Хроники Моокрогга. Изнанка Тьмы. Том 3

Посвящается А.И.Р.

Примечания

ОСОБЕННОСТИ КАЛЕНДАРЯ

В году 360 дней.

Год начинается весной, 1 марта.

4 сезона по 3 месяца в каждом, итого 12 месяцев.

В каждом месяце 6 недель по 5 дней, итого 30 дней.

Официальных названий у дней недели нет.

Сутки длятся 24 часа.

Раз в 6 лет в каком-то из месяцев появляется «двойной день» — природно-магическая аномалия, когда сутки длятся 48 часов. Наступлению «двойного дня» предшествует лунное либо (куда реже) солнечное затмение.

КРАТКАЯ ХРОНОЛОГИЯ

Первая Война — 1-66 гг. Война Вечно Мертвого Адстьярьда и Вечно Живой Леерганы. Закончилась победой Стороны Тьмы, мир был практически уничтожен масштабным прорывом Хаоса.

Вторая война – 2140-2144 гг. Война орков против Южной Границы. Закончилась победой Юга.

Третья война —2597-2606 гг. Война орков против объединенных сил Восточной и Западной Границ. Закончилась победой эльфов и людей.

Четвертая война —2938 г. Война Восточной Границы против Северной. Восточным войскам и их союзникам удалось на какое-то время занять столицу Севера, последовавшая контратака северян закончилась полным истреблением сил захватчиков, включая наместника Восточной Границы.

Пятая война – 2939-2942 гг. Война древних кланов вампиров против Северной Границы. Закончилась победой Севера.

Шестая война – 2945 г. Завоевательный поход эльфов и квэнов против Северной Границы, т.н. «Война отступников». Запад признал протекторат Севера.

Седьмая война – 2963-2965 гг. Завоевательный поход орков против сил Южной и Северной Границ. Закончилась победой Юга и Севера.

Восьмая война – 2969-2971. Война Южной Границы против Восточной. Закончилась победой Юга.

Девятая война – 3000-3004 гг. Война Западной Границы против Южной. Закончилась подписанием мирного соглашения, Запад получил статус ассоциированного государства

Десятая война – 3117-3120 гг. Война Южной Границы против Северной. Закончилась подписанием мирного соглашения, Север получил статус ассоциированного государства.

Глава 1

Черные бархатистые крылья вспороли воздух. Испуганным воплем проводил стремительную тень припозднившийся житель Нагорки, стремглав кинулся прочь. Желтые глаза Иса прищурились – опершись на крестовину обнаженного меча, комиссар провожал взглядом ночь, обретшую крылья. Пусть ненадолго, но вновь забывшую о своих оковах.

– У этого мира еще есть шанс.

Сидящий прямо на земле Вилл-Орм провел указательным пальцем по браслету на левой руке, поймал в кулак подвеску — змея, обвивающая меч:

– Думаешь, мир воспользуется этим шансом?

– По крайней мере, попробует, – комиссар приветственно махнул рукой тени, зависшей над уступом и снова рванувшейся к звездам, будто в стремлении обогнать их далекий свет.

– Не всем это понравится.

– Иногда противоречия – залог прогресса.

– Некоторым удается их преодолеть. Во имя какой-нибудь великой цели.

– Союзы Триумвирата и Храма встречались и раньше.

– Мне можешь не рассказывать, – в зеленых глазах Вилл-Орма зажегся оранжевый огонек ярости.

Иса чуть наклонил голову, показывая, что понимает и разделяет чувства собеседника:

– Верховный прелат поклялся, что ничего не знает ни о гибели поггского дайна, ни о начатом расследовании. Официально никто этого проповедника сюда не отправлял. Как и ту группу, с которой столкнулся урожденный.

– Откуда тогда они взялись? И чье имя раскрыло храмовникам все двери от низовий до Гребня? Неужели кто-то из командоров наконец-то начал брать взятки?

– Мир к такому еще не готов, – усмехнулся Иса. – В низовьях мало патрулей, к тому же я уже отозвал всех, и оттуда и из верховий – ситуация на оборотной стороне Гребня сложная. Добраться в Дольц храмовникам удалось даже без подорожной. Та бумага, что они показали старосте Дольца, выглядела вполне убедительно. Вот только подписывал ее не прелат, а кто-то из Грифонов Храма. Формально рыцари-каратели могут отдавать такие приказы и даже подписывать документы, но обстоятельства должны быть соответствующими. Делом занялся Орден, у меня нет полномочий вмешиваться в их расследование.

– Дай угадаю: они ничего не найдут, – хмыкнул Змей. – Бумага окажется поддельной, а тот Грифон – самозванцем или давно отстраненным от орденских дел ренегатом.

– Не исключаю.

– Но если здесь и правда замешаны Грифоны…

– Мы будем готовы.

– По какой линии они добрались до Погга?

– Через перевал Диома. В другой ситуации я бы дорого спросил с Ньецца за оставленный пост, но сейчас… Опрометчиво терять еще кого-то из командоров.

– Комиссар Иса закрывает глаза на нарушение военного протокола?! – с гротескным ошеломлением прошептал Вилл-Орм. И добавил уже нормальным голосом. – Сделаю вид, что ничего не слышал. Иначе твоей репутации придет конец.

– Не с твоей репутацией пытаться разрушить мою, Змей.

– Что правда, то правда.

– Ты должен поговорить с Горрооном.

– И о чем нам, по-твоему, говорить?

– Думаю, одна тема найдется, – хмыкнул Иса. – Орм, чего ты боишься?

– Боюсь? Чего бояться мертвому? – пожал плечами адепт.

– Того, что он снова оживет, – раздался ехидный голос.

– Земес, не думал, что ты так скоро почтишь нас своим присутствием, – комиссар пожал протянутую руку.

– Сам удивляюсь. Но проигнорировать приглашение было выше моих сил. Вилл-Орм, опять рефлексируешь? Стыдно, в твоем-то почтенном возрасте. Что нашел в Дольце, комиссар? И, самое интересное, куда Бездна унесла Арлара? У меня к нему поднакопилось счетов.

– Это что, допрос? – усмехнулся Иса.

– Подумал, что тебе не повредит для разнообразия побывать на другом конце раскаленных щипцов.

– Благодарю за заботу, Заар. В Дольце я нашел ту самую бумагу, которую храмовники использовали в качестве подорожной. И остывшую матрицу портала в низовья, открытого артефактом по узлам искажений. Телепортация ступенчатая, артефакт скорее всего сделан на заказ, выход с точностью до пяти шагов. Дальше храмовники воспользовались обычными средствами передвижения, отслеживать которые мне сейчас слишком накладно.

– Значит, придется поверить на слово прелату, что он тут совершенно ни при чем, а силы Храма ведет какой-то Грифон-еретик, – хмыкнул Вилл-Орм.

– Прелат вряд ли рискнул бы давать мне слово, которое собирался нарушить. Но портал открывал не вольный Храма, а маг. В этом я уверен.

– Жаль Ксниил этого не слышит, – злорадно усмехнулся Зимний.

Вилл-Орм закатил глаза:

– Опять твои теории заговора…

– Посмотрим, что ты скажешь, когда они станут практикой!

– Более дельную информацию удалось получить от Ставы, ныне покойного корчмаря из Нагорки, – невозмутимо прервал зарождающуюся перепалку Иса. – Письма Арлару он переправлял по просьбе действующего члена гильдии Триумвирата, светлого практика по имени Дергон.

– Значит, Звор не ошибся, – по-волчьи сморщил нос Земес. – Потрясающе. Хувнтонскую Школу ждет грандиозный скандал, если делишки ее нынешнего директора выплывут наружу. Шутка ли, организовать покушение на одного из своих студентов, да еще и с привлечением какого-то блаженного храмовника.

– Замнут, не впервой, – отмахнулся Вилл-Орм. – А что насчет Арлара, комиссар?

– Увы, взять его на поверхности я не успел, господин Сиршский ушел в Недра. Это не совсем моя юрисдикция, как вы оба понимаете, с альвами у нас союзнический договор, но из них не лучшие разведчики. Нагр не интересуется вторжениями, пока они не начинают угрожать целостности его территории, остальные обитатели Недр… Скажем так, они предпочли ничего подозрительного не заметить.

– Превосходно, – ехидно фыркнул Земес. – Главное – вовремя отвернуться и вот ты уже совершенно ни при чем. Эти засранцы слишком быстро учатся плохому у обитателей поверхности. Кто из твоих с ними общался? Льекк?

– Увы. За пособничество беглому преступнику командор Льекк получил высшую меру.

– Замечательно, – каким-то непостижимым образом Земесу удалось превзойти собственный эталон язвительности. – Теперь понятно, почему переговоры провалились. Льекк десятилетиями выстраивал нормальные дипломатические отношения с подземниками, а ты ухитрился перечеркнуть его усилия одним взмахом клинка. Не мог отвернуться?

Иса выразительно провел когтями по навершию меча:

– С ним – не мог. Исход был бы тем же, только вместо моего приговора он вынес бы себе собственный.

– Да-да, воинская честь, кодекс, бывших наармо не бывает, и прочая, и прочая, – махнул рукой Зимний, но комиссар знал, что за маской пренебрежения прячется понимание. Несмотря ни на что, язвительный циник Земес был и остался северянином по крови. – Зато теперь тебе нужен новый переговорщик.

– Займись, – предложил Вилл-Орм.

– А может сам займешься? Делать-то тебе все равно нечего.

– Не волнуйся, я найду себе занятие, не в этом мире, так в другом.

– Зачем искать, если можно послужить на благо родной Границы? Альвы боятся нежити как леший – банного дня, прикинешься каким-нибудь стучаком-подземником, они тебе заодно и все клады на блюдечке вынесут, лишь бы убрался поскорее. Ну? Что скажешь?

– Составлю тебе компанию, пожалуй, – усмехнулся адепт. – Два стучака куда страшнее, чем один.

– И сокровищ больше унесем, – согласно захихикал назмаар-полукровка.

Порыв ветра охватил всех троих, бархатистые черные крылья сомкнулись кольцом и вновь разомкнулись, осторожно опустив на уступ четвертую фигуру.

– Давненько вас не было видно на поверхности, Владыка Ночи, – Земес чуть прищурился, рискованно играя шутливым тоном по отношению к Первому Призраку.

Однако тот только сдержано улыбнулся. Черные крылья плащом укрыли спину, чуть подрагивая от напряжения, но Горроон будто и не замечал боли, в переливчатых глазах сверкало торжество. Иса поймал себя на мысли, что никогда не видел Владыку Ночи таким. Пройдет этот момент триумфа, Оковы Страха напомнят о себе десятикратно, отплатив за то, что были забыты. И Первый знает об этом. Нет нужды напоминать.

– Вилл-Орм, я хочу поблагодарить тебя. Ты дал мне возможность встретить того, кто подарил мне новую надежду.

Змей вздрогнул от неожиданности: перед Горрооном он все еще чувствовал себя неуклюжим подмастерьем, и слова Учителя выбили давно мертвого адепта Тьмы из привычного спокойствия. Иса неслышно шагнул назад, поманив за собой Земеса.

– Ортаи, прости, что не смог уберечь тебя от ошибки, – Горроон опустился перед Вилл-Ормом на колено. Тень улыбки скользила по губам Первого. Горькой, как полынная кровь.

– Я сам выбрал свой путь и не имею права обвинять тебя.

– Тогда скажи, что прощаешь.

– Прощаю, – эхом откликнулся Вилл-Орм.

Горроон на мгновение прикрыл глаза, мягко повел крыльями. Маг молчал, перебирая пальцами по браслету с подвеской в виде змеи, оплетающей меч. Он сотни раз прокручивал в уме этот разговор, тысячи раз мечтал о нем, но сейчас не мог вспомнить ни одно из тех слов, что всегда хотел сказать своему Учителю. Возможно, они просто потеряли смысл, после всего, что уже сказано.

– Ты многого добился, Ортаи. Я рад, что даже смерть не заставила тебя сдаться.

– У меня было у кого учиться этому, Аэш Аррхэ.

– Моя цель еще далеко. Но я умею ждать. Меня научил этому мир, в котором родился ты. Мир, который может пасть вслед за Равновесием, – Первый Призрак медленно поднялся на ноги. – Хотя у него еще есть шанс и этот шанс в руках пятерых, идущих в Бездну. И для каждого она своя. Я не знаю, смогут ли они вернуться, и вернутся ли прежними. Заар, Иса!

Горроон дождался, пока маг и комиссар присоединятся к ним. Перевел взгляд с одного на другого:

– Носящие Печать вступили на Дорогу. Мы не имеем права вмешиваться в их битву, даже зная, что наше бездействие станет залогом поражения – такие правила установили Вечные. Этот мир принадлежит тем, кто был в нем рожден, и только они могут защитить его. Или разрушить. Но я позвал вас для того, чтобы предложить иное сражение.

– Иное? – заинтересованно подался вперед Земес. – И на чьей же это стороне?

Воздух качнулся, испуганно припадая к земле при звуках этого голоса:

– На моей.

Горроон медленно отступил от плеснувшего изморосью пространственного разрыва, остальные молча, почти синхронно поклонились. Земес первым поднял голову и посмотрел на Тахарьеона. Впервые за много лет.

– У меня есть свой интерес в этом противостоянии. Но мы не будем нарушать законы Вечных. Оставим битву за Престол твоему ученику, Аэш Аррхэ, а сами поведем другую. Мне нужна ваша сила, чтобы построить Мост над Бездной в пространство Престола.

– Стабильный Мост строится минимум по трем точкам, – Земес с сомнением качнул головой. – А с одной-единственной опорой в одном-единственном мире… Вы уверены, что хотите так рисковать, Великий? Если мы угробим вас этим порталом, Князь Гриммсворд не будет сдерживаться.

– Возьму с него слово, что он не будет вам мстить в случае неудачи, – губы Тахарьеона тронула легкая, почти незаметная улыбка.

– Стабилизировать такой переход в нынешних условиях будет весьма непросто, – Иса стремительно просчитывал возможные сценарии развития событий. – Энергетический баланс Границы быстро разрушается, а единственное подходящее для такого построения место – Сакнар. Слишком близко к оборотной стороне Гребня.

– Значит, мы должны разобраться со вспышкой перед тем, как приступать к строительству Моста, – Вилл-Орм потер лоб двумя пальцами.

– Ты научился предвидеть будущее? – насмешливо поднял брови Земес. – И сможешь предсказать поведение вспышки из Мертвых Земель? Чудны дела твои, Великая Тьма.

– Достаточно уметь анализировать настоящее, Заар. Если ритуал на Престоле завершится удачно – вспышка прекратится сама собой.

– Да, но не сразу же.

– Не сразу, – согласился адепт, кивнул хатру. – Волнами, как и набирает силу. И как только эти волны начнут слабеть, станет ясно, что Печати вернулись на Престол. Нам нужны две линии обороны, комиссар.

– Я что-нибудь придумаю.

– Придумаю я, – непреклонно качнул головой Вилл-Орм. – Мостом займетесь вы. У меня все равно не хватит на него сил. Или придется пустить под нож всех, кого ты собрался защищать.

Земес хмыкнул. Взгляд владыки Сопредельного мира остановился на фигуре Горроона:

– Твое слово, Аэш Аррхэ.

Тот раздумчиво провел пальцем по подбородку, бархатисто-черные крылья расправились, чутко ловя ветер:

– Меня лишили дома. И большей части силы. Но не всей.

– Тогда решено, – кивнул Вилл-Орм. – Мы на вашей стороне, Великий.

– А я-то думала, что Дорога на Престол идет между Хаосом и Бездной. Справа Бездна, слева Хаос, – Кевлара привстала на стременах, словно стремясь разглядеть указанные миры.

– А вдоль Дороги высшие иерархи Сопредельного мира с копьями стоят. И тишина… – подхватил Захар.

Агрос немного нервно захихикал, оценив перспективы, нарисованные воображением вампира.

Дорога на Престол и впрямь выглядела довольно обыденно – широкая колея в желтеющих травах. Время здесь текло медленнее, если менялось вообще – мы застали начало осени. Справа и слева колыхался низким маревом горизонт – изломанная, то и дело меняющая очертания линия. Кевлара пришпорила коня, поравнялась со мной:

– Звор, а когда мы доедем?

– Понятия не имею.

– А как отсюда выбираться будем? – девушка свистнула, подзывая Вильку. Навка, на пару с отделившейся вместе с ней тропкой, выпрыгнула на Дорогу. – Обратно, в наш мир.

– Попробую построить портал по Следу.

– Чьему следу? Нашему?

– Нет, по Следу, который мне дала Раллея. Так называется заговоренный сбор из трав или кореньев, выросших в определенной местности. Действует как маяк при построении портала или поискового заклинания.

– А получится?

– Кевлара, спроси, что полегче.

– Не переживайте, милая барышня, я знаю, когда мы доедем! – жизнерадостно возвестил Захар. – Как раз к падению Равновесия.

Кевлара нахмурилась, придерживая коня, остальные рассмеялись. Натянуто, каждый перешагнул последний рубеж осознавая, что он последний. Я снова уткнулся в книгу, вполуха слушая болтовню вампира и наемника.

– Эй, Агрос, а когда эльфам жениться можно?

– Как и всем, после совершеннолетия.

– И никаких исключений?

– В древности бывало, но сейчас не слышал о таком.

– А квэнам жениться нельзя?

– Можно. Но мало кто за наемника пойдет.

– Кевлара, а ты б пошла за наемника?

Девушка издала неразборчивое сипение.

– Вот! Она бы пошла, – Захар истолковал сипение воительницы в свою пользу. – А ты б на человеке женился?

– Э-э-э…

– О! Женился бы. Ну, так чего топчетесь вокруг да около? Мы с Фьеттом сватами побудем, Звор за дайна сойдет. Мастер, вы знакомы со свадебными обрядами эльфов?

– Только с погребальными, – хмыкнул я, переворачивая страницу.

– Ничего, переделаем, – утешил всех вампир, поравнявшись со мной. – Вместо колец венков наплетем. Еловых.

– Захар! – Агрос попытался стукнуть мальдьяра по голове кулаком, но тот увернулся от карающей десницы.

– А теперь обменяйтесь венками… – торжественно провозгласил я.

Фьетт шипяще рассмеялся. Агрос потянулся передать мне не доставшийся Захару удар, но не дотянулся и чуть не сверзился с коня. Скьяффирд ехидно фыркнул, сверкнув рубиновыми огоньками глаз.

– Ох, кажется… – воительница внезапно резко откинулась в седле, останавливая гнедого. – Подождите-ка, ладно?

– Что-то случилось? – насторожился квэн.

– Проверить надо.

– А…

– Надо так надо, – пожал плечами мальдьяр, дернув поводья. – Сейчас сам все увидишь.

Я молча придержал коня и спрыгнул на землю следом за хатром. Поднявшаяся в воздух пыль зацепилась за торчащие по обе стороны Дороги травяные остовы, рассеялась буроватой дымкой. Ощущение времени стало почти физическим. Внешне совершенно незаметно, скорее что-то внутреннее, как если бы стрелка невидимого маятника вдруг принялась раскачиваться в несколько раз неспешнее. Кевлара заставила коня задрать правую переднюю ногу и принялась осматривать копыто.

– Ох…

– Какой «ох» ты имеешь в виду на этот раз? – Захар остановился рядом с воительницей, заглянул через плечо.

– Подкова отвалилась. Что делать-то теперь?

– Придется пристрелить, – вздохнул вампир и потянулся за притороченным к седлу гнедого арбалетом.

Кого именно Захар решил пристрелить осталось неясным. Кевлара молча треснула мальдьяра кулаком под ребра, тот картинно закатил глаза и рухнул в пыль.

– Сам напросился, – Агрос протянул поверженному спутнику руку, помогая подняться. – Нужно остальные сбить, иначе захромает.

– А гвозди чем вытаскивать? Зубами? – поинтересовался вампир, отряхиваясь от пыли, но, кажется, больше размазывая ее по штанам и выбившейся из-за пояса рубашке. – Звор, а ты не можешь наколдовать что-нибудь дельное?

– Кузнеца с полным набором инструментов? Вечно найдете способ увильнуть от работы. Расшатать попробуйте.

– Ну да, кто еще увиливает, – насмешливо покачал головой Захар. – Сам-то куда собрался?

– Осмотрюсь, – я хлопнул коня по шее и махнул хатру. – Фьетт, идем.

К счастью, Кевлара и Агрос, больше занятые насущной проблемой, не обращали внимания ни на что другое.

Осматривать, в сущности, было нечего, но поводов поразмыслить хватало. О пространстве, в котором существовал Престол, мне было известно крайне мало, разве что внешний вид самого Престола – большой камень идеально круглой формы с четырьмя одинаковыми углублениями. Это знание досталось от Вечных, снизошедших до редких в их случае объяснений. Ритуал тоже не выглядел сложным, главное – положить артефакты в углубления, в любой последовательности, а дальше Престол сам разберется, что делать. Но не для того же супротивники так старательно вставляли нам палки в колеса, чтобы на последнем этапе запастись закуской и наслаждаться зрелищем, восседая на окрестных пеньках? Значит, нужно разработать хоть какой-то план на случай непредвиденных осложнений. Точнее, убедиться, что пришедшая мне в голову сумасбродная идея сойдет за этот план…

Я бросил взгляд на неизменно светлое небо:

– Фьетт, мне придется попросить тебя об услуге. Очень большой и небезопасной услуге, и я пойму, если ты откажешься. Это экспериментальный аркан, сочетающий обычную магию и шаманские техники, я сам его придумал, и как он сработает предсказать не могу. Хотя, конечно, надеюсь, что сработает он как задумано, иначе всей затее придет конец. Как и нашему миру. А может и не только нашему.

– Интригует, – хмыкнул хатр, останавливаясь рядом. – Что надо делать, командор?

Переход открылся так мягко, будто его построил сам Вечно Мертвый. Вилл-Орм ревниво поджал губы и быстро отвернулся. Недостаточно быстро. Или Земес научился читать эмоции, даже не глядя на собеседника.

– Завидуешь?

– Тебе? – пренебрежительно фыркнул адепт, делая вид, что с головой поглощен изучением открывшегося вида: серебристая от снега змейка старой тропы неторопливо ползла среди тронутых инеем скал, уже сбросившие листву деревья сбились у ее кромки, безуспешно пытаясь прикрыть голыми ветками вздувшийся лошадиный труп, вокруг которого бесшумно скользили быстрые тени, то и дело сверкая топазовыми искрами глаз. На одной из веток сидел крупный ворон, с любопытством наблюдая за копошением нежити внизу.

– Моим умениям, – хихикнул Земес, в целом, не надеясь на какой-либо ответ.

– Злюсь, что не могу так же без Призмы.

– Ого, – оценил внезапное откровение Зимний. – Ну, я мог бы, конечно, попытаться убедить тебя в обратном, но… Понятия не имею, выйдет ли из твоей затеи толк.

– Выйдет, – Вилл-Орм шагнул на дорогу, промерзшая щебенка хрустнула под ногами, заставив юркие тени замереть. Топазовые огоньки мигали россыпью светлячков над ночным лугом. – Я все просчитал.

– Думаешь, Гриммсворд – нет? – Земес остался стоять на месте.

Адепт оглянулся:

– О чем ты?

– Никогда не задумывался, почему он так поступил? Ты не вассал никому из Совета и любой из троих волен тебя убить, без оглядки на мнение остальных.

– Я всегда знал, что мы смотрим на жизнь по-разному.

– На смерть тоже, но речь не об этом. Он мог убить тебя. Но вместо этого вышвырнул за порог и не просто запер дверь, а заставил тебя забыть, где эта дверь была. Не смотри на меня так, Орм, я прав, и ты это знаешь. Ты сумел посмертно стать адептом, не только сохранить, но и приумножить свои способности, а теперь не можешь открыть паршивый переход в мир, которому уже столько лет принадлежишь? Вынужден торчать здесь, присосавшись как упырь к какой-то хрустальной миске с энергией, только чтобы не развоплотиться? Поквиткам на смех, – Земес дернул подбородком в сторону наблюдающей за ними стаи нежити.

– Думаешь, за этим стоит нечто большее, чем нежелание Гриммсворда видеть в Совете посвященного Тахарьеона? Или мечта сделать мою смерть воистину достойной летописей хатров?

– Ну, хатрам идея может и понравиться, обсуди с комиссаром, вдруг ему когда-нибудь понадобится зрелищная публичная казнь: и тебе уже все равно, и политике на пользу. И то, что Гриммсворд не хочет видеть тебя в Совете, это факт, – хмыкнул Зимний. – Но за твоим изгнанием стоит не только дурной характер Князя. В конце концов Тахарьеон не спорил с его решением. Значит, понимает настоящие мотивы.

Вилл-Орм нахмурился, с сомнением глядя на светлоглазого северянина:

– Ты правда так думаешь?

– Я неплохо знаю Гриммсворда. Он меня, ни много ни мало, вырастил, как бы ужасно это ни звучало. И то, что я вижу, больше похоже на меру воспитания, чем на возмездие. Князь не всегда может прямо выразить свои мысли, не прибегая при этом к физической силе. А иногда плохо эту силу соизмеряет. Но если бы он действительно хотел от тебя избавиться – не стал бы размениваться на какие-то запреты. Гриммсворд всегда больше полагался на меч, чем на магию. И вдруг – поставить блок, вместо того чтобы продырявить клинком?

– Возможно ты и прав, – поджал губы адепт. – Но, если честно, мне осточертело разгадывать его шарады. И предсказывать миг, когда придется уворачиваться от пресловутого клинка.

– Есть и другой путь. Блок Гриммсворда может снять только он сам. Или тот, кто принял его несостоявшееся воплощение. Тебе повезло, Орм. Со вторым легче договориться.

– Проклятье, Заар, ты не мог сказать раньше?!

– Если бы ты пришел ко мне сразу – сказал бы. Но ты же предпочел плести заговоры у меня за спиной.

Адепт яростно сверкнул глазами, сжал правую руку в кулак, но через несколько секунд резко выдохнул и вновь отвернулся к россыпи топазовых огоньков под облетевшими деревьями:

– Я и правда не подумал об этом. А теперь уже поздно. Так что буду придерживаться своего плана и попытаюсь найти Сумеречный мост. Звор слишком рано принял Истинное Имя и пока что не владеет своими способностями в полной мере. Придется ждать. И делать это лучше без хрустальных мисок. Мне еще фанатиков от Триумвирата на хвосте не хватает. И без того немного… перегнул палку.

– Ты? – с гротескным изумлением вскинул брови Зимний. – Признаёшь свои ошибки? Дважды за один день? Да что там день, час! Я начинаю всерьез опасаться за судьбу Равновесия, кажется, грядет что-то настолько паршивое, что не снилось и Вечно Мертвому.

– Заткнись, – усмехнулся Вилл-Орм. Щебенка заскрипела под сапогами. – И пошевеливайся, если мы хотим догнать Арлара. У поганца большая фора. К счастью, не так уж много мозгов, если позавчера он все еще вертелся в окрестностях Нида, а не отплыл месяц назад на острова. Судя по всему, сначала он пытался сбежать через Недра, но заблудился в лабиринтах подземников и вылез где-то неподалеку от гномьего поселения. Теперь передвигается по поверхности. Это наш шанс.

Земес в два шага поравнялся с адептом, расслабленно тряхнул левой рукой. Пальцы окутало золотисто-медовое сияние, тени под деревьями взволнованно забурлили, разразившись поскуливающим недоумением, кашлянули угрожающим рыком. Змей зеркалом повторил жест Земеса, только сияние вышло голубовато-зеленым, похожим скорее на густой тягучий туман, чем на легкую полупрозрачную дымку. Оба мага ударили одновременно, заставив тени с визгом брызнуть в стороны, а ворона взвиться с недовольным карканьем, шумно хлопая крыльями. Звук вышел неровный – птица больше полагалась на правое крыло, левое, пробитое насквозь круглой дырой, служило разве что страховкой от немедленного падения. Но мужчины не обратили внимания на недовольство ночного ворона. Были занятия и поинтереснее.

– Это точно его лошадь, – Вилл-Орм бегло сканировал вздувшуюся тушу. – Старейшина гномов содрал за нее втридорога, а после присоветовал Арлару вернуться к Нагорке и оттуда добираться старыми дорогами в низовья.

– Вот же бородатый прохиндей, – одобрительно хмыкнул Земес, внимательно рассматривая вьющиеся во все стороны тропинки. – Старые дороги не патрулируют и в лучшие времена, но бродить по ним с непривычки можно до падения мира. Если никакая тварь тобой раньше не подзакусит. Ну? Куда дальше? Веди, это же ты у нас ищейка гильдии.

– Не ищейка, а дознаватель. К тому же бывший.

– Мастерство не пропьешь, – Земес шутливо поклонился адепту. – В этом мире слишком мало тех, кто умеет искать без следа.

– И поэтому ты решил обратиться к миру Сопредельному? Точнее к тому, кому не нашлось места даже в мире мертвых?

– Не юли, Орм, – смешливо прищурил светлые глаза назмаар-полукровка. – Какие могут быть тайны между нами?

– Тебе перечислить?

– Лучше начинай искать.

Адепт коротко вздохнул и раздраженно отмахнулся от насмешника. Нет, не то, чтобы это было какой-то тайной, да и украсть ничего не выйдет – умение тесно завязано на врожденных способностях мага, если бы они с Зимним были в этом отношении похожи, бывшему вассалу Князя не понадобилась бы помощь нынешнего посвященного Тахарьеона. Неужели дело только в этом? Номинальное соперничество покровительствующих им иерархов, подозрительность, свойственная многим темным, и готов рецепт ничем не оправданного недоверия? Ведь он и правда мог рассказать все Земесу вместо того, чтобы снова изобретать колесо, пытаясь угнаться за неуловимым Сумеречным мостом. И тогда вообще не пришлось бы ни за чем гнаться. Просто подождать, пока урожденный получит несостоявшееся воплощение Гриммсворда, и уговорить его снять блок на телепортацию. И плевать, что для того, кто еще не слышал собственное Истинное Имя, это гарантированно закончится смертью или безумием. В конце концов, какое дело мертвому до мира живых? И уж тем более до одного конкретного живого? Он убил десятки таких. Сотни. Со счета сбиться можно. Чем эта жизнь отличается от тех, что стали источником энергии для Призмы Нежити?

– Орм?

Адепт вздрогнул, с усилием возвращаясь мыслями к ночной дороге:

– Прости, Заар. Задумался.

– Не извиняйся. Это слишком даже для меня.

Вилл-Орм усмехнулся, на секунду прикрыл глаза, сосредотачиваясь на одному ему видимом следе:

– Не отставай.

Лошади начали уставать внезапно, даже Скьяффирд, до этого не жаловавшийся на тяготы пути, то и дело порывался замедлить шаг. Агрос и Захар уже пару километров шагали по обе стороны от Усбота. Под ремнями сбруи серая шерсть жеребца покрылась мылом. Шуршали травы в полном безветрии, словно передавали кому-то весть о нашем приближении. Вскоре в очередной раз споткнулся Гивьер и с тихим храпом осел на задние ноги. Кевлара с визгом шлепнулась на землю, гнедой попробовал было подняться, но со стоном упал на бок, испуганно поблескивая белками глаз. Вилька растянулась в пыли, вывалив набок розовую тряпку языка. Из пасти свисала нитка слюны, шерсть на груди слиплась. Осмотр живности ничего не дал – я не нашел ничего опасного и тем более заразного, на что намекал Захар, на всякий случай присматриваясь к своему жеребцу.

– Что-то не так… – протянул вампир, передоверив коня Агросу и расхаживая взад-вперед по Дороге.

– Да уже заметили! – огрызнулась Кевлара, комкая ремень арбалета. – Что нам делать?

На этот вопрос ответа ни у кого не нашлось. Подпираемый мной и Захаром, гнедой сумел подняться и кое как утвердиться на подрагивающих ногах. Нести коня на себе желающих не нашлось, а идти сам он не мог, что тут же доказал, завалившись на бок. Я присел на корточки и положил правую руку на шею животному, вслушался, пытаясь найти хоть какой-то намек на причину внезапного недомогания. Усбот положил голову Агросу на плечо и шумно выдохнул. Квэн погладил серого по храпу и согласно вздохнул. Фьетт выхватил меч и встал у меня за спиной.

– Не дам! – Кевлара сдернула с плеча арбалет, в грудь наармо глянул наконечник стрелы.

Я медленно поднялся во весь рост, ладонью опустил нацеленное уже в мою грудь оружие. Карие глаза воительницы мешали удивление с обидой, но я не обратил на это внимания. Как может не обратил бы внимания и на стрелу, если бы палец девушки дернулся на спусковой скобе.

– У нас гости.

Кевлара оглянулась и ахнула – в нескольких шагах за ее спиной стояла темноволосая женщина в белом платье с длинными рукавами. Безветрие не мешало подолу развеваться, брезгливо отдергиваясь от пыльной стерни.

– Кто это? – нахмурился Агрос и отшатнулся: Усбот с протяжным стоном осел на землю, подгибая передние ноги.

Вилька угрожающе зарычала, силясь подняться на лапы. Я прищурился – в правой руке женщина сжимала гладкий дорожный посох, покрытый рунической вязью.

– Корька? – предположил Захар, поигрывая плетью.

Я согласно кивнул. Остальные поверили на слово и мгновенно довооружились. Сомневаюсь, что поможет, тем более что я узнал энергетическое поле того, кто появился следом. Да и лицо еще не успел забыть.

– Здравствуй, Звор. Рад встрече.

– Не скажу, что она вызывает у меня такие же чувства, магистр, – криво усмехнулся я.

Дергон улыбнулся в бороду и качнул головой:

– Ты неплохо осведомлен.

– Не вы первый, кто мне это говорит, – я махнул рукой хатру.

Фьетт опустил меч, остальные, вопросительно переглянувшись, последовали его примеру.

– Разреши представить мою спутницу: Карата-тэй, мастер пространства Ордена Храма.

Я довольно небрежно кивнул. По-эльфийски красивая брюнетка меланхолично рассматривала нашу компанию. Мастер пространства… Храмовые маги не всегда пользовались привычной иерархией, так что предположить, какому уровню соответствуют способности Корьки-Караты я и не пытался – пока она владеет артефактом, генерирующим энергию Хаоса, уровень может сравняться и с архимагом.

– Чего вы хотите, магистр? – поинтересовался я.

– Договориться о сотрудничестве, Звор. Надеюсь, наши цели покажутся вам привлекательными.

– И с кем из нас вы собираетесь договариваться? Мы представляем разные Стороны, – хмыкнул вампир, скрещивая руки на груди.

– Со всеми четверыми, – развел руками Дергон. – А кто примет наше предложение – решать вам.

– Что ждет тех, кто его не примет?

– Лучше будет согласиться.

– Предлагаете договариваться здесь?

– Нет, зачем же? Мы хотели пригласить вас в город.

– Город? – нахмурилась Кевлара.

– Да, милая девушка. Потаенный город. Это недалеко. Простите, что пришлось зачаровать ваших лошадей и прочую… хм-м… живность, но мы боялись, что в противном случае вы не примите приглашения.

– Что ж, предложение настолько заманчивое, что перед ним невозможно устоять, – хмыкнул я.

Карата взмахнула своей резной палкой и открыла переход.

– Судя по вашему взгляду, магистр, вы ожидали чего-то иного, – тонкие губы Иса тронула легкая улыбка.

– Пожалуй, – признался Ксниил и уже с нескрываемым любопытством завертел головой. – О внутреннем устройстве первой цитадели Севера нет ни слова ни в одном из трактатов.

– И тому есть причины.

– Конечно, господин комиссар. Я понимаю.

Виглар спокойно кивнул, принимая непроизнесенную клятву. Ксниил уже не единожды успел доказать свою лояльность Северу, умело сочетая ее с нейтралитетом в политике.

Серый камень стен Тха-аш-Мьерц, цитадели столицы Севера, украшал тонкий узор черных прожилок, в которых мелькали золотистые искорки, словно песчинки на дне просвечивали сквозь кристально чистую воду. Единственное окно на всем этаже располагалось у лестницы, днем света должно было хватить на часть коридора, но сейчас, ночью, взгляд цеплял лишь выпуклые грани камней кладки. Далеко впереди Ксниил различил очертания перил – вторая лестница, и, в отличие от первой, абсолютно непростреливаемая снаружи. Высокий потолок, отполированный до гладкости пол – все тот же серый камень, разве что без узора черно-золотых нитей. Кое-где на стенах пылились факелы в железных креплениях-скобах, по виду ими если и пользовались, то очень давно. Хатрам не нужен огонь, зрение у них больше ночное, чем дневное, а прочие расы в цитадели бывают редко.

Но, конечно, куда больше фортификаций Ксниила интересовала магия. Она ощущалась повсюду, легчайшим ветерком обвивала железные крепления-скобы, тонкими усиками трогала широкие плиты потолка, скрытые густой тенью, проникала, казалось, даже сквозь сами камни, будто родник, пробивающий путь на поверхность в монолитной на вид толще земли.

«Учитель прав, сердце третьего Источника находится где-то в окрестностях столицы. Хатрам повезло, что востокчанам не хватило времени и способностей разобраться в потоках энергии. Ни один экран не может скрыть Источник полностью. Впрочем, Иса наверняка предусмотрел что-нибудь и на этот счет. В конце концов он не вчера стал вигларом. Интересно, что толкнуло его на это? По виду он был хатром, а для воина пройти подобное перерождение равноценно самоубийству».

Каждый шаг рассыпал по коридору осколки эха, Ксниил по привычке старался ступать как можно тише, но все равно казалось, будто под ногами не камень, а весенний лед. Тоже магия? Или просто особенности кладки? Скорее, второе – славящиеся практичностью хатры вряд ли стали бы настолько расточительно тратить энергию.

Высокие, тяжелые даже на вид створки, обитые железными скобами с непонятной резьбой, бесшумно распахнулись, Ксниил ощутил почти незаметное прикосновение чужой магии, но на что именно она была направлена – на сканирование гостя или на открытие дверей – определить не смог.

– Повелитель, – Иса коротко поклонился, подавая пример магистру, дождался ответного жеста лорда наместника и выпрямился.

Ксниил быстро осмотрелся. Зал оказался довольно большим, но практически пустым: никакой мебели, кроме черного каменного трона, звездный свет, проникающий сквозь четыре окна, попарно рассекающие противоположные стены, играет крупинками пыли. Под потолком огромная круглая люстра, факелы в ней потушены, как и в коридоре, сам потолок украшен затейливым, скорее всего, артефактным узором: умело подогнанные слюдяные пластинки опалесцирующими полосками выделяются в непроницаемой глубине камня, скрадывающего взгляд.

– Магистр Ксниил, – голос у Эфьяла оказался сильным, волевым. Вкрадчивостью и терпением Иса повелитель хатров явно не обладал, как и не производил впечатление того, с кем можно легко найти компромисс. – Вы хотели поговорить со мной?

– Благодарю, что предоставили мне такую возможность, лорд Эфьял, – Ксниил снова поклонился и сделал несколько шагов к черному трону. – Не буду отнимать ваше время и сразу перейду к делу.

– Прошу, – Эфьял взмахнул рукой, перламутровые когти сверкнули кинжалами в звездном свете.

У подножья трона, выточенного, похоже, из цельной глыбы, роились крошечные оранжевые искорки. Комиссар остановился рядом с магом, поощрительно кивнул.

– Совет Триумвирата уполномочил меня передать правящему дому Севера свои искренние сожаления по поводу происшествия, в котором оказался замешан член гильдии магов Моокрогга.

– Происшествие, – в бирюзовых глазах Эфьяла зажегся тоненький яростный фитилек. – Так теперь совет магов именует предательство?

– Прошу прощения, лорд, – коротко наклонил голову магистр, – возможно, выбор слова не совсем удачен.

– Возможно причиной служит то, что совет видит в этом «происшествии» выгоду, – холодно заметил повелитель хатров. – Я вижу лишь угрозу безопасности Границы. И нарушение установленных здесь законов.

Иса предостерегающе глянул на магистра, но Ксниил и сам почувствовал холод зубастых челюстей раскрытого капкана.

– Я понимаю ваше беспокойство, лорд Эфьял, – примирительно склонил голову маг. Коротко и глубоко вдохнул, будто готовясь прыгнуть прямиком в морской водоворот. Да так оно, по сути, и было. – Арлар Сиршский является официальным практиком, и гильдия заявляет о готовности судить его со всей строгостью законов Триумвирата.

– Нет, – отрицательно качнул головой лорд наместник. – Север обвиняет этого человека в измене Границе. И с судом мы справимся сами.

В желтых глазах Иса мелькнула усмешка: «Я же говорил!», но виглар не стал вмешиваться, позволяя посланнику гильдии самому вести непростые переговоры.

– Господин Сиршский – подданный Восточной Границы.

– У предательства нет подданства, магистр. Разглашенная членом вашей гильдии информация угрожает безопасности Севера. И я не допущу, чтобы виновный в предательстве выкрутился, прикрывшись такими удобными законами. Он нарушил наши, находясь на нашей территории. Значит – виновен.

– Если вы имеете в виду построение порталов с ориентирами на точки искажений обоих Треугольников Скальнарго, то, начиная с Четвертой войны, эта информация есть в любом учебнике пространственной магии.

Перламутровые когти Эфьяла скрипнули по каменному подлокотнику, оранжевые искорки у подножья трона погасли, словно фитильки свечей, задутые резким порывом ветра. И снова вспыхнули, на этот раз бирюзово-алым, задрожали, забились крошечными сердечками контрапунктом сердцу Ксниила, вдруг застывшему безжизненным комком плоти в затопленной чуждой энергией груди.

– Повелитель, – Иса в несколько шагов подошел к трону, положил руку на свободный подлокотник, наклонился и негромко заговорил по-хатрски.

Ксниил, как и большинство магов, знал некоторые слова, но сейчас его больше занимало собственное состояние, чем лингвистические задачки. Вдохнуть не получалось даже сознательно, тело будто одеревенело. Магистру пока что удавалось сохранять спокойствие, но надолго ли этого хватит? Ксниил не опасался за свою жизнь, главное, сохранить выдержку. Маг безотчетно дотронулся правой рукой до топазовой спирали, украшающей золотой обруч на темных волосах.

К счастью, переговоры у трона увенчались успехом – воздух, наконец-то ворвавшийся в легкие, показался Ксниилу свежее морского бриза. А взгляд Эфьяла, когда магистр, наконец, перестал надсадно кашлять и поднял голову, добавил этому бризу привкус февральского шторма у Бездонных берегов.

– Простите, лорд Эфьял, мне определенно стоило выбрать другие слова, – хрипло повинился маг.

– Стоило, – согласился хатр. – Но вы не выбрали. Как не выбрал другой путь и ваш соратник Арлар Сиршский. И теперь вы оба должны встретиться с последствиями своего выбора. Мы не отдадим этого человека, магистр Ксниил, ни вам, ни восточной короне. Это мое последнее слово. Красноречием меня не взять, а на силу я отвечу силой, так что приберегите свои посольские фокусы для правящего монарха. Как я слышал, он готов согласиться на любую чушь, главное, чтобы та была обернута в подходящее словесное кружево.

– Я не готов на это ответить, лорд Эфьял, – осторожно улыбнулся магистр, – потому что ни разу не предлагал правящему монарху какую-нибудь чушь.

– Но словесное кружево плести обучены.

– Именно поэтому на переговоры от лица совета Триумвирата обычно отправляют меня.

– Не могу назвать это ошибкой, – хатр отбил по каменному подлокотнику короткий ритм, костяной перестук звонким эхом прокатился по стенам и канул во тьму потолка. – Прошу прощения за резкость, господин магистр.

– Пустяки, – улыбка Ксниила стала немного шире и много теплее. – Я сам виноват. Господин комиссар предупреждал, что некоторых тем лучше не касаться.

Иса, снова стоящий рядом с магистром, усмехнулся:

– И, как видите, не зря. Итак, мы должны найти решение. Я предлагаю компромисс: если мы не сумеем арестовать Арлара Сиршского на своей территории, то его дело перейдет под юрисдикцию совета Триумвирата в ту самую минуту, когда он пересечет внешнюю границу низовий. Но на суде должен будет присутствовать наш представитель, чей голос будет учтен при вынесении приговора.

– Согласен, – кивнул маг. – У вас мое слово.

– Принимаю, – в бирюзовых глазах Эфьяла качнулась волна спокойной силы. – Вы были правы, магистр, говоря о сведениях, которые попали в ваши учебники после осады Севера. Телепортация внутри Границы, использующая в качестве маяков точки природных искажений пространства, два Треугольника Скальнарго, известна теперь почти любому выпускнику ваших Школ – выпускники Гитска, возвращающиеся на Север, не раз говорили об этом. Как и о том, что информация в ваших учебниках лишь теоретическая.

– Так и есть, – подтвердил магистр. – Теоретическая, так как непосвященному невозможно рассчитать противодействие аномалии Скальнарго.

– Но для вас это посильная задача, – проницательно сузил глаза наместник хатров.

– Я исключение, – с улыбкой кивнул Ксниил. – Вам не о чем волноваться, лорд Эфьял. Мой Учитель всегда уважал правящий дом Севера и многим обязан вашим предкам. Я разделяю его позицию.

– Я знаю, что вы не предатель, господин магистр. Как и ваш учитель, к которому правящий дом Севера испытывает не меньшее уважение, – спокойно заверил его Эфьял. – Но отношение к вам обоим – скорее исключение, чем правило. Север неохотно соглашается принимать на должность штатных практиков уроженцев других Границ. Вы можете возразить, что изменники встречаются и среди северян. Встречаются. Но их в разы меньше. Сейчас в верховьях лишь один носитель истинного дара. И он – не член вашей гильдии.

– Земес, – кивнул Ксниил, скрещивая руки на груди. – Надеюсь, недостойное поведение Арлара Сиршского не заставит правящий дом ввести мораторий на въезд для магов с других Границ?

Эфьял едва заметно качнул головой:

– Никакого моратория мы вводить не будем. Ваши коллеги и впредь вольны приезжать на территорию Границы, искать здесь работу и проводить научные изыскания, однако, в последнем случае им придется предоставить подробную информацию комиссару или тому, кого он наделит соответствующими полномочиями. Но преступников мы будем судить по нашим законам. Невзирая на их подданство и статус. Если преступление совершено на территории Севера – значит Север вправе воздать за него полной мерой.

Магистр задумчиво сдвинул брови, переступил с ноги на ногу. Золотистые искорки у подножья каменного трона бесшумно кружились в нескончаемом танце.

– Встречное предложение, лорд наместник: если уличенный в преступлении член гильдии попросит о дополнительном дознании со стороны совета, Север известит об этом Триумвират. И, при необходимости, предоставит возможность присутствовать на суде одному дознавателю и одному члену совета, чьи голоса будут учтены при вынесении приговора. Приговор, как и способ его исполнения, правящий дом Севера волен избирать сам. Вплоть до высшей меры наказания.

– Что насчет гражданских представителей? – подал голос Иса.

– Интересы гражданских властей не входят в компетенцию совета, господин комиссар, но вы правы, они тоже могут потребовать предоставить им право голоса. Одно дело, когда мага судит гильдия магов, совсем другое – когда это переходит в компетенцию гражданских властей Севера.

– Скорее военных, – хмыкнул виглар, привычно оперся о крестовину меча. – Но вы верно поняли мою мысль. Повелитель?

– Если такой запрос поступит, мы его рассмотрим. Но на суде достаточно и двух представителей гильдии. Среди дознавателей и членов совета Триумвирата встречаются уроженцы всех Границ и островов, кто-нибудь из них сможет выступить и в качестве посредника для гражданских властей. Магистр?

– Я поставлю в известность совет, лорд Эфьял.

– От лица правящего дома Севера заявляю, что, если уличенный в преступлении член гильдии магов попросит о проведении дознания силами Триумвирата, мы пойдем ему навстречу. И голоса двух ваших представителей – одного дознавателя и одного члена совета, любой из которых при необходимости может выступить также посредником гражданских властей Моокрогга, – будут учтены судом при вынесении приговора. Клянусь.

– Благодарю, лорд Эфьял.

– Повелитель, если позволите…

– Конечно, комиссар, – расслабленно махнул когтистой рукой хатр. – Вам слово.

– Магистр Ксниил, в деле Арлара Сиршского есть один нюанс, который нам не хотелось бы делать достоянием совета гильдии Триумвирата. Но было бы не лишним открыть ученику Ньерлогиора.

– Конечно, господин комиссар, – спокойно кивнул Ксниил. – Сказанное вами услышим только я и мой Учитель.

– Вы наверняка знаете о претензиях, которые предъявил Орден Храма некоему магу, не вхожему в вашу гильдию.

– Знаю. И я честно предупредил этого мага, что смогу защитить его только в том случае, если он в эту гильдию вступит. Что он еще натворил?

Иса обменялся с Эфьялом коротким взглядом, смысл которого Ксниил не сумел разгадать.

– Очень надеюсь, что ничего такого, с чем мы не сумеем справиться, трэйш Кейсин, – тем же спокойным тоном продолжил комиссар хатров. – Но сейчас речь, скорее, о представителях Храма. Подорожная, которую они показывали старосте Дольца, была подписана рыцарем Дажбором, Грифоном Храма. Портал из Дольца, которым добирались в низовья уцелевшие дайны, им открывал какой-то маг. И у нас есть все основания полагать – то, что когда-то стало теоретическим достоянием ваших учебников, теперь известно и Грифонам Храма.

Дайны не особенно привечали все расы сознательно пьющих кровь, но к хатрам питали особенно сильную неприязнь с самого момента основания Ордена. И вряд ли ограничатся теорией, наконец-то заполучив столь лакомый повод для практики. Кто-то из магов, замешанных в этом деле, возможно, ухитрился разгласить не считающиеся секретными сведения не тем людям. И обвинить его Триумвирату не в чем – разве можно казнить за пересказ нескольких страниц учебника? К тому же содержащих выкладки расчетов, воплотить которые в жизнь можно только зная особенности поведения аномалии Скальнарго, рискнув ей противостоять и победив в этом противостоянии. Такому нельзя научиться ни в одной Школе.

– Да он же уже воплотил теорию в практику, – внезапно осознал весь масштаб проблемы Ксниил. – Построил работающий портал с опорой на Треугольник Скальнарго. При свидетелях, которые тоже могут владеть магией. Пощади меня Хаос… Какова вероятность того, что это тоже стало достоянием Грифонов Храма?

– Как обычно, пятьдесят на пятьдесят, – усмехнулся Иса. – Я не оракул и не могу предвидеть будущее. Но это не помешает нам подготовиться к возможному удару.

– Вы узнали, кто открывал портал?

– Он не называл местным своего имени, но я могу описать вам его внешность. К счастью, у нас есть свидетель, видевший подозреваемого сквозь морок.

Ксниил молча слушал, мрачнея с каждым словом хатра. Взмахнул рукой, когда дело дошло до описания остаточных следов собственного энергетического поля мага:

– Кажется, я понял о ком речь, господин комиссар, спасибо. Я не могу инициировать расследование от лица Триумвирата, по крайней мере в данный момент. Но мы с вами сейчас говорим на другом уровне. И от своего лица могу заявить, что найду этого человека.

– Если у нас не получится задать ему вопросы, нас устроят те ответы, что он даст вам, трэйш Кейсин.

– Конечно, – кивнул маг. – У меня нет влияния на Орден Храма, господин комиссар, но я буду следить за настроениями Белой Башни. И за возможным развитием событий. Я поддержу правящий дом Севера, если в том возникнет необходимость. У вас мое слово.

– Благодарю, трэйш Кейсин, именно это мы и хотели услышать. Ваш учитель может вами гордиться. Двери первой цитадели всегда открыты для него.

Ксниил с достоинством поклонился:

– Я передам ему ваши слова. Лорд Эфьял, благодарю, что согласились меня выслушать.

– Рад, что мы смогли договориться, господин магистр. Намарр.

Звонкое эхо шагов мага уже давно затихло за дверью тронного зала, а наместник продолжал молчать. Оранжевые искорки, медленно кружившие у подножья трона, гасли одна за другой, словно ныряя в глубину черного камня – защита деактивировалась, как только чужак покинул стены цитадели Тха-аш-Мьерц. Иса терпеливо ждал, привычно опираясь на крестовину меча.

– Придется реформировать систему патрулей, – наконец негромко уронил наместник. – И форпостов.

– Да, повелитель. Я уже разработал несколько схем.

– И включить в нее наблюдение за Орм Тэкре. И физическое, и магическое.

– Да, повелитель.

– И нам нужен новый практик в Погге – территория слишком сложная для того, чтобы сваливать все на плечи Земеса. Но постарайтесь найти того, кто в случае необходимости встанет на нашу сторону. Без оглядки на Триумвират.

– Да, повелитель, я уже думал над этим. У Зимнего есть подходящий кандидат.

– И я все еще надеюсь, что мы сумеем вернуть наш Меч.

– Да, повелитель, я приложу все усилия.

– Как думаете, комиссар, на этот раз у нас получится? – Эфьял взмахом руки остановил виглара. – Можете не отвечать, это риторический вопрос. И ответ зависит не только от нас. Поймайте предателя, комиссар, и займитесь реорганизацией обороны Границы. Мы должны быть готовы к последствиям допущенной ошибки.

– Конечно, повелитель, мы будем готовы, – Иса коротко поклонился. – Вспышка из Мертвых Земель будет сильнее, чем ожидалось. По моим прогнозам, основная часть ударной волны пройдет над землей. Щиты на оборотной стороне Гребня вряд ли погасят даже десятую часть мощности, а скорее всего просто выгорят без остатка.

– Направление?

– Все три склона. Восточный прикроют союзники – наших сил не хватит на столь масштабную оборону. Возможно, придется задействовать и часть мощности Источника. Я объявляю полную мобилизацию.

– Делайте все, что нужно. Охраняющие Город в вашем распоряжении, – Эфьял подпер когтистой рукой левую щеку.

– Благодарю, повелитель. Я могу быть свободен?

– Можете, комиссар.

Потаенный город – легенда, кочующая из эпохи в эпоху еще со времен Второй войны. Его населяли традиционными лихами (не меньше десяти штук), мертвецами (неисчислимое множество), падшими душами (неизвестно, падшими до смерти или уже после), не погребенными орками (почему именно орками, молва не докладывала, а то, что орки своих покойников сжигали – не учитывала), некими граюнами (описывались как «во-о-от такое зубастое, с глазами», что открывало широкое поле для полета фантазии), гигантскими пауками и крысами (очевидно, разжиревшими на тех самых граюнах и орках), демонами всех мастей и видов, и предводителем всей шайки – Хсанкулом. Негодяй представал в глазах народа воплощением чуть ли не всех его несчастий, от прохудившегося валенка до чумы. Внешний вид варьировался в зависимости от местности.

Например, жители Южной Границы видели Хсанкула огромным воином, вооруженным боевым молотом и каждую ночь вылетающим на охоту за душами. Очевидно, теми самыми, падшими. Хсанкул пикировал на несчастных жертв с ночного неба, вытряхивал душу из расплющенной молотом оболочки и тащил в Потаенный город. Про запас, так сказать.

На Восточной Границе Хсанкул, вооруженный уже ятаганом, представал в виде костлявого старика, просящего милостыню на ночных дорогах. В нужный и удобный для себя момент коварный дед выхватывал свое оружие и вырезал доверчивому прохожему сердце. Деликатес съедал на месте, а душу отправлял в свое гнусное логово.

Жителям Запада зловещий правитель Потаенного города являлся аж в двух обличьях: ребенка с горящими красными глазами и женщины в черном платье, расшитом белой ниткой по подолу. Обе ипостаси занимались обычным для Хсанкула делом – похищали души: первый заманивал их в лес просьбами о помощи, вторая соблазняла.

Хсанкула знали и на Севере, в обличье дезертира из павшей во Второй войне степной крепости Оркрист. И это, как ни странно, соответствовало действительности. Хсанкул не похищал души, он не был ни ребенком, ни демоном. Он был орком, бежавшим из крепости еще до ее взятия южанами. Предателем, совершенно случайно попавшим на Дорогу к Престолу. Изменчивое пространство подарило ему жизнь, но перехода в другой мир телесная оболочка уже не выдержит. Постепенно в город стали приходить и другие: люди, гномы, эльфы, представители малых и больших народов; кто-то через некоторое время возвращался в Моокрогг, разочаровавшись в стезе отшельника, добровольно изолировавшегося от привычного мира; кто-то нет. Потаенный город был легендой не потому, что дорога туда закрыта для простых смертных; его легенду поддерживали сами гости. Ведь одно дело – побывать в удивительном месте, где местные ездят верхом на гигантских крысах, а за каждым углом таится страшное лихо. И совершенно другое – посетить обычное, в сущности, городище, основанное орком-дезертиром и заселенное представителями практически всех рас.

Градцы – как называли обитателей Потаенного города в Моокрогге – провожали нашу компанию заинтересованными взглядами, большинство из которых доставалось Фьетту и Вильке. Я в свою очередь с любопытством рассматривал молодую орочью поросль – вряд ли в таком возрасте можно думать о добровольной изоляции, скорее всего потомство местное. Потаенный город живет полной жизнью. Хсанкул не дремлет, хе-хе…

– И как они еще не передрались? – Захар, ведущий Усбота в поводу, прибавил шагу, чтобы оказаться рядом со мной.

– А зачем? – пожал плечами я.

– Я бы с орками не стал жить, – проворчал Агрос.

– Если припрет, и с орками споешься, – хмыкнул мальдьяр.

Дергон и Карата неторопливо шагали впереди, отлично зная, что у нас нет иного выхода, кроме как следовать за ними. В энергетическом поле обоих мне чудилось что-то до странности общее, чего по определению не может быть у боевого практика и храмовницы, пользующейся магией по-своему. Вспомнив наставления Вилл-Орма, я попробовал начать с самого простого элемента, виток за витком раскручивая заинтересовавший меня символ, похожий на геральдическую печать дворянского рода. Не имеющий цвета и одновременно воспринимаемый как многоцветный, лишенный формы и принимающий ее, стоит только об этом задуматься. Я нащупал что-то любопытное в общей с Горрооном части памяти, но никак не мог рассмотреть находку поближе и определить, что именно попало мне в руки. Что ж, подождем, возможно для этого откровения еще не настало нужное время.

– Фьетт, – негромко позвал я. – Запоминай дорогу.

Хатр кивнул, и в ту же секунду на город упала ночь. Настолько неожиданно, что никто из нас не удержался от удивленного возгласа разной степени цензурности. Дергон оглянулся через плечо, явно довольный произведенным эффектом. Не иначе как сам сотворил… Карата уверенно направилась к длинному одноэтажному дому в центре площади.

– Похоже, мы пришли, – Захар зевнул в кулак, в молочно-белом звездном свете блеснули чуть выдвинувшиеся клыки. – Надеюсь, гостеприимство наших новых друзей простирается до самого ужина, а не заканчивается на увеселительной прогулке по городу.

– Надейся, надежда умирает последней, – хмыкнул Агрос.

– Это в их же интересах, – подмигнул квэну мальдьяр. – Какие же переговоры на голодный желудок?

Захар говорил нарочито громко. Я хмыкнул, заметив, как напряглась спина Дергона (магистр всегда недолюбливал сознательно пьющие кровь расы), и на ходу спрыгнул с седла, оказавшись рядом с