кстати, это после него Зоя Петровна скончалась, всю силу выкачал с нее, гад.

– Капец, может, стоит отдать ему то, что ему нужно? – От рева за окном проснулась Оля, она осторожно спустилась сверху и села рядом со мной на кровати.

– Иринка, кто там? – испуганно спросила она.

– У тебя время до вечера, старуха! – крикнул в последний раз Холкриг. – Явлюсь ближе к шести. Если не вернешь мне мою вещь, то умрешь!

– Это демон, – спокойно пояснила я Оле. – Кольцо ему надо отдать. Все-таки придется вызвать дух бабки Зои, поговорить по душам, пусть расскажет обо всем. Хватит уже, а то мы как слепые котята. Пора бы нам прозреть.

Холкриг

Мы сидели на чердаке, как две заговорщицы, в этом пыльном и пропахшем временем убежище. Оля, моя верная подруга, решила разделить со мной бремя общения с моей бабулей. Я не видела особого смысла в её присутствии, ведь потустороннее для неё оставалось за гранью восприятия, но отказать в желании помочь не смогла. Старая книга, испещрённая таинственными символами, лежала рядом, словно ключ к забытым мирам. Призыв умершего родственника нашёлся почти сразу. Я вопросительно взглянула на Васильеву.

– Готова? – Оля кивнула, её глаза горели любопытством. – Тогда начинаю. Не будем тянуть кота за хвост. Чем раньше начнём, тем быстрее закончим.

– Вот бы и мне видеть то, что доступно таким, как ты… Мечтала об этом с самого детства, – вздохнула Ольга, её взгляд был полон зависти. – Повезло тебе.

– Сомнительное везение, – пробормотала я, ещё раз пробежав глазами по строкам заклинания. Затем, не мешкая, зачитала: – Призрак рода, явись! Из мира мёртвых растворись! Пред очами покажись и советом поделись!

– Получилось? – прошептала подруга, буравя меня взглядом. – Иринка, что молчишь? Уснула? – Васильева легонько потрясла меня за плечо.

– Получилось ещё как, – раздался недовольный голос прямо над моей головой. Бабка, призрачным туманом, нависала надо мной с хмурым лицом. – Зачем я тебе понадобилась, внучка?

– Мне мало той обрывочной информации, что ты соизволила дать во сне, – я ответила ей таким же недовольным взглядом. – Кто такой Холкриг?

– Сволочь демонская! – бабуля всплеснула руками, отчего старые половицы под ногами скрипнули. – Всю силу на него истратила! Теперь твоя очередь бороться с такими, как он.

– Как? Может, стоит отдать ему кольцо, о котором он просит? – Зоя Петровна яростно замотала головой. – Ты предлагаешь с ним биться, чтобы рядом со тобой на кладбище прилечь?

– Я предлагаю тебе читать нашу родовую книгу, учиться по ней. Если возникнут вопросы, спроси у Евлампия, он всегда поможет, – стала объяснять бабка, – больше меня не зови, теперь это твоя забота. Прости, внучка, но только так ты сможешь стать настоящим переправщиком. Этому не учат, до этого доходят сами, – Петровна подлетела ближе, её лицо смягчилось в лёгкой улыбке. – Как ты похожа на мою дочь, на свою мать… Прямо одно лицо. Ты справишься, внученька, главное – верь в себя.

Бабуля взмахнула рукой, а затем просто растворилась в воздухе, оставив после себя лишь слабый запах нафталина и горечи.

– Круто, – возмутилась я в пустоту. – Зря, видимо, вызывала. Ответа ни одного не получила. Значит, придётся самим с этим справляться.

Только я собралась закрыть книгу, как перед глазами вспыхнуло одно занятное заклинание.

– Не помогла бабушка? – Ольга пыталась понять, удалось ли мне узнать ответ на свой вопрос.

– Ты хочешь видеть потусторонний мир, Оля? – поинтересовалась я у своей подруги. – Только определись прямо сейчас. Обратной дороги не будет.

– Конечно, ещё спрашиваешь! – Васильева сложила ладошки на груди и закатила глаза. – Мечта с детства! – Она тяжело вздохнула.

– Пелена с глаз удались, в миг исчезни, истончись! Пусть прозреет сей субъект, видит призрачный объект! – Ольга смотрела на меня, ничего не понимая, а я решила проверить, получилось у нас или нет. – Евлампий, дружок, иди сюда!

– Здесь, хозяюшка, – домовой поклонился в пояс, уставившись на Васильеву.

– Матерь божья! – всплеснула руками подруга. – Это кто такой маленький, хорошенький, да красивый?

– Она мне нравится, – заулыбался домохозяин. – Домовой перед тобой, Олечка, зовут Евлампий. Не серчай, слышал имя твоё, когда вы с Ириной разговаривали.

– Здравствуй, Евлампий, – Ольга протянула руку и погладила человечка по волосам. – Спасибо, Ира, ты сделала меня самой счастливой на свете! – Она завизжала от радости, словно маленькая девочка, получившая долгожданную куклу. – Теперь тоже смогу тебе помогать!

– Евламп, расскажи о кольце, которое требует демон, – я села удобнее, приготовившись слушать.

– Оно даёт возможность отправиться в будущее или прошлое, но только один раз, – пояснил домовенок. – Знаю, о чём сейчас спросишь, сразу отвечаю: нельзя вернуть твою бабку, отца или сделать так, чтобы твоя мама была с вами. Перстень может помочь только взглянуть, а не исправить.

– Зачем тогда оно Холкригу? – задумалась я, не понимая ничего. – Неужели они не могут сами перемещаться в пространстве, куда им нужно?

– В том-то и дело! Для них этот артефакт даёт возможность изменить прошлое или будущее, а для человека – просто поглядеть на него, – нервничал Евлампий от моего непонимания элементарных вещей. – Поэтому нельзя допустить, чтобы эта вещь попала в руки демону!

– Ясно, – до меня стало понемногу доходить. – Ну и как нам с ним бороться тогда?

Домовой пристально посмотрел на меня, прищурил глаза, а затем промямлил:

– Сама, хозяюшка. Тебе дана сила, тебе в ней самой и разобраться предстоит. – Евлампий усмехнулся. – Думай, милая. Схожу пока баню тебе натоплю, она все горести смоет, мысли в голове в порядок приведёт.

После этих слов домовой исчез.

– Смешной, – глаза Оли были наполнены светом. – Здорово видеть таких милых созданий, не находишь?

– Посмотрим, что ты скажешь о демонах, когда их увидишь, – сглотнула я, так как сама опасалась смотреть на эту нечисть, но делать было нечего – надо бороться. – Давай для начала спустимся вниз и позавтракаем.

– Только за, – поддержала меня подруга.

– Время до вечера у нас есть, – рассуждала глядя на Васильеву, – после перекуса возьмём украденные тобой деньги, прогуляемся до храма, отдадим пожертвование, заодно возьмём там святой воды.

На столе уже стоял завтрак, приготовленный нашим домохозяином.

– Думаешь, поможет святая вода? – поинтересовалась Васильева, откусывая ароматный блин и макая его в малиновое варенье.

– Конечно. А ещё предлагаю взять в углу бабкину икону. Может, и она пригодится, чтобы встретить нашего Холкрига во всеоружии.

Я допила чай, встала и пошла собираться на улицу. На свежем воздухе было хорошо. Утренняя прохлада давала бодрость. Деревня уже проснулась. Вокруг всё хрюкало, гоготало, ржало. Через три дома от нас находился продуктовый магазин, чуть вдалеке от него виднелся небольшой однокупольный храм. Туда мы и направились с Олей.

– Хорошо, – Ольга радовалась сельской жизни, если честно, то не понимала её совсем.

Может быть, потому что привыкла к комфорту и уюту. Хорошо ещё, что на улице лето, а то предстояло бы ещё и печь топить, а этого я не умела.

– В Москве лучше… Хочу в спа, в салон красоты, а ещё посидеть вечером в уютном ресторане, – закрыла глаза, вспоминая прошлую жизнь.

– Ирина, а у тебя были подруги? – Васильева сорвала одуванчик у дороги, подставляя его солнцу. – Или только знакомые?

– Есть одна, лучшая. С детства дружим, – вспомнила я о Свете. – Как демона прогоним, сразу с ней свяжусь. Вдруг сможет помочь с моим вопросом.

Накинув на головы платки, а затем перекрестившись, мы зашли в церковь. Внутри пахло ладаном, возле икон стояли свечи, потрескивая и освещая святые лики.

– Доброе утро, девушки, – перед нами возник священник в чёрной рясе. – Не видел вас здесь ни разу. Предполагаю, одна из вас – внучка Зои Петровны? – Святой улыбнулся.

– Да, меня Ирина зовут, а это моя подруга Оля, – сделала небольшой поклон батюшке. – Кстати, она хотела сделать пожертвование для вашего храма.

Васильева достала из рюкзака весомые пачки денег, протягивая их служителю.

– Похвально, чадо. Огромнейшая сумма! – батюшка сиял от счастья. – На эти деньги воздвигнем здесь красивейшую церковь. – Он обнял нас по очереди.

– Можно попросить, батюшка? – обратилась к священнику. – Нам бы святой водицы, пожалуйста, а ещё благословение.

Из храма мы вышли заряженные внутренним светом, неся в руках две пятилитровые бутыли святой воды. Оля счастливо улыбалась, избавившись от ворованных денег. В магазин решили сходить вечером, когда решим все вопросы с демоном, тем более, что руки наши на данный момент были заняты.

– Спасибо, Ириша, что настояла на пожертвовании. Такой груз с плеч свалился! – Ольга поставила воду на стол, а затем повернулась ко мне. – Давай приготовлю что-нибудь перекусить, а ты пока в баньку сходишь.

– Может, со мной? – предложила Васильевой. – А потом вместе приготовим поесть.

– Только не это! Не люблю деревенскую баню, жарко в ней слишком, – наотрез отказалась Оля. – Иди, а я готовить обожаю, а париться терпеть не могу.

Я не стала объяснять Васильевой, что сама в подобное деревенское сооружение иду впервые. Банька была маленькая, смахивала на избушку Бабы Яги. Смело вошла внутрь, сразу натолкнувшись на Евлампия.

– Всё готово, Ирина, – домовой закатал рукава. – Пошли, вода в тазике, веник запарен. Осталось попарить тебя.

– Спасибо, но можно мне самой попробовать? – На мои слова хозяин пожал плечами, а затем испарился.

Внутри оказалось теснее, чем казалось снаружи. Жар обдал мгновенно, как будто кто-то плеснул кипятком, зажигая уши. Но постепенно тело распарилось, привыкло к обжигающей температуре, а затем начало испытывать блаженство. Насладившись до предела целебным паром, я выпорхнула на улицу. Лицо горело румянцем, кожа дышала чистотой и свежестью, а настроение взлетело на головокружительную высоту.

– С легким паром! – прогремело одновременно с двух сторон – от домового и Оли. Они расхохотались, а затем Евлампий участливо поинтересовался:

– Ну как, парок-то пришелся ко двору?

– Просто супер! – похвалила я своего помощника. – Даже не думала, что можно получить столько удовольствия от такого крошечного помещения. Спасибо тебе!

– Смотри, Иринка, – Ольга протянула мне два пульверизатора. – Евлампушка раздобыл, специально для нас. – Подруга передала мне один из них, наполненный водой. – Здесь святая вода. Думаю, это может помочь от нечисти.

– Это замечательная идея! – У меня была подобная мысль в голове, Васильева просто опередила меня. – Думаю, пора приготовиться к встрече с гостем.

К шести часам мы были полностью готовы и собраны возле порога. Заговоренная соль охраняла вход, в руках у нас – пульверизаторы со святой водой, а икона, как щит, прислонилась к двери. Ровно в восемнадцать ноль-ноль явился незваный гость, обрушив на дверь град ударов.

– Бабка, открывай! – Стук становился всё яростнее. – Я тебя предупреждал! Живо кольцо на бочку, и тогда, так уж и быть, оставлю тебя в живых!

Демон замолк на секунду, и в тот же миг дверь, не выдержав натиска, с треском отлетела с петель. На пороге стоял сам Холкриг.

– Тебя сюда никто не звал, – попыталась я сказать грозно, пряча пульверизатор за спиной. – Убирайся, здесь тебе ничего не обломится. – Я внимательно изучала демона, невольно отмечая его красоту.

Брюнет с пронзительно-голубыми глазами, он смотрел то на меня, то на Ольгу с явным недоумением.

– Вижу, бабка все-таки не выдержала нашей последней встречи, – Холкриг осклабился. – Тем лучше. Значит, передо мной новый переправщик. – Его взгляд скользнул по моей фигуре. – Хороша… Даже убивать не стану. Просто верни мне кольцо. – Он хотел сделать шаг вперед, но замер. – Подготовилась, чертовка? – Демон подмигнул мне, присел на корточки и подул от порога. Вся соль мгновенно исчезла.

– Блин, об этом мы не подумали, – пропищала Оля, пятясь ко мне. – Ты не говорила, что они… – она махнула в сторону нечисти, – …такие красивые.

– Ого, как интересно! – опешил Холкриг. – Здесь у нас еще одна видящая? Ну, привет, гном! – помахал он рукой Васильевой. – Измельчали нынче переправщики. – Он вошел внутрь, надвигаясь на нас.

Когда он поравнялся со мной, я резко выхватила пульверизатор и направила его в сторону мужчины. Увидев это, он хохотнул и подставил лицо, закрыв глаза.

– Смешные! Думаешь, я – цветок? Ну, тогда обрызгай меня, деточка! Напои мое лицо водичкой! – Демон выпятил губы, причмокивая ими. Я не стала разочаровывать его ожидание и тут же нажала на курок, щедро орошая Темного святой водой.

Холкриг заорал, как раненый зверь, схватился за глаза, стал их тереть. Когда он убрал руки от лица, оно было покрыто ужасными язвами. Злость исказила его прекрасные черты. Он выставил руки вперед и бросился на меня. Я кинулась к двери, к спасительной иконе. Схватив ее, я, да простит меня святой лик, размахнулась и обрушила образ прямо по лбу нечестивого. Он вздрогнул, закатил глаза и рухнул кулем к нашим ногам.

– Похоже, ты убила его, – Оля взглянула на лежащего демона, не подававшего признаков жизни. – Жалко, все-таки живое существо…

– Нашла кого жалеть! – подбежал к нам домовой. – Эту гадость так просто не убить. Он жив. Надо выкинуть его в адскую обитель. Надеюсь, заклинание ты приготовила заранее? – Я хлопнула себя по лбу за тупость и тут же рванула на чердак за книгой.

– Нашла! – появилась я снова рядом с друзьями. – Сейчас зачитаю и запульну его туда, откуда он явился. – Я достала из кармана клочок бумаги, на который переписала заклятие. – Убирайся ты туда, где была твоя нога, не показывай рога в этой хате никогда! – Холкриг дернулся и исчез.

– Молодец, – усмехнулся Евлампий. – Пойду на место нашу дверь поставлю. Думаю, этого дурака мы теперь нескоро увидим.

Вместе с Ольгой мы сели праздновать первую победу над силами зла. В погребе у бабки нашлась бутылка отменного самогона, которую мы распили на двоих. Настроение было прекрасное, и вскоре из наших ртов полилась задушевная песня.

Манчен вышел из таверны "Адское пой