Ни единого шанса
Плейлист
No Doubt – Don't speak
Metallica – Nothing else matters
Nirvana – Smells like teen spirit
Chris Isaak – Wicked game
The XX – Together
Muse – Exogenesis symphony part 1 Overture
Muse – Darkshines
The Rasmus – Not like the other girls
Lady Gaga – Poker face
Britney Spears – Toxic
James Blunt – You’re beautiful
Bon Jovi – Its my life
Muse – Hoodoo
Maroon 5 – She will be loved
Xolidayboy – Целуй на светофорах
Xolidayboy – Идиот
The Cranberries – Zombie
Xolidayboy – Америка
Muse – Showbiz
Hurts – Guilt
Queen – Show must go on
Reamon – Supergirl
Kosheen – Recovery
(В конце книги приведен этот же плейлист, только с описанием, к какому конкретно эпизоду или ощущению относится песня)
Глава 1
Вечер не задался, и это еще – мягко говоря. Сейчас я еду в такси под отвратительную музыку и просто молюсь, чтобы все светофоры в городе оказались зелеными. И чтобы таксист не тормозил лишний раз.
Мой телефон загорается сообщением от Элис:
Элис: Ты далеко?
Рия: 10 минут.
Элис: Ок, не переживай, успеешь.
Куда же я так спешу? В бар – там сегодня проходит концерт вокальной школы, где я занимаюсь.
Элис, которая пишет мне – моя преподаватель. Уже где-то год я хожу на занятия, и периодически мы выступаем на таких мини-концертах, чтобы оценить свой прогресс, привыкнуть к сцене и все такое. И вот сегодня такой день. Два месяца мы с Элис репетировали песню для этого вечера. Все должно было быть идеально. Я готовилась к этому дню. Предвкушала его. Подобрала платье, подходящее по стилю к мероприятию. Разучила песню.
И собиралась завтра просто сиять.
Да, я собиралась туда завтра.
Но полчаса назад, когда я лежала на диване, с грязной головой, и, закидываясь чипсами, смотрела слезливый сериал, я увидела сообщение:
Элис: Рия, ты где? Мы уже начинаем.
И тут до меня дошло. День, к которому я так долго готовилась – не завтра. Он сегодня. Более того, он уже сейчас, а я лежу размякшей булкой и вообще не представляю, как я могла перепутать.
Что дальше? За 5 минут я накидываю на себя джинсы с кофтой, расчесываю голову, параллельно вызывая такси. Увы, если я и хочу сегодня выступить с песней, на которую потратила два месяца своей жизни – придется делать это страшненькой, с несвежей головой и, возможно, даже в слегка помятой кофте.
Единственное, как я успеваю привести себя в порядок, пока подъезжает такси – это мазнуть щеки румянами и ресницы – тушью. И уже в машине я решаюсь накрасить губы, чтобы не выглядеть бледной поганкой. И просто возношу благодарность всем богам, за то что водитель ехал ровно, и я не разрисовала себе помадой пол лица.
Через пять минут я влетаю в заведение, где проходит мероприятие. Это маленький бар в центре города, под названием Лампочка. Внутри шесть-семь столиков, интерьер выполнен в стиле лофт, кое-где на стенах висят неоновые вывески и с разными словечками. В углу – небольшая сцена, на которой как раз сейчас поет Кара – и она охренительно ярко и классно исполняет песню Бритни Спирс.
Ее голос звучит звонко, она уверенно держится на сцене, и я очень за нее рада. По-доброму завидую.
У меня это будет третье выступление на публике. И это каждый раз – стресс. В первый раз у меня даже руки с микрофоном дрожали, но все поддержали меня, так это был мой дебют. Вообще, вокал для меня – это один из способов выбираться из своего кокона комфорта и чуть-чуть растрясти свою жизнь.
В дверях меня замечает Элис, и я спешу к ней.
– Ух ты, ты все таки успела. Отдышись немного, скоро твой выход.
Я действительно пытаюсь отдышаться, но понимаю, это невозможно. Я очень нервничаю. Я и без этого нелепого опоздания нервничала бы. А так – мое сердце сейчас где-то в поднебесной. Тереблю рукава своего логнслива в попытках успокоить панику.
Очень велик соблазн сейчас слиться, просто сказать Элис, что я не могу…
Кара тем временем заканчивает песню умелым мелизмом1 и под наши аплодисменты уходит со сцены.
Ее подруга Рита посылает ей воздушные поцелуйчики.
Сегодня бар закрыли специально для нашей школы. Никаких людей с улицы тут нет. Чтобы мы не разволновались и не чувствовали себя неловко. Хотя, многие ребята вообще очень уверенно себя чувствуют. Та же самая Кара – ей бы впору выступать на настоящей сцене с настоящими зрителями.
У нас сегодня из зрителей только мы сами: ученики и преподаватели школы, ну и еще немногочисленные сотрудники бара.
Следующей на сцену идет Виктория. И она поет какую-то неизвестную мне, но довольно сложную песню, где очень круто показывает свои навыки владения голосом.
– Ты следующая, – подмигивает мне Элис.
Я шумно выдыхаю.
Я готовилась: мы сто раз прогнали мою песню и все звучало идеально. Сейчас я выйду, соберусь и спою.
Это то, что я повторяю себе как мантру оставшиеся две минуты перед выходом.
И когда следом объявляют меня, я на ватных ногах иду на сцену и беру микрофон. Сейчас зазвучат первые аккорды минуса Don’t speak2. Все Рия, соберись.
Диджей включает минус моей песни. Три, два, один.
Я осматриваю зал, замечаю Элис. Все улыбаются.
И я… пропускаю вступление.
Черт.
Изобразив гримасу на лице, все-таки влетаю в следующие ноты и подхватываю мелодию.
Но мой голос звучит… как-то отстойно, хрипло, сипло. Я даже не знаю, как. Но это и далеко не похоже на то, как мы репетировали до этого.
О БОЖЕ…
Стараюсь держать фокус внимания на том, чтобы хотя бы попадать в ноты. Но это выступление – максимальный отстой.
Это полный провал.
Полный.
Я официально облажалась.
Заканчиваю песню с радостью, что это позор закончился.
Слышу от ребят подбадривающее “ты молодец” и подхожу к Элис. Руками обхватываю себя за голову в порыве спрятаться.
Она приобнимает меня за плечи:
– Расслабься, это опыт. В следующий раз будет намного лучше.
Да, я знаю. Но все равно – обидно.
Звучит еще пару песен от других учеников, и на этом официальная часть нашего мероприятия завершена.
Дальше мы все просто сидим в баре – обсуждаем выступление и вообще болтаем обо всем.
Мне приходится рассказывать историю, почему я опоздала и как за пятнадцать минут я все-таки долетела сюда с другого конца города. Все поддерживают меня, и вечер на самом деле проходит хорошо.
Но я, конечно же, мысленно все еще ругаю себя.
Мы долго смеемся над всей ситуацией, разбившись на небольшие группки. Я сижу с Элис и с еще двумя девчонками и мы обсуждаем какие-то сериалы, когда мой взгляд привлекает внимание парень в угловом столике бара. Рассматриваю его и понимаю, что он – не один из наших. Я никогда не видела его ни среди учеников, ни среди персонала нашей школы. На сотрудников бара он тоже не похож – они ходят в фирменных футболках.
Он же сидит в огромном худи с капюшоном. Большие наушники висят на шее, и он уткнулся в телефон. Он как будто пытается слиться со стеной. Но у него не выходит – лично мой взгляд постоянно отвлекается на него, несмотря на то, что я активно участвую в разговоре с девчонками.
С расстояния, которое нас разделяет, я слабо могу различить его черты, чтобы описать, что притягивает мое внимание. Вижу только, что у него достаточно лохматые волосы, которые выбиваются из капюшона, и пряди постоянно падают ему на глаза. Но в полутьме я даже не могу разглядеть цвет его шевелюры.
– Одно не могу понять, когда ты успела накраситься да еще и губы красной помадой намазать? – резко вопрошает Элис, обращаясь ко мне.
Я пожимаю плечами.
– Ох не спрашивай, я прилетела сюда на скорости горящей пятой точки, но по дороге все-таки окунула лицо в помаду.
Пока говорю, замечаю, что парень, за которым я наблюдала встает со своего места и медленно идет в сторону бара, мимо нашего столика. И заметив, что я провожаю его взглядом, он мне подмигивает.
Эмм, это странно.
Нахмуриваюсь на секунду, но тут же отвлекаюсь на разговор о Гарри Поттере, который завела Мия.
Да, чтоб вы понимали, для меня Гарри Поттер это как королевские пингвины для Робин из Как я встретил вашу маму3.
О Гарри Поттере я могу говорить часами. Дай волю. И вот мы уже активно обсуждаем, почему Том Фелтон стал таким всеобщим крашем, когда его персонаж откровенно мерзкий. Спустя пол часа Элис спрашивает:
– Кому еще принести напитки?
– Всем, – отвечают девчонки.
– Я схожу с тобой, – говорю я, и мы топаем в сторону бара.
Элис заказывает пиво и какие-то коктейли у бармена, я тем временем осматриваюсь по сторонам. Мое внимание опять привлекает парень, которого я видела раньше. О котором я уже и думать забыла, честно говоря. Не то чтобы я планировала пересечься с ним лицом к лицу.
Но в итоге, мы стоим рядом – на расстоянии вытянутой руки. Перед ним почти полный стакан с чем-то похожим на виски. Он оборачивается на меня с довольной и немного насмешливой улыбкой.
– Привет, – протягивает он.
Я удивленно вскидываю брови. Почему он заговорил со мной?
Он же говорит это мне?
Но тут кроме меня только Элис, и она стоит спиной к нам, так что нет вариантов, что он обращается к ней.
Значит все-таки ко мне.
Но я не обязана отвечать, верно же?
– Ты язык проглотила? Или вежливость не в твоем стиле?
Какого хрена?
Прочищаю горло, прежде чем ответить:
– Нет, просто предпочитаю не разговаривать с грубиянами.
– О, у нее все-таки есть голос, – опять насмешка.
Какой мудак.
Нервно посматриваю на бармена и мысленно проклинаю его за то, что он так медленно наливает наши напитки.
– Отличное мероприятие у вас тут сегодня, – не унимается сосед.
Почему он просто не может отстать от меня?
– И я что-то не знаю, кто тебя пригласил, – протягиваю я.
– Я сам себя пригласил.
Пожимаю плечами. Мне все равно. Искренне не понимаю, почему мы продолжаем этот бессмысленный диалог. Ищу глазами Элис, но она уж увлеченно беседует с Райаном – нашим ди-джеем.
Я остаюсь один на один с этим назойливым придурком.
– Видел твое выступление, похоже, у тебя сегодня не супер удачный день.
О боже, он тоже был свидетелем этого позора. И зачем он вообще говорит со мной?
– И ты прям пытаешься сделать его еще хуже? – я закатываю глаза.
– Отнюдь, – он отпивает небольшой глоток из своего стакана и резко смотрит на меня.
Я, наконец, могу его рассмотреть вблизи. У него достаточно острые черты лица, резкая линия скул, подбородка, темные глаза. Темно-русые пряди волос спадают на лицо. Довольно широкая спина. Но он не из тех, кого называют “шкафами”. Замечаю на руках татуировки, но они трудноразличимы за рукавами толстовки. И у меня возникает смутное ощущение, что я могла его где-то видеть.
Его взгляд очень остро и внимательно скользит по мне. И я будто всем телом ощущаю этот взгляд: как он буравит мои глаза, затем спускается на мой рот и ниже.
На меня накатывает незнакомое ощущение какого-то колкого трепета.
И в тот момент, когда его глаза впиваются в зону моего декольте, я понимаю, что это за ощущение. Мерзость, липкое отвращение – вот что я чувствую, когда он смотрит на меня так.
– Я скорее предлагаю сделать этот вечер немного лучше, – тихо, с наглой ухмылкой говорит он, – если ты понимаешь, о чем я.
О боже, это действительно происходит со мной? Какой-то придурок пытается снять меня в баре.
Меня? Нелепо.
Среди всех девушек, которые выглядят доступно и создают впечатление, что им это надо – я на последнем месте.
Потому что я и сексуальные отношения с незнакомыми парнями – вообще несовместимо.
Хотя, все даже проще: я и сексуальные отношения с парнями – несовместимо.
Нет, ничего такого: я не интересуюсь девушками. Просто уже несколько лет я вообще не интересуюсь темой отношений. Я не наряжаюсь, чтобы привлечь кого-то. Не флиртую со знакомыми и незнакомыми парнями. Не пытаюсь ни с кем познакомиться. Я просто живу свою обычную жизнь, и парням в ней нет места.
Не то чтобы я была глобально против. Но им обычно не до меня – я не сильно заметна для противоположного пола. А когда три года назад мой первый парень попытался поторопить события и быстрее перейти к горизонтальному этапу наших отношений, я отшила его, потому что не была готова терять девственность после месяца свиданий.
И так вышло, что теперь в свои двадцать один год я до сих пор без какого-либо сексуального опыта. И вот я стою в баре, и какой-то идиот воспринял меня как объект для съема.
Говорю же – нелепость.
– Мне это неинтересно, – просто говорю я. Хотя, честно говоря, мне хочется обругать его матом и еще стукнуть пару раз, за то, что он счет меня доступной женщиной.
Это довольно оскорбительно. Но я не идиотка: провоцировать таких людей может оказаться себе дороже. Я просто сейчас тихо ретируюсь и все.
– Почему? – не унимается придурок, – тебе бы понравилось.
– Ни единого шанса.
Он недовольно хмыкает.
И мне требуется задействовать всю свою выдержку, чтобы не ляпнуть что-нибудь опасное. Вдруг он псих или маньяк какой-то. Но на его лице почти смех, когда он смотрит на меня. Кажется, он совсем не расстроен моим отказом. В глазах – странное веселье.
– Ну ладно. Тогда расскажи, почему ты опоздала на эти ваши посиделки с песнями?
– Мне неинтересно с тобой разговаривать, – пытаюсь объясниться, но не успеваю, потому что бармен, наконец, вручает мне наши напитки.
И года не прошло!
Хватаю два бокала, тычу Элис локтем, она подхватывает еще два, и мы двигаемся к нашему столику.
– Ну пока, – слышу себе в след и прям чувствую, что он провожает меня взглядом.
Вечер довольно скоро подходит к концу, через какое-то время я замечаю, что мой назойливый знакомый пропал из бара и радуюсь, что больше его не встречу. Но на всякий случай, первая вызываю такси домой и ухожу, попрощавшись с Элис и остальными.
Дома я еще раз прокручиваю момент своего позора во время выступления. При этом напеваю ту же песню, собираясь спать, и у меня все получается идеально.
Это все сцена и нервы.
Какая разница, если я пою для своего личного удовольствия и не собираюсь давать концерты?
Но в глубине души, я знаю, что реально хотела бы выступать, хотела бы петь и вообще проявляться ярче и привлекать к себе внимание.
Но с моими навыками, боязнью сцены и стеснительностью – это просто мечта из параллельной реальности.
С этой мыслью я проваливаюсь в сон.
Глава 2
На следующий день, собираясь утром на работу, я записываю голосовые сообщения своей подруге Роксане, в подробностях рассказывая о своем эпическом провале с выступлением. Рассказываю все, припудрив разговор долей юмора и шуток над собой. И звучу я совершенно спокойно, как будто это меня не расстроило.
Да и не то чтобы я прям расстроилась, или у меня упала самооценка, и я больше никогда не планирую выступать перед публикой. Нет, все не настолько плохо. Мне просто обидно.
Рокс, конечно же, все это чувствует, поэтому присылает в ответ голосовое, в котором почти три минуты рассказывает, что в условиях, которые были у меня – вообще спеть это уже круто.
С Рокс мы знакомы со школы, и она – моя лучшая подруга. Вообще, официально она даже моя соседка по квартире. Раньше мы жили вместе, но уже около двух месяцев, как она съехала к своему парню – Марку. Только комнату в нашей квартире она все-таки предпочла оставить.
“Ну а вдруг как-то ночью я выясню, что он козел” – объясняла она – “чтобы мне было куда вернуться”.
Мы с Рокс совершенно разные: она худощавая блондинка среднего роста, я же – ростом миниатюрная дюймовочка, а вот формами – вполне себе “пышечка”, как говорила мне мама.
На самом деле, ничего такого, просто моя фигура далека от привычных худощавых S–ок. Я обычно выбираю M или L. У меня довольно пышная грудь, которую мне часто хочется спрятать, округлые бедра, и, слава богам, – узкая талия.
В общем, моя фигура очень женственная, но я не люблю лишнее внимание, поэтому обычно прячу все это за оверсайзом.
Нет, я не одеваюсь как бесформенное нечто. Я люблю платья и юбки и иногда ношу открытое декольте – но если в моем образе есть что-то, что принято называть сексуальным и откровенным, я пытаюсь “успокоить” это, например, широкими джинсами. И если я одену обтягивающую юбку, то непременно с широченным свитером.
Рокс же ничего не стесняется, и обычно ее гардероб – это провокация: острая и горячая. На которую очень часто клюют парни. Но теперь у нее есть Марк, и периодически он пытается заставить ее одеваться попроще.
Но подруга, конечно, предпочитает игнорирует его пожелания и все время ловко съезжает с темы. Роксана – очень острая на язык, довольно ветреная на первый взгляд, и не супер заботливая девушка для парня. НО для меня она самая офигенная подруга.
Слушая ее голосовые, я наряжаюсь на работу. Надеваю ярко розовую кофту с длинными рукавами и открытыми плечами и широкие джинсы, добавляю длинный кулон на шнуровке и несколько колец под металл, подкрашиваю губы и выхожу из дома, довольная своим образом.
Через десять минут я уже еду в автобусе, настроение приподнятое: и от разговора с Рокс и от того, что я хорошо выгляжу. И я уже текстом пишу подруге.
Рия: А еще, прикинь, меня вчера пытались снять в баре
Рокс: А вот тут поподробнее, пожалуйста
Рия: Да какой-то идиот недвусмысленно намекнул на “хорошее продолжение вечера”
Рокс: Воу. Зря не согласилась. Если бы секс был хорош, то ты бы уже и не вспомнила об этом инциденте на сцене с утра
Рия : Рокс!
Рокс : Ладно-ладно, дай пошутить. Твой барный ловелас явно не на ту напал
Рия: Это было так ужасно
Рокс : Наверно, он просто был не очень. Обычно, если тебя пытается снять какой-нибудь красавчик – это вполне прикольная игра. Уж я то знаю
Да, Рокс в отличие от меня, – довольно опытная женщина в этих делах. Марк – ее четвертый парень в длительных отношениях, а в перерывах у нее постоянно бывали короткие интрижки.
Один раз мне даже пришлось выпроваживать какого-то парня из нашей квартиры: Рокс с утра даже не удосужилась его разбудить. Этот случай я до сих пор ей припоминаю.
Рия: В моем случае – это ни разу не прикольная игра
Рокс: Тогда забей – ты же все равно его отшила
Я как раз подъезжаю к своей остановке, когда получаю это сообщение. Выбегаю из автобуса и мчу на работу, захватив по дороге стаканчик карамельного латте.
Работа у меня не то чтобы очень веселая. Я – специалист по социальным сетям в мебельной компании, и моя задача – делать публикации, отвечать на комментарии и собирать статистику.
Не то чтобы это было очень сложно и требовало каких-то особых навыков, но в своей работе я хороша: я исполнительна и люблю небольшую рутину.
На самом деле, бывает даже скучно. Но это работа – она же не обязана быть идеальной. Да и деньги платят. Не очень много, но у меня вполне средняя зарплата.
Короче, не жалуюсь. Но понимаю, что бывает и лучше.
Ближе к обеду, мне опять приходит сообщение от Рокс:
Рокс: Ты же помнишь, что обещала сходить со мной на концерт сегодня?
Черт.
Конечно, я забыла.
Молчу.
Вижу, что она печатает.
Рокс: Рия?
Рия : Я забыла.
Рокс: Только не говори, что напланировала дел, отмазки не принимаются. Я предупредила тебя неделю назад. Сегодня мы идем тусить под песни Мэтта Брайена. Встречаемся в 19.00 у “Stells”.
Ну да, у Рокс замашки командира. Неделю назад она заявила, что мы идем на концерт. Билеты были куплены давно, Рокс планировала пойти с Марком. Но Марк решил слиться, так ему не зашла музыка The Words – той самой рок-группы, где солистом был вышеупомянутый Мэтт Брайен.
Ну что поделать, песни The Words действительно любят женщины. Они как Энрике Иглесиас – только в стиле рок.
Я не слишком разбираюсь, и вообще не их фанатка, но их песни сейчас играют из каждого утюга. И мне, вроде, даже нравится парочка.
В любом случае, живые концерты – это всегда прикольно.
Я люблю это ощущение музыки, толпы, всеобщего кайфа.
Поэтому я, конечно, иду с Рокс – даже если выделываюсь для приличия. Просто мне не совсем удобно, что не нужно платить за билет. Нет, с деньгами у меня все в порядке – просто Рокс привыкла немножко заботиться обо мне еще со времен колледжа. Тогда она почему-то решила, что я – маленькая, нуждающаяся в защите малышка, а она – мой спаситель, который научит жизни.
В общем, примерно так все и осталось. Но я люблю эту женщину.
Закончив работу, я перекусываю сэндвичем в кафе рядом с работой, и в 19.00 я уже у Stells.
Stells – это концертная площадка, популярная в нашем городе. До сегодняшнего дня я никогда не была там. Что ж, это упущение мы сегодня исправим. И концерт The Words – отличный повод.
– Эй, привет – раздается за мной звонкий голос, в котором я узнаю свою подругу. Рокс налетает на меня с объятиями и со всей силы сжимает мои ребра.
– Отличный наряд, – оценивает она мой вид.
– Ты тоже шикарно выглядишь.
Роксана сегодня – леди в стиле рок. На ней огромная футболка с принтом Guns&Roses, черные джинсы, и несколько чокеров на шее. Волосы она собрала в хвост, оставив пару прядей.
– Пойдем.
Мы встаем в очередь на вход. Спустя пятнадцать минут – мы внутри. В зале большая сцена, и народ уже начинает скапливаться на танцполе. Поодаль от сцены, в противоположном углу, я замечаю бар, где продают напитки.
Мы двигаемся туда и занимаем очередь.
– Тут вроде прикольно, – говорю я, оглядываясь.
Народ постепенно прибавляется и я понимаю, что сегодня здесь будет полно людей. Конечно, большинство – девушки.
Музыку The Words и Мэтта Брайена обожают именно девушки, и, как я знаю, у него полно сумасшедших фанаток.
Но и парни тут есть. Я так понимаю, что в основном те, кто пришел со своими вторыми половинками.
Смотрю на одного мужчину, который словно не отсюда, за его руку цепляется миниатюрная брюнетка, и когда я перевожу взгляд на нее, то узнаю свою преподавательницу Элис.
– Эй, привет! – машу я ей.
– Воу, Рия, не ожидала тебя тут встретить сегодня! Знакомься, это мой муж Тим, – она кивает на своего угрюмого спутника, – Он не то чтобы в настроении, – тише добавляет она, наклоняясь ко мне.
– Эй, Рокс, – тыкаю я в спину подругу, – познакомься, это Элис и ее муж Тим.
Роксана одаривает новых знакомых лучезарной улыбкой и сразу же лезет обниматься к Элис.
–О, Рия мне много про тебя рассказывала. Ты та самая женщина, которая заставляет ее кричать, – заговорщически улыбается она.
Мы вместе смеемся над этой дурацкой шуткой.
– Вы здесь с кем-то? – спрашивает Элис.
– Нет, мы вдвоем.
– Тогда составьте нам компанию.
– С радостью, – отвечает за меня Рокс, и мы медленно двигаем в толпу.
Через пятнадцать минут фоновая музыка отключается, и зал начинается громко хлопать, приглашая музыкантов на сцену, я заряжаюсь этой энергией толпы и изо всех сил бью ладонями друг об друга.
Весь свет заглушается и из глубины сцены раздаются первые аккорды.
И у меня бегут мурашки.
Блин, какое же классное ощущение.
Под красивый гитарный риф на сцену выходят музыканты, и из микрофона льется красивый мужской голос. Толпа просто ревет, узнав самый популярный хит группы.
Мы стоим довольно далеко от сцены, я не особо вглядываюсь в то, что происходит на ней, а просто отдаюсь ощущениям.
Мы с Рокс танцуем, раскачиваемся, поем вместе.
Первая песня заканчивается, и солист обращается к толпе:
– Ну что, народ, я счастлив сегодня выступать здесь, с вами, в своем родном городе, давайте зажжем.
И следующие полтора часа проходят в чистом кайфе: энергия музыки, толпы, удовольствие от громкого звука – все это заводит меня.
Я подпеваю тем песням, которые знаю. Рокс танцует и поет. Элис тоже. Даже ее угрюмый муж – и то начинает улыбаться.
Я в полном восторге – двигаюсь в такт, наслаждаюсь каждым музыкальным инструментом, который могу расслышать, кайфую от голоса солиста – он глубокий, чистый, с небольшой хрипотцой. Он поет свободно и легко, будто просто проживает каждое слово.
Кайфую от текстов песен – и теперь понимаю, почему у группы так много фанаток-женщин, у них такие чувственные тексты о любви. Конечно, нам это нравится.
Поэтому когда в толпе я слышу: “О боже, Мэтт просто шикарен!” – я не удивлена.
В этот образ легко влюбиться. И сложен он неплохо. Я не вижу его вблизи, но думаю, что он вполне симпатичный молодой человек.
И когда звучат последние аккорды песни, которую группа исполнила на бис – зал взрывается, а мы с Рокс и Элис обнимаемся в порыве.
Спустя пару минут, когда мы с Рокс начинаем двигаться в сторону выхода, Элис останавливает нас.
– Эй, девчонки, не хотите с нами на вечеринку-афтерпати? Там будет группа и ближайший круг знакомых.
Я удивленно смотрю на Элис.
– А откуда вы знаете группу? – начинаю я.
– Ой, – улыбается она, – я разве не сказала? Тима сюда притащила не я. Барабанщик – его давний друг, еще со школы. Поэтому мы немного знакомы. Думаю никто не обидится, если я приглашу вас. Это не прям супер-закрытая вечеринка. Все будет происходить там, – она кивает в угол зала, где я замечаю темную винтовую лестницу, она закрыта перегородкой, – на втором этаже.
– На самом деле, не думаю, что это хорошая идея, – начинаю я, но не успеваю придумать отговорку, как Роксана взрывается чуть ли не визгом.
– Офигеть! Конечно, мы пойдем, – она обнимает Элис и следом Тима, – Вы, ребята, уже мои лучшие друзья!
Я смотрю на Рокс осуждающим взглядом, но ей все равно.
– Ты уверена, что это удобно? – спрашиваю я у Элис, все еще надеясь отвертеться. Потому что прийти и тусоваться на концерте – это одно, а вот идти на закрытую вечеринку, где ты почти никого не знаешь, – это явно перебор.
– Конечно, – отвечает мне на этот раз Тим, – никто не будет против того, что я и моя жена приведем друзей. Поверь, если ты переживаешь о группе, они вас могут даже не заметить, – он закатывает глаза, – Ну знаешь, популярность… Она иногда кружит голову.
Согласившись со всеми уговорами, я топаю за ребятами вверх по лестнице. Тут не очень большое помещение: бар и небольшие круглые столики.
Мы занимаем один из них, заказываем пару напитков у официанта. Постепенно сюда поднимаются люди, кто-то подходит здороваться с Тимом и Элис, они перекидываются парой слов, как старые знакомые.
И я бы не сказала, что само мероприятие выглядит весело. Но мы с ребятами болтаем. Рокс жалуется на своего парня, который не захотел идти с ней на концерт.
– Эй, диджей, включай музыку! Что за тухлая вечеринка? – громко раздается сзади меня.
Я резко оборачиваюсь и вижу парня, который стоит в двери служебного входа и держит дверь. По одежде я узнаю в нем барабанщика группы. Он обводит взглядом зал и встречается глазами с Тимом.
– О, вот ты где!
Он подходит к нам:
– Здравствуйте, дамы – тянет он, – друзья Тима – мои друзья. Добро пожаловать на это скромное пати, – затем он снова повышает голос и кричит в сторону, – Ну где же музыка?
Тим встает, обнимает друга.
– Девчонки, это Кевин.
– Нууу, я вообще-то хотел представиться самостоятельно, – он тянется к Рокс и галантно целует ее руку, затем проделывает тот же трюк со мной.
– Меня зовут Роксана, а это Рия.
– И тебе лучше не распускать слюни, Кевин. Они заняты, – добавляет Элис.
Он разочарованно вздыхает, будто у него из под носа увели мороженое.
– Вообще-то, занята только я, – начинает Рокс и толкает меня локтем в бок. – Рия вот – абсолютно свободная женщина.
Я хочу убить ее за это. Серьезно.
Но, слава богам, Кевин не слишком заостряет на этом внимание.
В этот момент к нашему столику подходят еще несколько парней.
– О, наконец-то! – тянет Кевин. – Позвольте представить вам: это Тэд – наш басист, – он указывает на не очень высокого парня в красном худи. – А Мэтта, вроде как, все знают, – он указывает на второго парня в белой рубашке и черных брюках.
Он, очевидно, переоделся: на сцене он был в черной футболке. Я поднимаю взгляд, чтобы рассмотреть, наконец, его лицо.
И у меня широко открывается рот.
Черт.
Это лицо я знаю.
Это парень, который пытался вчера снять меня в баре.
– Привет, – протягивает он, впившись в меня взглядом и оголив зубы в улыбке.
Глава 3
Это же шутка, правда? Как может быть, что парень из неприметного бара – это и есть Мэтт Брайен? Это же бред.
Вся компания продолжает переговариваться, но я их не слышу, потому что в ушах звенит.
Я смотрю на лицо Мэтта, и у меня нарастает паника.
Я не знаю, что делать. Мне надо срочно убраться отсюда.
Господи, популярный музыкант Мэтт Брайен оказался человеком, который пытался снять девушку в захудалом баре.
Пытался снять меня.
Я была уверена, что никогда больше не пересекусь с тем типом, и вот он – смотрит на меня с прищуром и самодовольно улыбается.
Наглец!
Все начинают тесниться за столом. Парень, которого назвали Тэдом, садится рядом с Тимом и Элис, напротив нас. Они подвигаются, Мэтт Брайен садится рядом с ними. Его взгляд все еще упорно следует за мной.
Я, наверно, уже выгляжу странно, потому что меня за рукав тянет Роксана, прося подвинуться. Рядом со мной и Рокс садится Кевин.
– Так… что за новые подруги Тима и Элис? – раздается голос Тэда.
– Я занимаюсь с Рией вокалом, мы встретились сегодня тут, – объясняет Элис, указывая на меня, – а Роксана – подруга Рии. Мы только познакомились.
– Ну, добро пожаловать на нашу скромную вечеринку, – отвечает Тэд, а я все также не могу отвести взгляд от Мэтта. Жду, когда он заговорит и раскроет нашу вчерашнюю встречу.
Он уже не смотрит на меня. И, вообще, выглядит откровенно скучающим: лениво осматривает помещение, теребит манжеты.
В своей кипельно-белой рубашке он резко выделяется среди нашей компании и, очевидно, притягивает взгляды окружающих. Замечаю, что с противоположного столика ему машет девушка, и он с очень скупой улыбкой кивает ей в ответ.
– Мы вообще любим, когда кто-то приводит свободных подруг, – улыбается Тэд нам Роксаной.
– Да меня уже огорчили, – отвечает ему Кевин, – что эти дамы не совсем свободны.
Все сопровождается смехом: сомневаюсь, что им действительно интересно за нами приударить – скорее, у них такая манера общения.
– Ну, точнее, я занята, – раздается голос Рокс.
И они с Элис вместе, как будто репетировали эту реплику, продолжают вместе:
– А вот Рия совершенно свободна.
Блин, я убью ее. Честно, если после этого вечера кто-то найдет труп моей подруги – то это я. Суд меня оправдает.
– А может, она сама будет говорить за себя. – раздается резкий ответ. Сначала я даже не могу понять, откуда он. Но заметив, что все повернулись в сторону в сторону вокалиста, понимаю – это был он.
– Что? – поворачивается Мэтт Брайен с жестким смешком. – У нее же есть голос. Может сама высказаться, свободна она или нет. Правда, Барби?
Козел!
– Да, спасибо, – резко смотрю на него, и надеюсь, что мой взгляд прожжет в нем дыру, – у меня хватит голоса на то, чтобы сказать “Нет”, если придется.
Замечаю легкую усмешку на его лице, и он отворачивается.
Разговор за столиком меняет тему, но я не могу за ним уследить. Все мои мысли о том, как побыстрее свалить отсюда. Бросаю на Роксану немые взгляды, намекающие на то, что я хочу уйти, но она поглощена общением и не реагирует на меня.
А я не могу оставаться здесь! Откуда я знаю, вдруг ему сейчас приспичит раскрыть нашу вчерашнюю встречу и выставить меня в ужасном свете?
Хотя, если быть объективной: это же он повел себя как мудак, приставая к незнакомой девушке. Сейчас, он выглядит совершенно незаинтересованным происходящим. Держится отстраненно и почти не участвует в разговоре: только коротко отвечает на вопросы, адресованные лично ему.
Я украдкой рассматриваю его и понимаю: как мужчина он довольно привлекателен. Обидно, что именно придуркам достается внешняя красота. Острая линия подбородка, растрепанные волосы, манера держаться. Есть в нем что-то такое, что притягивает мой взгляд: небрежные, но словно грациозные движения и то, как губы складываются в скупую улыбку.
Его определенно можно назвать красивым. Хотя, наверно, это норма популярного музыканта. Будь он заурядным среднячком – не завоевал бы свою популярность.
Рассматривая его лицо в очередной раз, осознаю одну мысль: а что если он вовсе не помнит о вчерашней встрече и не узнал меня? А то, с чего бы ему молчать?
Это было бы идеально.
– Рия, а ты кем работаешь? – задает мне неожиданный вопрос Кевин – тоже как-то связана с музыкой?
– Я? Нет… – неуверенно отвечаю – я работаю в одной мебельной фабрике, занимаюсь их социальными сетями.
– На самом деле, Рие не очень нравится эта работа, она скучная, – резко врывается Роксана.
– Не правда, – отвечаю я, – она нормальная. Просто не всегда интересно читать и писать про диваны.
– А помнишь, ты рассказывала историю про клиента, который возмущался из-за того, что диван не подошел ему для секса? – Роксана смеется, привлекая внимание к этой истории.
Черт. Почему я вообще с ней дружу?
Она так и продолжает ставить меня в неловкие ситуации.
– Правда? – спрашивает Тэд, – и что же конкретно ему не понравилось?
– Это тупая история, – пытаюсь съехать с темы, но все внимание внимание приковано ко мне. Даже Мэтт Брайен слегка развернулся в мою сторону.
– Да ладно, расскажи – улыбается Элис.
Закатываю глаза. Ладно. Придется все же ответить.
– Материал. – тихо и неуверенно отзываюсь я, – Жесткий материал, об который его партнерша стерла все колени.
Чувствую, как вся заливаюсь румянцем.
Такие разговоры не мой конек. Такие разговоры в незнакомой компании – вообще не мой конек. И завтра я собираюсь за это убить Рокс.
– После этого случая они даже добавили специальную страницу на сайте, о том, на какие характеристики обращать внимания при выборе дивана для этих дел, – добавляет Роксана.
Все смеются.
– Отлично, теперь у нас есть знакомый эксперт по диванам для секса, – весело протягивает Мэтт и опять смотрит прямо на меня.
И это тот самый внимательный пожирающий взгляд, который я видела вчера в баре, он как острой бритвой проходится по моей коже.
– На самом деле, любой диван подойдет, главное найти к нему подход, – говорю я и толкаю Рокс в бок, – пойдем сходим в туалет.
Кевин выпускает нас из-за стола, пока вся компания упорно продолжает ржать над этой историей.
– Обычно проблема в том, чтобы найти подход к партнеру, а не к дивану.
– Но хорошо, что у нас этой проблемы нет, – слышу голос Мэтта и закатываю глаза, быстро топая в сторону уборной.
Какой же самоуверенный идиот.
– Давай уедем, – прямо говорю Рокс.
– С чего вдруг?
– Мне не нравится эта компания. Это странно, мы ничего о них не знаем.
– И что? – недоуменно спрашивает, – Рия, нельзя все время сидеть в коконе. Ты ведь знаешь Элис. И вообще, по-моему они нормальные ребята.
Разочарованно рычу и понимаю, что просто так Рокс не сдастся. Она полностью в своей тарелке, к тому же: такой шанс потусить с популярной группой.
– Ладно, помнишь, я рассказывала про парня, который пытался снять меня в баре? – лучше рассказать как есть, будет быстрее, – Это был Мэтт Брайен. Я узнала его сейчас.
– Да ладно… – глаза Рокс расширяются.
– Говорю тебе, это был он. Вчера в баре. И он узнал меня.
– Подожди-ка, ты говорила, что к тебе приставал какой-то мерзкий тип, а этот парень просто красавчик. Ты не перепутала?
Что? Причем здесь это вообще?
– Я не говорила, что он плохо выглядит. Я говорила, что он повел себя мерзко.
– Тем что пытался познакомиться с тобой? – Рокс удивленно бровь.
– Он не пытался познакомится со мной. Он даже не представился, а просто предложил мне…секс.
– Ну, значит, он весьма прямолинейно высказался, что ему нужно. Так даже лучше, чем когда они долго морочат тебе голову и делают вид, что пытаются узнать получше. Хотя, очевидно, что их интересует только одно.
Она не понимает. Серьезно. Просто не понимает. Она более свободных нравов, и для нее разговоры о сексе – это норма. Для меня же даже невинная шутка про диваны была выходом из зоны комфорта. И сама мысль, что какой-то идиот пытался предложить мне просто секс, – оскорбительна. И теперь еще более оскорбительно находиться с ним в одном помещении.
– Тебе так сильно не нравится эта компания, и ты хочешь уйти? – серьезно спрашивает Рокси.
– Мне не нравится только Мэтт Брайен.
– Тогда просто не обращай на него внимание. Ты же не трусиха, чтобы убегать. И ты имеешь полное право общаться с кем хочешь. Пусть ему будет неудобно, – она пожимает плечами.
Я понимаю, что она в чем-то права. Я не хочу быть трусихой. Тем более если я сейчас сбегу, он наверняка поймет, почему я ушла. Поэтому нет – я не доставлю ему такого удовольствия.
– Хорошо. Давай останемся. Но если он будет пытаться еще раз…если ты понимаешь, о чем я… то мы уйдем.
– Ты уже отшила его раз, отошьешь еще раз – легко говорит Рокс, поправляя помаду, – вообще, это даже забавно, не многие могут похвастаться тем, что дали отворот популярному певцу.
Когда мы возвращаемся к столику, все уже разбрелись по разным углам. Тим, Тэд и Брайен зависли возле бара. В зале, наконец, заиграла музыка, не так громко, как если бы это был танцевальный клуб, но достаточно, чтобы стало не так неловко. Мы с Рокс возвращаемся к нашему столику под популярный хит Nirvana. Элис и Кевин болтают вдвоем, и мы присоединяемся к ним.
Кевин оказывается очень приятным парнем. С ним легко общаться. Мы немного болтаем о всякой ерунде, а спустя время к нам возвращается Тим. А Рокс, наоборот, отходит к бару и болтает тет-а-тет с Тэдом. Мне не хочется, чтобы она меня оставляла, но с Элис и Тимом я чувствую себя достаточно уверенно, чтобы дать Рокс немного свободы от моей дружбы на этот вечер.
Тим рассказывает, что они с Кевином знакомы еще со школы. И Элис он встретил именно благодаря ему: та училась в музыкальной академии, а Кевин ухаживал за ее подругой-скрипачкой.
– Правда они с Дженной быстро разошлись, а мы вот, уже 5 лет вместе и поженились два года назад, – говорит Тим. И я улыбаюсь. Они с Элис такая милая пара!
Тим, кстати, никак не связан связан – он программист. Но кажется, ему все равно легко и комфортно в этой компании.
Я же чувствую себя не в своей тарелке. Как будто мне тут не место.
– Так ты, Рия, занимаешься с Элис вокалом? – спрашивает у меня Кевин.
– Да, хожу уже полгода, наверное, может, чуть больше.
– Просто для себя или у тебя особые цели?
– Нет, просто мне нравится петь в душе, – улыбаюсь я, – решила, что не стоит издеваться над соседями. И надо научиться делать это хотя бы немного правильно. Но у меня, честно говоря, не супер голос.
– Да ладно, ты прибедняешься! – Элис пинает меня ногой под столом – У тебя отличный прогресс.
Вообще, она права – прогресс у меня есть. Я записывала видео на первом занятии, и мое “до” было ужасно. Я не попадала ни в одну ноту. Сейчас стало лучше, но до уровня, который бы меня устраивал, еще далеко.
– На самом деле люди, которые занимаются музыкой как хобби, а не работают в ней, намного приятнее самих музыкантов, – говорит Кевин и с улыбкой внимательно смотрит на меня.
– Возможно, мне сложно судить. Единственный человек, связанный с музыкой, которого я хорошо знаю, – это Элис. И она замечательная.
– Уууу, – тянет Элис с улыбкой – спасибо!
– Ну поверь мне, я знаю многих, – отвечает Кевин, – да и мы сами, – он кивает в сторону Тэда и Мэтта Брайена, – не самые приятные личности.
– По-моему, кто-то напрашивается на комплимент, – смеется Тим.
– О, вы же знаете Кевина. Из нас троих, именно он хочет казаться хорошим, – раздается сзади голос, который я тут же узнаю.
Мэтт снова подходит к нам и опускает руки на плечи Кевина:
– Правда, солнышко? Ты уже попытался произвести приятное впечатление на незнакомую девушку?
– Ой, отвали, – пихает его Кевин, – кто-то же должен быть нормальным.
Мэтт обходит нас и садится напротив меня, рядом с Тимом.
Желание свалить поскорее домой, которое уже почти пропало во время разговора с Кевином, снова захлестнуло меня целиком.
Как можно раздражать просто своим присутствием? И почему он так абьюзит Кевина?
– Кстати, какие планы на день рождения этого “самого нормального”? – резко встревает Элис, обращаясь к Мэтту.
– Да какие планы… Просто вечеринка в баре, – он пожимает плечами и наклоняется к Тиму и Элис, – но у меня было пару идей насчет подарка, который он точно не забудет.
– Вот идиот, – ворчит Кевин, – если захочешь снова подарить мне “руководство по самоудовлетворению”, как в прошлом году, я тебя убью.
Все смеются, а я поворачиваюсь к барабанщику.
– Это у тебя день рождение?
– Да, через два дня. Кстати, я буду очень рад, если ты придешь.
Опять улыбка. И теперь я понимаю: мне не показалось. Он действительно проявляет ко мне внимание. Не как к другу школьных друзей. А как… к девушке?
– Не думаю, что это хорошая идея, – я пожимаю плечами, – мы только познакомились.
– Расслабься, Барби, мы не то чтобы разборчивы в связях.
Опять он.
Смотрит на меня с наглой и даже хищной улыбкой.
Я чувствую, как кровь приливает к лицу. Это не просто реплика. Это намек на то, что было вчера.
Кевин кидает в друга картошкой фри.
– Да ладно тебе, просто шучу, – Мэтт поднимается и машет нам, – еще увидимся.
Я провожаю его злым взглядом и надеюсь, что он почувствует все проклятья, которые я мысленно ему посылаю.
– Ну, если честно, мне действительно будет приятно, если ты придешь, – поворачивается Кевин, – а то там опять будут одни музыканты. Такая тухлая вечеринка.
– Я правда не могу, – говорю я, чуть сжав плечи, – прости, мне нужно отойти.
Я собираюсь найти Рокси. Уже половина второго ночи, и я думаю, что нам уже пора. Хотелось бы еще добраться домой без приключений.
Рокс сегодня должна остаться у меня. Она предупредила Марка, что у нас планируется девчачья ночь. Так что я собираюсь найти ее и оттащить домой.
Нахожу ее у бара. Все так же в компании Тэда, и они жарко обсуждают что-то. Но я не могу разобрать, о чем речь.
– Рокс, по-моему, нам уже пора, – трогаю ее за плечо.
Подруга поворачивается ко мне и неожиданно быстро соглашается.
– Да, хорошо. Дай две минутки, я докажу этому упрямому человеку, что его мнение – абсолютная лажа. Вызывай пока такси.
Я хмурюсь, но захожу в Убер, вызывая машину.
Машу Рокс в сторону выхода, чтобы она знала, где меня искать.
– Тебе, дорогуша, понадобилось бы больше двух минут. Но я сделаю тебе скидку, потому что тебя ждет подруга, и притворюсь, что ты меня убедила, – отвечает Тед.
Я уже отхожу и не слышу, что происходит дальше. Слежу по приложению, за приближающейся желтой машиной, спускаюсь в первый зал и выхожу на улицу.
– Опять ты, Барби, – раздается рядом.
И я вижу, что у стены, облокотившись на нее одним плечом, стоит солист группы. Меня тут же накрывает желание сбежать. Но я борюсь с ним, убеждая себя, что не трусиха и он ничего мне не сделает.
– Ты хотя бы мог попытаться запомнить мое имя, – с раздражением говорю я.
– Зачем? Мне вполне удобно называть тебя Барби, – лениво окидывает меня взглядом, – к тому же, твой наряд вполне соответствует.
– Мне не нравится. Я не хочу, чтобы меня так называли, – я выпрямляю плечи и смотрю ему глаза, стараясь выглядеть уверенно, чтобы он понял, что с моим мнением надо считаться.
Он отталкивается от стены и подходит ближе, отчего у меня перехватывает дыхание, и я немного сжимаюсь.
– Что ж, жаль, что мы не всегда получаем то, что хотим, – последнее слово он медленно тянет.
Я вдруг понимаю, что он стоит чересчур близко. Хочу сделать шаг назад, но не могу пошевелиться. Мэтт Брайен осматривает меня своим острым взглядом. Я могу разглядеть, что глаза у него карие, но очень темные.
Меня окутывает его запах – что-то терпкое, древесное, с нотками табака.
Обычно я не люблю запах табака, но этот звучит вполне приятно. Хочется вдохнуть еще.
Медленно осознаю, что у меня замедляется дыхание, и я дышу глубже. Его глаза внимательно следят за мной. Замечают.
Ох ты ж черт.
Все-таки заставляю себя отступить. В этот момент открывается дверь, и на улицу выглядывает Роксана.
В кои-то веки я готова благодарить высшие силы за то, что она так вовремя.
– Воу, привет! – она осматривает нас, – что там с такси ?
Я смотрю в телефон и вижу, что такси уже на месте. И правда, рядом стоит машина. Я даже не заметила, как она подъехала.
Машу на нее рукой:
– Вот.
– Супер, – бросает она. Мы направляемся к автомобилю.
– Было приятно познакомиться! – кричит Роксана Мэтту. – отличный концерт и вечеринка!
Он делает несколько быстрых шагов в сторону машины, и открывает дверь. Роксана забирается на заднее сидение первая, я сажусь следом.
– Хорошей ночи, – говорит Мэтт и закрывает дверь.
– Все в порядке? – Рокс обеспокоенно вглядывается в мое лицо.
– Да – да, – я киваю, сама не понимая, что это вообще только что было. Почему я так странно отреагировала?
Глава 4
Следующие два дня проходят как обычно, хожу на работу, захожу в любимое кафе, за исключением одного: не перестаю думать о том вечере после концерта и странном моменте на улице с Мэттом Брайеном. И все еще не могу поверить, что популярный музыкант пытался подкатить ко мне в баре.
На самом деле, моя жизнь довольно размеренна и скучна: дом, работа, занятия с Элис, поездки к маме. У меня узкий круг общения, поэтому вся эта история – поход на концерт и знакомство с группой – словно гром среди ясного неба моей спокойной жизни.
Через пару дней после той вечеринки мне приходит сообщение с незнакомого номера:
Неизвестный: Рия, привет! Все еще буду очень рад, если ты придешь на мой день рождения сегодня вечером. Бар Лампочка. Сбор в 20.00. Кевин.
P. S. твой номер дала мне Элис.
Пишу Элис:
Рия: Ты дала мой номер Кевину?
Элис: Да, ты же не обижаешься? Он правда хороший парень. Попробуй пообщаться с ним. Это ни к чему не обязывает.
Следом приходит еще одно ее сообщение:
Элис: Он пригласил тебя на день рождение? Давай встретимся и придем вместе, чтобы тебе было спокойнее?
Ох, оказывается, Элис еще более бойкая, чем Рокс.
Да, я немного трусиха. И с трудом схожусь с людьми, именно поэтому мне хочется отказаться. Но, с другой стороны, мне действительно нравятся Элис и Тим. Да и Кевин вроде приятный парень. Почему бы и нет?
Конечно, мысль о том, что там будет Мэтт Брайен, немного портит настроение. Но, я переживу его присутствие. Не такая уж я и трусиха.
Решив, что иду, пишу Элис:
Рия: Хорошо, где и во сколько встретимся?
И тут же отвечаю Кевину:
Рия: Я приду, до вечера.
В этот момент понимаю, раз у человека день рождения, то нужен подарок. Черт, это все усложняет.
Что дарят в таком случае?
Вспоминаю обрывки разговора Тима и Кевина тем вечером, и он наталкивает меня на одну мысль.
Вечером я встречаюсь с Элис и Тимом недалеко от бара Лампочка, и мы вместе направляемся туда.
– А это тот же бар, где был концерт нашей школы? – спрашиваю я Элис.
– Да, Лампочка теперь принадлежит Мэтту Брайену, насколько я понимаю. Поэтому мы и договорились провести концерт там.
– Аааа, – киваю я. Теперь понятно, как мы могли встретиться, – так вот, что он там делал.
– Разве он там был? – спрашивает Элис.
Неужели она его не заметила?
– Да, я видела его там после выступлений. Просто не поняла, кто это. А когда мы встретились после концерта, узнала.
Больше говорить не буду, пожалуй.
– Это редкость, на самом деле, – отвечает Тим, – у бара есть менеджер. Мэтт бывает там крайне редко, да и вообще они все больше времени проводят в Лондоне.
Я пожимаю плечами. Что ж, очевидно, мне повезло. Хотя врядли это можно назвать везением.
Мы заходим внутрь – там уже собралось много людей. Незнакомцев. Я не успеваю осмотреться, как нас почти у входа встречает сам виновник торжества.
Кевин улыбается. Он хорошо выглядит: на нем ярко-синий свитшот с надписью “сегодня лучший день”.
– Привет, ребята. Рия, очень рад, что ты пришла!
– С днем рождения, – улыбаюсь ему.
– Да, с днем рождения, братан, – хлопает его по спине Тим, и они с Элис продвигаются в центр зала.
Мы с Кевином остаемся наедине.
Наверное, нужно вручить ему подарок. Я тянусь к сумочке.
– Я не знала, что тебе подарить.
– Ты не обязана была что-то дарить. Твоего присутствия было бы достаточно.
Замираю на мгновение. Он что флиртует со мной?
Ох, черт. Я совсем не сильна в этом.
– Ну… я правда не могла прийти без подарка, – достаю из сумки коробку и протягиваю ему, – вот, я слышала, вы с Тимом обсуждали, что ты любишь Властелина Колец, поэтому я нашла подарочное издание трилогии. Надеюсь, у тебя такого еще нет.
Он берет книгу.
– Ух ты. Обычно мне все дарят барабанные палочки.
– Ну это было бы странно, думаю их у тебя в достаточном количестве.
– Ты очень хорошо выглядишь, – резко выпаливает Кевин, снова застав меня врасплох. Его взгляд мягко скользит по мне.
Я сегодня надела двухслойное темно-зеленое платье ниже колена. Снизу полиэстеровый слой, сверху – шифоновая сетка, небольшая асимметричная сборка в районе талии, среднее декольте. На шее – короткий чокер из жемчуга с сердечком. Волосы я с утра уложила мягкими волнами. Я выгляжу достаточно скромно, но, как мне самой кажется, элегантно.
– Спасибо, ты тоже, – стараюсь звучать ровно. Но мне действительно неловко.
Кевин – хороший парень, но все это настолько для меня непривычно. Я была вне этой «игры» уже несколько лет.
– Ну проходи. Мы как раз собирались немного поиграть. Осталось дождаться Мэтта.
– А чего меня ждать? – раздается за нами громкий голос. Я даже спиной чувствую его появление.
Кажется, он не умеет появляться не эффектно.
– С днем рождения, чувак.
Мэтт дает пять Кевину, обнимает его и только после этого оборачивается на меня.
– О, опять ты! Сегодня уже не Барби.
Его глаза быстро и колко окидывают меня, и я почему-то опять чувствую будто съеживаюсь.
Бросаю на него недовольный взгляд, не удосуживаясь с ответом. Он не достоин больше моих эмоций.
– Будь повежливее. У нее есть имя, – Кевин толкает друга локтем в бок.
– Ладно-ладно, – он смеется. – Привет, Рия, – демонстративно он улыбается мне и тянет каждую букву имени, – видишь, я, помню, как тебя зовут.
– Удивлена. Я уж подумала, что ты придумаешь мне новое прозвище, раз Барби уже неактуально.
Он наклоняется ко мне, и меня обдает его дыханием, когда он говорит не так громко, как раньше:
– А я не говорил, что не придумаю.
После Мэтт отходит от нас. А я опять перевожу дыхание, смотря ему вслед.
Да что со мной такое? Почему каждый раз, когда он оказывается рядом, мой разум будто битой вырубает?
– Я пойду… найду Элис и Тима.
Продвигаюсь внутрь бара, вижу неразлучную парочку за одним из столиков, сажусь рядом.
В этот момент на ту маленькую сцену, где меньше недели назад я пережила крах, врывается Мэтт и говорит:
– Всем хай! Мы тут все собрались, чтобы поздравить нашего обожаемого Кевина с его 25–летием. Иди сюда, друг!
Кевин выходит и становится рядом с ним. К ним сбоку присоединяется Тэд.
– Если ты ждешь проникновенной речи в честь твоего дня – то ты ошибся, – Мэтт смеется, толкает его в плечо кулаком и обнимает.
Тэд тоже заключает их обоих в объятия.
– Если вы думали, что тут будет веселая вечеринка, то тоже ошиблись. Мы же музыканты – мы больше нихрена не умеем. Поэтому сейчас просто немного поиграем и споем. И нет, даже не думайте, мы не будем петь наши песни. Сегодня тут зона свободная от The Words.
И тогда Тэд, который обычно играет на басу, берет обычную гитару и начинает наигрывать известное вступление из Nothing Else Matters4.
– Ну ладно, давай начнем с этой, – говорит Мэтт, берет свою гитару и вступает с вокальной партией. Кевин садится за барабаны и тоже начинает играть.
И я действительно залюбовалась.
На их настоящем концерте, я не особо смотрела. Просто жила в своих эмоциях и ощущениях. Сейчас же, я наблюдаю. Они играют как один механизм. Живой механизм. Они не исполняют партии идеально, но живут в нотах, которые играют. Когда Мэтт начинает импровизировать в словах – ребята подыгрывают ему.
После они исполняют популярные песни Нирваны, Битлов, Ролинг Стоунс. Все в зале танцуют, подпевают и просто наслаждаются атмосферой.
И я тоже. Внезапно я понимаю, что мне здесь, действительно, нравится. И я рада, что решилась прийти.
В отличие от других я не танцую. Нет, это было бы слишком. Но мне по-настоящему приятно сидеть за столиком, слушать музыку и наслаждаться атмосферой свободы. Я даже выпила пару коктейлей, и они немного расслабили меня.
И все эти звуки, ноты проникают под кожу, куда-то в район грудной клетки. И даже голос Мэтта Брайена тоже будто стремится внутрь моей сути. Я замечаю, что покрываюсь мурашками, когда он берет особенно красивую ноту.
Предпочитаю не думать об этом. Потому что он может быть очень крутым вокалистом, но это не отменяет того факта, что он – полный идиот. И я ненавижу его за мерзкие намеки.
Спустя какое-то время, Мэтт предлагает Элис занять его место на сцене и исполнить что-то с женским вокалом. И Элис так же круто звучит вместе с ребятами.
Тим пошел ближе к сцене. Выпив куда больше алкоголя, чем я, он сегодня невероятно весел и танцует в первых рядах.
Я на какое-то время остаюсь одна за столиком, наблюдаю за Элис, когда напротив вальяжно, будто он здесь король мира, садится Мэтт.
Да, одиночество казалось куда более приятной перспективой, чем опять терпеть его присутствие.
Сегодня он не такой претенциозный, как был после концерта в своей идеально белой рубашке. Сейчас он в простой черной футболке, но он все равно притягивает внимание.
Я окидываю его недовольным взглядом.
– Опять скучаешь? – спрашивает он.
– А ты считаешь, что в состоянии меня развеселить?
Уголок его губ поднимается, а глаза прищуриваются.
– Наверняка. Но у меня нет такой цели.
– А зачем тогда пришел? Решил порадовать новым прозвищем?
– А ты, значит, ждешь? – он облокачивается на диван в вальяжном жесте, в его голосе – улыбка.
Я, кажется, корчу недовольное лицо. Понимаю, что он просто играет со мной. И именно это раздражает меня до чертиков.
– Сегодня ты похожа Русалочку, – игриво тянет он, – но не думаю, что это прозвище тебе подойдет. Так что, я оставлю за собой еще время подумать.
– Не утруждайся, – тяну свою Пина-Коладу из трубочки и демонстративно отворачиваюсь от него.
И все равно, будто всей кожей ощущаю, что он наблюдает за мной.
Черт, вот что ему надо? Я же уже отказала ему. Почему такое чувство, что он воплощение демона-искусителя?
И почему мое тело так странно реагирует на его присутствие? Опять перехватывает дыхание. Чувствую себя раздетой под его взглядом и ненавижу его за это еще сильнее.
Может кому-то и нравятся эти томные взгляды и сомнительного рода предложения – но точно не мне.
– Мне, серьезно, не очень нравится твоя компания, – говорю я и собираюсь встать, чтобы отойти от него. Но Мэтт резко подскакивает со своего места и касается моего предплечья, задерживая меня на месте. Ощущение его теплой ладони даже сквозь ткань платья обжигает. Я как зачарованная не могу произнести ни слова.
– Ты такая забавная, врунишка, – он наклоняется ближе к моему лицу, – но не утруждайся, – возвращает он мне мою же фразу, – я уйду сам.
Он отпускает меня, и вальяжно идет в сторону сцены.
Да что же это такое? Я оседаю обратно на стул, чувствуя, что со мной явно что-то не так. Мысли сбились в кучу, а ощущения в теле сливаются в беспорядочную какофонию.
Что там было в этой Пина-Коладе?
В этот момент Элис и ребята заканчивают очередную песню, и Тэд бросает гитару со словами:
– Все, хватит петь, давайте пить!
– О, истина! – слышится голос Мэтта откуда-то из глубины. И все разбредаются кто куда.
Тим и Элис возвращаются ко мне, и вскоре к нам присоединяется Кевин и – к моему неудовольствию – их лидер группы.
– Не знал, что ты пьешь, поэтому принес тебе Маргариту, – Кевин ставит рядом со мной бокал. У него самого, как и у Мэтта, в руках было по стаканчику рокса с чем-то похожим на виски.
– Спасибо, – протягиваю я, и про себя отмечаю, что должна пить этот коктейль чертовски долго. Потому что очевидно, алкоголь влияет на меня странно: место, где Мэтт Брайен дотронулся до моей руки, до сих пор покалывает.
Остаток вечера мы провели в диалоге с Элис и Кевином. С Элис я обсуждала будущие планы на наши занятия. А Кевин, когда никто не отвлекал его поздравлениями, и прочей ерундой, закидывал меня вопросами обо всем. Какие у меня хобби, где я училась, какие фильмы мне нравятся.
Это казалось странным: я отвечала, но немногословно. Кевин создавал впечатление хорошего парня – в отличие от Мэтта Брайена. Такого, кому действительно интересна девушка, а не то, что она может ему предложить в физическом плане.
Но мне все равно казалось это неправильно.
Мэтт почти участвовал в разговоре, за что ему спасибо. Терпеть его без его странных непристойных шуток и комментариев гораздо легче, хотя я все еще предательски съеживаюсь, когда ловлю на себе его немногочисленные взгляды. Они вызывают противоречивые чувства в моем пьяном мозгу. Я полностью ненавижу это, но каким-то частичкам моего тела как будто даже это нравится.
Господи, Рия, ты отвратительна!
Уже после полуночи я решаю, что пора уходить. Хочу сообщить об этом Тиму и Элис, но нигде не нахожу их глазами. Кевин тоже отошел – болтает с кем-то из своих знакомых. Зато Мэтт Брайен все еще здесь: сидит с максимально скучающим видом. Не понимаю, чего он сидит весь вечер тут? Он же лидер группы, звезда любой вечеринки – почему не отрывается в громкой компании, как Тэд, например. Того я уже несколько раз видела в окружении трех громко хохочущих девушек, пьющих вместе текилу. И, кажется, с ключицы одной из них он слизывал соль.
Вот Мэтт Брайен мог вполне быть там же. Это вполне в его духе. Но нет, он упорно мозолит глаза мне.
Я достаю телефон и утыкаюсь в него, делая вид, что занята. Проверяю свой не особо популярный блог в Instagram5: новых сообщений и комментариев нет. Просматриваю сториз знакомых. Ставлю пару лайков.
В общем, создаю иллюзию бурной деятельности, когда голос Мэтта прерывает мои архиважные дела