Между

Глава 1. Жизнь, как сюр.

Гудки продолжались долгое время. Мне начало казаться, что никто не ответит или я ошиблась номером, и это не телефон моего родного дяди, о существовании которого я узнала недавно. Руки тряслись от волнения и напряжения, которое не покидало меня с того момента, как я узнала, что у меня есть родственники, помимо родной матери.

В тот момент, когда я уже была готова сбросить звонок, раздался голос:

– Слушаю.

Всего одно короткое слово, сказанное таким жёстким тоном, словно удар стальным прутом, от которого замираешь, как статуя, не имея возможности пошевелиться. Такие голоса, пожалуй, бывают только у самых авторитарных правителей, и я никак не ожидала услышать его у собственного дяди.

Попытавшись сглотнуть мгновенно образовавшийся ком в горле, то ли хриплым, то ли сиплым голосом я ответила:

– Дядя Миша… – чувствовалось напряжённое молчание с той стороны, да и у меня самой руки тряслись, ладошки вспотели, ноги отстукивали чечётку. В голову сразу закрались сомнения: зачем я вообще позвонила, может, это и не мой дядя вовсе?

– Алиса? Редкая Алиса Павловна? – спросил мужчина на другом конце провода, и я поняла, что номер оказался верным.

Слёзы тут же побежали по лицу, и мне стало трудно сдерживаться. Следователь, в кабинете которого я сидела, подал мне стакан воды в попытке успокоить, а я только махнула головой.

– Алиса?

Я кивнула в знак согласия, не сразу понимая, что человек этого не увидит, но, услышав, как меня снова позвали, сказала:

– Это я.

– Девочка моя, что случилось? – его тон сразу же изменился.

Это говорил человек, который переживал и хотел проявить участие, волнение которого явно просачивалось в голос – а может, я просто обманывала себя и хотела, чтобы так всё и было. И хотя понимала, что, по сути, мы совершенно не знакомые друг другу люди, мне стало так тепло от его слов и интонации, с которой он говорил, что камень упал с души.

– Мама…

– Что с ней? – встревоженно спросил мужчина на другом конце провода.

– Мама погибла. Мы попали в автомобильную аварию, – ответила я без желания вдаваться в подробности произошедшего.

– Ты цела?! – воскликнул дядя Миша. – С тобой всё хорошо?!

– Да. Пара царапин и ушибы, жить буду. Дядя Миша… я не знала, кому ещё позвонить, совсем недавно узнала Ваш номер, а следователю и органам опеки нужен кто-то из родственников, чтобы подписать документы и определить меня в детский дом до моего совершеннолетия…

Я не успела договорить, как он резко и решительно произнёс:

– Алиса! Никакого детского дома, слышишь меня?! Я сейчас же вылетаю за тобой. Это твой номер телефона?

– Нет. Это номер следователя.

– Хорошо, дай ему трубку, пожалуйста.

Я покорно передала трубку Виктору Юрьевичу, следователю, который работал над делом о гибели моей мамы. О чём они говорили, я не знала, даже не прислушивалась. Всё в моей голове превратилось в кашу из произошедших событий и того, что я узнала о собственной семье. Кому расскажи – не поверят. Просто дешёвый сериал какой-то.

Я заметила, что следователь снова протянул мне телефон, и взяла его в руки.

– Алиса, я уже покупаю билеты, прилечу завтра вечером. У тебя есть знакомые, у которых ты могла бы переночевать, чтобы не оставаться дома одной?

– Я могу остаться у друга, – тихо сказала в ответ.

– Отлично. Диктуй адрес, всё остальное я улажу.

Продиктовав адрес, я вздохнула с облегчением. Слёз уже не осталось. Осознание того, что у меня ещё есть семья и меня не бросают на произвол судьбы, успокаивало, хоть и верилось в это всё ещё с трудом.

– Алиса, я понимаю, что у тебя много вопросов, и обещаю, что отвечу на каждый из них. Потерпи, скоро всё наладится. Хорошо?

– Спасибо, дядя Миша…

– Всё будет хорошо, держись. Завтра увидимся.

Мы попрощались, и я вернула телефон следователю.

– Не знал, что у тебя настолько влиятельные родственники, – сказал мужчина.

– Виктор Юрьевич, не поверите, я тоже, – с грустью пробормотала я.

С этим следователем мы были знакомы уже давно: приходилось сталкиваться по разным причинам. Вернее даже будет сказать, что причина всегда была одна, а вот результат действий от – каждый раз разный. Про нас с мамой уже знали все кому не лень.

– По поводу произошедшего. Ты уверена, что не хочешь написать заявление на второго участника ДТП? – осторожно спросил следователь.

Я долго смотрела ему прямо в глаза, от чего мужчина даже немного смутился. Во мне в это время проснулась какая-то необоснованная злость, что для меня совсем не свойственно. Без причины захотелось вывалить на него весь свой гнев, обиду, негодование и разочарование. Вероятно, всё это было написано на моём лице, потому что он быстро сказал:

– Я тебя понял, Алиса. Если тебе нужна какая-то помощь, только скажи.

Я не успела ничего ответить, когда в дверь постучались и, не дожидаясь ответа, в кабинет влетела тётя Лера, мама моего лучшего друга, за которой маячил и сам Денис.

– Алиса, девочка моя! – воскликнула тётя Лера и утянула меня в свои объятия.

Я с нежностью обняла женщину, которая относилась ко мне, как к собственной дочери. Когда я взглянула на Дениса через её плечо, он всё понял по моим глазам. Он знал, что прямо сейчас мне не нужна была её жалость, что я, наоборот, хотела побыть в тишине, подальше от чужой заботы.

– Мам, ну всё, отпусти её, – попросил Денис, попутно вытаскивая меня из её объятий. – Мы подождём тебя в машине, – он крепко сжал мою ладонь и повёл подальше от этого места.

Мы шли молча. Денис – мой лучший друг; он знал, когда нужно что-то сказать, а когда – нет. И я была очень благодарна за его понимание. Порой мне казалось, что он знал меня лучше, чем я саму себя. Иногда это пугало.

Мы шли по коридорам полицейского участка: серые и гнетущие, словно из фильма ужасов, в которых из-за угла неожиданно выскакивает какое-нибудь чудище. Я чувствовала на себе взгляды, полные даже не сочувствия, а жалости. Терпеть не могу жалость. В голове снова возникали картинки всё из того же хоррора: умалишённые пациенты психбольницы рассматривают тебя, как добычу. Все эти взгляды, ломота во всём теле, боль в ноге от сильного ушиба, перелом руки и ключицы, ссадины на открытых участках тела… Конечно, я привыкла к этому, но почему-то прямо сейчас всё ощущалось особенно неприятно. И я сильнее сжала ладонь Дениса. Он остановился и шагнул ближе ко мне.

– Уведи меня отсюда скорее, – шёпотом взмолилась я.

И ему не нужно было повторять дважды. Денис подхватил меня на руки, осторожно, чтобы не побеспокоить мою многострадальную ключицу, и как можно скорее постарался покинуть полицейский участок.

Я закрыла глаза в попытке скрыться от окружающего меня мира. Попыталась сосредоточиться на своих ощущениях, чтобы отвлечься. Сделала глубокий вдох и услышала аромат духов Дениса. Этот аромат цитрусовых нот, которые невольно вызывали улыбку. Почему-то этот любимый Денисом аромат ассоциировался для меня с дерзостью и бесстрашием, бунтарским духом и задором. Он очень подходил ему. Сосредоточенность на такой мелочи, как запах, помогла мне отвлечься, и я даже не заметила, как мы оказались на улице возле машины.

– Алиса… – как будто сквозь пелену, невидимую завесу, раздался голос Дениса. – Алиса, давай в машину, – он попросил тихо, словно боялся потревожить меня.

Открыв глаза, я увидела написанное на его лице волнение. И стало по-настоящему тошно. Нет, не потому что он переживает, а потому что ему приходится переживать. Из-за меня. Снова. Я слабо кивнула, и Денис помог мне сесть в машину.

Спустя какое-то время вернулась тётя Лера, и мы тронулись с места. Денис уже получил права, поэтому вёз нас на отцовской машине. Время близилось к закату, начали загораться фонари и магазинные вывески. Но моё любимое время дня, когда солнце скрывалось за горизонт и окрашивало всё разноцветными красками, вдруг превратилось в темноту. Яркие солнечные цвета, которые в моих глазах всегда олицетворяли жизнь и безмятежность, приняли оттенки моего душевного состояния. На небе повисли хмурые, свинцово-серые тучи, которые давили на солнце своей тяжестью. И оно, словно принимая поражение, скрылось за ними, а первые капли застучали по окнам машины.

В считанные секунды стало совсем темно, сверкнула молния, и где-то вдалеке пророкотал гром, но мне казалось, что он разверзся над моей головой. Боковым зрением я поймала на себе взгляд Дениса в зеркале заднего вида. Я могла ощутить его боль на собственной коже. Это было невозможно видеть. Я закрыла глаза, прильнув к холодному стеклу.

Глава 2. Капкан существования

Ожидая свой кофе, я принял входящий от Михаила Платоновича. Это было странно: мы разговаривали несколько минут назад.

– Ярослав, я срочно улетаю, оставляю все дела на тебя, вернусь через пару дней, – сообщил голос на другом конце провода.

В то же время я принял свой заказ, кивнул бариста и вышел из кофейни, удобно расположенной неподалёку от моего дома в центре города.

– Что-то случилось? – уточнил я, потому что голос у него был взволнованный. Я не могу вспомнить, чтобы он так когда-то звучал таким образом.

– Я еду за своей племянницей.

Это удивило меня ещё больше. Наши взаимоотношения с Михаилом были не только рабочие, но и товарищеские, если не дружеские, поэтому я был в курсе истории с его племянницей. Или, точнее говоря, того, как он долгие годы пытался отбить её у матери и забрать к себе, но по определённым причинам не мог этого сделать.

– Неужели, ваша невестка… – я так и не успел договорить.

– Нет. Она погибла. Алису хотят отправить в детский дом. Не могу этого допустить. Каким-то чудом она нашла мой номер телефона и позвонила. Пробей адрес, что я тебе отправлю. Алиса останется там, пока я не приеду. И ещё… найди информацию по следователю – всё, что сможешь.

– Всё сделаю, Михаил Платонович, – ответил я, уже набирая своему другу, Ромке, со второго телефона.

Он держал частное сыскное агентство, а также занимался подготовкой охраны и телохранителей. Только он в кротчайшие сроки мог достать проверенную информацию.

– Я сразу же пришлю вам всё, что найду.

– Жду. И… Ярослав, сможешь завтра встретить Стеллу в аэропорту?

Это было то, что я совершенно не хотел делать. Выносить присутствие этой девицы дольше пяти минут у меня категорически не получалось. Но выбора не было, поэтому я вынужденно согласился. Придя в офис, я попросил секретаря узнать время прилёта рейса с Мале, чтобы не забыть встретить дочь начальника.

Разбираясь с бумагами и чертежами нового проекта по строительству торгового центра, я не мог выкинуть из головы историю семьи Михаила. Конечно, я сожалел, что его невестка погибла, но было странно то, как на протяжении долгих лет она не подпускала его к племяннице, пресекая все попытки встретиться. На моё предложение подключить своих людей Михаил отказывался и не объяснял причин. Но, вероятно, настал тот момент, когда он готов раскрыть все карты.

На протяжении всего дня меня не покидало предчувствие надвигающегося апокалипсиса, но, как сказал бы Ромка, мой друг детства, пиздец накрыл нежданно. И стоило мне только об этом подумать, как раздался звонок.

– Да, Ром.

– У меня вопрос: тебе зачем вдруг потребовалась инфа по какому-то следователю и людям по адресу, что ты скинул, из такой дали дивной?

– По работе, но в то же время и нет, – ответил я, уже просматривая информацию, что скинул Рома.

– На кой чёрт они тебе сдались, где связь?

– Помнишь, я рассказывал, что Михаил не может забрать к себе племянницу?

– Ну.

– Она с ним связалась. Нашла его номер и позвонила.

– Там же, вроде, мать её пресекала все попытки связаться.

– Её мать погибла, девчонку хотят сплавить в детский дом. Вот Михаил и решил забрать её.

– Во дела…

– Ладно, благодарю за службу, будем на связи.

– Бывай.

Я сразу отправил файл Михаилу и сел изучать материалы более подробно. Честно говоря, было лучше вообще не лезть в это дело. В документах значилось, что некий следователь Виктор Юрьевич неоднократно вёл дела о «несчастных» случаях с участием племянницы Михаила. Но каким-то неведомым образом дела быстро закрывали под грифом «случайность/по неосторожности» и подобным. Тут и дураку стало бы понятно, что следак не чист на руку и намеренно прикрывал дела. Вот только зачем? По крайней мере, теперь было ясно, почему Михаил так торопился и подключил наших лучших адвокатов.

Я написал сообщение Ромычу: «У тебя есть люди, которые могли бы присмотреть за домом, где сейчас эта девушка?»

Ответ с обещанием всё организовать пришёл немедленно. Что-то по-прежнему не давало мне покоя. Как будто ответ был на поверхности, но я не мог его поймать. И это чертовски раздражало.

– Ярослав Родионович, – осторожно позвала вошедшая в кабинет Оля, мой секретарь. Она заметила, что я находился на грани и мог на хуях оттаскать любого, кто попадётся на глаза.

Я нехотя поднял на неё взгляд.

– К вам пришли из госстройнадзора, – неуверенно сообщила она, опасаясь, что сейчас ей прилетит за то, что отвлекла.

– Пригласи их войти и организуй, кофе и чай, – сказал я вместо этого.

Ребята подоспели как раз вовремя. Теперь я мог отвлечься и заняться важными делами.

–

– Хочешь и её жизнь погубить? Твои руки и так по локоть в грязи, – с презрением проговорил мужчина.

– Ты думал, что я оставлю на произвол судьбы свою родную племянницу?

– Брата же оставил.

– И эту вину я буду нести до конца жизни…

– Вот и вали отсюда. Оставь девочку, за ней будет кому приглядеть.

– Не смеши меня. Это вот так вы приглядывали за ней?! – бросил документы на стол перед человеком напротив. – Покрывали сумасшествие её матери и то, что она творила с ней. Блюстители закона ещё называются.

– Попридержи язык, – чуть ли не прорычал мужчина.

– Мои адвокаты уже взялись за дело. Органы опеки на моей стороне, как и закон. Завтра я заберу Алису, и мы уедем из этого чёртова города.

–

Сибирский рыжий кот Майло забрался ко мне на руки, улёгся и заурчал. Почувствовал себя настоящим шейхом – весь такой важный. А я, словно заведённая кукла, гладила кота, совершенно ничего не замечая вокруг.

Мне было больно осознавать, что в этот раз у неё получилось сломать меня окончательно, хотя, быть может, не так, как она планировала. Ей уже было всё равно, но что мне с этим делать? Я очень злилась на неё. На её равнодушие, с которым она из раза в раз разбивала меня на мелкие осколки. Но помимо злости, обиды и разочарования, было что-то ещё – что-то, что я не могла опознать. Оно скапливалось в груди, сжималось и становилось тяжёлым настолько, что я задыхалась.

Сквозь пелену, я увидела, как Денис оказался рядом, взял меня за руки и заставил посмотреть на него.

– Алиса, смотри на меня, слышишь? Смотри на меня.

Я смотрела, но будто не видела. Он словно находился за прозрачной стеной. Стоило лишь протянуть руку, чтобы дотронуться, но, пытаясь, непременно появлялось невидимое препятствие. Его голос слышался, как из-под толщи воды.

Становилось страшно. Грудь сдавливало ещё сильнее.

– Алиса, дыши. Дыши вместе со мной…

И я пыталась. Смотрела в его глаза и старался дышать. Что-то огромное и страшное внутри меня взорвалось. Осколки застряли в горле, оставляя в груди противный осадок, который не собирался растворяться и давил на рёбра. Но это принесло долгожданное освобождение подступившим слезам. Этот яд начал разъедать меня изнутри. Я чувствовала, что он не оставлял за собой ничего, кроме ничем не заполненной пустоты и ноющей боли. Каждый вдох, который я пыталась сделать, оказывался бесполезным. Руки заледенели, и мне начало казаться, что душа медленно покидает тело.

– Дыши вместе со мной. Смотри на меня…

Я не сдавалась, продолжала пытаться дышать. Прошло неизвестное количество времени, но постепенно страх уходил, а я начинала мыслить осознанно.

– Всё хорошо, ты справилась… – сказал Денис, прижимая меня к себе.

Какое-то время мы сидели в объятиях друг друга, ничего не говоря. Думать не хотелось. Совсем. Хотелось оказаться в сказке, стать принцессой, которая разговаривает с животными, гуляет по лесу и поёт песни, но реальность была совсем иной. Денис словно хотел укрыть меня от всего вокруг, спрятать от мира. Он положил подбородок мне на макушку и ещё крепче сжал. И мне, вроде, становилось легче, я медленно успокаивалась, но где-то внутри оставалось что-то тёмное. Оно не хотело уходить.

– Я не хочу чувствовать…

Я услышала, как Денис шумно втянул воздух, как будто готовился сказать что-то серьёзное и значимое.

– Только недолго, ладно?

– Денис… – позвала я, а он молчал, ждал, когда я сама продолжу говорить. – Она снова пыталась это сделать…

– Но у неё не получилось.

– Она убила меня не физически…

– Не говори так, – сказал он так, словно умолял меня.

Но я не знала, что ему ответить. Если бы я притворилась, что всё хорошо, это была бы наглая и грубая ложь, которую он мгновенно мог распознать.

– Позволь времени сделать своё дело. Раны затянутся.

Это стало моим пределом. Я начала рыдать, выплёскивая всё, что накопилось внутри меня.

– Денис, сколько времени ещё должно пройти? Сколько ещё попыток убить меня, я должна пережить? Я так больше не могу.

– Тише, тише… Всё закончилось, слышишь? Тебе больше никто не навредит.

– Я не хочу с этим жить…

– Тебе и не придётся. Твоя прошлая, страшная жизнь закончилась. Теперь ты сможешь начать всё сначала. Так, как сама захочешь.

У меня не осталось сил. Слёзы продолжали бежать по лицу, и казалось, что им не будет конца.

Глава 3. Колесо фортуны ли?

Алиса смогла только выпить горячий чай – кусок в горло не лез. Тётя Лера уговаривала её съесть что-нибудь, но безуспешно. Сейчас она могла думать только о том, как рассказать им, что у неё есть дядя и что скоро он приедет за ней. Конечно, она понимала, что родители друга готовы взять её под опеку, позаботиться о ней и всё остальное, но Алиса не хотела быть для них обузой. Они уже сделали для неё достаточно. Больше, чем должны.

Денис был её другом с детства, и они не хранили секретов друг от друга, а его семья порой заменяла Алисе собственную. Она любила этих людей всем сердцем и была бы рада остаться с ними, но, если уж быть совсем честной, ей хотелось обрести свою семью. Она не знала, кто её дядя, что он за человек и есть ли у неё родные, помимо него. Не знала, почему мама не только так рьяно ограждала её от общения с ним, но и в целом скрывала сам факт его существования. Но где-то в глубине души Алисе казалось, что он хороший человек.

Её жизнь круто изменилась. И Алисе было необходимо набраться смелости принять эти изменения, к чему бы они ни привели. Ей также следовало каким-то образом организовать похороны мамы. У неё не было ни малейшего понятия, как это сделать. Это также требовало средства, которые она не знала, где взять. Ей оставалось только надеяться на тётю Леру. Когда она задумывалась обо всём этом, ей начинало казаться, что жизнь преподнесёт ещё множество испытаний и будет насмехаться над тем, как она пытается выбраться из этого дерьма.

– Алиса, скажи уже… – попросил Денис, и она медленно осознала, что уже какое-то время сидела, уставившись в одну точку.

Алиса подняла на него взгляд, и он продолжил:

– Я вижу, как работают шестерёнки в твоей голове.

– Сегодня за мной приедет мой дядя, – выпалила она на одном дыхании, ожидая реакцию на свои слова. Уж лучше рубить с плеча, чем мягко подводить. Ей не особо хотелось разглагольствовать.

Реакция не заставила себя ждать: все замерли и уставились на неё.

– Я узнала, что у меня есть родной дядя, и связалась с ним. Сегодня он приедет забрать меня, – сказала она быстро и чётко, без подробностей.

Алиса заметила, как желваки на висках Дениса еле дрогнули, как его взгляд на секунду стал каким-то странным, но она даже не успела понять этот взгляд, когда он снова стал привычным. Он ничего не сказал и просто ушёл в свою комнату.

– Спасибо за завтрак, тётя Лера, – сказала Алиса одновременно с хлопком двери.

Денис злился. Ей не терпелось отправиться за ним, чтобы всё объяснить.

– Ты же ничего не поела толком…

– Спасибо, – она неосознанно повторила, поднимаясь из-за стола.

Тётя Лера хотела что-то добавить, но дядя Юра, её муж, остановил супругу от разговора. Алиса чувствовала благодарность за этот жест: ей было важнее решить вопрос с другом, а потом уже всё остальное.

Денис сидел на кровати, сложив руки на колени, облокотившись на спинку. Его глаза были закрыты – он о чём-то задумался. Алиса села рядом, не решаясь нарушить тишину. У неё не было ни малейшего понятия, с чего начать, как всё объяснить.

Порой ей начинало казаться, что она где-то сильно накосячила в прошлой жизни, так что эта стала для неё не радостью, а тяжёлым и неподъёмным бременем. Алису согревали лишь светлые, чистые и тёплые воспоминания, связанные с этими людьми. Именно от них она узнала, что такое безусловная любовь и забота близких. Это был её маяк, который дарил надежду на спасение.

Они всегда считали, что есть только она и её мама. Но неожиданно появился её дядя. Алиса понимала, как это выглядело со стороны: даже ей было боязно и странно. Но ей не пришлось ничего говорить, поскольку Денис сделал это вместо неё:

– Ты знала, что у тебя есть дядя?

– Узнала недавно.

– Почему не сказала?

– Не успела.

Денис открыл глаза и пристально посмотрел на неё, в ожидании, что она продолжит говорить и даст хоть какую-то ясность. Вот только не было никакой ясности – она сама ещё ни в чём не разобралась.

– Когда я нашла листок, на котором был записан номер телефона и имя человека с такой же фамилией и отчеством, как у моего отца, конечно же, я решила спросить у мамы и потребовала объяснений. Даже дураку понятно, что людей с такой редкой фамилией, – она усмехнулась, осознавая сюр всей ситуации, – будет немного. Совпадение ли, что у матери записан телефон некоего Редкого Михаила Платоновича? Но она пришла в бешенство и начала кричать, ругала меня за то, что я полезла, куда не следует. И что вообще ничего этого не должно было быть. Что она должна всё исправить. Я так и не поняла, о чём шла речь. Я пыталась её успокоить и поговорить… Но сам знаешь, с мамой это редко удаётся… Удавалось… – поправила себя. – Потом она успокоилась и сказала, что нам нужно куда-то поехать, якобы там я узнаю всю правду. И я поверила ей… а дальше ты сам знаешь, что произошло…

– Откуда он?

– Не знаю.

– Кто он, чем занимается?

– Не знаю.

– Ты вообще хоть что-то о нём знаешь?!

– Не знаю! Денис, я ничего не знаю! Я узнала о его существовании только вчера!

– И ты готова довериться незнакомому человеку?! И что значит «он заберёт тебя»?!

– А что ты предлагаешь?! Он мой единственный родственник. Который, между прочим, сразу согласился помочь и забрать меня к себе.

– Забрать к себе… – повторил шёпотом Денис.

– А, по-твоему, мне нужно отправиться в детский дом?! – нервы были на пределе.

«Почему Денис не мог понять, что я предпочла бы жить с пусть и незнакомым, но родным человеком, чем в детском доме? Я понимала, что мир сложный и бесконечный. Не понаслышке знала, что в нём много горя и зла, знала, что есть жестокие люди, которым от жизни нужны только богатство и власть. Но была и другая сторона… Ты были добро и любовь, друзья, близкие люди, которые не отвернулись бы… Там были поддержка и помощь. Так почему я не могла верить в то, что мой дядя – хороший человек»?

– Неужели ты не понимаешь, что это, возможно, единственный шанс для меня обрести родную семью?!

– А мы тебе не семья?.. – тихо спросил её друг, и она услышала горечь в его словах.

Её сердце болезненно сжалось от обиды в его голосе. Алиса села ближе к нему, взяла его за руки и подумала, как лучше донести ему свои чувства. Ей не хотелось, чтобы он думал, как будто она не ценит его или всё, что его семья сделала для неё. Как будто люди, которых она никогда не видела в своей жизни, каким-то образом стали для неё дороже него.

Она никогда не умела выражать свои чувства, держала их под замком, скрывая от окружающих. Только Денис всегда видел её насквозь и знал, что пряталось внутри неё, возможно, порой даже лучше, чем она сама. Неужели он не мог увидеть и сейчас? Или что-то в том, как всё изменилось в её жизни, искажало её чувства в его глазах, заставляя его сомневаться?

Она действительно устала! Всю свою жизнь она подавляла эмоции, уверенная, что разберётся с ними сама. Но она не могла продолжать в том же духе. Скопившееся внутри неё напряжение и тревога грозили раздавить остатки её рассудка, и ей нужно было открыться кому-то. И Денис был единственным, кому она могла и должна была довериться после всех тех лет, когда ему приходилось гадать обо всём, что она хотела спрятать. Он не должен был сомневаться в его месте в её жизни и заслужил услышать от неё, насколько она ценит его присутствие.

– Денис, ты и твои родители родные люди для меня. Я вас безмерно люблю и ценю. Не знаю, что делала бы без вас. Но пойми, пожалуйста, если у меня есть возможность обрести семью, я не хочу её упускать. К тому же мне не хотелось бы стать для вас обузой…

– Ты не обуза, и ты это знаешь, – почти прорычал Денис, а она устало вздохнула, пытаясь подобрать слова.

– Пусть так, но это мои чувства, Денис. Я не могу не обращать на это внимание. Почему мне кажется, как будто ты считаешь, что я бросаю тебя?

– А разве нет? – он вскинул на неё взгляд, полный вызова.

– Совсем сдурел, что ли? Как я могу бросить лучшего друга? Единственного…

– Ты собираешься уехать с ним…

– Но я же не на другую планету поеду. К тому же, ещё неизвестно, в какой город – вдруг это недалеко? Никто не запретит нам общаться и видеться. Или, может, он вообще не приедет.

Он посмотрел на неё исподлобья, словно сомневается.

А она чувствует, что сейчас внутри неё происходит борьба против возможности жить своей жизнью, пойти в новое или остаться в привычном ей мире.

И тут Алиса осознала, что это и была её жизнь. Вечная борьба. У неё появилась возможность изменить жизнь, но она должна была сделать что-то, чтобы не потерять то дорогое, что у неё уже было.

– Ну, как мне ещё тебе доказать, что я не бросаю тебя? – с мольбой в голосе спросила она, чувствуя, как слёзы подкатывали к глазам.

На протяжении всей жизни её не покидало чувство вины за собственное существование – ей не хотелось быть виноватой в чём-то ещё перед другом.

– Пока он не ответит на все вопросы, пока не даст удовлетворительные ответы, я никуда тебя не отпущу с этим… дядей, – ответил Денис, и у Алисы не было сомнений, что он абсолютно серьёзно намерен завалить дядю Мишу вопросами.

Может, ей стоило бы расслабиться, успокоиться и меньше думать? Разве бывает дикий лес без волков? Рано или поздно они должны были со всем разобраться.

–

В аэропорту, как всегда, особая атмосфера: кто-то спешил по своим делам, кто-то терпеливо ожидал рейс. Ярослав наблюдал, как люди держались за руки и, с грустью глядя друг другу в глаза, прощались. Другие радостно встречали прилетевших. Аэропорт – это маленькая жизнь. И так сказал бы любой романтик, но в его глазах аэропорт – это только суета, паспортный контроль, таможня и багаж, место прилёта и отлёта. Вот и всё. Но даже он не смог бы отрицать, что это место пересечения времени и пространства не лишено своего шарма: трепет долгожданной встречи и слёзы, счастливые улыбки, нежные объятия, которых так не хватало.

Но он ждал дочь своего босса, и даже любимый терпкий кофе не спасал от этого неприятного момента. Если бы ему позволяла совесть, он приехал бы ещё на полчаса позже, но Ярославу пришлось поспешить ко времени прибытия рейса из Мале. Теперь он должен был ждать, пока Стелла пройдёт таможню, получит свой багаж и выйдет в зал ожидания. Михаил хорошо знал, что Ярослав не может переносить на дух его дочь, но всё равно именно он должен был доставить её домой. Раздражал и тот факт, что он не видел – а может, не хотел замечать, – как дочь умело манипулирует им. Стоило признать, у неё это отлично получалось. Оставалось надеяться, что она не устроит очередной скандал из-за какой-нибудь откровенной ерунды, вроде вмятины на чемодане. Она способна на такое, но у Ярослава совсем не было желания решать её мелочные проблемы.

Он закрыл глаза, глубоко вдохнул и выдохнул – начали выходить пассажиры нужного ему рейса. Раздался звук каблучков по каменной плитке. Ну конечно, было очень удобно ходить на каблуках и с чемоданом.

Открыв глаза, он увидел её во всей красе. Как всегда, с иголочки. Глупо было отрицать, она красивая, даже очень. Стильная, модная. Любой мужчина обратил бы на неё внимание и захотел, чтобы такая красота была рядом с ним. Ярослав бы даже сказал, что она весьма умна и не обделена талантом, но всё портил её дрянной характер – стервозность и сучность вытравить довольно сложно.

Он молча забрал её вещи и направился к выходу из аэропорта.

– И что, даже слова доброго не скажешь? – послышалось где-то позади.

Ярослав обернулся и, в наигранном жесте-поклоне открыв дверь машины, сказал:

– Присаживайтесь, мадам, карета подана, – изо всех сил стараясь, чтобы выдавить из себя подобие улыбки, а не издевательский оскал.

– И тебе не интересно, соскучилась я или нет? – девушка вскинула бровь, сделав шаг к нему.

– Уверен, Вашему Величеству некогда было скучать, – он начал прикрывать дверь, давая понять, ей пора сесть.

Она была недовольна, это сразу бросалось в глаза, но Ярослава это не волновало. Он не парень на побегушках и не личная прислуга, чтобы угождать ей.

Захлопнув дверь, он быстро сложил вещи в багажник и сел за руль. Стелла сидела с кислой миной. Она ожидала, что он на задних лапках буду вокруг неё бегать и выполнять все капризы, но нет, красавица, ни сегодня, ни завтра, ни в любой другой день.

Ярослав завёл машину и двинулся по направлению в город.

– Ты намеренно меня игнорируешь или… – попробовала сказать Стелла, но я перебил её:

– Сделай себе одолжение, перестань тратить своё время на общение со мной.

«Что должно произойти, чтобы она поняла, что я не стану уделять ей внимание, которого она так жаждет?»

– Может, я сама решу, что мне делать? – она начала злиться. – Думай о том, что говоришь девушкам, они всё запоминают.

Это была ещё одна причина, по которой его не интересовали молоденькие девушки, вроде Стеллы. Все эти модные фразочки из соцсетей, манерность великосветской львицы и прочее – это только раздражало.

Ярослав проигнорировал её слова и продолжил следить за дорогой.

– Почему ты такой гад?

– Только заметила? Убедись, что у тебя есть собственная жизнь и не трать время на меня, – ответил он и заметил, как Стелла скривила лицо в раздражении.

– Придурок, – бросила Стелла в ответ, прежде чем уставиться в окно. Принцесса надулась.

До чего капризная девица, которая привыкла, что всё в жизни достаётся легко, на блюдечке с голубой каёмочкой и не привыкла к отказам. Но он не из тех, кто будет лебезить перед ней или плясать под её дудку. Поэтому отбросив мысли о своей пассажирке, решил сосредоточиться на дороге и окружающем мире.

Закончился жаркий июнь с его дурманящими ароматами черёмухи и сирени, а сейчас яркий июль с его цветными радугами, белыми пышными облаками и весёлым ажиотажем молодёжи, но Ярославу по душе август, который может быть сырым и дождливым, а может и солнечным. Он любит этот месяц за его ночные звездопады, румяные яблочки-ранетки и душистые груши, и сливы на даче у мамы. За выходные в лесу с отцом на охоте или походом за грибами всей семьёй. За этими мыслями вспоминает, что уже давно не навещал родных. Малая наверно уже злится и обижается на него. Он подумал о том, что стоит заехать к ним сегодня вечером.

От мыслей его отвлёк входящий звонок.

– На связи.

– Как оно? Царевна на заднем сиденье? – рассмеялся Рома, осведомлённый об их отношениях.

– Всё чётко по плану. Что хотел?

– Я, собственно, с отчётом. Ребята приглядывают за домом. Всё спокойно, но пару раз появлялись двое. Какое-то время караулили, потом уходили. Данные по ним уже отправил тебе, но сразу скажу, информации мало. Засекречено всё, а это значит, что ребятки не простые смертные.

– Этого следовало ожидать. Есть возможность разузнать, как они связаны с этой семьёй?

– Постараюсь, но гарантий дать не могу.

– Всё, что сможешь, а там разберёмся.

– Уверен, что хочешь влезть в это дело?

– Нет. Абсолютно.

– Но оно само идёт к тебе в руки, да? – друг снова засмеялся.

– Прямо просится, – усмехнулся Ярослав.

– Тебя ждать сегодня на тренировку или завтра? – решил сменить тему Рома, прекрасно зная, что в присутствии посторонних ушей он не будет говорить много и что мадам на заднем сиденье может знатно подпортить настроение.

– Завтра. Сегодня я к родителям, давно у них не был. Да и мелкую проведать надо.

– Эх, почему ей не восемнадцать…

– Губу закатай, Казанова, – Ярослав рассмеялся.

– Ты разбиваешь мне сердце.

– Ничего, не помрёшь.

– Жестокий ты человек, Ярослав Родионович. И как только тебя люди терпят?

– Ты один из них, кстати.

– Ой всё, иди ты… – друг отключился. Конечно, ему просто нечего было сказать в ответ.

За окном мелькал красивый пейзаж, проезжающие мимо машины. Ярослав старался ни о чём не думать, но мысли, как назойливая муха, продолжали возвращаться. Было до чёртиков интересно, какая история скрывалась в семье Михаила, если он всё же попросил его подключиться к этому вопросу. Хоть и не в его правилах было лезть не в своё дело, но на этот раз тянуло, как магнитом.

За своими размышлениями он не заметил, как они подъехали к городу. Мысли складывались так, что Ярослав уже забыл о конечной цели своей поездки, но ему быстро об этом напомнили.

– Я хочу есть, – подала голос Стелла.

– Скоро приедем и можешь делать всё, что хочешь.

– Но я хочу поесть сейчас. Останови у Лаунжа.

– До дома никак не потерпеть, да? У меня нет времени на это.

– Мой любимый папочка попросил тебя встретить меня и доставить на дом, так?

– И?

– Ты работаешь на моего отца, значит, выполняешь его указания, так?

– Ближе к делу.

– А раз я дочь твоего начальника, ты должен исполнять всё, что я тебе скажу. А я хочу пообедать в Лаунже, – скрестив руки на груди, она с вызовом посмотрела на него, на что Ярослав лишь скептически приподнял бровь, глядя на неё в зеркало заднего вида. – Иначе я расскажу отцу, что ты плохо работаешь.

– И что?

– В смысле «что»?

– Что, по-твоему, сделает Михаил, когда узнает, что я не стал выполнять твои капризы? Уволит? Нет. Денег лишит? Нет. Тогда что?

– Что-нибудь придумает, если я попрошу.

– Ну, ты позвони и пожалуйся, например, прямо сейчас.

Ярослав знал, что порой лучше и правда пойти на поводу – меньше проблем будет – но чёрт потянул его за язык. Она же действительно могла позвонить Михаилу, нажаловаться, снова пустить в ход манипуляции, и тогда ему действительно пришлось бы везти её в ресторан.

Девчонка и правда оказалась намерена позвонить отцу, поэтому, чтобы отделаться меньшей кровью, он пошёл у неё на поводу.

– Если там не будет свободных столиков, я ждать не буду.

– Что, испугался? – язвительно спросила она, зная, что выиграла.

Ну да чёрт с ней. Пока она будет обедать, он мог бы заняться делами. Но удостаивать её своим ответом Ярослав был не намерен. Она могла думать, что пожелает.

Они остановились у одной из высоток города – ресторан находился на последнем этаже. Ярослав захватил с собой макбук, чтобы провести время с пользой, и, пока они ехали в лифте, успел забронировать столик. Порой привилегии, дарованные известностью в обществе, приносили пользу.

Стоило только им войти в ресторан, как хостес уже встречала их.

– Ярослав Родионович, добро пожаловать, – сказала девушка, приветливо улыбаясь.

Он молча кивнул ей в знак приветствия. Хостес заметила, что рядом с ним завсегдатая ресторана, поэтому поприветствовала и её:

– Стелла Михайловна, добрый день. Прошу, проходите.

Экстра Лаунж – современный модный ресторан с европейской кухней, который облюбовала вся местная элита. Ярослав должен был признать, место и правда было хорошее: стильный шикарный интерьер, вид на город в 360 градусов, превосходная авторская кухня.

Хостес проводила их к столику, который Ярослав предпочитал выбирать всякий раз, когда бывал здесь. Ему нравилось смотреть на город с высоты птичьего полёта – это завораживающе. Создавалось мнимое чувство безграничной свободы.

– Ярослав Родионович, Вам как обычно? – спросила хостес Анна.

– Да, благодарю, – он кивнул, чувствуя удовлетворение от того, что в ресторане уже были известны его вкусы.

– Стелла Михайловна, что будете заказывать в этот раз?

– Салат с крабом и поке с угрём.

– Пить что-нибудь будете?

– Мартини экстра драй.

– Хорошо, напитки сейчас принесут, блюда будут готовы в течение двадцати минут.

Пока Стелла что-то строчила в своём телефоне и делала фотографии для соцсетей, он открыл макбук, чтобы поработать. На поездку ушло довольно много времени: в графе входящих сообщений на почте горело несколько непрочитанных писем от работников, которые требовали срочного ответа, чтобы работа не простаивала.

Официант принёс ему чёрный кофе без сахара, а для девчонки – мартини. Ярослав бросил на неё взгляд и спросил:

– Не рановато для алкоголя?

– Тебе-то что? Хочу и пью.

Он лишь усмехнулся и вернулся к своим делам. Всегда поражало то, как молодые девчонки наивно полагали, что пафосное поведение и распитие спиртных напитков каким-то образом сделает их привлекательнее в глазах мужчин. Это был дополнительный пункт в список причин, по которым ему не были интересны отношения с молоденькими девушками. С ними было действительно не о чём поговорить, а иметь рядом просто красивую куклу – скучно.

Пока готовилась еда, Ярослав разбирался с рабочими моментами. Его команда работала слаженно – это радовало. Ему следовало бы похвалить их хоть немного, пока они взаправду не стали считать его тираном. А вот то, что они до сих пор не могли найти грамотного и идейного графического дизайнера, который им позарез нужен, – беда. Все пробующие свои силы кандидаты сыпались в лучшем случае на втором тестовом задании, а большинство – не прошло даже первого.

К тому моменту, как он закончил с работой, принесли заказ. Его любимый лосось с гуакамоле и креветки «том-ям». Даже с учётом своей привередливости кеде, он должен был отдать должное местному шеф-повару – его морепродукты были бесподобны.

Ярослав параллельно просматривал документы, которые ему скинул Рома. Оба человека были сотрудниками федеральной службы безопасности. По данным, что достал Рома, было понятно, что эти ребята-капитаны лишь выполняли приказ вышестоящих, в то время как сами ничего интересного из себя не представляли, но проверить их связи непосредственное начальство, определённо, стоило, ибо «крыша» у них была достойная. Ему следовало обязательно созвониться с Михаилом по этому вопросу.

Благо, обед прошёл довольно быстро и без лишних разговоров. Вскоре он доставил принцессу домой и отправился дальше по своим делам. Нужно было не забыть обязательно заехать в кондитерскую, чтобы купить для мелкой её любимые макарон.

Глава 4. Шаг на встречу.

Закончив на сегодня все рабочие дела, он со спокойной совестью мог отправиться в гости к своим родным. В семье их было четверо: отец с матерью, младшая сестра и, собственно, он. Это, не считая всех остальных – бабушек, дедушек, братьев и сестёр, тёть и дядь, с которыми легко наберётся целая дюжина, если не больше.

Ярослав всегда любил свою семью, поэтому старался не забывать уделять им время и внимание, но с его трудоголизмом их встречи стали редкостью в последнее время. Поэтому теперь он заехал в кондитерскую за любимым сладостями младшей сестры и тортом для мамы, хотя не сомневался, что, стоит ему войти в квартиру, как он почувствует запах своих любимых пирожков с яблоками и корицей. Мама каким-то шестым чувством всегда знала, что он приедет, и готовила их ровно к его приходу.

Звонок. Дверь открыла сестра.

– О! Явился-не запылился, – сказала Арина, уперев руки в бока и строя из себя строгую дамочку, которая якобы не рада его видеть. – Чего припёрся?

– Я тут своей нянечке, – уголок её губ дёрнулся и плечи напряглись в готовности вот-вот разразиться гневной тирадой – она не любила, когда он её так называл, – но стоило ему показать ей пакет из любимой кондитерской, как она сразу поменялась в лице, хотя изо всех сил пыталась этого не показать, – принёс её любимые сласти, но если она не хочет, тогда…

– Из “Craft Bakery”? – спросила она, и он кивнул, улыбаясь. – Давай сюда, – глаза загорелись от нетерпения попробовать.

– Они самые, – она уже потянула ручки, чтобы забрать, но Ярослав не дал ей этого сделать. – Сначала обними брата, нянечка, а потом уже сладкое.

Сестра, прекратив этот спектакль, тут же бросилась к нему на шею, обняла и расцеловала в обе щёки. Безудержно повторяя «спасибо-спасибо». Он оказался не в состоянии скрыть радостную и довольную улыбку – любит эту пигалицу.

– Арина, кто там пришёл? – послышались голос мамы и неторопливые шаги в их сторону.

– Сын явился в отчий дом, – он раскрыл руки для объятий.

– Ярик, сынок! Как ты вовремя! А я как раз пирожки приготовила, твои любимые, с яблоками.

– Чутьё тебя не подводит, мам, – он обнял свою любимую женщину и вручил ей торт.

– Ох, ну зачем же торт, повода же нет, – захлопотала маман, и ему стало так тепло на душе.

– Просто решил порадовать самую красивую женщину в мире.

– Ох, и льстеца же я вырастила, – она улыбнулась. – Давай проходи, будем ужинать.

В гостиной встретил отец, которого Ярослав тоже был рад видеть. Он всегда был для него образцом того, каким должен быть глава семьи. Пока они с отцом разговаривали, мама с сестрой быстро накрыли на стол, и они все собрались за ужином для совместной беседы.

Глядя на свою семью, Ярослав осознавал, как ценит и уважает их. Собираться всем вместе, делиться произошедшими событиями, своими планами на будущее… Ни за что не променял бы ни на какие деньги или золото мира такие моменты.

– Ярик, а как там Рита?

Ярослав закатил глаза. Началось.

– Нормально.

Ему не хотелось говорить о Рите. Мама снова завела разговор на тему женитьбы и внуков.

– И всё? Больше нечего сказать? – она искренне удивилась.

– А что ещё я должен сказать, мам? Ты ждёшь, что я сообщу о том, что решил жениться?

– Было бы здорово. А ты решил? – уж как-то воодушевлённо спросила мама.

– Да Рита ему не подходит, мам, – вдруг выдала сестра.

– Почему же? Они же давно встречаются, разве нет? – теперь мама переключила внимание на сестру, полагая, что та может знать больше, чем она. И ему тоже стало интересно.

– Ну, логично же, что если бы подходила, то почти за полтора года, он бы уже сделал ей предложение, – обыденным тоном сказала Арина, а Ярославу только осталось удивляться и приятно радоваться тому, что его сестра умна не по годам. А ещё и тому, как легко, а главное – правильно, она считывала людей.

– И когда ты стала такой смышлёной, нянечка? – улыбаясь, спросил он.

– Я вообще-то в принципе умная. Порой даже умнее других, а знаешь, почему, братец? – деловым тоном сказала сестра, прокручивая вилку в руке.

– И почему же? – он подвинулся и наклонился к ней ближе, пристально глядя в глаза своей младшей.

– Если бы Рита была умной, то не стала бы столько времени безнадёжно ждать колечка с брюликом и пока ты разродишься на предложение. А давно бы ушла и выбрала себе кого-то более подходящего, чем ты, – она пожала плечами, а он не смог сдержаться и начал искренне смеяться.

– Вот уж не знаю, сестрица, обижаться мне или радоваться.

Вот только мама, казалось, была расстроена:

– Но Рита же такая начитанная и красивая девушка…

– Юль, раз Ярослав не горит желанием на ней жениться, значит, она не тот человек, – вступился отец.

– Да с его запросами и принципами, он так до конца жизни никого не встретит, – запротестовала в негодовании мама.

– Поверь, когда встретит, то забудет и про принципы, и про всё остальное, – улыбнулся отец, явно понимая, о чём говорит.

– Мам, – позвал Ярослав, надеясь закончить этот разговор, – позволь мне самому выбрать и всё решить. Я не хочу ошибаться и создавать семью, жениться, просто потому что возраст, пора и всё такое. У меня прекрасный образец того, какой должна быть семья, поэтому я хочу сделать всё правильно сразу, чтобы моя семья стала примером для моих детей.

– Просто я переживаю… – сказала мама, но он мог видеть, что его слова тронули её, а в уголках глаз уже начали скапливаться слезинки. Его мама была очень чувствительным и сентиментальным человеком.

– Не стоит, мам, – он взял её за руку, – вы хорошо меня воспитали, поэтому надо радоваться, что я не тащу в дом первую встречную, – и нежно поцеловал в щёку.

– Ты прав, – она улыбнулась – значит, вопрос закрыт и, по крайней мере, в ближайшее время подобное обсуждение не повторится.

– Зато вот к Арине Родионовне очередь выстраивается, – Ярослав подмигнул сестре.

– Чего? – скривилась она. – Что за очередь?

– Ромыч всё страдает, что тебе нет ещё восемнадцати.

– Ха, ну это его проблемы, – сестра улыбнулась и принялась загибать пальцы: – Мне сначала надо закончить школу, потом поступить и закончить университет. Затем карьеру построить, а потом уже можно подумать о любви и семье… Но если он готов подождать, то я подумаю.

– Господи-Боже… мы вырастили карьеристов каких-то, – мама схватилась за голову.

– Ничего-ничего, верно мыслят, – улыбнулся отец, а Ярослав снова не мог сдержаться и рассмеялся от души – он действительно счастлив, что решил сегодня заглянуть к родным.

После ужина они разместились в гостиной и приятно провели время за просмотром какого-то сериала, который нравится маман.

– Как дела на работе? Как Михаил? – спросил отец. Он был знаком с Михаилом Платоновичем, поэтому всегда интересовался не только рабочими делами.

– Всё стабильно и хорошо, развиваемся, готовим новый проект. Михаил сейчас в отъезде по личным делам.

– Что-то случилось?

– Наконец-то сможет забрать свою племянницу, вот только причина печальная, конечно.

– Какова бы ни была причина, он заслужил возможность отдать должное своему брату, – сказал он, и Ярослав был рад, что отец не спрашивал подробностей случившегося, но обронённые им слова его заинтересовали.

– Ты что-то знаешь? О случившемся?

Ярослав будет очень удивлён, если его отец окажется какой-то связующей ниточкой в этом деле.

– Подробностей не знаю. Только то, что Михаил чувствует себя виноватым перед погибшим братом и считает своим долгом нести ответственность за жизнь и счастье его дочери. Видимо, жизнь решила дать ему такой шанс.

– А ты точно ничего не знаешь? – решил уточнить он, потому что всё это как-то слишком подозрительно выглядело.

– Ярослав, ты же понимаешь, что, даже если и знаю, я не стану говорить, потому что это не моё дело. Не мне решать, кому и что говорить. А если тебе интересно узнать, то стоит поговорить с самим Михаилом.

Это становилось всё более интересным. Каким образом его отец был связан с произошедшим много лет назад и о чём он не может сейчас говорить?

–

Половину дня Алиса провела, как на иголках, размышляя о том, что делать с похоронами мамы. Переговорив с тётей Лерой, поняла, что надежда только на них, как в финансовом плане, так и в организационном. Надеяться на дядю она пока не могла, потому что он ещё не приехал. К тому же они ждали результатов вскрытия и разрешения на организацию похорон от следственного комитета.

Уже ближе к вечеру её начало конкретно так колотить, тревога и волнение нарастали. Ей предстояла встреча с родственником, которого она совершенно не знала, но очень хотела бы познакомиться с ним как можно скорее. У неё было столько вопросов и пока что ни одного ответа. Но также Алиса понимала, что её уже, скорее всего, ничего не удивит. А ещё был страх, что дядя Миша и вовсе не явится.

Из размышлений её вывел раздавшийся звонок в дверь.

– Денис, открой дверь, – крикнула с кухни тётя Лера.

Алиса с ним переглянулись: Денис словно ждал её разрешения, ведь они оба понимали, что это мог быть только он. Она слегка кивнула, и Денис пошёл встречать гостя. Укрывшись пледом, Алиса засеменила вслед за ним, осторожно выглядывая из-за угла. Любопытство распирало её.

– Кто там? – спросил Денис и, видимо, получив ответ с той стороны, открыл дверь.

Она услышала, как вошедший человек представился, и сразу узнала этот голос, точно такой же, как тогда по телефону.

– Здравствуйте, молодой человек. Меня зовут Михаил Платонович, я дядя Алисы.

– Здравствуйте, проходите.

Алиса осторожно выглянула из-за угла и увидела невероятно красивого и статного мужчину. У него была превосходная осанка. Он был похож на натянутую струну, которая вот-вот зазвенит… В этот момент в коридор вышли родители Дениса, и он снова представился. Пока они говорили, Алиса украдкой продолжала разглядывать его. Он держался с таким достоинством, выдержкой и уверенностью, но в этом не было гордыни или высокомерия.

– Алиса?

За разглядыванием, она и не заметила, как он прошёл в квартиру и позвал её. И именно в этот момент её ноги были готовы подкоситься. ОНа почувствовала себя маленьким нашкодившим котёнком, который прячется от сердитого хозяина.

Алиса несмело вышла к нему навстречу и с большим волнением и страхом посмотрела ему в глаза. В них виделась стойкая решительность, мужественность и какую-то теплота, которая предназначалась только ей. Такой человек неосознанно вызывал уважение. И в тот момент, когда она увидела тепло в его глазах и улыбку на его лице, не могла не улыбнуться в ответ.

Её дядя, это точно он – она была уверена, потому что его глаза такие же, как у отца. На той единственной фотографии, что у неё есть. Она не могла вымолвить и слова. Он смотрел на неё, как на маленького ребёнка, которого видит впервые. Так забавно, ведь он и правда видел Алису впервые, вот только она уже не маленькая. Но внутри было так тепло: она словно встретила родного отца.

Алиса сделала глубокий вдох, в горле вдруг образовался ком, чувства смешались. Так много мыслей и надежд на будущее. И постепенно разум прояснялся, и она вдруг подумала, что это и есть настоящий шанс, на счастье.

Она сделала лишь один шаг к нему навстречу, когда почувствовала крепкие объятия мужчины. Единственное, что Алиса испытала в этот момент, – чувство спокойствия и уверенности. Она вдруг отчётливо поняла, что всё плохое позади, а она наконец-то сможет обрести семью, настоящий дом. Дядя Миша прижимал её к своей груди, гладил по голове и говорил какие-то слова, Алиса же лишь слушала биение его сердца и плакала от счастья в руках родного человека.

– Может, пройдём в гостиную и там поговорим? – предложил дядя Юра.

– Да, конечно. Спасибо. Я так долго ждал этой встречи, что потерял счёт времени, – ответил дядя Миша, а она всё больше убеждалась, что он невероятный человек.

– Тогда проходите, а я пока сделаю чай, – взволновано сказала тётя Лера и, торопясь, скрылась на кухне.

– Тётя Лера, я помогу, – сказала Алиса, на что она лишь покачала головой и улыбнулась:

– Ничего, дорогая. Будь тут, я быстро.

Они прошли в гостиную, где дядя Юра с Денисом устроились в креслах напротив, а Алиса и дядя Миша вдвоём – на диване. Алиса убрала плед и заметила, как он нахмурился, глядя на её загипсованную руку. Она неосознанно попыталась спрятать её, поскольку ей всю жизнь приходилось скрывать свои травмы, стараться не светить ими, но дядя остановил её и нежно взял за руку.

– Не стоит прятать. Я хочу, чтобы ты знала, что я сделаю всё возможное, чтобы ты была в безопасности и счастлива.

– Кто вы? – довольно резко спросил Денис, и Алиса посмотрела на него с укором, но он не обратил внимание, пристально глядя на дядю Мишу.

Она понимала его беспокойство, но он мог бы быть просто немного вежливее.

– Редкий Михаил Платонович, родной брат отца Алисы, Редкого Павла Платоновича, её дядя.

– Чем докажите? – всё также резко и довольно нагло продолжил спрашивать Денис, и Алиса уже собиралась вмешаться, но её опередил дядя Юра.

– Денис, попридержи свой гонор и будь вежливым. Не забывай о границах.

– Ничего страшного, Юрий Владимирович, – ухмыльнулся дядя, – пытливый ум молодого человека похвален. Он правильно поступает, что старается узнать, как можно больше информации, – он протянул Денису свой паспорт, который доказывает подлинность его личности, а также все документы, доказывающие их родство. Там же оказались и документы из органов опеки, и все личные бумаги Алисы.

– Когда вы успели обо всём позаботиться? – скептически поинтересовался Денис.

– Связи и хорошие адвокаты умеют делать своё дело, Денис, – дядя ответил вежливо и деликатно, ровным тоном, как равному себе. Его выдержке можно было только позавидовать – Алиса бы уже вышла из себя при таком обращении.

– А чем вы занимаетесь, Михаил Платонович? – спросил дядя Юра.

– У меня своя строительная компания.

– Интересно. Что строите? – было видно, что дядя Юра пытается поддерживать беседу и сгладить углы от наглости своего сына.

– В основном нежилые помещения по всей стране: торговые центры, школы, больницы, детские сады. Но есть и несколько проектов с жилыми домами. Занимаемся обустройством территорий, дизайн интерьеров и прочим. В общем, многопрофильная компания по строительству.

В этот момент вошла тётя Лера с подносом в руках и, улыбаясь, сказала:

– Как здорово, что у Алисы появился в жизни человек, который сможет оценить её талант на профессиональном уровне.

– Правда? – искренне удивляясь и улыбаясь, спросил дядя Миша, посмотрев на неё.

Алиса, словно маленькая рыбка, вытащенная из воды, не знала даже, что и сказать. Этот человек казался чем-то нереальным. Ну не могло быть в жизни таких воспитанных, образованных и статных людей. Или это просто она таких не встречала?

– Алиса очень хорошо рисует. В нашем городе она уже неоднократно занимала первые места в разных конкурсах, – тётя Лера говорила с такой гордостью в голосе, какой она никогда не слышала от родной матери.

Ей, в общем-то, было всё равно, как ей казалось. Каждый раз, когда она приносила домой очередную награду с конкурса или олимпиады, мать лишь кивала и сухо говорила: «Молодец».

Они ещё какое-то время разговаривали о разном: об Алиса, её успехах и достижениях, о дяде – но старательно избегали проблемных и больных тем. Так она узнала, что него есть жена и дочь. «Чёрт возьми, у меня оказывается была сестра, почти ровесница,» – и это оказалось волнительным и приятным. Вокруг царила приветливая и тёплая обстановка…

– Михаил Платонович, почему вы только сейчас вспомнили про Алису? – спросил Денис, разрушив сложившуюся идиллию.

Тётя Лера с укоризной и какой-то опаской посмотрела на сына, а дядя Юра сжал кулаки. Видимо, они не ожидали, что их сын сможет вести себя подобным образом в компании незнакомого взрослого мужчины. Да и Алисе, если честно, хотелось дать ему подзатыльник за его поведение.

– Почему же? – делая глоток чая, ответил Михаил. – Я всегда помнил об Алисе. По некоторым обстоятельствам я не мог встретиться с ней раньше.

– И по каким же?

– Денис! – одновременно прикрикнули родители на сына, Алиса же кинула в его сторону гневный взгляд – всё равно, что молнии сверкнули, но этому толстокожему и твердолобому всё без толку.

– По личным причинам внутри нашей семьи, Денис. И если ты позволишь, то подробности я бы хотел оставить за собой и Алисой. Боюсь, что скелеты в шкафу нашей семьи должны оставаться там же, – спокойно сказал Михаил, и на это Денису крыть было нечем. Да и куда ему тягаться со взрослым, умудрённым жизненным опытом мужчиной?

Её друг недовольно фыркнул и перестал задавать вопросы.

– Вы уж простите нашего сына, Михаил Платонович, – начала тётя Лера. – Обычно он себя так не ведёт.

– Не стоит. Всё в порядке. Я понимаю, как это выглядит со стороны: незнакомый мужчина вдруг врывается в привычную жизнь, заявляя, что он близкий родственник, что готов взять заботу об Алисе на себя и забрать с собой. Жизнь переворачивается с ног на голову, а это всегда приносит дискомфорт. Но я хотел бы сказать, что с того момента, как не стало моего брата, я всячески пытался принимать участие в её жизни, но обстоятельства складывались не в мою пользу.

– Да-да, конечно…

– Дядя Миша, – Алиса вступила в разговор, чтобы сменить тему. – Мы так и не получили разрешение забрать тело мамы для похорон…

– Не волнуйся. Я обо всём позаботился. Послезавтра состоятся похороны. Всё уже организовано и оплачено.

– О… – она точно в сказку попала? Алиса что, превратилась в чёртову Золушку? Где подвох? – Спасибо большое.

– Это моя обязанность, Алиса. Позаботиться обо всём, чтобы тебе не пришлось, – затем он словно перевёл дыхание и продолжил говорить: – Что же, я бы предложил тебе остаться в отеле, где я бы снял для тебя номер, но думаю, что здесь, в компании дорогих и знакомых тебе людей, будет спокойней?

– Угу, – она кивнула.

– Хорошо. Тогда, – он обратился к дяде Юре и тёте Лере, – могу я попросить вас позаботиться об Алисе?

– Конечно! Алиса нам как родная дочь, – радостно ответила тётя Лера.

– Благодарю. В таком случае, завтра я заеду за Алисой в одиннадцать часов. Мы должны закончить кое-какие дела, – дождавшись всеобщего согласия, он встал, чтобы уйти.

Семья Апраскиных попрощалась с ним прямо в комнате, а Алиса вызвалась проводить дядю до двери. Позади слышались выговоры родителей по поводу неподобающего поведения Дениса. Ну ещё бы! – за ним раньше такого никогда замечено не было. И видимо, наблюдая её неловкость и нерешительность, дядя решил облегчить её терзания.

– Завтра. Завтра я отвечу на все твои вопросы и расскажу всё, что знаю, Алиса. Но это завтра, когда мы будем вдвоём. Хорошо?

Алиса согласно кивнула ему, хоть и немного разочарованно, ведь ей действительно очень интересно всё узнать.

– Я правда считаю, что это должно оставаться внутри семьи, пойми пожалуйста.

– Я понимаю. Ничего страшного, – сказала она, даже если готова уже взвыть от нетерпения.

Он подошёл ближе и обнял её так по-отечески, хоть она и не знает, каково это, но ей показалось, что именно так. Алиса прижалась к нему, несмотря на то что ключица была готова снова треснуть, не обращая на это никакого внимания и пытаясь заполнить пустоту внутри, которая всегда принадлежала её отцу. И потом он сказал:

– Ты очень похожа на своего отца. По характеру ещё не знаю, но внешне точно, папина дочка.

Алиса впервые за сегодня искренне улыбнулась, потому что ей чертовски приятно знать, чтоона похожа именно на отца и что у неё есть настоящая семья.

Глава 5. Приоткрывая завесу.

– Что на тебя нашло сегодня? – я спросила Дениса.

Мне хотелось бы обидеться, но я не могла злиться на него, да и у меня не осталось на это сил. Впервые за много лет я почувствовала себя спокойно. Но он продолжал сидеть за компьютером в наушниках и не слышал меня. Ну, и что мне оставалось тогда делать? Я подошла и сняла их, зная, что он этого терпеть не может, но только так Денис мог выслушать меня. Он обернулся и зло уставился на меня, но это длилось недолго: злость утихла, сменившись чем-то неопознанным.

– Что на тебя нашло?

Он поджал губы, его брови сошлись на переносице.

– А разве я что-то сделал не так