Садист. Соблазнение юной соседки – 2

Глава 52. Подвал

Рита уже поняла, что теперь он её не отпустит просто так. После всего, что она сделала, точно. Она же ясно дала понять, что не станет молчать и не станет соучастницей его преступления. От страха Рита уже сожалела, что не была послушной, что пыталась сбежать и даже порезать его… за последнюю свою выходку ей даже было стыдно. Она понимала, что не смогла бы его ранить. Не хватило бы ей духу.

– Отдохнём! ― сказал Дима. ― Я чертовски устал и хочу просто отдохнуть.

Но Рита знала, что это он о себе говорит. Он будет отдыхать, а её будет мучить. Наказывать за то, что она не слушалась и пыталась доложить…

Неожиданно Дима подошёл к холодильнику и вытащил оттуда две буханки хлеба и двухлитровую бутыль воды.

– Держи, ― сказал Дима, прижав батоны к её груди.

– Зачем это? ― спросила Рита, обнимая батоны своими завязанными на запястьях руками. ― Я не хочу сейчас есть.

И зачем он вытащил два батона? Это тоже был вопрос, на который она ждала ответ.

– О-о-о, захочешь! ― язвительно протянул Дима.

– Только не заставляй есть, ― попросила Рита.

– Не переживай, сама будешь есть! Набросишься на эти батоны, когда проголодаешься.

Он снова схватил её за волосы и потащил за собой.

– А… а… не надо, что ты задумал? ― запищала Рита.

Она до жути испугалась его последних слов. Он же сказал, что она набросится на эти батоны. Рита снова подумала, что он собирается запереть её в подвале вместе с этими батонами. И она не ошиблась. Он повёл её вдоль длинного коридора, который ведёт к последней двери, а оттуда спуск в подвал.

– Нет, пожалуйста, не запирай меня в подвале, ― запищала Рита.

– Отдохнёшь и подумаешь над своим поведением, ― язвительно сказал Дима. ― Вперёд и хватит пищать. Я уже устал от твоих воплей. Хочу отдохнуть хотя бы пару дней.

– Пару дней? ― в ужасе переспросила Рита. ― Ты хочешь запереть меня в подвале на пару дней?

– О-о-о, пару дней это ерунда! Лучше бойся того, что я могу запереть тебя там навсегда.

– Нет, пожалуйста…

В этот момент Дима уже открывал дверь в подвал. Завёл её внутрь и строго приказал:

– Спускайся.

Рита в ответ только хныкала и шевелиться не собиралась.

– Спускайся или тебя кувырком спустить? ― жестоко спросил Дима.

– Эхе… эхе… пожалуйста…

– Или, может быть, и тут тебе нужно помогать, маленькая девочка? ― язвительно спросил Дима, снова схватив её за волосы.

– А… а…― прерывисто закричала Рита. ― Я сама.

– Поздно, я уже помогаю! Так что топай вниз аккуратно и без воплей.

Лестница была высокая и крутая. Поэтому она боялась спускаться со связанными руками, потому что не могла держаться за перила. А то, что он держал её за волосы, Риту не особо успокаивало.

– А… а… ― прерывисто покрикивала Рита, а сама послушно перебирала ножками вниз.

– Что «а»? ― язвительно спросил Дима.

– Мне страшно… ― захныкала Рита.

– Что? Боишься упасть? ― ухмыльнулся Дима и ещё сильнее сжал её волосы. ― Разве не чувствуешь, я держу тебя!

От боли она искривила голову, и в такой позе ей было ещё сложнее шагать. Он бы мог схватить её за плечо и придерживать более надёжно, но во второй его руке была двухлитровая бутыль волы.

– А… а… пожалуйста… ― взмолилась Рита.

– Спускайся и свои батоны не урони.

Он заставил её ровно повернуть голову и потащил вниз. Рита продолжила бояться и кричать, но спустились они благополучно. Она даже батоны не уронила, и ему не пришлось ругаться лишний раз.

Дима сразу же положил бутылку с водой на тумбочку.

– А можно я тоже… ― произнесла Рита и тоже попыталась положить на тумбочку свои батоны, но Дима не позволил.

– Обнимай свои батоны. Крепко обнимай! Теперь они твои!

– Я уже поняла. Я возьму их, когда захочу есть, ― ответила Рита с хмурым личиком. Она даже поняла, что он собирается держать её здесь и кормить исключительно водой и хлебом. При мысли об этом ей хотелось кричать, но пока ещё она сдерживалась. Ещё не знала, что он задумал нечто ужасное… ужаснее, чем просто запереть её здесь.

– Отсюда не возьмёшь, ― ответил Дима. Наконец, он отпустил её волосы, а сам пошёл в другой конец подвала. Там в углу вряд были сложены большие синие бочки. Он взял последнюю и прикатил к ней. Крышка бочки вкручивалась, и он сделал на ней круглое отверстие. Примерно такого размера, через которое может пролезть голова человека… Рита только задумалась об ужасном, как вдруг Дима открыл эту бочку, уложил горизонтально и сказал:

– Залезай!

– Что? ― в ужасе переспросила Рита и смотрела на него круглыми глазами.

– Не слышала что ли? Я сказал, залезай! ― грубо повторил Дима. Он сразу же схватил её за волосы и начал лицом склонять к полу.

– А… а… ну, пожалуйста, что ты задумал? ― в диком испуге спросила Рита. Но Дима не собирался разъяснять итак понятное.

– Посидишь в этой бочке и подумаешь над своим поведением.

– Не надо, нет… я не залезу туда, ― кричала Рита. Она дёргалась и пыталась сопротивляться.

– Ещё как залезешь! ― язвительно сказал Дима. ― И не заставляй бить тебя.

Он присел на корточки и пытался её утихомирить. Одной рукой хватал её за волосы, а вторую руку приложил к спине и придавливал.

– А… а… пожалуйста, ― кричала Рита.

– Залезай, я сказал, ― грубо повторил Дима. Но Рита даже и не думала подчиняться. Она ещё более истерично задёргалась, пыталась уползти от него. Дима не выдержал и ударил её кулаком по попке, а потом грозно сказал:

– Я всё равно затолкаю тебя в эту бочку. Вопрос лишь в том, будет тебе больно или же нет.

– А-а-а… ― громко закричала Рита, чувствуя, как боль распространяется по её правой ноге.

– А теперь залезай, ― повторил Дима. Но даже его грубость и побои не заставили её залезть в эту бочку. Он отпустил её волосы, а потом обеими руками схватил за ножки и сам насильно начал засовывать её в бочку. Рита пыталась сопротивляться, но он был сильнее.

– Если продолжишь дёргаться, врежу ещё раз, ― пригрозил Дима.

– А… нет, не надо, ― повторяла Рита. ― За что?

– О-о-о, ты знаешь за что! ― язвительно протянул Дима. Дальше произошло самое неприятное. Чтобы заставить её залезть в бочку полностью, он положил своим босые ступни на её плечи и начал толкать. Начал прямо ногами заталкивать её в эту бочку.

– А-а-а… ― громко закричала Рита. Она зажмурилась, потому что не могла смотреть на его босые ноги. Они вызывали у неё отвращение. И его лицо в этот момент такое злобное и свирепое… она не хотела его видеть.

– Ползи внутрь, ― приказал Дима. И Рита, наконец, подчинилась. Теперь уже она была готова залезть в эту бочку, лишь бы он больше не прикладывал на её тельце свои грязные ноги. И то, как он её запихивал, было просто ужасно.

Как только она залезла в бочку, он поднял её вертикально.

– А-а-а… что ты делаешь? ― закричала Рита от испуга.

– Ставлю бочку правильно, ― деловито ответил Дима. Потом он быстренько пригнулся и подобрал крышку бочки с пола. Рита в этот момент уже успела чуточку приподняться и высунула голову наружу.

– Ты же не надеялась, что я оставлю тебе шанс выбраться? ― язвительно спросил Дима. В следующее мгновение он положил крышку сверху, и её голова пролезла в отверстие на этой крышке. В его самодельное отверстие, которое он видимо специально сделал, чтобы она смогла высунуть голову.

И только она об этом подумала, по её телу пробежался холодок. Неужели он всё это заранее спланировал? Заранее решил, что запрёт её в своём подвале в этой бочке? Или же всё гораздо хуже. Рита даже думать боялась о том, что он и раньше кого-то здесь держал.

Дима ладошкой похлопал её по темени и сказал:

– Голову спрячь, а то шейке будет больно.

– А… не надо, ― закричала Рита.

– Я уже засунул тебя в бочку, так что не рыпайся, ― сказал Дима.

Дима начал закручивать крышку бочки, и Рита почувствовала, как острые края растирают её шею. Она испугалась и закричала:

– А! Не надо! Я спущусь, я спущусь, не надо!

– Ты же вроде не хотела, – напомнил ей Дима с иронией. Он снова похлопал её по голове, и на этот раз Рита послушно спрятала голову в бочке.

– Вот так, умничка, – сказал он с улыбкой. – Мне нравится, когда мне упрощают работу. Но ты, кажется, ещё не догнала.

– Что ты такое говоришь? – спросила Рита в истерике. Её мысли были заняты только тем, что он собирается с ней делать. Зачем он засунул её в эту бочку? Неужели он собирается держать её здесь всегда?

– Так ты слушай, что я говорю, – сказал Дима. – Я уже много раз говорил: если бы ты была послушной, мне бы не пришлось тебя связывать, не пришлось бы бить и наказывать.

Но в этот момент он вспомнил, как шлёпал её ремнём по попе, и хитро улыбнулся. Подумал, что в любом случае наказал бы её, ведь это весело. Но то, что происходит сейчас, не нравилось ему и самому. Он думал о том, что делать дальше? Дима не мог допустить, чтобы она его сдала. Он даже не мог позволить ей всё разболтать. Дима с ужасом представлял это. И даже сейчас, закрывая её в бочке, он думал об этом.

Когда в его голове созрел план с убийством Виталия, всё казалось легко и просто. Он был уверен, что она испугается и поверит в то, что её могут посадить за убийство Виталия. Но ведь она уже пыталась убежать и сдать его сегодня. Значит, она верит в правосудие. А если сюда нагрянет полиция и начнутся разборки? Вопросы к нему по-любому будут, особенно если Рита обвинит его. Дима даже вспотел, когда подумал об этом.

– Надо было меня слушаться, – сказал Дима, пытаясь закрутить крышку бочки. У него получилось не с первого раза. Он криво приложил крышку и не попал в резьбу. А Рита тем временем продолжала пищать, хныкать и истерить. Теперь она уже не пыталась высунуть голову, но вместо этого билась руками об эту крышку и пыталась ему помешать, всё повторяла:

– А-а-а! Нет, не надо!

– Успокойся, – вскрикнул Дима. – Не зли меня, я итак весь на нервах.

– Пожалуйста, выпусти, – умоляла Рита.

– Посиди и подумай над своим поведением, – строго сказал Дима.

– Пожалуйста…

Но он её даже не слушал, говорил о своём:

– Не бойся, я сейчас немного отодвину бочку к стене, чтобы закрепить её как следует. И чтобы ты случайно не опрокинулась и не завизжала ещё громче.

Но Рита не могла успокоиться, она плакала и продолжала умолять его.

– Пожалуйста, не надо, не надо закреплять её.

– Я же сказал, чтобы ты случайно не опрокинулась вместе с ней, – повторил Дима. Потом он обхватил бочку обеими руками и начал плавно толкать её в сторону стены.

– А-а-а! – закричала Рита.

– Ничего ужасного не происходит, что ты так разоралась? – возмутился Дима.

– Ничего ужасного не происходит? ― в истерике спросила Рита. ― Что ты делаешь?!

И она снова начала долбиться об крышку бочки.

– Всего лишь пытаюсь отдохнуть от тебя немного, – деловито ответил Дима. – Дай мне, чёрт возьми, отдохнуть и подумать!

– Над чем подумать? – спросила Рита истерично.

– А то ты не знаешь! Я думал, ты умнее и поймёшь, когда пора начинать слушаться. Из-за своего упрямства ты оказалась здесь, неужели не понимаешь?

– Ты маньяк! – вскрикнула Рита. Дима сразу же разозлился. Он согнул колено и ударил по бочке.

– Что ты там сказала?

– А-а-а! Ты маньяк! – снова закричала Рита, а сама жмурилась от страха.

– Это ты сейчас придумала? Или когда?

– Ты связал меня и засунул в бочку. Ты маньяк, ты ненормальный!

– А вот со словами осторожней. Вдруг окажется, что ты права? – язвительно сказал Дима. В этот момент Рита почувствовала, что он какими-то ремнями притягивает бочку к стене. И она снова истерично закричала, как будто ей делают больно.

– А-а-а!

– Да заткнись уже, дура! Своими криками ты ничего не изменишь. Была бы послушной, всё было бы не так.

И он не уставал это повторять.

Дима закрепил бочку, а потом подошёл к тумбочке и взял оттуда двухлитровую бутылку воды, которую принёс из кухни.

– Сейчас принесу тебе попить. Будешь отдыхать, ― язвительно сказал Дима. – Голову береги!

Уже в следующее мгновение он бросил бутылку с водой в отверстие на бочке.

– А-а-а… ― закричала Рита.

– Что такое? По башке прилетела? – усмехнулся Дима. – Я же сказал осторожнее.

– Пожалуйста, не уходи, не оставляй меня так, – взмолилась Рита в слезах.

– Это надо было раньше думать. До того, как ты пыталась сбежать и сдать нас. И до того, как пыталась прирезать меня. Ты что, всерьёз думала, что у тебя получится?

– Пожалуйста, прости, я не хотела. Я не хотела.

– Я должен поверить в это?

– Прошу, прости меня, – сказала Рита. – Я клянусь, что буду во всём тебя слушаться. Пожалуйста, не оставляй меня здесь.

– Считай, что ты уже здесь осталась, – ответил Дима. – Я с большим трудом усадил тебя в эту бочку и тщательно её привязал. Потратил время и силы. И ты всерьёз думаешь, я просто так отпущу тебя, только потому, что ты визгнула «выпусти»?

– Я клянусь, я буду тебя слушаться, – повторила Рита со слезами на глазах. – Ты же сказал, что мы похороним Виталия и будем отдыхать. Я думала, мы будем отдыхать вместе.

– Я тоже так думал, – громко сказал Дима. Он нервно хлопнул ладонью по бочке и повторил: – Чёрт возьми, я тоже так дума! А ты всё испортила. Я даже не понимаю, как тебе удалось разрушить мой идеальный план. Сколько времени потрачено! Сколько мозолей!

Он уже давно не копал, и на его руках появились свежие водянистые мозоли, которые ещё не успели лопнуть, но уже сейчас неприятно покалывали. Он был зол на неё.

– Прости, я сожалею, что пыталась сбежать, я просто испугалась, – оправдывалась Рита со слезами на глазах.

– Лучше замолчи!

– Но ты же сказал, что мы будем вместе отдыхать. Давай будем отдыхать вместе? – повторяла Рита в истерике.

– А ты тут не включай само очарование, – язвительно сказал Дима. – Я уже понял, что ты не простая штучка.

– Прошу, зачем ты так?

– Когда я говорил, что поселю тебя в подвале, ты, наверное, думала, что будешь лежать в моей роскошной кровати и нежиться под тёплым одеялом? Не так ли? Признавайся!

Он ударил коленом по бочке, как будто пытаясь её встряхнуть, и Рита вскрикнула от испуга.

– Признавайся, так думала? Я недостаточно напугал тебя, чтобы ты поверила, что лучше не идти против меня? – повторил Дима.

– Прости, прости, прости, – повторяла Рита, не находя аргументов в своё оправдание.

– Ну, ничего, я это исправлю! Теперь ты понимаешь, что никакого отдыха в подвале для тебя не будет. Надеюсь, пару дней хватит для твоего перевоспитания?

– Нет, пожалуйста, не оставляй меня здесь так надолго! – заныла Рита. – Пожалуйста, пожалуйста!

– Так я уже оставил, – усмехнулся Дима. – Ты уже сидишь в бочке! К тому же ты ещё не съела свои батоны.

– Я не хочу есть, – вскрикнула Рита.

– Так это ты сейчас не хочешь! Завтра захочешь.

– Нет, не захочу. Если ты меня не выпустишь, я не буду есть. Я объявляю голодовку!

Дима рассмеялся:

– А это уже твои проблемы! Главное, я дал тебе еду, а кушать или нет – тебе решать. И дырочка для воздуха есть.

Дима посмотрел на неё через отверстие в бочке, хихикнул и направился к выходу. Рита слышала его отдаляющиеся шаги и повторяла:

– Пожалуйста, не поступай так со мной… не оставляй меня тут. Я клянусь, что буду слушаться.

– Прибереги эти слова на потом, – сказал Дима. – Если будешь убедительной, может быть, я тебя выпущу, когда закончу свои дела.

– Какие дела? – спросила Рита.

– Есть у меня дела и помимо тебя, и тебе лучше в них не совать свой носик. А ещё у меня есть девушка, надо бы её навестить. Что-то я больно увлёкся тобой и совсем забыл о Нате. Надо бы навестить её.

– О Нате? Ты говоришь о Наталье Алексеевне? – сразу же спросила Рита.

– Ух ты, смотрю, кто-то много знает!

– Значит, ты тот самый парень, который бьёт её? Это ты. Ты мерзавец! – закричала Рита и начала хлопать по стенкам бочки.

Глава 53. Возвращение в сад

Рита так сильно дёргалась, что даже бочка пошатнулась. Дима глазам своим не поверил и подошёл поближе.

– Успокойся, деточка, что ты так разбушевалась? – язвительно сказал Дима. Он и сам не понял, почему вдруг ляпнул, что собирается к Нате? Ей явно не всё равно.

– Ты бы сейчас опрокинулась, если бы я не привязал бочку к стене как следует, – сказал Дима. Но Риту это не волновало. Сейчас её мысли были заняты Натальей Алексеевной, продавщицей магазинчика.

– Ты мерзавец! Не трогай её! – повторила Рита.

– Что-что? Я не расслышал, – усмехнулся Дима. ― Кто-то ревнует?

– Нет, просто не трогай её, – повторила Рита. Дима собрал губы в ехидную ухмылку.

– Мы с ней давно не виделись, так что она должна мне пару перепихончиков! А ещё какого-нибудь хорошего коньячка. Кстати, возьму и тебе коктейльчики. Тебе же понравились коктейльчики?

– Не нужен мне никакой коктейльчик, мне ничего от тебя не нужно. Отпусти, просто оставь меня в покое.

– Не всё так просто, – сказал Дима. ― И ты сама всё усложнила. Короче говоря, спокойной ночи. Может быть, попозже приду и навещу тебя, если несильно устану.

Рита думала, что он просто издевается. Она не знала, что он говорит это всё не просто так. И про Наталью, и про то, что навестит её попозже. Он просто пытался отвлечь её внимание от своих истинных замыслов.

Как только Рита побежала по своему саду, пытаясь сдать их обоих, он понял, что Виталия нельзя хоронить под бочкой. Если, конечно, он действительно не собирается всё время держать её взаперти в подвале. А он этого точно не хотел. И он понимал, что даже если она не сдаст его полиции, то обязательно захочет всё рассказать отцу.

И неважно, сколько он продержит её в этой бочке в качестве наказания, она всё равно не изменит своего мнения. Рано или поздно она расскажет о трупе в её дворе. Дима очень злился из-за необходимости его выкапывать, причём сегодня же. Конечно, он мог бы отдохнуть и заняться этим завтра, но это тоже не самая лучшая идея. Ведь труп начинает вонять, а возиться с тухлятиной – это просто отвратительно, и он не может этого терпеть.

– Свет оставлю включённым, вдруг ты боишься привидений? – насмешливо сказал Дима перед уходом. Рита проводила его громким истеричным криком.

– А-а-а…

Он даже не хотел напоминать ей, чтобы она не срывала голосок, ведь в этом подвале её никто не услышит. Он знал это наверняка, ведь это его подвал, и он сам его надёжно сконструировал. Да и не только подвал – весь этот дом построили по его личному проекту, учитывая все его пожелания и капризы.

Дима поднялся, выпил прохладной воды, а затем пошёл в свою комнату и долго лежал, глядя в потолок. Он размышлял, нужно ли выкапывать труп Виталия?

– Чёт так не хочется, – мысленно повторял он себе. Но ведь он уже решил, что это необходимо сделать.

– Рисковать точно нельзя, – заключил Дима. Не зря же его называют неуловимым маньяком. Это потому, что он ошибок не допускает. Тем более таких глупых.

– Нет, придётся тебя выкопать обратно! Извини, дружок, но тебе не светит покоиться в земле, – язвительно подумал Дима, мысленно разговаривая с погибшим Виталием. У него была такая привычка, и даже он сам находил это странным. Видимо, он просто верит в жизнь после смерти. Раз он убил Виталия, то его призрак должен летать в воздухе и наблюдать за происходящим. Ему точно должно быть интересно, что сделают с его телом? Дима даже думал, что если бы его убили, он бы обязательно захотел понаблюдать за своим убийцей. Так что, возможно, есть смысл обращаться к мёртвым.

Дима не заметил, как уснул. Ему казалось, что он прикрыл глаза только на 5 минут, но когда он посмотрел на часы, то удивился: было три часа ночи, а заснул он до полуночи.

– Вот, блин, почти время упустил. Ну, ничего, ещё успею. Это даже хорошо, что буду выкапывать ночью, – подумал Дима.

Он чувствовал, что сильно проголодался и не хотел идти работать на голодный желудок. Сходил на кухню, быстро перекусил бутербродом, а затем подобрал перчатки, которые бросил в камин. Он специально их туда бросил, устроил показуху чисто для Риты. С этой же целью он показательно углублял яму, чтобы спрятать тело Виталия. И это всё только для того, чтобы она не заподозрила, что он может перепрятать тело в другое место. Он хотел быть убедительным. Но в то же время он злился, что возникла в этом необходимость. Заработал мозоли, а теперь нужно опять копать.

– Хватит уже ныть, как девочка, – отругал себя Дима. ― Она получила своё. Точнее сказать, получает сейчас!

Он усмехнулся, когда представил, какая истерика у неё начнётся, когда она захочет в туалет. Ему даже было интересно, спустит она штанишки или же сходит под себя? Он обвязал её запястье ремнём на липучке. При желании она может освободить руки, используя свои зубки. Но будет ли она настолько смелой, чтобы сделать это? Учитывая-то, как она бежала по саду, чтобы сдать их, она очень даже смелая.

Дима заставил себя пойти в её двор посреди ночи, опрокинул бочку и принялся копать. Благо земля была уже мягкой, и выкопать тело Виталия не составило труда. Но он всё равно устал и поднапрягся. И мысленно продолжал злиться на Риту за то, что она доставила ему столько хлопот. А ведь всё было логично, она должна была испугаться, что её могут посадить. Должна была обещать ему, что будет помалкивать.

– Я же грохнул твоего насильника. Хотя бы этому ты должна была радоваться! – нервно подумал Дима, вытягивая тело Виталия из земли. Впрочем, он понимал, что это абсурд… он всё ещё хотел верить в то, что Рита не врала, когда слезливо рассказывала ему о попытке изнасилования. Но всё-таки здравый смысл ему подсказывал:

– Нет, ты лгунья! Это твой любовничек, и давно тебя трахнул. Так почему же я тяну время?

Он и сам не понимал, почему тянет время. Конечно, он взял её в попу, но для него это «типа» не считается. Он хотел взять её полноценно в киску, и в его фантазиях она точно должна отдаться ему добровольно. И не от испуга, а сама должна этого захотеть, что почти недостижимо. По крайней мере, ему так казалось.

Насиловать её Дима не хотел, во всяком случае, в киску. У него были свои принципы, понятные только ему самому. И он не считал изнасилование в попу насилием в принципе. Да и сексом он это не считал. «Так, просто баловство. Точно так же, как и минет!» Он мог сравнить это с мастурбацией. А вот полноценный секс для него был чем-то сокровенным. Он всегда хотел, чтобы это было взаимно. И только с той, кого он любит. Или, во всяком случае, думает, что любит.

Дима притащил тело Виталия в свой дом, а потом первым же делом привёл её двор в порядок. Он зарыл яму, аккуратно разложил камешки и поставил бочку на прежнее место. Затем он подмёл двор, равномерно разнёс по нему мелкие кусочки глины, которые сразу бросались в глаза. В темноте их было не видно, но Дима знал, что при свете дня глину можно будет обнаружить. Однако он не стал слишком усердствовать. В конце-то концов, это была лишь показуха для Риты. Она точно не станет проверять, находится ли Виталий на своём месте. А если кто-то другой проверит – ничего страшного. Это лишь подтвердит их слова её отцу: бочка склонилась после дождя, и им пришлось сдвинуть её с места.

Когда Дима закончил свои дела, на улице уже начало расцветать. Но он не волновался.

– Главное управился до рассвета, – думал он, улыбаясь. Хотя он и понимал, что это нелепо, но всё равно радовался этой мелочи. Преступные дела лучше совершать ночью, так спокойнее. Возникает иллюзорное чувство, что тьма покровительствует злым деяниям. Но ведь это неправда? Скорее, тьма помогает спрятаться. И сейчас, ночью, Дима был уверен, что его никто не видел. А вот днём их могли заметить. Это стало ещё одной причиной, чтобы выкопать труп Виталия и перепрятать его в другое место. Страховка никогда не бывает лишней.

Дима вернулся домой и потащил труп Виталия к подвалу. Прежде чем заносить его, он погасил свет, чтобы Рита не увидела лишнего. И она сразу же подала признаки жизни, как обычно истерично закричав:

– А-а-а, почему погасил свет?

– Так ночь же! Уже спать пора! – ухмыльнулся Дима. Он бессовестно врал, ведь на самом деле уже был рассвет. Но ведь она не может знать наверняка, у неё нет часиков. И только он подумал об этом, как почувствовал себя дураком. Она же носит наручные часы. И он сам недавно менял в них батарейки, чтобы она всегда знала, сколько время.

– Сейчас уже утро, – визгнула Рита. ― Скоро коров доить пора. Ты будешь их доить?

– И не подумаю! ― язвительно протянул Дима, и уже в следующее мгновение покатил труп в Виталия вниз по лестнице. Было очень неудобно и опасно делать это в темноте. Но он не мог допустить, чтобы она узнала правду о том, что он выкопал Виталия. Иначе его план опять пойдёт коту под хвост.

Впрочем, Дима и сам не понял, почему решил, что Рита не должна об этом узнать. Видимо, он просто хотел, чтобы у неё оставался некий козырь в рукаве. Чтобы она могла угрожать ему рассказать о трупе Виталия под бочкой. И заодно он сможет проверить, сделает она это или нет? А если расскажет – это будет большой повод, чтобы её наказать. Наказать по-настоящему.

Но Дима не хотел верить в то, что она способна сдать их обоих. Мечтал доверять ей.

– Что это было? Что упало? – спросила Рита, услышав грохот.

– Я упал, – соврал Дима. ― Тебя это заботит?

– Да, конечно, – ответила Рита. – С тобой всё в порядке?

– О, да-а-а! К твоему несчастью, я ещё живой! – сказал Дима.

– Я не хочу твоей смерти, не хочу, ― пискляво сказала Рита.

– А кто ж на меня с ножом набросился?

– Прости, прости, я очень сожалею.

– Надеюсь, что сожалеешь.

Дима в темноте боялся споткнуться, но всё равно тащил тело Виталия к стальным бочкам. И было очень важно делать это в темноте, чтобы Рита не увидела, чем он занимается. Она, конечно, не видела, но слышала звуки и понимала, что он что-то тащит.

– Что это? Что ты делаешь? ― навострив уши, спросила Рита.

– Не твоё дело, ― громко ответил Дима.

– Почему ты не включаешь свет? Что ты от меня скрываешь?

– Наверное, не хочу тебя шокировать. Зачем тебе нужен ещё один стресс?

Рита сразу же высунула голову из бочки и попыталась увидеть, что он там делает? Но в подвале было слишком темно. Она видела только его силуэт и как он тащит что-то будто бы в мешке. Конечно, в этом мраке она не могла разглядеть свою скатерть, которой они укутали Виталия.

Дима почувствовал, как Рита зашевелилась в бочке.

– Ну да, высунь ещё голову! ― язвительно сказал Дима.

– Что ты принёс? – снова спросила Рита.

– Спрячь голову, сиди и не рыпайся, – приказал Дима. – Ты же обещала быть послушной. Вот и начинай быть такой прямо сейчас.

– Пожалуйста, ты меня пугаешь.

Она с ужасом думала, неужели это ещё один труп? Неужели он убил Наталью Алексеевну? Он ведь говорил, что к ней пойдёт. Рита подумала об этом и слезливо захныкала.

– Эхе… эхе…

– Умолкни, – приказал Дима.

– Не могу, не могу, пожалуйста, освободи меня! ― истерично закричала Рита и снова начала ручками долбить по стенке бочки.

– Сейчас мне не до тебя, – сказал Дима. – Я же ведь уже предупреждал, что помимо тебя у меня есть и свои делишки!

– Какие делишки? Убивать людей? ― в ужасе спросила Рита.

– С чего ты решила, что я убиваю людей? Это я Виталия убил. И, между прочим, вместе с тобой!

– Нет, ты убил его не вместе со мной, а сам, пока я была в доме. Не пытайся меня в это впутать, – сказала Рита своим писклявым голосочком.

– Ты уже впутана, дорогая! – напомнил Дима. – Вспомни про скатерть, которой мы его укутали, и про ножик, который ты трогала. Все улики указывают только на тебя. Улики плюс мотив – это обвинение.

И Дима надеялся, что однажды она в это поверит и передумает рассказывать кому-либо о произошедшем.

– Хватит! – вскрикнула Рита.

– А что? Не нравится, когда говорят правду? Если ты попытаешься всё разболтать, тебя обвинят, – усмехнулся Дима. – Вот ты сама посуди: какой у меня мотив убивать этого Виталия? А у тебя был мотив – он пытался тебя изнасиловать. Ты сама мне об этом слезливо рассказывала.

В этот момент он почти поверил своим словам, что Рита не сможет его сдать, испугается. Но она быстро развеяла его мечтательные фантазии.

– Это я только тебе рассказывала, что он пытался меня изнасиловать. Но об этом никто не узнает. И я больше никому не расскажу, что Виталий пытался это сделать. И ты это никак никому не докажешь, ты же сам сказал, что заявление на изнасилование подают в тот же день. А я не подала!

Дима усмехнулся.

– Бьёшь меня моим же оружием? Ну ладно, допустим, но вы встречались. Наверняка вас видели вместе в деревне, пока вы гуляли. В любом случае, главное – улики, а остальное можно и додумать. Полицейские часто так делают. Это только в фильмах они дотошно разбираются, а по факту – хлоп-хлоп, лишь бы дело закрыть! Любое дело для них – лишь циферка.

– Это ты так считаешь, я в это не верю, – слезливо сказала Рита.

– То есть, ты собираешься сдать нас? ― спросил Дима и тут же подправил себя: ― точнее сказать, попытаешься сдать нас? Сдать нас я тебе в любом случае не позволю.

Рита захныкала ещё печальнее.

– Ты угрожаешь, что не выпустишь меня, если я не пообещаю не рассказывать. Что ты надеешься услышать?

– Ну, вот видишь, ты сама всё усложняешь. Даже сейчас не хочешь быть паинькой, хотя стоило бы!

– Ты же всё равно мне не поверишь, если я притворюсь, что буду покрывать тебя? Если обещаю никому не рассказывать.

Дима усмехнулся.

– А ты, оказывается, ещё не все мозги растеряла.

– Тогда какой смысл в этом разговоре?

– О-о-о, смысл есть. Ты же ведь хочешь, чтобы я выпустил тебя, не правда ли? – спросил Дима с лёгкой иронией. Рита в ответ лишь захныкала. Она понимала, что находится в ужасном положении, и шансы на то, что он её отпустит, практически равны нулю. Она же знает, что он убийца! Какой убийца захочет отпускать свидетельницу?

Но её по-прежнему успокаивала мысль, что он совершил это убийство якобы для того, чтобы заставить её быть вместе с ним. Это единственное, что давало ей надежду. А если это действительно так? Если он хоть чуточку испытывает к ней какие-то чувства, он не станет её убивать.

– Виталий ведь не единственный, кого ты убил? – неожиданно спросила Рита.

Дима усмехнулся.

– Я, пожалуй, не буду отвечать на этот вопрос.

Рита зажмурилась и истерично закричала.

– А-а-а…

– Ну да, поори ещё! Это тебе точно поможет, – с ухмылкой сказал Дима, а потом продолжил заниматься телом Виталия. Он весьма выдохся, пока спускал его и тащил сюда, а этот нелепый разговорчик с ней позволил ему немного отдохнуть.

– Чёрт, нихрена не вижу! – пожаловался Дима в темноте.

– Включи свет, – попросила Рита, и её голос уже был не таким слезливым. Дима неожиданно придрался:

– Вот почему мне всё время кажется, что ты сраная притворщица?

– Потому что ты так думаешь, потому что не веришь мне, – сказала Рита с обидой.

– Ну вот, опять этот голосок умирающей плачущей девочки! А минуту назад «включи свет!».

– И что тут такого? Я всё время должна плакать? ― обиженно спросила Рита. Она не понимала его придирок. И даже не понимала, в чём он видит притворство?

Но она прекрасно понимала, почему он ей не доверяет. Ведь она пыталась его сдать, а потом пыталась убить. Но Рита всё равно не сожалела об этом. Она хотя бы попыталась спастись. А теперь старалась сказать всё, лишь бы он её выпустил из этой бочки. Самой ей казалось, что у неё плохо получается притворяться. Она не могла заставить себя говорить только то, что он желает слышать. И именно это сбивало его с толку.

Глава 54. Выпусти

В следующее мгновение Рита услышала грохот.

– Что это было? – спросила она тут же.

– Расслабься, это ширмочка, передвинул её немного.

А потом он хлопнул ладошками и сказал: «включись!» И в подвале сразу же загорелся свет.

– Вот, значит, как свет включается, – сразу же сказала Рита.

– И только попробуй погасить его, приду и отдубасю, – пригрозил Дима. Он уже представил, как она играется и гасит свет, мешает ему работать. Требует рассказать, чем именно он занимается. Почему-то Дима допускал такую мысль. Видимо, продолжал смотреть на неё, как на маленькую девочку.

– Что ты там делаешь? – снова спросила Рита. Она не собиралась гасить свет, но ей было любопытно. Конечно же, она высунула голову и посмотрела в его сторону.

– В твоих же интересах не заглядываться сюда, ― строго сказал Дима. Он довольно быстро размотал тело Виталия, и Рита не успела узнать свою скатерть. Из нижней части ширмы лишь немного проглядывалось, что за ней, и она увидела элемент одежды. По её телу сразу же пробежался холодок.

– О, нет, что это у тебя там? Это же тело! Ты прячешь от меня чьё-то тело? – спросила Рита в истерике.

– Я же сказал тебе, не суй нос не в свои дела! Тебя не касается, кого я убиваю и в каком количестве, – произнес Дима.

– В каком количестве?! – возмутилась Рита.

– Слушай, помолчи! – вскрикнул Дима, а сам подумал: «жаль, что тебе приходится думать, будто бы я убил ещё кого-то, но по-другому никак». Он не хотел заниматься телом Виталия наверху, потому что знал, что во время рубки прольётся кровь. Впрочем, в последнем он не был уверен. Виталий погиб уже довольно давно, но его внутренности в любом случае потекут, а это будет грязь и слякоть – улики. И он не собирался разносить улики по своей гостиной, а здесь можно, здесь он часто расправляется с трупами.

В следующее мгновение он взял топор и начал рубить тело Виталия на кусочки весом от 1 до 2 кг и так, чтобы не было слишком длинных костей. Использовал топор и молот, и поэтому шум был устрашающий. А складывал он весь этот «мусор» в отдельную бочку с кислотой.

– Что ты там делаешь? – спросила Рита в ужасе.

– Я бы ответил, но лучше тебе не знать.

– О, нет, ты кого-то убил? Ещё кого-то убил?! Скажи, что это не Наталья Алексеевна? – истерично спросила Рита.

Дима усмехнулся:

– А что, так жалко её, что ли? Она что, твоя тётенька? Подруга? ― язвительно спросил Дима и тут же добавил: ― Не-е-ет! Вряд ли подруга! Для подруги она слишком старенькая!

– Хватит! – вскрикнула Рита. – Она не моя подруга и не родственница, но она хорошая и добрая. И я знаю её много лет.

Дима усмехнулся и сказал:

– Там, где едят, не срут.

Только вот Рита не поняла, что он этим хотел сказать, и снова истерично спросила:

– Это она?

– Я же сказал, где едят, там не срут. Не поняла?

– Нет, не поняла, – обиженно пробормотала Рита.

– Короче, одним словом, это не она, – ответил Дима, решив её успокоить.

– Тогда кто это? – спросила Рита.

– А вот это уже тебя не касается.

– Но ты сказал, что пойдёшь к Наталье Алексеевне, – напомнила Рита.

– Да, но я устал и задрых.

– Значит, ты не ходил к ней? – спросила Рита.

– Да, пока ещё не ходил. Как видишь, у меня другая работа.

Рита продолжала слышать ужасные звуки, как он рубит мясо топором. А ведь не просто мясо – человеческое тело, и теперь Рита точно была в этом уверена, ведь она увидела штанишки. Конечно, если бы она была более внимательна, она бы могла узнать штанишки Виталия. Но нет, она больше хотела думать, что Дима настолько ужасен, что мог за один вечер убить несколько человек.

– Ты же не тронешь её? – спросила Рита. Она не могла перестать думать о той продавщице Наталье Алексеевне.

Дима усмехнулся:

– Кого это, Нату, что ли? ― с простодушной ухмылкой спросил Дима и тут же ответил: – она моя девушка, почему это я должен её убивать? Я что, маньяк, что ли?

– Да, ты маньяк! ― слезливо согласилась Рита, а потом нахмурилась и захныкала. – Ты маньяк!

– Ну, спасибо, только поправочка: не маньяк, а скорее наёмник. Периодически в моём подвале появляются трупики, ― признался Дима. ― Но ты не обращай на это внимание.

– Что? ― в ужасе спросила Рита. Дима снова усмехнулся:

– Ну, хватит изображать удивление! Ты же помогала мне хоронить своего жмурика.

– Это ты его убил! Ты! ― истерично напомнила Рита. ― Нормальный парень просто подрался бы с любовником своей девушки и всё, не стал бы убивать.

Дима усмехнулся:

– Ну, я привык к радикальным мерам! К тому же, это он пришёл с оружием.

– Ты думаешь, он хотел тебя убить? – спросила Рита?

– А ты думаешь, нет? – спросил Дима в ответ.

– Нет, я уверена. Он просто взял оружие для защиты, я уверена.

– Ой, ну конечно! Защищай его ещё. Голова до сих пор болит, ― пожаловался Дима. ― Сама не своя.

Он потрогал свою шишку, которая лишь немного уменьшилась, но всё ещё была пугающе большой. Рита захныкала и слезливо сказала:

– Да, он пытался тебя убить. Он бы убил, если бы я его не остановила.

Дима усмехнулся:

– Вот видишь. Ты его остановила, значит, ты любишь меня? Разве не так логика работает?

Рита продолжила слезливо хныкать:

– Не знаю, я не знаю…

– Я надеюсь, ты переосмыслишь произошедшее. Подумаешь, как следует над тем, как поступать дальше, а там уже решим.

– Что решим? – спросила Рита.

– Я решу, как мне поступать с тобой: выпускать или же оставить тухнуть здесь?

– Пожалуйста, выпусти-выпусти! ― запищала Рита.

Дима напомнил:

– Ты же боишься меня и намерена побежать в полицию. Я не могу этого допустить.

Он как раз уже заканчивал с трупом и сложил все обрезки в бочку. Её скатерть тоже растворил в кислоте. Одежду Виталия он сложил в отдельный пакет, чтобы потом сжечь. Плёнка слишком сильно воняет, если её сжигать. И только поэтому он решил растворить её скатерть в кислоте. И он порадовался, что с этим не возникли проблемы, потому что не всякий пластик растворяется. В конце-то концов, эта бочка с кислотой тоже пластиковая. Впрочем, она изготовлена из специального пластика…

Дима закрыл бочку, убрал топор и молот. Потом пролил полы из шланга и прошёлся по ним шваброй, чтобы Рита не заметила подтёки крови на полу. У него там раковина под рукой и шланг специально для этих целей, а на полу кафель и сливные отверстия как в дешевой. Так что далеко ходить ему не пришлось. Она вроде бы уже знает, чем он занимался за этой ширмой, но показывать ей кровь всё равно не хотел. Берёг её нервы. Она же чувствительная девочка, всё время пищит! К тому же, он не любил разводить грязь. На пол потекло немного, но он не поленился и тщательно всё вытер. И только потом вернул ширму на место.

И в этот момент Рита обратила внимание на эти бочки и сколько их там. Вряд было сложено штук 7, и Рита сразу же истерично спросила:

– И что, в каждом из них…

Дима не дал ей договорить, резко перебил:

– Нет! Я что, идиот, по-твоему? Я избавляюсь от тел и не храню их в бочках.

– А зачем тогда тебе столько?

Дима усмехнулся:

– На всякий случай!

Затем он подошел к ней и похлопал по бочке:

– Вот, например, для тебя пригодилась одна.

– Пожалуйста, выпусти меня. Мне так плохо…

– О-о-о, это ты ещё здесь не сидела!

– Пожалуйста, не наказывай. Я клянусь, что буду послушной. Клянусь, что никому не расскажу о тебе, ― пообещала Рита.

– И я должен тебе поверить? ― деловито спросил Дима.

– Верь, верь! Пожалуйста, верь!

– Ты же понимаешь, что это даже звучит смешно?

– Я не сдам тебя, клянусь, только отпусти. Давай, как раньше будем просто соседями? Я забуду всё, что ты сделал. Даже то, что ты убил Виталия…

– Так я же убил не только Виталия,― язвительно напомнил Дима: ― ты сама это сказала.

– А ты подтвердил, ― добавила Рита. ― Но это не важно, я не хочу знать.

– Только ты уже знаешь, ― сказал Дима, ― и это большая проблема!

Сказав это, он направился к выходу, а Рита истерично начала умолять его:

– Пожалуйста, не оставляй меня тут!

Она точно знала, что если он сейчас уйдёт, то вернётся нескоро. Он ведь убил ещё кого-то и пришёл не для того, чтобы её навестить, а чтобы избавиться от трупа. И она точно знала, что он очень устал. Как минимум будет долго-долго спать. И даже тогда, когда выспится, не сразу захочет к ней спуститься, у него же такой план. Он даже сказал, что хочет отдохнуть от неё, а она здесь должна сидеть в бочке, связанная. Подумав об этом, она ещё громче завизжала:

– Ну, пожалуйста, мне так плохо. Я описалась, ― призналась Рита.

Дима сразу усмехнулся:

– Я как раз хотел спросить об этом! Но забыл из-за твоих бесконечных вопросов.

– Пожалуйста, я вся мокрая. Пожалуйста, освободи меня, разреши сходить в душ? Я же всё равно не смогу выйти из твоего дома.

– А вдруг ты захочешь прирезать меня, пока я сплю? ― предположил Дима.

– Нет-нет, я так никогда не сделаю!

– А что же ты ножом размахивалась? Что ты собиралась сделать, размахивая им возле моего лица?

Рита слезливо захныкала:

– Эхе… эхе… я просто хотела убежать, но я бы не убила тебя. Я же, наоборот, спасла тебя. Ты должен мне верить.

«А ведь убедительно звучит, чертовка!» ― подумал Дима. И он хотел верить в то, что она не причинит ему вреда. И уж тем более так подло воспользовавшись тем, что он спит.

– Допустим, я тебе верю, ― деловито сказал Дима. ― Но ты всё равно должна быть наказана.

– Пожалуйста, пожалуйста, я уже наказана. Я обещаю, что буду слушаться.

– Хватит это повторять. К тому же я всё равно тебе уже не верю. Во всяком случае, в твое «буду слушаться».

– Прошу, поверь. Я клянусь, я буду тебя слушаться и никому ничего не расскажу.

– Ну, это в твоих же интересах не рассказывать никому. Иначе в этой бочке мне придётся растворить твоего папочку, когда он вернётся из путешествия.

– Что? ― в ужасе переспросила Рита, и тут же завизжала: ― Нет-нет, пожалуйста, только папу не трогай, пожалуйста…

– Ну, это всё зависит от тебя, трону я его или нет? Я же ведь сказал, посидишь тут, подумаешь над своим поведением. Только хорошенько подумаешь! А потом я решу, выпускать тебя или оставить здесь навсегда.

– Прошу, не оставляй. Прошу выпусти… ― слезливо вставила Рита.

– Знаешь ли, вот такой расклад: если ты кому-то доложишь, и если тебе очень повезёт, и полицейские нагрянут ко мне домой. Они всё здесь обыщут, и тогда мне придётся уехать.

Дима задумался и подправил себя:

– Скорее всего, придётся уехать. Избавиться от тебя и твоего папочки это уже будет просто дело принципа. Хотя, впрочем, я могу взять тебя с собой. Пригодишься для постельных утех! А в остальное время будешь сидеть в бочке, вот как сейчас!

– Нет, пожалуйста… не рассказывай мне эти ужасы, ― завизжала Рита.

Дима неожиданно сменил тему разговора.

– И кстати, почему ты описалась?

Он вспомнил об этом и сразу же собрал губы в ехидную ухмылку.

– Ты же связал мои руки, ― пожаловалась Рита.

– А ты забыла, чем я их связал? Не сможешь освободить?

Рита в ответ слезливо захныкала, но говорить ничего не хотела.

– Отвечай, ― потребовал Дима.

– Не знаю, я не подумала об этом, ― пискляво ответила Рита. Дима усмехнулся.

– Вот когда не надо, ты очень смелая. И даже умная, я бы сказал! И вдруг решила сглупить? Теперь придётся сидеть в мокрых штанишках! Но ведь это же ничего страшного, привыкай. Ты же навсегда собираешься остаться в этой бочке.

Последнее он сказал с ухмылкой.

– Нет, ты же обещал, что выпустишь меня.

– Обещал? Когда такое было? ― усмехнулся Дима.

– Ты сказал, что это просто наказание. И если я не расскажу никому, ты выпустишь меня. Я обещаю не рассказывать.

– Пока это звучит неубедительно, ― деловито сказал Дима.

– Пожалуйста, пожалуйста, дай мне шанс? Я клянусь, что не сдам тебя.

– Обычно так говорят, когда собираются сдавать! ― подметил Дима.

– А как тогда говорят, когда не собираются сдавать? ― спросила Рита. Дима сразу же усмехнулся.

– Не знаю, наверное, просто молчат. Ну, или как минимум не пытаются сдать меня на моих же глазах.

– Прости, я ошиблась, ― запищала Рита, ― прости, прости! Я больше никогда так не поступлю. Я же не знала, кто ты такой.

– Ах, ты не знала! ― язвительно протянул Дима. ― А если бы ты знала, что я до Виталия ещё кого-то грохнул? Ты бы вела себя более послушно? Более пугливо?

Рита опустила голову и захныкала.

– Наверное…

– Значит, теперь будешь более послушной? ― спросил Дима, а сам хитро улыбнулся. Ему нравилась мысль, что она будет его бояться. Раз будет бояться, значит, будет и слушаться. А ведь это всё, что ему нужно.

– Я никому не расскажу о тебе, ― повторила Рита.

– Я не это спросил, ― деловито напомнил Дима.

– Да, я буду послушной. Я сделаю всё, что ты захочешь. Хочешь, будем вместе? Хочешь, займёмся сексом?

– Опять себя предлагаешь? – спросил Дима с иронией. – А когда доходит до дела, сразу пытаешься пойти на попятную.

– Нет, не попытаюсь, – пообещала Рита.

Дима усмехнулся и сказал:

– Расслабься, я не собираюсь тебя насиловать. И не буду всегда держать в этой бочке. К завтрашнему вечеру я избавлюсь от всех трупиков в бочках, а потом уже подумаю, выпустить тебя или нет.

– Выпусти, пожалуйста, выпусти, – заплакала Рита. – Мне так плохо.

– Хватит пищать, я так устал, что сам готов пищать, – пожаловался Дима. – Так что закрой глазки и спи.

– А как же коровы? – вспомнила Рита.

– А как же коровы! – язвительно повторил Дима. – Да насрать мне на твоих коров!

– Пожалуйста, я должна их каждый день вовремя доить. Что я скажу отцу, если не позабочусь о них?

– Чёрт! – вскрикнул Дима. – Чёртовы коровы!

Рита нахмурилась и заплакала. Она услышала его отдаляющиеся шаги, и это означало, что он уходит и не освободит её, теперь уже точно не освободит. Она даже не знает, разрешит ли он ей подоить коров? И она понимала, что если он выпустит её только через пару дней, её хозяйству конец. А ведь у них не только коровы, но и козы, куры, собака, – всех нужно кормить вовремя. Коров обязательно нужно доить.

– Пожалуйста, попроси кого-нибудь подоить их, – взмолилась Рита.

– Кого я должен попросить? – вскрикнул Дима. – Чтоб потом вопросы задавали, куда ты делась? А оно мне надо?

– Ну, тогда сам подои их.

– Вот уж нет! Я тебе не дояр.

– Тогда выпусти меня. Я обещаю, что не попытаюсь убежать. И куда я убегу, если ты будешь рядом?

– Ну, сегодня днём я тоже был рядом, – напомнил Дима. – А ты пыталась создать нам неприятности.

– Прости, прости! Сколько раз я ещё должна извиняться, чтобы ты простил меня?

– Хоть до бесконечности, – протянул Дима. – Даже если ты повторишь это 1000 раз, вряд ли это начнёт звучать более убедительно.

– Ну, пожалуйста, разреши подоить коров. Выпусти только для этого, а потом можешь снова запереть меня.

Дима усмехнулся:

– А тебе это не кажется глупостью? Если выпущу, так выпущу, но точно не сегодня.

– Пожалуйста, коров нужно доить, – повторила Рита. У Димы уже гудела голова от навалившихся забот, и он не хотел думать об этом прямо сейчас. Он отмахнулся и сказал:

– Всё, хватит! Может быть, я и разрешу тебе их подоить, но не сейчас, мне нужно выспаться.

Там, внутри бочки, Рита сразу же улыбнулась и обиженным голоском сказала:

– Ладно, спи!

Дима был доволен, что она наконец-то заткнулась и разрешила ему уйти спокойно. Он поднялся, сжал кулаки и нервно произнёс:

– Чёртовы коровы!

Он не хотел выпускать её так быстро. Она уже поняла, что в тех бочках в его подвале хранятся разложившиеся тела покойников. Он хотел сначала избавиться от всего этого дерьма и только потом выпустить её. Но она просится раньше на волю, и отказать сложно. За коровами действительно нужно следить. Если он не собирается реально её похитить и запереть в бочках навсегда, то хозяйство должно быть в хорошем состоянии к приезду её отца. Неужели ему придётся выпустить её?

Дима злился, потому что не хотел ей уступать.

Глава 55. Выходи

Дима лёг на свою кровать, закрыл глаза и постарался забыть обо всех проблемах. Наконец-то это тот момент, когда он может просто поспать. И ему нужно было поспать. Только вот Рита, в отличие от него, уже выспалась. Она уснула почти сразу, как только он оставил её в бочке, а сам ушёл. Так она пыталась уйти от реальности. Не хотела думать о том, как будет выбираться, и сможет ли вообще это сделать?

Рита проголодалась и перекусила горбушкой батона, которую он ей оставил. Он хотел наказать её таким скромным пропитанием, но Рите очень понравился завтрак. Батон оказался очень мягким и свежим. И вода была вкусной, с особым чуть сладковатым вкусом, но это даже не сладость, а странное, но приятное послевкусие. Магазинную воду она редко пьёт и очень любит. Она даже подумала: почему раньше не задумывалась о том, что можно просто есть хлеб и наслаждаться его вкусом? Хлеб же сам по себе тоже вкусный. Его необязательно всё время кушать с чем-то.

Завтрак Риту немного успокоил. К тому же он ведь обещал, что разрешит ей подоить коров после того, как выспится. Она явно убедила его, сказав, что не сможет никуда убежать, если он будет охранять. Рита уже была уверена, что он обязательно её выпустит. И это подняло её настроение.

Только вот часам к 12 она дико захотела в туалет. И на этот раз не пописать, а покакать. Это была настоящая проблема для неё. Она сразу же начала кричать и звать Диму.

– А! Где же ты? Где? Пожалуйста, ты обещал прийти и разрешить подоить коров. Мои коровы…

Рита не знала, что у него в подвале установлены жучки для прослушки. Дима установил их на всякий случай, но давно ими пользовался. Заложники у него бывают редко, а жучки нужны, чтобы контролировать их пребывание в подвале. Вот он и решил воспользоваться ими, а заодно проверить оборудование.

– Работают! – с улыбкой протянул Дима, а потом повторил за ней: – мои коровы! Притворщица! Так бы и влепил пару лещей.

Он знал, что сейчас она в первую очередь печётся о себе и хочет, чтобы он её поскорее выпустил, а коровы – просто предлог. Однако ему тоже приходилось думать о коровах. Уже обед, а они не доены и не накормлены. Не говоря уж о том, что пастуха нет. Они сейчас должны паститься в поле, а вместо этого сидят взаперти в своих сараях и без еды. Наверное, уже вся деревня подняла переполох и спрашивает, куда же делся пастух? Дима нервно хлопнул ладошкой по матрасу, когда подумал об этом.

– Засранец! Важный человечек!

Он знал, что Виталия сразу начнут искать, ведь он реально важный человечек, который всем нужен. Наверняка сегодня не только её коровы остались в своих сараях. Или же они быстро нашли временного пастуха. Но Дима не собирался выяснять это и общаться с остальными жителями деревни. Он скот не держит, и такие проблемы обходят его стороной.

– Пожалуйста, выпусти, – повторяла Рита, потом наконец-то призналась: – я хочу в туалет. Очень-очень хочу какать…

– Вот же бесстыдница! Надо же сказать такое, – подумал Дима. Он всегда считал, что в таких потребностях некрасиво выражаться вслух, а она об этом орёт.

– Задичала в этой бочке за один вечер? Или сама такая?

Впрочем, он склонялся к последней мысли. Прилёг на бочок и улыбнулся, мысленно ответил ей:

– Ну, покакай! Интересно, под себя это сделаешь или спустишь штанишки?

Ему действительно это было интересно, пописала же она под себя! Как только Рита призналась, что хочет покакать, Дима решил не спешить спускаться к ней. Но ведь она не знала, что так будет. Если бы знала, то помалкивала бы о своих потребностях.

В этот момент Дима уже окончательно решил, что сегодня выпустит её, но всё ещё хотел наказать за попытку побега. Подумал, что дать ей обделаться под себя – неплохое наказание. Хотя бы узнает, что такое сидеть в его бочке. И потом, может быть, сделает всё, чтобы снова там не очутиться. Он действительно рассчитывал на это.

В какой-то момент он даже подумал, что зря не связал её руки как следует, чтобы она не смогла самостоятельно освободить их. Вот тогда бы это точно стало для неё наказанием. Дима был почти уверен, что на этот раз она освободит ручки, ведь сам подбросил ей такую идею, о чём он тоже чуточку сожалел.

Дима вышел на кухню, чтобы перекусить. Он только проснулся, и для него по ощущениям был завтрак. Но на самом деле уже обед прошёл, было около 3 часов. Он понял, что есть практически нечего, кроме бутербродов. Готовить что-то у него не было настроения. Он уже отвык от этого за эти 2 недели, пока Рита каждый день готовила для него что-то вкусненькое. Он только ходил и давал ей заказы.

Он вспомнил эти прекрасные времена и улыбнулся. А ещё подумал, что они обязательно вернутся. И она продолжит готовить для него и ухаживать за ним, даже когда приедет её отец.

– По-другому и быть не может, ― решил Дима.

Он перекусил бутербродом, а потом неохотно спустился к ней в подвал. Сразу же язвительно сказал:

– Фу, грязная девчонка!

Запах дерьма он ощущал издалека.

– Всё-таки обосралась!

– Я очень хотела! Я звала тебя, но ты не приходил, – слезливо пропищала Рита.

– А представь, что ты застрянешь здесь надолго. Скажем, неделю будешь сидеть в бочке и делать под себя. Каково тебе будет? – спросил Дима.

– Нет, пожалуйста, не рассказывай мне эти ужасы! Не надо меня запугивать, – взмолилась Рита.

– Так я и не запугиваю. Я тебе рассказываю, как всё может быть, если ты не будешь меня слушаться.

– Я буду слушаться, ― торопливо вставила Рита.

– Звучит по-прежнему неубедительно, – сказал Дима и начал развязывать бочку от стены.

– Прости, я клянусь, буду слушаться, – повторила Рита, – дай мне шанс?

– А я что, по-твоему, делаю? ― спросил Дима.

– Правда, ты освободишь меня? Прямо сейчас выпустишь? ― с надеждой в голосе спросила Рита.

– Надо же коров доить, ― неохотно ответил Дима.

– Ты только ради этого меня выпускаешь? А потом снова…

Дальше она замолчала, побоялась полностью произнести этот вопрос.

– Что будет дальше, зависит от тебя, – ответил Дима. ― Если реально будешь паинькой, тогда, может быть, не попадёшь в эту бочку в ближайшее время.

В этот момент он начал наклонять бочку, и Рита закричала:

– А-а-а! Только не переворачивай её.

– Точно, я забыл открутить крышку, – заметил Дима, вновь поставил бочку в вертикальное положение и начал откручивать крышку.

– Я испачкаюсь, если ты перевернешь её, – испуганно объяснила Рита.

– Даже не догадалась завернуть какашки в одежду? – недовольно спросил Дима. Как только он открыл крышку, Рита с облегчением встала на ноги и протянула ему руки.

– Что, подлизываешься? – игриво спросил Дима.

– Пожалуйста, вытащи меня, – попросила Рита.

– Да? Чтобы в дерьме испачкаться? – спросил Дима с иронией.

– Нет, я подтёрлась, ты не испачкаешься, – сказала Рита.

– Подтёрлась она! ― повторил Дима. Но сам обнял её за талию, а второй рукой обхватил чуть ниже попки и начал поднимать. Ниже талии Рита была абсолютно голая.

– Мне нравится, когда ты голенькая, – игриво сказал Дима, спуская её, а потом сразу же шлёпнул по попе.

Рита нахмурилась и стыдливо опустила голову. Дима указал рукой в сторону лестницы:

– Ну, иди, что встала?

– А можно? – спросила Рита.

– Если бы было нельзя, я бы тебя не выпустил, логично? ― ответил Дима. И тут он вспомнил, что в бочке осталась её запачканная одежда.

– И, кстати, вернись, ты что-то забыла!

Она обернулась и увидела, что он наклонил бочку, чтобы она могла подобрать свою одежду. Но Рита не хотела этого делать. Она уже раз пять пописала, и её штанишки почти полностью пропитались. И не только штанишки, но и верх спортивного костюма. Она сняла с себя почти всё, кроме маечки. Не хотела сидеть в бочке совсем уж голой. Но ей нужны были тряпки, чтобы впитать мочу…

– Ой, а можно не сейчас? – жалобно протянула Рита.

– А когда? ― спросил Дима. ― Или я должен за тобой дерьмо подтирать? – спросил Дима.

– Дай хотя бы пакет, – попросила Рита. ― Давай положим в пакет?

Дима дёрнул головой и указал на тумбочку:

– Посмотри там.

Рита послушно зашагала и начала осматривать содержимое тумбочки. Она нашла только большие мусорные мешки, которые были очень плотными. Конечно, это сразу вызвало у неё дурные подозрения.

– Ты не то достаёшь, – строго сказал Дима, уже пожалев, что разрешил ей копаться в своей тумбе. Но с другой стороны, он же ей уже признался, что убивает людей, и она знает, что в его бочках растворяются тела. Какой смысл теперь что-то утаивать? К тому же, это же просто пакеты!

– Там где-то должен быть пакет из супермаркета, – сказал Дима. ― Я же недавно выпивку покупал и бросил её куда-то туда.

Он подошёл и сам помог ей отыскать пакет. Оказалось, что он лежит не в тумбочке и даже не на ней, а застрял за тумбочкой и стеной.

– Так вот же он! Невнимательная.

– Прости, – сказала Рита, стыдливо забирая у него пакет.

– Что, боишься ручки запачкать? – спросил Дима с хитрой улыбкой.

– Да, я не хочу пачкать руки, – согласилась Рита. ― Должна хотеть, что ли?

– Это было бы забавно! – усмехнулся Дима. ― У меня ещё не было девушки, которая любит играться с фекалиями!

– Фу, это мерзко!

– Согласен, так что в следующий раз будешь срать в пакет. В подгузник, а подгузник потом в пакет, – сказал Дима.

Как только он сказал «в следующий раз», Рита сразу же замерла, не оборачиваясь. Но не решалась что-либо сказать ему.

Дима усмехнулся:

– А ты что, думаешь, я тебя навсегда выпускаю?

– А на сколько ты меня выпускаешь? Только коров подоить? – взволнованно спросила Рита.

– Смотря как будешь вести себя, – ответил Дима. ― И давай, не тормози, забирай свою одежду и пошли. Весь подвал в туалет превратила.

– Ты сам виноват, – пожаловалась Рита. Она сказала это, и только потом подумала, что зря задирается. Нужно радоваться, что он её выпускает и помалкивать, а она ещё на нервах ему играет.

Рита сразу же замолчала. И её удивило, что Дима не злится за её дерзость и вообще разговаривает с ней нормально.

– Твоя же попка какала, – сказал Дима. ― Не могла потерпеть? Можно подумать, что долго просидела в этой бочке.

– Долго, ― возразила Рита. ― Весь день в ней сидела.

– Ну конечно, весь день! Полдня не хочешь? Время 3 часа.

– 4, – возразила Рита. ― Во второй раз нужно доить коров.

– Всё-то ты о коровах думаешь! – пожаловался Дима.

– Ну конечно, я не могу не думать о них. Я вчера вечером их не доила, и сегодня утром тоже, так нельзя. Я обещала папе, что позабочусь о коровах и о хозяйстве в целом.

– Смотрю, ты очень любишь своего папочку? – спросил Дима.

– Конечно, люблю, – ответила Рита.

– Раз любишь, в твоих же интересах быть послушной и не нарываться на неприятности. И поспеши, если тебе не терпится подоить коров.

Рита почти с головой залезла в бочку, аккуратно хватая одежду через целлофан. Она всё положила в пакет и была рада, что он не заставил её убирать эту гадость с голыми руками.

– Я уже всё, – ответила Рита, высунув голову.

– А теперь пошли. Живо, живо! – сказал Дима, быстро-быстро пошевелив рукой, как бы подгоняя её. В подвале действительно сильно завоняло, а ведь она всего лишь 1 раз обгадилась. Он и не думал, что будет вонять настолько.

Вскоре Рита поднялась наверх, и солнечный свет осветил её личико, заставив улыбнуться. Он всё-таки выпустил её. Значит, у неё ещё есть шанс спастись. Но сейчас она не хотела об этом думать. Рита понимала, что если попытается сбежать от него ещё раз, он точно больше её не выпустит. Она уже поняла, в каких условиях он собирается держать её в подвале, и не хотела возвращаться туда ни за что на свете.

Она решила, что пока какое-то время будет послушной и посмотрит, к чему это приведёт. К тому же теперь нет никакого смысла убегать от него. Даже если она убежит и всё разболтает, вряд ли кто-то поспешит выкапывать землю под её бочкой. Он скорее 10 раз успеет её найти, прежде чем она приведёт кого-то к этой бочке.

– Ну, что ты встала? Иди! – сказал Дима, слегка подталкивая её в сторону ванной комнаты. – Иди, сполоснись или хотя бы подмойся. И не задерживайся, я сейчас принесу тебе какой-нибудь верх.

– Хорошо, спасибо, – ответила Рита и торопливо направилась в ванную.

– И не запирайся, – громко предупредил Дима. Он всегда предупреждает её не запираться, как будто она хоть раз это делала. Это же его дом! Если он захочет войти, то может даже взломать замок, а потом ей достанется. Рите не хотелось этих проблем, поэтому она решила вести себя послушно.

Рита не чувствовала себя грязной, потому что тщательно подтёрлась своей одеждой после того, как сделала своё грязное дело. Правда, ноги она немного промочила в моче, потому что в бочке было довольно тесно. Ей приходилось наступать на свою влажную одежду, хотя она старалась этого не делать. Её ступни и пятки периодически соприкасались с влагой, и она с ужасом вспоминала этот момент, тяжело дыша.

Рита старалась не вспоминать, как сидела в бочке… она полностью разделась, залезла в ванну и открыла чуть тёплую воду. Сполоснулась и взглянула на своё отражение в зеркале. На её лице уже проступил синяк в том месте, куда он ударил её кулаком. Рита аккуратно потрогала его пальчиками и нахмурилась. Тихо захныкала. Ей было страшно вспоминать то, как он бежал за ней, как потом ударил… он всё время её бьёт, постоянно и по любому поводу.

Рита не хотела об этом думать. Если бы она могла, закрыла бы сейчас это зеркало или убрала его куда-нибудь подальше, лишь бы не видеть этот синяк на своём лице. Но вскоре из-за текущей тёплой воды в ванной комнате поднялся пар, и на зеркале образовался конденсат. Она больше не видела в нём своё отражение и немного успокоилась. Закрыла глаза, тяжело выдохнула и встала под душ. Потом, помыла голову его дорогим шампунем, и его сладкий аромат её немного успокоил.

Рита намылила одну из мочалок и разок прошлась по телу. Раз уж мыться, так мыться полностью. К тому же это не займёт много времени. Во всяком случае, у неё. Рита никогда не любила долго мыться, но всегда считала, что моется тщательно.

Дима пришёл через 15 минут, как раз, когда она заканчивала мыться. Он принёс полотенце и уже знакомый ей красный шёлковый халат.

– Я не смогу в этом доить коров, – сказала Рита.

– Так я и не предлагаю в этом доить, но пока надень.

– Ладно, я поняла, – ответила Рита с нотками недовольства в голосе. И уже заранее взволновалась. Подумала, как бы он не задумал чего… ей бы не хотелось пережить какой-нибудь стресс с его приставаниями, ведь она была настроена как можно скорее подоить коров.

Дима быстро покинул ванную комнату и стал ждать её, сидя на своём кожаном диване. А вот Рита замедлилась, когда он велел ей надеть этот халат. Теперь ей не очень-то хотелось выходить к нему. Этот халат вызывал у неё не самые приятные ассоциации.

Но она понимала, что не может долго прятаться в ванной. Это же тоже означает быть непослушной. К тому же её ждут коровы. Чем быстрее она выйдет, тем быстрее займётся ими. Конечно, если он не придумал ничего развратного…

Рита была уверена, что теперь он будет постоянно ходить за ней по пятам. Но вдруг в остальное время будет запирать в той бочке? Сильнее всего Рита боялась именно этого.

Собравшись с духом, она обернула голову полотенцем и вышла к нему.

– Что-то ты долго, – пожаловался Дима, – а говорила, что уже почти.

– Извини, – протянула Рита, опустив голову. – Нужно было подмыться как следует.

Дима натянул губы в широкую улыбку.

– Да, нужно было, как следует. Мне нравятся чистенькие девушки!

Он так внимательно на неё смотрел, с вожделением. И Рита очень боялась, что он сейчас встанет и начнёт к ней приставать. Он ведь сказал, что ему нравятся чистенькие девушки. Это как будто был намёк…

Глава 56. В её комнате

– И что теперь? – спросила Рита. Она встала в гостиной, не доходя до него пару метров, и не знала, что делать дальше и куда идти?

– Перекусить не хочешь? – предложил Дима.

– Ну, я поела хлеба, – ответила Рита.

– Ну да, точно! ― язвительно протянул Дима. ― На ужин, на завтрак и на обед хлеб. И как тебе такой рацион?

Рита знала, что сейчас он просто издевается. Снова начинает свою пластинку: «как тебе понравилось сидеть в той бочке?»

– Я не ела хлеб на ужин, – ответила Рита, – только на завтрак.

– О, как! Уже на диету села?

– Нет, я бы перекусила, ― резко ответила Рита. Она не собиралась кушать и вообще боялась выходить с ним на кухню, но его слова её разозлили.

– Хочу копчёной колбасы. Той дорогой, которую я видела в твоём холодильнике, ― высокомерно добавила Рита. ― Она ещё осталась?

– Дерзкой становишься! – усмехнулся Дима. – Осталась.

Но он совершенно на неё не злился. Наоборот, ему даже понравилась её реакция. Он сразу же встал и указал ей в сторону кухни. Ему хотелось идти сзади, чтобы смотреть на то, как юбочка её халата колышется на её попке, еле-еле её прикрывая.

Рита вошла на кухню и по-хозяйски направилась к холодильнику. Продолжала злиться на него, но не хотела об этом разговаривать. А ещё она уже давно привыкла хозяй�