Сапфирный дом. Том 1

Глава 1

Сезон осеннего равноденствия никогда сильно не нравился Ланняо, однако этот особенно отличился своим паршивым началом.

Улыбаясь, она щёлкнула пальцем. Меж острых ногтей сверкнула синяя искра. Через мгновение из её рук посыпалась кучка сапфиров.

– Ах, как жаль, что их нельзя просто продать, – она скучающе опустила голову на сложенную руки,– Я бы тогда разбогатела. Но чиновники всё непременно заметят.

Она окинула взглядом своё жилище, собирая руками сапфиры в мешок. Лучи солнца пробивались сквозь окно, пятнами играясь на тонких стенах. Пыль на мебели подсветилась, а паутина в углу окрасилась в золотой. Солнце неприятно палило глаза, из-за чего она сощурилась, выходя из дома. Не только он выглядел ужасно, будучи поросшим в паутине и утонувшем в грязи, вблизи ещё десятки подобных. Их сейчас Ланняо и лицезрела, проскальзывая тенью в узкой улице: хрупкие, – "Как они ещё не развалились?" грязные лачуги. Повсюду валяется мусор, бездомные и трупы животных с отвратительным, но уже родным запахом, который у Ланняо за все годы проживания стал вызывать чувство безопасности. Среди людей, занимающихся обменом на Джихуэй, часто встречаются воры. Чиновники во время дней проверок ловят их и отправляют на отработки. Будто им нечего делать.

"Без проверок жизнь была бы куда легче, – утвердила она который раз у себя в голове, – Если б не поленилась, не пришлось бы именно сейчас идти за деньгами, так и ещё и в день проверки, так ещё и потому, что еда закончилась"

С уставшим от жизни взглядом Ланняо вышла из своего района, где начинались широкие и шумные улицы Фанрон. Она прижалась к стенам лавок, ловко лавируя среди прохожих. Рядом промчалось

Слышались голоса кокетливых дам в смугло-фиолетовых одеяниях у лавок:

– Во имя Истребления, выходцы из её района злые, как демоны.

"Кто бы не злился, если денег на еду нет"

– Согласна. Не выходили бы оттуда, только настроение всем портят.

Не обращая внимание на подобные фразы, Ланняо миновала улицы приличного общества и оказалась в закоулке, ведущем на Джихуэй.

Ланняо думала, пока пролезала между тесных стен:

"В такой грязный, тесный закоулок никто в своём уме соваться не станет. Кроме низших, конечно же. Хотя, для чиновников, наверное, можно сделать исключение, – она, посмеиваясь, вспомнила одну из проверок, – Но какие лица у них были однажды…"

Сразу, как она вышла из переулка, по ушам ударила громкая, торжественная музыка, что играла здесь днём и ночью, утром и вечером. По рынку полосами, примостившись к друг другу, расположились лавки и забегаловки, – казалось, их было бесконечное количество.

Чёрноночный Рынок, несмотря на всю присущую ему грязь, внушал ощущение величия, ведь даже самые низшие слои общества здесь могут оказаться настоящими героями. Да, зачастую здесь можно увидеть сирот, покупающих еду на последние деньги, как это делала Ланняо, когда её выбросили на улицу, будто она надоедливая шавка для них. Она их помнила, прекрасно помнила и люто ненавидела. Эти двое угробили ей все шансы на счастливую жизнь. Они выкинули её и отобрали спокойствие. Несмотря на всё это, долго скитаться сиротой Ланняо не могла, но ей повезло: подобрала умелый ювелир, Хэ Лань, гениальные изделия которой не получили признания. Однажды она заметила способность и взяла её к себе. У неё она и выросла, с ней у Ланняо была любовь и забота, а также обучение ювелирному делу, о котором она мечтала. Сейчас изделия мамы всё-таки заметили и её наняли на работу в Императорском Дворе. К слову, когда её удочерили, маме было только девятнадцать, а Ланняо семь.

Она, разглядывая жарящуюся курицу на одной из лавок, вспоминала, как мама любила купить ей поесть что-то подобное. Ланняо, вздохнула, отгоняя воспоминания, и поискала глазами обменник. Она немного прошлась взглядом по рынку, остановилась на нужной лавке и направилась туда, напрочь забыв про проверку чиновниками.

– О, Ланняо, снова ты? Как дела у Хэ Лань, получала от неё письма? – добродушно начал разговаривать с Ланняо её новый знакомый, Тэн Шэй. Правда, ей от него противно, постоянно лезет не в своё дело.

Ланняо сухо ответила:

– Писем не получала, господин Тэн Шэй, но уверена, что у неё всё отлично, – она помолчала, выразительно смотря на него, – Так, денег даёте, как и две недели назад?

Тэн Шэй кивнул.

Ланняо незаметно сделала один сапфир в руке и с громким звоном грубо уронила его на стол. Тэн Шэй неожиданно замолк, переводя суженные глаза ей за спину. По спине Ланняо пробежал холодок плохого предчувствия.

Начали слышаться колкие фразы в её адрес:

– Вот это улов… за неё нам дадут неплохо так денег!

– Какие люди, да она ж' самая натуральная воровка!

– А сапфир, посмотрите на сапфир! Он же, наверное, целую тучу денег стоит!

Она, стараясь не выдавать страха, невозмутимо повернулась к ним, выпрямив спину. Перед лицом Ланняо предстала целая куча злых чиновников. Охранники же покорно стояли, не выражая ничего.

“Мне конец. И мечте о работе ювелиром тоже” – отчаянно подумала Ланняо. Вперёд выступил один мужчина. По виду он ни охранник, ни чиновник. Скорей, помощник чиновника. Неизвестный мужчина спокойно, лишь слегка возмущённо сказал:

– Посмотрите на неё. Эта девушка, я полагаю, отделаться сможет только пятью годами работ. Работ на складе Государственного Дома.

“Работы на складе государственного дома? Звучит страшно, но получше, чем тюрьма, – принимая свою судьбу, сухо размышляла Ланняо, – Как это раздражает. Чиновники постоянно ловят девушек, и даже если они не воруют, продают в Императорский Двор или на работы”

Из мыслей её вывели одобрительные голоса людей, по поводу идеи поставить её работать на склад:

– Дело говорит, пусть всю молодость корячится на складе!

– Отличное наказание.

Тем временем, вокруг Ланняо начали активно собираться зеваки из простого люда. Тэн Шэй, стоявший за лавкой, исчез, а драгоценный камень остался лежать на столе.

"Я ему поддельный сапфир подложу и вдобавок кучу денег сдеру, когда вернусь домой, – злобно подумала она, вспоминая противного обменника, – Сегодня я впервые за долгое время рада, что макияж сработал. Если бы не он, то боюсь представить, что бы со мной произошло”

Вдруг подняли за подмышки. Ланняо пожалела, что у неё рост всего четыре с половиной чи, но сейчас было не до этого.

Кажется, её продали на работу в Государственном Доме.

Ланняо утомлённо вздохнула, взяла факел и, чуть согнув ноги, быстро погасила его о мёрзлый грунт.

Она месяц проработала на складе Государственного Дома. Здесь, на подобных работах жило ещё много таких же пойманных девушек, как и Ланняо, которую всё совершенно устраивало. Оклад платили исправно, ночевали они в ближайшем общежитии к складу. Рабочую форму всем предоставляли, но она была потрёпанной и вся в грязи. Однако, Ланняо в этом случае не повезло ещё больше, ведь она появилась в Государственном Доме уже в одежде, близкой к рабочей, вследствии чего ей решили не выдавать формы.

“Как правило, Государственные Дома расположены в пригороде столицы, но некоторые из них особые и располагаются в Императорском Дворе, и именно в эти "особые" я и попала, – раздумывала Ланняо, вытирая пыль на окне, – Обычным мужчинам сюда запрещается входить, так как именно в Императорском Дворе живут наложницы нашего правителя и три главных, из покон веков зовущихся Богинями Фанцы. Сэйнян, Богиня Перемен, самая активная, но загадочная. Юнхуа, Богиня Красоты и фаворитка императора, а также Айминь, Богиня Красноречия и народ её просто обожает, – она вздохнула, – Ладно, хватит думать. Завтра будет встреча Богинь, нужно подготовиться. Хорошо, что нам выдадут парадную форму…”

***

Наступил день встречи. Вчера они всё собрали, а потому сегодня им надо лишь одеть парадную форму. Начальство к этому добавило, что если есть своё платье и обязательно синего цвета, можно пойти на встречу в нём, но у Ланняо платья, конечно, не было.

“Встреча состоится вечером и длиться до полуночи, а также несколько дней будет проходить ярмарка в Императорском Дворе, – она сумасшедше захихикала, катаясь по одеялу с бока на бок, ведь вспомнила слова начальства, – Значит, я всё-таки смогу прикупить себе красивенькое платье! Нам как раз выплатили повышенный оклад по случаю встречи наложниц!”

Ланняо, продолжая посмеиваться, весело вскочила с кровати, вышла из Государственного Дома. Ярмарка проходила на площади в самом центре Императорского Двора, так что идти недолго.

“Хочу себе что-то красивое, но удобное. Кстати, у меня ведь есть одни интересные бусины для волос, можно будет надеть на вечер, – она снова ухмыльнулась, словно безумная, – И сапфирами в дополнение украшу!”

Тем временем, Ланняо, погруженная в свои размышления, уже постепенно оказалась в зоне ярмарки. Кругом аккуратными рядами стояли лавки с разнообразными сувенирами, одеждой всех цветов и размеров.

У Ланняо плотоядно заблестели глаза.

“Конечно, в мешочке у меня негусто, но… – её глаза заблестели ещё больше, – Я могу напродавать сапфиров и заработать целое состояние!”

В руке стремительно начали появляться сверкающие камни. Она усмехнулась и подошла к ближайшему ларьку.

– Дядь, сколько можете мне дать за эти сапфиры?

Продавец, выпучив глаза, посмотрел на горку сияющих камней и пробормотал:

– Откуда у чёрнорабочей сапфиры?

– Так сколько дадите? – решительно нахмурившись, Ланняо начала наседать на продавца. Она с силой поставила руки на стол и посмотрела продавцу не то что в глаза, в душу. Он сжался в комок, едва не запищав и, дрожа от страха, медленно положил на стол мешочек серебряных монет.

– Это в-в-всё, что у мен-ня ес-т-ть…

– Отлично, столько хватит, – довольная собой, Ланняо забрала мешочек с деньгами и отправилась искать себе платье.

***

Прошёл час. Она всё ещё не отыскала то, что ей нужно. Ланняо недовольно буркнула под нос ругательства и, нахмурившись, грохнулась на скамейку.

– Извините, вы, случаем, не потеряли что-нибудь?

Ланняо дёрнулась от неожиданности и повернула голову на женский голос. Рядом, у скамейки стояла симпатичная девушка. У неё светлые волосы и бирюзовые глаза. Одета богато: одежды, цветом напоминая спелый персик, водой обтекали её. Ткань вилась за девушкой по полу, и Ланняо даже жалко становилось, что замарается столь качественный шёлк.

– Извините, вы что-то потеряли? – ещё раз спросила девушка, приблизившись к ней.

“Наверное, одна из наложниц, но точно не Богинь Фанцы. Думаю, с ней можно говорить не так высокопарно, как с другими”

Конечно, шёлковое платье очень дорогое, но слишком простое для того, чтобы девушка оказалась Богиней.

– Нет, просто не могу найти себе подходящую одежду на встречу наложниц. Мне нужно что-то синее, красивое, но в то же время простое, – сухо ответила Ланняо, не обращая внимания на возможный статус девушки. Та немного призадумалась, а затем весело протянула:

– О! Я как ра-а-аз видела что-то подобное! И-дём!

– А? Как изволите…

Девушка повела Ланняо к одному из весьма дорогих ларьков. В нём висело множество роскошной одежды. Незнакомка огляделась по сторонам и подвела её к синему платью, что висело на стойке.

– Бери его.

Ланняо тщательно осмотрела платье, подойдя к нему . Оно было синим, градиентным, в оттенках неба.

“Действительно, неплохо, и денег на него хватит. Беру”

Здесь Ланняо вспомнила о важном правиле этикета: невежливо, если тебе помогли, а ты даже не спросила имени.

– Извините, как вас зовут?

Девушка обернулась. На её персиковых, красноватых губах плавно проступила улыбка. Она вежливо сложила руки на груди, горделиво вытянула тонкую шею.

– Богиня Перемен Сэйнян.

Ланняо подскочила, как ошпаренная, но затем резко отвесила поклон, ровным тоном моля госпожу:

– Богиня Перемен Сэйнян, прошу прощение за непочтительное поведение к вам. Я должна немедленно извиниться перед вами. Прошу вашего святого милосердия, Богиня Перемен!

Наступила неловкая тишина.

– Милая моя, никто никого наказывать не будет. Я по своей воле пришла к тебе. И извиняться нужно не тебе, а мне, за то, что я вела себя не по статусу.

– Именно, госпожа Сэйнян! – раздался грубый женский голос.

Бледное лицо Богини скривилось и стало ещё бледнее, даже приятный румянец пропал.

– О нет, кажется, На Ю нашла меня. М-м-м, как тебя зовут?

– Ланняо, – ответила та, слегка помявшись.

Богиня Перемен съёжилась, натянуто улыбаясь, и заговорщически произнесла:

– Хорошо, Ланняо. А теперь ступай отсюда, иначе тебя достанет моя служанка На Ю, воистину страшная женщина…

Ланняо закивала, схватила платье и подошла к продавцу.

“Не верю, что одна из Богинь Фанцы может настолько смехотворно себя вести…”

– С вас десять серебряных монет.

Она быстро высыпала ему деньги из мешочка, взяла платье, но перед тем, как выйти, остановилась за одной из стоек с одеждой. Ланняо, выглядывая из-за неё, посмотрела на Богиню. Рядом с ней стояла, видимо, та самая служанка, На Ю, и отчитывала её, словно ребёнка. Губы затряслись, не слишком успешно сдерживая смех. Богиня Перемен посмотрела в её сторону и глазами словила ироничный взгляд Ланняо. С каждым мигом смешки становилось сдерживать всё труднее и труднее, поэтому, вновь обменявшись взглядами с Богиней, она вышла из магазина.

“Весёлый же денёк выдаётся сегодня” – подумала Ланняо, направляясь обратно в общежитие.

***

Настал вечер, и скоро должна начаться встреча наложниц. Ланняо, вместе с другими чёрнорабочими находилась на месте проведения. Им очень крупно повезло с погодой, ведь если бы сейчас было пасмурно и ветренно, встреча превратилась бы в сущий ад. Вздохнув, она рассматривала собравшихся, их и вправду очень много. Важные и нет столоначальники, танцовщицы, слуги императора, что сейчас находился в своём шатре, чернорабочие Двора, как Ланняо, и ,разумеется, Богини Фанцы вместе со всеми своими служанками.

Она чуть подняла руку вверх и создала крупный, блестящий сапфир, пока никто не видит.

“Скучно-о-о-о. Когда уже начнётся встреча?”

Ланняо внезапно ощутила пристальный, подозревающий взгляд, но…

БАМ!

“Гонг?” – она быстро поняла, что этим знаменуется начало встречи.

БАМ!

БАМ!

Чёрнорабочие выстроились в линию, склонив головы, но Ланняо решила не делать этого – никто не заметит, она всё равно стоит в конце, почти полностью закрытая спинами столоначальников. Заиграла музыка, на сцене начали ритмично двигаться танцовщицы. Звучали голоса гуциней, пип и флейт. Музыканты стояли прямо у сцены, их около пятидесяти. Пальцы, пользуясь струнными и щипковыми инстурментыми задвигались быстрее, но стали затягиваться, и снова быстро двигаться. На их лицах не было напряжения, видимо процесс доставлял удовольствие, хоть Ланняо этого и не понимала. Она ожидала, когда всё закончится, и можно будет подойти к совершению плана. Тем временем, кульминация в музыке всё нарастала, но затем музыканты в едином ритме брякнули интсрументами.

Повисла тишина. Недолгая.

Раздалось бодрое звучание шагов, и из шатра, двигаясь к расшитому златыми нитями креслу, вышел император в жёлтых одеждах. Ланняо начала пристально его разглядывать. На данный момент ему всего-то двадцать четыре года, волосы смольно-чёрные, волнистые. Глаза тёмно-зелёные, властные и поглощающие. Хоть он сел на трон недавно, пять лет назад, с правлением справлялся неплохо, даже если и упускал некоторые детали. Впрочем, Ланняо не надеялась и на малейшую помощь от него жителям её район. Такие, как они, навсегда останутся во тьме незамеченными.

Прошла ещё минута тишины, и ударил гонг. На сцену справа, сопровождаемая служанками, вышла Богиня Перемен, Сэйнян. Ланняо со смешком отвела взгляд в сторону, вспомнив недавнюю встречу.

Ударил второй гонг. Слева, как догадывалась Ланняо, вышла Богиня Красоты, Юнхуа. Её наряд можно назвать весьма эксцентричным, ведь она явилась в красно-чёрной одежде, как и слуги. Такую палитру даже на западе не практикуют. На то она и Богиня Красоты. Эксцентричная, элегантная госпожа. Взгляд Богини Красоты мрачен, но глаза сверкали, словно два куска янтаря. Кожа у неё, как у фарфоровой куклы, а щёки цвета светлого яблока. Лицо и тело эксцентричной госпожи можно было назвать идеальными.

Ударил третий гонг. На сцену вышла Богиня Красноречия, Айминь. Её наряд выражал спокойствие и загадочность: светло-зелёный, снизу расстелился туман, – на самом деле это была ткань. А слоёв одежды просто не сосчитать, но они, как полагала Ланняо, нужны были для того, чтобы сформировать эффект тумана.

Наконец, на встрече собрались все три Богини Фанцы.

Три Богини сидели на подушках перед столами с едой. Дегустаторы уже опробовали блюда, оказавшиеся безопасными.

Теперь предстояла самая важная часть, как ей говорили другие чёрнорабочие. Это ужасно важно, если хочешь выбраться с работы на складе. Нужно, чтобы молодой человек подарил шпильку тебе. Тогда можно легко выбраться из Императорского Двора, хоть и ненадолгое время. Ланняо была без понятия, что означает поджарок ввиде шпильки, но план у неё беспроигрышный.

“Я сама подарю кому-то шпильку! Никто же не запрещал делать наоборот, так ведь?”

Она посмотрела на столоначальников, начинающих расходиться по делам.

“Мне не нужен какой-нибудь старый хрыч, и это усложняет задачу, ведь столоначальники обычно именно такие. Надо взять молодого, лет двадцати, – Ланняо помотала головой по сторонам, – Цель найдена!”

У паренька, коего она выбрала, необычная для Фанцы внешность: волосы вишнёво-древесные, а глаза, словно недавно скошенная трава. Ходил в красно-коричневой форме столоначальника. На длинных, блестящих волосах небольшой пучок, перевязанный розоватой лентой.

Шпильку Ланняо купила перед встречей на оставшиеся деньги. К слову, “оставшихся денег” оказалось очень много. Настолько, что она смогла купить полностью серебряную шпильку с двадцать одним красным турмалином.

“Что же, теперь настало время вручать шпильку!”

Она заливисто рассмеялась, не обращая внимания на осуждающие взгляды прохожих.

– Извините, девушка, я бы хотел вручить вам подарок…

Ланняо издала краткое и весьма грубое “э?”, резко прекращая смеяться. Она оглядела того, кто стоял перед ней.

“Ой, так это же моя цель…”

Ланняо поклонилась и вежливо сказала:

– Это вы меня извините за то, что я так вульгарно себя вела, когда вы хотели подойти. Я ведь, честно говоря, хотела подарить вам шпильку.

– А?

Парень непонятливо склонил голову к плечу.

“А-а-а, какие мы медлительные…”

Она раздражённо отвела глаза в сторону и, грозно шагнув, решительно произнесла:

– Молодой человек, держите.

Ланняо вытянула заткнутую за пояс ценную шпильку и протянула её парню. Тот скривил лицо, делая шаг назад.

Она подошла к нему почти вплотную и, не спрашивая разрешения, быстро подпрыгивая, воткнула шпильку в пучок. Но произошло кое-что непредвиденное. Паренёк с вишнёвыми волосами сильно схватил её за руку, слегка нагибая вниз.

Тук.

Ланняо воткнули шпильку в волосы.

“Вот ведь совпадение”

Она недовольно начала бормотать себе под нос нечто нечленораздельное, в попытках сформировать внятную речь, но в итоге просто спросила:

“Не уйдёшь!”

– Вы можете убрать меня с этих отвратительных работ?

– По идее, да.

Он помолчал.

– Всё же, как тебя зовут? Я-я Ин-ншу.

Вздохнув, сухо ответила:

– Ланняо.

“Неужели обязательно спрашивать имя, его задача просто вывезти меня из Императорского Двора! Гр-р-р-р!”

– Госпожа Юнхуа! Я настаиваю на том, чтобы вы съели блюдо, оно ведь священно! Во имя Истребления, это так сложно?

Они оба обернулись на женский крик, и перед Ланняо предстала весьма необычная ситуация. Дегустатор Богини Красоты, чуть ли не голосовые связки рвала, ругаясь и визжа. Странно было и то, что Богиня не хотела есть святую пищу в отличие от прочих Богинь. Ланняо присмотрелась, щуря глаза. Во взоре Богини читался едва ли не животный ужас, но точно не презрение.

“Может быть, отравление?”

Она отрицательно помотала головой, не замечая, что шепчет все слова вслух.

“Нет, дегустатор бы обнаружила. Или это аллергия, однако у госпожи Юнхуа нет никаких непереносимостей. Тогда всё становится ещё страннее”

– Ты говоришь мысли вслух, – заметил Иншу, вырывая её из озвученных размышлений. Ланняо, нервно улыбаясь, отвела глаза в сторону. Он устало вздохнул, спрашивая:

– Так, ты что-то задумала по поводу ситуации с наложницей?

Разом у неё щёлкнуло в голове. Выход найден.

– Нет, пока ничего… – совершенно не думая над своими словами, она ответила.

– Пока?! – крикнул Иншу, выпучив глаза, – Так ты что-то задумала? Ланняо?

“Да что ж с ним не так, вроде столоначальник, а так беспокоится обо всём на свете. Захлопнулся бы и не мешал мне думать”

Она, чуть не озвучив едкую фразу вслух, сухо сказала:

– Нет же. Господин Иншу, я просто предполагаю, и вовсе не собираюсь, что-либо делать в данной ситуации.

Крики дегустатора и волнение толпы всё продолжало нарастать. Служанки трёх наложниц сцепились в жестокой словесной схватке, отстаивая свои позиции. Юнхуа же продолжала со страхом смотреть на миску с едой, даже не слушая криков дегустатора.

“Ладно, времени думать над причиной того, почему Юнхуа не ест блюдо, уже нет… единственный способ разрешить ситуацию – это вымолить согласие Юнхуа на этот способ!”

Она краем уха услышала, как главная служанка сказала кое-что, отдавая распоряжения. Нисколько не обращая внимания на встревоженность Иншу, Ланняо рывком тронулась с места, через толпу. “Увести наложницу Юнхуа обратно в дом? Это ведь ещё больше сорвёт встречу! Чем вообще думает главная служанка, отдавая такие приказы?!”

– Прошу прощения! – мимолётом извинилась она, столкнувшись с прохожим и, ещё чуть-чуть пробежав, остановилась.

Ланняо оглянулась по сторонам. Служанки Богини Красоты, выстроившись в ровный треугольник, стремительно шли к выходу-арке вместе с шокированной наложницей.

В роскошном платье бежать было тяжело, и почти сразу стало до невозможности потно.

Ланняо размышляла, сжав зубы от напряжения:

“Плевать на жару, надо разрешить ситуацию как можно быстрее, иначе всё закончится плачевно. Всё закончится плачевно, ибо именно моя община готовила священное блюдо, и обвинят в первую очередь нас. Неважно, в чём обвинят, – в том, что еда отвратительная, в том, что мы якобы подсыпали яд или угрожали наложнице. Обвинят нас, простых чёрнорабочих, и мы понесём наказание. В худшем случае нас ждёт казнь. Мне отнюдь не по душе последний вариант, ведь за шкурку-то свою страшно… – она оглянулась по сторонам, – Будет странно, если я кинусь прямо за наложницей Юнхуа, служанки сразу заметят погоню. Остаётся один, крайне рискованный вариант, – хотя куда ещё рискованней? Я проберусь к дому Богини по стенам, а затем войду через балкон. Риск, риск и только риск, – она продолжила бежать, уже видя перед собой стену, – Конечно, я никогда не любила приключения, но жить-то хочется! Тем более, я жажду утолить своё любопытство…”

Ланняо хихикнула и подбежала к грузной стене, едва не стерев подошвы туфель, когда затормозила.

Тук, – это её обувь.

Тук, – это Ланняо опасливо поставила стопу на выступ в стене. Привыкнув к нему, она взобралась на четыре вверх.

Ланняо недовольно зашипела, когда левая нога сорвалась с камня. Руками ухватываться было легко, они у неё куда более развитые, чем у других женщин, и даже мужчин, но вот с ногами трудно: их надо умудриться поставить на еле заметные выступы, так ещё удержаться потом.

– А? – она повернула голову.

У Ланняо неожиданно соскочили руки с камней, вместе с левой ногой. Сзади раздались чьи-то торопливые шаги.

Ланняо, среагировав быстрее кошки, ведь у неё это в крови, выставила сильные руки вперёд, а затем, согнувшись в локтях, прыгнула в сторону, ловко приземляясь на ноги.

– Пой-мал!

Её схватили за подмышки.

“Иншу, что ли?”

Она обернулась. И действительно, он. Тот вздохнул, утомлённо опустил её на асфальт, недовольно бурча:

– С ума сошла? Пытаться влезть на стену Императорского Двора… – Иншу склонил голову и сложил руки на груди, – О чём ты вообще думала? Зачем так делать?

Ей совсем не хотелось рассказывать Иншу о происходящем.

– Господин Иншу, с умом у меня всё в порядке, – холодно ответила Ланняо и поставила ногу на камень, ещё раз начиная взбираться на стену.

– Ты что, снова собралась это делать?! – в шоке вскричал Иншу, чей глаз подёргиваться начал.

“Да что ж' с ним не так… придётся вырубить его”

Она вздохнула, аккуратно слезла со стены и вплотную подошла к нему.

– Э-эй, ты чего?

– Ничего, – сказала Ланняо, натянуто улыбаясь, а затем последовал удар по голове. Иншу камнем рухнул на землю.

“Вот сейчас мне никто не помешает залезть на стену, – ликующе подумала она, – И шпильку Иншу, думаю, можно снять”

***

Прошло неопределённое количество времени, и она стояла на стене, оглядываясь. Ланняо сфокусировала на красно-чёрном доме с садом из красных лилий.

“Должно быть, это дом госпожи Юнхуа”

Она посмотрела на ворота, которые только что закрылись.

“Поймаю их в покоях Богини, скорей всего они уже придут туда, пока я буду лезть по крыше”

Ланняо спустилась на два метра с другой стороны стены и спрыгнула на крышу дома, чуть поскользнувшись. Она, аккуратно крадясь вдоль стены, оказалась над балконом, ведущим в покои наложницы.

И вот, наступил самый ответственный момент.

– Извиняюсь за беспокойство!

Ланняо, с развевающейся в полёте тканью, ловко влетела в покои. Служанки Богини Красоты шокировано отпрянули в сторону, крича и хлопоча, будто боясь попасть под удар, хотя бить она никого не собиралась, – Извиняюсь за беспокойство ещё раз, но где Богиня Красоты?

Служанки вытаращили глаза, а некоторые и вовсе накрылись рукавами, закрывая лицо. Одна из них, главная служанка, громко шагнув назад, воскликнула:

– Убийца!

Ланняо непонимающе склонила голову. Да, она ворвалась в дом через балкон, так ещё и без предупреждения, – логично, что её будут ругать, но называть убийцей? Ей стало обидно от оскорбления, поэтому она сказала в своё оправдание, сложив руки на груди:

– Но у меня же нет оружия с собой…

Служанка, кричавшая “Убийца!”,

начала тяжело дышать и, спотыкаясь, попятилась. Внезапно Ланняо осенило: она ведь создала ещё большее ощущение, что является убийцей. Она замотала головой по сторонам, не зная, что делать.

“Вот ведь.. опять не подумала перед тем, как что-то говорить!”

– Даан! Не бойтесь, мы её прогоним! – сказала другая девушка, подбежавшая к главной служанке, – кажется, её звали Даан. Она положила руку на плечо, утешая девушку словами. Остальные же служанки, то хлопотали вокруг Даан, то пытались защититься, падая на колени и вознося молитвы божествам.

Во всеобщем хаосе раздался спокойный, сладкий как мёд и плавный, словно музыка голос:

– Как я понимаю, в моём доме убийца? А-ха-ха.

Ланняо, запоздалее других, обернулась на голос.

Перед ними стояла Богиня Красоты.

Юнхуа.

Она элегантно прошла мимо служанок, махнув длинными, словно вода протекающими до самой поясницы блестящими волосами, и плавно оказалась рядом с Ланняо. Та, быстро осознав свою позицию, сказала с нижайшим поклоном:

– Прошу прощение за неожиданный визит, эксцентричная госпожа.

“Такое чувство, словно она… родственная душа?”

Юнхуа поставила руку на пояс, наклонилась к Ланняо.

– Можешь не извиняться, маленькая чёрнорабочая в пышном платье.

– А? Как изволите.

“Так, и что мне делать?”

Ланняо не понимала, что от неё хочет Богиня Красоты, но и забивать себе голову догадками не собиралась. Также её слегка раздражало, что служанки глядят на Юнхуа, как на… да-да, настоящую Богиню. Да, внешность Богини, но это же элементарно соответствует её прозванию. Тем более, подобная реакция весьма странная, учитывая, что они её служанки. Ничего ошеломительного для них в божественной красоте Юнхуа быть не должно.

“Кстати-и-и, для обстановки на встрече она сейчас больно уж уверенная”

– Позвольте спросить, зачем вы пришли сюда? – нарушая неловкую тишину, спросила Богиня.

Ланняо незаметно улыбнулась в рукава, продолжая стоять в поклоне. Наконец, можно перейти к делу, к её идее. Она вышла из поклона, ответила:

– У меня есть идея, как наладить ситуацию, чтобы все успокоились.

Юнхуа изумлённо распахнула глаза, но затем вернулась к привычному выражению лица.

– Продолжай, – щёлкнув пальцем, кратко произнесла она.

– Если подложить в то блюдо иглу, тогда все подумают, что вы заметили её, но от шока боялись что-либо сказать. Знаю, эксцентричная госпожа, что вряд ли это сильно всех успокоит, но, по крайней мере, вас не будут осуждать, наоборот, поймут. Этого вполне достаточно для разрешения ситуации.

“Я знаю, что сейчас много буду просить у госпожи, но…” – Ланняо напряглась и продолжила:

– Проворачивать трюк буду я, у меня есть свои причины, чтобы сделать это. Но, мне надо сменить одежду, ведь синим обозначают чёрнорабочих, и если я останусь в синем, меня вместе с общиной казнят, ведь обвинения подтвердятся.

Юнхуа со служанками, внимательно выслушав её идею, сказала:

– Отлично, но давай делать это будешь не ты. Я подошлю одного натасканного на такие задания столоначальника.

“Даже не знаю, меня сейчас пощадили или оскорбили. И зачем посылать столоначальника, он же столоначальник, а не герой. Хотя… лучше уж столоначальник, я простой расходный материал, чёрнорабочая”

– Теперь ступай в свою общину и спи спокойно. Ты взобралась на стену, – она смущённо повернула голову вбок, понимая, что выговор не за горами, – Придумала план, стукнула бедного столоначальника Иншу, до смерти напугала моих служанок и даже Даан, – "Это не я" взгляд обратился в пол, – Достаточно столько не с тебя, сколько с нас, – Богиня Красоты устало вздохнула и приказно махнула рукой, – Ступай же.

Ланняо удержалась, чтобы не выдать раздражённое “ладно”.

– Как изволите.

Она ещё раз отвесила поклон и без единого звука прошествовала к балкону, прыгнула наверх и прошла по крыше дома. Её, можно сказать, выгнали оттуда? Или это, наоборот милосердие и пощада? Ланняо в очередной раз потрясла головой. Всё же, Юнхуа верно думает, что использовать её план должен столоначальник или слуга, а не она. Честно говоря, это странно. Да что здесь говорить, в сложившийся ситуации всё казалось странным: упорное нежелание Юнхуа есть священную пищу, её абсолютная уверенность в доме, столоначальник, решающий не его проблемы.

– Ой…

Ланняо снова задумалась, не заметила, как оступилась и мешком рухнула вниз. Из неё не то, что весь дух выбило, из неё будто органы вместе с костями вылетели из тела.

– А-а-а, кх…

Она приложила руку к кисти. Больно. Очень больно. По раненной руке стекал ручеёк густой, багровой крови. На Ланняо, вместе со всей болью, накатила и усталость прошедшего дня. Она издала хрип, – дышать стало тяжело. Глаза постепенно закрылись, опуская её во тьму.

Глава 2

В глаз неприятно заглядывал луч солнца. Она лежала на мягком, приятном, и с деревянными изгибами по краям.

Ланняо свернулась калачиком и положила рукав на лицо, закрываясь от лучей.

– Доброе утро, Ланняо!

Она вздрогнула от неожиданности, широко распахнув глаза.

Перед ней стоял парань, которого она определённо знала, но забыла. На Ланняо накатило осознание, вместе с ним – множество вопросов.

“Что я здесь делаю? В чьём я доме? А почему не в общежитии?”

Она чуть двинулась, однако затем болезненно вскрикнула, почувствовав жуткую боль в левой кисти. Брови и глаза задрожали, голова склонилась, правая рука судорожно сжимала левую, ногти вонзились в плоть.

– Н-нет, н-нет, как же больно, больно, больно! – закричала она. Хоть её левая кисть и забинтована, болела так, словно к ней приложили раскалённый металл.

Ланняо, насквозь заполнившись болью, вспомнила всё, что вчера произошло.

“Столоначальник Иншу. Инцидент на встрече наложниц. Наложница Сэйнян. Помощь Богине Красоты Юнхуа. Меня отослали, и я упала со стены, видимо, в кисть что-то попало. И всё же, сейчас я дома у… – она вздохнула и повернулась к чпарню, что стоял перед ней, – ИНШУ?!”

– Э-эй, ты чего так реагируешь? У тебя прямо-таки насквозь прожигающий взгляд…

Он недовольно задрал голову и спросил, выходя из комнаты:

– Так, ты идёшь есть? Я за завтраком всё объясню.

Кажется, Ланняо ещё не всё вспомнила, – либо узнаёт только сейчас. Так или иначе, при слове “есть” и “завтрак”, она начала чувствовать зверский голод.

– А? Как изволите, господин Иншу.

Он резко остановился на месте и изумлённо повернулся назад. Его блестящие, оттенка вишнёвого дерева волосы колыхнулись, словно на ветру.

– Господин Иншу? – переспросил он, – Ты помнишь моё имя?

Она в лёгком непонимании склонила голову и ответила:

– Прошу прощения, но я не понимаю, что такого в том, чтобы помнить ваше имя.

Он покрылся румянцем и, немного замявшись, ответил:

– Н-нет, ничего. Идём.

Ланняо устало вздохнула и последовала в другую комнату. Пока они шли, она заметила, что дом Иншу полон весьма дорогих вещей: старинные вазы, роскошные канделябры с ароматизированными свечами, источали запах глицинии – дерева с длинными голубыми цветками.

Когда они остановились у стола, Иншу громко воскликнул:

– Лиу! Выйди познакомиться с…

– Сейчас! – прервал его голос. Из дверцы, которая вела в чью-то комнату вышел совсем зелёный паренёк, лет тринадцати. У него чёрные, слегка фиолетовые длинные волосы, бледная кожа и бирюзовые глаза. Внешность Лиу Ланняо могла описать, как внешность неземной красоты, – хоть ему всего и тринадцать.

“Как я поняла он и есть Лиу. Только вот странно, что он здесь делает? Не слуга и не охранник. Может, гость? Тогда где его родители?”

Она помотала головой.

“Так ещё и не походит на внешность, которая встречается в Фанцы. В нём западная кровь… хотя эти чёрные волосы и черты лица. Скорей всего только один из родителей с запада”

– Ланняо, эй, Ланняо! Поздоровайся с моим учеником, Лиу! – из мыслей её вывел оклик Иншу. Лиу остался невозмутимо стоять на месте.

“Какой спокойный, для его-то возраста”

Она сказала, поклонившись:

– Прошу прощения.

Ланняо вышла из поклона и представилась:

– Я Ланняо, чёрнорабочая из Государственного Дома.

Лиу, в свою очередь, тоже представился, учтиво улыбаясь:

– Лиу, ученик господина Иншу.

"Ученик?"

– Разве у столоначальников бывают ученики? – задала она вопрос вслух.

“Или он не столоначальник”

Иншу потёр затылок и, скрипя зубами, вздохнул:

– Ах да. Теперь надо объяснить тебе, что ты здесь делаешь и всё происходящее…

“Ну-ка, идём к делу” – азартно подумала Ланняо.

– Вся во внимание, господин Иншу.

Они уселись за стол с аппетитной едой.

– Как ты уже догадалась, я не столоначальник. Официального названия у нашей работы нет, но могу сказать вот что… В народе нас называют Иньин.

Ланняо распахнула глаза. Взгляд устремился в пол. Аппетит в мгновение ока упал.

“Во что я ввязалась? – в немом ужасе она начала понимать ситуацию, – Иньин в народе обычно называют тех, кто по приказу правительства убивает или сражается. Они незаметно, пока никто не видит, устраняют цель. Эти люди могут убить кого угодно, и часто именно Иньин вызывали политические раздоры. Ладно, теперь хотя бы ясно, почему Лиу – ученик Иншу. Обучается боевому искусству Иньин”

– Что вам от меня надо?

Лиу спокойно попросил Ланняо, смотря ей в глаза:

– Позвольте господину Иншу рассказать всё до конца.

– Хм, хорошо.

Иншу благодарно кивнул своему ученику и продолжил:

– Я и Лиу нашли тебя, когда ты была без сознания, и отнесли , чтобы сейчас предложить тебе… Станешь ли ты Иньин?

Она удивлённо посмотрела на него и сухо ответила, стараясь не выдавать беспокойства:

– Стану ли я Иньин? Ха, извините, но для меня это просто смехотворное предложение, господин Иншу. Я обычная чёрнорабочая, тем более девушка, и ничего толком не умею.

“Ага, конечно, обычная. Наврала с три короба и могу сидеть спокойно”

Иншу устало вздохнул, а затем недовольно фыркнул:

– Вот и я тоже не понимаю, какой чёрт дёрнул правительство пригласить на работу тебя? Ты же почти ничего не умеешь, куда уж там убивать и сражаться… Но, что поделаешь, нам приказали взять тебя работать любой ценой, значит, приказ придётся выполнить.

Ланняо несколько раз хлопнула глазами

– Погодите. То есть, у меня нет выбора?

– Нет, госпожа Ланняо, выбора у вас нет, – ответил ей Лиу.

– Но мы сделаем всё для того, чтобы ты согласилась работать с нами, – продолжил за него Иншу, – Мы предоставим тебе высокий статус, собственный особняк, слуг. Всё, ради того, чтобы ты стала Иньин.

"Я и без их помощи могу обеспечить себе высокий статус и собственный особняк. Даже не пользуясь сапфирами"

– Значит, мне действительно готовы дать столько всего, просто чтобы я работала Иньин? – холодно спросила она, – Что ж, я отказываюсь. У меня есть более важные приоритеты, чем деньги.

На деле под маской с ухмылкой скрывался страх, – дикий страх того, что все узнают, кто Ланняо такая, а значит, из-за чего она умеет делать сапфиры. Она бы хотела унести тайну с собой в могилу, но из-за сложившейся ситуации не получится. Скорей всего правительство уже что-то заподозрило. Значит, надо просто залечь на дно. Сбежать, уйти, стереть её имя и личность для остальных.

“Нет, не хочу умирать жалким, трусливым существом. Зато хочу, нет, сделаю! Я докажу, что мы можем быть такими же, как и люди, чувствовать так же, как и люди. Я докажу всем нашу мощь”

Ланняо осклабилась, обнажая зубы.

– Знаете, господин Иншу. Я передумала. Ради моей цели я буду готова на всё.

– М-м? А что это за цель такая? Ты крайне внезапно решила передумать, – явно удивлённый её решением, спросил Иншу.

– Вам необязательно это знать.

– Что ж, как пожелаешь, – он пожал плечами, – В любом случае, завтра у твой первый рабочий день. Одежду выдам утром, подробности о задании тоже сообщу завтра.

– Я очень рад, что вы будете работать с нами, госпожа Ланняо, – учтиво улыбаясь, сказал Лиу.

– Благодарю, – ответила Ланняо и, выйдя из-за стола, направилась к двери.

***

Ланняо создала ещё одну горстку сапфиров, затем подбросила их, и те, попав в другую руку, исчезли без следа. Она подкинула и поймала горстку сапфиров ещё раз, таким образом играясь. Сегодня её первый рабочий день, завтрак уже стоял у неё в комнате, когда она проснулась. Занёс его либо Иншу, либо Лиу, но скорей последний, потому что было бы странно, если бы это сделал Иншу, так как по правилам вежливости мужчине нельзя заходить в комнату девушки. Что насчёт Лиу, его можно было воспринимать не только как ученика, но и как слугу. Ланняо вздохнула, ведь никаких реальных доказательств, что это был Лиу, у неё нет.

Одежду занесли вместе с завтраком, который она уже скушала. Но одеваться Ланняо не торопилась, потому что она вообще не видит смысл сейчас торопиться. Зачем, Иншу ведь не говорил собираться на задание.

“Тц, да я просто отлыниваю!” – отругала себя она, и подошла к одежде на тумбочке. Сейчас Ланняо находилась в белой майке с вырезом в виде капли и исподнем. Она не успела нанести маскировочный макияж, так ещё и только в нижнем белье, а потому весь её настоящий цвет кожи было прекрасно видно. Кожа у неё была не просто бледная, она была белой, слегка синеватой. Губы ровно также, как и кожа имели неестественно бледный оттенок, близкий к голубому.

Ланняо откинула мысли в сторону и быстро оделась в свою рабочую форму. У неё был фиолетовый пояс на талии, бирюзовый верх и длинный чёрный низ.

Одевшись, она быстро нанесла макияж на руки и лицо, а затем вышла из комнаты, направившись в гостиную, где сидели Лиу и Иншу.

– Доброе утро, господин Иншу.

– Ланняо, а я уже хотел позвать тебя. Совсем скоро отправляемся на задание. Мы с Лиу навели некоторые справки о тебе, теперь ты не чёрнорабочая, а моя личная служанка.

“Что?” – Ланняо хлопнула глазами.

– Личная служанка?!

Она громко хлопнула по столу, на который едва не залезла, грозно нависая над бедным Иншу. Лиу молча дёрнул её за юбку, чтобы она слезла со стола. Ланняо, громко пыхтя от ярости, спросила:

– Господин Иншу, вы хоть знаете подтекст этой работы?

– Знаю я, знаю, – ответил Иншу, – Во имя Истребления, неужели тебя это так злит?

– Ещё как злит!

– Тем не менее, я оставлю тебя на этой работе. Кстати, ты не забыла, что твоя настоящая работа – Иньин?

Она отвела глаза, чувствуя лёгкий укол вины.

“Ах да, я же теперь Иньин”

– Ладно, – обиженно вытянула из себя Ланняо.

Лиу устало вздохнул, стоя на заднем плане.

– Кстати, Лиу. Почему ты так… одет?

Она лишь теперь обнаружила, насколько богато был одет ученик Иншу. Лиу выглядел совсем не так, как вчера.

Наверху собран высокий хвост, закреплённый дорогим украшением с розовым кварцем и аметистом, а основа сделана из серебра. У его одежды всего три слоя, если не считать нижний: первый оттенка розового кварца, второй длинный гранатовый, с серебряными украшениями почти такими же, как и на голове, полосы светло-серые снизу и на рукавах, третий тёмно-розовый жилет с такими же краями, как и у третьего слоя.

Лиу смущённо отвёл взгляд, явно стесняясь своего вычурного вида.

– Я, я… просто, как… проходной билет! Выгляжу как ребёнок из какого-нибудь богатого рода, потому никто особо мне перечить не будет.

Ланняо после этих слов даже стало как-то жалко Лиу.

“Проходной билет, значит… ну, не вижу, чтобы он был против, – она хмыкнула, – Незачем жалеть его, тем более такова его работа”

Иншу тем временем было раскрыл рот, собираясь рассказать об их задании. Ланняо повернулась в его сторону, заинтересованно смотря в глаза. Тот слегка вздрогнул и отвёл взгляд, гордо задрав подбородок.

“Чего это он?”

– Так, давайте обсудим сегодняшнее задание, – наконец начал Иншу, – Оно будет в Императорском Дворе, как и наша цель. Это один из столоначальников, отвечающих за проведение религиозных мероприятий.

“Религия?” – по её спине пробежал холодок.

– Зовут его Фэн, мужчина средних лет, холост. Подозревается столоначальник Фэн в хранении ядов, как мне сообщили. Нашей задачей будет найти и абортивные средства, и если это всё-таки у него есть, насильно отвести в повозку, ждущую его на выходе из Императорского Двора. И насчёт плана. Я буду делать вид, что пришёл к Фэну в гости, а тебя, Ланняо, представлю, как мою личную служанку.

“Вот нахал, я ему работу личной служанкой ещё долго не прощу”

– Лиу, ты как и обычно играешь роль моего слуги. Если найдёте что-нибудь, сразу говорите. Всем всё понятно?

– Да, – хором ответили Лиу и Ланняо.

“Подождите-ка… – она вспомнила, что хотела что-то спросить у Иншу, – Точно! Вопрос, конечно, очень неудобный, но спросить всё равно надо”

Она тяжко вздохнула и снова обратила сапфирный взгляд в глаза Иншу. Он снова продрогнул, но, как и в тот раз, просто отвернулся, но затем начал болтать с Лиу по поводу тренировок.

– Извините, а кто из вас занёс в мою комнату завтрак?

Лиу вдруг улыбнулся, посмотрел в пол, а затем сказал, со сногсшибательной харизмой поднимая бровь:

– Господин Иншу?

Тот молча хлопнул глазами, по его виску пробежала капелька пота.

– Вообще-то я хозяин дома, и ты здесь будешь жить, поэтому это простое гостеприимство.

Она снова вздохнула и твёрдо выдала вердикт:

– Ясно всё с вами.

За его спиной словно гонг прозвучал. Иншу неотрывно смотрел на неё. Он нервно сглотнул и поставил голову на руку.

– Что ясно?

– Ясно, – лишь сказала Ланняо и пошла в свою комнату.

***

Они находились у весьма богатого дома, принадлежащего их цели – столоначальнику Фэну.

Ланняо совсем не хотелось участвовать в какой-нибудь схватке. Наотрез не хотелось, ведь потом нужно будет отстирывать бельё от крови, так ещё и скорей всего драться будет очень неприятно, учитывая её левую руку. Хотя, навряд ли её допустят к бою, там Ланняо абсолютно бестолковая.

Она вздохнула, выходя из размышлений.

– Ланняо, мы сейчас уже заходить будем, иди сюда! – окликнул её Иншу. Она обернулась и подбежала к ним. Ланняо низко поклонилась Иншу, холодно сказав:

– Прощу прощения за то, что отвлеклась.

– Ничего страшного, – ответил тот, – Итак, начинаем. Лиу, ты стоишь сзади Ланняо, помнишь?

Ребёнок подавленно посмотрел в пол и слегка грустно сказал:

– Но я бы хотел идти с вами, я доверяю вам…

“А со мной он значит, идти не хочет. Вот ведь мелкий…”

Иншу тепло посмотрел на Лиу.

– Я понимаю, что ты очень хочешь идти со мной, но по статусу тебе положено идти за госпожой Ланняо, иначе господин Фэн будет задавать вопросы.

Он наклонился к Лиу и обнял его, закрыв глаза.

– Хорошо, я пойду за госпожой Ланняо.

Ланняо провела взглядом Лиу, встающего ей за спину.

“Всё-таки, он немного странный. Как будто не выросший ребёнок. Его взгляд такой же, какой был у меня, когда Хэ Лань…”

Она оборвала неприятные мысли.

Внезапно Иншу резко, без предупреждения вошёл в дом.

– ДОБРОЕ УТРО, ГОСПОДИН ФЭН! – весело прокричал тот, входя в дом вместе с Лиу и Ланняо.

В гостевом зале никого не было. Видимо, Фэн сейчас находился в своём рабочем кабинете, но судя по быстрым шагам из коридора, крика Иншу было достаточно, чтобы Фэн пришёл сюда. В гостиный зал вошёл невысокий мужчина с бородой и не самой отличительной внешностью.

“Кстати, в доме пахнет экзотическими духами. Что они здесь делают?”

– Во имя истребления… Юный господин, вы опять показываете свои проблемы с правилами вежливости. Что ж, по какой причине вы нанесли такой неожиданный визит в мой дом?

– Я хочу представить вам мою личную служанку, Ланняо.

Фэн издал весьма подозрительное “о-о-о” (ей захотелось выдать хорошую пощёчину столоначальнику)и сказал, растаяв:

– Пройдёмте к столу. Не желаете чаю?

– Да, было бы хорошо, – ответил Иншу и за спиной Фэна окинул ловким, опытным взглядом дом. Лиу сделал то же самое, но более незаметно. Ланняо же в целом было плевать и на Фэна, и на то, что она тоже должна была осматривать дом, лишь бы она не пострадала в битве или, что ещё хуже, не встретилась лицом к лицу с чем-то религиозным.

– Господин Иншу, а ваша служанка не слишком выдающейся внешности.

“Кто бы говорил” – в мыслях фыркнула Ланняо, сохраняя невозмутимое лицо.

– Присаживайтесь, – добродушно сказал он, аккуратно поставил чашки на стол и разлил чая всем троим.

Лиу, не садясь за стол, поклонился.

– Благодарю за гостеприимство к моему господину, господин Фэн.

Тот стал словно добрая тётушка.

– Лиу, не стоит благодарности. Это обычное гостеприимство, тем более вы ко мне так часто заходите последние несколько месяцев.

Ланняо, тем временем, спокойно стояла сзади.

– Что вы, я должен вас поблагодарить. Мы ведь ещё так неожиданно ворвались, – скромно ответил Лиу, продолжая стоять в поклоне.

“Как я понимаю, он сейчас отвлекает хозяина дома, чтобы мы могли осмотреть дом. И у меня есть идея, как это можно устроить”

Она хихикнула.

– Извините, мы отойдём ненадолго с господином Иншу? Я хочу, чтоб он показал мне дом.

– Отлично, я вас сопровожу, – любезно предложил Фэн, не успели Иншу с Ланняо что-либо ответить.

– Лиу, идём, – позвала она его. Тот шустро кивнул и последовал за Фэном.

Вдруг ей будто перехватило горло. Хотелось закашляться, но она не могла. Дыхание стало шумным и тяжёлым, Ланняо как могла, старалась сохранять вид.

“Кажется, он что-то добавил чай. Надо быстрее заканчивать с этим заданием”

– У вас появилась личная служанка, так что не против если она послушает религиозные тексты? Госпожа Ланняо ведь здесь впервые.

– П-послушать религиозные тексты? – сама того не понимая, дрожащим голосом сказала Ланняо, – Религиозные тексты?

Фэн остановился и повернул голову к Ланняо, бледное как смерть лицо которой не было видно из-за макияжа. По её лицу прокатилась капелька липкого пота, окрасившись в бежевый. Хорошо, что никто не заметил настоящий цвет лица из-за волос.

– Что случилось, госпожа Ланняо? – нахмурив густые брови, спросил Фэн.

Она не смогла ответить.

Потому что не может говорить.

Потому что не может двигаться.

Потому что её застлала тьма.

Ланняо может видеть, слышать, осязать, но это ужасно.

Её тело с содроганием вытянуло руку вперёд, словно пытаясь ухватиться за что-то. Ланняо увидела, как Иншу, Лиу и Фэн застыли, словно изваяния, непрерывно смотря на неё, а ещё через мгновение отшатнулись. Она поняла, что её макияж начал постепенно трескаться и падать из-за разбухших от напряжения вен. В ушах громко пульсировала кровь, оглушая. Иншу смотрел прямо в её опустошённые, потерявшие былую цветастость глаза. Ланняо, смотря на него, невольно бросилась вперёд.

“Нет-нет-нет! Этого не должно быть… слишком темно, ничего не вижу! Или это вспышка света?! Помогите, кто-нибудь! Помогите, помогите, помогите мне! Не оставляйте меня здесь, в темноте…”

Тем временем она почувствовала, как провела пять глубоких полос деформированными ногтями. Кажется, это Иншу.

Ланняо снова смогла видеть. Перед её глазами вспышкой сверкнула кровь, оставшаяся на руках. Голова не хотела поворачиваться к Иншу, тело не слушалось. Но через некоторые усилия Ланняо смогла повернуть голову и увидела…

***

Голова ужасно болела. Она, хрипя от напряжения, попыталось осмыслить произошедшее.

“Ах и снова я лежу на чём-то мягком. Снова лежу на кровати. Фух… и та… сцена. Видимо, это был обычный кошмар, – Ланняо приложила руку ко лбу и болезненно зашипела, – Голова раскалывается”

– М-м-м? Ланняо ты уже проснулась? – она, в мыслях вздохнув от облегчения, услышала голос Иншу, – Опять падаешь без сознания. Кстати, ты такая лёгкая, если тебя поднять, что у меня даже возник вопрос, ешь ли ты вообще.

Лиу, стоявший рядом, заметил:

– Господин Иншу, вы сейчас ведёте себя с госпожой Ланняо очень неподобающе.

Тот кивнул и сказал:

– Прошу прощения, госпожа Ланняо. Я могу выйти из комнаты, если мешаю вам.

– Конечно, можете идти, господин Иншу, – спокойно согласилась она и показательно направилась к кувшину с водой. Послышался негромкий хлопок дверью.

Сил держаться на ногах не было. Ланняо держалась только перед ними, ведь Лиу и Иншу ни за что не должны узнать правду. Она этого не допустит.

Её обессиленное тело лежало на холодном, каменном полу.

“Определённо сейчас что-то происходит. Та моя сторона… я не такая и не буду такой. Не надо ничего доказывать миру. Я это я. Единственное, что от меня требуется сейчас – это исправно выполнять работу Иньин. И тогда, в доме столоначальника… видимо, я потеряла сознание из-за количества религиозных вещей. Опять эта сторона меня! Она боится всей светлой религии, ей становится больно от не. Значит, я должна превзойти это и обрести иммунитет к религии, но сейчас сделать не могу. Отдыхать, бездействовать? Тоже не то, что нужно. Я как будто застряла в пустоте, из которой невозможно выбраться. Хотя…"

Ланняо, кряхтя, поднялась с пола. Она решительно вышла из своей комнаты и направилась к столу с подношениями божествам. Было страшно, ужасно страшно и неуютно, но Ланняо сцепила зубы и продолжила идти.

“Нечего себя жалеть. Да, я Иньин, но всё ещё лишь расходный материал. На этой работе люди каждый день рискуют жизнью, а значит, не имеем особой ценности”

Ланняо взяла тарелку с подношением, и палочками, что лежали на ней, взяла шарик риса, мигом засунув в рот. По её языку распространился привычный вкус риса, но через несколько секунд появилась противная горечь. Да, горечь в святой еде могла ощущать только она, но сейчас для Ланняо эта горечь была вовсе не противной. Она облизнула губы язычком.

Нет, горечь была умопомрачительной. Через ещё мгновение Ланняо перехватило горло в точности, как в доме столоначальника Фэна.

“О да. То что надо”

Она, шарик за шариком риса поедала подношение. Вскоре у Ланняо чудовищно заболела голова, она будто онемела. В ноге появились болезненные судороги. Она свалилась на пол, но продолжала жадно поедать подношение, что утянула с собой.

“Да, да, да! Пусть я упаду без сознания, пусть проведу несколько дней в коме, у меня должен сформироваться иммунитет к ядам, чтобы не быть той стороной”

Тело, в конце концов, свело от тяжёлого отравления, в глазах болезненно помутнело, всё застлало туманом.

Но Ланняо не собиралась так легко сдаться своей слабости. Она через усилия приоткрыла глаза и вытянула руку, хватаясь за ножку стола с подношением. В ноге всё ещё продолжались мучительные судороги, но боли Ланняо уже не ощущала, ведь ей было всё равно на неё. Она получала от этого удовольствие. Ланняо, используя мощные руки смогла сесть, а потом и встать. С трясущимися, словно у только что родившегося жеребёнка ногами заковыляла к выходу из дома. Дверь была открыта, а потому не пришлось прикладывать лишних усилий к открытию. Ей в нос ударило множество чудесных ароматов: шалфей, лилия, розы и роса. Ланняо подошла к пруду и посмотрела на себя. Перед ней предстала отвратительная картина самой себя.

Чёрные волосы, некогда собранные в аккуратную причёску, распустились, растрёпанные. Её юбка вся испачкана пылью и пятнами от соевого соуса, – или это её кровь, стекающая с подбородка? Самле ужасное, на Ланняо нет лица: глаза потухли, как сейчас звёзды перед рассветом.

“Звёзды перед рассветом?.. Но ведь солнце – тоже звезда, только большая и очень ярко светящаяся, – так говорила мама. Значит, завтра мои глаза будут наполнены светом, – она закрыла глаза и улыбнулась, подставляя лицо тёплым лучам восходящего солнца, – Всё будет хорошо”

Глава 3

Ланняо заметила странную вещь на полке.

– Господин Иншу, вот улика, – прошептала она на ухо.

***

“Прошло две недели, и моя работа наладилась. Это хорошо, но я скоро умру с тоски!”

Ланняо ужас как устала произносить одну и ту же фразу.

– Виновен.

– Виновен.

– Ви-но-вен.

Она перекатывалась с одного бока на другой, не зная, что делать. Задание на сегодня выполнено, а делать-то нечего. Только ей делать нечего, потому что Иншу и Лиу усердно тренировались, так как сразу после слова “виновен”следовала драка, в которой через две минуты, максимум десять, они обнажали мечи. Где они прятали их? Мечи для Иньин делают складными, и обычно их прячут в пояс.

Тем временем из-за количества денег, которое ей платило правительство, комната стремительно начала обрастать разными интересными вещицами. Допустим, на столе Ланняо появилось множество ювелирных инструментов, мебель сменилась на более качественную. Недавно она заменила себе кровать (спать на древесине не очень приятно) на большую, с колоннами по углам и крышей. Для Фанцы подобные кровати в диковинку, но на западе в таких спят большинство богатых аристократов. Поэтому, хоть и диковинка, зато признак престижа.

«Всё это очень красиво и роскошно, пока кто-нибудь не зайдёт ко мне в комнату и не поймёт, что я не просто служанка, а… Нет, нет, нет, я не это!» – она, прерывисто дыша посмотрела на свою руку. Та неестественно напрягалась, пальцы согнулись, словно когти, а ногти деформировались, став более толстыми.

– Я не, я не… я не эта тварь, не боюсь светлой религии, не умею создавать сапфиры…

Ланняо согнулась, будто у неё что-то дико болит, а затем со скрежетом провела пять глубоких царапин на древесине кровати. Она поднялась с неё, сложила руки под грудью и, умспокаивая сердцебиение, подумала:

«Чем я вообще занимаюсь? Лучше схожу на прогулку»

***

Ланняо села на скамейку, устав от попыток вывести надоедливые мысли. Голова сама собой отклонилась к стене. Возвращаться в дом Иншу не хотелось, ей всё равно нечего делать, а он вместе с Лиу стали больше тренироваться, делая это часами, а то и сутками напролёт. Ланняо уже начала всерьёз подозревать, что они готовятся к весьма серьёзной цели.

– Аха-ха-ха, и-и-и, как тогда, у скамейки.

«Я помню этот голос»

– Богиня Перемен Сэйнян, вы снова сбежали от своей служанки, госпожи На Ю? – совершенно не подумав, выдала она.

Богиня резко отвернула голову, светло-зелёными глазами отражая поддельную невиновность.

«Ага, ясно»

– Так, ваша божествовидность, по какому делу вы обратили свой взор на меня?

Сэйнян немного рассмеялась от такого официального разговора, и успокоившись, невозмутимо сказала:

– Я слышала, ты чья-то личная служанка, хи-хи-хи-хи.

Если бы они находились на кухне, сзади Ланняо "немного" подгоревшая еда тихо спалила бы весь дом.

– Где это вы такое услышали?

Она сузила взгляд, что мог пронзить любого насквозь прямо в глотку, словно стрела охотника. Богиня заметно задрожала от такого взгляда.

– Знаешь ли, Ланняо, – она запнулась, – У меня есть свои источники.

Она не стала ничего говорить, лишь прекратила страшно смотреть на Сэйнян.

«Понятия не имею, какие у неё источники, но догадываюсь, что крайне коварные»

– К слову, насчёт источников. Среди Императорского Двора есть собрание людей, называющих себя межами. Там обсуждают и рассказывают последние новости, сплетни. Так как за тобой должок, войди в это собрание и выясни, не делает ли кто чего-то запрещённого. Если заметишь, ты знаешь, что делать.

Последняя фраза встревожила Ланняо.

“Она знает? Нет, навряд ли”

– Госпожа Богиня, что вы имеете в виду под "Ты знаешь, что делать?"? – спросила Ланняо.

– Хм, на самом деле, ничего такого, – весьма странно ответила Богиня, – Так, ты собираешься сворачивать должок?

– Хорошо-хорошо, сделаю. Только вот где ваша служанка?

– Она будет ждать тебя у руин, где проходит собрание.

"У руин, значит"

Ланняо, даже не попрощавшись с госпожой, направилась непонятно куда.

Руины, как она могла догадываться, находились на юге Императорского Двора, так как там не живёт ни одна наложница. Практически никто на юг и не ходит, потому что этот сектор просто лес. Руины, по слухам, были почти невидимыми из-за бурной растительности, что сплошь росла на них.

Ланняо тем временем уже находилась на границе с лесом. Глубоко вдохнув свежий лесной воздух, она ступила на тропу.

"Видимо, искать долго не придётся, всё можно понять по тропинке"

Ланняо не любила ходить по незнакомой территории, не зная о ней ничего, ведь на инстинктивном уровне ощущала опасность. Сейчас здесь не только незнакомая территория, это ещё и лес, место весьма опасное. Впрочем, бояться было нечего, так как это даже не лес, а роща, выросшая на северной стороне. Здесь было полно руин, но запомнились всем только одни. Ланняо на самом деле с удовольствием бы ещё изучала северную часть Двора, но навряд ли Иншу позволит ей там гулять, потому что задание могут дать в любой момент.

– Извините, это вы, госпожа Ланняо?

Она вздрогнула и быстро обернулась назад. Сзади неё стояла девушка примерно такого же роста, как и у неё. Она была одета в персиково-жёлтые цвета, поэтому Ланняо сразу догадалась, что это служанка Сэйнян, о которой та говорила и кивнула, подтверждая свою личность.

– Я служанка Богини Перемен Сэйнян. Прошу звать меня Йонлань, – с поклоном представилась девушка, – Полагаю, вы осведомлены о том, что вам нужно делать. Следуйте за мной.

– Как изволите, госпожа Йонлань.

Ланняо прошла за ней по тропе и присмотревшись, увидела внушительных размеров здание, больше похожее на дворец, чем на руины. Однако стоило признать, что растительности на нём действительно много, да и в некоторых местах обильно росла паутина вместе с соответствующим насекомым на ней.

“Руины-то это руины, но вопрос другой – что делает дворец в лесу, заброшенном уже… ровно четыреста лет, если верить письменам в доме Иншу”

Она кинула сомнительный взгляд на дворец и вместе Йонлань остановилась перед величественными воротами. Те были заперты изнутри. Ланняо догадалась, что кто-то уже пришёл. Зачем тогда закрывать ворота? Она подумала о возможности кинуть маленький сапфир под щёлку и открыть изнутри, но Йонлань догадается, что Ланняо… Та, кто могла догадаться, сильно постучалась в дверь, а затем громко сказала:

– Мы межи и суть легка, так же, как и наша душа!

Дверь со скрипом отворилась.

– Входите, – раздался глубокий женский голос. Перед ними стояла женщина лет двадцати пяти в зелёных одеждах.

“Судя по внешнему виду и исходящим запахам, служанка Богини Красноречия”

– Позволь спросить, не привела ли ты нового межа? – спросила девушка и посмотрела на Ланняо презрительно, словно на таракана. Помимо запаха мёда от неё шла лента духов с весьма экзотическими ароматами, которые, видимо, Богиня очень любила, раз выдала их всем своим служанкам.

– Всё правильно, но она здесь только на один раз, заодно со мной. Её зовут Ланняо, она моя новая подруга. Знакомься, это Льосэ.

Ланняо поклонилась, сказав лишь сухое “рада знакомству”. Ей было совершенно плевать на неё, даже если она недолюбливает Ланняо.

– Что ж, не будем задерживаться. Собрание межей скоро начнётся.

Льосэ быстро задвигалась в сторону лестницы, что было весьма грубо, так как она должна была проводить их.

“Даже не проводила до места. Что ж, просто пойду за Йонлань”

Следуя за ней, Ланняо достигла последнего, третьего этажа. Третий этаж по сути являлся пустым залом, на котором не было ни мебели, ни ковров или чего-то ещё.

“Очередная странность дворца. Если говорить по правде, вся северная окраина странная, не только дворец”

– Ланняо, не отвлекайся, пожалуйста, – окликнула Йонлань. Ланняо потрясла головой, избавляясь от назойливых мыслей, и побрела следом за ней. Впереди ровным кругом сидело человек двадцать, и Ланняо вместе с Йонлань расположились в свободных местах. Льосэ тем временем уже сидела рядом с ещё двумя служанками Богини Красноречия. Ланняо медленно перевела взгляд на неё, не замечая, что в не её глазах появились ие…

Ланняо не должна думать об этом.

Льосэ оглушительно вскрикнула и попятилась назад, словно увидев (прочитав) что-то ужасное. Она прерывисто задышала, снова обратила взгляд на неё и подняла губу вверх, точно злая собака.

– Отродье, уродина! Уйди отсюда, уйди, во имя Истребления! Ты не мы, ты убийца!

“Опять обвиняют в том, что я убийца”

Ланняо посмотрела вниз глазами провинившегося щенка. Что она сделала, чтобы ей начали кричать “уродина, отродье, убийца”? Совершенно не понимая почему, она в очередной раз решила не обращать внимания на подобные вещи.

– Льосэ, не злись так на неё! Ланняо здесь в первый раз, будь гостеприимна! – неожиданно крикнула Йонлань, едва сдерживая гнев.

Льосэ, сама того не понимая, кивнула и нервно сглотнула.

– Ч-ч-что же, давайте начн-нём-м собра-ание… – голос её испуганный, как у кошки, но затем она внезапно смелеет, рот раскрывается в ухмылке, – Я рассказываю первая. Ходят слухи, что Богиня Перемен стала очень много общаться с какой-то простолюдинкой, которая, судя по виду из самого нищего района столицы Фанрон. Они там чуть ли не как подружки перешёптываются. Честно говоря, эта Сэйнян от слова совсем не достойна титула императорской наложницы. Любимица императора – вычурная Юнхуа, наша Айминь, любимица народа и посещений собирает ничем не меньше Юнхуа, – остальные служанки активно начала кивать и поддакивать, в то время как Йонлань подавленно смотрела в пол, – а эта западная курица что?

“Богиня Красноречия тоже тесно связана с западом, по такой логике она тоже кури…”

Ланняо негромко откашлялась и решительно вытолкнула подобные мысли из головы.

– … Сэйнян ни на что не годится, вышвырнуть бы её из дворца! Вот скажи, Йонлань, она ведь худшая наложница в Императорском Дворе!

Льосэ указала пальцем на неё, подойдя недопустимо близко, так что между ними с натягом был метр. Ланняо недовольно зыркнула на указательный палец невежи.

– Ты знаешь, что делать, – рядом с ухом послышался намекающий шёпот Йонлань.

“Ага, поняла”

Она медленно поднялась с колен и встала, глядя в пол. Льосэ хмыкнула и язвительно выплюнула:

– Эй, что ты собираешься сделать, грязная просто…

Обильная мышечная память от тренировок Хэ Лань сама собой выгнулась месяцем в полузамахе и устремилась прямиком в надменное лицо Льосэ. Раздался громкий шлепок, а затем крик “Что ты сделала, свинья?!”.

“В яблочко, – радостно подумала она, не сдерживая улыбку, – Удар был несильным, но достаточно, чтобы она упала”

Льосэ, лежавшая на полу ошеломлённо смотрела вниз. Рядом с ней на коленях крутились остальные служанки Богини Красноречия, не зная, что делать. Ланняо бросила на неё холодный взгляд, взяла за шкирку и начала яростную тираду на глазах у других межей.

– Ты обливаешь Богинь Фанцы своими словесными помоями, – тон голоса Ланняо ровен и холоден, – Унижаешь их за спиной. Ты ведь ещё и развязала драку со служанками элегантной Богини Юнхуа во время встречи. Точнее, это была не драка. Ты просто в какой-то момент спора решила начать бить одну из них, пролила воду на голову, а затем бросила в грязь. Думаешь, я не заметила, что из восьми изначально присутствовавших в дом пришло только семеро?

– Сама сделала то же самое! – всё ещё сопротивляясь, крикнула Льосэ. Ланняо швырнула её на пол и медленно спросила, обводя взглядом всех служанок Богини Красноречия:

– Вам случаем не платили море денег за это?

– Да-да-да, нам платили, платили! Нам платил господин Фэн до того, как исчез! – бессильно закричала одна из них.

“Это объясняет, почему я не потеряла сознание ещё в гостиной. Среди религиозных ароматов были экзотические, которые облегчили моё состояние. А занесла эти ароматы Льосэ вместе с другими служанками Богини. До чего опрометчивый поступок”

Ланняо устало вздохнула, достала мешочек с сапфирами, и с силой вытряхнула из него сверкающие драгоценные камни на головы служанок.

– Хотели роскоши и денег? Вот оно, всё перед вами.

– Не надо, нам это не надо! – воскликнула Льосэ. Другие активно закивали головой и начали демонстративно двигать сапфиры обратно в сторону Ланняо. Она мягко улыбнулась.

“Наконец избавились от своей жадности”

Но после идиллии наступило другое чувство, чувство вины.

“И всё-таки… настолько жёсткие способы – это не решение”

Ланняо снова посмотрела на них, и картина предстала отвратительная. Пока она прощала их, эти жадные свиньи начали сгребать себе сапфиры.

“Они неисправимы. Что ж, я сделала всё, что могла. Просто сообщу Иншу, и их либо убьют, либо отправят в тюрьму. Жалко, конечно, что у Богини Красноречия потом возникнут проблемы с количеством служанок, так как их станет ноль. Зато она найдёт себе гораздо лучше этих”

По ушам неприятно ударили громкие звуки обрушения стен, мгновенно вырывая из размышлений. В стены будто из пушки выстрелили, настолько печально они выглядели. Ланняо, Йонлань и Льосэ обернулись на грохот.

Они увидели две пары больших, цвета вороны крыльев и медленно падающее смольное перо. Наверху два алых, слегка загнутых друг к другу рога и такой же алый чешуйчатый хвост с ядовитым жалом на конце. На руках, ногах и лице треугольные узоры с чёрным кругом посередине. Яркие глаза сверкали, словно два кусочка янтаря.

Йонлань чуть не заплакала в ужасе, закрыла, раскрыла рот и вскрикнула:

– Он-н-на-она… но ведь их истребили ещё триста лет назад!

Перед ними предстало исчезнувшее ещё давным-давно существо.

Демон.

– Йонлань, кажется, их не истребили, – стараясь сохранять спокойствие, сказала Ланняо. Льосэ подошла к ним и закричала, указывая пальцем на создание:

– Но что нам делать?! Эта тварь поглотит нас и не оставит ни следа!

Ланняо не ответила, думая над ситуацией.

“Я ещё никогда не использовала свою способность для битв, но… нет, бежать точно не могу. Иншу говорил, что если ты Иньин и видишь кого-то, кто угрожает Фанцы, цель надо устранить немедленно. Но сейчас передо мной самый настоящий демон. Из всех присутствующих людей я единственная, кто умеет драться. Значит, буду драться”

Она сузила взгляд, повернулась к толпе и сказала:

– Уходите отсюда немедленно и сообщите кому-нибудь из священников о демоне! Если не поверят, всё равно говорите!

Льосэ кивнула, нервно сглотнула и что есть мочи ринулась вместе с остальными к лестнице. Демон махнул двумя парами крыльев, камнем приземлилась напротив паникующей толпы. Деформированные ногти задрались вместе с рукой вверх, она безумно закричала, размахивая смертельным жалом:

– Вы не уйдёте отсюда живыми! Никто не выйдет из этого зала, пока я не поглощу вас всех живьём!

Вены на теле демона вздулись за считаные секунды. Рукава скатились на плечи и стали видны внушительные для девушки, но обычные для демона мышцы. Она замахнулась одной рукой на людей, и произошло нечто неожиданное. Её хвост удлинился, от него стали идти отростки, что тоже удлинялись, на конце каждого из них находились жала.

Хвост выгнулся и стрелой полетел в толпу. Ланняо, оттолкнувшись от пола, взлетела вверх, как кошка и, вспомнив о кое чём, достала это. В полёте она достала безобидный кинжал из-за пазухи и, до боли ухватившись за рукоятку, устремилась лезвием прямо к хвостам демона. В стороны брызнула горячая кровь.

Изо рта вырывались прерывистые выдохи. Такой приём дался ей тяжело.

“А ведь Иншу и Лиу так каждый день с лёгкостью делают”

Но долго отдыхать не пришлось, ведь демон решил нанести ещё один удар на удивление проросшим хвостом уже по Ланняо. Та, еле успевая реагировать с усилием, разрубила отросший хвост прямо перед своим горлом.

– Что за слабачки передо мной, только у одной есть меч, и то сражаться им совершенно не умеет! Да я даже не в полную силу атакую! Только два удара! Ха-ха-ха-ха!

Демон залился смехом, стало видно, что вместо зубов у него острейшие клыки.

– Если хочешь, чтобы я сражалась в полную силу с собой, то давай эти люди уйдут, – предложила Ланняо, стараясь скрыть беспокойство.

– Но ведь после тебя я поглощу и их тоже. Глупая какая-то сделка, но я согласна.

“Сработало”

Девушки, стоявшие позади Ланняо, хныкая, ринулись к лестнице.

Вскоре стихли шаги. Через пробоины в стенах пробивался солнечный свет.

“Может быть, солнце на неё подействует?”

Луч света дотянулся до демона, но ничего не произошло.

Она посмотрела на своё плечо и надменно хмыкнула:

– Я тебе не какие-нибудь слабые цзянши, которые погибают под солнечным светом.

“Цзянши. Слабые демоны, что восстают из земли”

– Что ж, – демон облизнул свои клыки и хлестнул хвостами, – Я постараюсь убить тебя быстро.

Ланняо крепко сжала меч в руках, напрягая вздувшиеся вены. Для неё сейчас главным было сохранять спокойствие, даже если шансы на выживание крайне малы. И всё же, сердце Ланняо успокоится никак не могло: кровь быстро стучала в ушах громче гонгов, а остальные звуки стали заглушёнными, неважными. Она подумала, что это даже хорошо, ведь сердце стучало равномерно и спокойно, концентрируя внимание на навыках и инстинктах.

Демон, в отличии от вовсю сконцентрированной Ланняо выглядела максимально неспешно и расслабленно, – но это оказалась лишь овечья шкура на беспощадном волке. Она, напрягая ноги мощной пружиной выстрельнула телом вперёд. Хвосты заострились копьями, целясь в Ланняо. Она прыгнула вверх, уворачиваясь от ударов хвоста, но не успела Ланняо нанести удар, на неё обрушилось крыло с острым шипом на сгибе. Резкая боль пронзила в плече.

“Ещё чуть-чуть и она разорвала бы мне глотку”

Ланняо ухватилась за хвост демона, и опираясь на него, как на балку отпрыгнула на несколько метров в сторону.

– Да что ж тебе неймётся, человеческое отродье! – вскрикнул демон. Она широко раскрыла крылья и топнула узорчатой ногой. По полу начали стремительно ползти трещины.

“Если этот пол сейчас обрушится, то я упаду прямо вниз и мне все кости переломает!” – скрипя зубами, подумала Ланняо, но мысль прервала неутешающая картина. Под ногами демона появился светящийся красно-жёлтый знак, переплетающийся треугольными узорами и кругом, посередине которого находился крест. Знак распространялся на метров пять, что было достаточно для того… Ланняо задумалась:

“Не хватало мне ещё и этого. Крылья, восстанавливающиеся тело, много хвостов с ядовитыми жалами, так теперь ещё и непонятный светящийся знак?!”

Громкий, оглушающий уши и проникающий к мозгу крик демона разорвал все мысли на части.

– Остановка! – кричала она с оскаленной пастью. Мощная рука с рельефными венами и ногтями, больше похожими на когти, направилась прямо на Ланняо.

Вдруг всё вокруг неё остановилось. Она попыталась пошевелить рукой, но та не двигалась. Глаза рефлекторно закрылись, но Ланняо не спала.

“Я не могу двигаться, глаза закрыты, – она услышала стук металла, – Меч упал, я обезоружена, а пол скоро обрушится. Это конец”

– Ты очень храбро сражалась, человек. Я хочу узнать твоё имя, ты узнаешь моё.

“Вот он, мой шанс на выживание!”

– Но не думай, что я тебя выпущу, – добавила демон, и тело вновь смогло двигаться.

Ситуацию омрачало то, что на её сонной артерии находилась пара когтистых пальцев. Тело оказалось намертво охвачено двумя парами крыльев, шипы больно царапали тонкую кожу Ланняо. Хвост обвивал ноги вместе со всеми отростками, жало застыло перед животом.

“Надо хотя бы попытаться взять кинжал, а потом снести голову ей. Ни демон, ни человек такого удара не переживут”

Она сосредоточилась, чтобы использовать силу на полную мощь.

Вздох.

Рука с силой оттолкнула крылья, ноги ловко перепрыгнули жало. Пальцы уже тянулись к мечу, но…

– Не-а.

Хвост свистнул, отталкивая меч ещё на несколько метров. Ланняо вскрикнула, когда жало случайно полоснуло по ноге. Она снова почувствовала цепкую хватку угольных крыльев, и хвост, что обвивал всё тело.

– Ой, кажется, я задела тебя жалом, – ухмыльнулся демон, – Хотя, так умрёшь наверняка. Ты уже не можешь бежать, и кинжал взять не пытаешься. Назовись, а я назовусь тебе.

– Меня зовут Ланняо.

– Прекрасное имя. А ведь моё имя тоже связано с птицами. Я Вуя, и в весьма узких кругах известна, как Демон-ворона. Ты, кстати, всегда была в этих узких кругах, Иньин по имени Ланняо.

“Так вот, как зовут этого демона” – подумала она и спросила:

– Откуда ты знаешь, что я Иньин?

– Но ведь это так очевидно. Кто может таскать с собой кинжал, тем более девушка, – только Иньин! Кстати, – Вуя приблизилась к её лицу, неестественно выгибая шею. Она постучала по сонной артерии.

– Настало время умирать.

“Это точно конец. Я умру, и меня поглотит демон. Отвратительная смерть. Может быть, всё-таки использовать свою способность? Сейчас далеко не до моей гордыни. Нет, не смогу. Она меня сразу убьёт”

Но после размышлений Ланняо почувствовала, как коготь начал чуть впиваться ей в горло. Теперь она точно ничего не сможет сделать.

В мёртвой тишине раздался громкий крик демона.

Хватка крыльев, рук и хвоста неожиданно ослабла. Ланняо стрелой отскочила от Вуи и толкнула меч ногой, что отлетел ей прямо в руки. Она посмотрела на Вую. Демон лежал на полу с воткнутым в живот мечом. Хвост извивался как бешеный, распространяясь по всему этажу.

“Меч прилетел сверху? Или… о нет, кажется, ко мне послали других Иньин. По уставу я должна скрыть лицо, мы не должны знать друг друга, если работаем поодиночке”.

Ланняо зубами оторвала от рукава полоску ткани и намотала ниже носа.

В громких криках Вуи раздался громкий боевой указ:

– Бей в голову!

По каменному потолку раздался удар.

Сверху начали падать двое Иньин. Один в одежде столоначальника, другой в удобной для боя, с широкими штанами.

Вуя от чего-то, взвыла ещё больше и с силой хлестнула по и так трескающимся полу. Он затрещал, словно ломающаяся доска.

Один удар сердца.

Второй.

И пол обрушился вниз. Все оказались в свободном падении: Ланняо, демон-ворона Вуя и ещё два Иньин. Она, до боли сжимая кинжал в руках, инстинктивно приняла позицию, чтобы приземлиться, даже зная, что разобьётся.

Вуя тем временем громко взвыла и молниеносно раскрыла крылья. Те затрепетали на ветру, словно бумага, но затем демон наполовину сложил их и стал стремительно падать, догоняя их.

– Эй! Если что, я тебя поймаю! – закричал один из Иньин. Ланняо кивнула ему, снова перестроила позу падения.

“Кажется, Вуя сломала не только весь третий этаж, но и дворец” – подумала она, приземляясь на широкое плечо другого Иньин, который, в свою очередь, смог оттолкнуться от обломка и приземлиться на пол первого этажа.

“Так-с, наверное, можно уже и слезть с него…”

Ланняо отодвинула мощную руку своей, но Иньин решительно не отпускал.

“Это что, мне теперь на его плече всё время находиться?!”

Она ощущала себя мешком с рисом.

– Вы не убежите от демона с пятого круга!

Сзади послышался стремительный свист пикирующих крыльев. Иньин ускорились, заметно напрягаясь, в то время как Ланняо до сих пор не понимала, что делать. Хотя, вроде и не надо было ей ничего делать, её просто тащили на плече, как мешок с рисом.

– Извините, го…

– Моё прозвище Ин.

– Господин Ин, не могли бы вы спустить меня на пол?

Ин не ответил, продолжая бежать.

– Отпустите меня, по-жа-луйста-а-а-а.

Ин снова не ответил, лишь выбежал вместе со вторым Иньин из здания, так как Вуя продолжала стремительную погоню за ними уже над лесом, где можно было хорошо скрыться.

– Какой наш дальнейший план действий? – спросил другой Иньин, прячась вместе с ними в кустах.

– Думаю, одному из нас надо отвлечь демона на себя, а остальные двое быстро предупредят армию. Кстати, каково твоё прозвище?

– Шилиу.

“Пока они языками чешут, я всё ещё на плече у того придурка! Когда меня, наконец, отпустят?! – Ланняо посмотрела на небо, заскучав, – Подождите-ка…”

– Извините, что прерываю! Демон пропал из виду!

Ин и Шилиу мигом напряглись. Последний вздохнул и сказал:

– Тогда сейчас мы ничего не можем сделать, кроме как остаться следить. С демоном же два варианта: либо она зашла в лес и ищет нас, либо улетела. Скорей первое, так что остаёмся на позиции.

“Да я же здесь от скуки умру!”

– Господин Ин, отпустите меня, не-мед-лен-но!

У Ланняо начали уставать ноги, свисавшие по его спине. Она, окончательно приняв решение слезть с него и пойти к себе, отчаянно забарахталась под рукой и, издав победное “ва-а-а” шлёпнулась на землю, страхуя себя руками.

– Эй, ты куда намылилась?! – Ин грубо дёрнул Ланняо за рукав и притянул к себе. Она устало вздохнула и с силой оттолкнула его ладонью, но затем резко споткнулась о камень, падая прямо на Ина. Правда, ничего такого за этим не последовало. Ланняо оттолкнулась ногами от его живота и, пока тот поднимался с травы, быстрым шагом направилась в сторону границы леса. Ланняо недовольно хмыкнула, вспоминая Ина, как назойливую муху.

“Что-то мне стало плевать на этот устав Иньин, ведь под ударом моя честь”

Конечно, большее количество времени она скромная девушка, но иногда бывает крайне горделивой.

– А?

“Снова запах этих духов…”

В носу защекотали ароматы: мёд, фрукты и экзотические цветы. Но вместе с этим Ланняо почувствовала ещё кое-что. Жуткую боль во всём теле. Его будто начало распирать на куски, словно вонзилась тысяча раскалённых стрел.

“О нет, нет, нет…”

– Здравствуй, убийца, – услышала она дивный голос. Ланняо взвыла от боли и обессиленно опустилась на землю. Перед глазами она видела полупрозрачную белую ткань, что стелилась по росистой траве утренним туманом.

– А ведь, если подумать, ты и по крови убийца. Хотя нет. У вас, отродий, нет родителей или подобного. Вы просто убийцы. Уроды, что загрязняют мир. И те существа, и это стадо под названием Иньин.

– От… куда… ты зна-ае-шь… – прохрипела Ланняо.

– О-о-о-о. Тебе лучше спросить, кто я. Или, может, ты уже поняла, по тому, как я влияю на тебя? Думаю, это ужасная боль. А ты как думаешь, уродина?

– Хва… тит…

У Ланняо закатились глаза от боли. Она не могла ни думать, ни что-либо делать.

– Что ж, я считаю, что лучше оставить тебя в сознании. Тогда ты испытаешь больше боли. И кстати. Для тебя я "Ваша божествовидность Айминь" – и запомни: я уничтожу каждого из вас.

***

Прошёл час или два. Или пять, или шесть. Ланняо смогла ясно думать и двигаться лишь недавно. В голове всё ещё стоял лёгкий туман, но она рада, что боль прошла. Сейчас самым сильным было одно ощущение – её лёгкая безмятежность, спокойствие.

Повязка лежала в корнях могучего дуба, что расположился рядом с кустом орешника. Трава мокроватая от шумевшего в подсознании Ланняо дождя, – может, это ливень? Может, и холод на коже ей кажется. Несмотря на то что, по ней бежали приятные мурашки от прохлады, ветра не ощущалось, ведь это дождь, не ливень или ураган. Если бы не он, скорей всего стрекотали бы кузнечики и пели птицы. Сейчас подобного нет: в дубовом лесу стояла благая тишина. Насекомые, затаившиеся в дуплах белки и бурые полёвки пережидали дождь. Тучи стояли клочьями, изливая капли на окружающее, а иногда среди них мелькали просветы. Те опускались на землю, грели кожу. В такие моменты капли в лучах разбивались на множество сверкающих мириад, что завораживало взгляд Ланняо.

Может быть, сыро. Или холодно, что пальцы краснеют яркими румянами.

В любом случае и несмотря на всё, Ланняо любила дождь.

– Ланняо, Ланняо!

Она слегка удивлённо повернула голову, говоря:

– Господин Иншу?

Он мягко улыбнулся в ответ, держа зонт над головой. Сзади из-за кустов выбежал Лиу с зонтом.

– Госпожа Ланняо, вы так долго не возвращались домой, и мы отправились на поиски! Благо, Богиня Перемен Сэйнян подсказала нам, где вас искать.

– Ланняо, мы пока искали тебя, едва не поседели от волнения. Где ты пропадала?

– Извините, но вам потом придётся заново спросить госпожу Сэйнян о том, где я была.

Иншу поперхнулся от столь неожиданного ответа, но затем сказал, садясь с ней рядом:

– Конечно, ты меня удивила. Хотя, подобный ответ вполне в твоём духе.

Лиу тоже присел рядом с ней.

– Госпожа Ланняо.

– Да-а-а? – тепло улыбаясь, пропела она.

– Госпожа Ланняо, вы улыбаетесь.

– Лиу, я знаю. А вот ты знал, что мы недавно виделись? – сузив глаза, словно лиса, протянула Ланняо.

Она почувствовала руку, трясущую её за плечо с другой стороны. Иншу, сверля Ланняо злым взглядом, начал напирать на неё:

– Как это, “мы недавно виделись”? А? Ты что, намеренно избегала нас? М-м-м?

– Да шучу я, шучу.

– Фух. Во имя Истребления, опять пугаешь меня, и уже во второй раз за разговор.

– Не знаю как вы, господин Иншу, но я сразу распознал сарказм Ланняо, – без издёвки фыркнул Лиу, – Кстати, может, пойдём обратно? С меня вкусный чай, который я купил в ларьке по дороге.

Иншу захихикал.

– Тогда я куплю танхулу, – он повернул голову к Ланняо, – А ты?

Она слегка задумалась. Сапфиров у неё в мешочке не осталось, но она может сделать ещё.

– Чтобы вы хотели?

– Чт-то хочу я? – Иншу немного смутился, кончики ушей покраснели, – Ты не должна спрашивать об этом меня, Ланняо. Бери что хочешь!

– Пожалуй, возьму кунжутные шарики.

Лиу хлопнул руками и встал вместе с другими, едва ли не вприпрыжку направляясь к границе леса.

– Определились, можно и идти домой!

– Господин Иншу, почему ваш ученик ведёт себя, как ребёнок, обычно он очень сдержанный.

Он вздохнул и ответил:

– Ланняо, но ведь он действительно ребёнок. Иногда и порадоваться можно.

– Ясно… А? Подожди, Лиу, нам надо тебя догнать!

… Вот так они и дошли до дома, дружески говоря между собой.

Глава 4

– Господин Иншу, вы вчера искушали меня вкусностями, извинитесь, пожалуйста!

– А ты со мной слишком открыто общалась! Извинись тоже!

Лиу, едва не срываясь на них криком, чётко сказал:

– Во имя Истребления, сейчас вы оба ведёте себя глупо, ссоритесь как дети. Я понимаю, что по работе формально вы на одном уровне с господином Иншу, но всё же он опытнее и умнее вас.

“Он прав, – недвольно признала Ланняо, – Надо быть вежливее и знать своё место”

– Лиу, нам не приходило писем? – спросила она, чтобы разрядить обстановку. Часто в письмах им прилетали задания на неделю вперёд вместе с информацией о целях.

– Начальство уже должно было прислать план заданий, – Лиу вышел из гостиной и через некоторое количество времени вернулся с письмом в руках,

– Честно говоря, это немного странно, – заметил Иншу, разворачивая бумагу пальцами, – Обычно они присылают задания на день раньше и ровно в три часа дня. Интересно, отчего такое опоздание?

Ланняо обратила взгляд на заголовок одновременно с Лиу и Иншу.

Сзади них будто гром разразился.

В заголовке письма аккуратным почерком было написано “Экзамен”. Она хлопнула глазами и тихонько отошла в сторону.

“Буду надеяться, что меня на экзамен не позовут, ведь я его сразу с треском провалю”

Иншу тем временем исподтишка посмотрел на неё, пока читал. Ланняо, когда тот снова продолжил чтение, сухо сказала:

– Полагаю, про меня там ничего нет.

“Больно уж у них спокойные лица. Скорей всего на экзамен позвали только их двоих, так как на меня здесь надежд нет никаких”

– Госпожа Ланняо. Нам надо будет пойти вместе на экзамен, – невозмутимо обратился к ней Лиу. Сердце Ланняо ухнуло вниз. Она постепенно начала осознавать, что её уволят, вышвырнут из Императорского Двора, и Ланняо снова будет жить в своей ветхой лачуге, зарабатывая на жизнь сапфирами. Хотя, если подумать, такой расклад не так уж плох. Её весьма нерадостные мысли прервала фраза Иншу:

– В письме сказано, что для каждого будут особенные тесты, в зависимости от роли на заданиях.

“Кажется, шансы всё-таки есть”

– Господин Иншу, когда и куда мы отправляемся на экзамен? – спросила она, стараясь сохранять невозмутимое лицо. Говоря честно, Ланняо очень не хотелось идти на экзамен. Но если начальство дало приказ, приказ надо выполнить. Иншу, судя по его лицу, новость экзамена обрадовала не слишком сильно, а Лиу, как и обычно выглядел максимально спокойным.

– Сказали подходить на северную окраину к руинам дворца, – ответил ей Иншу, дочитав письмо до конца, – Кстати, а разве не туда тебя посылала Богиня Перемен?

Ланняо подавилась слюной, вспоминая о вчерашней битве с демоном-вороной Вуей. Иншу в очередной раз устало вздохнул и сказал:

– В любом случае, нам сказали прийти туда до завтра, желательно в ближайший час. То есть, не желательно, а обязательно. Времени на подготовку у нас всё равно нет, так что отправляемся прямо сейчас.

… И так они оказались у дворца на северной окраине. Ланняо шла за Иншу, Лиу держался сбоку от неё.

“Интересно, что будет на экзамене? И кто будет его проводить?”

Она была не сказать, что сильно взволнована, но ей было очень интересно, какова её версия экзамена, ведь всё зависело от её роли на заданиях, а обычно Ланняо искала улики, доказательства виновности.

“Кстати, дворец славно так разнесло после нападения. Хорошо, что всё смогли оставить втайне, а свидетелей убедить в том, что они просто устали и им начали чудиться демоны. Только вот меня никто ни в чём убеждать не будет, потому что я Иньин. Это всё хорошо, нападение осталось в тайне, и демон ушёл, но неужели императору так плевать на неистреблённых демонов?!”

Ланняо устало вздохнула, продолжая следовать за Иншу. Тот остановился возле обвалившейся арки ворот, говоря:

– Экзаменатор должен быть где-то здесь.

Ланняо посмотрела по сторонам.

– Вы на экзамен?

Из-за арки вышла фигура в плаще. Голос был женский, глубокий, но при этом сладкий, словно мёд.

“Я где-то слышала этот голос, но не помню чей он”

Иншу кивнул и представился:

– Да, мы на экзамен.

Женщина в плаще скинул капюшон, но лицо было почти полностью прикрыто маской чёрно-красной птицы. Как заметила Ланняо, ходила она почему-то в мужской одежде. Немного поразмыслив, она поняла, что так удобнее сражаться.

– Следуйте за мной, – холодно сказала она, направляясь в сторону леса. Иншу снова кивнул, и вместе они пошли за загадочной девушкой. Она часто шла напролом сквозь сухие ветви, а брёвна запросто перепрыгивала. Иншу и Лиу в целом тоже на подобные вещи было всё равно, а вот необученной Ланняо приходилось туго. Надоедливые ветки болезненно царапали лицо, прямо-таки норовя попасть ей в глаз. Из-за низкого роста через брёвна пробираться становилось до чёртиков сложно и раздражающе. Ланняо осторожно опустила ногу на землю и быстрым шагом нагнала Лиу, которому всё было нипочём.

– Госпожа Джимин, ваша смертоносность! – неожиданно вставая прямо перед стеной, крикнула девушка.

Ланняо запрокинула голову вверх, прислушиваясь к шороху ткани. Девушка стремительно повернулась к ним и вскрикнула:

– Назад!

Иншу, Лиу и Ланняо за мгновение успели отойти назад, когда в одном метре от них ястребом упала фигура в плаще, ловко приземлившись на ноги.

– Здравствуйте, я ваш второй экзаменатор. Зовите меня Джимин, – сказала вторая девушка в плаще.

“Жуткое имечко у неё. Оно ведь означает “смертоносная”” – подумала Ланняо, пытаясь разглядеть лицо девушки под капюшоном.

– Джимин, не снимай капюшона, – сказала первая девушка, – А сейчас начнём наш экзамен.

“По-моему, он должен начинаться явно не сейчас. Или они хотят, чтобы мы провалили?”

Несмотря на невесёлые мысли, что возникли у неё в голове, Ланняо держала ухо востро, слушая задание:

– Найдите проход в экзаменационный зал.

Иншу хлопнул глазами с выражением лица “Эта шутка такая?”. Ланняо фыркнула, снова замечая его слегка детское поведение. Вздохнув, она принялась активно размышлять.

“Проход в экзаменационный зал скорей всего в стене. Я могу обнаружить его с помощью своей способности, но как сделать это незаметно? Можно, конечно, попросить Иншу и Лиу отвлечь экзаменаторов, но тогда все четверо что-то заподозрят… – Ланняо раскрыла рот, осенённая идеей, – Хотя можно обнаружить проход и без моей способности”

Она молча подошла к деревьям и посмотрела в густую дубовую крону. На ветвях и меж листьев вилась то паутина, то коконы и множество разнообразных насекомых. Конечно, у неё возник вопрос, что они здесь делают, но сейчас было немного не до этого. Ланняо последовала от дерева к каменной кирпичной стене и провела пальцем по щели. На нём осталась паутина.

“Что ж, ясно”

Она прошла к месту в стене, где паутины не было, и с силой толкнула руками. Часть стены приняла форму двери и с лёгкостью отворилась.

– Отлично, отлично. Теперь у нас есть доступ к экзаменационному залу, – хлопая в ладоши, весело сказала Джимин, – Кстати, – она повернулась к первому экзаменатору, – Зовите её Хонсэ.

Хонсэ, прищурила глаза, но ничего говорить не стала и молча вошла в проход. Ланняо на мгновение показалось, что у них весьма натянутые отношения. Также она считала, что весьма странно всё время ходить в капюшоне, ведь у Джимин, как у Иньин, должна быть маска. Впрочем, Ланняо решила не обращать внимания на очередные странности и поведя носом, осмотрела экзаменационный зал. Комната была почти погружена в сумрак, освещение поддерживала лишь одинокая люстра да пара догорающих факелов на стене. Вокруг также стояли бочки с непонятным содержимым, но по запаху Ланняо могла предположить, что там еда. Но если еда, то скорей всего крайне забродившая, как можно судить по паутине и неприятному запаху.

Она почувствовала невесомое прикосновение чьей-то руки на своём плече.

– Ланняо, – голос Иншу был тих, он шептал ей слова прямо в ухо, – Ты большая молодец, что решила задачу.

“Чего это он мне это на ухо шепчет? И зачем меня для этого касаться? – она посмотрела на руку Иншу так, словно на ней сидела тысяча омерзительных червяков и отодвинулась, сквозь зубы бубня ему:

– Что вы, это моя прямая обязанность, как вашей служанки.

Лиу устало вздохнул, стоя на заднем плане.

– Теперь вам придётся разделиться, – сказала Хонсэ, – Сдавать экзамен вы будете по очереди, так как третий экзаменатор опаздывает, – Она повернулась к Ланняо, – Начнём с тебя.

Хонсэ прошла к ближайшей двери и Ланняо, зашедшая в комнату прямиком за ней, сразу заметила ещё двух подозрительных людей в комнате. От них пахло потом страха, во ртах закреплены кляпы. Оба сидели за столом полностью связанные и в рабочей одежде. Вероятно, какие-то преступники. Что с ними надо было делать, Ланняо понятия не имела.

Дверь сзади негромко захлопнулась, и Хонсэ, заперев её ключом, кратко дала задание:

– Определи, кто из них преступник за пять минут, затем докажи вслух. Время пошло.

“Что это за задания из детективных книжек? Впрочем, у меня есть только пять минут, думать надо быстро”

Она подошла к преступникам и быстро, но не лихорадочно осмотрела их внешний вид и движения, присмотревшись к каждой детали. Затем, подумав, что так будет быстрее, она начала суматошно размышлять вслух:

– Первый выглядит безобидно, нервничает, и ему явно страшно, другой злиться. Преступник скорей всего первый, так как невиновный будет злиться, потому что ничего не понимает, но по эмоциям всё же доказать что-то достоверно невозможно. Однако есть уже хорошее доказательство в сторону первого, а именно недавно откалывающаяся части ногтей и покрасневшие пальцы. Вероятно, это произошло, когда он держал оружие, и неважно, какое оно и для какого преступления.

– Девятнадцать секунд.

Ланняо повернулась и непонятливо посмотрела на Хонсэ.

– Ты правильно определила и доказала, кто из них преступник за девятнадцать секунд. Хороший результат, но задание было до смеха лёгким.

“Боюсь представить, что будет дальше, если это задание лёгкое”

– Остальные задания тоже будут проходить здесь, – Ланняо приняла слова Хонсэ к сведению, – Начнём второе задание. Это лишь вопрос: как бы ты обезвредила другого убийцу, зная его внешний вид и то, что он находится в толпе? Сделать всё надо незаметно.

“Немного не то, чем я занимаюсь на заданиях, но обезвредить уметь надо, – по её губам скользнула лёгкая улыбка, – И в такой ситуации мне поможет шпилька”

Ланняо достала её из складок и продемонстрировала Хонсэ. Шпилька выглядела незатейливо, но была сделана из серебра и таила в себе опасный секрет: среди серебра затаился крайне ядовитый кусок киновари.

– Я случайно пройду мимо убийцы и накрошу перед ним киноварь, которая есть на моей шпильке. Он вдохнёт дым от неё, что вызовет серьёзное, но не смертельное отравление.

Хонсэ улыбнулась янтарными глазами.

– Обычная тактика с оружием в украшении, но весьма необычный способ отравления. Также хочу выделить, что у тебя, видимо, достаточно большие познания в драгоценных камнях.

– Всё верно. Я дочь ювелира, – поклонившись, подтвердила Ланняо.

– Интересно, какого же именно ты ювелира дочь… – пробормотала она, но затем вскинула голову, – Хорошо, теперь третье задание. Если тебя начнут подозревать в том, что ты Иньин, каковы будут твои действия? У тебя будет день, чтобы доказать обратное.

“Есть, конечно, один вариант, но лучше воспользоваться связями с Богиней Перемен и Йонлань”

– Скажу, что занята, так как иду на прогулку вместе со служанкой Богини Перемен, чётко сказала Ланняо.

Хонсэ удовлетворённо кивнула.

– Четвёртое задание. Используй способности.

Для Ланняо последние два слова прозвучали, словно удар колокола. Сердце бешено забилось в груди.

– Честно говоря, я понятия не имею, что у тебя за способность, но думаю, имелся в виду навык, – добавила Хонсэ.

Ланняо обрадовалась, что она всё-таки не знает, однако ситуация оставалась критической. Она совершенно не знала, что делать и как выкрутиться, а потому выдала, сглотнув:

– Я не сдала это задание.

Она лишь непонятливо посмотрела на Ланняо, вопросов задавать не стала.

“Выкрутилась”

Хонсэ прошлась мимо двух мужчин, вырубая их одних кулаком.

– Приступим к пятому, последнему заданию. Кем я являюсь на самом деле?

Вопрос ввёл Ланняо в ступор. Она успела подумать, что, вероятно ей лучше не отвечать, ведь она уже догадывалась. Начала догадываться, как только Хонсэ сбросила капюшон, как только увидела красивые янтарные глаза, почти идеальную форму лица, которую было всё ещё легко рассмотреть под пернатой маской. И этот голос: глубокий, но завораживающий. Ланняо узнала её почти сразу, ведь…

– Вы наложница Юнхуа, не Хонсэ.

Она без насмешки хмыкнула и, наклоняя голову вперёд, сняла маску чёрно-красной птицы. За ней находилось красивое, но всё ещё мрачноватое лицо Богини.

– Рада снова увидеть тебя, Ланняо, – с выражением сказала Юнхуа, – Это не столько экзамен, сколько проверка. Заодно мне предложили дать тебе прозвище, как полноправному Иньин. Также советую обзавестись маской. Имя тебе уже выбрали, маска скоро будет сделана.

“Это будет моё третье имя”

– И каково моё новое имя?

Юнхуа вкрадчиво произнесла его, приветствуя не Ланняо:

– Здравствуй, Лан Хон.

Ланняо кивнула, незлобно ухмыляясь, словно лиса:

– Да, я Лан Хон, – её указательный палец застыл у губ, призывая к тишине и тайне, – А вы Хонсэ. Хочу заметить, у вас не такая маска, как у всех. Почему у Шилиу и Ина, с которыми я сражалась вместе просто повязки на лице, прикрывающие нос и рот?

Хонсэ осклабилась и прощебетала:

– У тебя тоже будет особенная маска. Она появится в почтовом ящике сегодня вечером в девять часов. И ещё, – она немного помолчала, – Я думаю, что Иншу уже скоро начнёт свой экзамен. Иди, тебе пора. У меня ещё есть работа с этими двумя нарушителями. Кстати, экзамен сдан. Об изменениях в вашей работе расскажу после того, как остальные тоже сдадут.

Ланняо поклонилась Хонсэ, что снова надела свою маску и, сказав “разрешите идти” вышла из комнаты. Оперевшись на стену в углу стояли Иншу и Лиу.

– Мне кажется, что вы под конец о чём-то говорили. И мне будет интересно узнать, о чём, – голос Иншу был слегка напряжён, но не зол. Ланняо в очередной раз подумала, что он слишком много лезет не в своё дело, и вслух напомнила об этом, кланяясь:

– Господин Иншу, это личная информация связанная с моей работой, как Иньин.

– И какая же? – хмыкнул он в ответ.

– Мой рабочий псевдоним.

Иншу решил не отвечать, видимо, зная, что тем самым ещё больше начнёт раздражать Ланняо. Она подошла к одной из бочек и села на неё, свесив ноги.

В комнате повисло молчание. Это сильно напрягало Ланняо, но она оставалась непоколебимой.

"Маска скоро будет сделана. И какова же моя маска? – размышляла Ланняо, – В последнее время столько всего произошло. Только тревожит меня один факт: Айминь. Зачем ей истреблять Иньин? И почему в качестве жертвы своей злобы она выбрала меня? Вдруг она зна… нет, она ничего не знает!"

Ланняо разгневанно прервала надоедливые мысли и взглянула на четвёртого присутствующего в комнат: Джимин, их второго экзаменатора. Она всё ещё оставалась в капюшоне, не показывая лицо, которое, скорее всего, как и у Хонсэ, спрятано под маской или повязкой.

"Особенная ли Джимин? Может быть, у неё тоже маска какого-нибудь животного? И всё же, почему она не снимает капюшон? Такое чувство, словно я в Императорском Дворе не месяц, а только первый день. Столько странностей, столько необъяснимых вещей. Неужели всё это вижу только я? Или остальные тоже видят, тогда почему молчат? Всё знакомое, но и чужое тоже. Я уверена, что с этим местом что-то не так. Здесь всё сплошь поросло тайнами. Не знаю почему, но я непременно выясню, что происходит в Императорском Дворе"

Кто-то смотрит на неё. Пристальный взгляд по ощущениям шёл от Джимин, но та была повёрнута не в её сторону, встревоженная внезапным стуком в дверь. Ланняо, Иншу и Лиу направили глаза на вошедшего. Это был мужчина в маске. Та была не птичья, как у Хонсэ, а кошачья, причём сделанная весьма искусно. Она была покрыта чёрной шерстью, Ланняо не могла определить кошки эта шерсть или нет. На маленьких дырочках в ушах и щеках закреплены цепочки и лавандовые ленты со сложными узорами, что распространялись и по лицу, дорожками убирая угольную шерсть. В вырезах на глазах вместо свободного места находилась ткань, но весьма тонкая, – чтобы видеть.

– Господин Хэйан, Хонсэ провела первый экзамен. Полагаю, с вашим приходом я могу провести экзамен у младшего Иньин?

Ланняо постаралась запомнить имя третьего экзаменатора: Хэйан, а затем продолжила следить за действиями двух других.

– Можешь проводить экзамен, – прозвучал молодой голос из-под маски, которому Ланняо дала бы девятнадцать лет. Как она поняла, под "младшим Иньин" имелся в виду Лиу. Тот сразу насторожился и отошёл от стены.

– Сейчас твоя очередь сдавать экзамен, – поворачиваясь к нему, прощебетала Джимин.

Хэйан остался внутри вместе с ними. Ланняо подумала, что он выглядит гораздо пугающе по сравнению с Хонсэ или Джимин.

– Ланняо.

– Да, господин Иншу?

– Ты ведь уже это знаешь? Мы можем увидиться, но не знать, что я – Иншу, а ты – Ланняо. Мы будем под псевдонимами и с повязками.

– Я знаю.

Иншу был последним, с кем ей хотелось сейчас общаться. Поэтому она, невзирая на возмущённый взгляд Иншу, вышла наружу. Хэйану, судя по всему, было всё равно.

Она негромко захлопнула за собой дверь и посмотрела на Джимин с Лиу, что стояли на поляне в боевой позиции с мечами. Мечи почти упирались обоим в глотки.

"Полагаю, первое сражение закончилось ничьей"

– Извините, вы не против, если я оста… – начала было Ланняо, но Джимин, перепрыгивая Лиу прямо в плаще, прервала:

– Оставайся.

– Госпожа Джимин, не было бы легче сражаться без плаща? – неожиданно спросил Лиу, парируя удар. Он ловко скользнул рядом с её ногами, намереваясь затем ударить в спину, но Джимин спокойно встала на тупую сторону лезвия меча. Она шустро отпрыгнула в сторону, едва не распоров лицо и живот Лиу, который успел пригнуться и перекатиться, утянув за собой её плащ.

Ланняо широко распахнула глаза, в онемении.

Маленькие затупленные рога, блестящие волосы с фиолетовым отсветом и улыбка с четырьмя острыми клыками.

Джимин подняла взгляд, и стали видны её волшебные, сверкающие мириадами глаза. Но далее Ланняо услышала шорох раскрывающихся крыльев – позади Джимин возникли зелёные крылья стрекозы. Она находилась в короткой юбке, из-под которой шло два хвоста, похожие на те, что есть у редких бабочек. На верхней части тела чёрная узорчатая майка с широким вырезом на спине для крыльев.

Джимин вперёд к Лиу.

– Я надеюсь, – её хищный оскал стал шире, – Надеюсь ты знаешь на что идёшь, сражаясь с демоном.

"Ещё один. Демон. Неужели они и вправду выжили, и почему тогда Джимин работает Иньин?" – вопросов оказалось больше, чем ответов.

Джимин тем временем сделала стремительный выпад на Лиу, незаметно убрав крылья. Он быстро среагировал, сделал фляк назад и, приземлившись, выставил меч вперёд, в него должна была ткнуться Джимин, но та повторила свой приём и прошлась по лезвию, прыгнув выше своего роста. Лиу молнией отскочил назад, не желая попадать под удар демона. Не предусмотрел он одной детали: Джимин может летать. Стрекозиные крылья громко захлопали в воздухе, и она повисла, ожидая того, что Лиу нападёт первым. Тот слегка закатил глаза, если Ланняо не показалось, – раздражаясь.

"Как он может раздражаться, когда перед ним демон?"

Джимин всё ещё висела в воздухе, а затем замахнулась мечом. Лиу ожидал молниеносного выпада и отскочил в сторону, но просчитался: Джимин бросила в него что-то. Оказалось, это был складывающийся меч, который есть у каждого Иньин. Она рванулась влево, сильно махнув крыльями, и меч изменил траекторию полёта, направляясь прямо на Лиу. Джимин камнем пикировала на него.

– Смертоносный демон! – крик Ланняо разрезал воздух между ними.

Джимин промахнулась.

– Меня зовут Джимин, – сказала она, – Я демон, но отнюдь не дикое, необузданное существо. И бой всё ещё тренировочный, ранить Лиу я не буду.

Лиу, тяжело дыша, продолжал стоять в позиции.

– Хорошо, Джимин. Как ты пережила истребление? Тебе уже много лет, я полагаю, – задала она следующий вопрос.

– Мне четырнадцать.

– И сколько лет тебе четырнадцать?

– Не лет. Мне четырнадцать уже как шесть месяцев. И я не с истребления.

Мгновение.

Другое.

До Ланняо дошло, что ей действительно четырнадцать. Затем она в голове собрала всё воедино:

"Иньин. Экзаменатор. Почти ровесник Лиу. Контролируемый демон"

– Извините. Продолжайте экзамен, пожалуйста, – внезапно выпалила Ланняо и пошла обратно в комнату к Иншу и Хэйану.

… Спустя некоторое количество времени дверь с силой распахнулась. Джимин и Лиу прошествовали в комнату. Джимин также оставалась без плаща и с крыльями. Лиу, хоть и немного потрёпанный, выглядел радостно: сдал! У Ланняо словно гора с плеч свалилась.

– Джимин, чего это ты плащ сняла? – строго спросил Хэйан, – Хонсэ же говорила тебе не снимать. Эти Иньин теперь знают о том, что ты…

– Во имя Истребления, это демон! – Иншу испуганно вскрикнул, сверкая мечом в трёх шагах от Джимин. Она незлобно хмыкнула. Ланняо решила оставаться в стороне, потому что злой Иншу, – тем более с мечом, мог быть весьма опасным. Она знала это отнюдь не понаслышке, а по луже крови, трупам, и даже фаршу.

– Хэйан, разрешишь объяснить им, что делают демоны среди Иньин? – она спокойно обернулась к нему, заговорщически улыбаясь. Лиу приблизился к Ланняо, вцепившись в её рукав. Ростом он был довольно низкий, ведь Ланняо, которая тоже была таковой, он приходился по плечу.

– Почему ты говоришь во множественном числе, демон? Среди Иньин есть ещё? – спросил Иншу, не убирая меча.

– Сколько раз повторять: меня зовут Джимин. Да, я демон, или ты не знаешь?

– Не перечь мне, демон Джимин. Или ты тоже не знаешь, что я могу убить тебя одним взмахом своего меча?

«Если так и дальше пойдёт, они разорвут друг друга в клочья»

Лиу дёрнул её за одежду.

– Госпожа Ланняо, кажется, мой наставник скоро сделает что-то весьма убийственное, – его взгляд стал острее, чем меч Иншу, а намерения решительнее. Ланняо выдохнула в мыслях, радуясь тому, что всё-таки осталась в стороне, ведь в фарш превращаться она желанием не горела, а Лиу хотя бы уворачивается хорошо.

– Наставник! Не бейте, пожалуйста, смертоносную госпожу Джимин! Она контролируемый демон! Она хорошая и не станет вас убивать, – громко воскликнул Лиу, вставая между ними, – Позвольте ей объяснить!

– Спасибо большое, Лиу, – благодарно кивнула Джимин. Иншу не переставал сверлить взглядом её, и Ланняо этот взгляд был хорошо знаком. Когда он так смотрит на кого-то, Иншу продумывает, как лучше убить его. Значит, всё ещё не отпустил свои злые намерения.

– Да успокойтесь оба! – громом рявкнул Хэйан, – По уставу Иньин не могут убивать или ранить друг друга, за этим следует наказание! Демоны могут быть среди Иньин, и то их только четверо. Каждый демон, ставший Иньин, подписывает те же договоры, что и люди! Если они нарушат устав, мера наказания будет такой же, как и у людей.

Иншу недоверчиво посмотрел на Хэйана, но перечить не стал и даже убрал меч. Ланняо облегченно улыбнулась.

– Не обо мне случаем болтаете, а? – она совершенно точно распознала голос Хонсэ.

«Она тоже демон… нет, не может быть, это ведь наложница Юнхуа… как она попала в Императорский Двор, будучи демоном?»

– Хочу сказать, что я тоже демон. Её смертоносность Джимин хоть и намного младше меня, но демон куда более сильный. Моё демоническое имя – демон-ворона Вуя. Её смертоносность демоническое имя не меняла. Пожалуй, добавлю, что Джимин куда более сильный демон, потому к ней так и обращаюсь.

Ланняо перестала слушать после слов “демон-ворона Вуя”.

“Вуя. Это она чуть не убила меня во дворце на северной окраине. Это с ней сражались Ин и Шилиу. Погодите-ка… Ин и Шилиу… – она взглянула на Иншу и Лиу, – Если говорить грубо, то в Императорском Дворе, кроме меня, я знаю только троих Иньин: Юнхуа, Иншу и Лиу. Юнхуа под видом Вуи была занята сражением со мной, значит, Ин и Шилиу это Иншу и Лиу. Не исключено, что это мог быть кто-то другой, но имена слишком похожи, и внешность их спутать сложно”

– Мы всё объяснили вам, так что пусть он идёт на экзамен, – устало сказал Хэйан, смотря на Иншу, – Остальные свободны, Хонсэ придёт чуть позже.

«Наконец-то можно идти» – радостно решила Ланняо и вместе с Лиу вышла в лес, где они по уже знакомой дороге вернулись в дом.

… Прошло около часа.

Ланняо услышала вялый стук в дверь, и вместе с торопливым Лиу прошествовала к ней, чтобы встретить Иншу.

– Этот парень в маске хорошенько меня потрепал, – устало вздохнув, сказал он, – Впрочем, я сдал.

Глаза Лиу засияли ярче солнца. Ланняо лишь кивнула, отходя от чересчур радостного Лиу к синему дивану.

– Ланняо, чего это ты такая скучная? Мы же сдали экзамен!

Она решила не отвечать, лишь допила чай и удалилась в свою комнату.

«Мне надо выяснить, что здесь происходит»

Глава 5

Ланняо убиралась на столе, размышляя об изменениях в её работе. Вчера через час после сдачи экзамена Иншу к ним в дом пришла Хонсэ, чтобы рассказать об изменениях в работе, и её это крайне встревожило.

«Теперь каждого из нас могут посылать по отдельности, а значит, мне решили доверить убийства. Также с наступлением нашей независимости на нас будут вешать больше заданий, объём работы увеличится, и скрываться станет в разы сложнее, – Ланняо раздражённо цокнула языком, – Говорила мне мама не лезть в политические места, такие как Императорский Двор. Не хватало ещё, чтобы Иншу или Лиу решили что-то сделать»

Мысли прервал робкий стук в дверь. Она вскинула голову, встала со стула и открыла дверь, сказав «входите». Перед ней стоял Лиу с тонкими, нахмуренными бровями. Он молча вошёл в комнату, озираясь по сторонам.

– Госпожа Ланняо, не против, если я закрою дверь?

– Не против, – с подозрением ответила Ланняо. Лиу неловко вздохнул и начал:

– Пойдёшь вместе с господином Иншу в ресторан.

«Помянешь чёрта – вот и он»

Ланняо была недовольна таким раскладом прикрытия. С одной стороны, она могла бы согласиться, чуть повредив свою гордость и сохранив прикрытие, с другой стороны отказаться и потерять прикрытие. Ланняо сморщила лицо в неприятных размышлениях выбора, но её прервала фраза Лиу:

– Госпожа Ланняо, это не вопрос, – её сердце от ужаса ухнуло в пятки и убежало из комнаты, – а утверждение. Хотите вы или нет, идти придётся. Поверьте, господин Иншу сам не в восторге.

Она расстроенно вздохнула. Идти ужасно не хотелось, но выбора нет.

… – Сяолиу, а это точно обязательное действие? – спросила она, догадавшись, как обращаться к Лиу, чтобы это звучало формально. Тот шустро закивал головой и без видимого усилия из-за угла вытолкнул её к дивану, где сидел Иншу.

– Ланняо, что-то надо?

«Обычно мне от него ничего не надо. Зато надо напомнить ему о правилах вежливости»

– Пожалуйста, не обращайтесь ко мне так неофициально, – кланяясь, попросила она.

Иншу сделал недовольное лицо.

– А как мне тогда тебя называть?

– Как вам угодно.

На его лице заиграла весёлая улыбка.

«Кажется, я лишнего сказала»

– Как угодно, говоришь? Может, тогда, напарница? Или лучше… сослуживица!

«Теперь из-за моей ошибки я постоянно буду под прозвищем. Ну и денёк сегодня паршивый»

Снова её мысли прервал грубый толчок от Лиу. Она недовольно пробурчала себе что-то под нос и, наконец, сказала:

– М-м-м… господин Иншу. Для прикрытия нам надо пойти в ресторан, так как я ваша личная служанка.

Он удивлённо округлил глаза, но быстро согласился:

– Х-хорошо, только давай возьмём с собой Лиу, – Иншу, явно замечая своего ученика, кивнул на него. Лиу смущённо вышел из-за угла.

– Что ж, все в сборе, можно идти.

… И так они оказались в повозке, что везла их в один из самых оживлённых районов, который, к слову, находился недалеко от Чёрноночного Рынка. Ланняо это заставляло беспокойно ворочаться на скамье, так как от самого Чёрноночного Рынка до её дома рукой подать.

“Отсюда до моего дома опасно недалеко. Лишь бы Иншу не начал расспрашивать”

Вёз их Лиу, потому что, на её удивление, он умел обращаться лошадьми. Несмотря на это, с ним рядом сидел ещё один мужчина, который и будет их везти. Таким образом, Иншу и Ланняо остались вдвоём внутри повозки.

Иншу перевёл скучающий взгляд на неё и, чтобы разрядить обстановку, спросил:

– Мы будем ещё что-нибудь делать, кроме как ужинать в ресторане?

– Может быть, – сухо ответила она, не желая общаться с ним. Иншу отвернулся к своему окну.

– Прибыли! – прозвучал звонкий голос Лиу. Ланняо открыла дверь и осторожно спустилась с повозки, а затем взглянула на громадное здание, что возвышалась над ними большой тенью. Она изумлённо распахнула глаза, на лице завис нервный смешок.

Иншу, тем временем, вышел через другую дверь, заплатил за поездку и подошёл к ним. Он вопросительно склонил голову, хотел спросить, на что Ланняо так удивлённо уставилась, но затем ошеломлённо замолчал. Голова, будто поскрипывая, медленно повернулась в сторону его ученика, что выглядел, как и обычно, спокойно.

– Лиу, это тот ресторан?

Тот, стоя с абсолютно невозмутимым лицом, ответил:

– Верно, господин Иншу.

«Как это, нам что, ужинать здесь? В этом ресторане как минимум три этажа! – но она мгновенно переобулась, слегка ухмыльнувшись, – Мы выглядим как простолюдины, хоть и ухоженные. Впрочем, я могу свалить всю ответственность на Иншу и Лиу»

У тех как раз начался небольшой спор.

– Как мы туда войдём, нас же не пустят в таком виде! – воскликнул Иншу, – Примут за простолюдинов, и всё тут!

– Господин Иншу, вы опять забываете о правилах вежливости, – Лиу перешёл на шёпот, – Тем более что вы кричите чуть ли не на всю улицу.

Сзади Иншу словно молния ударила. Ланняо устало вздохнула, снова вспоминая о его невнимательности.

– Хорошо, Лиу. Но хватит ли нам денег на поход в этот ресторан?

Тут она решила встрять.

– Я могу заплатить мешочком сапфиров.

Иншу, прикусив уголок губы, спросил:

– Откуда?

– Не задавайте лишних вопросов, господин Иншу, – бросила Ланняо и побрела к ресторану. Лиу пожал плечами и пошёл за ней вместе с Иншу.

“Так, охранники уже суетится начали. Что ж, сейчас поумерю в них пыл”

Она молча остановилась перед ними, делая как можно более угрожающий, леденящий взгляд. Иншу и Лиу тем временем нагнали её и напряжённо уставились на грозных охранников. Несмотря на холодный расчёт, по виску Ланняо стекла капля холодного пота.

– Уходите отсюда, чего уставились? – прорычал один из охранников, опасно приближаясь к Ланняо, – Ты что-то не расслышала, маля…

Его слова мигом прервались, когда он увидел перед своим лицом ручьём сыплющиеся сапфиры.

– Ланняо, откуда у тебя столько сапфиров, во имя Истребления? – с тихим ужасом спросил Иншу. Лиу округлил глаза, стараясь сохранять невозмутимость.

Ланняо вздохнула и ничего не ответила. Они не должны знать.

Охранники тем временем уже послушно расступились перед ними, впуская в здание ресторана, а потому они поспешно вошли в зал, не желая задерживаться снаружи. Внутри было достаточно много зелёных фонариков, рядами висящих над ними, из-за чего всё казалось зелёного оттенка. По первому этажу находилось множество столов, впереди возвышалась сцена. Верхние же этажи ютились сбоку на балках, чтобы посетителям ресторана можно было увидеть крышу, испещрённую изысканными узорами. Вокруг стояла роскошная мебель, каждая из них обошлась бы примерно с несколько золотых монет.

– Думаю, вот здесь и остановимся, – сказал Иншу, садясь за стол. Он запрокинул голову наверх, обращая внимание на зелёные фонарики.

– Точно, сегодня ведь фестиваль середины осени.

“Уже и холода скоро наступят” – подумала Ланняо, подзывая официанта и заказывая еду. Заказали они не сильно много, но сытно: жареная утка, штук десять бань бао, три кунжутных шарика, и лапшу с фасолью, политую соевым соусом. Иншу смотрел на вазу рядом. В ней стояли персикового оттенка розы. Ланняо вспомнила, что он как-то говорил, что по его мнению это самая лучшая роза. Наверное, его любимый цветок.

Ланняо поддела палочками комок аппетитной лапши и быстро съела её.

– Хстаи, хоподии Ифу, – начала говорить она с набитым ртом, но быстро проглотила еду, – Вы знаете что-то о здоровье демонов?

Он странно посмотрел на неё.

– Зачем тебе это?

– Меня беспокоит Джимин и Хонсэ, – соврала она, – Было бы интересно узнать более детально о здоровье демонов, так как теперь мы сотрудничаем с четырьмя из них.

Иншу откусил от утки, проглотил и ответил:

– Не думаю, что даже среди Иньин об их здоровье что-то известно. Мы лишь знаем, что они обладают невообразимо быстрой регенерацией: могут отрастить руку или заживить перелом, а потому убить их можно, лишь отрубив голову. Но знаем об этом лишь из слухов.

“Насчёт последнего я сомневаюсь”

– Наверное, вопрос странный, но… – она помялась, – Предположим, ухаживают ли они за крыльями или хвостом?

Вопрос ввёл Иншу в ступор, однако оттого, что в ответе он был убеждён.

– Они же демоны, им незачем это делать. У демонов нет положительных чувств, они лишь вызывают грехи, мешают жить остальным. Глупая затея у начальства, пытаться договориться с ними. Они же как пить дать предадут нас и воткнут нож в спину. Надо было просто отрубить им голову, а не заключать глупую сделку.

“Вот как…”

– Думаю, вы правы, – в этот раз она не соврала, – Я, пожалуй, выйду на улицу. Скоро вернусь.

Не успел Иншу что-либо сказать, Ланняо уже вышла из ресторана. Её взгляд упал на продавца украшений, которые казались ей подозрительно знакомыми. Она подбежала к витрине, рассматривая украшение. Рот раскрылся в удивлении.

“Это же…”

– Украшения от императорского ювелира, госпожи Хэ Лань! Девяносто серебряных и украшение ваше!

“Кажись, мамина карьера удалась”

Ланняо мягко улыбнулась и посмотрела на небо, отойдя от ларька. В отрывках среди туч можно было увидеть, что оно окрасилось в багряный, словно кровь. Пробивались и падали лучи солнца, окрашивая часть земли в красный. На её длинных ромбах-сапфирах в конце прядей призрачным, розоватым светом отражались пробившиеся лучи.

Начали подниматься в небо зелёные фонарики отличной формы от тех, что висели на верёвках меж домов. В скором времени в небе витали тысячи зелёных фонариков, словно звёзды. Зелёный смешался с красным, а красный стал синим, ведь закат стал заканчиваться.

Она потрясла головой, переставая смотреть в небо, и вернулась в ресторан.

Иншу и Лиу уже почти закончили трапезу, осталась только лапша для неё, которую она мгновенно съела.

– Полагаю, за ужин плачу я, – сказал Иншу.

К ним подошёл один из охранников и неожиданно встал на колени.

– Можете не платить. Сапфиров этой девушки хватит с лихвой, чтобы оплатить ваш ужин. Извините, как вас зовут?

Она взглянула на него леденящими глазами, в коих застряла тихая угроза.

– Ланняо.

Вместе с Иншу и Лиу она молча направилась к выходу из ресторана.

– Ничего себе, а я и не знал, что ты так смотреть умеешь, – удивлённо сказал Иншу, но Лиу мгновенно выдал ему подзатыльника, рявкнув:

– Вы опять не соблюдаете правила вежливости!

– Спасибо, – мягко поблагодарила Ланняо Лиу. Иншу, стоя сзади, поперхнулся от возмущения.

– Ты ему ещё поддакиваешь?!

– Да, – ответила она, продолжая идти с невозмутимым лицом.

– Какая ирония, я сказал “поддакиваешь”, а ты ответила “да”.

Ланняо устало вздохнула, но не стала снова напоминать ему о правилах вежливости, ведь Лиу сделал это за неё, выдав Иншу второй поучительный подзатыльник.

Она резко остановилась, широко распахнув глаза.

Мёд, фрукты и экзотические цветы, – её нос отчётливо помнил запах этих духов, духов Айминь. Наложницы, что желает смерти ей и всем Иньин.

“Надо проследить за ней. Может это и самодеятельность, но по уставу я могу такое сделать, ведь Айминь явная угроза”

– Извините, Богиня Красноречия проводила сегодня выступление? – нахмурившись, спросила она у Иншу.

– Да, через полчаса начнётся выступление. А чт…

Ланняо недослушала его и бросилась по шлейфу экзотических духов. Она завернула в переулок, пролезла меж стен и перепрыгнула через перевозку с возмущёнными людьми. Ланняо бежала быстро, но ловко, словно лиса.

Она тяжело приземлилась на ветвь дерева.

«Хорошо, что я лёгкая» – прозвучала мысль в голове. Вдруг нос Ланняо заметил что-то странное. Запах духов Айминь затерялся среди других сладких запахов цветов.

«Кажется, впереди что-то большее, чем сад. И судя по запаху… озеро!»

Ланняо стрелой спрыгнула на землю, густо покрытую травой и розовым мискантусом по соседству. Она осторожно шагнула вперёд, пробираясь через кусты сладко пахнущей сирени. Ланняо пружиной вышла вперёд, раздражённо вытащила ногу из-под ветки и взглянула на берег. Озеро оказалось не то, что большим, оно оказалось огромным. По его недвижимым водам стелился белый туман, подсвечиваемый зелёным светом фонарей, свисающих с ив на каменистом берегу. В отсветах озера виднелся и синий, отчего и оно само казалось насыщенно-синим. Посреди него, прямо в центре расположилась беседка на сваях, к которой вела каменная гряда.

«Судя по всему, в этом озере весьма мелко и ужасно пахнет цветами. Теперь Айминь рати станет гораздо сложнее. Думаю, лучше всего будет сначала проверить в беседке»

Она подошла к берегу и осторожно шагнула на камень. Шаг. Ещё шажочек.

– Здравствуй.

Сердце Ланняо рухнуло в пятки. Перед ней стояла Богиня Красноречия… или не красноречия. Её голос раздался странным эхом по озеру, по гладкой воде пошли круги, встревоженные громким звуком.

– Ланняо, – обратилась к ней Айминь, – Отродье Иньин. Ты знала, что скоро тебя найдут два других Иньин? И полагаю, ты знаешь, что через пять, нет, две минуты на этом озере состоится выступление, прославляющее клан Фэн.

Ланняо в ужасе шарахнулась от неё, падая на спину. Дыхание стало прерывистым и тяжёлым, горло болезненно перехватило. Туман у ног Айминь стремительно пополз к ней, обволакивая тело.

– Извините, но ваша попытка что-либо сделать со мной, сегодня остаётся попыткой, – внезапно сказала она, осклабившись.

«Не зря же я всё это время старалась привить иммунитет к светлой религии! Сейчас я бы просто потеряла сознание, но мне всего лишь тяжело дышать, – она заворочалась в дымовой хватке, затем, посмотрев на свою шею, поняла, что её держит уже не туман, сильная рука Айминь, – Ч-чёрт, она меня сейчас убьёт»

Ланняо вцепилась когтевидными ногтями в руку Айминь. Из-под её руки начала сочится горячая кровь, капая и растворяясь в воде. Она сдавила руку ещё сильнее, но хватка не ослабла, несмотря на перекошенное лицо Богини. Ланняо зарычала от усилий, вытянула шею вперёд, на секунду вырвавшись из хватки, и с силой впилась челюстями в руку Айминь. Она хоть и ненавидела этот факт, но знала, что у неё начинают расти клыки, выходя из размера зубов обычного человека. Ланняо ещё сильнее вонзила четыре клыка в руку и с силой рванула назад.

А затем она почувствовала, что в её рту что-то застряло. Плоть. Она только что вырвала кусок плоти Айминь. Та отскочила от неё, с отвращением смотря на кусок плоти в воде.

Кап.

Кап.

Кап.

Это падала кровь изо рта Ланняо.

«Я могу убивать и без оружия. Обычно, когда так говорят, это означает, что человек может отравить или убить ещё каким-либо способом, – она утёрла кровь с губы, – Но в моём случае это означает другое»

Ланняо вдруг почувствовала что-то приятное на языке, будто пила самый вкусный и сладкий напиток. Потому она торопливо сглотнула, а затем по её горлу последовала приятная теплота, что затем распространилась по всему телу.

«Я только что выпила кровь? – Ланняо помотала головой, выбрасывая из головы весьма аппетитные мысли, – Нет, я н-не должн-на пить кр-ровь»

Она утёрла кровь рукой, не марая одежду.

– Кажется, сегодня будет моя маленькая месть тебе, – лишь услышала сзади Ланняо. Она обернулась к Айминь, чтобы посмотреть на раненую руку, и глаза распахнулись в удивлении, благоверном ужасе.

Раны не было.

Богиня Красноречия ухмыльнулась, поправила рукав, махнула пальцами на кровь и кусок мяса – по совпадению подул ветер и убрал всё безобразие в кусты камыша. Повернувшись к Ланняо, она сложила руки на груди и выпрямилась точно статуя.

– Давай познакомимся ещё раз, – голос её снова стал двойственным, эхом отражаясь по озеру, а глаза засветились двумя аметистами, – Я Айминь, божество ветра, облаков, тумана и дыма. Не хочешь тоже представиться?

Но Ланняо не ужаснулась и продолжила стоять, даже если сердце бешено стучало.

– Я, пожалуй, пойду.

Она перепрыгнула последний камень и что есть мочи, помчалась обратно, туда, где оставила Лиу с Иншу.

– Ланняо! – она остановилась в пяти метрах от Иншу и Лиу, стоявшими посреди толпы. Первый с обеспокоенным видом подбежал к ней.

– Слушай, ты опять убегаешь непонятно куда, как во время нашей первой встречи! – он сорвался на крик. Ланняо попятилась в сторону от Иншу, неотрывно смотря в землю.

– Объясни мне, что произошло, – более спокойным тоном добавил он.

…

Она ничего не ответила. Говорить ему о проблемах с настоящим божеством не хотелось.

– Что произошло в первый раз?

…

Ланняо снова ничего не ответила.

Потому что не могла. Ей не позволяли.

Иншу устало вздохнул и сказал, отвернувшись:

– Тогда мы просто идём домой.

Она кивнула, следуя за ними. Ланняо хоть и могла говорить, но всё ещё не понимала, что произошло.

“Почему мне не давали говорить? В конце концов, кто не давал мне говорить? Это случилось во второй раз, и я всерьёз подозреваю, что это связано с моей способностью… Явно не Айминь пыталась заткнуть мне рот, она хоть и божество, но с выступления контролировать кого-то трудно. Тем более, я не знаю, может ли быть у божества подобная способность. Ладно, чёрт с моим ртом, что угадаешь, волнует меня не только это. Айминь – божество. Божества действительно существуют. Нет, мама рассказывала об этом, но я сильно сомневалась, что они действительно существуют, а здесь мне в нос прямым доказательством тычут, да ещё какая ирония получилась: среди Богинь Фанцы она единственная настоящая. Ах, точно. Среди Богинь есть Юнхуа, то есть Хонсэ, которая является демоном. Сэйнян, в которой не особо много изящества… Интересных же наложниц выбрал себе император”

Запрокинув голову вверх, Ланняо посмотрела на луну, спрятанную среди туч.

– Эй, Ланняо! Ланняо, ты отстала! – она обернулась на окрик Иншу, извинилась и пристроилась рядом с Лиу, – А вот и дом!

– Разговаривайте более формально, – осадила его Ланняо и вошла в дверь, открытую перед ними Лиу, – Я, пожалуй, пройду в свою комнату.

Она прошла через гостиную, повернула в коридор и резко остановилась у двери. Почуяв неприятный запах. Мёд, фрукты и экзотические цветы, – кто-то набрызгал ей в комнату божественные духи Айминь.

“Переночевать здесь я явно не могу. Ну что ж, посплю на диване”

Ланняо развернулась на пятках, проследовала в гостиную и, не смотря по сторонам, легла на диван.

– Л-л-лан-ння-о-о? – прозвучал рядом с ней голос Иншу.

“Ах точно, он же ещё здесь. Ушёл бы и не мешал мне спать”

Но раздался хруст разбившейся кружки с чаем. Она, вздохнув, встала, и пока Иншу пребывал в шоке, прибралась на полу.

– У вас что-то случилась? – спросила Ланняо. Иншу не ответил и молча убежал к себе в спальню.

“Отлично, он ушёл. Можно и спать”

Она осторожно устроилась на диване и заснула, когда на неё обрушилась усталость прошедшего вечера.

Глава 6

Утро сегодня вышло паршивым. Ланняо встала до рассвета из-за одиночного задания. Сейчас она была готова умереть от зависти к Иншу и Лиу, ведь те спокойно спали, ни о чём не беспокоясь. С того момента, как она сдала экзамен, прошло две недели, а маска так и не пришла. Ланняо уже всерьёз начала беспокоиться, не произошло ли чего плохого с почтальоном Иньин, но письма с заданиями приходили. Может, они нового наняли?

Ланняо откинула мысли в сторону, хмыкнула. За две недели с горем пополам пришлось научиться убивать. В целом, на подобное ей сил вполне хватало – руки всегда были сильными, а потому она могла голову срубить хоть кинжалом. Однако этого не требовалось: Ланняо отлично знала, как и куда нужно бить, чтобы попасть в сердце или перерезать сонную артерию. Об этом ей рассказал Иншу. Она, как её учили, бесшумно подошла к жертве, пнула его в спину – тот мгновенно обмяк и не успел он упасть на пол, Ланняо шпилькой в волосах разорвала ему горло. Для пущей уверенности несколько раз проткнула сердце, но осторожно. А то вдруг кто-нибудь о чём-то догадается, если она вернётся с кровью на одежде.

Ланняо посмотрела по сторонам, юркнула из переулка, помыла шпильку в ручье и побежала обратно в дом, потому что увидела почтальона Иньин с деревянной коробкой в руках.

«Маску доделали!»

– Извините, здесь посылка, предназначенная мне, – она глупо улыбнулась, выхватила коробку и забежала к себе в комнату, громко захлопнув дверь. Руки сами собой развязали ленты и взяли маску. Лисью маску. С неё свисало множество украшений: бусины, цепи, верёвочки. Она была с градиентом красного и синего, напоминая закат. Под глазом, на щеке написано «Ланхон». Ланняо ещё немного покрутила маску в руках и обратно положила её в коробку под кровать.

Она вздохнула и обернулась назад, сидя на полу. В метре от неё лежала красиво сложенная бумага с печатью Иньин.

«Письмо с заданием? Нам же уже присылали»

Ланняо развернула, хрустнув печатью. Внутри красивым почерком были выведены слова и заголовок, но терпения хватило только на последнее.

«Открытие академии для обучения Иньин?! – не без усилия она прочитала следующие несколько предложений, – и эта академия уже существовала раньше. Называется она… Сиуан»

Письмо оказалось в складках одежд, а Ланняо чуть не ворвалась в комнату Иншу, когда тот выходил из неё. Он удивлённо вытянул лицо и растерянно спросил:

– Ланняо, что случилось?

Сзади подошёл Лиу с разложенным мечом у пояса.

– Врагов нет, – сказала она ему и демонстративно высунула письмо, – Прочитайте.

Иншу взял в руки, быстро пробежался глазами по тексту вместе с Лиу.

– Нам приказывают сегодня же отправиться в академию, смена начинается через час в северной стороне Императорского Двора, – он пожал плечами, – Что ж, позавтракаем и пойдём.

“Снова северная сторона…”

– … А нам нужна будет какая-то форма? – сидя за столом, спросила Ланняо. Она не успела позавтракать из-за задания и была не прочь перекусить кунжутными шариками. – Насколько я понял, нужно только меч с собой взять, – ответил ей Иншу, – Хм. Они, кстати, написали список учеников и учителей, – он уронил письмо на стол, – И их только двенадцать, если считать нас. О, знакомое лицо. Это же мой экзаменатор, Хэйан.

Ланняо кивнула и доела кунжутный шарик.

***

Нога застряла под корнем дерева. Она прорычала проклятье себе под нос, напрягла руку и слегка деформированными ногтями разрубила его. Ланняо фыркнула и быстро побежала вперёд, следом за Лиу и Иншу. Последний, судя по его выражению лица, был не слишком доволен походом в академию.

– Мы же уже сдали экзамен, полноправные самостоятельные Иньин? Зачем нам эта академия…

Лиу устало вздохнул, в очередной раз выслушивая жалобы Иншу.

“Когда ж он перестанет? Вот мне академия совсем не помешает. Хотя, если говорить честно, плевать мне на неё. А вот на что мне не плевать, так это Айминь. По идее – академия очень опасное место, ведь Айминь так будет удобнее всего убивать кого-то. Буду держать ухо востро”

– Пришли, слышу голоса, – сказал им Лиу. Они вышли из леса на уже знакомую поляну, где стояло две группы – девять учеников и пятеро учителей. Среди учеников Ланняо мгновенно узнала Джимин, ярко вспоминая о том, что она демон. Среди учителей Ланняо заметила и Хонсэ, которая также известна, как демон Вуя и наложница Юнхуа.

Иншу, Лиу и Ланняо, немного постояв в сторонке, решили подойти к другим приглашённым на учёбу. Она незаметно пристроилась к Джимин, рядом с которой стояло ещё двое человек: один в голубо-лавандовой одежде и странными стеклянными кругами, свисающими с волос, – судя по его заикающейся речи, он совсем новичок среди Иньин. Второй ученик рядом с Джимин тоже с изюминкой: он имел нетипичные для Фанцы рыжие, почти красные волосы.

– Ланняо, тебя тоже пригласили на учёбу?!

Она дёрнулась от радостного голоса Джимин.

– Д-да.

Ланняо было неприятно, что она так вопит перед толпой её имя.

– Тебя познакомить с Син и Ронъю? – она схватила её за кисть и повернулась к двум не менее удивлённым ученикам. Джимин сначала подошла к одному, потом к другому, – Син, это Ланняо. Ланняо, это Син.

Ей стоило больших сил не скривиться при виде испуганного её взглядом ученика. Он съёжился и сделал шаг назад, нервно сглотнув.

Джимин толкнула рыжеволосого парня вперёд к ней.

–Ронъю, это Ланняо. Ланняо, это Ронъю.

Тот приветливо помахал ей рукой с явно натянутой улыбкой.

Ланняо быстро закивала головой, вздрогнула под весёлым взглядом Джимин и быстро нашла в толпе Лиу.

– Помнишь, что говорил Хэйан? Среди Иньин есть ещё два демона помимо Хонсэ и Джимин.

– Что ты сказал?

Над ними нависла большая тень. Ланняо обернулась назад. Перед ними стоял высокий, мощный парень с двумя секирами на спине.

– Здесь есть два демона, так? – он приблизился к ним, – Меня зовут Йонган. Вы знаете, есть ли здесь демоны?

– Да, здесь есть демоны, одна из них – наш учитель, другая – ученица. Помимо них, скорей всего, есть ещё два демона, но мы не знаем, где они.

– Получается, у меня есть шанс прямо сейчас стать героем, убив демона, – в глазах Йонгана разгорелось дикое желание убить кого-то.

– Можешь даже не пытаться.

“Хонсэ!”

– Ты демон? – он резко обнажил секиры, приставив их к горлу. Хонсэ невозмутимо фыркнула.

– Я могу рукой разрезать эту секиру. Да, я демон.

Она спокойно провела когтистой рукой по металлу, и когти оставили внушительные борозды на нём. Йонган отскочил как ужаленный.

– Иньин нельзя ранить других, Иньин, даже если они демоны. Запомни это, – Хонсэ развернулась спиной к ним, – А теперь пройдём к руинам дворца, там и будут проходить занятия.

Йонган недовольно скривился, но последовал за ней. Ланняо, Лиу и остальные ученики присоединились к процессии.

– На занятиях мы обучим вас особенным приёмам, которые сделают из вас новое поколение превосходных бойцов. Предупреждаю, что они очень сложные. Сегодня пройдём ваш первый приём в этой академии. Покажет господин Хэйан.

Они, тем временем приблизились к руинам дворца и начали взбираться по камням, следом за учителями.

“Значит, всё-таки будут тренировочные бои, – Ланняо закусила губу, – Жаль”

Ланняо вздохнула, с трудом забираясь по камням, но сзади появилась весьма неприятная ей физиономия Иншу.

– Тебе помочь?

– Нет, спасибо.

Она с усилием взобралась вверх, стремительно нагоняя учителей.

– Сейчас господин Хэйан покажет вам новый приём.

Хонсэ отошла влево, пропуская учителя. Хэйан приблизился к одному из булыжников, что лежали на других камнях, и повернулся к толпе учеников.

– Есть добровольцы, на ком я могу показать приём? Мне нужен ученик, который будет загонять меня в воображаемый угол.

Ланняо ожидала увидеть целый лес рук и желающих, но никто не решался. Все лишь стояли на месте, будто боялись.

“Впрочем, я сама желанием не горю”

– Я доброволец! – прозвучал звонкий голос. Она посмотрела на ученика, выступившего вперёд. Это оказался Син, испуганный паренёк, с которым её недавно познакомила Джимин. Тот остановился рядом с Хэйаном и встал впереди него, обнажив меч. Хэйан тоже достал меч и стал изображать, как отходит назад, к булыжнику. От скрещивающихся мечей полетели оранжевые искры, капля пота стекла по виску Сина, – он явно напряжён. По его лицу прокатывается облегчение, когда Хэйан приближается к булыжнику, опуская меч, будто сдавшись.

Тихий свист.

Одно мгновение – и Хэйан за спиной Сина, к горлу которого приставлен меч.

“И-и в-вот как я должна научиться так делать? Самое большое, что я умею – это фляк назад. Подождите-ка… но ведь у меня и меча нет! Ладно, в этом приёме меч хотя бы не понадобится”

– Ланняо! Можешь потренироваться со мной!

“Иншу!”

Она вздрогнула и повернулась к нему, стараясь не кривить лицо.

– Извините, но я в навряд ли вообще смогу осилить такой приём, господин Иншу.

– Говоришь, не сможешь? – сзади раздался голос Хэйана, – Если не можешь сделать так, как я показал, тогда адаптируй приём под себя, – он метнул взгляд на Иншу, – И приём не обязательно делать в парах.

– Х-хорошо! – Иншу нервно хихикнул и убежал к ближайшему булыжнику.

Хэйан снова посмотрел на Ланняо.

– Я знаю, что у тебя развиты руки.

Она вздрогнула, но не от раздражения. От удивления, что он знает. Ланняо кивнула, отойдя от оцепенения, и развернулась к куску стены, что стоял позади неё. Хэйан, тем временем, уже помогал разобраться в приёме другому ученику.

Подойдя к стене, её руки сами собой вытянулись и она почувствовала, как в них сжимается что-то холодное, источающее лёгкий голубой свет. Созданные Ланняо сапфиры прикрепились к стене, а она схватилась за них руками и оттолкнулась ногами. Её, как пружиной откинуло к полу, благо выставленные вперёд руки и умение делать кувырки спасли Ланняо от неприятного падения.

– Ты уже научилась отталкиваться?

Она чуть не упала на Иншу, оказавшегося позади неё.

“Опять он! – Ланняо резко вспомнила, – Сапфиры, они же остались на стене”

Когда Иншу любопытно посмотрел на кусок стены, она метнулась к сапфирам, закрывая их спиной.

“Придётся применить немалые усилия, чтобы убрать их без использования рук, но другого выбора у меня нет”

Она, не обращая внимания на гомон Иншу, закрыла глаза, напрягая всё тело. Одна секунда. Две, три, – уже десять. Тридцать, – под макияжем не было видно, но её лицо покраснело. По виску скатилась капля пота, стирая макияж “простолюдинки”.

– Ланняо, что это? – Иншу потянулся пальцем к её щеке.

Ланняо распахнула глаза, когда убрала сапфиры. Она, как ошпаренная приложила ладонь к щеке, скрывая дорожку, и быстро ушла в толпу, не обращая внимания на его возмущённое “эй”.

“Лишь бы ничего не заподозрил, лишь бы ничего не заподозрил… – лихорадочно думала Ланняо, – Сейчас надо затаиться на всё оставшееся занятие и избегать встреч с Иншу. Пойду, попробую пообщаюсь с Ронъю и Сином”

Те стояли рядом с Джимин, и, к удивлению Ланняо, с ними размеренно говорил Лиу, улыбаясь. Она вздохнула, смотря на них.

“Сразу видно, компашка собралась”

– Можно к вам? – спросила она, пристроившись к Лиу. Джимин, стоявшая напротив стремительно закивала.

– Ну, если уж Ланняо с Лиу здесь, наверное, и я могу с вами поболтать?

Иншу, как она считала, сегодня просто преследует её.

– Конечно можете, господин Иншу, – сказала Ланняо, не смотря на него.

Джимин восторженно улыбнулась.

– К слову, а вы знали, что здесь среди двенадцати учеников есть ещё два демона? Госпожа Хонсэ сказала, что они действительно есть среди учеников, представляете? – резко начала тараторить она, – Я, конечно, не одна из двух неизвестных демонов, но я демон, как и госпожа Хонсэ! Как вам такой сюрприз?!

У Сина стали глаза по две монеты от удивления.

– А-а, ты т-точно нас не уб-бьё-ёшь? – спросил он, ёжась от страха. Ронъю остался невозмутимым и с некой заинтересованностью стал смотреть на то, как Син, дрожал.

– Я убиваю только своих целей, но всё же кровь мне нужна для выживания, поэтому пью её как раз-таки у уже мёртвых целей. Знаю, жутко. Но не беспокойтесь, мне для выживания нужно очень малое количество крови.

Син выдохнул и немного успокоился, но всё ещё побаивался смотреть на Джимин.

– Джимин, а что ты умеешь делать? У тебя есть какая-то демоническая способность? – неожиданно спросил Иншу.

– Естественно. Могу вам даже немного рассказать о демонических способностях, их особенностях. У каждой способности есть своё название, в голове демона оно возникает само по себе. К примеру, у способности Хонсэ называется “остановка”. Если она направит руку на человека, или любое живое существо, то оно застынет, словно статуя. Если у госпожи Хонсэ только одна способность, то у меня их несколько, но суть одна и та же: я начинаю быть похожей на насекомое, могу летать и ещё много чего делать. Среди моих способностей есть одна отличительная: умение управлять насекомыми и даже общаться с ними, – к Джимин за считанные секунды прилетело почти двадцать бабочек, – Это очень удобно, ведь если цель попытается спрятаться в доме, мои насекомые пролезут через щели, покажут дорогу и съедят все стены.

– Джимин, – перестав молчать, обратился к ней Ронъю, – Все демоны настолько сильные?

– Этого не знает никто, ведь нас осталось только четверо.

– И все четверо находятся в академии Сиуан, я правильно понял?

– Да, все четверо здесь.

– Эй, вы собираетесь тренироваться или продолжите языком трещать? – раздался над ними грозный голос.

– Вы один из учителей? – дрожа, спросил Син.

– Циэн, – кратко представился тот, – Если не хотите, чтобы я сообщил госпоже Хонсэ и она применила Остановку, то идите тренироваться.

Син, по виду, едва не расплакался и убежал к ближайшему булыжнику. Лиу устало вздохнул и сказал:

– Господин Иншу, госпожа Ланняо, видимо, другого выбора у нас нет. Идём тренироваться.

– Подожди, Лиу, – Ланняо вернулась к Джимин, которая спорила с Циэном.

– Но зачем мне этот приём, я же умею летать и планировать?! – говорила первая, но учитель оставался непреклонен:

– Ещё одно слово, и я зову госпожу Хонсэ!

– Ах ты! – Джимин начала смешно махать руками, пытаясь ударить Циэна, – благо, Ланняо вовремя схватила её, – Ланняо?

Джимин склонила голову, а потом улыбнулась.

– Иди тренироваться, ты же не хочешь, чтобы тебя госпожа Хонсэ в статую превратила? – нахмурившись, сказала Ланняо. Она отпустила Джимин, и та, напыщенно хмыкнув, ушла к ближайшему куску стены.

– А ты чего стоишь? – спросил у неё Циэн. Ланняо вздрогнула, хлопнула глазами и убежала, бросив:

– Д-да, я, пожалуй, пойду тренироваться!

“Ох-ох, ещё чуть-чуть и мне бы влетело от Хонсэ”

Прозвучал удар гонга.

“А?”

– Дорогие ученики, сейчас мы должны сообщить вам правила обучения в академии Сиуан! – раздался громкий голос Хэйана, – Поскольку вы теперь ученики академии, вам категорически запрещается выходить за пределы Императорского Двора, карается выговором и учащёнными индивидуальными занятиями. На занятие разрешается не приходить только в особых случаях и с разрешения одного из учителей. Запрещается полностью прекращать процесс обучения, это карается семью годами лишения свободы. Вы будете посылаться на задания, но реже ввиду ваших занятий, и посылаться будете только в пределах Императорского Двора. Также хочу предупредить, что среди учителей есть демон – госпожа Хонсэ, а среди учеников – смертоносная госпожа Джимин. Среди учеников есть ещё два демона, но мы не осведомлены, кто из двенадцати учеников академии является ими. Если вы обнаружите одного или двух демонов, немедленно сообщите нам. Демонам запрещается убивать учеников академии, так как вы можете выпить кровь, не убивая их, но это разрешается только если вы голодны или вовсе на грани смерти. Если убьёте одного ученика академии, вы будете отчислены и немедленно убиты посланным Иньин.

“Зачем такие жёсткие правила? – подумала Ланняо, – Ещё больше меня интересует то, что будет, после того как кто-то из учеников обнаружит двух оставшихся демонов? Что с этими демонами сделают учителя? – она посмотрела на Хонсэ, – Внешне она спокойна и невозмутима, но язык тела выдает её беспокойство. Даже вены выступили”

Ланняо вздохнула, дослушав речь Хэйана. Она дотронулась до своей щеки и аккуратно размазала макияж, перекрывая дорожку, на которой была видна настоящая кожа. Её взгляд снова поднялся вверх, когда другие ученики уже начали выходить из руин дворца. Но из него не вышло трое человек: Ланняо и Лиу с Иншу, что стояли перед ней.

– Ланняо, как тебе первое занятие в академии? – мягко улыбаясь, спросил Иншу.

– Как по мне, слишком строгие правила. Приём я освоила легко, господин Хэйан подсказал мне. И всё же, приём я выполнила только один раз, и он совершенно не идеален, – сухо ответила она, – Тем более, у меня нет меча.

– А помоему у тебя получилось отлично, – нахмурился Иншу, но вдруг обхватил себя руками, начал дрожать, – Судя по холоду, зима не з-за г-гора-ами.

– Если Иньин, то терпи.

Ланняо повернулась к Хонсэ. Честно говоря, ей было куда привычней видеть её в маске, нежели с настоящим лицом – лицом госпожи Юнхуа, ведь тогда нужно соблюдать тысячу правил этикета, обращаться на "госпожу Богиню Красоты" или менее официально – госпожа Юнхуа.

– Эй, я же тоже человек! – недовольно воскликнул Иншу. Хонсэ осталась всё такой же холодной и колко ответила:

– Значит, если Иньин, то ты не человек, а потому терпи холод.

– Тогда я заболею!

– Не заболеешь, ты довольно крепкий, просто ноешь часто, – завершила перепалку Хонсэ (несмотря на недовольные крики Иншу) и повернулась к Ланняо, – А ты правильно считаешь, что у тебя несовершенные навыки. Это правда, но из любого человека можно сделать и умелую убийцу, и опытного врача. И старшие среди Иньин делают из людей первых. Даже если ты не хочешь становиться Иньин, ты ею станешь, хотя уже стала. Просто ты каждый день будешь ходить на тренировки, тебе будут давать больше заданий, и ты всё равно будешь убийцей, Иньин, – одной из людей, которых бояться. Что насчёт твоего меча, то ты, видимо, слишком обрадовалась маске, раз не заметила его в коробке.

Ланняо стало жутко неловко, обычно, чтобы это скрыть, она поворачивает голову в сторону, скрываясь.

– Ну-у-у, не так уж я и обрадовалась, – протянула она, нервно улыбаясь.

– Придёшь домой, посмотри на него, – сказала Хонсэ, – А сейчас я оставлю вас.

Не успела Ланняо моргнуть, как она исчезла, оказавшись на поляне перед лесом. Иншу повернулся к ней.

– Надеюсь, ты готова к многочасовым тренировкам, ссадинам и синякам?

Она кивнула, говоря:

– Приму это, как данность.

– Я восторжен тем, что вас это нисколько не пугает, госпожа Ланняо, – придвинулся к ней Лиу, и дёрнулся в сторону от пролетевшей перед ним маленькой, круглой кристаллической крупицы. Затем на нос Ланняо упала такая же крупица и тут же растворилась. Подняв голову вверх, она увидела множество снежинок, падающих на землю с неба, затянутого тучами. Но солнце, что было спрятано в них, всё равно пробивалось. Границы туч стали желтыми, в промежутках между ними на землю падали лучи света.

– Господин Иншу, идёмте, – резко потянул его за руку Лиу, – Вы же простудитесь!

– Солидарна, – кивнула Ланняо и быстро пошла вперёд них, но затем вернулась назад к ним, так как это не особо вежливо. Иншу по статусу гораздо выше её. Даже если они оба Иньин, она должна сохранять вежливость.

Подойдя к Иншу, Ланняо встала сзади него и скрипнула зубами от холода.

“Поскорее бы домой” – подумала она, задвигавшись в два раза быстрее вместе с Лиу и Иншу.

И так, эффективнее перемещаясь из-за холода и снега, они уже через полчаса оказались в гостиной у камина. Лиу по прибытии сразу же налил Иншу облепихового чая, Ланняо же отказалась, – можно и потерпеть. Зато от порции святой еды она не откажется, ведь иммунитет выработать надо. Ланняо забрала миску в свою комнату. Она отложила её на стол с ювелирными инструментами и подошла к коробке, в которой лежало второе письмо и небольшой меч в ножнах.

“Ещё одно?”

Она аккуратно развернула его, покручивая в пальцах. Прочитав текст, Ланняо отложила письмо в сторону, облегчённо вздохнула и снова вышла в гостиную с новостью.

– Ланняо, ты уже во второй раз за день так выскакиваешь из комнаты. Что случилось? – спросил Иншу, склонив голову.

– В коробке вместе с мечом лежало письмо, где было написано, что мой срок пребывания в Императорском Дворе уменьшен до одного года и шести месяцев. Из этого я прожила здесь два месяца, значит, мне остался один год и четыре месяца.

Иншу нахмурился, Лиу безэмоционально посмотрел на неё.

– Но ведь ты работаешь Иньин. По окончании срока будешь работать в одиночку?

– Никто не говорил, что мы команда Иньин, ведь сейчас связаны только нашими ролями, поэтому скорей всего так и будет.

Он разочарованно взглянул в пол, отпил из кружки и сказал, в кои-то веки став вежливым:

– Хорошо. Тогда не покажешь нам меч?

Ланняо кивнула и, держась двумя руками, принесла из комнаты меч в ножнах. Она отцепила одну руку, хватаясь только за рукоятку.

Вжух.

Чёрные ножны спали с меча. Тот был небольшим, с голубоватым лезвием и закатно красным градиентом, по которому золотым светом вились узоры облаков. Судя по всему, меч двуручный – рукоятка длинная, на конце её висит синяя бархатная кисточка. Ланняо крепко взяла рукоятку в две руки. Сжав пальцы, она рассекла воздух лезвием, вспоминая, как жертвам распарывала горло шпилькой. Удар получился слишком размашистым, и её весом меча утянуло чуть в сторону. Она неловко согнулась над полом, подняла меч и встала.

”До навыков Иншу или Лиу мне ещё далеко”

Первый хихикнул, позабавленный её неловкой попыткой нанести воображаемый удар. Ланняо раздражённо хмыкнула, убирая меч обратно в ножны.

“Нос-то пусть не задирает, – думала она, снова вынув меч, – он ведь складной, – Финальный приговор целям всегда выношу я, а Иншу и Лиу убивают”

Она положила сложенный меч себе за пояс и сделала это так, что со стороны не было видно. Ланняо повернулась к Иншу и Лиу.

– Господин Иншу, Сяолиу. Когда мой срок закончится и вам нужно будет что-то сообщить… – она замялась, – вот адрес моего дома.

Достав лист из складок одежды, она протянула его Иншу.

– Это же самый худший район в столице! – воскликнул он после прочтения написанного.

– Мне вообще повезло догадаться сделать табличку с номером.

– Город Фанрон, пятая улица, семнадцатый дом… – повторил Иншу её адрес, – Хорошо, запомню. Но, пожалуйста, не нагнетай, тебе ещё целый год с нами работать.

– Как изволите, господин Иншу, – поклонилась ему Ланняо и поторпилась уйти. Напоследок она посмотрела в окно. На улице шёл снег, а сквозь него светились лучи алого закатнего солнца. Тело само собой развернулось в сторону коридора, и Ланняо удалилась в свою комнату.

Глава 7

Это было двадцать первое занятие в академии Сиуан. Оно ничем не отличалось от остальных – тренировки, после тренировки обучение правилам Иньин, после обучения правилам – задания.

Иногда Ланняо удавалось пообщаться с Сэйнян, послушать новости Императорского Двора и немного выяснять информации об Айминь. Та, тем временем, всё продолжала подкладывать ей неприятные сюрпризы. К примеру, спальня, забрызганная духами, болезненный туман или удушающий дым. Ланняо смогла выработать достаточно хороший иммунитет, чтобы спокойно есть святую пищу, а от духов Айминь она разве что чихала. Однако, если бы столкновение осуществилось напрямую от неё, то Ланняо могло стать очень плохо, – благо подобное в последний случилось только во время похода в ресторан.

Продвижение у неё было не только в иммунитете, но и в фехтовании тоже. Иншу всё ещё легко побеждал её из-за того, что та постоянно боялась нападать, но хвалил за хорошую защиту и парирование ударов. Иногда Ланняо даже удавалось победить его, используя специальные приёмы, которым её обучили в академии. В целом, жизнь убийцы шла гладко.

До одного момента.

Ланняо оттолкнулась от земли, стрелой оказалась в полёте. Деревянный меч в её руках пролетел рядом с ногами Ронъю. Он отскочил в сторону, думая, что Ланняо ударит по ногам. Всё не так просто. Она извернулась лисой в прыжке и, не теряя времени, ударила его в живот.

– Будь это настоящий меч, я бы умер на месте, – сквозь зубы сказал Ронъю, сохраняя невозмутимый голос (даже будучи согнутым пополам от боли), – Но перед боем я говорил, что буду поддаваться. Проскальзывать у ног, а затем бить у ног – достаточно хороший приём в других ситуациях. Здесь же, при желании, я бы даже не поворачиваясь мог проткнуть тебе спину или горло. Пока ты будешь проворачивать приём, противник успеет ударить тебя.

Он вздохнул и обернулся к Иншу, сидящему на ближайшем камне.

– Иншу, она всё ещё плохо нападает. Как только замахивается мечом, становится открытой для удара. Пожалуйста, научи её защищённым атакам после занятия.

Ронъю с невозмутимым видом подошёл к Сину, отрабатывающему новый приём.

– Ты ещё ворчишь, – пробубнил Иншу, – Худшая ученица академии против лучшего, естественно она проигрывает.

"Так себе защита" – фыркнула Ланняо в голове, но вместо этого объявила:

– Господин Иншу, Сяолиу. Я схожу за госпожой Хонсэ.

"Мне надо спросить у неё насчёт нового приёма, заодно отдохну от Иншу и Лиу. Или узнать информацию об Айминь"

Она поискала глазами Вую, Юнхуа, Хонсэ (было затруднительно выбрать, как к ней обращаться, учитывая все три личности). В последний раз её Ланняо видела лишь на прошлом занятии, – вчера. Она заглянула на полуразрушенную каменную арку в Заброшенном Дворце, сходила к большому дубу на поляне, проверила северный угол Императорского Двора. Осмотрев все места, где она могла быть, у Ланняо начали возникать подозрения. Всё время, что они учились в академии, Хонсэ вела себя заметно беспокойно, шарахалась даже от хруста ветки.

– Ты не видела госпожу Хонсэ? – обратилась к ней Джимин с настороженным видом.

– Тоже её ищу и не могу найти, – сухо ответила Ланняо, – Что ж, спросим у неё на следующем занятии.

На следующее занятие она так и не пришла.

Ланняо проснулась бодро. Быстро одевшись, она села за кухонный стол, где стояла аппетитная еда. Подойдя к столу, она обнаружила, что Иншу ещё не ел.

"Странно, Иншу и Лиу проснулись на час раньше меня"

Она шагнула к нему в недоумении. Когда она подошла к Лиу, спросить, что произошло, он лишь скорбно взглянул на мятый лист в руках Иншу.

Он сидел на диване, пепельно-русые волосы упали. Глаз Ланняо не рассмотрела, но вид у него был подавленный. Несмотря на растёкшиеся чернила и к её удивлению, капли крови, Ланняо взяла лист из безвольно опущенной руки Иншу.

Взгляд застыл на первых словах – «от Хонсэ». Она напряглась всем телом – на лице, кистях и шее вылезли синеватые вены. Взгляд сам по себе обратился на бумагу, читая текст. Он был местами несвязный, обрывочный, однако написанный безупречным почерком Хонсэ.

“Ланняо, Иншу, Лиу, Джимин, Син, Ронъю, – вы единственные, кому я решила доверить это сообщение. Я ранена в живот, демоническое залечивание ран не работает. Меня либо поймают, либо убьют. Если поймают, ищите меня в одной из тюрем столицы, но прежде обязательно найдите мать Ланняо, Хэ Лань. Она находится в юго-западной республике Фэн, в столице. Хэ Лань объяснит вам, что происходит. Вас тоже либо поймают, либо убьют – есть шанс уйти. Ланняо может объяснить часть”

Она отложила бумагу на стол, пальцами смяв её.

– Это точно не подделка или чья-то шутка? – спросила Ланняо, подняв глаза. Иншу взглянул на ковёр, затем в сторону коридора и сада. Только тогда Ланняо заметила.

“Это не подделка… иначе как объяснить лужи крови в доме?!”

– Я ничего не понимаю, зачем Хонсэ это написала, как это связано с мам…матерью?! – бессильно воскликнула Ланняо.

– Не время приходить в отчаяние. Нам в любом случае нужно что-то сделать, – с сожалением выдал Лиу.

Вдруг Иншу поднялся с дивана.

– Там было написано, что ты можешь объяснить нам что-то, – он был готов впервые за всё время взорваться, сорвать голос на крик… и сделал это: – Объясни нам, что происходит?! Объясни, почему из всех именно ты… объясни… всё объясни! Кто ты такая?!

Сначала он орал громче пса, сорвавшегося с цепи, но к концу его голос осип. Ланняо заметила, что его глаза потухли, хотя на краях стала видна собирающаяся мокрота.

“Нет смысла скрывать это. Спокойная жизнь не светит мне так или иначе"

Все ведь догадывались, молчали. И Хонсэ ей доверяла, и другая её личность, Вуя, говорила, что она известна в узких кругах. Наверняка правительство тоже всё знало, и решило ,наконец, воспользоваться Ланняо.

Она никогда не имела положительных чувств. Либо нейтральные, либо плохие.

"Просто скажу это. Всего два слова”

И она ответила. Спокойно, без отчаяния или эмоций в голосе.

– Я демон.

После этой фразы в её мышлении что-то перевернулась, всё затуманилось перед глазами.

“Мама всегда говорила, что если я это скажу, то со мной случится какая-то страшная вещь. Кажется, я знаю, что только что произошло: потеря контроля над телом, разум я смогла сохранить, значительное увеличение скорости реакции и физической силы, деформация рук, четырёх зубов и глаз. Кратко говоря, полное становление демоном”

Оба человека, что стояли напротив неё, отшатнулись. Они видели Хонсэ и Джимин, но те хоть и являлись демонами, ими были лишь наполовину, потому что не стали полностью. В её случае, признание, что она демон, сделало её им. Ланняо жалело о произошедшем, но не о том, что Иншу и Лиу узнали.

“Скорей всего, сейчас я единственный демон в полной форме”

– Ланняо, что с тобой. Ты же должна быть, как Джимин, как Хонсэ…

Она склонила голову в вопросе, и почувствовала мышцы так, словно они новые, совершенно другие. Ланняо бесконтрольно подошла к ним, зная, что выглядит, как кровожадная лиса. Рука сама собой замахнулась на них, но Иншу, к её облегчению, сумел среагировать, выставив вперёд меч. Когти провели по металлу пять царапин. Ланняо резко отскочила от них махая головой, сжимая клыки.

“Я не должна их убивать, они друзья. Не враги, не еда”

– Иншу, убери меч! – через звон в голове она расслышала крик Лиу, – Помнишь, что Джимин нам говорила? На демонов действует религия, может это её успокоит?

Иншу застыл. Он быстро сложил меч, и принёс из её комнаты два крепких, металлических браслета. Лиу пока удавалось её удерживать, но Ланняо быстро вырывается из хватки, бросаясь на пришедшего Иншу. Тот за мгновение успевает продеть в её руки два браслета и закрепить их.

В голове перестало звенеть, снова вернулся контроль над телом – хоть оно всё ещё было ватным, а перед глазами стоял туман. Ланняо уставилась в пустоту и сама не заметила, как упала, благо Иншу её подхватил.

– Что с её глазами… – сказал он со страхом, – Я думал, у демонов такие же глаза, как и у людей, просто с разными цветами. Почему у Ланняо сузились зрачки, и появился какой-то знак в глазах… – Иншу помотал головой и потряс её за плечи, – Ланняо, почему Хонсэ обращалась к Сину и Ронъю тоже?

Ланняо принюхалась, но внезапно распахнула глаза.

– Они демоны! – только смогла воскликнуть она.

Иншу улыбнулся:

– Значит начальство ещё не знает о тебе, а теми двумя демонами были Син и Ронъю! Хонсэ права, нам придётся бежать. Думаю, демонам в этой академии что-то угрожает, придётся идти к Сину и Ронъю! – он, неся её вместе с Лиу, смог выйти на улицу, – Чёрт, снегопад!

Но, как только два человека и демон вышли на улицу, они увидели Хэйана и Циэна. Из уст первого вылетело слово “убить пятерых демонов”, из уст второго “никого не выпускать на улицу”.

– Кажется, начальство знает! – прошипел Лиу, – Пройдём по незаметному пути.

Они быстро миновали дома наложниц, двигаясь к лесу на северной границе. Вскоре шаги Иншу и Лиу стали более заглушёнными из-за снега в лесу.

Ланняо было холодно, её одежда успела намокнуть от тающего на коже снега. Шум снегопада успокаивал, но всё ещё оставалось волнение от происходящего. Теперь они знают, что Ланняо демон. “Почему меня не бросили? Почему не оставили на произвол судьбы? Они… друзья?”

Ланняо повела головой, утопая в звуках дождя и ветра.

– Иншу, Лиу, Ланняо?! Что с вами случилось?

Голос Сина. Сзади послышались шаги ещё одного человека. По запаху – демона. Иншу задвигался, тяжело вставая с неё. С его рта капала кровь, а рука страшно разодрана её же когтями. Видимо, Ланняо успела его ранить.

– Ланняо пятый демон в академии! – вскрикнул Иншу, – Прочитайте, это оставила Хонсэ в нашем доме… – он успел протянуть Сину и Ронъю бумагу, – Ланняо сказала, что вы тоже демоны…

Син отшатнулся, Ронъю опустил руки. Прочитав сообщение от Хонсэ, они кивнули.

– Джимин! – воскликнул Син. С неба, налетая, словно бабочка, приземлилась смертоносная госпожа, которой всё быстро пересказали. Она с жалостью посмотрела на них.

– Раз такая ситуация, спасаться надо прямо сейчас. Что ж, на заданиях мне уже приходилось без вещей покидать место, но ещё не приходилась нести на себе пятерых человек. Думаю, смогу пролететь пятнадцать ли, не больше.

Ланняо слушала слова, но плохо понимала, что происходит. От её взгляда ускользало множество мелких деталей, временами она прекращала слышать. Всё казалось так, будто прошло не более пяти минут. Хотя прошёл час, или даже больше.

– Вон они! Убейте, как приблизитесь!

Джимин сбросила свой плащ, быстро накрыла им Ланняо. С громким шорохом раскрылись большие чёрные крылья, как у бабочки. Ланняо, слушая приказы Джимин, взобралась на них вместе с Иншу и чуть менее потрёпанным Лиу. Ронъю и Син несколько раз взмахнули мечами, выиграв Джимин время для взлёта и одним прыжком взобрались к ней на крылья.

Один громкий хлопок – Джимин взмыла в воздух на три чжаня вверх.

Второй хлопок – ещё на три.

Ланняо сжалась, ухватившись за тёплый плащ. Она чувствовала, как всё больше отдаляется от земли, и в какой-то момент Джимин прекратила набирать высоту. Скорей всего в зимнем небе их не было видно, ведь оно затянуто тучами, а из-за зимы рассвет ещё не наступил.

– Ланняо, ты в безопасности, – прозвучал голос Иншу сверху. Она открыла глаза и села, всё ещё придерживая плащ. Лиу сидел слева от неё, Ронъю и Син расположились на крыльях ближе к спине. Ланняо подняла взгляд синих, демонических, но не злых глаз. Обычно она была колкой, держалась в стороне и самостоятельно. Сейчас же была просто беззащитным ребёнком, которого решили подобрать. Как и десять лет назад.

– Господин Иншу, вы достаточно хорошо промыли и перевязали рану? – задала Ланняо совершенно неважный сейчас вопрос.

– Надеюсь да.

– А я надеюсь, что смертоносная госпожа больше не будет трясти нас, – буркнула она.

– Джимин больше не будет так сильно махать крыльями, мы уже набрали высоту. Будем медленно пикировать вниз следующие пятнадцать ли, – сказал ей Лиу и всполошился, – Господин Иншу, рассвет.

Он кивнул, потянулся к шее Джимин и сказал:

– Может, поменяете цвет крыльев на подходящий рассвету?

Она улыбнулась, добро обнажив клыки.

– Я могу сделать их прозрачными, так будет и красивее и незаметнее.

Ланняо посмотрела на крылья под собой. Те неожиданно, волной начали меняться: весь чёрный пропадал, оставались лишь красные контуры. Ей стало казаться, будто она сидит в рассветном небе. Ронъю удивлённо выпучил глаза, удивляясь такой быстрой смене цвета, а Син со страху переместился на спину.

– Погодите…

Джимин закрыла глаза.

Крылья остались прозрачными, но через мгновение ока вспыхнули красным солнцем, словно пламя.

Ланняо улыбнулась, смотря вперёд.

Глава 8

Обрывки воспоминаний, холодные когти Ланняо, боль от них вновь и вновь атаковали разум Иншу, не оставляли шансов. Шансов на возвращение старой Ланняо, на возвращение нормальной жизни, но но нельзя надеяться ни на что. Иншу заворочался, вертел головой, насупившись. И наконец, как только открыл глаза, пришла ясность сознания. А вместе с ней целая буря чувств, во главе – беспокойство. Вчера они благополучно пролетели нужное расстояние, Ланняо уснула ещё в полёте, потому ему пришлось тащить её на руках. Он уже делал это, когда та, свалившись со стены, сломала руку, и когда она потеряла сознание от религии на первом задании. В следующий раз, когда она стала демоном, Иншу пришлось заметить, что она увеличилась в размерах. Раньше её рост составлял жалкие три с половиной чи, сама маленького телосложения, хрупкая, словно тростинка. А тогда Ланняо внезапно стала шире в плечах, лицо изменило форму, став острее, от того красивее, а ростом пять с половиной чи.

К слову, сегодня он всю ночь караулил Ланняо, пока та дремала на сооружённом из плаща Джимин гамаке. Судя по его совершенно разбитому состоянии, спал Иншу, кажись, только час, и то на кучке скошенной травы. Впрочем, вспомнив о Ланняо, он моментально вскакивает, выходит из тени толстого дуба и облегчённо выдыхает. Ланняо со своим привычным безразличием ела курицу на палочке перед костром. Рядом, по кругу, сидели Ронъю, Лиу, Джимин и Син.

По нему как молнией ударило.

"Я проснулся последним? Проспал два часа, а не один?"

– Господин Иншу, завтрак уже начался, – обернулся к нему Лиу. Сделав глубокий вдох, он сел на бревно рядом с Ланняо. Она, несмотря на долгий сон выглядела более вяло, чем обычно. Затем он заметил другое.

Цвет кожи.

Он изменился, точнее, смылся, стал более ровным и болезненно бледным,а на щеках вовсе что-то нездоровое, неестественное – голубой, в цвет неба, румянец. Палочка с куриным мясом так и не дошла до его рта, ведь Иншу застыл, изумлённо уставившись на Ланняо.

– Этот цвет кожи был макияжем. Это мой цвет кожи, – сухо объяснила она.

– Демонический цвет кожи? – переспрашивает он.

– Нет, настоящий.

– А вам, – оборачивается Иншу к Лиу, Ронъю и Сину, – она уже сообщила? Больно спокойные лица.

– Сообщила, – кивнул Лиу, – Я удивился лишь немного, господин Син был шокирован и напуган, а господин Ронъю, – Лиу акцентно помолчал, но намёк был понятен по несуществующему выражению лица рыжеволосого парня. Тот неожиданно встрял в разговор:

– Может, будем более неформально обращаться друг к другу? Всё равно мы ещё, как минимум три месяца будем путешествовать вместе. Я знаю, что Ланняо и Лиу приходятся тебе в качестве слуг, – Иншу скривился в мыслях, но маска невозмутимости дала маленькую трещину в виде кислой улыбки, – И всё же, сейчас мы все в одной лодке.

Джимин активно закивала головой, бодрым голосом соглашаясь:

– Именно, в одной лодке!

Лиу моргнул.

– Хорошо, будет просто Иншу.

Джимин повернулась к Ланняо, Иншу повернул голову вместе с ней, желая узнать реакцию. Он знал, что у Ланняо может быть острый язык, и сейчас было интересно, что она скажет без правил вежливости.

Результат хоть и оказался ожидаемым, Иншу ударил по больному.

– Да хоть коричневоволосым засранцем, – сказала она и выразительно посмотрела вниз, – С едой на ногах.

Он всполошился и взглянул вниз. Мясо действительно валялось прямо на нём. Хорошо, что хотя бы несильно замарало. Иншу стряхнул его вниз, на траву, притоптал землёй.

– Пожалуй, не буду завтракать, – растерянно помотал головой, но затем дёрнулся от стреляющей боли в левой руке. Иншу притронулся к ране через ткань и похолодел. Под его пальцами легко прощупывались пятеро глубоких борозд от когтей. Когтей Ланняо, чьи руки сейчас были в обычном, человеческом состоянии. Она, с лёгким раскаянием в глазах, взглянула на него.

– Прошу проще… то есть, прости, пожалуйста, за рану. Я не хотела, правда, – Ланняо быстро отвернулась от Иншу, доела мясо. Он, конечно, простил её, но только в своих мыслях. Вслух сказать гораздо труднее, поэтому оставалось надеяться, что в списке её демонических способностей есть чтение мыслей.

– Так, Иншу, – прервала тишину Джимин, – Ланняо ещё не рассказывала нам о своих способностях. Надо расспросить её, прямо сейчас!

Ланняо сделала кислую мину, будто на неё тараканы собрались напасть. Иншу это выражение лица не нравилось, но он уже привык. Первой расспрос начала Джимин.

– Какая у тебя основная способность? Я вот, умею превращаться и управлять насекомыми.

– Создание сапфиров, – поигрывая толстой палкой в огне, кратко ответила она.

"Так вот откуда у неё взялись те сапфиры с похода в ресторан. Это всё объясняет. И всё же, способность весьма необычная"

– Кстати, как я поняла, ты можешь уменьшаться и увеличиваться? – спросила следом Джимин.

– Да, но только в два вида: где я ростом четыре с половиной чи, и где пять с половиной.

– Какой из них твой настоящий?

– Второй.

– Ты, как кошка выдвигаешь когти? – неожиданно ввязался Син.

– Схоже.

Следом за Сином решил спросить и Ронъю:

– Почему у тебя нет рогов, как у Джимин?

– Не знаю, – со скрежетом в зубах выдавила из себя Ланняо. Она, судя по выступившим венам, еле сдерживалась, чтобы не выдвинуть когти.

И не сдержалась.

Когти со свистом выдвинулись вперёд, а через мгновение палка уже сломалась пополам.

– Ещё один вопрос, – прорычала она, – И вы станете этой палкой.

– А у всех демонов такие угрозы? – на свой страх и риск, огрызнулся Иншу, поворачиваясь к Джимин.

– Не знаю, как она собирается угрожать мне, ведь демон я достаточно сильный, – пожала плечами она, – Но не стоит забывать, что эти двое тоже демоны, – кивнула на Ронъю и Сина, – Думаю, стоит начать с Ронъю.

Ланняо, с некой жалостью взглянула на красноволосого. Иншу, как и Ланняо, решил не встревать в расспросы, чтобы не доставать Ронъю.

– У тебя есть когти, как у Ланняо? – спросил Син, – Не знаю, есть ли у всех демонов такое. У меня, по крайней мере, не было.

Ронъю задумчиво промычал, а затем предположил:

– Нет, должны быть. У госпожи Хонсэ когти были, – он поднял руку и напряг её ближе к пальцам. Нахмурился, зарычал, открывая клыки. Но усилия оправдались – на его пальцах ногти быстро деформировались, став чем-то наподобие когтей. Они были тёмно-красными, с дополнительным чёрным шипом посередине. Ронъю задумчиво постучал по бревну когтями, уже спокойно вызвал на другой руке, рассматривая и говоря:

– Значит, у всех есть.

Иншу вздохнул, отвёл взгляд от Ронъю и вновь направил на Ланняо. Она явно чувствовала себя неуютно, – дрожала, смотрела вниз и уменьшилась до человеческого облика.

– Кажется, Ланняо плохо из-за холода, – заботливо сказала Джимин, – Нам надо поскорей добраться до ближайшего города или деревни, ведь погоня всё ещё ведётся. Купим утеплённую одежду, провиант, и лошадей.

– И рыбу, – внезапно добавил Ронъю.

– Ронъю, зачем… – начала возражать Джимин, но перед ней, вставая прямо за столпом огня, приземлилось большое пернатое существо, ростом с Ланняо.

“Цапля?”

Огромная птица громко закричала, хлопая размашистыми бурыми крыльями.

– Тсанлу, не бей Джимин, – цапля села на руку хмурого Ронъю, не слаживая одно крыло, – Я знаю, ты голодна, но ведь необязательно бить Джимин. Скоро купим тебе рыбы, – ласково заворковал он, а потом будешь путешествовать вместе с нами. Мы направляемся в столицу западно-южной республики Фэн, в столицу. Там должны найти Хэ Лань и поговорить с ней.

Иншу вдруг осенило, когда он вспомнил про ближайший город.

– В… ты что-то вспомнил? – склонила голову Ланняо.

– Да, название ближайшего города. Цитхиэ.

Цитхиэ.

Название отразилось эхом в его голове, воспоминания ударили в голову. Воспоминания о том, как он спокойно жил в обычной семье, крал лун бао у младшего брата, как его забрал один из Иньин в девять лет, отбирая шанс на всё прошлое. Иншу лишь несколько раз отправлялся в город на задание, но с семьёй так ни разу и не встретился.

“Если мне семнадцать, значит младшему брату сейчас уже пятнадцать”

Иншу вышел из мыслей, нахмурился.

– Что ж, отправляемся в дорогу.

Растащил потушенные Ронъю дрова по снегу, взял плащ Джимин и спросил у неё:

– Летим на тебе?

Она недовольно зашипела, подняв губу.

– У меня спина всё ещё болит после того “проветривания”!

– Но до Цитхиэ…

– Два ли, – продолжил за него Син, улыбнувшись, – Я разбираюсь в географии и знаю расположение всех городов в Фанцы.

Иншу раздражал этот весьма капризный, вечно пугающийся парень. Ему, насколько он знал, было около шестнадцати.

“Погодите-ка…”

Присмотревшись, он заметил, что Син носит шёлковую одежду, причём с наплечниками. На руках у Сина была голубая шаль, заканчивающаяся серебристой бахромой. На спине, закрывая знакомый знак, часть шали из широкой тёмно-синей ткани. Причёска, к слову, тоже выделялась из причёсок обычных людей, однако Иншу решил прекратить его рассматривать и заняться делами.

Син повернулся к Иншу, заметив недавнее пристальное разглядывание знака на спине. Он быстро натянул вуаль, скрывая его полностью, обернулся к Джимин.

– Отправляемся?

– Отправляемся, – ответила он, и рукой позвала остальных следовать за ней. Иншу быстрым шагом пристроился к их маленькому отряду. Ланняо, как и обычно, остается в тени, но Лиу решил идти рядом с ней.

На самом деле, два ли – около двухста-четырёхста шагов, для них минут десять ходьбы, но затем надо много чего сделать.

"Надо найти гостиницу и купить множество вещей. Деньги у меня всегда есть, Иньин в конце концов. Хотя… – Вспомнив о способности Ланняо создавать сапфиры, он засомневался, – Заплатить у неё явно есть чем. Впрочем, у остальных тоже. Они Иньин, как и я"

Под хруст снега и гомон людей, их отряд вошёл в город. Сновали люди, на широкой улице расположено много ларьков и магазинов, гостиницу они нашли быстро. Расплатился за всех Иншу, а после того, как они взяли себе комнаты, отправились в магазин одежды. Тот оказался большим, несмотря на жалкий внешний вид снаружи.

– Ланняо, – тихо обратился Иншу к ней, – Почему ты не живёшь богато, если можешь создавать сапфиры?

Она не отреагировала, лишь холодно ответила, прощупывая меховой плащ с капюшоном:

– А почему ты не сбежал от правительства, если у тебя море денег?

“Обычно Ланняо вежливая, но оно только так кажется. Я-то замечаю, как она едва сдерживает кислое лицо и резкие ответы, – Иншу отвёл взгляд в сторону, вспомнив, как она скривилась ещё при встрече у стены Двора, – Видимо, без правил этикета, Ланняо за словом в карман лезть не будет и говорить всё прямо. Демон, не иначе”

– Вот такой плащ подойдёт? – окликнула его Ланняо. Иншу торопливо повернулся к ней, рассматривая плащ. Он чёрный, пуговица только сверху, а по краям голубоватые, словно иней, меха. Плащ, что хорошо, с капюшоном и с мехом, Ланняо точно не замёрзнет. Несмотря на довольство её выбором, Иншу сказал:

– Выбирать тебе.

– Тогда беру этот плащ, – сказала она, но от последующей фразы побледнел, – Господин Иншу, выберите себе. Я пока пойду за лошадью.

Ланняо стремительно удалилась из магазина, а он остался здесь один.

В тишине.

… Вздохнув, и уже в плаще, Иншу вошёл в конюшню.

“Как Ланняо собирается ездить на лошади? Она же, скорей всего, не умеет” – размышлял Иншу, пытаясь вытащить чёрный плащ, что застрял в калитке. Он наконец вотобрал свой плащ у калитки и ввалился в амбар. Вокруг, в высоких заборах стояли лошади самых разных мастей. Они ржали, фырчали и всячески смотрели на него, пока Иншу не вышел в задний двор, где можно было попробовать прокатиться на лошади.

– Ланняо, осторожнее! – вскричал он, когда увидел представшую перед ним картину. Она, сидя на чёрном, пушистом коне ходила перепрыгивала через высокие кольца. Что его ещё больше обеспокоило, Ланняо ездила в неправильной позиции, ведь была не в штанах. Скинула ноги через бок и прижалась к шее лошади. Та, несмотря на размеры, гибко пролезала сквозь низкие заборы и узкие кольца.

Иншу обратил взгляд в сторону – у стены конюшни стояли Ронъю, Джимин, Син и Лиу. Последний подбежал к Иншу, ведя за поводья большую (по сравнению с ним)лошадь.

– Господин Иншу, эта лошадь и госпожа Ланняо созданы друг для друга!

Он махнул рукой на Ланняо, которая кормила яблоком лошадь.

– А где владелец конюшни? – спросил Иншу.

– Вон он.

Владелец дрожал у другой стенки.

“Ланняо просто ходячая беда”

– Конбу, идём знакомится с господином Иншу, – она подвела к нему лошадь.

– Ты успела дать ей имя?Да ещё с таким значением… – вздохнул он и погладил лошадь по голове, но та ударила его в живот, выбивая всю дурь.

– Конбу, не надо, – Ланняо за спину оттащила её от оторопелого Иншу, – А теперь можешь познакомиться с лошадьми и конями других.

Она вместе с лошадью села на асфальт и хмыкнула:

– Посмотри на лошадь Сина.

Иншу, уже не удивляясь слаженности Конбу и Ланняо, повернулся к Сину. Рядом с ним стоял стройный, с блестящей белой шерстью конь.

“Какой вычурный”

– Син, как его зовут?

Иншу приблизился к гордому коню. Син улыбнулся, повёл головой и воскликнул:

– Будет Снежком!

Даже конь ужаснулся такого имени.

– Снежок?

– Снежок.

“М-да, долго он не думал”

– Ронъю, а почему твоя лошадь забилась в угол? – повернулся Иншу к другому. Тот с невозмутимым лицом сказал.

– А это всё Тсанлу всё сделала с Инчи. Ревнует.

Цапля восседала на его плече, горделиво задрав клюв.

– Нет, нет, нет! Посмотрите на мою лошадь! – раздался звонкий голос Джимин. У неё, как и ожидалось, была достаточно милая лошадь с серебристой шерстью и чёрной гривой, сплетённой в косу.

– Ладно, Иншу, тебе тоже нужно выбрать лошадь или коня.

Он кивнул и спросил у владельца, что съёжился в углу:

– Какая здесь лучшая лошадь?

Владелец поднял на Иншу испуганный взгляд, но встал, быстро пробежался по амбару и привёл светло-коричневого коня. На нём качественные подковы, седло Иншу тоже уже заприметил.

– Беру, – сказал он, – За всех остальных заплачу я.

Из конюшни они вышли, держась за поводья. Заплатить пришлось немыслимое количество денег, в особенности из-за коня Иншу и Сина, ведь породы у них были редкие. Сузу, лошадь Ланняо, беспородная, – так сказал владелец, но длинная шерсть, волнистая грива и большие размеры заставили его сомневаться, что это лошадь беспородная.

– Ланняо, – окликнул он её, выходя из размышления.

– Да, госпо… – начала говорить она, но Иншу резко оборвал её:

– Не называй меня господином. Даже Лиу уже перестал. И ещё, – он достал маленькую коробочку и протянул ей, – Надеюсь, никто не успел заметить твой цвет кожи.

– Спасибо. Кстати, я… – она резко схватилась за живот, упала на колени со стеклянным взглядом. Когти Ланняо лихорадочно вцепились в асфальт, выдирая из него камни.

Они мгновенно остановились, Иншу застыл на месте, не зная, что делать.

– Мне нужен человек, – выдавила она, голос стал более глубоким, – Надо убить… десятерых…

Пока Иншу с остекленевшим взглядом смотрел на неё, Джимин накинула на Ланняо капюшон, схватила за руку и, с силой потянув вверх, смогла поднять её.

Выйдя из оцепенения, он начал лихорадочно рассуждать в мыслях:

“Демонический голод. Ланняо нужно убить десять человек, но где их достать? Или можно не людей. Но, чёрт возьми, нас не пропустят к скоту, мы выглядим слишком подозрительно”

– Думаю, я могу помочь.

Это был голос Сина.

Раздался шорох ткани, вуаль слетела с рук. Взгляд Иншу застыл на спине Сина. Он догадывался, но убедился и узнал только сейчас. Узнали они о том, что Син из клана Юэ.

Скрытая династия?! Если учитывать возраст Сина, то он принц…О скрытой династии знают только Иньин и высокопоставленные личности, скрытая династия создана на случай, если основной правящий клан погибнет, но они всё равно сказочно богаты. А как раз в Цитхиэ и находится их особняк прямо здесь”

– Син, что ты собираешься делать? – воскликнул Иншу. Он понимал, что действовать надо быстро: скоро толпа может донести на Ланняо. Слухи о демонах уже давно должны были разнестись по стране, но усугубляло ситуацию и положение Сина в обществе, ведь если кто-то узнает о том, что он демон, и сам вместе с тремя другими, случится шок всего населения Фанцы. Вытянул из невесёлых мыслей ответ Сина:

– Постараюсь отвезти вас в особняк. У меня есть на заднем дворе место, где можно спрятать Ланняо.

– Да хватит вам болтать, быстро за мной! – вскричала Джимин, взмахнула открывшимися крыльями и парировала удар чужого меча, – Пока вы чесали языком, нас уже нагнали!

Иншу и Син обернулись. Сзади них стояло три человека, котрых Иншу узнал мгновенно. Йонган, Лин и Цирэн, учащиеся академии Сиуан.

После всего случившегося, соображать Иншу стал быстро.

– Син, Джимин, берите Ланняо и бегите. Я, Ронъю и Лиу разберёмся с этими тремя, – холодно приказал он. Син и Джимин без раздумий кивнули и Джимин подхватила Ланняо, взвалив её себе на спину. Ланняо выглядела спокойно, будто заснула. Но лишь выглядела так. Она упала со спины Джимин, приземлилась на две ноги, стремительно увеличиваясь до демонического вида. Синие глаза чуть засверкали красным, когда она обратила взгляд на врагов. Йонган хмыкнул, даже не пошатнувшись от демона, в отличие от напуганных напарников. На лице, шее и руках Ланняо вылезли вены, она сама увеличилась в размерах и обнажила когти.

– Ланняо, не ввязывайся в битву.

Она не ответила, осталась на месте.

– Уходи, – повторил Иншу, сделав выпад на Лина. Ланняо не отреагировала, повернулась к Ронъю и тихо сказала:

– Я заменю тебя. Хочу проверить способности.

– Нет, я останусь с вами, – возразил он, а Тсанлу вскрикнула, сидя на его плече.

– Чего уж, тогда и мы, – хмыкнул Син и вместе с Джимин достал меч, – Два демона в отряде, это хорошо, но четыре ещё лучше.

“В таком случае у наших врагов нет и шанса” – подумал Иншу.

– Демоны, вы хотите умереть? – вскрикнул Йонган, махнув секирой, – Тогда нападайте!

Вздохнув, он перепрыгнул через Джимин и Лиу, что вдвоём напали на Цирэна. Ланняо мимолётно повернула сапфирные глаза на него, но в следующее мгновение отразила ногой удар секиры. Иншу выпучил глаза от удивления, когда Йонган отскочил назад, не выдержав напора. Расслабляться в бою было нельзя, потому он незамедлительно применил один из приёмов, которому его научили в академии. Иншу стремительно пролетел у ног Йонгана, чуть не получив секирой по шее, – зато успел оказаться над его головой.

“По голове ударить не получиться, значит в спину”

Удар сердца.

Второй.

Взор затмился тенью, в ней промелькнула пара сияющих синих глаз. Он приземлился сзади Йонгана, и не пожалел об этом. От ладоней Ланняо исходил сноп алого пламени, внутри него – кричащий от боли Йонган. Битва вокруг остановилась. Ланняо опустила руку вниз. На лице и руках Йонгана образовались ожоги с жёлтоватыми волдырями и ручейками крови.

Лин застыл, смотря на своего товарища. Поднял взгляд на Ланняо и, тяжело выговаривая слова, вскричал:

– Она сожжёт нас заживо!

– Йонган, вставай! – завопил другой.

Йонган лишь издал хрип. Ланняо оскалила демоническую улыбку, смотря на двух оставшихся людей.

– Зачем мне сжигать вас, я ведь тогда не получу кровь, – медленно возразила она Лину, – Заживо есть не буду, лучше убью одним ударом, а потом уже получу свою законную пищу.

Иншу зарычал от непонятного напряжения.

"Да она разум потеряла! Ещё и непонятно, почему только она, ведь Ронъю и Син тоже демоны, – он быстро подбежал к Ланняо и схватил её за кисть, – Надо попытаться убедить её не есть людей"

– Ланняо!

Его голос разрезал воздух надвое. Иншу обернул её на себя. Злобно зашипев, Ланняо попыталась вывернуть его запястье, а потому ему пришлось отскочить назад.

"Мне жаль, Ланняо"

Сверкнуло остриё его меча, через мгновение оно оказалось у горла. Её горла.

– Не ешь людей, – он нервно сглотнул, но дальше говорил увереннее: – Пожалуйста. Ты можешь взять кого-то из скота, но не ешь живых людей.

Он убрал меч и предусмотрительно отошёл назад.

– Хорошо, – выдохнула Ланняо, – Я постараюсь.

Сверкнула сталь. Сталь секиры Йонгана должна была отрубить голову Ланняо.

Иншу рванулся вперёд с мечом, в попытке отразить удар, но не успел, остановившись в двух шагах от неё.

С плеча стекала кровь, он видел мышцы, связки и плоть. Ланняо даже не вскрикнула, когда ей отрубили правую руку. Она согнула колено и молниеносно разогнула ногу, устнемлённую в живот Йонгана. Его оттолкнула на десять чи назад. Глаза закатились, а секира вылетела из рук.

– Ланняо, твоя рука! Он-на, о-н-н-на....

Иншу дрожал, но меч сжимал крепко. Он хотел подойти к ней, как-то помочь, но страх не позволял. Страх перед ней.

Ланняо удивлённо склонила голову, смотря на отрубленный рукав и руку, что валялась рядом. Она подняла рукав левой рукой, а следом произошло удивительное. Рука отросла. Быстро, словно в ускоренном времени. Там были мышцы, кости, и плоть. Но всё отросло за мгновение обратно. Прошлая рука испарилась пеплом, и отрезанный рукав осел на землю.

“Значит, если отрезать часть тела демона, а затем он восстановит её, отрубленная часть испарится, – он помотал головой, – Не время думать об этом, надо увести Ланняо”

Иншу обернулся назад. Джимин, как могла, старалась успокоить лошадей и получалось хорошо. Они не разбежались даже чуя запах крови. Иншу устало вздохнул, подошёл к Ланняо, которую, хоть и увеличенную в размерах, было легко тащить на себе. Он без особых усилий взвалил демоницу себе на плечо, от чего она удивлённо вытянула лицо и задёргалась, но никак сопротивляться ему не смогла, ведь уменьшилась в размерах.

– Отпустите меня, господин Иншу.

Ему было неприятно насильно тащить Ланняо к коню, но и постоянно говорить нет на её “отпустите” желания не было. Он упрямо молчал.

Дойдя до своего коня, которого он нарёк Лугом, Иншу поставил Ланняо вниз. Не успела та броситься к Конбу, как он схватил её за талию и посадил на коня, затем тоже залез.

– Стража! – закричал кто-то сзади, – Тут демоны, зовите стражу! Бегите, не сражайтесь с ними!

Голос подхватила ещё несколько, а затем это превратилось во всеобщий гул и панику.

– Д-дерьмо, – скривился Син и, дёрнув Снежка за узду, повернул в закоулок, – За мной.

Иншу кратко кивнул и они помчались вслед за прытким конём Сина. Иншу сузил глаза, направив взгляд на загрязнённую пятнами боя эмблему клана Юэ, которая постепенно накрылась плащом. Он принц. Принц клана, но сейчас единственный человек, который может занять трон после императора, ведь у того ещё нет детей. Хотя сделать это на всякий случай может и отец Сина, глава клана Юэ, которого зовут Тиэнхон. Раньше звали просто Тиэн, но по традиции клана после становления главой к имени добавляют ещё один иероглиф. Но к главе клана доверия особо никто не питает. Жена его ничем не отличается от мужа, – по обоим не понять, что у них в голове. Об их сыне, которого Иншу знает уже месяц, мнение народа сложилось. В основном его представляют, как слабого и беспомощного принца, который боится даже появится на публике.

Что Иншу думал о Сине? Его мнение об этом парне перевернулось с ног на голову, после того, как тот сбросил вуаль. Сейчас она лежала на спине его белокурого коня. Цокнув копытом, Снежок затормозил у постоялого двора.

– План таков, – неожиданно прервал молчание Ронъю. Он бросил взгляд по сторонам, и, убедившись, что никто не следит, своим непоколебимым тоном продолжил: – Я и Лиу быстро берём вещи из нашей комнаты, отказываясь от ночёвки в том постоялом дворе. Остальные идут за Сином и прячутся в одном из помещений особняка клана Юэ.

– Ронъю, они могут не прятаться, – прервал его Син, – Я представлю вас, как своих друзей, которых обрёл во время скитаний по столице Фанрон.

– А Ронъю, он ведь приедет позже? И я с Ин… – склонил голову Лиу.

– Мы и так старые друзья, так что все его там знают, включая Тсанлу.

– Старые друзья? – переспросил Сина Ронъю.

– Мы дружим и знакомы с десяти лет, Ронъю! – Син подошёл к нему на коне и поучительно ударил по голове, – Идём.

– Подожди, – встрял Иншу, поглядывая на Ланняо, которая спала сзади него, – Ты сказал, что ты Лиу и я пойдём возвращать наши вещи. Ты не подумал о Ланняо? Её же нужно держать под присмотром, она может навредить себе…

– И остальным тоже, – спокойно подметил Ронъю, отчего Иншу недовольно сдвинул брови, – Впрочем, Джимин может повезти её на своей лошади.

– Нет, лучше это сделаю я, – добродушно предложил Син и попытался поднять Ланняо, но та увеличилась в размерах, пока спала, – Ты можешь уменьшиться обратно?

“Глупая просьба, она же спит”

Иншу фыркнул, взял у него Ланняо и положил на лошадь Джимин (та оскорбилась), Иву, но к ним сзади подбежала Конбу. Мордой скинула свою хозяйку, закинула на спину и показательно цокнула задним копытом.

– Вопрос решён, – пожал плечами Иншу, – Тогда, я, Лиу и Ронъю идём за вещами, вы в особняк клана Юэ.

Он спрыгнул с лошади, затем спустился Лиу, и они последовали за красноволосым Ронъю к постоялому двору.

Глава 9

Перевернувшись набок, Ланняо сбросила одеяло с себя, аккуратно отложила в сторону и разомкнула глаза. На сапфирно-синюю радужку падал луч света, а он рассыпался мириадами невидимых кристаллов. Она села на кровать, потёрла веки. Проснувшись, как ни странно, чувствовала она себя превосходно. Ланняо напряглась, но вспомнила, что случилось вчера. Воспоминания пронеслись быстрой молнией. Рука взяла другую руку, проверяя настоящая ли та. Ей очень неохотно верилось в своё чудо подобное излечение. Отрастила руку меньше чем за секунду, а ведь та сейчас точная копия прошлой.

Ланняо покачала головой и обернулась, чтобы взглянуть на кровать. На древесине выгравированы сложные узоры, и один из них – луна в облаках. Кровать прикована к стене по её середине, сбоку стояла мебель, маленькие столики и благовония, чем-то напомнившие ей слабый аромат, исходящий от Сина.

Син.

Вспомнив, что тот из клана Юэ, она обратила внимание на эмблемы у кровати и роскошную, даже вычурную обстановку.

“Видимо, я сейчас в особняке клана. Это и ужасно, и прекрасно одновременно. Син говорил, что отведёт нас сюда, но ему не удалось это сделать из-за битвы, но затем битва закончилась из-за меня. Значит, всё-таки мы смогли скрыться в особняке”

Она быстро проследовала к шкафу в поисках одежды. Окно открыто, а из-за него холодно. В шкафу лежала её стандартная форма Иньин. Естественно, обновлённая, ведь прошлую она порвала в битве. Покрутив одежду перед собой, она быстро надела её, невольно заметив, что чистая, – кажется, её помыли, но крайне небрежно. Ланняо тихо вышла из комнаты в коридор. По ушам ударила гомон голосов слуг, бегающих с подносами по коридору.

– Извините! – Ланняо тронула за плечо одну из служанок, – Где Си… господин Юэ Син?

Служанка сначала удивилась подобному вопросу, хотела ответить. Правда, ей не дали – Син стоял за ней, а служанки осторожно, говоря вполголоса, обходили его.

– Госпожа Ланняо, давайте пройдём к другим гостям, – галантно предложил он, учтиво улыбаясь.

– Как изволите, – сухо ответила Ланняо и последовала за ним по коридору. Они повернули за угол, прошли длинный коридор с окнами, смотрящими во внутренний двор. Когда Син и Ланняо отошли достаточно далеко, она прислушалась к голосам:

– Ты слышала о переполохе в городе?

– Да! Говорят, там были самые настоящие демоны! Одна страшная, с крыльями насекомого, а другая – чуть заживо не сожгла парня, который сражался с ней!

– И на глазах у всей толпы руку отрастила. А главное… – девушка вскинула указательный палец вверх, – Их спутники – люди. Они сражались за этих двух демонов, представляешь?!

– Ох, да меня больше беспокоит, что император делать будет. Демонов-то истребили триста лет назад. Ленивый он и невнимательный, не надо было его на трон сажать.

– Ага. Слишком молодой, неопытный. Вот демоны снова и появились.

Голоса стали куда более тихими. Напрягая слух, Ланняо оглушила громкость слов:

– Вот я думаю, что скоро начнётся борьба кланов. Самые большие амбиции, судя по всему, у кланов Юэ и Фэн.

Дальше она отвлекаться не стала, ведь Син уже во второй раз окликнул её.

– Наконец-то слушаешь, – он помолчал, – Мы идём к остальным бежавшим из академии. Сейчас все обедают в столовой комнате для гостей.

– Сколько я спала? – спросила Ланняо, нахмурившись от слов Сина о том, что сейчас обед. Ответа не последовало, и она начала напирать: – Одиннадцать часов? Пятнадцать? День? Два дня?

Син также неловко молчал.

– Три дня? – предположила она, и к её большому удивлению, Син положительно кивнул.

– Почему вы меня не разбудили? Вы должны были, – едва контролируя гнев, прорычала она.

“Нас ведь за это время успели начать искать”

– Иншу попросил не будить.

– Что ты имеешь в виду “попросил”?

– Да не злись ты так! – забавно размахивая руками, завопил Син, и через некоторое время расслабился, – Кстати, мои родители требуют встречи со всеми вами после обеда.

Ланняо кивнула, пожав плечами, и вошла в зал за ним. Вокруг стола на креслах сидели все те, с кем она спаслась из академии. Ели они безо всяких манер, но и не по варварски. Тенью следуя за Сином, она прошла к свободному стулу и молча уселась.

В зале воцарилась тишина.

Она кинула мимолётный взгляд на Иншу.

“Я помню его слова о демонах, когда мы ходили в ресторан, когда были на экзамене. Он узнал, что я демон, и должен был меня бросить. Что ж, я не буду задавать вопросов, – она взяла палочки, – Я сделаю наоборот, и сделаю так со всеми. Так будет удобнее путешествовать, тем более что эти проблемы изначально мои, а не их”

Не сказать, что Ланняо ненавидела её недолгих спутников, не сказать, что те были ей неприятны. С Сином и Ронъю она замечательно проводила время в академии Сиуан. С Иншу и Лиу тоже было достаточно хорошо жить, а Джимин иногда приходила к ним в гости. Бросать их было неприятно, но дальше путь она должна была продолжать одна, ведь Айминь, разбойники и другие напасти могли убить их в любой момент.

– Ланняо, ты проснулась ровно через три дня, как и рассчитала Джимин, – радостно выдохнул Иншу, прерывая тишину.

Она не ответила, лишь затолкала в рот кусочек говядины.

– Извини за моё мнение о демонах, – внезапно добавил он.

– Я тебя ещё давно простила, – Ланняо, добродушно улыбаясь.

Глаза Иншу застыли в одном положении, палочки застыли над тарелкой. Ланняо непонимающе склонила голову вбок

“Но перед тем как бежать, надо будет заполучить карту Фанцы и ближайших окрестностей, а у клана Юэ она определённо есть”

– Слушайте, а когда мы закончим наше заседание? – сделав неприятный акцент на последнее слово, протянула Джимин. Она когтями постучала по столу и скучающе вздохнула.

– Пожалуй, сейчас и закончим, – улыбнулся Син, встав из-за стола.

– Разговаривать с вами в основном будет мой отец, – сейчас они шли по коридору в следующий корпус особняка, а Син объяснял им тонкости этикета и предстоящей встречи, – Но если заговорит матушка – не смейте её прерывать, и внимательно слушайте.

– А что с твоей матушкой? – поинтересовалась Ланняо.

Син промолчал, чуть покраснев.

Она нахмурилась, и повернулась к Ронъю:

– Что с его матерью?

Красноволосый медленно, но невероятно хитро улыбнулся.

– Она страшная женщина и держит своего мужа в страхе вместе со всеми служащими клана.

– Ясно, – кивнула она, скривив лицо, – Тогда почему с нами будет беседовать… – Ланняо вспомнила имя главы клана, – Тэнкон?

– Она запугала его, но это не значит, что он глуп.

– У матушки очень острый слух! – внезапно воскликнул Син и все сразу замолкли, молча продолжая идти. Они миновали несколько поворотов, прошли по лестнице, множество длинных коридоров, садов и наконец они остановились перед воротами.

Син с заминкой постучал по дереву, а затем сказал им отойти на четыре шага. Они с некоторым замешательством, но сделали это – хорошо, что успели отойти от ворот, ведь огромная скорость их распахивания могла размазать их по стенке.

– Син, почему эти ворота чуть не уби… – решил возмутиться Иншу, но Син кивнул в сторону открывшейся комнаты, давая понять, что сейчас стоит хранить молчание. Они, выстроившись цепочкой, проследовали в покои. В них, как и в комнате, где проснулась Ланняо, присутствовали большие окна за деревянными узорами. Над столом висела одна большая люстра, по оценке Ланняо освещавшая всю комнату. И всё же, через окна света шло больше. Стены светло-голубые, сверху них свисали белые тюли, на колоннах у сбоку от дивана стояли канделябры, на полу – благовония, с чуть более резким и сладким запахом, нежели в комнате Ланняо.

Так как Син уже вошёл в поклон, Ланняо моментально сделала то же самое.

“Не хочется, чтобы его родители разозлились. Это ведь не абы кто, а сокрытая династия”

Они одновременно вышли из поклона, и тогда Ланняо наконец смогла взглянуть на двух самых влиятельных людей во всей Фанцы. Обычно клан Юэ никогда не показывался на публике или перед кем-то. Если и появляются, то носят маски и вуали, скрывающие лицо. Так и сейчас – лицо скрыто, хоть глаза и видно. Кто из них отец, а кто мать понять было легко. У первого прослеживались широкие плечи, высокий рост и …. Мать же была в шёлковых одеждах, затемнённых цветах клана. У обоих на головах стояли массивные короны с бриллиантами и сапфирами. Смотря на них, Ланняо подумала:

"Я могла бы много чего сделать с этими сапфирами… – она облизнула задрожавшие от предвкушения губы, – Например – попробовать съесть их. Могу предположить, что демоническая челюсть достаточно крепкая, да и желудок, наверное, сможет переварить"

Увидев многозначительный взгляд Иншу, который заметил её почти не сдержанное выражение лица, она взяла себя в руки.

“Не думать о таком. Надо сосредоточиться на задаче – получить карту”

– Здравствуй, Ланняо, – ровным тоном поздоровался с ней Тэнкон, – Мы рады видеть тебя очнувшейся и в добром здравии, – он встал перед столом, супруга равнодушно села на кресло у стены, – Несмотря на это, я бы хотел задать тебе пару вопросов.

– Слушаю, – кивнула Ланняо.

– Помнишь ли ты, как едва не сожгла человека в битве?

Она в недоумении сощурила глаза, но через мгновение вспомнила.

– Да, помню.

– Как ты это сделала? – задал следующий вопрос Тэнкон.

– Я н-не знаю… госп-подин, – хоть она и сопротивлялась, но из неё вывалились эти слова. Поборовшись ещё, она смогла сказать правду: – Н-не я контр-рол-лирую св-воё тел-ло в так-кие моменты.

– Странно. Тебя контролируют инстинкты?

Её наконец отпустили, и она смогла нормально ответить:

– Нет, – она помолчала, – У вас есть ещё вопросы?

– Да, есть. Но он не к тебе, а ко всем вам. Каково примерное время вашего отсутствия?

– Несколько месяцев, почтенный отец, – ответил Син, – Но могут возникнуть ещё месяца, если императорский ювелир даст задание. Могут дополнительные месяцы возникнуть также из-за проблем в пути.

Ответил Сину, ко всеобщему тихому удивлению не отец, а мать. Она спокойно взглянула на Сина и спросила:

– Вы же не собираетесь соваться в Шанву?

"Шанву? Запретный лес?"

– Нет, матушка, не будем.

Его голос дрожал, но он смог ответить. Ланняо украдкой взглянула на своих спутников.

"Судя по их виду, они врут, – незнакомая интуиция подсказала ей это, – Надо выяснить, что они запланировали. В Шанву я идти не собираюсь – меня либо пограничники прикончат, либо неизвестная чертовщина, обитающая там. Или туман. По слухам в том лесу и он может убить"

– Син, – из мыслей её вывел глубокий голос матери Сина, – Ты ведь не врёшь?

Он продрогнул и выдавил:

– Да, матушка. Я не вру. В Шанву мы не зайдём и пограничные стены пересекать не будем.

"Чувствую повторную ложь, – она нахмурилась, – Но как я это чувствую? У демонов есть и такие способности?"

– Думаю, весь план путешествия вы сможете обдумать в комнате с картой, – откашлявшись, продолжил Тэнкон, – Точнее, план уже обдуман, однако вам надо рассказать о нём Ланняо. Также я бы хотел представить тебе мою жену.

– Рада знакомству. Я Еван, мать клана Юэ. А теперь отправляйтесь и расскажите ей обо всём произошедшем. Син, ты остаёшься. Надо поговорить.

– Как прикажете, госпожа Еван, – поклонился Иншу и они цепочкой вышли из комнаты. Ворота захлопнулись, в коридоре стало темнее.

Ланняо повернулась ко всем.

– Мы собираемся идти в Шанву?

– Откуда ты знаешь?! – зашипел Иншу. Джимин смущённо отошла к Лиу.

– Мы всё можем объяснить, – вздохнул Ронъю и отодвинул Иншу, – Точнее, мы можем разобраться и без Хэ Лань с тем, о чём ты знаешь.

Сердцебиение участилось. Она, сжав зубы, спросила:

– Насколько много вы знаете об Айминь?

– Ланняо, при чём тут Айминь?

Иншу грубо оттолкнул Ронъю рукой и приблизился к Ланняо.

– Почему мы вообще здесь?! – его голос стал более резким, злым, – Почему демоны выжили, и ты одна из них? Эта задача изначально была для тебя, а не для нас! Это твоя мать, твои секреты и твоя проблема!

Она отвернулась, чтобы не видеть его лицо. Ланняо чувствовала себя отвратительно. Иншу перечислил все вопросы,что были у неё. Смысла в путешествии к Хэ Лань не было. Да, она её мать, но это недостаточная причина.

“Зачем я продолжаю это? Куда мне идти? Что делать… я демон, божество ветра хочет меня убить, а из Иньин я наверняка вылетела. В столицу возвращаться не вариант. Мне нужно место, где никто не сможет убить меня или побеспокоить. Туда никто не будет идти…” – она прерывисто выдохнула.

– Лиу, где Конбу?

– В конюшне неподалёку.

– Объясни хоть что-то! – вскрикнул Иншу, неотрывно смотря на неё.

Но ответом ему были удаляющиеся шаги Ланняо.

Она – тварь. Бездушное чудовище, бросающее единственных людей, – или не людей, оберегавших её. Даже Джимин, Син и Ронъю пытались сблизиться, у них получилась. У Иншу и Лиу тоже получилось. Сближались все, кроме Ланняо.

Может быть, она истинный демон?

Плавая в собственной отвратительности, она дошла до комнаты, – до конюшни не хватило сил. Ланняо, царапая стены вошла в ванную и остановилась над водой в ней. Её ноги трясло, а горло содрогалось. Ланняо больше не могла сдерживаться – рвота рухнула в воду.

Видимо, её теперь тошнит и от обычной еды. От себя тоже тошно.

“Надо отправиться в Шанву. Мне не страшен ни туман, ни что-либо ещё”

Она вышла из ванной, воткнула ядовитую шпильку в волосы, надела плащ, незаметно забрала Конбу.

Погладив её по чёрной гриве, Ланняо застыла на месте.

"Почему я просто в определённые моменты, связанные с моей демонической сущностью я не могу врать?"

Она застыла со стеклянными глазами. А ведь Ланняо знала, почему не могла. Но, не обратив внимания на самообман, она запрыгнула в седло и направилась в сторону выхода из Цитхиэ.

Глава 10

Три дня. Прошло три дня с тех пор, как она бросила всех ради себя самой. Думать об этом не хотелось, так что Ланняо перевела свои мысли в другое русло.

"Император вчера объявил о неистреблённости демонов. Он не упомянул откуда вообще взялось несколько демонов, но смог успокоить народ тем, что они действуют полностью под контролем государства. Как бы не так, я ведь сбежала”

Ланняо взяла куропатку, валяющуюся рядом и прокусила кожу. Достав когти, она одним движением руки вырезала перья на месте укуса. Она впилась выросшими клыками в кожу ещё раз и начала пить кровь. С того дня, как Ланняо сбежала из дома сокрытой династии она не могла есть обычную еду, ведь она просто вырывалась изо рта рвотой.

Ланняо засунула куропатку в мешок, повесила на Конбу и прыгнула на ту. Они постепенно приближались к Столичному Кругу.

“Столичный Круг – это огромная стена, окружающая столицу и ближайшие города, которая мешает мне выйти к республикам. А ведь ещё надо будет как-то обойти стражников на стене, ведь распознать во мне демона как раз плюнуть. Впрочем, мне далее предстоит лишь спуститься на юг, перейти республику Бао и вот он, Шанву”

Постепенно холодало, земли покрылись снегом, деревья полностью оголели. Через толстый слой сугробов Конбу стало тяжело идти, из-за чего они стали чаще делать остановки. Они стали чаще делать остановки не только из-за снега, но и из-за потребности Ланняо пить кровь, таким образом питаясь энергией. Кровь была лишь способом её получения. Также кровь могла быть на вкус разной. У птиц она солоноватая, чуть-чуть кислая, а у грызунов напоминает соевый соус (поэтому она предпочитала кровь зверей и птиц). А вот самым вкусным, что Ланняо успела попробовать – это кровь божества. То есть, Айминь. По её нынешним вкусовым оценкам, сейчас подобной Ланняо хватило бы на недели две вперёд. Хоть она и должна была сильно отравиться от подобного, божественная кровь всё равно ей не навредила.

В одной из встречных деревень Ланняо обменяла сапфир на блокнот для записей о пути и её жизни. Писала она довольно кратко, ведь в дороге всё сливалось в однообразную рутину. Несколько часов езды, остановка с охотой, ещё несколько часов езды и ночёвка. С людьми она в последний раз разговаривала, когда покупала блокнот, а потому её голос стал хриплым и грубоватым.

Быстро настал зимний вечер, сильно похолодало. Небо затянулось тучами, но закатнее красно-розовое солнце всё ещё просвечивало сквозь них, образовывая отсветы на коже Ланняо. Она подняла голову вверх, и, потянув за узду, решила:

"Пора бы остановиться на ночлег"

Вместе с этой мыслью ей на нос медленно упала пушистая снежинка. Ланняо опустила взгляд на нос, – впрочем его не стало видно. Хмыкнув, она поправила левой рукой плащ, завернула к ближайшей полянке, спрыгнула с Конбу и привязала её к дереву. Через непродолжительное количество времени был разожжён костёр. Тепло теперь для Ланняо стали крайне важными, ведь когда она начинает замерзать ей становится плохо.

Почему?

По наблюдениям в её блокноте, заимствованная (выпитая) кровь на холоде попросту начинает испаряться. У демонов почти нет своей, из-за чего и надо пить её у других существ.

"Хоть мы и пьём кровь, кожа всё равно будет оставаться белой, сколько не выпей, – вздохнула Ланняо, – Со стороны красоты это даже стандарт, но если смотреть на это по-обычному, подобная кожа выглядит очень болезненно и неестественно, – Ланняо тыкнула палкой в костёр и нахмурилась, – Надо будет купить тональник"

Она достала блокнот и пролистала до неиспользованной страницы. Правой рукой она нашла в сумке флягу для воды, – правда, не с водой, а с чернилами. Левой же Ланняо откопала кисточку и начала вырисовывать иероглифы: дата, примерное время. Затем написала напоминание о тональнике, однако в блокнот усердно просилась ещё одна мысль. Неясная и непонятная.

"Подумаю ещё. Вдруг вспомню, что хотела записать…"

Кисточку Ланняо отложила в сторону, на бревно, и закрыла глаза, опускаясь в водоворот мыслей. Первой протекла о её спутниках.

Из-за того, что она давно не ходила в какие-либо населённые пункты, информация и нахождение её бывших спутников для Ланняо было неизвестно.

“Интересно, где они сейчас и что делают, – она распахнула глаза и записала ещё одно напоминание себе, – Надо будет маму навестить после того, как заселюсь в Шанву”

Отчего-то у Ланняо появилась странная уверенность в том, что все твари, обитающие или нет в Шанву, существующие на самом деле или нет, примут её.

"Может быть, в Шанву обитают духи мёртвых людей. И когда туда приходят люди, они злятся, нападают на них, – Ланняо начала записывать интересную мысль в блокноте, предварительно обмакнув кисть, – Что за глупость"

Одним движением руки Ланняо перечеркнула иероглифы. Она фыркнула, закрыла блокнот.

"Лучше схожу на охоту, – её кровь болезненно пульсировала в венах, и Ланняо поморщилась, – А вот теперь точно надо"

Быстро взяв с собой мешок из сумки рядом с Конбу, Ланняо вышла на луг.

Нос защекотали ароматы кроликов, полёвок и белок. Ей не нужны были грызуны, она принюхалась ещё.

Фазан.

"То что надо" – облизнула губы Ланняо и медленно начала двигаться в сторону запаха. Сначала он вёл к кустам шиповника, но затем резко переместился к булыжнику. Видимо, фазан услышал её шаги.

Не успела она сделать ещё шаг, как повалилась на спину, держа левую руку. Кровь будто перешла из головы в конечности, к когтям, намекая Ланняо, что пора бы выпить ещё.

"К чёрту"

Когти на руках уже вытянулись. Зрачки стали ещё тоньше, чем обычно. Тело напружинилось, она прыгнула к фазану, приземлилась напротив него. Он мгновенно замахал крыльями, взлетел в воздух, но Ланняо успела зацепиться когтями за хвост. Правда, она чуть не оторвала его птице из-за мощи рук. Кроме того упала в снег. Фазан всё ещё бился в когтях Ланняо. Недолго думая, она воткнула указательный палец, – вернее, коготь, ему в горло, и тот перестал двигаться вовсе.

“Отлично, теперь можно перекусить”

Ланняо радостно вонзилась ему клыками в спину и в следующий момент поперхнулась перьями и пухом.

– Бе, – буркнула она, одним движением руки срезала всё, что ей мешало и с удовольствием сделала глоток птичьей крови.

“Вкуснятинка!”

Закончив пить кровь, Ланняо просто кинула фазана на землю, ни о чём не беспокоясь. Улики за неё уберут коршуны.

***

До Столичного Круга оставалось недолго. Если быть точнее, в чжанях ста от них.

– Конбу, спрячься, – хриплым голосом приказала она. Её лошадь мгновенно припала к земле, скрывшись за кустами рябины. Ланняо неприятно подпрыгнула в седле. Как сказать, “подпрыгнула”, – едва не упала.

– Конбу, осторожнее, – прошипев это, Ланняо встала с её спины и спряталась за ближайшим булыжником. Она выглянула из укрытия, чтобы тщательно осмотреть стену. Сверху стояло множество пушек и катапульт, стена низкая, но толстая и крепкая. Сверху, щурясь из-за жара факела, бродил одинокий стражник.

“Желательно сделать всё максимально тихо). Если не получится тихо – пусть хотя бы не узнают, что я демон”

Тихо у Ланняо получалось редко когда. К примеру, взять встречу наложниц в Императорском Дворе.

“Хотела сделать всё максимально осторожно, а Иншу оказался прав: я чуть-чуть сумасшедшая. Впрочем, что с того? Если уйду не тихо, то уйду… – с её губ сорвался смешок, – скажем, под фанфары”

Она натянула капюшон на себя, вышла из-за булыжника. Под чёрным, как ночное небо плащом, ночью её не было видно, но стоит прлиться капельке света, – она сразу заметна. Потому Ланняо очень старалась не выходить на свет,ходила осторожно, извилисто. Ничего не подозревающий стражник решил обернуться назад, услышав шорох её одежд. Обернувшись, он увидел лишь непроглядный мрак.

Ланняо тем временем уже подобралась к входу, из которого шёл свет. Внутри сидели другие стражники. Завидев её фигуру у входа, они дружно обернулись.

– Зачем припёрлись в такую темень?!

По голосу и красным лицам Ланняо сразу поняла, что стражники на данный момент выпили не один стакан алкоголя. Несмотря на это она невозмутимо прошла в центр и высыпала из руки горсть сапфиров.

– Пропускаем вот этого, парни! – засмеялся один из них, а через непродолжительное время все стражники налетели на драгоценные камни, желая забрать себе. Они толкались, обливали друг друга проклятиями, страшно ругались и даже дрались.

“Какие глупые”

По руке одного из них поползла синяя корка, стремительно утолщаясь и распространяясь.

Мгновение.

Другое.

И каждый из них превратился в сапфировую статую. Никто даже пискнуть не успел.

Ланняо хмыкнула, прошла мимо них к лестнице и поднялась на крышу, чтобы добить оставшегося стражника.

“Думаю, пять-шесть человек можно утащить с собой. Только не думаю, что на Конбу поместиться столько человек. Надо всё-таки утащить с собой как можно больше, мне их крови хватит на полтора недели. Остальных закопаю где-нибудь”

Она зыркнула в сторону стражника и после увиденного несколько раз моргнула, не веря своим глазам. Янтарные глаза, алые рога и острые узоры, смольные вороньи крылья, длинные волосы… всё это Ланняо узнала с первого раза. Она стянула капюшон и сделал шаг.

Правда, в следующее мгновение голод охватил её вновь.

“Не надо было так много использовать мою способность”

Ланняо одним прыжком достигла застывшего из-за магии Вуи стражника, схватила его когтями за живот и быстро побежала назад, таща его через плечо.

– Ты куда потащила мою добычу, дура?! – раздался сзади крик.

– Было твоё – стало моё! – обернувшись, зарычала она на Вую. Та злобно распахнула все две пары крыльев, из-за чего стала казаться в два раза больше.

– Верни мне мою добычу, я его первым поймала! Да и вся кровь на этом участке моя!

– Ага, конечно! – зашипела в ответ Ланняо. В её глазах высветились иероглифы, которых сама она не заметила. Вуя зыркнула на них и перевела взгляд на неё:

– Юэ Лянь, так тебя зовут?

“Моё демоническое имя – Юэ Лянь?”

– Да, я. А ты знала что я раньше тебя перебила всю добычу в “твоём” участке?

– Оборзела совсем! Ты хоть имей уважение, в нынешнее время чёрт поймаешь кого-то из людей! Сразу императруше сообщают, так ещё из-за тебя все стали такими осторожными!

Юэ Лянь фыркнула и насмешливо крикнула ей:

– Знаешь, сколько я таких птичек съела, падальщица? Вот несколько часов назад, например, я фазаном поужи…

– Да ты столько добычи даже не утащишь! – двойственным голосом заорала Вуя, став действительно в два раза больше. На щеках выросли перья, шипы на крыльях удлинились. Она взмахнула крыльями, взмыла в воздух и начала стремительно пикировать в сторону Юэ Лянь.

– Конбу! – взвыла она, спрыгивая со стены. Она оказалось за границей Столичного Круга.

Вуя тем временем уже настигла её и направила когтистую руку. Юэ Лянь застыла на месте.

"Она же тут всю кровь выпьет!" – думала Ланняо, сверля взглядом, Вую, что уже пила кровь у пойманного стражника. Перья на щеках пропали, когти стали пальцами, а хвост и крылья исчезли, остались лишь зелёные глаза с намёком на жёлтый.

– Ланняо, что ты тут делаешь? – склонила голову Хонсэ и через мгновение лихорадочно схватилась за неё, – О нет, я опять не выпила вовремя… – она рукой разрешила Юэ Лянь двигаться, и та, злобно зашипела:

– Ты меня убить пыталась, а сейчас "о нет" говоришь, ворона чёртова!

– А ты, видимо, перенапряглась и теперь тебе нужно очень много крови.

Юэ Лянь возмущённо зарычала, достала когти и бросилась на Хонсэ, но как только приблизилась, вновь ощутила неприятный паралич во всём теле.

– Сейчас принесу тебе человека, – улыбнулась Хонсэ Юэ Лянь и спустилась вниз по лестнице, и через непродолжительное время явилась с мёртвым человеком на плече. Она бросила его перед застывшей Юэ Лянь, махнула рукой, разрешив двигаться.

Юэ Лянь с голодными глазами впилась в кожу человека. Она проделала дыру в шее, оттуда хлынули фонтанчики крови, которые Ланняо тоже мгновенно высосала.

Наполнившись кровью до отказа, она мигом подобрела. Вместе с тем пришло ужасающее осознание того, что Ланняо натворила. Сев на колени, она схватилась за голову, глаз нервно подёргивался. Ланняо прямо-таки источала ауру отчаяния и уныния.

– Госпожа Хонсэ, извините за оскорбление, – потирая затылок, подняла голову она.

– Да ты тоже извини. Наверное, очень удивлена нашей встрече, верно?

Ланняо прошибло вторым пониманием.

– У вас всё хорошо с раной? В письме вы сказали, что демоническая регенерация не работает и рана в животе не заживает…

Хонсэ вздохнула, закатив глаза.

– Она зажила, не беспокойся… – на последнем слове она скорчилась от кашля, приложив руку ко рту.

– Мне кажется, она не зажила, – хмуро возразила Ланняо. Хонсэ хмыкнула и подняла верхнюю часть одежды. Её живот был абсолютно гладким, словно фарфоровый. Даже шрама Ланняо не обнаружила. Она кинула взгляд на ладонь Хонсэ и внимательно присмотрелась. Внизу растекалась лужица крови.

Ланняо подняла руку Хонсэ, за тем обратила внимание на её губы. Подняв взгляд на неё, Ланняо сделала вывод:

– У вас кашель с кровью.

– Я всё объясню чуть позже, – буркнула Хонсэ и встала вместе с Ланняо, – Скоро сюда придут стражники, надо уходить. Где твоя лошадь?

Сзади раздалось недовольное фырканье Конбу.

– Отлично. Погрузим на неё одного человека, ещё троих я смогу удержать на крыльях и себе. Ещё одного потащишь ты.

– А остальные?

– Оставим.

Ланняо склонила голову вбок.

– Как это оставим, нас же стражники догонят по следам! – возмутилась она.

Хонсэ, ухмылась и издала смешок, затем звонко рассмеялась.

– В месте, куда мы пойдём, стражники нас поймать не смогут, – наконец дала ответ Хонсэ, раскрывая крылья. Ланняо решила задать все вопросы, когда они сбегут отсюда.

В молчании они собрали людей, перешли через ворота, засов которых Ланняо запросто сломала. Убежать они смогли тихо, под шумок, пока стражники разбирались с происшествием.

В лесу они прошли около пяти ли, а дальше остановились на ночлег.

***

Костёр потрескивал, от него в стороны разлетались яркие искры. Жар приятно грел Ланняо лицо, снег таял вокруг костра. Скоро должно было наступить утро. Ланняо жуть как хотелось спать, несмотря на всю её демоническую силу. Это очень задевало её гордость, ведь чуть что использует способности – сразу в сон валит.

”Как раздражает. Вот бы я могла просто использовать свою способность и не валятся на полу спустя пару минут. Хотя… – она вздохнула, – Такой расклад в сто раз лучше чем становление убийцей, жаждущей крови. Нет, подождите, это же только от голода у меня такое, а нет от использования способности”

– Госпожа Хонсэ.

– Просто Хонсэ, – добавила она, продолжая смотреть в костёр.

– Куда мы идём? Почему сменили направление? У тебя есть вопросы ко мне по поводу того, что рядом со мной нет остальных, кого ты позвала? А откуда взялись неистреблённые демоны? Что это за чертовщина с Айминь? А что с…

Хонсэ обездвижила её рукой.

"Обидно вообще-то, – надулась Ланняо, – Могла бы двигаться, наорала бы на неё"

Хонсэ тем временем с безучастным выражением лица, – то есть, с лицом картошки, сидела напротив Ланняо, лишь один раз кинула на неё взгляд. Она скрестила руки на груди и наконец прервала напряжённую тишину:

– Так, давай по порядку задавай вопросы. Но не надейся на полные ответы, я тебя всему учить не буду.

Через мгновение Ланняо снова смогла двигаться, и сразу же злобно зашипела:

– Ещё раз меня заткнёшь и я тебя зарежу.

Сразу после этих слов она застыла.

"Точно зарежу эту пернатую"

– Ты что, опять проголодалась?

Ланняо снова смогла двигаться. На этот раз она поняла, что бесполезно спорить с Хонсэ, ведь та по щелчку пальца заткнёт тебя. Сморщившись, она всё же ответила на вопрос:

– Нет, я сытая, – хмыкнув, она достала человека рядом и начала пить кровь, надеясь, что та подействует как успокоительное.

– Значит, просто вредная.

Поперхнувшись кровью, Ланняо неловко упала с бревна. Она утёрла рукой кровь с шеи, отряхнулась, и села обратно. Сзади неё словно буря собралась, Ланняо была готова взорваться и наорать на Хонсэ. Синие глаза угрожающе блестели в темноте, а на лицо покрылось тенью.

В конце концов, она взяла себя в руки.

"Видимо, успокоительное в виде крови не помогло"

– Давай я просто отвечу на твои вопросы. Идём мы в лес Шанву, но судя по всему ты и без меня туда направлялась. Мы сменили направление, так как… – Хонсэ нахмурилась, – Нет, лучше пока не буду отвечать на этот вопрос. Вопросов нет, я могу понять, почему ты оставила остальных в Цитхиэ.

Ланняо болезненно закололи воспоминания о том злополучном дне.

– Насчёт вопросов и неистреблённых демонах, таких как Син, Ронъю, я, Джимин и ты. Конкретно у нас такое же происхождение, как и у других демонов, просто мы родились на территории Фанцы.

– Какие другие демоны? – спросила Ланняо, уже догадываясь.

– Другие демоны, – улыбнулась ей Хонсэ, – Я думаю, ты знаешь, что нас истребили.

– Как я поняла, – нет, не истребили, – вздохнула Ланняо.

– Да, нас не истребили полностью, ведь демонов к концу истребления осталось около двух десятков. Люди об их существовании не знали, так как выжившие додумались оставаться в тени и не лезть на рожон. Затем, после того как нас объявили истреблёнными, оставшиеся демоны бежали в Шанву, даже несмотря на его дикость. Они смогли основать деревню, которая с появлением новых демонов стала разрастаться и превратилась в город, по размеру не уступающий столице. Сейчас они тоже там проживают, хоть мы все и достаточно… хлопотные.

“Значит, всё триста лет демоны обитали в Шанву… – не сказать, что Ланняо удивила эта информация, – Как-то тогда неудобно получается. Не удивлюсь, если там заставят делать то же самое, что и у людей. Сидеть за какой-нибудь скучной работой… – Ланняо уже представила, как разбирает стопки бумаг за столом, – М-да уж, не хотелось бы…”

– А как называется их столица? – поинтересовалась Ланняо.

– У столицы название есть, хотя это больше прозвище, как и у любого другого населённого пункта. Кроме столицы особо больше населённых пунктов нет, демоны предпочитают жить поодиночке, но всё больше предпочитают селиться в столице, ведь жить одному в диком лесу и кочевать – удел дикарей.

Покачав пальцем, Ланняо решила не комментировать последнюю фразу. Остальную информацию о демонах можно будет выяснить и позже. Спать ложиться она тоже не собиралась – достаточно выпить крови, Ланняо ведь демон. Освободившись, она могла делать что захочет. Ей не страшна ни Императорская армия, ни что-либо вообще. Да, божества могут навредить Ланняо, но зло на неё держит только Айминь. Даже будучи божеством ветра, навряд ли она сможет найти Ланняо.

“Император считает, что демоны под контролем, а ещё знает то, что мы вовсе не( курсивом)( под контролем. Хотя, может быть Ронъю, Син, и Джимин до сих пор управляемы императором. Только вот я и Хонсэ абсолютно свободны”

– Ланняо.

– Что?

– Тебе не обязательно разжигать костры, ты владеешь огнём.

Ланняо посмотрела на свою руку, разлёгшись на бревне. Она вздохнула и фыркнула ей в ответ:

– Мне кажется, что я не могу.

Хонсэ подошла к ней и перехватила за кисть.

– А что тогда по твоему было в Цитхиэ?! – неожиданно громко, как снег на голову, крикнула ей в ухо она.

– Да не умею я управлять огнём, чего ты докопалась?! – злобно зашипела Ланняо. Не успела она ничего сделать, как Хонсэ впилась в неё когтями до крови. Она не обратила внимания на боль, отодвинула кисть от Хонсэ и царапины в мгновени ока мгновенно заменились чистой белёсой кожей. Ланняо повернула голову к Хонсэ и рыкнула, обнажив клыки:

– Что ты пытаешься сделать?

– Разозлить тебя. Ты должна быть в ярости, – хладнокровно последовал ответ.

– Куда ещё больше, ворона ощипанная? – она говорила всё громче и громче, – Я и так проделала достаточно большой путь. Работала Иньин, бросила Иншу, Лиу, Сина, Ронъю и Джимин, стала демоном…

В её глазах сверкнул испуг, изображать злобу становилось всё труднее. Подавленным голосом Ланняо еле выдавила из себя пять слов:

– Что ещё от меня хотят?..

Хонсэ улыбнулась ей, придвинулась и обняла.

“Тепло… – думала Ланняо, обхватив Хонсэ руками в ответ, – Она такая добрая… – улыбка на лице Ланняо заменилась клыкастой, лисьей ухмылкой Юэ Лянь, – Без понятия, что это означает и почему Вуя обнимает меня, но этим можно воспользоваться”

Отстранившись, Юэ Лянь спросила:

– Есть способ побыстрее добраться до Шанву? Неприятно добираться до этого леса пешком.

– Конечно есть. В этом нам поможет твоё синее пламя. Попробуй разжечь, – сказала Вуя и тронула когтем её ладонь. Юэ Лянь удивлённо моргнула, сжала руку в кулак и вновь раскрыла. Внутри что-то перевернулось, она замерла в ожидании, зная, что сейчас что-то произойдёт.

Один удар сердца.

Второй.

Третий.

Колышущиеся языки щекотали ей кончики пальцев, а белое нутро обдавало жаром ладонь. Огонь отражался в глазах, и постепенно пропадал, тонул в синеве. Она инстинктивно приказала ему переместиться выше, к небу. Пламя послушно взмыло вверх.

– Вот видишь, ты умеешь им управлять, – улыбнулась Хонсэ. Юэ Лянь посмотрела на свою когтистую руку. Она вдруг обвилась узорчатым дымом, но она недовольно стряхнула его.

– Мы злые духи, яогуай, – ухмыльнулась Вуя, – Так что ты полностью свободна. Можешь делать что пожелаешь, ведь ты в конце концов четвёртый пояс.

– Четвёртый пояс? Это что ещё? – подняла бровь Юэ Лянь. Вуя развернулась на бревне и хвостом начертила пять кругов на снегу.

– Пояса разделяют всё сущее, – начала объяснять она и начертила иероглифы над кругами, – В первом поясе находятся вещи. Во втором насекомые и животные. На третьем поясе находятся люди и слабые демоны, цзянши. На четвёртом более сильные демоны, яогуай, а также обычные божества с их прислужниками и их мифическими животноми. На пятом, последнем, располагаются высшие демоны и высшие божества. Они управляют всем светлым миром.

– Мы с тобой явно не третий и не пятый пояс, – хмыкнула Юэ Лянь, – Не дохнущие от солнца цзянши, но и не правящие миром.

– Верно, – удовлетворённо кивнула Вуя, – Относимся к четвёртому кругу. На нём больше всего демонов.

– Где прячутся демоны и божества?

– Ты не поняла до сих пор?

Юэ Лянь отрицательно помотала головой.

– Просто хотела подтвердить догадки.

"Значит, все бессмертные зарылись в Шанву…"

Постучав когтем по древесине, она устремила его на костёр. Он вмиг затух.

– Пора бы продвигаться дальше, – раздражённо бросила Юэ Лянь, запрыгивая на Конбу с парой трупов.

– Мы уже в республике Бао, находимся в одном шаге от Шанву.

Вуя раскрыла крылья и забралась на нижнюю ветвь дуба.

– Юэ Лянь, тебе не стоит забывать, что до Шанву ещё долго хотя бы из-за того, что ещё не настала тёплая погода. Нам надо пройти ещё десятки, сотни ли, чтобы зима сменилась летом.

– Буду иметь в виду.

Юэ Лянь, чуть помолчав, обернулась к Вуе и спросила:

– Ты будешь лететь?

– Ага. Иди дальше, я всё равно передвигаюсь быстрее тебя.

Юэ Лянь молча согласилась кивком и дёрнула Конбу за узду. Лошадь перепрыгнула бревно, обошла колючие кусты боярышника. Сквозь деревья пробивался лунный свет, проливающийся к ним с луга. Конбу и Юэ Лянь миновали границу леса. Трава под копытами мялась, пригибалась и шуршала.

Сзади раздался громкий хлопок крыльев – это Вуя начала лететь вслед за ней.

И так они двинулись дальше, к лесу Шанву.

Половина пути преодолена.

Глава 11 (часть первая)

Ночью за Юэ Лянь следовали хлопки и свист крыльев, ведь в тёмное время суток Вуя могла безопасно передвигаться по небу. Днём за Юэ Лянь следовал шорох деревьев, ведь днём Вуя не могла лететь по небу, становилась слишком заметной.

Настали вечерние сумерки, спустился туман. Это была пятая ночь путешествия с демоном-вороной Вуей, в котором она оказалась… как она здесь оказалась? Как всё так повернулось, и что было до?

Сзади громко хлопнули крылья, и Вуя камнем приземлилась на траву рядом с Юэ Лянь.

– Зачем спустилась? Ночь же, ты, наоборот, должна начать лететь, – не оборачиваясь, спросила она. Вуя шлёпнула её хвостом по спине, издала громкий кричащий звук и раскрыла крылья.

– Посмотри на горизонт, – зашипела демон-ворона, но Юэ Лянь лишь хихикнула, её вороньи повадки показались такими смешными.

– Посмотри на горизонт, говорю тебе! – во второй раз воскликнула Вуя, уже с ощутимой силой ударив её по голове. Поморщившись, Юэ Лянь потёрла макушку и кинула взгляд на линию горизонта луга. Впереди стояло множество тонких, ярко-зелёных прутьев с листвой, росшей только на самом верху. Юэ Лянь не поняла, что перед ней и в своём привычном неодумении склонила голову, округлила глаза.

“Никогда не видела таких… странных лесов”

– Что это за чудные деревья? – спросила она Вую. Она улыбнулась и звонко, заливисто рассмеялась.

– Бамбук, – через время ответила Вуя, – Из него делают много чего: лодки, пол и стены в домах, бумагу, шляпы и много другого. В республике Бао бамбук растёт везде, в отличие от зоны стлицы, где его вырубили почти полностью. Из-за обилия бамбука республика Бао одна из самых богатых, наравне с приморской Тайан. В здешних краях почти всё изготавливается из бамбука, ведь ничего другого особо и нет. Также мы утром дойдём до Гуанби, столицы республики.

Юэ Лянь слезла с Конбу, взяла человека сзади, отпила кровь и вздохнула.

– Вуя, это была последняя кровь в запасе. Нам бы на охоту сходить.

– Верно думаешь, – довольно кивнула Вуя, – Рядом со столицей как раз много заблудившихся в бамбуковом лесу людей. Тропы ещё не проложили, вот люди и блуждают. Из опасностей в лесу только стражники, ищущие потерявшихся.

Договорив, Вуя взяла Конбу за узду и отвела к ближайшему дереву.

– Привязать её здесь? Зачем? – недовольно хмыкнула Юэ Лянь, хотя на самом в последнее ей было интересно каждое действие вороны.

– Будет очень плохо, если кто-то из стражников заметит лошадь прямо у бамбукового леса, – доброжелательно ответила ей Вуя, угадав настощее настроение, – Они в любом случае поймут, что в лесу демон, и могут зарезать Конбу. Будет легко догадаться, что это наша лошадь. Обычный путник прошёл бы по бамбуковому лесу на лошади, а мы оставляем её, так как на своих двоих охотиться удобнее.

Юэ Лянь кивнула и погладила Конбу по голове.

***

Они стояли перед бамбуковым лесом. Юэ Лянь с интересом осматривала его взглядом, когда вошла туда вместе с Вуей. Картина для неё, как для жителя столицы, необычная. Деревья тонкие настолько, насколько возможно, а листья с ветвями начинают расти только у верха. Должно быть, летом это менее завораживающее зрелище, чем сейчас. Ведь бамбук был покрыт тонким, серебристым слоем инея, прямиком до макушки, а на ветвях зависло блестящее покрывало снега. Юэ Лянь когтем собрала чуть-чуть инея на, оставив борозду на зелёной облочке.

– Сколько лет этому лесу? Бамбук словно высоты деревьев в Шанву!

Вуя остановилась у бамбука, обхватила хвостами и начала карабкаться. Юэ Лянь с непонимающим видом смотрела на ворону, ожидая ответа.

– Думаю, не меньше десяти лет! – наконец крикнула она сверху, – И вообще-то рост местного бамбука – даже не половина деревьев, растущих в Шанву. Ты тоже взбирайся!

– Точно не сломается? – недоверчиво спросила Юэ Лянь, смеряя оценивающим взглядом бамбук, будто бойца.

– Не-а, сломается! – раздался нагло-уверенный крик сверху, последовал взмах крыльев и Вуя обвилась вокруг другого дерева, – А вот теперь можешь залезать.

“Да что с ней не так?!”

Юэ Лянь невольно подумала, что знает её слишком мало. Но ведь и всё время знакома одновременно…

"Такое ощущение, будто я родилась пять дней назад. Не помню ничего, что было раньше того, как мы с Вуей сидели у костра и разговаривали…"

Она ощутила на плече невесомое касание перьев. Юэ Лянь подняла голову. Вуя нависала с другого бамбука и встревоженно смотрела на неё.

– Всё хорошо? – нахмурившись, спросила она.

– Не обращай внимания, – лишь кинула ей в ответ Юэ Лянь и ухватилась когтями правой руки за зелёный ствол. По руке пробежало знакомое щекочущее чувство, вспыхнула лёгкая искра, и в следующее мгновение возник сапфир. Юэ Лянь крепко ухватилась за камень, поставила левую руку выше правой, подпрыгнула вверх. До того, как упасть, Юэ Лянь создала на бамбуке ещё два сапфира и таким образом быстро продвинулась до вершины.

Вуя тем временем лениво повисла на соседнем бамбуке. Тела было не видно за крыльями, зато Юэ Лянь могла разглядеть её узорчатое лицо, – да и волосы свисали вместе с весьма заметным красным кристаллом на лбу. Глаза были закрыты.

"Уснула, что ли?.." – догадалась она и вытянула руку, чтобы стукнуть когтем по узорчатому лбу Вуи. Только она приблизила руку к ней, Вуя встрепенулась, раскрыла глаза… и Юэ Лянь благополучно получила крылом в лицо. Она неловко перевесилась на другую сторону бамбука, тот жалобно заскрипел под ней, однако не сломался пополам.

Юэ Лянь, шипя, потёрла правой рукой нос. Она зыркнула на свой палец, полностью оказавшийся в крови.

– Отлично, ты мне ещё и нос расцарапала, – буркнула Юэ Лянь.

– Ты можешь в мгновение ока сделать так, чтобы от неё и следа не осталось. Скорость регенерации у тебя, конечно, чудо подобная.

Юэ Лянь поперхнулась от такого откровенного пренебрежения ею и её словами.

“И всё-таки Вуя права. Царапину можно в два счёта залечить”

Делая вид, будто ничего не произошло, – кажется, для Вуи действительно ничего не произошло, она перепрыгнула на другой бамбук и постепенно ускорила своё движение. Таким образом, передвигаться по кронам бамбукового леса действительно стало гораздо легче, хотя Вуя всё ещё была быстрее её из-за преимущества в виде множества гибких хвостов. Они плющом оплетали зелёные стволы и гладко, еда заметно, хватались за следующий. Крылья Вуи неизвестным Юэ Лянь образом исчезли, – ворона явно сделала это для лучшей маскировки. Юэ Лянь же могла похвастаться более неприметной демонической формой – быть точнее, она отсутствовала. Она выглядела как обычный человек, если не считать когтей, клыков и цвета кожи.

– Вуя, мы застанем людей врасплох, когда они будут идти по лесу? – уточнила Юэ Лянь, до скрежета зубов цепляясь рукой за следующий бамбук.

– Верно думаешь, – кивнула ей Вуя, – И, кстати, с этого дня я запрещаю тебе убивать людей для получения крови.

На что она лишь закатила глаза:

– Ты думаешь, что я буду тебя слуша…

– Но слушаться меня имеет смысл. Если ты будешь убивать для получения крови, станешь ничем не лучше обычного зверья.

Вуя резко остановилась и развернула голову к её лицу.

– Твоя демоническая версия словно болезнь, – янтарные глаза вспыхнули огнём, когда на них упал луч света, – Если тебя будет рвать от обычной еды, ешь её, если тебя будет одолевать безумие, сопротивляйся ему. Дашь слабину – станешь зверьём, заруби это себе на носу.

“Ясно…”

– Хорошо, буду иметь в виду, – прерывисто выдохнув, смогла выдавить Юэ Лянь. Вуя смерила её холодным взглядом, прыгнула на соседний бамбук и задержалась там. Она перевернулась головой вниз, плотно обхватив бамбук хвостами. Юэ Лянь не стала ничего спрашивать, страх ещё не отпустил. То, как могут смотреть те янтарные глаза.

“А ведь я иногда и сама не замечала, как у меня иногда появлялся схожий взгляд… может, демоны также обладают зловещей аурой?”

– Затаись, – шепнула ей Вуя и указала кончиком хвоста вниз.

Юэ Лянь поднялась выше в крону. Плотно вцепившись в бамбук когтями, она направила взгляд на землю. Среди пожухлых папоротников и кустов шёл человек. Он оглянулся по сторонам, повернул голову вверх, и последнее, что он увидел перед тем, как быть схваченным Вуей – это стремительное жало. Юэ Лянь нахмурилась и быстро спустилась вниз.

– Как ты собираешься выпить из него кровь, не убивая?

– Так ведь просто выпьем малую часть.

Вуя, не собираясь что-либо говорить далее, плотно впилась в кожу человека. Он, тем временем, мирно спал.

– У тебя есть жало с усыпляющим ядом?

Ответом было краткое “угу”. Она отстранила алые от крови губы от кожи и протянула Юэ Лянь руку с выступившей веной.

– Сделай не больше десяти глотков.

– Голодомор решила мне устроить? – улыбаясь, хмыкнула Юэ Лянь и впилась клыками в вену. Последовать указаниям Вуи она всё-таки решила, а потому совершила лишь пять глотков.

– Я полагала, что ты убьёшь его, выпив всю кровь. Либо сделаешь девять глотков, но ты…

Глубоким вздохом прервав её, Юэ Лянь холодно буркнула:

– Зверьём становиться я не хочу.

Она осторожно уложила человека на землю, прошлась когтем по щеке, оставляя красную черту. Юэ Лянь встала с земли и вдруг почувствовала выпуклость на боку пояса. Пальцами она нащупала её, в следующее мгновение молниеносными движением руки вынула складной меч.

– Точно, – Юэ Лянь хлопнула ладонью по лбу, – У меня же меч с собой есть. Можно сражаться им, а не когтями.

Вуя мягко улыбнулась ей, подобно лучу света. Она развернулась и двинулась дальше. Юэ Лянь спокойно следовала за ней. Позолоченный солнцем снег искрился алмазами, а бамбук стал напоминать изваяния, сделанные из хрусталя. Солнце стояло в зените, на небе не было ни тучи, стояла тёплая погода.

– Вуя, тут так ясно даже зимой.

Ей последовало объяснение:

– Конечно, мы ведь едва ли не на самом юге Фанцы. В Шанву сейчас и вовсе нет снега, будто лето. А ведь Гуанби, столицу республики Бао, называют “солнечной столицей”.

– Тебе не кажется, что мы заблудились?

– Это ты заблудилась. Я-то знаю, что мы направляемся в сторону Конбу. Надо её забрать, – Вуя помолчала, – Я тебе задам один вопрос?

– Хорошо, – кивнула Юэ Лянь, – Задавай.

– Ты помнишь что-то до того момента, как мы сидели у костра?

Юэ Лянь застыла на месте. Чувства – если быть точнее, их отсутствие, нахлынули на неё. Она ответила Вуе “нет” и продолжила идти дальше. Мысль о том, что было в её жизни до этого не давала покоя. Юэ Лянь лишь смутно припоминала стены какой-то лачуги, блестящие украшения в руке незнакомой ей женщины. И несколько человек, которые, казалось, от ярости и бессилия могли проделать в ней дыру даже обычным взглядом. Но всё это отразилось в ней пустотой. Ничего не было.

Ни радости, ни ярости, только зияющая тьма.

Вывел её из мыслей лишь сердитый окрик Вуи:

– Ты чего в облаках плаваешь?!

Конбу ткнула Юэ Лянь мордой в живот. Та погладила её, пристыженно посмотрела на Вую и запрыгнула на лошадь. Вуя, переглянувшись с Юэ Лянь, взмыла в небо несколькими взмахами смольных крыльев и вскоре показалась на вышке одного из деревьев неподалёку.

***

– Вот мы и прибыли, Юэ Лянь, – раздался шёпот Вуи над ухом.

Юэ Лянь восторженно окинула взглядом парадные ворота, вход в Гуанби. Вокруг сновали толпы путников и горожан, проезжали повозки с сеном, овощами или бочками.

“А ведь это лишь вход”

Рядом артистическая труппа танцевала в пёстрых одеяниях, а вокруг них столпился простой люд. Карета с, наверное, аристократами тоже остановилась, чтобы посмотреть, но через некоторое время отъехала.

Арка словно излучала величие и светлость города. Она белоснежная и гладкая, высотой не менее десяти чжаней, а сейчас, в ночи была гораздо величественнее: напоминала светящийся жемчуг в пучине океана. Изукрашена арка золотой традиционной лепниной, маркизами и фонарями.

Юэ Лянь и Вуя миновали арку и, наконец, оказались в городе на большой улице, вдоль которой стояли здания и множество лавок. Продавцы зазывали покупать, маленькие дети радовались. На улице проходу не было, однако Юэ Лянь это вовсе не раздражало. Напротив, вся её хмурость пропала из-за веселья, что царствовало на вокруг них.

– Вуя, тут какой-то праздник? – с улыбкой поинтересовалась Юэ Лянь. Глаза сияли двумя яркими сапфирами, она явно подхватила всеобщее веселье. Вуя тоже подхватила настроение, – хоть и более сдержанное.

– Забывчивая моя, сегодня праздник Фонарей Дня и Ночи.

Юэ Лянь смущённо почесала затылок.

– Подожди, но на нём же отгоняют злых духов, то есть демонов.

– Это нам не помешают. У меня, как и у тебя, есть восприимчивость к святости.

– Я помню, что у меня есть, но не знала, что и у тебя тоже.

– Хорошо, – улыбнулась Вуя, – Как ты наверняка вспомнила, на празднике Фонарей Дня и Ночи чертят иероглиф “князь” на лбу, он отпугивает демонов, – Обернувшись, Юэ Лянь увидела многочисленные иероглифы на лбах людей, – На самом деле, в нём нет ничего страшного для нас. Просто если сила почует злую магию, то вокруг человека появится защитный купол. Как правило, у нас злой магии полно, но она появляется, только если мы её призовём, либо будем пользоваться обычной со злыми намерениями.

– Значит, иероглиф защищает от злой магии, а не от демона?

– Верно. Чтобы слиться с народом, начертим-ка и у себя на лбу такое!

Юэ Лянь почувствовала недоброе, поморщилась и сделала шаг назад от улыбающейся Вуи, закрывая Конбу. В следующее мгновение Вуя кинулась на лошадь, молниеносно вынула из сумки кисть с чернильницей.

И вот, на лбу Юэ Лянь красовался иероглиф “князь”. Вуя с удовлетворённым выражением лица нарисовала у себя на лбу последнюю черту. Юэ Лянь думала, что серебряный цвет иероглифа, это какая-то занятная краска, но нет. Иероглиф на лбу Вуи волшебно засветился и стал светиться серебром.

– Так они ещё и светятся серебром? – выдохнула Юэ Лянь, трогая свой на лбу, который отчего-то оставался чёрным, обычного цвета.

– Когда у человека хорошее настроение.

– Намекаешь, что у меня плохое? – почти утвердила Юэ Лянь, рыча каждое слово.

– Не кипятись.

В глазах Вуи заиграли озорные огоньки, она кивнула на одну из лавок, держа в руке звонкую золотую монету. Юэ Лянь уже успела посмотреть, что на этой лавке продавалось: кунжутные шарики. Она ловко поймала монету и задала вопрос:

– Разве меня не стошнит от кунжутных шариков?

– Тебя защитишь ты, и поможет оберег. Вижу, он уже засветился, как и у всех.

Кивнув, Юэ Лянь быстро прикупила себе вкусность и вернулась к Вуе и Конбу. Ощущения в горле и животе образовались не самые приятные, но она заставила себя взять себя в руки и доесть, так как кунжутные шарики оказалась приятными на язык.

– Юэ Лянь, скоро начнётся представление, – обратилась к ней Вуя.

– Зачем мне его смотреть?

– За тем, что его вести будет Куэйсу, цзуннюй правящего республикой Бао рода.

– Всё равно не понимаю, – прищурилась Юэ Лянь.

– Если познакомишься с ней, то обретёшь невиданную мощь. Она Красная Птица. Один из четырёх легендарных зодиаков, правящих в Шанву. Правда, Белый Тигр, Чёрная Черепаха и Лазурный Дракон уже больше века правят, а она даже не начинала, поскольку юна, любит свой народ. Но скоро она должна будет уехать жить в Шанву, для неё всё давно приготовлено. Даже семь домов приготовились.

Юэ Лянь тяжело вздохнула, обрабатывая полученные сведения.

– Имеешь в виду, что нам надо втереться ей в доверие, чтобы заранее получить побольше власти в Шанву?

– Ты всё правильно поняла. Поэтому пойдём, нам надо спешить.

Держа одной рукой Конбу, другой следуя за Вуей, они бежали вслед за ней. Конбу недовольно фырчала, махала хвостом, а Юэ Лянь также недовольно хмыкала в мыслях:

“Нет, эта демоница меня точно за дуру держит… Без сомнений! А вот связи с принцессой рода Йэн не помешают точно, но я совершенно не представляю, как мы собираемся связаться с ней”

– Можешь хотя бы описать, какая она, эта цзуннюй Йэн Куэйсу? Не хочу увидеть типичную наивную аристократку, – пробиваясь с Конбу через огромные скопления людей, решила уточнить Юэ Лянь. Вуя уже отцепилась от её руки, но всё ещё была достаточно близко, чтобы слышать сквозь шум толпы, а потому быстро ответила на заданный вопрос:

– Она тебе такой и покажется, однако на самом деле Её Высочество злорадная, красноречивая, сама почует нашу демоническую сущность и захочет пообщаться. Ты ещё не знаешь, насколько у принцессы прекрасная чуйка на сотрудничество. И ещё, пора бы тебе напомнить, что жители столиц Фанцы привыкли хотя бы к маленькой магии, как сейчас на празднике. Они знают, что принцесса Куэйсу Красная Птица, но считают её хорошей Красной Птицей, хотя всё наоборот.

– Есть хорошие и плохие зодиаки?

– Быть точнее, жалкие божеские ангелочки и сильные демонические лидеры, – быстро произнесла Вуя, схватила Конбу за узду и кинула:

– Я пригоню её в ближайшую конюшню, а ты дай мне какой-нибудь знак, где находишься.

– Разве ты не можешь найти меня по… – Юэ Лянь прервала фразу, поскольку Вуя и Конбу уже скрылись толпе.

Она хотела спросить, не могла бы Вуя просто отыскать её, полагаясь на чутьё, а сейчас в этом не было смысла. Пожав плечами и вздохнув, Юэ Лянь направилась к обширной площади, вокруг которой столпились люди. Они громко кричали, взорвались бурными овациями и размахивали фонарями Ночи в руках. Праздник Фонарей Дня и Ночи для жителей всех народов он являлся главным событием: в этот день происходила смена года. Праздник разделялся на две части: ночную и дневную. В тёмное время суток шли проводы года, новый же наступал в половине дня. Фонари в празднике имели важную роль призывания к себе благословения божества. На фонаре люди писали имя божества, от которого хотели бы получить благословение на последующий год, а потом, на церемонии проводов запускали их в небо. При этом фонарей можно было запустить несколько, однако не более четырёх и с именами разных божеств.

Если говорить о вышеупомянутых, не сказать, что выбор был мал, ведь божеств существовало великое множество. Всех по именам не перечислить, но последние пятьсот лет, согласно летописям, главные роли держали лишь пять наиболее известных богов, не считая зодиаков. Назывались они Пятью Лучами. Правда, Вуя (она же и рассказала ей всё это), называла их Пятью Занозами. Все знания, сказанные далее, это то, что Юэ Лянь успела узнать от Вуи.

Первым, верховным богом, считается Дженъи, живущий с начала времён. Остальные четыре бога заняли свой пост пятьсот лет назад, ведь даже святые могут быть убиты, несмотря на обладание бессмертием, – так гласил верховный. Его помощник и ученик, один из Пяти “Заноз”, Джиши, являлся владыкой облаков и тумана, в какой-то степени погоды.

После Джиши шло двое братьев, которые почему-то являлись куда более незаметными для людей, нежели Дженъи и Джиши. Звали тех братьев Юн Кай Мин и Юн Лянсин. Первый – Бог Тепла, второй – Бог Холода. Как подметила Вуя, они весьма смелы: представили миру не только своё имя, но и фамилию. После него из всей пятёрки самым слабым является последний – Бог Земли Гуансэн. Прославился он легендой о том, как сдвинул скалу, которую не смог сдвинуть даже Верховный Дженъи.

По существу, они исполняли обязанности, исходящие не только от их названием. Например, Юн Лянсин, на втором месте по количеству верующих из-за славы лучшего божества богатства. Как правило, деньги и любую добродетель одолеть сумеют.

Юэ Лянь, хорошенько поразмыслив о божествах, вывела итог:

“Поклоняются хотя бы какому-то божеству все на светлом мире, да только вот демоны собою представляют тёмный мир”

Она обронила ленивый синий взгляд на площадь, однако видела лишь затылки и спины перед собой.

“Поищу место, откуда будет лучше видно”

Тем более, в таком количестве людей крайне тесно и душно, а демону Юэ Лянь не хотелось стоять и следить из толпы, как все остальные. Можно внести свой вклад в грядущее выступление Её Высочества. С такими мыслями Юэ Лянь протиснулась сквозь толпу скользнула в проулок между магазинами.

Как она успела заметить, сразу перед площадью расположен храм, шириной не менее сорока чжаней и высотой не менее семидесяти. Вдоль шла крепостная стена высотую с одну пятую храма. Также Юэ Лянь подметила, что сзади неё возвышались ещё строения. Вероятно, это усадьба какого-то дворянина, но скорей всего она принадлежит роду Йэн, учитывая факт присутствия здесь цзуннюй.

"Отлично, можно будет поговорить с ней и до начала церемонии"

Тем временем Юэ Лянь уже добралась до крепостной стены, взбиралась по стене. Там, где она сейчас находилась, уже закончилась территория площади и напротив стены стоял ряд домов.

Нога на выступ из сапфиров, когти на выступ из сапфиров. Стражники сверху быстро заметили её, поднялся шум.

– Ты кто? Зачем лезешь на стену? Не слезешь – стрелы полетят! – крикнул один из них, и когда Юэ Лянь продолжила невозмутимо взбираться, в неё со свистом перед ней блеснула стрела. Юэ Лянь со скоростью молнии поймала её, сжала когтем, и та разорвалась на щепки. Одним прыжком Юэ Лянь запрыгнула на стену. Стражники бросились на неё с мечами, а она в ответ вынула свой.

Из глубин сознания она помнила, что умеет если не хорошо сражаться мечом, то достаточно, чтобы превратить этих стражников в фарш. Остриё меча сверкнуло голубизной. В ответ на её смелый ход, стражники убрали луки и достали сабли.

– Кто ты? – прорычал, кажется, генерал. Эти глаза показались Юэ Лянь знакомыми. Зелёные словно трава. Сбоку стоял воин пониже, выглядевший на лет пятнадцать, правда, мало что было видно из-за шлема. Взгляды их показался ей знакомым, но таким злым, преисполненным чистой яростью.

Или ей это лишь кажется?

“Наверное, обычная воинская злость”

Не поняв, что происходит, Юэ Лянь засмеялась. Она схватилась за живот, из неё вырывались хриплые, страшные звуки.

“Смеюсь как сумасшедшая”

Даже зная, что Юэ Лянь сейчас слышат, и на неё наставлено оружия, она продолжала смеяться. С себя же смешно, смешно же и с воинов, которые могли даже не подозревать, что она может их убить, ни капли не пожалев.

– Генерал Цихао, судя по смеху это молодая девушка, – сказал воин поменьше.

Генерал обернулся к нему, чтобы сказать пару слов.

По лицу Юэ Лянь скользнула еле видная улыбка, она схватила Цихао за запястье. Он молниеносно приставил саблю к шее Юэ Лянь. Ей могли нанести сколько угодно ран, и они бы восстановились, но отруби голову демону – он умрёт. Несмотря на это, Юэ Лянь совершенно не испугалась. Её когти внезапно обросли сапфирами, образовав плотную оболочку. Она подняла руку, зарычав, оттолкнула саблю. Сзади в спину с отвратительными звуками воткнулось с десяток лезвий. Всё же, боль была не такой уж сильной.

– Почему она не умирает?! – ошеломлённо вскричал один из воинов, когда Юэ Лянь разорвала себе плоть, перепрыгнув через них. Рваные раны, со знакомой щекоткой зажили. На одежде образовались мелкие дыры. Ничего страшного, залатает. Её капюшон незаметно слетел, и сверлящий синий взгляд Юэ Лянь стал виден всем вокруг. Взгляд преисполненный… нет, не ненавистью. Там будто ничего не было, никаких чувств, лишь желание уничтожить угрозу.

Юэ Лянь достала мешок и кинула сапфиры наземь. Завидев их заманивающий, азартный блеск генерал отдал чёткий приказ:

– Отойдите от них, никому не подбирать и не трогать!

“А они поумнее"

– Будьте добры, постойте на месте, – насмешливо произнесла Юэ Лянь, и в тот же миг сапфиры разрослись по каменной поверхности, быстро захватили стражников. Они обратились статуями, но Юэ Лянь предусмотрительно оставила ноздри открытыми, чтобы те могли дышать и не умерли.

Поправив разорванный чёрный плащ, она побежала по стене к храму. Плащ летел за ней, словно ночное небо, – его цвет обеспечивал хорошую маскировку ночью.

Со стены, к слову, открывался потрясающий пейзаж Гуанби. На зданиях, даже в самых бедных улочках зажглись бесчисленные красные огоньки, – то были фонари. На каждом из них сейчас написано “Ночь”, а утром всё сменится на “День”. По озеру множество людей сплавлялась на лодках, впереди которых, на носу, висела полынь – ещё один оберег от злых духов. Озеро сейчас словно стало самим ночным небом. Упадёшь в него – утонешь в звёздах. Юэ Лянь среди всего величия столицы Гуанби и под небом казалась маленькой песчинкой в пустыне, каплей в море.

Она одним прыжком достигла края крыши храма. Пока что её не заметили, но скоро заметят. Когтем Юэ Лянь ухватилась за следующий уровень, подпрыгнула и в одно мгновение оказалась на верхушке. Далее она без раздумий упала вниз, на крышу коридора, выходящего на площадь. В тот момент, когда Юэ Лянь оказалась на крае крыши коридора, раздался гонг. Зажглись тысячи фонарей вокруг, толпа восторженно закричала. А затем её яростные эмоции сменились на недоумение, ведь те увидели чёрный силуэт на крыше.

– Я вижу, ты одна из нас… – внезапно прозвучал мягкий голос над ухом.

Улыбаясь в четыре клыка, Юэ Лянь весело вопросила:

– Кого вы имеете в виду, Выше Высочество Йэн?

Глава 11 (часть вторая)

– Артистов, кого же ещё.

Принцесса издала смешок и перепрыгнула через Юэ Лянь, сделав кувырок в полёте, чем поразила людей. Начала играть музыка. В правой руке при этом принцесса сжимала фонарь, как и у всех, с надписью “Ночь”, а в левой руке – веер. Свет первого озарил вид цзуннюй.

Древесно-коричневые волосы, утончённые черты лица и горделиво приподнятый веер, наполовину скрывавший улыбку, создавали ощущение весьма энергичной девушки. Несмотря на на вид, лицо скрыто яркой птичьей маской. Одеяния пёстрые, свойственные стилю их династии. Подол верхней одежды весь испещрён узорами с цветами камелии, этим же цветком заколота причёска принцессы.

Она тем временем сделала шаг вперёд и птицей спрыгнула вниз, на площадь. Юэ Лянь вслед за ней спустилась. Толпа успела позабыть о Юэ Лянь, что мелькнула на крыше недавно. Та затаилась за аркой коридора, дожидаясь подходящего момента.

Под музыкальные струи флейт, звучание пип, грохот барабанов и гонгов, цзуннюй двинулась вперёд. Она танцевала с веером и фонарём, что выглядело весьма сложно – управлять двумя предметами так, чтобы они не соприкасались, находились в гармонии. Цзуннюй в танце то извивалась, как змея, то медленно шагала птицей. Через время к ней присоединилась процессия из, судя по грозному виду, армии. Хоть они лишь сопровождали принцессу Йэн, всё же чётко следовали в ритме с её танцем и музыкой. Последняя иногда достигала весёлого пика, и часто спокойно вилась в воздухе, поэтому Юэ Лянь и определила музыку, как сложную. В момент "пиков" толпа едва ли не достигала своего апогея криков, шума, гама и размахиваний фонарями. Сейчас наступил именно такой момент, всё вокруг стало больше напоминать море красных фонарей, по которому иногда проносились волны восторга.

Юэ Лянь вздохнула и определила: пик толпы – самое лучшее мгновение, чтобы наделать шуму. К слову, зачем ей понадобилось привлекать к себе внимание? Причина скрылась глубоко.

“Я переверну с ног на голову весь светлый мир, ради того, чтобы вернуть себе память”

Ясное дело, что у Юэ Лянь была жизнь, и она её прекрасно знала.

До определённого момента.

Некоторое время назад память пропала. Да, Юэ Лянь помнила некоторые отрывки, но всё покрыто туманом, а личности, судя по всему, небольшого количества знакомых, полностью стёрты. От всего хорошего и плохого в смертельной схватке ума оставалась лишь невнятная пустота от воспоминаний. Последние без остатка стёрлись, а ощущения выжили. Но Юэ Лянь даже не помнила, чем они вызваны, их причины. Да никаких хороших чувств не оказалось на месте! Будто единственное, что Юэ Лянь могла делать – злиться, грустить, злорадствовать.

Одним словом, сходить с ума. Она пытается вырвать хотя бы малейший кусочек воспоминаний из жизни. Пытается и видит их в каждой вещи, в людях узнаёт людей из прошлого, но былых ощущений нет. Куда они делись? Что за наглая, ужасная магия, из-за которой у Юэ Лянь не осталось ничего?

Взять для примера генерала Цихао и молодого воина. Она похожи на загадочных людей из прошлого. Схватив за руку, Юэ Лянь наивно надеялась, что они станут вести себя так же, как и люди из прошлого, и эмоции с воспоминаниями вернуться.

Глупый, недальновидный поступок – хватать кого-то за руку. Сдаётся ей, даже у других демонов есть воспоминания и хорошие чувства, адже если притупленные. Юэ Лянь же их полностью лишена, однако это отсутствие, лютая ярость от него, придавала решимости вернуть себе всё, что у неё отобрали. Потом или до, – неважно, выяснить, почему у неё пропали воспоминания со светлыми чувствами. Если подобное зверство сделал кто-то, она сожжёт всю семью этой никчёмной твари дотла вместе со знакомыми, сотрёт упоминания, уничтожит душу.

С такими мыслями и улыбкой на лице Юэ Лянь запустила маленький огонёк на повеление ветра. Он незаметно пронёсся в воздухе и пропал в крепостной стене, медленно впитываясь в каждую щель.

– Господа!.. – обратилась Юэ Лянь к толпе, запрыгнув на крышу. Музыка продолжала идти, однако её голос с помощью демонических сил стал мощнее, сильнее и громче. Процессия принцессы сбилась, она сама обернулась к тёмному силуэту Юэ Лянь. Та стояла легко, а широкие рукава плаща витали в воздухе, словно крылья бабочки. Одно такое “крыло” Юэ Лянь прижала к груди, второе протянула к толпе, сверкнула синими глазами. В следующее мгновение от всей демонической, безумной души она объявила:

– Прошу любить и жаловать новую часть представления!

Часть стены позади неё в мгновение вспыхнула огнём. Юэ Лянь сделала его “ненастоящим”. Он горел весьма ярко, да только самой стене и толпе заинтерисованных людей ничего не сделает. Они, до этого мирно смотревшие представление проводов года, испуганно зашумели. Люди охали, переглядывались и кричали, пытаясь вызвать стражу, – ритуал нарушен.

“А ведь здесь у всего сакральное значение. Раз так, я могу придать этому значению более яркий и интересный оттенок. Точно сапфир в пламени, всё станет ярче”

Её Высочество нахмурилась и приложила два пальца к виску, едва ли не протыкая его от напряжения. Она вздохнула и направила хладнокровный взгляд к Юэ Лянь, что с упивающимся волнением выражением лица наблюдала за происходящим.

– Следуйте за мной, а как достигнете точки, отпустите фонари по моему приказу. Я всё улажу, положитесь на меня, – едва слышно сказала цзуннюй первому в шествии и, махнув веером, припустила бегом. Процессия сдержанно кивнула в удивлении её поступку, а музыка заиграла вновь, приближаясь к кульминации. Изумительно, как она могла перебить крики толпы, когда принцесса начала бежать по площади. Она со стремительностью молнии набрала скорость, туфли отбивали быстрый стук по камню. Пока цзуннюй бежала, её одежды удивительным образом перелились в ярко-оранжевое пламя и образовался так называемый “хвост” позади, чем Красная Птица вызвала всеобщий впечатлённый вздох.

Кто-то восклицал:

– Принцесса Йэн явит всем свою сущность Красной Птицы, ничего себе!

Кто-то воодушевлённо крикнул:

– Её Высочество держит всё под контролем!

Кто-то улыбнулся:

– Такая решительная, умная! Проводы в этом году запомнятся надолго. Стена пламени сзади – явно признак её зрелости, как Красной Пицы, а значит и республики Бао!

Цзуннюй остановилась на месте и взметнулась вверх – рукава обратились пламенными крыльями!

Юэ Лянь обратила на Красную Птицу удивлённый взгляд и почувствовала жар пламени, исходящий от неё. Та просверлила её взглядом и обнадёживающе промолвила:

Толпа тем временем едва ли не достигала своего предела. Все кричали, поднимали фонари вверх, ожидая, когда цзуннюй скажет решающее слово. Пока люди пребывали в напряжении, процессия принцессы спокойно маршировала к зданию. Им оставалось пройти не больше десяти чжаней.– Всё под контролем, – затем вкрадчиво прибавила, принюхавшись: – Юэ Лянь.

Люди становились вымотанными, а крики стали усталыми, хоть и всё такими же восторженными. Но процессия начала вставать по бокам от коридора храма, а ритм резко, через один удар барабана стал во много острее. Пальцы музыкантов двигались с бешеным ритмом, палочки или множество раз за секунду, а те, кто дул в флейты, изнемогал от напряжения.

Юэ Лянь стояла позади цзуннюй, что сейчас продолжила танцевать в буре пламени. Решив подсобить, она сделала своё синее пламя более высоким и большим, отчего люди раздались ещё большими криками. Вдруг Её Высочество остановила танец, вместе с музыкой, в коей сейчас присутствували лишь потоки звуков флейт.

– Дорогие жители республики Бао! – наконец обратилась к людям Красная Птица, – Этот год был спокойным, но завершился неожиданным финалом, как помните! Сейчас по всей Фанцы правители республик и сам император говорят речи, и в этом году честь выступать для республики Бао выпала мне. Я, Красная Птица, духовная повелительница южных земель и стихии огня, хочу попросить вас о нескольких вещах… – Она подняла красный фонарь вверх. Фонари людей сейчас были внизу, стало темно. Их свечения не было видно, и горел лишь один: в руке принцессы. Все затаились, ожидая окончательного слова.

– Давайте же поднимем фонари Ночи! – прозвучал громкий призыв, после которого сотни людей слились в океан мерцающих серебряных и красных огней, – Пусть они взлетят вверх, к небесам, наполнившись силой!

Не успела Юэ Лянь взять ближайший фонарь, на её засветился настолько ярко, насколько это возможно. Затем прошли серебряные нити до фонаря, и он взлетел вверх, питаясь энергией. Тоже самое произошло и с фонарём Куэйсу, и с тысячами других. Цзуннюй вернулась в свой человеческий облик.

Она сияла гордостью за свой народ и себя, а рука радостно махала веером. Принцесса ещё немного постояла под бурные овации толпы, а потом одним прыжком спустилась с крыши, войдя в коридор вместе с процессией.

"Шалость удалась"

Юэ Лянь с ухмылкой на лице пробежала к стене и затерялась в толпе. Огонь по её велению мгновенно потух, и на площади воцарился мрак, в котором её не было видно.

"План исполнен идеально. Мне удалось пропитать фонари тёмной, демонической энергией с помощью пламени. Это будет посыл божествам, они ведь явно с небес следят за фонарями"

Задумавшись, Юэ лянь врезалась в кого-то. Сверху на неё смотрела пара янтарных глаз, узкие зрачки которых были готовы пронзить её от ярости.

– Юэ Лянь, – угрожающе прозвучала Вуя, – Я просила тебя просто подать знак, а не устраивать…

– Но я же подала его, верно?

– Ладно, ладно… – медленно произнесла Вуя, растирая точку между бровей и шагая взад-вперёд, – Зачем ты тогда целых тридцать стражников в статуи превратила?!

Юэ Лянь невозмутимо возразила:

– Они мне мешали, – она наморщила нос, – Крови теперь хочется, так ещё и плащ порвали, холодно…

– Сколько мечей в тебя воткнули? – теперь обеспокоенно заговорила Вуя, – И как все раны зарастила?!

– Мечей точно больше десяти, а как восстановилась – без понятия, – пожала плечами Юэ Лянь, но почувствовала неожиданную волну жара сверху. Вуя посмотрела ей за спину и постучала когтем по плечу. Юэ Лянь обернулась назад и увидела знакомую фигуру, объятую пламенем, рукава-огненные крылья. Цзуннюй, вытянув одну ногу к поверхности, мягко приземлилась.

В тот же момент сзади неё оказались с двадцать уставших от бега стражников.

– Можете идти, я и сама справлюсь, – отдала приказ Куэйсу и охранники, замешкавшись, пошли назад, однако им сменились зеваки, желающие взглянуть на цзуннюй в виде Красной Птицы. Близко никто не решался подойти, – мало ли что может с человеком произойти, если дотронуться до божественного пламени. Если бы они знали, что пламя цзуннюй – демоническое, вообще разбегались бы в сторону.

– Господа горожане, чествуйте же прошедший год, да готовьтесь к наступающему. С вами заодно, – улыбаясь, сказала Куэйсу, постепенно приходя в человеческий облик. Она весьма опасно приблизилась к столпившимся жителям. Расстояние между ними теперь было меньше чжаня, а огненный хвост принцессы всё ещё вился за ней по земле, отчего весь снег рядом с ней таял.

– Что вы, Ваше Высочество, не стоит… – пролепетал один из жителей. Куэйсу окончательно приняла человеческий облик, понимая, что в таком виде от неё исходит слишком много устрашающей демонической (для людей – божественной) Ци. Хотя, разницы особой Юэ Лянь не заметила между двумя Ци. Божественная заставляет обычных людей испытывать благоговейное изумление, а демоническая – почти тоже самое, но смертные больше будут в ужасе, чем благоговейно изумлены. Они застынут на месте от ужаса, иначе в чём польза такой Ци, если кровь сразу убежит?

Юэ Лянь и Вуя тем временем стояли в стороне. Последняя накинула капюшон на себя и спрятала вороньи когти в рукава и жестом головы сказала Юэ Лянь сделать тоже самое, накинула уцелевший капюшон и пока они отходили в тень домов, Юэ Лянь подняла свою руку к лицу.

“Интересно, можно ли как-то скрыть эти когти. Они ведь даже отдалённо не похожи на человеческие ногти. Толстые, острые, другого цвета…”

Она спрятала руку в плащ, когда оказалась в проулке между стенами домов. Здесь фонарей никто не повешал, стояла кромешная тьма, но Юэ Лянь зажгла огонёк над плечом, поэтому хотя бы ближайший чжань был освещён.

– Вуя, почему мы ушли сюда? Разве Куэйсу не к нам пришла?

– Я здесь, – раздался голос рядом, от чего Юэ Лянь испуганно подпрыгнула. Вуя повернулась к Куэйсу и прерывисто выдохнула:

– Не пугай нас так, пожалуйста…

На что цзуннюй сказала:

– Постараюсь больше так не делать. Теперь давайте к делу. Зачем вы вышли из Шанву? Я-то чувствую ваш запах, демоны! – она принюхалась по собачьи, – Четвёртый круг, Вуя и Юэ Лянь, верно?

Вуя сдержанно кивнула, а Юэ Лянь ядовито прошипела, обнажив клыки:

– Красная птица, верно? И не приказывай мне, ты “Её Высочество” только у людей.

– А тебе лучше не забывать, что я демонический зодиак, так что у меня есть все права приказывать тебе, – с холодом ответила Куэйсу.

– Ты ещё не вступила в обязанности.

– Довольно вам! – рявкнула Вуя, поставив точку в перепалке.

Куэйсу и Юэ Лянь мгновенно замолкли. Последней не особо нравилось властное поведение и Куэйсу, и Вуи, но что поделаешь? Ей, если по правде, и года нет. От опыта, что был до потери памяти, остались только навыки. Откуда у Юэ Лянь эти навыки, она, конечно, не знала.

– Ладно, – вздохнула Куэйсу, – Так, как оказались здесь? Или вы из тех, что шавки императора? – Куэйсу прищурилась к Вуе, будто рассматривала что-то знакомое в ней. Та в ответ смерила её янтарным взглядом. Принцесса дёрнулась и, испуганно распахнув глаза, застыла, словно изваяние.

– Т-ты, ты… но ты не можешь быть ею, н-нет, это не она… – залепетала Куэйсу.

“Что за околесицу она несёт?” – непонимающе думала Юэ Лянь, смотря то на ворону, то на принцессу. Та вскрикнула, наконец пересилив свой страх:

– Ты ведь!..

– Мертва? – договорила за неё Вуя, – Можно сказать, верно.

Юэ Лянь шагнула вперёд.

– Что всё это значит, Вуя? Как это, “мертва”?

– Не притворяйся, что не знаешь! – вновь заговорила Куэйсу, – Ты в реестре тех, кто не может после смерти обратиться демоном или попасть на небеса! Как обошла печать Консю?! Эту печать ведь вместе наложили все высшие божества и их зодиаки…

– Да-да, я, – вновь прервала её Вуя, – Не распространяйся об этой тайне, любезно тебя прошу.

Слово “любезно” прозвучало из уст Вуи так, будто если они хоть заикнуться о её тайне, то она их убьёт. Да и, когда Юэ Лянь начала обдумывать полученную информацию, она сделала вывод.

“Судя по всему, ворона имеет весьма смутное прошлое. И не думаю, что мне стоит лезть в это дело”

– Уже рассвет, – заметила Юэ Лянь, чтобы отойти от неприятной темы.

– И вправду, – нервным голосом одобрила Куэйсу, – Давайте выйдем отсюда, погуляем по Гуанби до полудня.

С пугающей радостью в голосе, Вуя тоже поддержала идею:

– Согласна.

Когда они вышли из переулка, ворона хихикнула:

– Чур я буду рисовать иероглифы “День” на фонарях!

Юэ Лянь быстро охладила её пыл, дёрнув за рукав Вую.

– Сейчас стало светло, в нас легко узнать демонов.

Куэйсу приложила руку ко рту и активно замахала веером.

– Действительно… Где бы добыть для вас пудру с достаточно тёмным цветом кожи, чтобы вы походили на простолюдинок. А вот как скрыть цвет глаз Вуи, я не знаю… да и у тебя, Юэ Лянь, глаза яркие. Как сапфиры. И зрачки у вас обоих слишком тонкие для человека.

Она вдруг хлопнула в ладоши, осенённая идеей.

– Может, вы наденете маски, как я?

– Хороший способ. Кстати, а ты почему носишь её?

– Почему я?.. – она звонко рассмеялась и оттянула край маски вбок. Юэ Лянь заинтересованно посмотрела на открытую щёку вместе с Вуей. Там, на коже, находился тонкий узор.

– Ах, да. Ты же демоническая Красная Птица. Так и ходишь всё время?

– Ага. Только родители знают о том, что я демон и только в их присутствии я снимаю маску, – Куэйсу прекратила махать веером, – Так, давайте я быстро схожу за масками для вас и переоденусь, чтобы меня не узнали.

Она развернулась на месте и рукава превратились в пламя. Люди вокруг неё охнули, когда Куэйсу одним всполохом огня запрыгнула на крышу ближайшего дома. Лишь мелькнул алый шлейф-хвост, цзуннюй скрылась и показалась мелким огоньком в пейзаже солнечной столицы на рассвете.

– Как Куэйсу это сделала?

– Способности Красной Птицы, – последовал ответ от Вуи, – Пришла в Шанву или нет, села на трон или нет, она всё равно Красная Птица и демоны обязаны ей подчиняться.

– Тогда почему ты ей не повинуешься?

– Поверь, если меня узнает любой из зодиаков, полная луна или Верховный Совет, они не рискнут мне приказывать, – она вдруг расплылась в злорадной улыбке, – не говоря уже о моей покорности им! Просто смешно!

Вуя рассмеялась, а под конец издала негромкий вороний крик.

– Так, кто ты? – помявшись, неловко спросила Юэ Лянь.

– В Шанву уважаемая личность, на небесах – опаснейший дух, а в людском мире – злодейка мифов, легенд и спектаклей уже как… – она склонила голову и приложила указательный палец к виску, – Десятков тридцать лет.

– Ты ещё упоминала, что мертва, а Куэйсу говорила, что вырвалась из-под какой-то печати Консю.

– Слушай, давай я тебе расскажу всё это после праздника? Кажется, мы немного задержимся в Гуанби. Хорошо бы найти приличный постоялый двор.

– Можете переночевать в поместье.

Юэ Лянь вздрогнула всем телом, когда перед ней и Вуей появилась Красная Птица.

– Я тебя просила не пугать нас, и что в итоге? – сердито выпалила Вуя.

– Извини. Вот маски.

Вуя четырьмя когтями поймала брошенные маски, даже не моргнув. Одну, в виде лисы, Вуя кинула Юэ Лянь. Она повертела её в руках и надела.

“Эта маска мне что-то напоминает. Может быть, у меня имелась похожая?”

– Но как мы скроем глаза? – задала вопрос Юэ Лянь, касаясь грани рядом с ним.

– Просто капюшон наденем. И тебе нужен плащ новый.

Куэйсу ждала их, стоя в стороне. Юэ Лянь заметила, что на ней теперь более скромная одежда, и она не очень выделялась от остальных. Тем не менее, распознать в ней принцессу Йэн было достаточно легко. Стоит взглянуть на глаза, заметить искры, иногда летящие от неё и всё становится понятно.

– Вы закончили? Тогда летим в замок! – весело спросила Куэйсу, и не успели они с Вуей ответить, принцесса схватила каждую за кисть, взмывая в воздух. Рукава снова обратились пламенными крыльями, и Юэ Лянь почувствовала, как ноги отрываются от земли.

“Что эта птица вообще творит?!” – внутренне закричала она, со страхом смотря вниз. Юэ Лянь повернула лицо к Вуе и схватилась за её рукав. У вороны выражение было совершенно обычным, спокойным. Юэ Лянь подняла голову на Куэйсу. Та не заметила взгляда, лишь продолжила лететь.

– Почему я боюсь, а вы такие спокойные?! – вскрикнула Юэ Лянь, будучи более в ярости, чем в ужасе.

– Я демон-ворона, и находиться в полёте мне привычно, – откликнулась Вуя, – В Шанву тебе придётся привыкнуть летать.

Юэ Лянь хотела спросить, почему, но вскрикнула от неожиданности – Вуя выросшим хвостом оторвала её от руки Куэйсу.

“У меня, в отличие от этих сумасшедших, крыльев нет!”

Она оказалась в свободном падении. Ноги беспомощно вытянулись, будто ища, на что встать, а руки хотели вновь схватиться за одежды Вуи, однако и те и другие обнаруживали лишь воздух. Он забивался в капюшон, подол и рукава разорванного плаща, ворошил пряди волос и заставлял Юэ Лянь жмуриться.

Вуя тем временем наполовину раскрыла все две пары своих смольно-чёрных крыльев. Юэ Лянь с каждым ударом сердца становилась всё ближе к поверхности, а улицы, люди и дома становились всё больше. Она не понимала, что происходит, зато совершенно точно была уверена, что позже очень сильно поколотит Вую. Та неожиданно оказалась рядом.

– Каждый демон владеет хотя бы одним искусством воздуха! Просто сосредоточься! – крикнула ей ворона.

Юэ Лянь удивлённо посмотрела на неё, но секунда мешканья стоила ей болезненного подзатыльника крылом. Она, слушаясь ворону, глубоко вдохнула, закрыла глаза. По венам прокатилась сила, Юэ Лянь инстинктивно сделала несколько шагов вперёд, а открыв глаза, обнаружила, что стоит на облаке чёрного тумана. Она осторожно сделала следующий шаг. Туман послушно появился под ней дорожкой, и от ноги задымился, как кипячёная вода.

– О-о-о, Небесная поступь, – раздался голос Куэйсу рядом. Она свободна парила в воздухе, опустив руки-крылья вниз. Юэ Лянь обернулась к принцессе, не понимая, что она имела в виду под “небесной поступью”. Рядом камнем приземлилась Вуя.

– Угу, ясно. Определённо небесная поступь.

– Объясните уже.

– Хорошо, – последовал спокойный отклик Вуи, – Все демоны выше третьего пояса могут научиться искусству воздуха. Искусство воздуха – это десять известных способов находиться в полёте. Эти способы ещё называют Цин. Не всем им возможно обучиться. Допустим, у тебя нет крыльев. Обычно у тех, у кого есть, этот Цин, Тьма перьев, и выбирают его, так как уже обучены. А вот тебе, Юэ Лянь, не повезло. Твой демонический облик не внушителен, я бы сказала… – она замолчала, поймав пронизывающий взгляд Юэ Лянь, – В общем, ты, полагаю, поняла. Кстати, Небесная поступь достаточно трудная Цин. Впрочем, сложно представить тебя с другой Цин.

– И всё же, Небесная поступь не только самая сложная, но и самая неудобная Цин, – подключилась Куэйсу, махая веером, – С помощью Тьмы перьев гораздо легче развить скорость, а тебе придётся бегать.

Юэ Лянь взглянула на туман под ней и подставила ладонь чёрному туману, что послушно обвился вокруг руки.

“Значит, самая сложная и в то же время наиболее бесполезная Цин – это Небесная поступь? Но ведь этот туман подчиняется мне, не только помогает ходить среди небес. И название слишком божественное, чтобы его придумали демоны”

– Ладно, пойдёмте уже в поместье, – вздохнула Юэ Лянь, делая шаг вперёд, но Куэйсу внезапно произнесла:

– Мы прямо над ним.

Она снова взяла Вую и Юэ Лянь за руки, утягивая за собой вниз.

– Куэйсу, мы могли просто спокойно спуститься, а не падать! – воскликнула Вуя. Две пары её крыльев с одной стороны плотно обнимали Юэ Лянь и Куэйсу, а две другие пары чуть сложились, образовывая плотный полукруг перьев вокруг них.

– Но ведь так веселее! – ответила вороне принцесса. Она приподняла маску рукой, а затем и вовсе убрала за пазуху. Узоры стали видны. Юэ Лянь чуть посмотрела на них, и позже сказала, нахмурившись:

– У меня вот ощущение, словно мы сейчас в лепёшку расшибёмся. И, Вуя, пожалуйста, убери свои крылья, мне твои перья в лицо лезут.

– Ладно, раз уж тебе так страшно…

Куэйсу закрыла глаза и они вдруг замедлились в падении, почти застыли на месте. Это случилось резко, – Юэ Лянь словно прилетел подзатыльник. Она зажмурилась от боли в шее, потёрла её, и обратила взгляд наверх. Предстало обычное утреннее небо в котором она ничего особого не увидела. Юэ Лянь подумала:

“Сейчас должно было появиться одно из хороших чувств. Вроде бы, восторг и изумление. Жаль, у меня этого ощущения нет. Интересно, почему жаль? Что вообще означает восторг? Кажись, я забыла, ха-ха”

Куэйсу тем временем как раз таки и испытывала восторг. Глаза сияли, она широко улыбалась. У Вуи же не отбирали хорошую часть чувств, но она отчего-то выглядела точно также, как и Юэ Лянь.

“Что это?”

Юэ Лянь обратила внимание на тыльную сторону ладони. Медленно на ней возник зелёный узор с четырьмя иероглифами, означающими “корень зла”. Вуя заметила его появление на руке и с лютой ненавистью в глазах глубоко поцарапала узор и иероглифы когтями. Узор пропал, а рана в один миг затянулась. Из уст вороны вдруг вырвались слова, которые Юэ Лянь смогла услышать лишь один раз, и могла точно сказать: Вуя, вероятно, не с четвёртого пояса. Она сказала:

– “Корень зла”? Они меня нарекли таковой, но если я была в их рядах, почему же их не свергли в низы и не убили?!

Глава 12

“Совсем эта ворона спятила? Ах, точно, Вуя же моя наставница теперь”– Ладно, давайте спускаться, – прервала Куэйсу мысли Юэ Лянь, – Мы задерживаемся. Она кивнула и приняла вертикальное положение. Под ногами Юэ Лянь разросся чёрный туман. Нога осторожно ступила вниз, и дым дорожкой поплыл дальше. Куэйсу же и Вуя начали планировать к роще деревьев, окружённой зданиями. Впереди строений был виден храм и крепостная стена, по которой ранее взбиралась Юэ Лянь. Она смело, доверившись Небесной поступи, бежала вниз. Ноги сменялись быстро, и настолько, что стали часто запинаться друг о друга. Юэ Лянь ойкнула, когда в очередной раз оступилась, но туман внезапно пропал, и она мешком упала вниз. Под ладонью Юэ Лянь нащупала мягкую траву и села, морщась от боли в коленях. "Хорошо, что ничего не сломала… и была близко к земле…” – вздохнула она и дотронулась до ноги и нахмурилась, не почувствовав касания" – Юэ Лянь, у тебя обморожение, – хмуро сказала внезапно появившееся Вуя и ткнула когтем в потемневшую кожу, – Ты сейчас даже ходить не сможешь! В её голосе сквозило очевидное недовольство. Крыльев она уже спрятала, кроме слишком ярких, светящихся глаз и бледной кожи, ничего демонического не присутствовало. И хорошо. Сзади послышались шаги множества людей. Через непродолжительное время над ними склонились около десяти стражников. Они с явным недоверием пристально вглядывались в Вую и Юэ Лянь, и не только потому, что они непрошенные гости в поместье. – Подозрительно эти барышни выглядят. Кто-нибудь, сходите за Её Высочеством принцессой или за Его Величеством. “Куэйсу должна быть где-то рядом” Так и оказалось. Сверху камнем приземлилась Красная Птица, отчего стражники шарахнулись в стороны. Куэйсу подошла к Вуе и Юэ Лянь, загораживая их. – Господа, не тревожьтесь и примите их как гостей поместья, – она указала веером на макушку Юэ Лянь, – Эту девушку понесёте, она не может ходить из-за обморожения. Юэ Лянь сжала зубы, – её гордость задели, но она в то же время понимала, что помощь необходима. Не стоило Юэ Лянь так думать. Стражники застыли напротив них и не могли двинуться с места. – Ваше Высочество, почему они ничего не делают? – спросила Вуя, а Юэ Лянь медленно встала на одну ногу. Она боли не почувствовала, зато отчётливо ощутила, как тёплые струи крови из её лопнувших вен стекают вниз, когда Юэ Лянь встаёт на вторую ногу. – Зачем ты встала? – прошипела ей ворона, подняв губу. Стали видны ряды острых клыков. Куэйсу, спасая ситуацию, произнесла: – Выполняйте приказ. Стражники, наконец, сдвинулись и один из них грубо закинул Юэ Лянь на плечо, как мешок с рисом. "Что-то мне подсказывает, меня так уже когда-то таскали” Вуя и Куэйсу шли рядом. Процессия проходила по аккуратной тропе из камней и песка, вокруг стояли причудливо расположенные булыжники и множество нависающих деревьев, среди которых встречался невысокий бамбук. Процессия подошла к большим воротам. Часовой, увидев Куэйсу и стражников, сразу спустился вниз, и открылся путь дальше. Они прошествовали внутрь ещё одного двора, где располагалось поместье. – Отведите их в комнаты для гостей, пусть отдохнут, а девушке, которую несут, сперва обработайте обморожение и ходить не разрешайте, – приказала Куэйсу подбежавшим слугам, – Обращайтесь с ними хорошо. Юэ Лянь скорчила рожу. “Кровь хочу!.. или кунжутные шарики. Но Вуя всё равно впихнёт в меня другую человеческую еду…” Стражник, нёсший Юэ Лянь на себе, вошёл в арку поместья вместе со слугами и Куэйсу. Внутри поместья из окон меж узоров в помещение лился утренний свет. Как и на улице, фонари висели повсюду. Их вывели к комнате с аркой, украшенной золотой лепниной. Вуя повернулась к Куэйсу: – Это моя временная комната, Ваше Высочество? – Да. Можешь пока делать что хочешь, я приду на ваш общий завтрак, – кивнула Куэйсу, – Желательно помойся, тебе принесут сменную одежду. – Как пожелаешь, – сказала Вуя без какого-либо почтения в голосе, пожала плечами и проследовала в комнату. – Здесь я тебя покину, – развернувшись к Юэ Лянь, сказала Куэйсу. – Ваше Высочество, как обращаться к этим двум барышням? – спросила одна из слуг, низко поклонившись. – Девушку, что не может ходить, зовут Юэ Лянь, а другую – Вуя, – не оборачиваясь, откликнулась Куэйсу, и вскоре стук туфель стих. Слуги откланялись и отправились по своим делам, а стражник продолжил идти вперёд по коридору. Они вышли из поместья в маленький двор, ограждённый стенами. Здесь не было сада, но сильно пахло лекарственными травами. Юэ Лянь сцепила зубы и задёргалась на плече стражника, желая выбраться. “Мне из лечения сейчас понадобиться лишь чутка крови и тепла, последнее я могу и сама устроить” Она подняла свою руку к руке стражника, держащей её, с силой рванула вниз и гибко приземлилась в чжане от стражника. Вены на ногах окончательно перестали выдерживать нагрузку, и по икрам вновь хлынула горячая кровь. – Извините, я могу сама идти, – холодно сказала Юэ Лянь и вошла в дом. Ничего не подозревающий лекарь растирал травы в миске, но, увидев капли крови на пороге и саму Юэ Лянь, застыл на месте, вскрикнул. В дом вбежал стражник, сразу начал объясняться: – Эта девушка сама вырвалась и пошла к вам, нарушив приказ, и я несу за это ответственность, ведь охранял её! Юэ Лянь хотела сделать шаг к лекарю, но вдруг свалилась на пол, разбрасывая по полу вещи. Она беспомощно пыталась двигать ногой, которая усердно делать вообще что-либо. “Не пошевелить” – Я оставлю её вам, лекарь, – сказал стражник, поклонился и быстрее молнии вышел из дома. Лекарь вздохнул, успокаиваясь. Дрожащей рукой он взял бинты с полки и жестом сказал Юэ Лянь сесть на тумбу. Она неуклюже сползла на неё, используя руки. Лекарь поставил под её ноги таз с горячей водой и стянул туфли. Ноги безвольно повисли в тёплой воде, и Юэ Лянь наконец смогла двигать ими и чувствовать. Затем ей перевязали всё бинтами. Лекарь сходил за стражником, велел проводить её в гостиную комнату, ведь Юэ Лянь уже могла ходить. – Разрешите идти, – произнёс стражник перед открытой круглой дверью. Она с грохотом захлопнулась позади Юэ Лянь. Туфли она сразу же сняла и принюхалась, чуя зажжённые благовония каких-то фруктов, а затем и ещё один приближающийся запах: демон. Запах мускусный, лесной, а в голове сами собой сложились звуки в имя: Вуя. Этот запах был самым знакомым и… самым привычным, если считать с момента её “рождения”, поэтому узнать её всегда было легко. Вскоре послышался стук в дверь, ворона вошла в комнату и сразу сказала, не обращая внимания на возмущённое лицо Юэ Лянь: – Давай кое-что проясним. – Что тебе надо? – Не скрывай от меня, что потеряла память. Сердце в страхе учащённо забилось, Юэ Лянь испуганно захлопала глазами. – Д-да, я ничего не помню… – признала она, чувствуя большой напор со стороны Вуи. – Будешь моей ученицей? – на лице Вуи проявились узоры, на макушке выросли рога, а сзади с хлопком расправились крылья. Она стала казаться в несколько раз больше, пугающе. Юэ Лянь опешила от такого вопроса, однако сразу задумалась над ним. “Это вопрос без вопроса и выбор без выбора. Если я стану её ученицей, то узнаю много чего полезного и не буду такой беспомощной в мире демонов. Тем более, мало ли что со мной будет, если я откажусь. Не знаю, зачем Вуе это, но согласиться надо…” Она не успела докончить мысль, так как ворона прервала её: – …ведь хочешь отомстить тому, кто отобрал у тебя и половину чувств, и память? – Да, я убью его, кто бы это ни был, – тяжело дыша, ответила Юэ Лянь, внезапно переменившись в настроении. Разум постепенно заполняла пелена ярости. Перед глазами всё поплыло. Вещи вокруг Юэ Лянь стали покрываться тонкой корой сапфиров, а на когтях невольно появился дополнительный слой из них. Она сумела разглядеть улыбку на лице Вуи, когда Юэ Лянь невольно встала на колени. От вороны исходило зелёное свечени и сейчас она выглядела столь могущественно и властно: как сошедшее с небес древнее божество, коему люди поклонялись с первых времён после Бесформенного Хаоса. Эти божественные веяния, по ощущениям Юэ Лянь, заполнили не только комнату, но и всю солнечную столицу. Юэ Лянь словно видела, что происходит за пределами покоев: вот Красная Птица обернулась на полосу запаха и встревоженно сказала пару фраз слугам рядом, сложив веер. Шлейф запаха и волны ауры стремительно двинулись дальше по поместью и распространились на простых людей. Они стали оглядываться по сторонам, кто-то уронил тарелку и она разбилась на множество осколков. Зрение Юэ Лянь вышло за пределы поместья Йэн. Красные фонари пошатнулись, а браслеты из пяти нитей, иероглифы на лбу и полынь задрожали, впитывая в себя энергию. Всё в Гуанби обратилось в жуткий беспорядок, но в то же время и наоборот. Повисло спокойствие. Даже пение птиц и шелест травы не смели прервать царящую тишину. – Теперь понимаешь, что обретёшь, если станешь моей ученицей, – произнесла… нет, Юэ Лянь не была уверена в её имени. Ведь демоны могут "чуять" имена других, а от неё больше не исходил подобный запах “Вуи”. Юэ Лянь-то и своё настоящее имя не помнила, потому и использовала демоническое, которое первым делом попалось под руку. – Да, понимаю, – ответила Юэ Лянь, когда перед глазами всё стало обычным, а запах Вуи вернулся. – Это был не вопрос, а утверждение. Вуя достала из складок одежды две нити: зелёную, красную и синюю. Она быстро связала браслет из первых двух и передала синюю нить Юэ Лянь. Она, не понимая происходящего, приняла её. – Закрепи свою посередине. Вуя указала когтем на браслет. Юэ Лянь с трудом вплела свою нить в конструкцию, а ворона вновь взяла изделие. Та провела ладонью над ним, и браслет засветился зелёным. Вуя надела его на свою руку и обратила взгляд на кисть Юэ Лянь. Она стремительно перехватила её и подняла рукав. Юэ Лянь с интересом посмотрела на увиденное, хотя сначала была возмущена действиями вороны. Там находился длинный металлический браслет. – Кто на тебя это надел?! – прошипела Вуя, одновременно закатывая рукав другой руки, на которой тоже оказался повешен браслет, – Кто надел на тебя браслеты?! – Я не помню! – выдавила Юэ Лянь, испугавшись такого тона. Вуя расстегнула браслет, и те со звоном свалились на пол. Она презрительно хмыкнула, а затем объяснила: – В браслетах хранилась божественная аура, которая как губка впитывала твою демоническую энергию и жизненные силы. Если бы на тебя не надели браслеты, ты была бы в несколько раз сильнее. Так вот почему ты выглядишь так скудно… Да и вся сила будто исчезала в каком-то месте. Мои догадки подтвердились, тебя ослабили. Пока Вуя разъясняла, что не так с браслетами, у Юэ Лянь всё снова поплыло перед глазами. На этот раз по другой, непонятной причине. В голове перестали появляться какие-либо ясные мысли. Ноги подкосились, но уже не от обморожения. Юэ Лянь сделала кривой шаг вперёд, к вороне. Она отшатнулась в сторону, попятившись в основную часть комнаты, где было просторнее, чем в коридоре. От крыльев, что стукались обо всё подряд, полетели чёрные перья. Вуя нацелила ядовитые жала на Юэ Лянь. Она сейчас хотела лишь одного: убийств. В голове стояла пелена, она лишь смогла разобрать одну фразу: – У какого из поясов подобные признаки и запах? Н-не могу определить, или она ву… Юэ Лянь одним движением оказалась рядом с Вуей и замахнулась когтями, пока она отвлеклась. Перед ней мелькнула рука Вуи и глаза, полные непонимания происходящего и страха. Юэ Лянь застыла на месте. Ворона, спотыкаясь, прошествовала к коридору и подхватила браслеты. Вуя действовала так, словно у неё ограниченное количество времени, так, словно если она не возьмёт браслеты, то умрёт и всё вокруг рухнет. Сила Юэ Лянь текла в крови и венах, пульсировала, желая сделать что-то. Убить, вот что хотела Юэ Лянь. Она с рёвом обнажила клыки и вновь смогла двигаться. Невидимая оболочка вокруг неё, не дававшая двигаться, стала видимой, прозрачно-красной. Пробежали трещины, когда Юэ Лянь всей своей силой в когтях начала двигаться. Купол разбился, точно стекло и исчез в воздухе. Вуя с ужасом обернулась к Юэ Лянь, что бежала к ней. Ворона схватила её за руку и с трудом повалила на живот. Юэ Лянь зарычала и когтями разодрала её руку своими когтями, на лицо брызнула горячая кровь. Вуя, морщась и выпучив глаза от боли, застегнула на кистях Юэ Лянь браслеты. Кровь в венах стала замедляться, а в глазах проясняться. Она, дрожа, подняла руку. С неё ручьями стекала алая жидкость. Юэ Лянь когтем провела по щеке и ненароком провела царапину, проверяя, насколько лицо в крови. Она тяжело задышала, вдыхая ужасный запах крови. "Я убийца, самая прирождённая убийца" – Извини, извини, прости, я не хотела! – залепетала Юэ Лянь, отползая в сторону. – Кажется, я знаю, зачем на тебя надели браслеты, – вздохнула Вуя и поспешно прибавила: – Но не знаю, как это произошло… Лучше носи их. “Я зверьё. Зверьё” Юэ Лянь схватилась руками за голову. – Отдохни. Можешь поспать, ты не делала этого неделю, хотя демоны с усилием могут не спать пять-шесть дней. Вуя развернулась и вышла из гостиной комнаты, оставляя Юэ Лянь наедине со своими мыслями. Не желая размышлять о мрачном, она оторвала кусок ткани от юбки одежд и принялась вытирать пол. “Не хватало ещё чтобы кто-нибудь вошёл сюда и увидел лужу крови” Одновременно Юэ Лянь успела вытереть лицо и руки, избавляясь от мерзкого ощущения липкости и мокроты. Полы были каменными, так что вытерлось всё достаточно легко. Одна проблема: надо где-то выжать и намочить тряпку. Юэ Лянь огляделась по сторонам и обратила внимание на окно, из которого сочился дневной свет. И вот, она стояла у пруда в очередном саду, выжимая тряпку. В хрустально чистую воду полетели капли крови. Юэ Лянь брезгливо наморщила нос от запаха. “Я могу терпеть любую кровь, но демоническая не вызывает у меня никакого желания пить её, – она ещё усиленнее стала сжимать ткань в руках и утёрла пот со лба, – Наверное, так и надо” *** Следующие два часа прошли на кровати. Юэ Лянь будто что-то сковало, тело отказывалось слушаться, а веки слиплись, не желая открываться. Плащ лежал где-то на полу, слетев с неё. Несмотря на наличие шёлкового одеяла, сложенного рядом с кроватью, Юэ Лянь смогла и так уснуть. Ей было холодно, она лежала, свернувшись калачом на матрасе. Потревожил её сон стук в дверь. – Госпожа Юэ Лянь, разрешите войти, – голос принцессы ударил по ушам, отчего она съёжилась на кровати ещё больше, – Госпожа Юэ Лянь, госпожа Юэ Ля-а-ань? Юэ Лянь, во имя Пяти Поясов, ты что, уснула?! Из-за двери послышалось привычное махание веером, ставшее вдвое бодрее. Вскоре Юэ Лянь вновь провалилась в путы сна, расслабившись. Долго Юэ Лянь отдохнуть не дали – кто-то с грохотом распахнул дверь, едва не вбив её. Судя по шагам, двое. И по запаху это Куэйсу и Вуя. Будь она менее сонной, определила бы их запах за ли. Шаги приблизились к её кровати. С шорохом распахнулись крылья вороны, и вскоре Юэ Лянь получила мягкий, однако поучительный подзатыльник. – Юэ Лянь, просыпайся! – требовательно воскликнула Куэйсу и потрясла Юэ Лянь за плечо, – Ты же вся грязная, тебе надо помыться, поесть, одеться, и успеть поучаствовать в Приветствии следующего года! Рядом раздался вздох Вуи. – Ожидаемо, что она хочет продолжить спать. Не спала всю неделю. Уже мешки под глазами появились. Отдых Юэ Лянь бы действительно не помешал, она очень много пережила за последнее время. – А что случилось? – спросила Куэйсу, и, кажется, она всё-таки что-то да знает о демонах. – Долгая история, – решила не отвечать Вуя, – Она не собирается просыпаться, значит прибегнем к самому действенному способу. Куэйсу, неси таз воды, да похолоднее. От такого решения Юэ Лянь мгновенно проснулась и села на кровать.

– Хватит! – рявкнула она, – И слова Куэйсу имеют вес везде, хотя бы потому, что она Красная Птица, властительница юга!В голове вспыхнул запах её крови, но Юэ Лянь быстро прогнала неприятное воспоминание. – Всегда работает, – самодовольная улыбка проплыла по лицу Вуи, когда она увидела Юэ Лянь. Куэйсу фыркнула: – Ну у тебя и способы, – она повернулась к Юэ Лянь, – А теперь помоем и оденем тебя. “Ничем хорошим это не кончится” Вуя не врала, когда говорила, что обольёт её холодной водой. На Юэ Лянь действительно пролили таз воды, – хорошо, что горячей. Сейчас она находилась в женской купальне поместья Йэн вместе с Вуей и Куэйсу. Как оказалось, сами они тоже недавно проснулись. Все трое не успели помыться, и все трое пошли в купальню. Для Юэ Лянь всё это в новинку, а потому она относилась к данной затее с большим недоверием. Особенно Юэ Лянь сейчас не нравилось, как Куэйсу ворковала вокруг её волос. – Какие длинные, почти три чи! Всю спину и дальше покрывают твои волосы! – принцесса стала втирать непонятные масла в голову Юэ Лянь. Вуя ещё не пришла – ей нужно было справить нужду. Но вот, в самый разгар мучения волос Юэ Лянь, она показалась в купальне, закрывая за собой дверь. Куэйсу с сияющими глазами вскричала, едва завидев длину волос Вуи, на глаз составлявшая три с половиной чи. “Бедная, умрёт, пока Куэйсу будет мыть её волосы” Ворона тем временем поспешно обошла принцессу стороной, но она снова отвлеклась на Юэ Лянь. На этот раз она так просто не сдалась и предпочла свалиться с тумбочки в горячую воду, чем попасть под руки Куэйсу. – Я могу и сама помыть голову! – прошипела Юэ Лянь и спряталась в воде, поближе к Вуе. Куэйсу расстроенно вздохнула: – Ладно, ладно, – а затем хитро ухмыльнулась, – Если ты умеешь мыть голову. Здесь Юэ Лянь поняла, что не умеет. Несмотря на это, она загребла масло из таза с ним у Куэйсу и принялась тереть голову. Через мгновение принцесса разразилась пронзительным смехом. – Ну даёшь, серьёзно не умеешь! – Как будто у простолюдинов есть дорогие масла и своя огромная купальня, – процедила Юэ Лянь, хотя на самом деле она потеряла это умение. Стараясь не думать о таком, она стала усердно намыливать себя. Вуя вздохнула и недовольно произнесла: – Мне ещё крылья мыть надо. – На них сохраняется грязь? – спросила Юэ Лянь. – Не отрастают же они каждый раз заново, – Вуя показательно распахнула их. Стали отчётливо видны четыре плеча на спине. Ворона вошла глубже в горячую воду и опустила крылья вниз. Конечно, такие громадные части тела (верхняя пара крыльев в длину была в два раза больше самой Вуи) помыть трудно, и оставалось только отдать всё на силу воды. – Вуя, может тогда поможем тебе отмыть крылья? – предложила Куэйсу и, сияя, притянула к себе возмущённую Юэ Лянь. – Попробуйте. Куэйсу и Юэ Лянь принялись усердно оттирать мочалками крылья. Под ними можно было обнаружить всё что угодно: несколько раз попались ветви дерева, сосновые иглы, мелкие камни. В целом под перьями также оказались мох, песок, земля, корки крови. Вода вокруг них потемнела от грязи. – Вуя, у тебя же нет блох или клещей? – с трудом высказала своё беспокойство Юэ Лянь. Ворона вздрогнула и сразу же воскликнула: – Нет, конечно! Такие слабые насекомые, как блохи или клещи дохнут за чжань от меня просто потому, что я демон! – Удобно, – откликнулась Куэйсу, и они продолжили старательно мыть крылья Вуи. Вскоре всё было очищено от грязи. Правда, когда она подняла крылья из воды, Юэ Лянь и Куэйсу прыснули со смеху. Перья стали тоньше, крылья будто уменьшились в несколько раз и отчётливо стали видны кости. – Подожди, мы кое-что забыли! – хлопнула себя по лбу Куэйсу, резко переставая смеяться, – У вас же есть когти, а у Вуи ещё и шипы! – Куэйсу, это уже лишнее, – остановила её Вуя, – Нам ведь ещё сушить волосы, – она подняла одну сторону крыльев, – И не только волосы. Юэ Лянь подняла огонёк над ладонью. – Могу помочь. Куэйсу ухмыльнулась: – Я тоже умею управлять огнём. Над её ладонью вспыхнул обычный, не синий огонь. Вуя встала между ними. – Всё, всё, я поняла, что на сушку волос уйдёт не более получаса. Но причин задерживаться у нас нет. И насчёт завтрака, – ворона обернулась к Куэйсу, – Ты же в курсе, что демонам нужна кровь, чтобы жить? – Я обхожусь лишь стаканом в неделю. Думаю, ты тоже. – Правильно, – внезапно согласилась Вуя, – А вот Юэ Лянь придётся привыкнуть есть человеческую еду. Из-за того, что она долго питалась лишь кровью, её тошнит от человеческой еды. Но это исправимо, – ворона направилась к выходу из купальни, а Юэ Лянь и Куэйсу последовали за ней, – Нам пора, позавтракать ведь надо и одеться. Огнём они высушили волосы в мгновение ока. Они переоделись в чистое, в случае Юэ Лянь – новое. Куэйсу сейчас вела их в зал для завтрака, но что-то подсказывало Юэ Лянь, – они идут не туда. Так и оказалось, когда Куэйсу увела их в сад, где они приземлились в прошлый раз. Она взяла Юэ Лянь и Вую за руки, выбежала к стене, перелетая её с крыльями. Стражник, как по привычке оташтнулся и раздражённо крикнул: – Ваше Высочество, осторожнее! Видимо, принцесса часто так делала. Они плавно приземлились через стену посередине широкой улицы. Здесь всё стало громче и красочнее. В лицо Юэ Лянь болезненно ударил свет. “Не зря Гуанби называют солнечной столицей” Дома, лавки и заборы с наступлением дня расцвели: на них витиеватыми узорами зацепились лианы, плющ или виноградные лозы. Много было и ваз с бамбуком, Юэ Лянь подметила множество продуктов из ткани или шерсти, таких как ковры и шёлковая одежда. Рядом с одной из лавок она даже заметила загон с овцами и множество заинтересованных покупателей, из Гуанби и нет. После наступления дня в сонечной столице днетей на улице стало больше, в особенности маленьких. В остальном обстановка стала веселее: на широкой улице больше шума и народу, по-прежнему ездили повозки и кареты, играли экзотические мелодии бродячие музыканты, шуты и артисты развлекали толпы. – Давайте не будем завтракать в поместье, лучше купим чего-нибудь в таверне! – прервала молчание Куэйсу. – Угу, – согласилась Юэ Лянь, – Но знаешь, это как-то нехорошо, если мы сейчас купим всё из твоего кошелька. – Юэ Лянь, у нас самих-то ничего нет, – напомнила ей Вуя и ухмыльнулась, – Даже кошелька. – Очень смешно. – Так, что хотите? – неловко спросила Куэйсу. – Кунжутные шарики и лапшу. – Мне только лапшу. – Отлично, я тоже. Они уселись за столик в таверне. В таверне обильно пахло едой, рисом и лапшой преимущественно. Столов много, и людей праздничным утром тоже, потому в таверне очень шумно, а стало ещё более шумно, когда сюда вошла принцесса. Повара на кухне трудились не покладая рук, оттуда слышались крики на множество заказов, среди которых встретился и их. Когда Юэ Лянь на стол подали первым делом лапшу, а не кунжутные шарики, она возмутилась: – Почему сначала лапша, а не кунжутные шарики? – Юэ Лянь, разве это не десерт? – склонила голову Куэйсу, – Просто съешь сначала лапшу. Юэ Лянь взяла деревянные палочки в руки, но те сразу же вывалились. Когда она попробовала во второй раз взять, ей удалось, – хоть и криво. Она взяла палочками лапшу и едва Юэ Лянь сдвинула их на пару цуней, лапша стекла вниз. Вуя хлопнула себя по лбу и устало простонала. – Ты не умеешь держать палочки, Юэ Лянь, – вздохнула Вуя, – Даже дети четырёх лет знают, как это делать. “Неужели я и такую простую вещь забыла? Видимо, у меня и некоторые умения пропали” Вуя взяла палочки, намотала на них лапшу и передала Юэ Лянь в руки, которая проглотила её, пока та не упала. – Ты очень странная, Юэ Лянь, – отметила Куэйсу, отвернувшись в сторону, и вскрикнула, когда увидела Юэ Лянь, проглатывающую следующий моток лапши, – Вуя, да ты случаем не мать ей, раз кормишь вот так?! Вуя застыла на месте, моргнула и села на стул. Юэ Лянь же сделал вид, что ничего не было. Растирая точку между бровей, Вуя объяснилась: – Понимаешь, Юэ Лянь потеряла память. – Как? – недоверчиво спросила. – Мы не знаем, и она не знает. Пытаемся найти способ вернуть ей память. Из-за этого она и забыла некоторые навыки, такие как держание палочек, – Вуя проворно съела ещё моток лапши и щёлкнула пальцем, – Ладно, давайте обсудим наш дальнейший план действий. Ваше Высочество, когда вы собираетесь идти в Шанву? Мы держим путь туда, можете стать нашим спутником. Куэйсу прошипела: – Тебя не смущает, что люди вокруг всё слышат? – Нет, не слышат. Я лишила их слуха на время с помощью ядов, – ответила ворона и показательно стукнула жалом по столу, а затем вновь спрятала его под юбку. – Отлично, – вздохнула Куэйсу, вновь весело замахав веером, – Я бы хотела отправиться в Шанву как можно скорее, но… я люблю свой народ и не хочу их оставлять. Какую отговорку придумать, я ведь буду долгие века жить в Шанву и редко выходить в людской мир. Юэ Лянь закатила глаза, когда в её речи начала чувствоваться “доброта” и "любовь", чуждые ей. “Вуя обещала мне, что Куэйсу не наивная избалованная аристократка. И что я вижу? На демона нисколько не похожа, у неё от них только способности да узоры на лице” – Притворись мёртвой, – хмыкнула Юэ Лянь и Куэйсу удивлённо сложила веер, – Если ты пропадёшь, в республике не изменится ничего. Трон всё равно займёт наследник, а не наследница, в политике тебе участвовать не дают, – Вуя воскликнула её имя, предостерегая, но она не обратила внимания, – Слова не имеют никакого веса. Сражаться и вести армию тоже не позволят несмотря на способности Красной Птицы. Чего уж таить, армию-то вести некуда. Мы ни с кем не воюем… С каждым словом Куэйсу всё больше мрачнела, тяжелее дышала и сильнее сжимала кулаки. Вуя стукнула кулаком по столу.

– Ты права, этот народ не принадлежит мне, – еле слышно промолвила Куэйсу, – Я лишь охраняю людей, а управлять должна демонами. Наверное, лучше использовать способ Вуи для ухода в Шанву. И лучше мне идти с вами, так безопаснее, – она улыбнулась и вскинула голову, вновь сияя, – А теперь завершим трапезу и пойдём развлекаться!Глаза вороны метали молнии в сторону Юэ Лянь, которая лишь подняла бровь, не поняв, за что на неё злятся. “Я же просто сказала, как есть” Юэ Лянь всё же стало страшно, когда Вуя пригрозила: – Тебе повезло, что мы на людях. Зрачки вороны сузились, а губа поднялась вверх, обнажая ряд клыков. – Тебе в памяти, я погляжу, и правила вежливости отшибли? – раздался язвительный вопрос сзади от Куэйсу. – Нет, нет, конечно, – со смешком ответила Юэ Лянь и драматично добавила: – Ваше Высочество! – Юэ Лянь, есть более мягкие способы уйти для Куэйсу, – прервала начинающуюся перепалку Вуя, – Например, сказать, что ей пора править вместе с другими божествами. – Разве небеса не разозлятся от такой наглости? Я и так много врала людям, а они под охраной пантеона, – съёжилась Куэйсу. Юэ Лянь, развеселившись, вставила: – Уж после моего послания, ха-ха. Куэйсу опешила и встревоженно спросила: – Ты что-то сделала? – Пропитала все фонари демонической аурой. – Если я ещё раз крупно солгу… – ещё более нервно заговорила принцесса после слов Юэ Лянь, – Кого-нибудь из божеств точно пошлют разобраться со мной! – Слышь, тряпка, – раздражённо обратилась Юэ Лянь к Куэйсу, отчего она вздрогнула, – Тебе в любом случае придётся покинуть Гуанби и начать править в Шанву. И ты звучишь так, будто даже сама защитить себя не можешь, хотя вроде демонический зодиак. Куэйсу вздохнула и замолчала. Юэ Лянь подумала, что это странно – на этот раз она не злилась. Над их столиком стояло напряжение, словно грозовая туча. Среди каждого из них было столько недомолвок и тайн. Юэ Лянь никому особо верить не хотела. Она осуждала Куэйсу за то, что та не может защитить себя, хотя и Юэ Лянь ничем не отличается.

– Ты права, этот народ не принадлежит мне, – еле слышно промолвила Куэйсу, – Я лишь охраняю людей, а управлять должна демонами. Наверное, лучше использовать способ Вуи для ухода в Шанву. И лучше мне идти с вами, так безопаснее, – она улыбнулась и вскинула голову, вновь сияя, – А теперь завершим трапезу и пойдём развлекаться!

Глава 13

Юэ Лянь, Вуя и Куэйсу, доев и оплатив еду, вышли на улицу. Людей стало больше, ведь перед началом Дневного пришествия (прихода следующего года) все хотели нагуляться вдоволь, бродили по Гуанби, занимаясь всем подряд. Конечно, главным блюдом на столе являлось Дневное пришествие, и по сравнению с ним праздничные гуляния лишь лёгкая закуска. Впрочем, Юэ лянь из этого праздника интересовало только одна, вышеупомянутая вещь: еда. В особенности кунжутные шарики, которые она прямо сейчас держала в руках.

– Так, что будем делать? – Вуя прервала неловкую тишину чавканья Юэ Лянь. Куэйсу нервно перевела взгляд с Вуи на неё, чувствуя себя чужой.

– Думаю, вы можете купить сувениров.

– Зачем? – раздражённо бросила Юэ Лянь, потянулась и откусила от шарика.

– У нас только одна лошадь, и то на ней ездит она, – объяснила Вуя и грубо ткнула когтем в плечо Юэ Лянь. Куэйсу весь день выглядела встревоженно, неудобно, будто хотела что-то сказать им, но не могла. Она часто махала веером, отводила глаза и издавала сдавленные смешки. Наконец, собравшись с силами, Куэйсу обратилась к Юэ Лянь:

– Мне кажется, что ты очень странная… или страшная.

Юэ Лянь склонила голову вбок, едва касаясь ухом плеча. Она подметила, что часто так делает, когда ей что-то непонятно.

– Н-на зв-веря п-похожа, – пролепетала Куэйсу и съёжилась из-за… обычного взгляда Юэ Лянь без подвоха, – Вообще не понимаю твоего мышления. Не похоже на человека.

– Так ведь я демон. И некоторых Красных Птиц тоже касается.

– Тогда точно зверь. Демоны и то более понятны, чем ты.

Вуя вставила:

– Куэйсу, ты никогда не была в Шанву. Однако всё равно права: Юэ Лянь имеет сознание весьма отдалённое от разумных существ.

– Хотите сказать, что я глупая? – сказала Юэ Лянь, скорчив недовольное лицо.

– Нет, просто она вуосс, – отмахнулась ворона, – Куэйсу, может тебе тоже стать моей ученицей?

Красная Птица опешила от такого предложения, повернулась к Юэ Лянь и воскликнула:

– Ты её ученица?!.. И нет, конечно, я не хочу быть ученицей.

– Несколько часов, – быстро ответила Юэ Лянь и также быстро забыла о Куэйсу, будто она и не стоит сейчас рядом с ней, усердно пихая в плечо, – Так, кто такие вуоссы?

– Среди демонов есть вуоссы. Если взять один мелкий город и представить, что там живут демоны, из них около трёх десятков окажутся вуоссами. Вуоссов легко распознать по запаху, то есть по имени, они обычно связаны с ночью. Вот имя Юэ Лянь означает луна. А ещё у вуоссов мышление… весьма своеобразное, – она вздохнула и махнула рукой, – А если честно, они все сумасшедшие. Как появились вуоссы никто не знает и не помнит. Есть две известные легенды, объясняющие это, и из-за неё постоянно овзникают споры. Лично я считаю, что нельзя верить только в одну из них, ведь всё может быть.

Куэйсу остановилась на месте после объяснения. Она поставила руку под голову и принялась обдумывать что-то.

– А их случаем лунными или ночными демонами не называют? – наконец спросила она.

– Только у людей, – кивнула Вуя, явно удовлетворённая вопросом Куэйсу.

“Ничего себе, так я вуосс. Нет, погодите-ка…”

Юэ лянь вдруг задумалась об одной вещи.

– Вуоссов сложно распознать? Вуя, ты только сейчас сообщила мне об этом.

– Всё верно, – Вуя нахмурилась, вспоминая что-то, – Даже мне бывает сложно распознать вас, слишком уж отвлекает одна черта: невидимость ночью. Хотя как-раз таки легко распознать вас из-за сумасшествия. Юэ Лянь, ты вообще один из самых здравомыслящих вуоссов. Эти ночные мне в своё время доставляли море хлопот…

– Можно утончить, "в своё время", – это когда? – ворвалась Куэйсу с неловким выражением лица, и прибавила: – Тебе два века, а то и больше.

“Вуе два века?!”

Юэ Лянь ошарашенно посмотрела на ворону, а та неловко отвернулась в сторону. Вуе на вид не больше двадцати пяти, на деле же оказалось около двухста. Юэ Лянь не удивилась бы, будь это любой другой демон, но Вуя – совсем другое дело. Это демон, с которой Юэ Лянь провела всю жизнь после потери памяти.

– Около двадцати лет назад, – быстро произнесла Вуя, – Солнце будет в зените чуть позже обеда, а обед через часа два. Поохотиться на кровь, что ли…

Юэ Лянь вспыхнула радостью, и улыбнулась в четыре клыка.

“Наконец-то будем свершать нужные дела!” – когтем она

Куэйсу косо смотрела на них, будто Вуя и Юэ Лянь – дикари. Радость последней прервал внезапный подзатыльник от Вуи. Она потёрла ладони, поставила руки на пояс и недовольно хмыкнула:

– Вот и попалась. Говорят у кого-то ветер в голове, а тебя, судя по всему, кровь и кунжутные шарики. Мы недавно уже пили кровь, куда ещё?!

– Вы же не у людей это выделывали, я надеюсь? И не бросали его где-нибудь в бамбуковом лесу? – сузила глаза Куэйсу.

Последовало молчание, а затем Юэ лянь воскликнула:

– Но мы его не убивали!

– Ладно, ладно… хорошо.

Куэйсу растирала точку между бровями, стараясь успокоиться. В конце концов, она вздохнула:

– Давайте пойдём в какой-нибудь сад. Поболтаем о своём, – она подмигнула, – Расскажем Юэ Лянь о двух легендах появления вуоссов?

– Да, пожалуй, – согласилась ворона и последовала за Куэйсу.

Через минут пять они оказались рядом со съёмной беседкой. Принцесса заплатила положенную сумму за час пребывания в саду на трёх человек (или не человек) и они спокойно прошествовали за врата, ступая по каменной тропе. Юэ Лянь заметила, что в мелких садах деревьев куда меньше, чем в больших, – таких, как сад поместья Йэн. Из-за этой черты куда просторнее и свободнее, несмотря на размеры. В центре стояла заросшая виноградом беседка, рядом с ней – пруд с чудными рыбами. Рыбы с красными, белыми и чёрными чешуйками плескались в воде, переливались. Юэ Лянь заинтересованно присела рядом с прудом, чтобы посмотреть поближе и рыба мгновенно отплыла от неё.

– Это кои, – раздался сзади голос Вуи, – В основном их разводят в прудах садов, как здесь. Как видишь, потому что у них красивая чешуя.

Юэ Лянь снова поймала косой взгляд Куэйсу. В нём сквозило ещё что-то, видимо “жалость” и “сочувствие”. Вуя тем временем ушла в беседку. Юэ Лянь же решила ещё посмотреть на забавных рыб. Они резвились на самом крае пруда, опасаясь её. Видимо, это всё Ци Юэ Лянь.

“Интересно, почему мою Ци животные и люди чуют, а Ци Вуи нет?”

– Юэ Лянь, хватит смотреть на рыб! – окликнула её Куэйсу, – Понимаю, для тебя они в новинку, но нельзя же всё время на них смотреть.

Она с трудом оторвалась от кои и перепрыгнула через забор на скамью беседки, невзирая на наличие входа со ступеньками. Лицо Куэйсу на мгновение стало кислым от невежливости Юэ Лянь, но скорей усталым от её выходок. Удивительно, как она быстро смирилась с ней.

– Эти две легенды широко известны на всём светлом мире, – сказала Куэйсу, – Правда, скорей всего ты и их заб…

Вуя, не дав Куэйсу договорить, вмешалась:

– Известна только у высших сословий. Прошло целых триста лет с момента истребления демонов, или же ухода в Шанву. Вместе с ними стали забываться и легенды о демонах, таких, как вуоссы. Кстати, скорей всего вы не осведомлены, но все остальные в Шанву знают об этом, – Вуя заметно напряглась, когда говорила последнее предложение, – Вуоссы исчезают. Насколько я помню, два столетия назад, когда я только появилась, их было около тысячи. Уже тогда, сразу после истребления вуоссы стали массово пропадать. Без единого следа или свидетелей. Будто испарились на месте. Сейчас вуоссов, ночных демонов осталось не больше пятидесяти. Хотя, точно не знаю. Двадцать лет меня не появлялось в Шанву, скорей всего ещё десять или пятнадцать пропали.

Юэ Лянь не ужаснулась от этих слов (в отличие от Куэйсу), наоборот – ей стало интересно, в чём дело.

“Пропадали без свидетелей или следов?.. После Истребления примерно тысяча , а сейчас сорок-тридцать. Нет, тут есть одна несостыковка”

– Вуя, а как появляются демоны?

– Не так, как люди, – покачала головой Вуя, – Изначально демон может родиться у волчицы, зайчихи или человека, но он всё равно станет демоном. Неважно, кто родители, существо всё равно будет демоном. Мы ведь похожи на людей, за исключением некоторых деталей, поэтому, допустим, заяц или лиса не могут быть нами. Что интересно, демонов, родившихся от людей в последнее время нет. Под последним временем я имею в виду с момента ухода в Шанву.

“Очень интересно”

– То есть, демоны прекратили рождаться от людей после Истребления, а вместе с тем стали пропадать вуоссы?

– Да, – ответила Вуя, довольная её догадкой, – Полагаю, это как-то связано.

– Вы ведёте расследование? – встряла Куэйсу, прервав диалог. Вуя кивнула за Юэ Лянь, а она непонимающе взглянула на ворону.

– Это поможет восстановить твою память, – быстро ответила на немой вопрос Вуя, – Так как ты вуосс, нам надо непременно выяснить, почему вы исчезаете. Ты ведь наверняка понимаешь, какая большая это угроза для тебя, значит и для твоей цели.

– Я всё ещё не понимаю.

– Придётся ещё больше пускаться в разъяснения, – устало вздохнула Вуя, прикладывая ладонь ко лбу. Куэйсу и Юэ Лянь переглянулись, заинтерисованно посмотрев на ворону.

Она начала:

– Вуоссы – это не просто сумасшедшие демоны. Среди людей о них известно не так уж и много. Вуоссы не просто демоны, они, я бы сказала, их ветвь. Или наоборот, корень. Другие названия – лунные и ночные демоны по описанию верны. Вуоссы отлично маскируются в ночи, настолько, что их почти невидимы, больше любят спать днём, чем ночью, появляются не так, как другие демоны. Плохо контролируют себя и могут быть глупыми, но когда дело касается убийств, движения постепенно становятся отточенными и резкими, разум хладнокровным. Если вуосс захочет убить вас, защититься будет сложно. Я не знаю, из-за чего они вдруг начинают убивать, по какому принципу вуоссы действуют. Зато я знаю точно: принцип у них есть. Однажды, лет сто пятьдесят назад, один лунный демон, как это у них бывает, обезумела. Он не стал убивать ближайшего к себе. Наоборот, вуосс по запаху выискал одного определённого демона рядом с собой. И так со всеми остальными. А теперь к легенде. Расскажем две версси двух легенд, – Вуя хлопнула в ладоши, – Я расскажу версию демонов об этих двух легендах, а она, – жало вороны указало на принцессу, – расскажет человеческую. Куэйсу, начинай.

– Не махай жалом, ворона, – злобно прошипела она, отодвигая хвост Вуи в сторону, – Теперь бы поточнее вспомнить легенды…

В саду повисла тишина, прерываемая шумом листвы, пением птиц и журчанием ручья. Порыв ветра видимо привнёс в голову Куэйсу легенды, – она распахнула глаза. Вдруг в саду будто стало темнее и само небо стало чёрным, как ночью. Фонари на беседке затрепетали и через мгновение огонь в них потух без следа. Юэ Лянь же почувствовала себя бодрее, и обратила взор к небу. На солнце медленно наползало чёрное пятно, будто поглощая и пожирая его. Вуя крайне занервничала от происходящего и обратилась к Куэйсу:

– Что ты сделала?!

– Я-я н-не знаю!

Она отцепилась от Куэйсу и обнажила клыки, явно злая чем-то.

Юэ Лянь тем временем тупо уставилась в темнеющее небо. Она не слышала испуганных криков людей на улице, не замечала ничего вокруг, ведь сейчас для неё существовал только один предмет – круглое тёмное пятно, размеренно и беспощадно пожирающее солнце. Свет оранжевой линией вылазил из под пятна, будто надеясь на спасение. Возникло чувство, словно сегодня – редкий день, когда солнце побеждено. Непонятно, чем.

“Вуя говорила, что нам, вуоссам, ночь приятнее дня, – Юэ Лянь с усердием отвела взгляд от неба, – Почему же я тогда всё время спала днём? А может, у меня способности слабые, потому что спала ночью?.. И ведь верно, что я бодрая ночью: недавно смогла разжечь такую стену огня, и мне ничем это не обернулось. День украло пятно на небе. Значит, сейчас я буду также сильна, как и днём”

– Юэ Лянь! – Вуя схватила её за кисть, вновь отрывая от неба, – Не сходи с ума. Контролируй себя. Ты, наверное, уже поняла, как затмение на тебя влияет?

Юэ Лянь кивнула.

– Хватит вам языком чесать! – оборвала их Куэйсу, – Непредсказанное солнечное затмение означает злобу небес! – она приняла вид Красной Птицы и одним движением оказалась рядом с Юэ Лянь, – Ты ведь отправила божествам “знак”. Теперь нам что, сидеть под кустом и ждать кролика?!

Она в лютой ярости топнула ногой – растительность и невысокие деревья закачались от всполохов огня, что обвили принцессу массивным вьющимся ураганом, песок у пруда взвился вверх. Маска упала вниз, обнажая демоническое лицо, покрытое множеством мелких узоров роз. Куэйсу не обратила внимания на маску, что так усердно скрывала узоры, и нависла над Юэ Лянь и обнажила появившиеся ряды клыков. Юэ Лянь попятилась назад, невольно заметив, как Красная Птица внезапно увеличилась в размерах до чжаня с половиной. Впрочем, Юэ Лянь ухудшила ситуацию своей дурной привычкой (кажется, у неё и раньше была такая привычка) – улыбаться или даже смеяться, в самый неподходящий для этого момент. Потому сейчас она расплылась в глупой улыбке с острыми, обнажёнными клыками.

Куэйсу разозлилась больше и замахнулась на неё когтями на конце крыльев.

– Успокойся, птичка, – устало закатила глаза Вуя, и Юэ Лянь мгновенно повалилась на траву, не справившись со смехом от этой фразы.

“Птичка, птичка! Это ворона сказала только что!”

– Юэ Лянь, что ты только что говорила? – повернулась к ней Вуя, стоя на спине поваленной и связанной хвостами Куэйсу.

– Разве я что-то говорила?

– Говорила. “Птичка, пти…”

Юэ Лянь махнула рукой, мгновенно заливаясь краской:

– Все, всё, поняла, – она подошла к Красной Птице, что начала принимать обычную человеческую форму, – И всё-таки, демон! А-то больно как божество выглядела.

Принцесса разошлась всполохами огня, но ничего ответить не смогла, так как Вуя зажала ей рот хвостом. Правда, Куэйсу проста не оказалась: она с силой впилась верхним рядом клыков в чешую, от чего Вуя лишь поморщилась. Она спрыгнула с Куэйсу и поставила её на ноги.

– Демон, конечно демон, – вздохнула ворона, и мгновенно улыбнулась, проводя пальцами по подбородку принцессы, – Только вот тебе предстоит стать сильнее, Красная Птица, птица, которая больше похожа на лягушку в колодце. Сдаётся мне, в Шанву никто не захочет подчиняться тебе. Зато мне…

Вуя властно сжала кулак.

“Не к добру это”

– Зато мне очень даже подчиняться будут! Хотя нет, повиновение всего Шанву мне не нужно. Мне нужна их сила.

– Что ты задумала, ворона? И зачем тебе Юэ Лянь? – сзади неё раздался голос Куэйсу, которая приставила к горлу Вуи веер, полностью состоявший из острых лезвий.

– Что я задумала, ты сама знаешь, – Вуя поставила когти на веер и с силой оттолкнула его, оставляя зазубрины. Юэ Лянь охнула, увидев как Вуя лёгким движением руки разорвала дерево позади Куэйсу, которая смогла уклониться от удара.

– Ты не смеешь мне приказывать, – сказала она, как ни в чём не бывало отряхивая рукава от пыли. Куэйсу лишь ухмыльнулась в ответ:

– Это мне говорит убитая и попавшая на четвёртый пояс. Ты уже не на пятом, Вуя. Или лучше Юнхуа?

“Юнхуа?”

– Меня не убили. Я ведь дышу, могу питаться, моё сердце бьётся. О пять поясов, я ни в коем случае не мертва. И меня зовут Вуя, не Юнхуа.

– Хватит препираться, – раздражённо сплюнула Юэ Лянь, – Солнце скоро будет в зените.

– Ты это солнцем называешь? – Вуя обернулась к ней и указала когтем на чёрный круг в небе.

– Но пятно уже уходит. Глядишь, как раз к зениту солнце снова будет на месте, – Юэ Лянь отряхнула ошарашенную Куэйсу, – Ты вроде повелеваешь югом. Солнце можешь пораньше вернуть?

– Глупая просьба. Никто не может заставить небесные тела повиноваться. Даже Дженъи так не умеет!

– Хорошо, – кивнула Юэ Лянь и понизила громкость голоса до шёпота, – С тебя достаточно от Вуи, уходи отсюда. Она явно злая.

Куэйсу моргнула, удивлённо взглянула на неё, но спорить не стала и всполохом пламени удалилась.

– Совсем тебя ничего не заботит, Юэ Лянь, – внезапно добро обратилась к ней Вуя, – Вуосс, не иначе.

Юэ Лянь выдохнула и съёжилась, опираясь спиной на камень позади.

– У нас хоть один день без приключений обойдётся? – прошептала она, – Я устала.

– А кто нет? Кстати, до Шанву осталось совсем немного. От Гуанби до леса на лошади несколько дней. Есть только одна проблема: мы не через парадный вход войдём туда и наведём очень много шуму. И пора бы мне заняться твоим обучением.

Вуя подтолкнула недоумевающую Юэ Лянь, чтобы встать.

– У тебя две способности: создание сапфиров и огня, – она взяла ветку и всучила в руки Юэ Лянь, – Попробуй полностью покрыть её сапфирами.

“Раз плюнуть” – насмешливо подумала Юэ Лянь и вся ветка поросла сапфирами. Не ровно, толстым слоем.

– Слишком толстый слой. Ты просто ветку в камень заточила. В идеале всё должно быть с деталями. Можешь тренироваться в свободное время.

– А есть ещё способы использовать создание сапфиров в качестве оружия? – спросила Юэ Лянь, превращая слой сапфиров на ветке в большой камень. Она один раз подбросила его вверх и по приземлению он растворился в ладони.

– Знаешь, зачем нужны силы демонам и божествам, в чём разница? – Вуя покрутила хрупкий цветок в кончике хвоста, – Магия божеств повелевает и охраняет, а сила демонов… – внезапно жало проткнула цветок, и он рассыпался на части, быстро погибнув, – сила демонам дана лишь для убийств. Можно подумать, что мои крылья нужны, чтобы летать. Однако летать мне надо быстро, ведь я должна догнать жертву. Хвосты нужны, чтобы удержать её на месте, а жала – чтобы убить. Твоя способность даёт больше возможностей управлять людьми, но не может убить сразу. Её суть заключается в умном использовании.

– Я могу и сжечь человека, – напомнила Юэ Лянь.

– Так тоже можно, – слова Вуи мутнели в голове, она уже не понимала их смысла, они стали превращаться в бессмысленную кашу звуков, – Правда, это умение имеет связь с вуоссами, так как лучше всего работает ночью. И в затмения, полагаю, тоже.

“Что-то не так…”

Юэ Лянь моргнула – и открыть глаза больше не смогла.

Глава 14

Юэ Лянь вскочила с кровати, из-за чего одеяло взлетело на воздух, приземляясь.

“Погодите, я на кровати? – было подумал она и сморщила лицо, почувствовав резкую боль в голове, приложила руку ко лбу, – Сколько я проспала, пришествие года скорей всего уже случилось!”

Её гостиная комната в поместье Йэн. Она, стараясь не беспокоиться, запрыгнула в сапоги и накинула на себя верхний слой одежды, даже не удосужившись надеть пояс. Юэ Лянь громко захлопнула дверь за собой и выскочила из комнаты. Не успела она обернуться, прозвучал голос сзади:

– Юэ Лянь!

Никто иная, как Куэйсу стояла перед ней. Один раз махнув веером, она радостно сказала:

– Ты уснула. Не беспокойся, лишь на час. Вуя отнесла тебя, я помогла. После того как встретим год, обязательно поспи хорошо. Хоть весь день можешь.

Юэ Лянь не обратила внимания на неё и мягко оттолкнула в сторону, чтобы пройти дальше.

– Никуда ты в таком виде не пойдёшь! – воскликнула принцесса и вновь загородила путь собой. Высоким ростом или физической силой она не могла похвастаться, в отличие от Юэ Лянь, которая ещё раз с лёгкостью толкнула её, на ходу поправляя воротник одной рукой. Возмущённая Куэйсу что-то крикнула сзади. Юэ Лянь уже прошла вперёд по коридору, распугивая своим видом рабочих поместья.

– Какая бледная! Будто мертвец, – подивилась одна слуга, наклонив голову к другой.

– У госпожи Юэ Лянь очень необычное имя, как думаешь?

– Что нам её имя, растрёпанная и грубая какая… не подходит ей, луна означает элегантность и спокойствие, рассудительность.

– Я это и хотела сказать.

Смерив двух сплетниц сердитым взглядом, Юэ Лянь вышла во двор, к воротам. Она спокойно взобралась на стену, тем же способом, что и всегда. Часовой обеспокоенно посмотрел на неё и пролепетал:

– Девушка, вы могли просто пройти через ворота.

Она цокнула языком.

“Забыла, что теперь можно не красться. Ладно, так и продолжу взбираться”

Юэ Лянь не хотелось слазить со стены, поэтому она не придумала ничего лучше, как спрыгнуть с неё. Самый простой и в то же время безбашенный способ спуститься. Она спокойно приземлилась на Небесную поступь, что спряталась в кустах по приказу Юэ Лянь. Часовой сверху едва ли не в обморок упал от подобных действий. Люди вокруг ахнули, когда она спокойно прошла вперёд.

– Демон! – крикнул кто-то, указывая на неё, – Посмотрите на эту девушку! Выжила после прыжка со стены! И ведь её же силуэт был на проводах года! Может и синее пламя – её рук дело!

“Не нравится мне это, – она застыла, окружённая людьми, – Думать надо, прежде чем делать”

– Но император говорил, что демоны под контролем, – возразил другой человек.

– Выходит, что нет. Убить демона! У кого есть оружие с собой, задавим демоницу!

– Остальные, принесите любое подручное оружие!

– Надо сообщить стражникам!

Жуткий шум поднялся среди толпы, которая стала кольцом сжиматься вокруг Юэ Лянь. Она отступала к стене и положила руку на пояс, выискивая меч. Как назло, на месте его не оказалось. Юэ Лянь едва сдержала раздражённый рык – если люди услышат рычание или вовсе разглядят клыки, задавят быстрее.

“Надо дождаться стражников из поместья Йэн, они-то смогут всех разогнать”

Внезапно рядом с шеей Юэ Лянь раздался свист. Стрела вонзилась в щель стены, а затем Юэ Лянь пришлось поймать метательный нож, едва не прилетевший в неё. Прозвучал боевой клич – люди бросились к ней с вилами и другими вещами, что имелись в домах. Видимо, люди уже успели добраться до оружия и принести сюда.

“Плохо дело, они нападают, – она сжала зубы, – Чтоб весь род людской был проклят…"

Перед глазами блеснул металл, она попятилась в сторону, уходя от злобного горожанина с вилой и ойкнула, наткнувшись на ещё одну сзади. Не успела Юэ Лянь отойти обратно, обнаружила, что ей почти некуда отступать, ведь её облепили со всех сторон.

– Я человек, клянусь, не надо меня бить! – в отчаянии воскликнула она, на что получила удар в живот.

– Наглая ложь, демон! Тебе даже не больно! – возразил человек, ударивший её, и швырнул на камень.

– И кожа белая, вовсе не бледная! Глаза как нечеловеческие, ярко-синие! Точно демон – поддержала женщина рядом. Кто-то ткнул лезвием меча в её руку, судорожно хватавшуюся за трещины в камнях.

– У неё когти, – хладнокровно заметил один человек. Юэ Лянь с неподдельным ужасом спрятала их в рукава. Когти уже оправдать явно труднее, чем белую кожу. Если быть точнее, невозможно.

В неё прилетел большой камень, из-за которого Юэ Лянь жутко захотелось убить того, кто его метнул.

“Сопротивляться нельзя, иначе хуже сделаю обеим сторонам” – осадила она саму себя и распласталась на камне. Юэ Лянь постаралась сделать как можно более беспомощный вид, но получался облик загнанного в угол зверя. Глядишь, разорвёт на куски и съест.

– Хватайте её!

Не предчувствуя ничего хорошего, Юэ Лянь начала ползти к стене. Кто-то её взял за шкирку, словно надоедливую шавку, и ударил головой о стену. Из разбитого лба потекла горячая кровь. Юэ Лянь как могла сдерживала себя, чтобы не зарастить рану, однако всё равно постепенно делала это. Повезло – под стекающей кровью не видно. Тем временем по бокам от горла расположились два лезвия вилы.

С надеждой на усмирение горожан Юэ Лянь обратила взгляд к воротам. Наконец, спасение пришло. Люди зароптали, когда прибежали стражники успокаивать всех и объяснять, что Юэ Лянь под охраной Куэйсу и человек, – это неправда, конечно же. Тем более, их аргументы были слабы перед аргументами людей, увидевших всё своими глазами. Впрочем, стражники помогли Юэ Лянь, потому что сильно отвлекли толпу. Она с силой оттолкнула вилу от своей шеи и бросилась в проулок, огибая людей. Стражники закричали приказы, внезапно обнаружив её пропажу, а несколько человек бросились за Юэ Лянь вдогонку вместе со стражниками, роняя вещи. Она не заметила, как стала бежать, едва не задыхаясь. Перепрыгивала любые препятствия, петляла между зданиями, не обращая внимания на то, что явно оторвалась от погони.

“Вуя! Где она? – думала Юэ Лянь, остановившись на месте, – Она точно может помочь! Где эта ворона, где она?! Почему её нет в такие моменты?!”

– Больше так не делай, – знакомый голос Вуи раздался где-то над её головой, – Мы сильны, но иногда ничего не можем сделать людям ввиду обстоятельств.

Юэ Лянь обмякла, едва стоя на ногах. Её голова отказывалась подниматься, чтобы посмотреть в глаза Вуи. Поступок, что она совершила – глупый и необдуманный. Они должны скрываться в Шанву, а не творить беспорядки в людском мире. Им здесь не место. Все, так или иначе, мешаются и по разным причинам. Демоны живут гораздо дольше, обладают способностями, необычным для людей внешним видом. В конце концов – люди для них по большей части представляют лишь кровь, чем существо со своим собственным разумом и личностью.

– Вуя, Куэйсу говорила про каких-то “шавок императора”, – спросила она, не выдерживая давящей тишины, что сейчас ужасала Юэ Лянь похлеще всяких лезвий вил у шеи, – Есть демоны, служащие императору?

Лёгкими шагами Вуя подошла к бочке рядом и села на неё, как на тумбу.

– Служат не по своей воле, но и не страдают, – произнесла ворона и, не заметив ни души вокруг, раскрыла одну сторону крыльев – указала на что-то. Юэ Лянь оскалилась в четыре клыка и молниеносно обернулась, куда указала Вуя.

– Не реагируй на всё столь зло, – попросила ворона, – Куэйсу проходи.

Продолжая топорщить когти, но держать их в рукавах, Юэ Лянь буркнула:

– Чего пришла?

– Ты меня всегда поражала своей грубостью, – издала она измотанный вздох и замахала веером быстро-быстро, поворачиваясь к Вуе, – Научи её приличию, не помешало бы уж точно.

– Только что говорила. Разве у тебя не выступление скоро в честь Пришествия года?

– Да. Вам лучше не уходить отсюда теперь, – кивнула Куэйсу и обвилась алым пламенем из крыльев и хвоста фазаньего. Она фыркнула: – Как я поняла, эти ночные и вправду хлопотные демоны.

На раздражённое лицо Юэ Лянь, Вуя рассмеялась, вызывая недоумение у неё. Как будто над Юэ Лянь опять издеваются. Хотя, она чувствовала себя полной идиоткой больше, чем обиженной. В последнем случае так, наверное, Юэ Лянь идиотка в два раза хуже.

“Вот ворона эта, Вуя, знает много, рассказывает мало” – думала она, взглянув на Вую, что скрестила ноги и разложилась на стоге сена, сцепила руки замком на затылке.

– Расскажи версию Шанву о двух легендах, – попросила Юэ Лянь и привстала с бочек, – Или любую другую легенду про демонов.

– Хорошо, – откликнулась она, – Выберу первое и начну с самого начала, издалека… Приготовься, устройся поудобнее.

Юэ Лянь послушно кивнула головой, и села лицом к Вуе. Интерес и предвкушение пожирали её изнутри. Хвост вылез из-под юбки вороны и, виляя им, точно змея, она начала сказ:

– Время Бесформенного Хаоса неминуемо стекало в чашу господина-хранителя Гэн Сина, – с каждым словом Вуи Юэ Лянь всё больше окутывал туман древних эпох, когда людей не было и в помине, а божеств – мало, – Переполнилась чаша временами столь сильно, что вылились те могучими потоками на голову властительницы кома Усян, богини Хэпин. Разозлилась она, вертелась и махала хвостом своим змеиным. Ком Усян изменился мгновенно, оттуда горы, каньоны и холмы появились. Время же стало озёрами, реками, морями и океанами. Оно, пролившееся на голову Хэпин, прозрачным явилось с угодий Гэн Сина. Потому приняло время лик небес. Они чёрным потоком, со звёздами струились вместе, сплетались.

Тогда, из пролитых времён, принадлежащих Бесформенному Хаосу взросло три дерева. Чжи Хуэй, древо знаний и мудрости, Лиэн Мин, древо сострадания и доброты, и Дантси, древо честности и верности. Собою они представляют качества, которые требуют от даосов в нынешнее время, и сам чётко определённый путь, дао. Случилась беда одной из ночей, ночью с третьего по четвёртый день и четвёртого месяца по лунному календарю. Луна внезапно залилась кровью, полностью стала алой. Ненавидела она, что время отражало её звёзды и небеса, ведь всё это принадлежало ей. Пролила луна кровь, возжелав тоже сделать своё древо. Однако, вымоталась луна, источая кровь для того, чтобы вырастить его. Потому она стала наполовину суток уходить, а заменяло луну светило-солнце, что воздвиг на небосвод Дженъи. Видел он, как страдает луна, выращивая древо на чувствах своих безумных, но не остановил её, думая, что одумается ещё луна. Не одумалась она, не остановилась, и Дженъи уменьшил её взращивание древа до нескольких раз в году. Не остановил луну полностью, потому что мощью своей она уравновешивала остальные древа, а они – её.

Из жил дерева, которое прозвали деревом Чэн и появились вуоссы. По другой же версии луна была больше личностью, чем просто небесным светилом. А также лун было двое во второй версии: младшая безумная и злая, это кровавая луна, которую можно увидеть на небе несколько раз в год, и её старший брат, которого видно каждую ночь. Помнится, у них есть имя, но оно забыто уже как триста лет, опять с момента Истребления.

– Чувство, будто время до Истребления – это время, когда все мифы были живы, – заметила Юэ Лянь, – Кстати, а как появились вуоссы во второй версии?

– Во второй версии вы тень ночи. И верно ты сказала, что до Истребления все мифы были живы. Я тебе ведь рассказывала про пятый пояс? Добавлю, что среди демонов всех с этого пояса убили во время треклятого Истребления. И они даже не появляются вновь!

“Странно, слишком много совпадений. Да и тем более, разве не должны демоны уравновешивать божеств? Баланс, хоть и не слишком видимый, должен быть в мире. Ясно, что он и без того сильно пошатнулся ещё в злополучное Истребление триста лет назад, когда люди вмешались в дела существ вышестоящих и не принадлежащих привычным им миру. В легендах о появлении вуоссов, по рассказам Вуи, присутствуют достаточно большие “ошибки”. Например, само возникновение двух версий легенд. Существование версий под собой уже подразумевуют четыре варианта ответа на вопрос, каждый из которых содержит ошибку или ложь: первый вариант верен, второй не верен и наоборот, третий вариант – обе версии лгут. Четвёртый кажется самым разумным – версии могли быть соединены и таким образом верны частично, либо просто верны частично без соединения обоих. Крупнейшая ошибка, что я обнаружила, даёт и некоторые ответы: уравновешивать божеств должны вуоссы, о демонах не упоминалось в легенде. Из-за обронённой Вуей фразы “Или наоборот, корень” она тоже начала подозревать, что вуоссы не произошли от демонов, ведь они их корни. Если сначала появились вуоссы как высшие демоны пятого круга, то простые демоны могли возникнуть в качестве подчинённых или сильно изменённых вуоссов. Спрошу у Вуи, чтобы уточнить”

– Демоны как появились?

– Сначала были лишь злые божества, потом возникли их приспешники. Во время Истребления многие лишились своих властителей, – Вуя вздохнула и указала крылом в небо, – Смотри, солнце в зените. Наступил следующий год.

“Ясно, значит, демоны изначально были лишь подчинёнными. Ладно, в конце концов, это не сильно относится к восстановлению моей памяти” – Юэ Лянь выдохнула пар и неприятно сощурилась.

Солнце стояло посреди ясного неба, освещая всё вокруг. Оно неприятно слепило глаза Юэ Лянь, из-за чего она прижалась к стене, уходя в тень нависающей крыши. Луна, конечно, лучше, чем солнце. Глаза Юэ Лянь не слепит, скроет и от глаз других, если надо, однако она ещё не пользовалась этим. Демоническая ци наверняка тоже скроется. Сейчас Юэ Лянь хотела бы уметь скрываться не только ночью, но и в тени, так уж её солнце достало. Прямо испепелить её стремилось, выжать все силы.

“Как другие существа вообще терпят свет солнца?!”

Вдруг над головой Юэ Лянь нависло тёмное крыло, как спасительный купол.

– Благодарю, – сказала она Вуе, – Ты говорила что-то про яогуай в самом начале. Кто это?

– Один раз умершие демоны. У сильных демонов есть две жизни. В первой они просто демоны – во второй яогуай, – она указала на себя, – Я, например, яогуай. Мы все становимся отчасти похожими на определённое животное, в зависимости от смерти и жизни. Также у нас меняется имя и силы уменьшаются.

Зрачки Юэ Лянь инстинктивно увеличились от понимания, насколько Вуя была сильна при первой жизни. Кроме того, она была не Вуей и не вороной.

– Как тебя звали раньше?

– Юнхуа, – ответила она и мягко улыбнулась, – Мне нравилось это имя, но сейчас оно не слишком… не соответствует. Вуя – куда более лаконичный и удобный вариант.

– Звучит так, будто ты сама себе имя выбирала.

С её губ сорвался сдержанный смешок от “глупого” вопрос Юэ Лянь и затем, по своему обыкновению она рассмеялась.

– Н-нет, коне…ха-ха…чн…ха…о… ха-ха-ха-ха!

Юэ Лянь обиженно надулась и отвернулась в сторону. Незаметно её нос уткнулся в твёрдую стену здания. Зарычав от раздражения, она полоснула когтями, поэтому камень перед ней сразу оказался в царапинах. Даже сам камень её сейчас раздражал.

“Понимаю, вопрос был не самый разумный. Зачем так смеяться? Нет, меня не должно это злить. Поспать надо было, вот и всё…”

Смех Вуи звучал недолго, ведь она заметила хмурое лицо Юэ Лянь. Она грубо отпихнула крыло Вуи в сторону. Рука её опустилась на бочку. Лишь тогда Юэ Лянь заметила, что нечаянно поранила когтями крыло Вуи. Кровь капала с кончиков в её голове неожиданно оглушающе, как гонг посреди тишины.

– Кунжутные шарики будешь? – вопрос застал Юэ Лянь врасплох. Впрочем, ответ всегда был готов – да. Да!

Кунжутные шарики мгновенно заполонили все её мысли, а мрачные также мгновенно исчезли. Юэ Лянь схватила свёрток и запихнула себе сразу всё в рот чистой рукой. Приятная сладость и хруст – лучшие качества этой приятной вкусности. Языком она облизнула оставшийся на губах кунжут. На палящее солнце Юэ Лянь внимание не обращала, не обратила и сейчас, когда доела.

– Вуя, ты меня чему-нибудь учить будешь?

Вопрос возник в голове внезапно, Юэ Лянь просто вспомнила о том, что она – ученица, а Вуя – её наставница. Последняя помяла края рукавов, подёргивая нити изогнутыми когтями.

– Тренировки будут сложными, ты уверена, что хочешь начать? – нахмурилась она.

“Напугала. Какое же обучение без сложностей”

Поэтому Юэ Лянь закивала головой, всем видом выражая согласие и готовность. Не все же навыки она растеряла, тем более, кто знает, что умела и чему научилась Юэ Лянь до потери памяти?

– В Шанву ты будешь вынуждена сражаться с кем попало, – предупредила Вуя, сверкнула глазами, одним взмахом крыльев взобралась на крышу, усевшись там, словно собака-статуя Фу, – Можешь даже не надеяться на мою помощь. Я тебе помогу, только если будешь на грани смерти. И не самым обычным способом, как спасение или убийство твоего врага. Пока что для тебя, Юэ Лянь, – она свесилась верхней половиной тела с крыши, улыбаясь во все острые ряды зубов, – Лучший способ помочь в битве – залить в рот фляжку крови. Ха-ха!

Вдруг Вуя упала прямо, – нет, прицельно, как ворона (курсиовм), на Юэ Лянь, вытянув жало ровно ей в сердце. Она успела отшатнуться в сторону, и, понятное дело, неудачно, – упала с бочки. Вуя, сверкая глазами, воскликнула:

– Будь бдительной, тебя могут убить в любой момент!

“Отличный урок, ага” – саркастично подумала Юэ Лянь и перекатилась по камню, уворачиваясь от шипа на крыле Вуи, что прямо стремился проткнуть её насквозь. Было без того сложно, а ведь она с трудом защищалась от всего лишь шипа одного крыла. Юэ Лянь знала, что Вуя прекрасно может орудовать множеством конечностей сразу. Даже мечтать нельзя было о том, чтобы уворачиваться от всех её смертоносных жал, когтей и шипов, не говоря уже о шансе атаковать.

Спустя несколько минут возни по кругу, Вуя просто пригвоздила её верхней парой крыльев за капюшон к стене. Неприятное ощущение пронзило голову Юэ Лянь, ведь пригвоздили её к стене, предварительно грубо швырнув, будто она мяч. Изо рта и носом ручейком стекала кровь, которую Юэ Лянь утёрла рукой, как только Вуя отпустила её. Она поднялась на трясущихся коленях и ухмыльнулась.

“Раз уж она пытается убить меня внезапно, я отвечу тем же”

Юэ Лянь сделал выпад, целясь чётко в шею.

– Жалкая, но неплохая для тебя попытка, – произнесла Вуя, перехватив её саму за шею хвостом. Кровь мгновенно утекла от головы, отвратительное удушье быстро распространилось. Глаза налились кровью, и без того белое лицо теперь ещё и посинело. Юэ Лянь судорожно схватилась за шею когтями, но быстро переправила свою цель и начал неистово полосовать руку Вуи, едва ли не отрывая её.

– Ладно, молодец.

“Вот ведь… – Юэ Лянь бессильно распласталась на земле, тяжело и прерывисто вдыхая драгоценный воздух, – ворона… ну и методы у неё”

Ворона, которую она проклинала в своих мыслях, и без пылинки на одежде прыгнула на сено и расслабленно вздохнула:

– Вот и обучение, Юэ Лянь. Рада?

– Впечатлена, наставница.

– О-о-о, спасибо, – улыбаясь, саркастично поблагодарила Вуя в ответ.

– Извините, что прерываю, госпожа, но теперь я точно не хочу быть вашей ученицей.

Юэ Лянь, и без того разозлённая днём, взяла тяжёлый камень рядом и с громким боевым криком швырнула её в Куэйсу. Из глотки поднялся низкое рычание, Юэ Лянь казалась, будто она сейчас взорвётся. Однако, усталость не позволяла, как и Вуя, что насмешливо улыбаясь, хлопнула её крылом по плечу. С разлетающимися в стороны искрами Куэйсу подлетела к ним и по привычке замахала веером, тем самым распаляя огонь крыльев сильнее. Жар Куэйсу, от которого таял весь снег вокруг, а иней пропадал без следа, действовал на Юэ Лянь не лучшим образом, скорее усыпляющим. Вместе с тем на ней сказывался свет от солнца, вместе с тем – усталость прошедших дней.

– Спать хочу-у-у-у… – промычала она и потёрла веки.

– Потом, – неожиданно грубо произнесла Куэйсу, – У нас проблемы. Произошедшее вскоре дойдёт до императора, и навряд ли мы сможем обмануть чиновников, они того и гляди, придут с проверкой, – Вуя нахмурилась, внимательно слушая Куэйсу, а Юэ Лянь затихла, – Людей сильно встревожило произошедшее, у крепостной стены толпы.

– Мы ведь уйдём из Гуанби раньше, чем нас настигнут.

– В том и проблема. Если вы уйдёте, – не говоря уж обо мне, то по всей республике, – может, и всей Фанцы, будет шастать армия, ваши лица успели запомнить. Волнения не только в городе, но и в поместье. Вы не представляете, отец мне устроил такую трёпку за своевольное укрытие демонов, – всполохи пламени яростно взлетели вверх, когда Куэйсу обратилась к Юэ Лянь, что лишь закатила глаза, – причём столь безбашенных и опасных! Скоро будет совет, губернатор Йэн Дзэндин желает видеть вас на нём. Это приказ, и отвести вас в поместье должна я, поскольку только я и знакома с вами.

– Полагаю, у нас нет права отказаться, – пожала плечами Юэ Лянь.

"Казнить нас навряд ли получится, учитывая способности. Не посмеют, должны же знать, что мы сильнее. Всё же, слишком много перечить нельзя, не хотелось проблем в духе “очень-очень быстрого ухода из Гуанби, поскольку нас собирается задавить армия”

– Неприятная ситуация, – цокнула языком она, – Но ничего сложного не будет. Демоны и демоны, – одна яогуай, я вуосс, ничего особенного!

Её острозубая улыбка до ушей явно раздражала Куэйсу, судя по лицу, говорящему слова за неё.

– У нас серьёзная ситуация, Юэ Лянь! – вскрикнула та, от злости стукнув себя по коленям веером. Брови сошлись на переносице, губа поднялась вверх, обнажая зубы, ведь клыки она показывала редко. От неё летели снопы искр, словно Куэйсу огромный костёр, в который сейчас кинут камень, – то уже происходило недавно.

– Не преувеличивай, – рассмеялась в ответ Юэ Лянь и смеялась она столь неприлично громко, что даже Вуя косо на неё смотрела, поморщившись.

– Ночная… – процедила она.

Юэ Лянь зажала когтями рот, но всё равно издавала в ладонь сдавленные смешки. Под осуждающими взглядами Вуи и Куэйсу она должна была чувствовать себя неловко, смущённо, – не судьба(курсивом), она чувствовала себя победителем, ведь Вуя не стремилась как-либо успокоить её. В конце концов, Юэ Лянь пошла вперёд по улице, весело крича двоим сзади:

– Мы идём или как?!

“Судя по всему, они не идут”

Раздались громкие хлопки шести пар крыльев, потрескивание огня, и вот, Вуя с Куэйсу ловко приземлились впереди.

– Меня подождите! – только произнесла она и, стуча сапогами по камню, встала между ними.

Глава 15

– Мы зайдём через тайный ход, никто не должен знать о вашем присутствии на собрании, – произнесла Куэйсу, когда они, спустя несколько крюков для того, чтобы спрятаться от людей, наконец достигли края стены, где находился маленький бамбуковый лес, – Под Гуанби множество туннелей, которые сделали ещё до Истребления, – она нашарила рукой спрятанную между камней стены верёвку и дёрнула, после чего внутри началось движение, – Доподлинно неизвестно, кто создал эти туннели, а созданы они были ещё до Истребления, но поговаривают, что сделали их демоны.

Юэ Лянь, заинтересованно послушав маленький рассказ о туннелях, начала обнюхивать стену, однако отпрянула назад, ведь едва не упала, где на снегу вдруг образовалась дыра, а земля оказалась замаскированным люком.

– Самый быстрый способ спуститься – спрыгнуть, – сказала Юэ Лянь и подползла к яме.

– Там лестница есть, дура, – огрызнулась Куэйсу и первая залезла в люк. Вокруг неё воздух вспыхнул пламенем, и стало видно, что туннели не так уж глубоко расположены. Вуя, следом за Куэйсу спустилась в туннель, Юэ Лянь не удержалась и всё же спрыгнула, не забыв закрыть люк. Она перекатилась на спине, смягчив тем самым падение себе. Воздух в туннелях сырой, а стенки из земли покрыты льдом, из-за чего тунелли выглядели не так мрачно, как могли бы выглядеть летом. Вдруг Вуя крикнула, и её голос эхом распростронился по всему туннелю:

– Куэйсу, убери огонь, сейчас же! (курсивом)

Она, настороженная обсепокоенным состоянием Вуи, повиновалась.

– Если снег и лёд в туннелях растают, нас попросту затопит, – объяснила Вуя, а Юэ Лянь распахнула глаза, тьма показалась ей такой приятной и родной, – Мы можем в любой момент уйти, но в то же время не можем.

Юэ Лянь уже поняла. Краем уха, самым краем, до её сознания донеслись отдалённый топот шагов, вероятно, принадлежавшие разыскивающих её и Вую яростным горожанам. Они опасно близко бродили у бамбуковой рощицы, о чём-то перекрикивались. Люк было легко заметить, и прикрыть снаружи никто не мог. Слышалась брань, причём очень неприличная, слышались и фразы: “Ци демонов треклятых теперь можно за ли чуять! Вот, рядом, в лесу они…”

– Бежим! – вдруг воскликнула Вуя, едва заслышав последнее, и бросилась вперёд по туннелю, увлекая Куэйсу за собой вперёд, а Юэ Лянь гналась за ними сзади, ведь бежать втроём по туннелю невозможно, слишком узкий. Куэйсу дальше бежала сама, и, еле сдерживаясь, чтобы разгореться всполохами пламени, крикнула:

– Сюда!

В кромешной темноте ориентироваться можно было лишь по трём лентам запахов: её, Вуи, и Куэйсу. Она то и дело сворачивала куда-то, дёргала широкими рукавами, что то и дело цеплялись за лёд. Юэ Лянь, правда, могла ориентироваться не только на запах (хоть и это и надёжнее было), ведь в темноте видела лучше, чем любое другое существо. Погоня за ними явно велась, ведь помимо их собственных шагов слышен и топот позади. Примерно в поворотах пяти за ними находились люди. Они двигались медленно, явно боясь что-либо сделать, в то время как они все трое бежали словно позади них не группа людей, наверняка с вилами, а дракон, к примеру. Бежали так, словно позади пятнадцать медведей, бежали, задыхаясь от бега, но не прекращая переставлять и менять ноги друг за другом. Вдруг Вуя остановилась на месте, и пыль полетела в лицо Юэ Лянь, которую она взяла в охапку, поставив затем сзади себя. Множество хвостов Вуи с силой ударили по потолку земли сзади. Раздалась дрожь, и путь позади них осыпался землёй, камнями, смешанными с хрустом льда, что мгновенно исчез среди них. Вуя выругалась и попятилась назад, выругавшись. Потолок продолжает осыпаться дальше, и значило это лишь одно: бежать теперь надо ещё быстрее.

“Зато люди не достанут, примут за тупик”

– Сколько осталось, цзуннюй? – спросила Вуя и оттолкнула крылом камень сверху.

– Сейчас прыгайте вперёд!

Юэ Лянь и Вуе не осталось ничего, кроме как повиноваться, ведь рыхлый ком земли нагонял их быстрее лавины. В конце почти захлестнуло землёй, замуровали заживо, но они взбежали наверх. Под ногами появился камень, ступеньки, свет – они, спотыкаясь, выбежали в какую-то комнату. Сразу они завалились на пол от усталости, тяжело дыша. Полы здесь каменные и жёсткие, ощущались как мягкая постель для всех троих.

– Собрание когда? – вздохнув, поинтересовалась Юэ Лянь и слабо потянула за рукав Куэйсу.

– Через пять минут.

– И как мы встанем?

– Встанем, – резко ответила на общий вопрос Вуя и с усилием подняла обоих хвостами, а сама с таким же усилием (и кряхтением) поднялась на силе крыльев. Юэ Лянь наконец осмотрела комнату, шустро мазнув взглядом по ней. Каменные стены, каменный пол, несколько факелов и множество бочек, пахло сыростью, рыбой и ещё чем-то не самым приятным. Грибами и водорослями, наверное.

– Мы в подвале, что ли?

– Рядом с залом собрания. Выйдем отсюда поскорее и проберёмся в зал незаметно. Служанки могут зайти в подвал в любой момент, по разным причинам.

Куэйсу отряхнулась, проследовала за Вуей к двери, а Юэ Лянь проскользнула за ними в закрывающийся проход. Никого из слуг, повезло, не обнаружилось. Вуя на всякий случай припрятала хвосты и крылья. Куэйсу прошла немного вперёд, открыла ворота в нескольких чжанях от них, а затем притянула к себе Юэ Лянь с Вуей, поскольку заметила слуг из-за поворота. С громким хлопком врат со знаками династии, и шорохом тканей, свисающих сверху, раздался шёпот и тихие вздохи.

Куэйсу мгновенно низко поклонилась, в то время как к ней обратился мужчина среднего возраста, восседающий на троне за столом:

– Сяо цзе, ты привела демонов Вуя и Юэ Лянь?

– Как и велел, отец.

“Вуя яогуай, но не упоминать об этом, иначе настороженными будут”

Немигающим взглядом Юэ Лянь обводила чиновников, которые нервничали оттого, в отличие от пугливых простолюдинов, показывали свою устойчивую, высокую кровь, протекающую в венах. На нескольких столах в зале стояли свитки, кисти и чернила. Все обсуждения затихли, как только тогда в зал явились Вуя и Юэ Лянь – демоны.

– Действительно, демоны, – прозвучал чиновник, – Кожа бледна, словно у мертвецов, глаза дикие, и когти, вижу, прячут.

Юэ Лянь фыркнула и высунула руку, чтобы стало видно всю когтистую руку. Куэйсу тем временем переместилась за стол подле того мужчины – её отца, и погрузилась в молчание, в то время как Вуе с Юэ Лянь оставалось только стоять, не двигаясь. Перешёптывания прекратились под скрипучий голос старика в однотонных одеяниях монашеских.

– Ци несёт от них и вправду демонической.

Вуя сжала челюсть, присутствие монаха ей явно представлялось не самой приятной вещью. Для Юэ Лянь же монах не представлял никаких проблем, ведь, судя по всему, раньше она часто ела святую еду, а потому выработала иммунитет.

– Имя наше вы знаете, господа люди, – вдруг произнесла Вуя, – Прибавить могу лишь одно: мы путники. Куда направляемся и откуда пришли, сообщить не могу, но представлю Юэ Лянь, мою ученицу. Я демон-ворона, но думаю узнать это можно и по имени.

– Чем же ты ворона, демон? – сощурился старый монах с неприязнью в голосе, ведь ему явно не нравилась такая вежливость со стороны Вуи. В конце концов, люди думают, что демоны постоянно стремятся обмануть, хотя сейчас им это ни к чему.

Вуя сверкнула глазами, и четыре смольно-чёрных крыла распахнулись, шурша вычищенными в купальне перьями, а один хвост с жалом обвился у её ног, алые рога на лбу Вуя тоже не утаила. Чиновники заохали, увидев такое непривычные для них явление. Монах потрогал подбородок, моргнул и повернулся к Юэ Лянь:

– Ты кто?

– Очень невежливо с вашей стороны, господин даос, – насмешливо прошипела ему она, ведь чего не повеселиться над таким забавным существом, как старый человек-монах, думающий, что ему всё дозволено? – Вы ведь разбираетесь в демонах, изучаете их в храмах. Я ночная, служу лунам. Лунный, по другому – ночной демон, луною меня потому и зовут.

– Сущность свою не желаешь показать, раз так честна? – ядовито сказал монах в ответ, и золотые серьги на его ухе брякнули, будто поддерживая.

– Не нужды, я и так в своём виде, – Юэ Лянь далее перестала обращать на монаха внимание, так как к ним обратился глава республики Бао:

– Причиняете ли вы вред людям, нашему скоту или имуществу?

Убрав всё демоническое и засунув руку в рукав другой, Вуя спокойно ответила:

– Мы можем питаться человеческой едой.

Ровному тону Вуи совсем не соответствовал и перечил грубый от Юэ Лянь:

– У меня к вам встречный вопрос.

Вуя смерила её грозным взглядом, от которого у Юэ Лянь должны были пойти мурашки, однако не пошли и заставили лишь замолчать. Она сложила руки в более формальный жест, хоть и чёрный, дёргающийся коготь указательного пальца оставался вполне заметным.

– Простите грубость моей ученицы.

При этих словах Вуя специально поклонилась не слишком низко для извинения, и две золотых бусины лишь чуть-чуть шевельнулись, свисающие с “рубиновой звезды” на вершине её лба. Юэ Лянь не знала, кланяться ли ей сейчас тоже, выразила Вуя сейчас поддержку или что-то другое, однако явно не надо было стоять на месте. Ровно также она и правил поведения не знала, – забыла, если быть точнее. Поэтому Юэ Лянь не придумала ничего лучше, как отойти обратно к Вуе, прикусив губу клыком.

“Нужно напомнить Вуе научить меня правилам поведения” – записала у себя в голове Юэ Лянь, отмечая, что сама Вуя, кажется, знала их наизусть.

– Ни один человек не пострадал, не пострадал и скот, – наконец ответила Вуя. Она врала, и нисколько не волновалась о том, что они могут потом разузнать о лжи. Когда догадаются, не будут знать, где искать, а ведь они уже будут в Шанву.

Вуя некоторое время смотрела прямо в глаза главе республики и произнесла:

– Разрешите идти, – она сложила руки всложном жесте, выдерживая паузу, – и странствовать далее.

– Выйдите все, кроме цзуннюй и демонов.

Чиновники с замешательством глядели друг на друга, – ещё больше на главу, но вышли из зала. Куэйсу же всё время сидела, задумавшись о чём-то, и всколохнулась всполохами, стоило главе упомянуть её. С виска стекла капля пота, когда прозвучал приказ.

“Если бы сказал выйти только демонам, ничего бы не изменилось, от того она так и выглядит”

– Дочь, эти демоны действительно не представляют опасности?

– Не представляют, отец, – вздрогнув с широко открытыми бирюзовыми глазами, ответила она, – Могу ли я в ближайшее время отправиться в Шанву? Заждались меня там. Народу скажем, что я отправилась на пантеон божеств к другим зодиакам.

"Что она несёт?!"

Внутри Юэ Лянь всё похолодело, а внутри вскипела злость. Её поразило, как Куэйсу с настолько спокойным выражением лица рассказывает человеку (курсивом) о Шанву, об обитании демонов там. Ещё больше Юэ Лянь встревожило, что он тоже спокоен, как камень.

– Раз эти демоны опасности не представляют, ты с ними уже знакома, то можешь отправляться хоть сегодня. Как раз подходящий момент, праздник фонарей Дня и Ночи священен. Как и ты, по версии народа, – его слова внезапно стали жёсткими, как сталь, и ядовитыми, как яд змеи, – Помни, что сейчас обманываешь не только Гуанби, но и жителей всей Фанцы, которые слепо верят в твои святость. Вознесение в шестнадцать… бред, не иначе.

Глава произнёс всё столь небрежно, словно Куэйсу для него лишь тяжесть, от которой он ищет способ поскорее избавиться. До этого он говорил более сдержанно, и всё равно Юэ Лянь почувствовала в его манерах общения черты, свойственные людям, обладающим властью среди своих – гуйцзы. Люди постоянно галдели о том, что они "особенные", гуйцзы от рождения могли владеть и управлять другими людьми, землями, получать от жизни всё лучшее. Она не понимала этой традиции, – это просто глупо! – но глава республики Бао представлялся ей достойным

– Можете идти в Шанву, – сказал через недолгое время он.

– Удачи, – вместо обычного прощания сказала Куэйсу, вместе с Вуей и Юэ Лянь оказываясь в коридоре.

– Вы виделись с отцом в последний раз. Тебя, можно сказать, метлой из дома выгнали, – хитро осклабившись, хмыкнула Юэ Лянь.

– Плохо подбадриваешь, лунная, – оскалилась в ответ Куэйсу, с охотой заменяя зубы на острые клыки, – Хотя знаешь, ты будто даже не лунная. Дикая лиса ты. Хули-цзин, вот кто!

Глаза Юэ Лянь стали полностью видны, когда она подняла веки, с чуть вытянувшимся лицом, – секунда замешательства и удивления, а затем она издала смешок и вновь улыбнулась. Шаг вперёд. Она стояла опасно близко к разозлённой, выгнанной из дома цзуннюй. Впрочем, не стояла, а нависала, учитывая рост Куэйсу. Она сейчас была действительно похожа на птицу, только маленькую, что-то злобно щебечущую себе под нос.

– Думаешь, просто так я тебе дала лисью маску тогда, в закоулке?

Приятно Юэ Лянь не было, что её сейчас считают лисой, хотя она даже не знала, могут ли демоны сразу быть яогуай. А могут ли вуоссы? Правда, в данной ситуации, – и не только в этой, в последнее время, её действительно легко принять за хули-цзин: сидит, улыбается, да видны все четыре клыка, хитрит постоянно и безумна. Только острых ушей на макушке и трёх, пяти или девяти рыжих хвостов за спиной не хватает.

– Хватит вам ссориться, слуги того и гляди, придут, – шикнула на них Вуя, и Юэ Лянь очнулась из размышлений. – по комнатам. Быстро собирайтесь, уйдём ночью. Конбу, к сожалению, придётся оставить здесь. В Шанву её могут съесть, а передвигаться будем пешком.

Она развернулась и направилась по коридору к своей комнате.

– Ты ещё вспомнишь мои слова, когда обнаружишь у себя хвосты и уши, хули-цзин.

Красная Птица всполохом огня вышла во двор, а искры последовали за ней рыжим шлейфом.

Оставшись наедине со своими мыслями, Юэ Лянь решила сбежать от них, решив выполнять, что сказала Вуя. Потому в выделенной ей комнате быстро начала собирать всё в короб, который ей успели любезно подложить. Вещей не так уж и много было у Юэ Лянь. Дневник для записей в виде пустой книги – удобнее, но явно дороже, чем дощечки. Им Юэ Лянь очень дорожила, ведь там хранились простые воспоминания-записи за неделю до потери памяти. Ничего особо важного: купить что-то, поохотиться, – одним словом, заметки.

Она аккуратно положила дневник в короб, там же оказалась и кисть с чернилами. Юэ Лянь бросила взгляд на дневник и почувствовала что-то важное, будто прямо сейчас надо туда заглянуть. Мягко она подняла когтистой рукою дневник со дна короба и пролистала его до самого начала записей. Кривым почерком было написано на странице, где она по непонятной причине решила остановиться:

“На холоде выпитая кровь быстро испаряется. Купить пудру. Навестить маму после Шанву. Интересная теория: в Шанву обитают духи мёртвых людей. И когда туда приходят люди, они злятся, нападают на них”

Последние два предложения были спешно перечёркнуто. Юэ Лянь была непонятна теперь мысль о том, что она хотела навестить мать. У людей матерью называли, того, кто тебя вырастил – а что это, “вырастить”? Она не знала. Как и не знала, зачем демону мать или опекун, ведь его может вырастить лес, улица, горы Шанву.

Юэ Лянь покачала головой.

“Незачем демонам опекуны, мы не люди”

Дневник снова оказался в коробе с одной расцарапанной, скорее разорванной страницей. В короб попасть, к слову было трудно, ведь Юэ Лянь ломала голову над тем, что ей нужно собой, прижав коготь указательного пальца к губе. До сборов, как бы, вещей тоже не было. Она хлопнула рукой по лбу себя, когда вспомнила о наказе Вуи есть человеческую еду и лишь немного крови. Рука сползла по её раздражённому лицу от понимания того, что придётся тащить провиант.

“Хорошо, хотя бы не на себе короб нести буду, а на Конбу, – Разум прошила молния осознания, – Конбу же останется здесь!”

Плохи дела, плохи, ой как плохи! Всё на себе нести надо будет, морока какая. Юэ Лянь устало вздохнула, лениво кидая в короб одеяло с пола. Всё-таки, спать на сене и траве не очень-то и удобно, особенно зимой, когда холодно. Люди с их слабостью замерзают заживо, наверное. Демоны же более выносливы к холоду, однако с людьми в их нужде одеяла, ковров или пледов согласилась бы даже Юэ Лянь: неприятно, когда коченеют всё тело от мороза. Потом и дверь не откроешь, пальцы слушаться отказываются – это она запомнила, когда заработала обморожение.

Кожа инстинктивно покрылась мурашками, по телу прошёлся холодок. Закрылись глаза, она моргнула, и прошло всего краткое мгновение, в которое Юэ Лянь успела очнуться в воспоминании путешествия с Вуей, когда уже вступили в свои права малые снега, примерно их середина.

В лицо летели снежинки. Не те, что мягко летят с неба и тают на носу, те, что болезненно врезаются в тебя, вместе с тем приводя пронизывающий ветер. Он будто даже под тёплый плащ Юэ Лянь, вороша плотную ткань и белый мех по краям. Сейчас, в густом лесу среди прямых ясеней и могучих дубов, несмотря на них, завывала метель. Добиралась до всего, до чего могла, защищённый на вид лес тоже метель коснулась своим морозным касанием. Кусты выглядели так, словно вот-вот сорвутся, а ветви деревьев не лучше. Юэ Лянь от них не отличалась сейчас: губы потрескались, как листва, а лицо сделалось ещё белее, может чуть синеватым, – это снег, который всё наметал и наметал ветер ей под ноги, сугробы на глазах появлялись.

“Малые снега в этом году что-то не малые снега совсем. Ни в какие ворота такая погода не идёт! – до того дошло – она аж вспомнила имя бога ветра, который так неустанно полосовал её кожу потоками холода, – О Фэй Лянь, сжалься, прошу тебя, если ты меня слышишь!”

Ударившись лицом о ветвь ближайшего дуба, Юэ Лянь зашипела на неё, как на змею, а затем яростно смела со своего пути когтями правой руки. Взгляд её случайно мазнул по небу. Оно белёсое и мутное, словно пролитое молоко. Не понять, есть ли облака или нет, возможно, они замели небеса, а возможно, сами они сменились молоком. Затем взгляд её упал вниз и Юэ Лянь стала осматривать округу, выискивая смольные крылья, красную чешую или такой же чёрный, как крылья, плащ с узорами алого цвета, – цвета её чешуи на хвосте.

Конбу, увидев подзывающий (даже вялый) жест, подбежала, фырча и ловко огибая кусты. Она погладила лошадь по мягкой шерсти, и спросила также мягко:

– Не видела Вую? – и наигранно недовольно буркнула: – Ворону эту пернатую…

Лошадь уставилась на неё ореховыми глазами. Лошадь, не человек и не демон ведь, слово понять ей не дано.

– Юэ Лянь, не про меня с лошадью разговариваешь?

Она с испуга продрогла с пяток до макушки, от кожи и до костей, но не исключено, что это от холода, о чём Вуя ей любезно напомнила:

– Замёрзла совсем. Плащ тебе нужен явно потеплее.

Невнятно ворча под нос она взяла Юэ Лянь за талию, словно кошку, а невзирая на её брыкания, садила на Конбу, которая, кажись, была совсем не против. Возможно, поддерживала идею Вуи ехать на ней. Юэ Лянь, в душе тоже поддерживающая данную идею (тело так неприятно окоченело!) прижалась к шее Конбу, тёплой и размерено дышащей.

– Одеяло раздобудем в Гуанби, ты часто мёрзнешь.

Ей ладонь коснулась макушки головы Юэ Лянь и потрепала её, из-за чего она состроила мину, будто съела лимон.

“Одеяло явно понадобится, Вуя попросила раздобыть. Никто не заметит, если умыкну”

Через окно за узорчатой решёткой, шторы и тюль донеслось громкое карканье, вместе с ним – шлейф запаха Вуи. Юэ Лянь приблизилась к стеклу, и вдруг обнаружила, что это не просто большие окна, а сёдзи, раздвижные двери. Понятно стало, почему они такие матовые, двери всё-таки. Стараясь не поцарапать стекло когтями, Юэ Лянь отодвинула их в сторону, и спустилась, в сад. Здесь пахло розами, росшими повсюду красными реками, а посреди кустов стояла Вуя с мешком, набитым чем-то.

– Забери еду в путь! – сказала она и Юэ Лянь лишь за мгновение успела поймать мешок. Вуя уже начала разворачиваться, чтобы пойти обратно к себе.

Юэ Лянь помолчала, думая, задавать этот вопрос или нет, наклонив голову к розам у ступеней. В горле словно застрял комок сомнений, мешавший ей. В голове протекли недавние фразы Куэйсу, отчётливые и колкие:

“Дикая лиса ты. Хули-цзин, вот кто!”

“Ты ещё вспомнишь мои слова, когда обнаружишь у себя хвосты и уши, хули-цзин”

– Вуоссы, как я, могут быть хули-цзин? – сорвалось с губ.

Шаги застыли на одном месте. Голова Вуи повернулась к ней, рубиновое украшение на лбу слилось среди окружающих алых, словно кровь, роз.

– Нет, не могут, – последовал ответ и Вуя продолжила свой путь к комнате. Напоследок крикнула: – Вашей Ци обычно много, но твоей почти нет!

Юэ Лянь открыла и закрыла рот, словно кои, протянула руку к её уходящей фигуре и осталась на месте, так не осмелившись спросить, почему её ци мало. Унылый взгляд попал на мешок в её руках, будто он сам мог ответить на вопрос. Вздохнув, Юэ Лянь развернулась и вошла в комнату. Также осторожно закрыла стеклянные сёдзи, однако грубо затянула шторы, – её раздражал свет солнца. В комнате стало значительно темнее, и она расслабленно опустилась на ковёр, вдыхая приятный запах благовоний. Лёгкий дымок шёл из маленьких ваз рядом с кроватью. Юэ Лянь ещё чуть-чуть принюхалась, достала палочки из ваз и аккуратно сунула одну в короб.

“Найду где-нибудь такие же или похожие”

Не найдя, что ещё положить в короб, – он и так был переполнен едой, она уселась на кровать. Она распласталась там, словно ленивая кошка, и, вспоминая животных, Юэ Лянь подумала, как хорошо было бы чувствовать сейчас во рту не горький запах дыма, а чью-нибудь тёплую кровь. Людям питание кровью казалось кощунством, однако у Юэ Лянь ответный вопрос к ним возник: разве люди сами не убивают животных для еды? Может, они так не любят распивание крови демонами, потому что те считают кровь людей одной из самых вкусных. Глупо было рассуждать на такую тему, ведь всё-таки люди правы в своём наполовину верном утверждении: демоны – “зло”. Правы лишь наполовину, ведь назначение демонов уравновешивать божеств и остальное, зло – это когда они не пребывают в равновесии. Виновников же возникшего зла искать бесполезно, в итоге не сыщешь даже через многие века. Демоны, люди и божества чем-то на природу похожи: люди – травоядные, демоны – хищники, божества – небо. Необязательно божества только благодетельные, существуют и демонические божества, тоже с пятого пояса, точно другие божества. В таком круговороте природы получается, что самые слабые существа – люди. Нет когтей, клыков или крыльев, нет сумасшествия, нет жажды крови в буквальном смысле, нет устрашающей ци, чудесных сил, как у демонов, нет ци благоговейной и заставляющей трепетать, нет власти над отделами природы, нет древнего назначения – охранять смертных, коими люди и являются. Главная слабость людей – это их смертность, короткий век.

“Люди столь слабы, словно мыши-полёвки, и хрупки, словно фарфоровая ваза, – думала Юэ Лянь, улыбаясь, – Даже всех смертных людишек, когда они напали на меня, я могла с лёгкостью убить. Одна горстка сапфиров – и они мертвы”

– Лисиц…, – вдруг раздался едва ли не крик, причём крайне раздражённый и явно принадлежащий Куэйсу. Она осеклась, когда заметила яростный взгляд, – Юэ Лянь, то есть. Нам пора в путь, – Юэ Лянь радостно вскочила с кровати, натянула на спину короб и быстрее молнии оказалась у двери, за спиной Куэйсу, которая добавила, разворачиваясь следом за ней: – Уйти придётся чуть-чуть необычно.

– В каком смысле?

– Я применю свои способности и скрою нас троих.

– Надеюсь, мы будем не в полёте?

“Если ещё раз она нас утащит в небо, я её огненные крылышки водой оболью”

– Вообще-то, да.

“Точно оболью”

После ответа Куэйсу Юэ Лянь едва могла сдерживать низкое рычание, что так и хотелось вырваться. Она сглотнула, успокаивая себя, а затем почти инстинктивно начала искать взглядом тёмно-красную, словно вино, юбку и смольно-чёрную макушку. В саду нет, среди слуг Вуя не замечена, значит… Юэ Лянь оттолкнулась от стены, из-за чего без того напуганные её присутствием слуги разбежались в стороны, кто-то в ужасе вскрикнул. Оказавшись на потолке, Юэ Лянь с помощью когтей проползла по нему к окну, выбралась через него на крышу, цепляясь когтями за края. Споткнувшись, Юэ Лянь принюхалась и последовала за уходящим запахом. Он петлял среди крыш, пытаясь спрятаться, поэтому она любезно подождала Вую.

“На этот раз она не застанет меня врасплох, а я её”

Юэ Лянь заскользила сапогами вниз по крыше, прыгнула на следующую, чтобы не упасть, и спустя несколько таких прыжков, спрыгнула не на следующую крышу, а вниз. Перекатилась, чтобы смягчить падение, но быстро развернулась назад и схватила уходящую Вую за кисть. Та застыла на месте, словно изваяние.

– Молодец. Но я не применяла крылья. В Шанву нужно быть быстрее.

Они вместе вышли обратно, однако сразу наткнулись на Куэйсу. Её веер дёргался настолько резко, можно было подумать, что она хотела им кого-то убить – а ведь вполне могла.

– Идём в сад, – кратко сказала она, – Там я подделаю вознесение на небеса.

“Подделать вознесение?!”

Юэ Лянь вначале застыла, удивлённая настолько смелым решением. Хотя, другого выхода и не оставалось, в прямом смысле, другого выхода из Гуанби не было. Они могли уйти, только вместе с Куэйсу, которая скроет их во время вознесения. Пока они будут пребывать в полёте, можно будет приземлиться, а Куэйсу оставит что-нибудь под видом себя. Вероятно, огонь.

Пока Юэ Лянь догадывалась о плане Куэйсу, они оказались в безлюдном умиротворённом саду. Том самом, с розами.

– Возьмите меня за руки, – приказала она, и Юэ Лянь с Вуей сделали это (хоть первая с большой неохотой). Вокруг них всё заполнилось потоками пламени, появились крылья и хвост Куэйсу, ещё больше, чем обычно. Вскоре Юэ Лянь ничего вокруг не могла видеть кроме рыже-алого пламени, лиц Куэйсу и Вуи. Вдруг ноги оторвались от земли – они взлетели. Сразу так высоко, как можно было. Знакомый страх окутал Юэ Лянь, схватил когтями и чтобы успокоиться, она обвила чёрный туман вокруг руки, появившийся сам по себе. Вскоре через огонь можно было развидеть Гуанби. Она протянула руку вперёд – словно на ладони! Дома прижимались друг к другу, словно замёрзшие воробьи, а храм с крепостной стеной и поместье Йэн – огромный холм, укрывающий их от ненастий.

Куэйсу схватила их за руки и молча начала падать. Выглядела Куэйсу настолько обессиленно, насколько возможно. Глаза будто посерели, огонь в них потух, руки дрожали, а маску она даже не старалась удержать. Подхваченная ветром, маска унеслась по небу. Тем временем Вуя, обеспокоенная бессильной Куэйсу, раскрыла свои крылья, схватила хвостами Куэйсу и прижала к себе. Пустыми глазами смотрела она смотрела сквозь них, будто и Юэ Лянь, и Вуи не существовало подавно.

Они комом планировали в сторону леса. Огненный шар усилиями Куэйсу всё ещё чудом мог оставаться в небе. Однако Юэ Лянь не понимала, почему из неё вышли все силы, пока не заметила огромный столб вьющегося пламени внизу. Можно было сказать, что этот столб был широким, как треть ли, и высоким, как одна ли. Сад и часть поместья скрылись за огнём – хорошо, безвредным, иначе едва ли не весь город бы сгорел.

Она поперхнулась от такого и, к своему удивлению, с жалостью взглянула на Куэйсу. Её тряхнуло вперёд, когда она случайно пропустила ступень тумана. Юэ Лянь в воздухе рядом с летящей Вуей и Куэйсу на руках, удерживала Небесная поступь, переключившись под её ноги, поэтому, спотыкаясь и поскальзываясь, она всё равно отставала от них на чжань.

Спустя несколько минут, она всё же упала и покатилась по туману, который услужливо расстелился под ней. Юэ Лянь вскрикнула, увидев перед глазами пейзаж бамбукового леса и города, а затем её подхватили руки Вуи, ставя на туман.

– Старайся не падать, Небесная поступь может не успеть поймать тебя, – произнесла она и нырнула вниз, увлекая ещё одним хвостом Юэ Лянь за собой. Чёрный дым обвился вокруг руки. Юэ Лянь судорожно схватилась за заднее крыло Вуи. Оно было достаточно большим, чтобы можно было крепко ухватиться за него. Вдруг Вуя махнула им, стряхивая Юэ Лянь, словно назойливую муху. Она едва успела приказать Небесной поступи перейти под ноги, однако уже опустилась ниже Вуи и Куэйсу на несколько чжаней. Бамбуковый лес, стоящий впереди Гуанби, солнечной столицы, становился всё ближе и ближе.

Через некоторое время Юэ Лянь была совсем недалеко от верхушек деревьев, отвлеклась, чтобы посмотреть на Вую с Куэйсу, поэтому когда снова повернулась вперёд, едва успела ухватиться рукой за верхушку. Держась левой рукой за бамбук, она завалилась вниз, провалилась между ветвей из-за гладкости коры. Царапая когтями кору, Юэ Лянь прокрутилась вокруг ствола и приземлилась на землю, перекатившись всем телом по снегу.

Рядом раздались хлопки крыльев, и приземлилась Вуя. Куэйсу она осторожно облокотила на ближайший бамбук. Та безвольно свесила голову на плечо, словно кукла.

– Мы можем ей как-то помочь? – Юэ Лянь ткнула в её шею когтем и фыркнула: – Выглядит не очень.

– Пока что можем только выхаживать её, – ответила Вуя, поймала хвостом ближайшую птицу и вылила маленький поток алой жидкости в рот, – Кровь ей сейчас, думаю, не помешает.

– И через сколько Куэйсу выздоровеет?

– Примерно через месяц.

Юэ Лянь застыла на месте, пока Вуя взвалила на освобождённую от крыльев спину Куэйсу.

– У нас нет столько времени!

– Вот именно, кивнула Вуя и стала идти вперёд, а Юэ Лянь догнала её, теперь стоя сбоку – Поэтому нужно побыстрее дойти до Юцая.

– Кого-кого?

– Юцай. Мой знакомый, живёт на границе Шанву и Фанцы.

– Значит, дойти побыстрее надо не до Юцая, а до Шанву. Разве это не займёт неделю?

Вуя улыбнулась:

– Если будем идти и ночью тоже, то несколько дней. Устанем, но доберёмся раньше нужного.

“Это что же получается, я спать не буду?” – ужаснулась в мыслях она. Без того долго не делала этого, а здесь ещё несколько дней без сна провести? Она же пока идти будет, просто упадёт без сил!

– А спать когда? – Юэ Лянь опередила Вую, встала напротив неё, задавая вопрос в лоб. Та слегка наклонила голову к плечу, цокнула языком и последовал ответ:

– По очереди караулить будем. Спим только час в ночь. Или ты можешь спать один час днём, а я буду спать один час ночью. Так у тебя сил будет больше.

Юэ Лянь вспыхнула от радости, что будет спать днём.

“Чудесно, чудесно!”

Пока она шла рядом с Вуей, успела раз пять прокрутиться вокруг своей оси. В очередной раз Юэ Лянь сделала это – рукава проследовали за ней чёрными крыльями бабочки, на этот раз привстав на носки. Она восторженно остановилась на месте, и протянула руку к небу, вытянувшись во весь рост, будто хотела дотянуться до солнца, чтобы содрать его с голубого потока.

– Юэ Лянь, твои "кружения" задерживают нас, – нахмурилась Вуя и взяла её за руку, утягивая за собой вперёд. Напоследок, перед тем, как окунуться в путь, Юэ Лянь задрала голову к небу.

“Вот бы содрать солнце, – Юэ Лянь издала смешок, – Любимое солнышко божеств, и тогда наступит вечная ночь. Что они тогда скажут?”

Глава 16

Через несколько часов, уже ночью, Куэйсу пришла в себя и могла говорить, хоть и ни много ни мало чушь. Вуя тогда спала, а Юэ Лянь наслаждалась ночью, сидя на высоком булыжнике рядом. Она покрутила ветку в руках, с когтя слетела искра, а из ладони сапфир, – сначала твёрдый, а затем больше похожий на воду, полупрозрачную, в разных оттенках синего. Другой рукой Юэ Лянь взяла ветку со снега, и сапфировое месиво перетекло на неё. Очень трудно было полностью, во всех деталях повторить структуру дерева, ведь у Юэ Лянь, с её усердием к этому занятию, получалось лишь наполовину. Может, некоторые сучки удалось повторить, и сделать слой сапфиров более тонким.

Сзади послышался шорох. Куэйсу лежала на украденном Юэ Лянь ковре с закрытыми глазами, которые закрылись только после часа пути (и хорошо, с открытыми глазами она пугала Юэ Лянь). Её рука дёрнулась, она сжала ковёр. К слову, Юэ Лянь сейчас Куэйсу вовсе не интересовала, её больше заботил ковёр, ведь будет плохо, если он промокнет от снега, поэтому положили Куэйсу на участок с камнем. Вуя свесилась с ближайшего бамбука, полностью закрывшись крыльями, как летучая мышь, однако дёрнула крылом, реагируя на происходящее.

– Где я?! Во имя Истребления! Что происходит?! – вдруг залепетала Куэйсу и на руках отползла назад, растерянно моргая. Юэ Лянь и бровью не повела, узнав, что она проснулась, а вот Вуя сразу принялась ворчать на неё после собственного пробуждения. Мол, “Зачем же тратить столько сил?! Красная птица, но ещё молодая и слабая! И глупая!”

Куэйсу её в ответ только бурчала что-то под нос, а если говорила хорошо и много двигалась, сразу после этого у неё начинала кружиться голова или ещё хуже – падала без сознания. Идти она могла, правда была похожа не на того, кто мог бы быть в своём уме.

– Вот что случается, если происходит истощение, – утвердила Вуя и кивнула на Куэйсу, плетущуюся сбоку от неё, – Не знаю, что хуже: умереть от ран или умереть от истощения магических сил. Наверное, второе. Не хотелось бы сойти с ума от истощения, а ведь таких в Шанву полно…

– В Шанву куча таких… ”кукольных” демонов? – ужаснулась Юэ Лянь и кинула быстрый взгляд сначала на Куэйсу, потом на Вую. Та даже с удовольствием следила за её реакцией. Поглаживая Юэ Лянь по голове (чему она, естественно, рада не была), Вуя произнесла:

– Да не беспокойся, ты ничем не хуже их по сумасшествию.

Юэ Лянь медленно прочертила царапины на руке Вуи и она, ойкая, отпрянула в сторону. Сзади раздался смех Куэйсу, – не лёгкий и звонкий, как обычно, а больше похожий на крик умирающей кукушки. Куэйсу тяжело повалилась на снег, схватившись рукой за живот.

"У неё что, клыки?"

Юэ Лянь разглядела их, когда обратила внимание на смех. Она села на корточки рядом с продолжающей смеяться Куэйсу и подняла губу вверх когтем, чтобы рассмотреть получше. И вправду, клыки.

"Какие острые!" – удивлённо подумала она, не обращая внимания на то, что Куэйсу ей палец прокусила.

– Отойди от неё, кусается, – прошипела Вуя, схватила Юэ Лянь за плечо и утянула от Куэйсу назад.

– Что с ней делать? Мы не можем продвигаться, пока она настолько злая.

Куэйсу встала на ноги и оскалилась в их сторону, однако напасть не решалась. Изо рта мерзко стекала слюна, зрачки характерно уменьшились. Не успела Вуя ответить Юэ Лянь, Куэйсу бросилась на неё. Наткнувшись на ладонь Вуи лбом, она застыла на месте.

– Ты забыла про то, что я умею, – произнесла она, взваливая Куэйсу на плечо, – Идём дальше.

Под хруст снега, под светом луны, и под светом солнца они продолжали дорогу к Шанву. Погода стояла удивительно спокойная: ни облачка на небе, ветер тих. Иногда попадались различные животные у прудов. Волки, птицы, олени и лисы. В таких случаях Вуя учила Юэ Лянь не убивать их, но и не пугать, особенно хищников. Даже волки боятся демонов, их она в первый раз и встретила у ручья.

Тонкие стволы бамбуков ещё дня два назад сменились соснами, – не теми, что обычно встречались им в смешанных лесах. Они были извилистыми, с редкими, но густыми ветвями, словно бахрома. Юэ Лянь осторожно отодвинула одну такую ветвь и ойкнула от игл, болезненно впившихся в ладонь. Фляжку из левой руки вывалилась из руки, когда Юэ Лянь в дополнение ко всему споткнулась о камень. Даже если она не успела среагировать во время падения, её подхватил сугроб пушистого снега. Отодвигая его в стороны и раздражённо рыча – как тут не зарычать, когда тебе он за шиворот попал, прямо в капюшон?! она смогла подняться.

Юэ Лянь и поискала глазами фляжку у берегов пруда, одновременно отряхивая плащ. Фляжка обнаружилась лежащей в папоротнике рядом с водой. Облегчённо выдыхая, Юэ Лянь подхватила фляжку и опустила её в кристально-чистую воду. В носу внезапно защекотал запах животного-хищника, из-за чего Юэ Лянь оскалилась, выискивая взглядом незнакомца. Рука стала сильнее сжимать вляжку в руке, застыв на месте.Невозможно было не заметить скуления на другой стороне берега вместе с несколькими худощавыми волками. Хвосты поджаты, уши словно приклеены к голове. Пушистые воротники в снегу, инее и грязи.

"Можно и попить крови незаметно"

Ухмыльнувшись, она медленно поставила фляжку на камень, а затем наоборот, стремительно прыгнула на воду, – не стоило беспокоиться, Небесная поступь поддерживала её, расходилась чёрными кругами по воде. Туман, в конце-концов. Волки, едва заметив её приближение, бросились в лес, подвывая и виляя среди сосен. Юэ Лянь было бросилась вслед за ними, её крепко схватила чья-то рука за шкирку, – быть точнее, хвост. В чжане от Юэ Лянь стояла Вуя. Две пары крыльев, пусть и распахнутые лишь наполовину, делали её в два раза больше и грознее. Она припомнила, что во время встречи с волками слышала тихие хлопки крыльев и карканье. Можно подумать – всего лишь ворона, ведь так и есть. Правда, ворона немного другая.

– На хищников не нападай. Да и на обычных животных тоже не надо.

Её капюшон освободился от хвоста Вуи и Юэ Лянь, шипя от лёгкой удавки на шее, поинтерисовалась:

– Что я тогда должна делать с ними? Это волки, хищники. Они представляют опасно…

На что Вуя отрезала тоном, не принимающим возражений:

– Люди думают о нас тоже самое, – она совершила жест, подзывая к себе кого-то. Из чащи леса послышались шаги, и к Вуе счатсливо размахивая хвостами, выбежали волки, – Проявляй к хищникам уважение, – она погладила одного волка, плотно прижимая его уши к голове, из-за чего тот стал выглядеть смешно и нелепо. даже смог выдавить из Юэ Лянь смешок, – Мы тоже своего рода хищники, а хищники бывают очень даже милыми.

– Как глупо… – хмыкнула она и испуганно отпрянула в сторону от прижавшегося к ней волка. За одним волком подтянулись и другие, даже от Вуи отошли, окружив Юэ лянь плотным кругом.

“Я по-другому понимала фразу отдать на “растерзание волкам””

Увидев насмехающуюся улыбку на лице Вуи, она спросила:

– Случаем не умеешь управлять животными?

– Я просто приглушила свой запах. Они его не чувствуют, можно сказать, не видят меня, потому и переключились на тебя. Они знают, что ты не собираешься пить их кровь.

– Вот ведь… – её прервал громко лающий волк, – …ворона.

Оставалось около двух-трёх дней до Шанву. Всё реже им приходилось встречать деревни или людей. Прятаться в лесах уже не было нужды, как и прятать демонический вид. Капюшон теперь не стеснял голову Юэ Лянь, а Вуя в основном передвигалась по воздуху, нарезая круги в небе. Куэйсу вела себя всё более непредсказуемо: то заливалась безумным смехом, то кусалась и царапалась, а иногда на её лице не было и единой эмоции. Состояние с каждым часом становилось хуже, и Юэ Лянь даже начала беспокоиться о ней, Вуя стала больше охотиться. Питались они в пути в основном чем попадётся – кабана зажарят, кролика поймают. Вся кровь, поскольку они её не пили, отходила на посильное лечение Куэйсу, однако это не сильно помогало.

“Кто вообще этот Юцай, что может излечить подобное?”

Вопросов к загадочному знакомому Вуи становилось всё больше, а когда Юэ Лянь задавал их Вуе, та отмахивалась тем, что она сама всё увидит на месте. Она продолжала путь вместе с Куэйсу и Вуей, которая иногда спускалась проверить состояние второй. Часто приходилось Куэйсу связывать чем-то, ведь в приступы ярости она Юэ Лянь всю руку расцарапала, да не просто расцарапал, едва ли не в фарш превратила. После этого Юэ Лянь очень обрадовалась своей скорости излечения.

Когда оставался один день до Шанву, они вышли на луг, укрытый снегом. На снегу играли лучи солнца, пробивающиеся сквозь туман. Юэ Лянь заметила, что чем ближе к Шанву, тем больше тумана. Сегодня, как говорила Вуя, последний день их пути к Шанву, и потому всё было в тумане. Он вился вокруг них, словно желая окунуть в свою пучину, но Юэ Лянь упорно шла вперёд, ориентируясь на Вую и её запах, ведь иногда её становилось не видно. Куэйсу же плелась сзади и иногда издавала странные шипящие звуки. Раздался свист крыльев, и перед Юэ Лянь приземлилась Вуя.

– Осталось несколько часов до Шанву, но мы можем скоротать время, если полетим на мне.

– А хватит сил?

– Обижаешь.

Крылья Вуи распахнулись сзади, она пригнулась, подставляясь под Юэ Лянь. Та схватила хрупкое тельце Куэйсу в охапку и запрыгнула на спину Вуе. Пух перьев резким запахом ударил в нос, и пришлось сильно сжаться, чтобы не досталось по голове крыльями, да ещё притом крепко держаться за Вую и держать Куэйсу на себе.

“Будет неприятно”

Юэ Лянь сжала зубы, и её душа упала в пятки, когда одним широким взмахом крыльев Вуи они поднялись на несколько чжаней вверх. От страха зрачки расширились, как луна в полнолуние. Вид земли, далёкой от ног всегда казался страшным, сколько бы раз Вуя не подхватывала её и не бросала вниз, чтобы она поборола страх. Делать ей всё равно было нечего, Куэйсу и Юэ Лянь шли медленно, особенно если учитывать короб, прикреплённый к её спине.

Зажмурившись, Юэ Лянь схватилась сильнее за плечи Вуи. Они, спина и крылья сейчас казались самым защищённым на небесах местом. Не только на небесах, и не только в красивых фразах – крылья словно купол. Они могли защитить от яркого солнца, отразить удары копий, да и ничем не хуже любого оружия.

– На границе Шанву люди поставили стену.

– М-мне кажется, что они слишком обожают двери.

– Ага, – Вуя кивнула, но совершенно не слушала Юэ Лянь, отвечая инстинктивно, – Через стену нам надо как можно незаметнее и быстрее пролететь.

– Вуя, – Юэ Лянь сглотнула, – В Шанву есть столица?

– Самым подходящим на эту роль местом будут горы Сиэн Чэн. Воистину столица демонов, – ответила Вуя и звонко рассмеялась, заметно повеселев, – Помнится, демонов там столько же, сколько муравьёв в муравейнике! Эх, в былые-то время как славно в Сиэн Чэн жить было! Этот пейзаж устланных туманом гор каждый день, множество тонких верёвочных мостов над пропастью. А ночью тысячи фонарей в домах загораются, и кажется, будто сама Сиэн Чэн светится!

“Не могу представить, как это выглядит. И всё же, полагаю, будет интересно!”

Вуя махнула крыльями и улыбаясь, продолжила:

– Когда приходили странствующие демоны или яогуай в нашу столицу, – на самом деле, мы столицей её и называли! В общем, эти странники там чуть с ума не сходили, столько запахов имён! Везде прилавки, бурлит жизнь. Часто мы проводили групповые тренировки, учились разным искусствам воздуха.

– А как к тебе относились в Шанву? – заинтересованно задала вопрос Юэ лянь. Для неё личность Вуи оставалась большой тайной, ведь она рассказываала обо всём весьма поверхностно. Сейчас же та пребывала в прекрасном расположении духа и велики шансы, что Вуя всё таки раскроет, кем она была для демонов и божеств, – ясно, что чем-то она да отличилась.

– Поверь, не относились, относятся. Я уважаю демонов, гуй, яогуай и других нечеловеческих существ с тёмной Ци. Они уважают меня в ответ.

Юэ Лянь вздохнула, качая головой:

– Всё такие же поверхностные ответы, наставница. Мы, случаем, не в Сиэн Чэн собираемся?

– Угадала. Но сначала вылечим Куэйсу у Юцая и отдохнём в гостях пару дней.Скоро прибудем.

Взгляд Юэ Лянь упал вперёд, впереди, примерно в двух ли, стояла стена. А за ней… она не поверила своим глазам.

“Не может быть таких больших деревьев!”

Выше храма в Гуанби в два раза, в ширину два чжаня, как отмерила Юэ Лянь на глаз. Они источали ужас и величие, что явно повлияло на Юэ Лянь, сердце которой забилось чаще, дыхание стало тяжелее, а руки с ногами будто сковало что-то. Здесь она поняла, что деревья вовсе не могут источать подобную ужасающе мощную Ци. И это даже не Вуя, не Куэйсу или кто-либо другой.

– Юнхуа!

Юнхуа застыла на месте, продолжая махать крыльями.

– Я не Юнхуа, – её голос стал другим, больше похожим на музыку, слияние спокойных арф, строгих барабанов и прямых сон. Её обвила странная зелёная магия, вьющаяся множеством лент вокруг.

– Но и Вуи тут нет сейчас!

– А теперь?

Зелёная магия пропала, как и запах Юнхуа, который быстро заменился Вуей. Куэйсу сзади вертелась на крыльях Вуи, Юэ Лянь повернулась к ней, зная, что с ней в подобном состоянии может случиться всякое. Так и получилось: она свалилась со спины Вуи и было начала падать, но Юэ Лянь с предусмотрительной готовностью подхватила её чёрным туманом. Извилистый дым обвил Куэйсу, быстро возвращая на место, уже прочно закреплённой прямо на коробе.

“Ощущаю себя черепахой”

Она закряхтела, изо всех сил цепляясь за плечи Вуи. С коробом было ещё приемлемо, вполне терпимо, однако Куэйсу заставила её приложить немалые усилия.

– Когда мы перелетим стену? Сколько до Юцая?

– Перелетаем сейчас, а до Юцая совсем немного идти! – с такими словами Вуя махнула крыльями и наполовину сложила их, из-за чего они стали пикировать куда быстрее. Чёрные перья трепались на ветру вместе с крыльями, а затем Вуя выровнялась, стала лететь ещё быстрее и прямее. Свист ветра от набранной скорости по ощущениям протыкал насквозь уши Юэ Лянь, она, как могла, удерживалась от того, чтобы отпустить плечи Вуи и зажать уши ладонями. Вместе с тем страх высоты и полёта не хотел полностью опускать её, цеплялся своими руками, утягивая.

Она подвинулась чуть вперёд, всё же осмелившись взглянуть вниз. Любопытство Юэ Лянь куда сильнее, чем страх. Толстая каменная стена казалась ничем не хуже и даже лучше, чем крепостная в Гуанби – правда, рядом с деревьями Шанву обе в мгновение стали ветхим забором.

“Теперь понимаю фразу Вуи о том, что бамбук ещё невысокий по сравнению с этими гигантами”

Они минули стену. Юэ Лянь не услышала никаких шумных звуков с неё, но увидела движения на ней. И всё же, выдохнуть можно спокойно – вопреки её ожиданиям, стрелы не полетели, а значит, никто крупно не забеспокоился и не заподозрил демонов. Вдруг на спине Вуи стало много места, и сейчас, когда они со всей скоростью летели вниз, к кронам деревьев, Юэ Лянь подумала, что они сейчас разобьются. В какой раз она так подумала, не помнила.

“Мы же просто падаем! О чём эта ворона дум…” – не давая ей закончить мысль, Вуя раскрыла крылья, и это отразилось на Юэ Лянь невидимым подзатыльником. Вуя, лишь на немного снизив скорость полёта, который теперь был под наклоном, нырнула в снежно-зелёную пучину леса. Стремительно пролетели перед глазами верхние ветви деревьев и, к удивлению Юэ Лянь, в самом лесу оказалось достаточно много места. Всё же, недостаточно для полёта Вуи, с её размахом крыльев.

Юэ Лянь ещё раз подивилась, но не знала, чему конкретно: необычному пейзажу туманного леса, представшего перед ней, или удивительно ловкому полёту Вуи? И тому и другому.

Лес летел перед глазами также быстро, как и Вуя. Она часто слаживала крылья наполовину, чтобы лететь быстрее, а затем совершала один мах, вновь набирая высоту.

– Откуда ты умеешь настолько хорошо летать? Потому что ворона?

– Хоть я и ворона, учиться летать пришлось. В Шанву есть яогуай и демоны, которые летают и получше меня.

– А скоро мы приземлимся?

– Прямо сейчас! – крикнула Вуя, и, не успела Юэ Лянь опомниться, после одного взмаха крыльев они камнем упали. Сердце Юэ Лянь опять упало в пятки, и, кажись, укатилось куда-то в кусты. В попытке защитить себя, она обвила себя второй “лентой” чёрного тумана, сжалась в комок, к своему большему страху, отпустив плечи Вуи, зажмурилась и судорожно схватилась за эфес меча. Она приготовилась к боли, страх всё продолжал царапать ей нутро. Встретила Юэ Лянь не боль, а упругость и неизвестный объект, охвативший её со всех сторон, – теперь ситуация вселила в неё непонимание. Боясь открыть глаза, она решила ощупать место, в котором находится, однако не получилось – оказалось, Юэ Лянь поймали. В прямом смысле слова, поймали. В сеть.

Она распахнула глаза и забарахталась на месте, тщетно пытаясь выбраться. Когти не достаточно остры в нижней части, чтобы разрезать нити. Движений Юэ Лянь делала столь много, что пора бы остановить эти тщетные попытки выбраться из сети. Полезнее понять, что происходит.

– Вуя, кого ты с собой привела? – раздался незнакомый и весьма недовольный мужской голос. Он будто мурчал, звучал хитро, как кот.

“Не Юцай ли случаем?” – щурясь на незнакомую фигуру, подумала она и принюхалась. В нескольких чжанях от клетки стоял среднего роста парень с тёмными кудрявыми волосами. Юэ Лянь с интересом пригляделась к нему, заметив большие, острые, торчащие уши с бусинами и одной длинной серьгой. Таких демонов она ещё не видела, – в целом, кроме Вуи, себя и Куэйсу, никого и не видела. Юцай имел узоры на лице – явно макияж. Главное, что Юэ Лянь в нём привлекло, это два кошачьих хвоста (причём пушистых). Как волосы, шерсть была волнистой, местами кудрявой, и с медным подобием браслета, только на хвостах.

Вуя расположилась на корне дерева со всё ещё распахнутыми крыльями. Куэйсу лежала рядом, обхваченная чёрным дымом, и Юэ Лянь улыбнулась, от приятного знания того, что Небесная поступь продолжила исполнять приказ, несмотря на падение.

– Благодарю за спасение моей ученицы, – неожиданно мягко поблагодарила Юцая Вуя.

Хвосты медленно подёргивались из стороны в сторону, рот приоткрылся. Он изумлённо произнёс:

– Ученица, значит… Не знал, что ты их берёшь, – развернувшись на пятках, Юцай потянул за верёвку сверху, и на этом моменте Юэ Лянь почувствовала неладное. То и случилось – она, повешенная в сети, как в мешке, упала в сугроб. Из горла Юэ Лянь поднялось раскатистое рычание, она поднялась на ноги вместе с ним, новыми силами от внезапно появившейся ярости. Вуя и Юцай обернулись в её сторону.

– Ты забыл освободить её, – напомнила Вуя, нисколько не обращая внимания на саму Юэ Лянь. Вскоре обратила – Юэ Лянь одном взмахом руки и посыпавшихся из них сапфиров заставила всё на площади броска покрыться толстым слоем сапфиров. Один из сапфиров попал на плечо Юцая. Он застыл на месте, посмотрел сначала на покрытое толстой корой сапфиров плечо, а затем уже с видимым страхом и суженными зрачками взглянул в её глаза. Они были сейчас затуманенными желанием поймать и убить.

Юэ Лянь схватилась когтями за сеть, но на этот раз ей удалось сразу порвать её. Разорванные нити полетели в стороны, верёвка сползла с нижней ветви дерева, а Юэ Лянь, стуча сапогами по поверхности сапфиров. На них попал луч солнца, разбившись на тысячи мириад разных оттенков синего. Свет отражался на лице Юэ Лянь, играя на нём и сливаясь с глазами.

Сейчас ей не надо было принюхиваться, она ясно видела перед собой того, кого надо убить – яогуай, демон… нет, сяньли по имени Юцай. Также ясно она видела и ощущала шлейф его запаха, рядом чувствовала яогуай Вую. От неё исходила весьма подозрительная Ци, однако Юэ Лянь решила не обращать на неё внимания и бросилась на цель – Юцая. Тот застыл на месте с вздыбленным хвостом, а когда осознал, насколько её когти и клыки близки к нему, упал, из-за чего Юэ Лянь промахнулась в ударе когтями. Вуя отпрянула от возникшего рядом с ней сапфирного шипа.

“Одного можно убить и так. Другая может помешать” – мысли стали хладнокровными, Юэ Лянь стала чётко планировать свои действия.

– Почему ты не сказала, что подобрала ночную?! – вскрикнул Юцай, отползая к корням дерева. Вуя не ответила, лишь раскрыла крылья, взмыв в воздух. Юэ Лянь инстинктивно увернулась от шипов на крыльях, также быстро реагируя перепрыгнула жало. Запрыгнула на чёрный туман, увернулась от магии Вуи, перепрыгнула через неё саму в сторону убегающего Юцая. Шерсть на его хвостах встала дыбом, однако он остановился, едва заслышав фразу Вуи:

– У нас договор.

Он увернулся от выпада Юэ Лянь, спрятавшись за дерево рядом, а Юэ Лянь продолжила догонять на Небесной поступи. Юцай же врезался в Вую, обернулся к Юэ Лянь, и отразил своими когтями её, но его настиг сапфирный шип, протыкая ладонь насквозь. Алая кровь закапала, со столь приятным для ушей Юэ Лянь звуком, а хруст какой чудесный… во вторую руку Юцая тоже вонзился шип. Музыка для Юэ Лянь стала в два раза лучше, когда он болезненно вскрикнул. Она хотела вонзить когти в его нутро, но её остановила Вуя, направив руку.

Оказывается, это было лишь мгновение, – вот почему её не успели поймать раньше. Впрочем, Юэ Лянь вполне хватало сил сломать оболочку, не дающую ей двигаться.

– Очнись, Юэ Лянь! Ночная, во имя Пяти поясов… Ты не должна убивать кого-то, тем более пить кровь других демонов! Это неправильно!

Она склонила голову, не понимая, что несёт Вуя.

– Пить кровь других демонов, – и это неправильно?! Какой бред! – рассмеялась Юэ Лянь, легко ломая барьер, не дающий двигаться. Зрачки в глазах Юцая стали ещё больше, когда он услышал этот смех. Вуя нахмурилась, рукой восстановила барьер и задрала рукав до локтя. На руке отчётливо виднелся браслет из разноцветных нитей. Барьер вокруг пропал, и Юэ Лянь опустилась на землю. Она хотела обругать наглую Вую, наорать, бранить её, насылать проклятия, однако губы не хотели разжиматься, язык – двигаться.

“Я забыла. О том, что у меня есть госпожа”

Глава 17

– Забудь всё то, что сейчас произошло и сию же минуту вернись в обычное состояние, – приказала Вуя.

“Не хочу, не хочу!” – суматошно метались мысли. Юэ Лянь внезапно опустела, в глазах потемнело, тело ослабло. Последнее, что она увидела, перед тем, как упасть, были два горящих глаза Вуи.

***

“Я упала в обморок. Опять. Так ещё и поранила Юцая”

Очнулась она с закатом солнца. Вуя нисколько не удивилась, лишь пробормотала “ночная…”, качая головой. Теперь Юэ Лянь предстояло убрать последствия, а она не знала и не представляла, насколько всё могло быть плохо, проходя по дому сейчас. К слову, у Юцая он имелся как нельзя кстати рядом, поэтому долго им тащить её не пришлось. Дом ухоженный, в то же время весьма необычный. С мебели, любой поверхности в доме свешивались плющ и лоза, растения здесь росли везде, зеленя дом, придавая ему вид заброшенного, хотя таковым он не являлся. Везде расположились и связки лечебных трав, – вероятно, Юцай знахарь.

Через приоткрытую дверь в конце коридора проникал лунный свет. Юэ Лянь почувствовала сильный, терпкий запах своей демонической Ци. Задержав дыхание в ожидании того, что находится за дверью, распахнула её. В глаза ударил синий свет, и она зажмурилась, – сколько не от того, что свет был ярким, столько от того, что не хотела видеть последствия своего безумия. На плече, к своему удивлению, ведь не почувствовала запах, она ощутила изогнутые когти Вуи. По всему застывшему, словно лёд, телу Юэ Лянь пробежали мурашки. Вуя другой рукой открыла её глаза, и Юэ Лянь сразу обратила взгляд вниз, но всё равно краем увидела сапфировую кору на снегу.

– Посмотри, – спокойно произнесла Вуя и мягко подтолкнула Юэ Лянь крылом, чтобы та вышла в центр поляны.

Юэ Лянь, пересилив нахлынувший ужас, распахнула глаза. Всё вокруг покрыто сапфирами. Торчали шипы, на двух из них застыла кровь, причём её там было подозрительно много. Отражались лучи закатного солнца. Кровь и без того оставалось багряной, просто засверкала пуще, а небесно-голубые сапфиры пустили отблески алых лучей по ближайшей округе. Юэ Лянь тяжело вздохнула и выставила руку вперёд, думая:

"Надо убрать этот беспорядок"

Сапфиры заструились, словно вода. Струя же превратилась в поток, вьющийся змеёй в воздухе. Вуя невозмутимо стояла сзади, лишь раскрыла нижнюю пару крыльев.

Пришлось сильно напрячься, до желваков и вздувшихся вен, чтобы управлять потоком. Потекла кровь, – столь болезненно левую руку Юэ Лянь сжала. Она зажмурилась. Не сказать, что Юэ Лянь боялась размера потока сапфиров, который нужно было сейчас убрать. Это займёт какое-то время, но не настолько долго, чтобы испугать Юэ Лянь. По настоящему её пугало то, что всё натворила она сама и во что это вылилось, – в прямом значении, оно вылилось в поток. Он достиг ширины в чжань, перестал бессмысленно виться в воздухе над снегом и теперь медленно стремился к руке Юэ Лянь. Челюсти стиснулись, усилия возросли двукратно.

Раздался подбадривающий голос Вуи:

– Ты справляешься, можешь не беспокоиться.

Юэ Лянь не смогла ответить, полностью отвлечённая. Поток напирал, едва ли не подавляя её саму, а чёрный туман выплыл из рукава, обвиваясь вокруг рук. Сзади мелькнуло два пушистых хвоста, и Юцай остановился вблизи Вуи.

– Ты собираешься обучать её? – хвосты заинтересованно двигались из стороны в сторону, ухо дёрнулось.

– Подож… – было сказала Вуя, прервалась и подхватила Юэ Лянь за плечи. Тело не хотело шевелиться, сил стало недостаточно даже для того, чтобы сесть, поэтому она упала. Силы для управления сапфирами она словно судорожно соскребала когтями со скалы. Действительно, она и вправду схватилась за что-то когтями, только не за скалу, а за снег. Это Юэ Лянь смогла увидеть лишь с трудом, и также с трудом расслышала голос Вуи:

– Заключи поток в один сапфир. Так будет легче.

Она вяло кивнула. Под рукой появился один, маленький сапфир, не больше, чем капля воды. Поток сапфиров истончился до нити, которые теперь окутывали Юэ Лянь со всех сторон, а Вуя и Юцай отошли назад, чтобы не попасть под их удар, – нити были достаточно остры, разрезали кусты и камни, словно тонкую бумагу ножом. Нити всё впитывались и впитывались в сапфир, а Юэ Лянь всё меньше тратила сил на контроль и успела отдохнуть. Вскоре она поднялась на ноги, хоть и через усилия. Одним взмахом руки все нити устремились в сапфир, пропадая. Юэ Лянь облегчённо вздохнула. Хорошо, что эта выматывающая пытка уже закончилась.

– Вуя, – обратилась она, но прервалась.

“То, что она сделала ранее было очень странным. И провал в моей памяти, когда я недавно обезумела… Обычно хоть что-то помню, а сейчас… – в её голове закрались сомнения насчёт Вуи, – Пока что надо просто добраться до Шанву, а там посмотрим”

– Когда отправляемся дальше? – спросила Юэ Лянь как ни в чём не бывало, стараясь поскорее забыть произошедшее.

– Не торопись, – охладила её пыл Вуя, одновременно поглаживая по голове протестующего Юцая, – Я же говорила, задержимся здесь до выздоровления Куэйсу.

Юцай, ловко уклонившись от руки Вуи, вставил:

– Цзуннюй выздоровеет за дня два. Так и знал, что она именно цзуннюй, а ещё наша Красная Птица, потому и срок выздоровления такой недолгий, – он махнул хвостами и прошёл внутрь дома, двигаясь плавно и гладко, как положено котам, – Твой приход взбудоражит весь Шанву, жестокосердная подруга.

Вуя улыбнулась, проходя в гостиную, а Юэ Лянь стала заинтересованно слушать разговор. Крылья Вуя решила не убирать, лишь сложить, из-за чего Юэ Лянь то и дело приходилось вытягивать шею, чтобы рассмотреть хоть что-то за чёрными перьями.

– Ты как, Юцай? Всё так же ешь людишек?

– Ага, ничего не поменялось, – Юэ Лянь подпрыгнула и смогла рассмотреть Юцая, и по сравнению с Вуей, казавшейся огромной из-за крыльев, выглядел он действительно размером с кота, – Я не ожидал твоего прихода, так что у меня нет человеческой еды в доме, – он слегка повернул голову к Юэ Лянь, сморщив нос, и она почувствовала укол вины, ведь, по рассказу Вуи, поранила его, – А ночная может и куриц во дворе половить, псиной от неё несёт.

Ей захотелось швырнуть в надменное лицо Юцая сапфир с другим потоком сапфиров (и потоком её ярости заодно). Прямо сейчас. Из глотки донеслось грозное рычание, которое прервал Юцай, стукнув её по носу когтем.

– Не кипятись, – он показательно махнул хвостом, – Вон, там действительно что-то вскипятилось.

Юцай мигом позабыл о Юэ Лянь и Вуе, как только подбежал к своему ненаглядному котлу с лекарствами, начиная ворковать вокруг него.

– Он точно знахарь? – Юэ Лянь очень сомневалась.

– Знахари у демонов отличаются от знахарей человеческих. Есть два вида знахарей: первых знахарями называют, вторых Синхон из-за лечения с помощью искусства Синхон Хэ, где демонов лечат, отпаивая лекарствами из смешанных кровей разных существ. Вторых больше, чем первых.

– Кажется, ты Синхон Хэ и применяла на Куэйсу.

Вуя покачала головой.

– Я знаю лишь самые основы или меньше, самим искусством не владею. Зато Юцай превосходно владеет и обычным знахарским искусством, людей тоже лечить умеет, и Синхон иногда применяет.

Они уселись на скамью у стены. Юэ Лянь пришлось подвинуться, чтобы не раздавить крылья Вуи, которые разложенные даже наполовину занимали много места. Свою нижнюю пару крыльев Вуя причудливым образом сложила на коленях (крылья были гораздо больше, поэтому спрятали все ноги), а после Юэ Лянь со смешком разглядела в этом жест рук. Она откашлялась под беглым взглядом Вуи, подавляя смех всеми силами. Под взглядом Вуи пришлось перевести тему, тишина стала слишком неловкой, и для этого Юэ Лянь выбрала первое попавшееся на глаза: Юцая.

– Не знаешь случаем, кто такие сяньли? Пахнет котами.

– Сяньли и есть коты, просто долго прожившие. Они со временем начинают питаться Ци, в частности людей.

– Тогда… – Юэ Лянь захотелось задать ещё вопрос, – Как ты познакомилась с Юцаем?

– Любишь ты вопросы задавать и ими же отвечать, – прищурилась Вуя, вздохнула и мягко улыбнулась, – “Наверное, это “радость”” – догадалась Юэ Лянь, – Твоя любознательность полезна для обучения. А знает меня Юцай с самого своего рождения.

– Как это?

– Он мой питомец. Когда ему исполнилось четырнадцать лет, обратился сяньли, став выполнять не только простенькие задания, как ловля мышей и птиц, но и такие, как разведка, ловля добычи побольше. Знахарству учился несколько лет у другого умелого сяньли, – здесь Вуя пустилась в рассуждения: – Интересно, что именно они лучшие знахари среди иных нечеловеческих и человеческих существ. Хотя, у котов и чутьё лучше.

– Зачем вам разведка? – поинтересовалась Юэ Лянь, ведь её больше интересовала неизведанная, загадочная личность Вуи, нежели грубые коты. И не беспокоило её, что сама не лучше. Юэ Лянь пытливо вглядывалась в задумчивую Вую, – либо вспоминала прошлое, либо решала, говорить или нет. К радости Юэ Лянь, она дала прямой ответ:

– Мы отправились в путешествие. Не только на всех территориях Шанву побывали, Фанцы обошли вдоль и поперёк, исследовали далёкие края, такие как заморская Инхуа и Вэн с её обилием ароматов.

Говоря это, Вуя смотрела Юцая, и Юэ Лянь вместе с ней. Он суетился над котлом: шептал что-то под нос, продолжал вешать на верёвки по краям деревянные таблички, рисовать на них иероглифы, иногда кидал горькие травы в жидкость. В доме повисла тишина, прерываемая лишь булькающим котлом и шелестом листвы. Создавалось ощущение, будто Юэ Лянь сейчас вовсе не в доме, а в лесу. Листья и лианы вокруг, запах горьких трав и цветов, белый туман, проникающий в гостиную через открытое окно. Стояла лёгкая, ненавязчивая сырость, настала полноценная ночь, и вскоре сквозь туман в открытом окне Юэ Лянь могла разглядеть яркие звёзды. Она пересела к окну, ведь сидеть на скамье не оставалось смысла, когда Вуя ушла спать в свободную гостевую комнату. Юцай стал даже более бодрым, подобно котам в раннюю ночь. Он реже перебирал травы с полок и кидал их в котёл, вместо этого занимаясь незначительными бытовыми делами: протирал хвостом пыль, выгонял опавшие листья за дверь, снимал связки трав с потолка и молол их в миске, миску ставил в шкаф. Юэ Лянь же только и могла скучать у окна. Даже голод перестал беспокоить, лишь ветер слегка трепал её волосы, из-за чего она ещё больше сгорбилась, обнимая руками колени.

– Будешь? – раздался вопрос от Юцая. Юэ Лянь обернулась к нему и, не успев ответить, поймала рисовый пирожок.

– Вуя обмолвилась, что тоже приучивает тебя есть человеческую еду, – объяснил Юцай, – Обнаружил в кармане у одного пойманного.

– Я, пожалуй, выйду.

Через усилия Юэ Лянь встала с пола, к которому успела привыкнуть. Она споткнулась о свою же ногу, подхватила Небесной поступью рисовый пирожок и выбежала через приоткрытую дверь.

– Ох уж эти вуоссы! Днём спят, ночью гуляют… – лишь пробормотал Юцай в её сторону.

Ночь окутала мир уютным мраком. Люди говорят, что ночью всё спит, но ведь всё наоборот, особенно в Шанву. Лес полон жизни: птицы-хищники тихо пролетают в кронах деревьях, слышна трель сверчков и зелёных светлячков, чьи стайки подсвечивали округу вместе с луной, которой Юэ Лянь подчинялась. Рядом пробежала другая стая, серая и пушистая, – то были волки. На этот раз Юэ Лянь не стала пытаться поймать их, едва увидев несколько больших, смольно-чёрных перьев в воздухе.

“Даже вороной не обратилась. Знаю же, что умеет, – она впилась клыками в рисовый пирожок, съела сразу половину и ещё одним укусом уничтожила его, – Взберусь на дерево, может Сиэн Чэн увидеть смогу”

Снег, смешанный с опавшими листьями, хрустел под ногами, а твёрдая кора болезненно заскрипела под когтями Юэ Лянь. До ближайшей ветви оставался чжань, поэтому она решила скоротать время с помощью Небесной поступи. Чёрный дым тонкой лентой обвился вокруг руки и в следующий миг забрался Юэ Лянь под ноги. Она, совершив первый шаг, уловила шлейфы запахов всего живого вокруг: от насекомых до тех же волков или совы на ветви другого дерева. Туман устилал всю поверхность леса, пропадая лишь на уровне нижних веток деревьев и, вероятнее всего, если бы человек зашёл в Шанву, его в любом случае будет поджидать смерть. Убьёт демон, заметивший человеческий запах, или сам Шанву. Последняя смерть представлялась Юэ лянь куда хуже первой. Человек будет кругами бродить по лесу в кромешной темноте, для них легко сойти с ума в Шанву. Ничего не будет видно, еду так легко не найти. Человек помрёт с голоду, обезумеет от отчаяния. Всё-таки миф людей о том, что туман из Шанву может съесть, был отчасти правдив.

Юэ Лянь тем временем уже оказалась на ветви и продолжала взбираться дальше, миновав с десяток чжаней. Листва, больше чем на землях Фанцы, закрыла ночной свет, и даже Юэ Лянь с ночным зрением приходилось использовать исходящие запахи для дальнейшего перемещения, настолько всё погружено во мрак. Вскоре она привыкла к темноте, но кралась всё так же осторожно и тихо, сливаясь с тенями.

“Помнится, вуоссы должны уметь пропадать в темноте. Интересно, меня сейчас видно?” – вспомнила Юэ Лянь, пока проходила по ветке к следующей, расположенной недалеко. Одним прыжком она достигла твёрдой поверхности коры, не заметила сук и растерянно моргнула, покрываясь мурашками. Под ногами теперь чувствовалась неожиданная лёгкость, а затем Юэ Лянь ощутила ветер, падая. Небесная поступь пропала в неизвестном направлении и единственным спасением Юэ Лянь сейчас были ветки, правда, в такой кромешной тьме могла видеть вещи лишь наполовину. Она ухватилась за последнюю возможность: создать опору из сапфиров. На конце когтя, в мгновение осветив летящую перед глазами листву вокруг, блеснула искра, как надежда на спасение. В живот Юэ Лянь ударил сапфирный столб, выбивая весь дух, из-за чего её откинуло на край, за который она отчаянно уцепилась. Юэ Лянь беспомощно, как щенок, заскребла когтями по скользкой поверхности столба, пытаясь не упасть с него, что удавалось плохо. Сапфирный столб отказывался её слушаться, сил совсем не осталось на управление сапфирами.

– О Пять поясов, помоги хотя бы! – крикнула Юэ Лянь, зная, что Вуя где-то рядом. Определённо, те перья принадлежали ей и запах тоже. – Я знаю, ты рядом, ворона!

Юэ Лянь, зарычав, сильнее сжала когти на столбе и смогла приподняться лишь на жалкую пару цуней, – скольких усилий ей это стоило. Дыхания начало недоставать, хватка ослабла, и она снова начала сползать вниз. Сколько бы Юэ Лянь ни пыталась подтянуться вверх или просто удержаться, шансов на спасение становилось пугающе мало.

“Это уже не смешно”

В горле Юэ Лянь застрял комок страха, направленный вниз взгляд, картина бездонного мрака, пожирающего всё, что туда упадёт, ужасала Юэ Лянь не меньше, чем страх разбиться насмерть. Она думала, Вуя где-то рядом, хотя на самом деле её запаха не чувствовала, – мнение Юэ Лянь быстрее молнии изменилось, когда она увидела, услышала Вую. Среди темноты медленно появилась Вуя. На её лице играла привычная, опасная улыбка, смольно-чёрные крылья окружали её куполом.

– Как дела?

– А по мне не видно, что всё плохо?! – поперхнувшись от возмущения, воскликнула в ответ Юэ Лянь, но когда соскользнула вниз ещё на цунь, сменила тон, – Помоги, пожалуйста! Прошу тебя, Вуя!

Ничего не переменилось, лишь понимающе кивнула.

– Это тренировка, Юэ Лянь. Если хватит сил вызвать Небесную поступь, подняться вверх или управлять сапфирами, спасёшься. Если нет – упадёшь вниз.

– Если упаду, то умру!

– Не умрёшь. Просто у тебя сломаются все кости и рёбра проткнут лёгкие. В общем, разобьешься в лепёшку. Потом просто залью тебе в рот кровь, как новенькая будешь.

Юэ Лянь схватилась за сапфирный столб с удвоенной силой. На нём появились заметные царапины от когтей, за них она отчаянно хваталась.

“Может, попробовать создать сапфиры под собой?” – мелькнула мысль, которую Юэ Лянь сразу попыталась воплотить. С конца когтя соскользнула искра, давая свет. Под ладонью Юэ Лянь почувствовала маленький камень, и чтобы тот оказался снизу неё, сделала его жидким, но за это была цена: она сползла вниз на два цуня. Сапфир тем временем быстро достиг цели. На опору или платформу Юэ Лянь не хватило сил создать, потому она решила создать лишь шип.

– Молодец! – подбодрила её Вуя и свесилась с ветки на хвосте, доставая до столба сапфиров. Юэ Лянь удержалась от того, чтобы схватиться за рукав Вуи по обыкновению, собрала все силы в кулак и подтянулась вверх, стиснув челюсть от усилий. Руки Юэ Лянь оказались на другом краю столба, ногами Юэ Лянь оттолкнулась от сапфирного шипа, подпрыгнула вверх и, шатаясь, поняла, что наконец не на грани падения, а когтях нет мерзкой нагрузки. Всё тело дрожало, но приходилось контролировать себя, иначе Юэ Лянь снова упадёт. Левой рукой она опиралась на поверхность сапфиров, всю в бороздах от недавно царапающих, отчаянно хватающихся когтей. Раздался голос Вуи сверху, будто сливаясь со звуками леса:

– А теперь вставай и иди дальше.

Юэ Лянь подняла взгляд вверх, к месту, где находилась Вуя. Теперь там была лишь ветвь, шуршащая и гармонирующая со всей кроной, теперь вновь полной жизни в глазах Юэ Лянь. Освещённые листья казались чуть синими, руки Юэ Лянь для неё самой – чудом, не иначе. Она смогла спасти себя в каждой из задач, от попыток не рухнуть во мрак до создания сапфирного шипа. Тот огромный столб сейчас для неё выглядел как верхушка, в самом прямом значении, умений Юэ Лянь. Чёрный дым, успокаивая её дрожащее тело, полностью обвил, и в этом милом жесте Юэ Лянь разглядела подражание объятиям. Когтем она произвела ловкое движение, туман послушно расстелился до ветви. Шаги отдавались волнами на Небесной поступи, словно Юэ Лянь ступает не по туману, а по водной глади. Взойдя на ветвь, она принюхалась: вокруг витали ароматы орехов, белок, птиц и других скромных обитателей леса.

“Какие всё же странные методы у Вуи” – вздохнула Юэ Лянь и поймала себя на том, что недавно думала о том же самом. Она резко отошла в тень, ведь в глаза ударил луч, пробивающийся сквозь крону. Не лунный, больше похожий на солнечный, он был ярким, по ощущениям сжигая Юэ Лянь глаза, которые успели привыкнуть к темноте. Отодвигая листву сверху, Юэ Лянь спешно увернулась от снега. На свету он озолотился и заинтересовал её, поэтому она шагнула на освещённый участок. Пришлось подпрыгнуть, чтобы ухватиться за ветку сверху и подтянуться на неё не без усилий. Из-за большого размаха Юэ Лянь распласталась на широкой ветке. Она чувствовала себя нелепо, обхватив руками ветвь, словно это подушка. Юэ Лянь фыркнула, вскочила на ноги, поставив руки на пояс и всем видом показывая, что её вовсе не пугает высота, а свет не режет глаза. Он исходил от солнца, восходящего на горизонте – собой горизонт представлял удивительную картину.

“Не представляю, сколько ещё в мире подобных диковинок!”

Солнце восходило среди величественных гор, покрытых снегом и не менее густо туманом. Легко догадаться, что сейчас видит Юэ Лянь – Сиэн Чэн, не иначе. Название соответствовало действительности: между горами, их острыми пиками и утёсами снизу, тянулись мосты, словно тонкие золотые нити. Жизнь на Сиэн Чэн, как и обещала Вуя Юэ Лянь, в любое время суток кишела. Вот фигурки ходили по мостам, или перелетали от скалы к скале, а самым удивительным для Юэ Лянь оказалось сама гора – фонарей на ней настолько много, казалось, что вся гора светится. Прекрасно она смогла рассмотреть дворец, точно выше дерева, на ветке которого она сейчас стояла. Замок был расположен на отдельном пике ото всех, с пика стекал водопад, не уступающий по размерам дворцу.

– Как тебе Сиэн Чэн? Удивлена?

Шатаясь на ветке, Юэ Лянь едва не свалилась от неожиданности и повернула голову к Вуе. Одна сторона крыльев указала на дворец между гор.

– Это дворец Лазурного дракона, повелителя востока, – произнесла она и сложила крылья, – Ланхуа называется.

– Как ты скрываешь запах?

– Потом тебя научу. И советую поменьше вопросов задавать, – после этих слов последовал нравоучительный подзатыльник, – и не перебивать наставника.

Юэ Лянь потёрла шею, цедя:

– Хорошо, хорошо.

– Лазурный дракон – единственный зодиак, живущий в Сиэн Чэн, и большая часть работы сваливается на него. Полное имя Лазурного дракона – Шанъяо Цзунь-Сю, – Юэ Лянь округлила глаза в удивлении, и прежде чем она успела задать очередной вопрос, Вуя прервала её, – Ты всё правильно поняла, Юэ Лянь. У него есть фамилия, и её можно почуять, как имя. Фамилии у демонов встречаются ещё реже, чем у людей, но мы не люди, мы демоны, так что фамилии имеют совсем иное значение. Редкие демоны, носящие фамилии – это демоны, обученные грамоте.

– Обучение – людская привычка.

– Верно, людская привычка, – согласилась Вуя, – Однако у демонов и обучение совсем другое, хотя присутствуют и схожести в системе. Кстати, к Лазурному драконы мы зайдём, поэтому пора бы мне заняться твоей вежливостью.

Растерянно захлопав глазами, Юэ Лянь вспомнила: она хотела спросить её, однако времени не находила во время путешествия, да и Вуя почти на землю не спускалась. Она ухмыльнулась, видя озадаченное лицо Юэ Лянь.

– Как-нибудь днём время найду, а ты сейчас… – она съёжилась под Вуей, плотно подошедшей к ней с распахнутыми для равновесия крыльями. Её лицо было задумчивым, с хитрой улыбкой, и Юэ Лянь была уверена, что она придумала другую неприятную “тренировку” для неё.

“Не хочу ещё таких тренировок, как недавно. На этот раз выжила, но в следующий может и не повезти”

– Будешь травы Юцаю таскать и по дому помогать!

Последовал недовольный восклик:

– Не хочу я полы в доме этого сяньли драить! И травы собирать, я не знахарь вам!

– Отказ не принимается, – лишь осклабилась Вуя, отходя от Юэ Лянь, и прыгнула с дерева. Четыре смольно-чёрных крыла раскрылись на всю ширину, а Вуя стремительно начала пикировать, судя по всему, в сторону жилища Юцая. Юэ Лянь осталась одна на верхушке дерева, размышляя, как теперь поосторожнее спуститься, притом не разбившись. Спускаться, видимо, придётся весьма долго и затруднительно, ведь другого пути нет. Со вздохом Юэ Лянь прыгнула в промежуток между листвой, сразу приземлилась на ветвь, затем на Небесной поступи спустилась на другую ветвь… так множество раз она делала, до боли в ногах, пока не показался свет со знакомым туманом. Внизу, среди серебристых на солнце сугробов, раскинулись могучие корни дерева, на один из них Юэ Лянь и приземлилась. Ноги спотыкались друг о друга от усталости,просили отдыха, однако предстоял ещё путь до дома, – недолгий, но он казался Юэ Лянь очередной пыткой.

“Эта ворота точно меня когда-нибудь доведёт!” – с возмущённой мыслью она пнула первый попавшийся камень, который улетел в кусты рябины.

Дом Юцая оказалось легко обнаружить по запаху самого Юцая, и Юэ Лянь открыла дверь. Запах, как она считала, вечно варящихся лекарств и растёртых в мисках трав, встретил её вместе с Юцаем, выходящим из двери рядом.

—О! Вуя передала, что тебя можно занять, – произнёс он с покачивающимися хвостами, метнулся к плетёному коробу и кинул Юэ Лянь, которой пришлось поспешно его поймать. – Знаешь, как выглядит рябина? Если нет, можешь по запаху узнать, вот несколько ягод, – теперь Юцай даже не кидал ей предметы, а небрежно швырял. Ягоды пришлось поймать вместе с верёвочкой, хотя Юэ Лянь собиралась сказать, что знает, как выглядит рябина, – она в её кусты камень со злости швырнула. – Боярышника тоже набери несколько веточек, мяту найди, несколько кур поймай, потом вернись, перелей кровь во фляжку, помой полы, протри шкафы, после сделаешь медовый напиток для Куэйсу… и можешь быть свободна.

“Я умру, прежде чем сделаю всё заданное”

Она собиралась выйти из дома, но заскрипела дверь рядом и её остановил знакомый, хоть и сиплый голос:

– Кто-то звал меня?

Глава 18

Юэ Лянь обернулась, моргнув, и обратила изумлённый взгляд. Позади стояла Куэйсу, непривычно для себя растрёпанная, она приложила ладонь ко лбу, а неразлучный с ней веер повиснул у колена. Небесная поступь незаметно для Юэ Лянь выглянула из рукава, тоже уставившись на Куэйсу.

– Проснулась немного раньше назначенного… – прервал тишину Юцай, махнул хвостом и обратился к Юэ Лянь: – Быстрее выполняй всё мною сказанное, как можно быстрее! – одним толчком он начал выпроваживать ошарашенную и заинтерисованную пробуждением Куэйсу Юэ Лянь за дверь. Она упиралась, жалобно посмотрела на оторопелую Куэйсу, но через мгновение после Юэ Лянь-таки вышвырнули наружу пинком в живот, весь дух из тела вышибли.

“Кто ж знал, что этот Юцай столь силён” – злобно подумала она, хватаясь за место, куда пришёлся удар. Её выгнали весьма грубо: Юэ Лянь перелетела все ступеньки и оказалась прямо на снегу, с которого сразу поднялась. Вздохнув, она направилась к боярышнику, помня путь к кустам. Всё время её что-то торопило в голове, часто всплывало воспоминание о том, как Юэ Лянь пнули.

“Не хочется, чтобы мне потом от Юцая или Вуи досталось”

Пока она собирала боярышник, в голову лезли навязчивые мысли и вопросы, не дававшие покоя.

“Вуоссы пропадают, но что же с ними становится? Их убивают? Что, если они живы? Кто мог сделать это, украсть или убить вуосса без улик? Людишки исключаются, они слишком слабы. Нельзя точно утверждать, кто это… божество, демон, или другое нечеловеческое существо, всё может быть. Будет куда легче судить, если появиться хоть одно известное условие пропажи помимо их отсутствия, – Юэ Лянь кинула ветки боярышника в короб и осадила себя: – Не надо о таком думать. Размышления ни к чему не приведут, навряд ли за мной столь быстро явится убийца, – поднявшись, она зашагала по снегу дальше на запах мяты, – А как явится по мою душу, тогда и узнаю, кто это на самом деле”

Солнце ещё не было в зените, но её уже клонило в сон. Пребывание в Шанву хоть и омрачилось неприятной задержкой в доме Юцая, но Юэ Лянь нравилось находиться здесь. Мощные деревья листвой укрывали её от солнца с редкими проблесками лучей, она сейчас демон среди демонов, не надо бесконечно прятаться, а сам Шанву действовал успокаивающе, людей он наоборот отталкивал. Может, потому что многие бояться тьмы, в то время как Юэ Лянь служительница лун, и тьма – неотъемлемая часть её жизни. Юэ Лянь не заметила, в какой момент стала служительницей лун, в какой момент они стали её покровителями. Никогда она не относилась к Вуе так уважительно, как теперь к дражайшим лунам.

“Это на меня затмение солнца подействовало или рассказанная Вуей легенда?" – Юэ Лянь помотала головой, фыркнула, и продолжила идти, едва заметив свою остановку. Пришлось вновь уловить запах мяты, а это было трудно – она под снегом, потом ещё и не повредить когтями надо умудриться, или раздавить.

В конце-концов, мята была найдена, да и весьма живая.

“Повезло, – улыбнулась Юэ Лянь, – Может, от Юцая не так сильно достанется. Теперь надо кур поймать”

Снова пришлось принюхиваться. Среди всех запахов она быстро нашла нескольких кур и направилась в нужную сторону. Сначала Юэ Лянь должна оказаться хотя бы в трёх чжанях от них, на месте можно будет убить их с помощью сапфиров. С запахами Юэ Лянь уже обращалась, как с привычной вещью. Обоняние – очень удобное умение, можно найти кого и что угодно лишь с помощью следов запаха. Другая привелегия, которой нет у людей, по понятной для Юэ Лянь причине, – они не хищники. Люди чувствуют запахи, но не могут найти вещь на малом расстоянии, в то время как демоны могут сделать это даже за ли. Всё же, как бы люди не пытались казаться опасными с мечами, копьями, луками и стрелами, они не приспособлены для убийств. В итоге, жалкая попытка добычи стать хищником. Юэ Лянь видела лица людей, когда они прижали её к стене. Вилы в их руках часто тряслись, во взгляде застыл страх.

Клыкастая улыбка проплыла на лице Юэ Лянь, когда она увидела заветную цель. В воздухе оказался один сапфир, он пролетел в воздухе и приземлился на снег. Куропатки почувствовали тёмную демоническую Ци, раскрыли крылья, но было уже поздно – сапфирные шипы уже проткнули их шею, они замолкли. Юэ Лянь лишь подхватила кур за ноги и застыла, не зная, что делать. Из них лилась кровь, и если она положит их в короб, то вся кровь прольётся.

“Плохо дело, кажется, от Юцая всё же достанется. Надо спасать ситуацию, – она плотно сжала губы в линию, – Придумала!”

Чёрный туман вылез из рукава, открыл ящик, обвился вокруг фляжки и метнулся собирать кровь туда. Некоторые капли попадали мимо, разрушая белизну снега. Как назло луч попал ровно на Юэ Лянь, из-за чего она прикусила губу клыком, на снег упала ещё одна алая капля.

Вскоре кровь перелилась во фляжку и теперь можно было остальную собрать, не заморачиваясь. Юэ Лянь присела на корень ближайшего дерева, а Небесная поступь продолжала делать всё за неё.

“Странно это, называть в какой-то мере одушевлённую способность Небесной поступью. Либо я использую её не по назначению”

– Не буду называть тебя Небесной поступью, – произнесла она, смотря на чёрный туман, и скрестила ноги, спиной облокотившись на широкое древо позади, – Звучит слишком оскорбительно. Будешь у меня… – она замешкалась, поэтому промычала что-то невнятное, пытаясь придумать имя. Плохое значение явно давать не надо, демонов с подобными именами слишком много. Лучше что-то среднее, как у Юцая… В раздумьях Юэ Лянь поставила голову на ладонь, после чего уже собиралась наречь чёрный дым, но рухнула в снег. Юэ Лянь ойкнула, мгновенно вскочила и принялась отряхивать плащ. Конечно, снег за капюшоном это неприятно, – куда неприятнее будет, когда она придёт обратно с порванными ею же рукавами (не учитывая того, что, кажется, пинок от Юцая она точно получит).

“Вуя меня убьёт”

Не прошло и недели, а Юэ Лянь уже пустила часть своей новой одежды на тряпки. Поморщившись, она повернулась к чёрному туману, обвитому вокруг фляжки.

– Ты будешь Цуё. Ясно?

Цуё не отвечала.

– Цуё, ясно тебе или нет?

Цуё была занята другим.

– Кивни, если подтверждаешь, что ты – Цуё, – Юэ Лянь осеклась. Как может кивнуть туман? Поэтому быстро поправилась: – Помахай туманом, ессли ты Цуё.

Конец ленты тумана поднялся вверх, затем совершил движение из стороны в сторону.

– Теперь ты Цуё, а не Небесная поступь.

Цуё вдруг прекратила переливать кровь, поэтому Юэ Лянь подошла ко фляжке, хмыкнув. Оказалось, фляжка полна красной жидкости, Юэ Лянь взяла её, накинула на себя короб с курами внутри, и направилась обратно к дому Юцая. Сначала она шла медленно, однако её снова стали торопить мысли, из-за чего она вскоре уже не шла, а бежала со всех ног, едва поняв, что не было Юэ Лянь около часа. Конечно, она переборщила с оценкой трудности заданий, это оказалось вполне выполнимо. Одна проблема: по приходу ей наверняка зададут трёпку, хотя в любом случае Юцай бы Юэ Лянь убил по приходу. Она уже поморщилась, представляя, как будет больно.

Кусты, камни и корни она перепрыгивала с лёгкостью, словно у неё выросли крылья. Чтобы не терять время на препятствиях Юэ Лянь использовала Цуё – та расстелилась под ногами. Об осторожности Юэ Лянь сейчас даже не думала, просто доверилась своей способности. Подбежала она к дому не со стороны двери, зато со стороны окна, куда кубарем влетела. Пол жалобно заскрипел под её весом, а Юэ Лянь нелепо распласталась на нём, затем быстро приняв первую попавшуюся на ум позу: поставила голову на ладонь, вытянула ногу, другую согнув. Из рукава выползла Цуё, ловя слетевший со спины Юэ Лянь короб, и поставила его рядом.

В комнате помимо Юэ Лянь, она полагала, будет только Юцай и Вуя… Оказалось, здесь присутствовала и Куэйсу. Все трое выглядели шокированными: Куэйсу охнула, Вуя отвернулась, положив руку на лицо, а глаз Юцая задёргался, хвост распушился.

– Зачем ты взяла в ученицы это?! – он, метая молнии глазами, начал трясти Вуя за плечи.

– Да ладно, Юцай, будто тебе раньше не вышибали дверь и не влезали в дом через окно.

– Не было такого! Если вышибают дверь или входят с окна, значит здоровы, а у меня тут только тяжелобольные!

На его ворчание Вуя лишь закатывала глаза. Юэ Лянь открыла короб, стараясь не привлекать внимания кого бы то ни было, но рядом оказалась Куэйсу, появляясь также неожиданного, как и всегда.

– Что у тебя? – спросила она и уселась рядом. Её взгляд, не без отвращения, скользнул по содержимому, которое Юэ Лянь вытаскивала.

– Юцай приказал собрать для тебя травы. И кровь кур, видимо Синхон Хэ будет применять.

– Не знаю, что такое Синхон Хэ, но Вуя сказала, что мы в уже в Шанву. Это правда?

– Без сомнений. Или ты не видела деревьев за окном?

– Видела, просто Вуе я не доверяю, – пролепетала Куэйсу.

– А мне, значит, доверяешь?

– Не совсем. И, пожалуйста, прекрати отвечать вопросом на вопрос.

Между ними повисло молчание, лишь Юцай страшно бранился сзади. Да так, что Юэ лянь сгорбилась от одного только понимания того, что скоро очередь дойдёт до неё. Тяжело придётся, ничего не попишешь, – едва Юэ Лянь подумала об этом, явилась сама гроза-угроза, Юцай. Его рычание, казалось, было слышно по всему дому, от чего она сгорбилась сильнее и только пискнуть успела, прежде чем в спину с размаху врезался кулак Юцая. Стоявшая рядом Куэйсу ошеломлённо прикрыла рот веером. Тело Юэ Лянь мешком отлетело в стену, почти прошибая стены, а Юцай приблизился к ней. Он навис, словно скала, хвосты его быстро метались из стороны в сторону.

– Слушай меня, ночная… если ты ещё раз ворвёшься в дом как сейчас, не ты кур ловить будешь, а они клевать твой труп. Не люблю я буйных демонов, особенно ночных поганцев. Слишком зазналась, много себе позволяешь: нарушаешь порядок.

В живот должен был прийтись следующий удар и Юэ Лянь успела приготовиться к боли, но перед взором возникли смольно-чёрные перья. Нижняя пара крыльев была приближена к Юэ Лянь, защищая её. Вуя произнесла:

– Ты переступаешь границу дозволенного. Может, тебе напомнить, с кем говоришь? – Юцай затих, его не было видно за крыльями Вуи, – Что насчёт Юэ Лянь, то тебе, полагаю, нужно напомнить и о нравах демонов, не только вуоссов. Вы, сяньли, привыкли к спокойной отшельнической жизни. Если не понимаешь поведения демонов – не диктуй свои правила.

Она продолжала ругаться, пока Юэ Лянь сидела на полу. Боль уже прошла, если были какие-то повреждения на теле остались, то они наверняка быстро зажили.

– Ты понимаешь, за что он так тебя?

К ней подполозла Куэйсу, устроилась рядом и потрясла за рукав плаща. Растерянно помотав головой, Юэ Лянь пробормотала:

– Не могу понять. Разве я нарушала порядок? Ничего необычного не случилось.

– Вообще, такая вещь, как “порядок” свойственна людям, а сяньли близки к ним по мышлению. Я знаю, как люди не любят, когда происходит нарушение их понятия порядка, в таких ситуациях надо проявить власть и всё уладить. Если порядок нарушила ты сама, без понятия, что делать. Всегда избегала нарушения порядка, так как наказание может быть жёстким, видела это на примере других.

– Всё-таки, демон, – выдохнула Юэ Лянь, – А у нас какое понятие порядка?

– Если ты не знаешь, я не знаю – значит его нет, либо не знает никто.

На этом разговор прекратился и когда Юцай ушёл, Вуя повернулась к ним.

– Идите в свои комнаты, – мягко приказала она и подтолкнула верхним крылом их. Взгляд Юэ Лянь поднялся на лицо Вуи, и в очередной раз она поймала себя на том, что Вуя стала казаться больше в последнее время, особенно с постоянно раскрытыми крыльями, – наверное, при желании она могла укрыть ими крышу маленького дома. Сама Вуя была величественна словно дом или дворец, в придачу ко всему умеет становится столь незаметной и ловкой, а иногда, как догадывалась Юэ Лянь, Вуя обращалась настоящей вороной.

Оказавшись за дверью, она продолжала размышлять о ней.

“Эта ворона умеет многое. Обращается, скрывает запах, сама по себе огромная, между тем скрытная, а главное – становится Юнхуа. Может, методы обучения у Вуи странные, зато она явно много знает. Поэтому её знания достанутся мне”

Подведя итог, Юэ Лянь тяжело опустилась на кровать. Комната, в отличие от остальных частей дома, не имела растений, полок или любой мебели кроме стола, кровати, стула и шкафа. Всё начищено до блеска, ни пылинки.

Несмотря на день снаружи, в комнате было сумрачно – лишь один фонарь свисал с потолка. Дверь закрыта достаточно плотно, чтобы не пропускать ветер, Юэ Лянь стало душно, поэтому было принято решение открыть окно. В глаза не попал свет, и она невольно подумала насколько удобно жить в Шанву: солнечные лучи лишь редкими пятнами проникали сквозь слои листвы на землю. В итоге день был сумрачным, ночь ещё темнее, ни звёзд, ни солнца ни луны не видно под сенью деревьев. Фонарей в Шанву не было, можно не бояться, что её обнаружит человек, лес огромный – Вуя рассказывала, что едва ли не превышает размер всей людской Фанцы. Юэ Лянь понимала, почему большинство демонов путники, почему демоны после Истребления ушли именно в Шанву. Лес насыщен кровью, в тени легко скрыться. Больше ничего любому нечеловеческому существу не понадобится для лучшей жизни. Можно бесконечно путешествовать по лесу, нет такого понятия, как заблудиться – всё здесь просто земли, по которым дозволено гулять хоть всю жизнь, не заботясь о любых опасностях. Люди про столь приятную жизнь воскликнули бы – “Божеские угодья, не иначе!” и в случае с демонами подобное не сработает, божеские угодья для них смертельно опасны, только вот, демонам нет нужды так выражаться, ведь они живут в Шанву.

“Как люди могли провести Истребление? Им же попросту не хватает сил не подобное, один лишь демон четвёртого пояса легко убьёт около сотни людей, как же они Истребили нас до жалких двадцати демонов? Да ещё и наш пятый пояс полностью уничтожили, а Истреблению теперь люди едва ли не поклоняются. Не их ли, людей, владыка, заставил так выражаться? – Юэ Лянь переместилась на широкий подоконник, – Не понимаю, как Истребление могло произойти… – вдруг она охнула с пришедшей догадкой, – Или Истреблением занимались не только люди. Точно, у людей нет подобно мощи, ведь наверняка им кто-то помог… тогда всё складывается, людям помогли наши кровные враги – божества. Никак иначе, у людишек не было бы и шанса на Истребление, не приди божества. Только вот, зачем им это, непонятно, как непонятно и зачем люди развязали войну, – задумавшись дальше, Юэ Лянь всё больше путалась в возможных причинах возникновения происшествия, но причины вырисовывались больно смутные из-за того, что она не знала, как всё было раньше. Будто неизвестно, что было для Истребления. Как жили тогда демоны, божества, люди и другие существа до этого события, какой окрас приобретут разные легенды, если узнать полную их версию, затерявшуюся после Истребления.

“Я лишь в твоём безумии”

В разум внезапно ударил голос, музыкальный и красивый, словно сейчас Юэ Лянь услышала не голос, а множество гармонирующих с собой инструментов. В следующее мгновение, позабыв обо всём, она охладила себя:

“Не стоит много думать об этом, – она вскочила с подоконника, направилась к дверям, распахнула их в стороны и отпрянула назад, в самом точном смысле ошпаренная. В шаге от неё стояла Куэйсу с огненными крыльями, мягко улыбаясь.

– Это я хотела к тебе пойти, – произнесла Юэ Лянь.

– Я опередила.

Куэйсу, помахивая веером, взглянула на комнату, а затем фыркнула:

– Весьма скучное жилище. Вуя упоминала, что мы направимся в Сиэн Чэн сразу после моего полного выздоровления. Что это?

– Столица демонов, – сухо ответила Юэ Лянь на такой же сухой вопрос Куэйсу, – Зачем пришла?

– Не буду увиливать: чтобы назвать тебя хули-цзин, хули-цзин.

Сразу после этих слов она разразилась звонким смехом, веер в руках Куэйсу подрагивал, а пламя крыльев горело ещё ярче.

Определённо, Куэйсу раздражала Юэ Лянь не меньше, чем Юцай, зато с ней хотя бы не скучно. В нужный момент Куэйсу проявляла серьёзность, но Юэ Лянь подобное поведение ужас как веселило.

– А на самом деле, раз это действительно столица демонов, не поможешь выбрать место для моего дворца?

– Что-то ты не у того человека спрашиваешь. Лучше с Вуей посоветуйся.

– Вуя мне сказала посоветоваться с тобой.

– Допустим. Хорошо, хорошо, я расскажу кое-что, – Юэ Лянь улыбнулась к четыре клыка, собираясь дать самый прямолинейный ответ, – В Сиэн Чэн уже есть дворец Лазурного дракона – место занято. Да и тем более, никто не собирается тебе дворец строить, особенно недодемону с человеческими повадками.

– Я их заставлю, данной мне властью.

– Власть – человеческое понятие, у нас оно значит ни-че-го.

– Тогда вот что: у демонов власть – это сила, которая заставит подчиниться, хотят они того или нет. Слышала, некоторые демоны в Шанву владеют землями на основе своей силы, и никто в их области не заходит, если не хочет, чтобы через день его труп плыл по течению руки.

– О-о-о, ясно, – Юэ Лянь закивала, такой подход ей нравился, всё раздражение от поведения Куэйсу как рукой сняло. – А не боишься, что Лазурный дракон может попытаться выгнать тебя из Сиэн Чэн? Всё-таки, он сильнее тебя.

– Зачем ему выгонять меня, если я могу сама его выгнать и занять дворец. Необязательно действовать напрямую, Юэ Лянь. Мы вполне сумеем отравить его святой едой, убить неожиданно или прибегнуть к посторонней помощи.

Юэ Лянь резко схватила кисть Куэйсу, совершенно не волнуясь о палящем жаре, готовым расплавить ей кожу. Идея, возникшая у Юэ Лянь, была превосходной, ещё ни один демон не додумался до этого. Может, идея рискованная, но если риск оправдается, пусть наполовину, – они будут играться со всеми существами, Юэ Лянь найдёт виновника её пропажи памяти, вернёт её со своей половиной ощущений, Куэйсу станет не то, что главным зодиаком, она будет главной везде, а люди не посмеют даже заикаться об Истреблении или власти в мире.

– Давай используем другую вещь, Куэйсу, – Юэ Лянь действительно сейчас звучала и выглядела, как хули-цзин. Два синих, горящих злым огнём глаза уставились на Куэйсу, Юэ Лянь говорила тихо, но хитро, излагая свою мысль: – Выгода будет для нас обоих. Если мы проберёмся на небеса к божествам и притворимся одними из них, сможем незаметно перевернуть привычный мир всех существ с ног на голову. Нужно только продумать всё настолько точно, до каждой детали и продумать любой исход.

Махание веера Куэйсу прекратилась, она выглядела неловко под вдохновлённым взглядом Юэ Лянь.

– Мне нужно лишь занять своё место как зодиака.

– Нет, ты только представь, что мы сотворим…

– Подобные амбиции никого до добра не доводили, ни людей, ни демонов, ни божеств! – отрезала Куэйсу. Пеперь она была больше злой, но Юэ Лянь-то всё чувствовала: от неё волнами исходил страх, это нельзя скрыть. – Мне кажется, ты всё-таки хули-цзин. Придумываешь постоянно безумные идеи, держать тебя в узде просто невозможно!

Она мгновенно прервалась, ведь Юэ Лянь схватила её за обе руки, из-за чего веер выпал из рук.

– Послушай, если мы… – начала говорить она, продолжая сжимать кисти Куэйсу, и приблизилась вплотную. Коготь Юэ Лянь поигрывал на руке ужаснувшейся Куэйсу. От неясного потрясения, который она испытывала, в её глазах собрались слёзы, он была готова заплакать прямо сейчас, но закусила губу выросшим клыком.

“Мне кажется, я что-то делаю не так” – заметила Юэ Лянь, поняв, что не продолжила то, что говорила, уставившись на Куэйсу. Конечно, она больше человек, чем демон, либо это черта свойственна всем зодиакам, и последнее маловозможно. Вновь её вырвал из мыслей тихий, дрожащий голос Куэйсу:

– Пожалуйста, прекрати уже…

Глава 19

Только сейчас Юэ Лянь обратила внимание на саму Куэйсу, отвлекаясь от удивления из-за её внезапно амбициозных планов, но теперь она вернулась к своему привычному поведению. Честно, Юэ Лянь по душе лукавый и хрупкий человеческий характер, а не грубость, как сейчас.

– Хорошо, – тяжело выдохнула она и отдалилась от вновь махающей веером Куэйсу. Затем отошла на допустимую дистанцию. Юэ Лянь поняла Куэйсу: для неё подобное правда уже слишком, зато для Юэ Лянь шанс на воспоминания. Нехотя она изобразила раскаяние и согласилась: – Оставим эти планы, ты права, не надо настолько… желать власти.

– Звучит так, словно ты сделала мне одолжение.

– Но сделала это одолжение искренне, порадуйся хоть.

– Для тебя подобное – чудо. Единственное, что можно сказать.

Сзади раздались шаги, мягкие и плавные, тем оказался Юцай с пиалой. От неё доносился запах сладкого мёда, горьких трав и ягод, как раз их Юэ Лянь собирала, судя по запаху. Юцай незаметно оказался рядом с Куэйсу, с безучастным выражением лица, с вытянутой вперёд пиалой. Проходя мимо Юэ Лянь, он не упустил шанса ударить её хвостами по лицу. Уже прекрасная новость, что он не сломал ей все кости. Он дёрнул ухом с серьгой в виде лотоса, и протянул Куэйсу пиалу, сдержанным тоном говоря:

– Цзуннюй окончательно выздоровеет к вечеру, можете отправляться в Сиэн Чэн завтра. Осталось только вылечить головную боль и боль в горле.

Махая веером с помощью левой руки, правой Куэйсу приняла пиалу с лечебным напитком у Юцая, сделала глоток и удивлённо взглянула внутрь пиалы.

– Удивительно, как сразу становится лучше… – она вдруг болезненно поперхнулась с видом, будто только что съела таракана. – Вы добавляли сюда кровь?!

– Это сейчас обязательно, пей и не спорь со мной.

По насупленному лицу Куэйсу легко было догадаться, что ей неприятно пить кровь, и, судя по всему, не просто неприятно, а отвратительно – взгляд застыл над пиалой, которую она стрелой отодвинула.

– Куэйсу, это всего лишь кровь, почему тебе настолько трудно выпить одну пиалу? – не удержалась Юэ Лянь, опираясь на стену. Куэйсу сморщилась сильнее и устало ответила к Юэ Лянь:

– Я даже не надеюсь, что ты поймёшь, почему люди не пьют кровь…

“Ну и не буду пытаться” – решила Юэ Лянь, зевнула, – хотелось спать, солнце уже давно взошло, прикрыла рот рукой, а затем вышла из комнаты. Она обвела взглядом гостиную, но когда не нашла Вуи, выглянула из дома. Нигде не было видно огромных чёрных крыльев. Казалось бы, их так легко заметить, а сейчас не найти.

– Я здесь.

Вздрогнув от неожиданности, Юэ Лянь повернулась назад и с радостным вздохом обнаружила перед собой Вую. Крыльев сзади не наблюдалось, сама она стала меньше и незаметнее без них, ясно почему Юэ Лянь не могла найти её.

– Мы скоро будем в Сиэн Чэн, – произнесла Вуя, приглашая Юэ Лянь обратно в гостиную, – И ничего в поведении тебе менять не придётся, за одним исключением. – когтем Вуя коснулась носа Юэ Лянь, отчего она недоумённо посмотрела на ней, ожидая дальнейшего объяснения. – Почти сразу мы пойдём к Лазурному дракону, и тебя нужно научить, как к нему обращаться. Имя, как ты знаешь, довольно важная вещь у нас, а значит, если Лазурный Дракон – важная личность, нельзя…

Юэ Лянь растерянно моргнула, думая, что от неё требует Вуя. Слишком неожиданно она начала что-то рассказывать, и минуты не прошло. Неотрывный взгляд Вуи прикрепился к Юэ Лянь, и она невольно начала думать быстрее, чтобы не растягивать время.

– Нельзя называть его по имени? – предположила Юэ Лянь неуверенно. С удовлетворённым кивком Вуи она улыбнулась, сама тоже довольная тем, что поняла, в какой форме нужно отвечать и додумалась до ответа.

– Именно. И нельзя к нему обращаться на Лазурного дракона в его присутствии, называй господином Повелителем востока. Интересно, что у каждого из зодиаков свои требования к обращению. Например, – повела пальцем Вуя, – Белого тигра называют владыкой. Полагаю, наша Красная птица сама чего-то требовать не будет, но демоны могут быть наслышаны о ней как о цзуннюй. Тем более Юцай её первым так назвал, а обращения часто подхватывают и другие демоны. Встретит кого-нибудь, речь зайдёт о Куэйсу, он её цзуннюй и назовёт.

– А что насчёт тебя? Твоего прозвища.

– Ах, я, – голова Вуи приподнялась вверх, убирая пряди волос назад. Она приложила палец к уголку рта и задумчиво уставилась в потолок, нахмурившись. – В этом случае всё зависит от положения, с которым я впервые появлюсь у них. Надеюсь, другие демоны увидят меня как госпожу ворону. Да, забыла сказать: мы будем жить не в самой горе, а на утёсе. Юэ Лянь, тебе следует запомнить расположение утёса и приметы, по которым можно его найти, слушай внимательно, – заинтересованный, не бегающий взгляд Юэ Лянь послужил Вуе подтверждением её словам. – Утёс широкий и стойкий, что редкость для Сиэн Чэн, не имеет освещения, поэтому проще всего его отыскать ночью, хотя и днём нетрудно. Впрочем, всё перечисленное не сравнится с отличительной чертой: на нём растут цзы-тэн. Скорей всего ты не слышала об этих чудны́х деревьях, ведь растут они лишь в Шанву, а люди считают его святым, строят храмы вокруг редких случаев появления цзи-тэн за пределами нашего леса. Я не пошучу, если скажу, что мы, жители Шанву, тоже почитаем цзы-тэн, но не только из-за их необычайной красоты во время цветения, которую зовут “синим дождём”. Цзы-тэн раньше росли лишь у домов, принадлежащих одному уважаемому клану.

– Клан? – удивилась Юэ Лянь, моргнув. Из её рта дальше вытекали лишь нескончаемые вопросы, от которых Вуя застыла на месте, опешив от них. – Вуя, ты говорила, что есть демоны с фамилиями, но это были обученные демоны, мы не имеем такого понятия, как “семья”. Разве может клан существовать, если ни один демон не связан с другим, как у людей? И почему "раньше"?

– Успокойся немного. – громко попросила Вуя. – Всё очень просто. Тот демон, который появится на территории одного из домов и станет членом клана, получит фамилию.

– Но где сейчас тот клан? И как он называется?

– Исчез во время Истребления. – Такие ответы почти обо всём мифическом и не очень, уже не удивляли Юэ Лянь. Краем уха она услышала, как Вуя пробормотала: – Может быть, кто-то из них остался, небось скрылись в Мэйгуй…

"Мэйгуй? Кто-то из клана выжил? Так, это тоже надо будет поискать… – вдруг глаза Вуи метнулись к Юэ Лянь, и от её взгляда, от которого хотелось спрятаться куда подальше, она мгновенно сделала вид, будто ничего не замышляет. – И лучше втайне"

Вздохнув, Вуя продолжила:

– Название клана неизвестно, всё стёрли. Так вот, Юэ Лянь. Дом на утёсе не просто дом, это целый двор. Поскольку там растут цзи-тэн, двор до сих пор принадлежит исчезнувшему клану. Даже сохранил название: Лэн Хэ Жэ, хоть его и знают только те, кто рискнул пойти ко двору. Он заброшенный, весь порос в цзи-тэн и растениях, но всё ещё может послужить неплохим дворцом для Куэйсу и жилищем для нас.

– Двор до сих пор принадлежит исчезнувшему роду, как мы туда зайдём? Наверняка Лэн Хэ Жэ охраняет сила или духи, сама же сказала, что подходить к нему – риск.

– Правильные вопросы задаёшь, – похвалила Юэ Лянь Вуя, – Во время заселения узнаешь.

Раздался скрип двери, из которой, размахивая хвостами, вышел Юцай. Он ленивым взглядом обвёл их, а затем по своему обыкновению устроился расталкивать травы в миске у котла.

– Поспи до заката, потом отправимся в Сиэн Чэн. Путь займёт лишь день, тем не менее, в Сиэн Чэн у нас будет много дел, а ты давно устала от пути, – по лицу Вуи растянулась улыбка, вместе с тем она подтолкнула Юэ Лянь крылом.

– Благодарю! – крикнула та с сиянием счастья и вразвалку побежала в свою комнату, едва не раскидывая вещи вокруг. В ней уже не было Куэйсу – ушла в свою комнату, поэтому, со всей решимостью, Юэ Лянь рухнула на матрас. Больше двигаться не хотелось, стало тепло и уютно. Веки слиплись, и, мерно дыша, она уснула.

***

Через окно в комнату, с тихими и ровными хлопками крыльев, залетела птица и приземлилась рядом со спящей Юэ Лянь на короб. Послышался мягкий шорох, а затем на нос упало что-то щекочущее, перо. Не выдержав, Юэ Лянь чихнула, села на циновку и огляделась, но в лицо ударил яркий луч. В глазах ещё мелькали разноцветные пятна и кружилась голова, – пробуждение оказалось не таким приятным из-за солнца.

– Юэ Ля-а-ань, – перед лицом возникло другое – Вуи. – Уже утро, ночная.

Словно подзатыльник дали, она вскочила с циновки и с ходу начала беспокойно натягивать сапоги. В мыслях вертелось лишь "Ужас! Вуосс, и проспала всю ночь, до утра!", сапоги, отказывающиеся одеваться быстрее, да как бы не получить от Юцая за слишком длинный сон. В голове уже вырисовывался план: как окажется вне комнаты, сразу из дома выйдет! Иначе не избежать пинка. Взгляд Юэ Лянь суматошно бегал по комнате, руки дрожали, поэтому она и не могла надеть сапоги.

На коробе уселась Вуя, упёршись двумя боковыми крыльями в стену.

Покончив с измученными сапогами, Юэ Лянь споткнулась, беспокойно подбежала к двери и остановилась там же.

– Я проспала и вчерашний день?

– Именно, – последовал ответ.

Юэ Лянь вдруг нахмурилась, после медленно повернулась к Вуе:

– Ты же действительно умеешь обращаться вороной, не так ли?

– Не спрашивай, всё равно уверена в том, что я умею.

Примечательно, что Вуя устроилась на коробе подобно статуе божества. Только поза её ощущалась куда живее, притом беззаботной и свободной. Обычно в храмах божеств, которые Юэ Лянь видела по пути в Шанву и в Гуанби, их статуи стояли в строгих позах, или в не менее скучных, сидя на троне. Вуя же сидела совершенно непринуждённо, с лёгкомысленной, доброй улыбкой.

Возник вопрос, почему же Юэ Лянь подумала о Вуе, как о божестве?

– Иногда задумываюсь, кто ты.

– Глупый вопрос, – усмехнулась она и не сдержала весёлого смеха. – Я яогуай Вуя.

– А ранее?

Цокая языком, Вуя покачала головой и вдруг воскликнула:

– Можешь поискать мою личность в библиотеке “Хэсин Чжиши”, как придём во дворец Лазурного дракона.

Внезапно её крылья, обдавая Юэ Лянь волной чёрного пуха, накрыли саму Вую с головой, стали быстро уменьшаться, а вторая пара крыльев исчезла. Вскоре тельце, похожее снаружи на массу чёрных, как ночь, перьев, уменьшилось до размеров всамделишной вороны. Юэ Лянь не поверила своим глазам: действительно обратилась! Не успела она сделать шаг в её сторону, Вуя прыгнула вверх, и окно само по себе открылось, выпуская обращённую Вую наружу.

“Во имя Пяти поясов! Правда ворона!” – только подивилась Юэ Лянь и спешно подбежала к окну. Тогда Вуя уже улетела в неизвестном направлении, и несмотря на это, Юэ Лянь всё равно ещё минуту рассматривала кроны деревьев, после чего осторожно вышла из комнаты. Горький запах трав ударил в нос, и едва Юэ Лянь прошла несколько шагов далее, закрыла нос рукавом плаща, настолько сильным оказался запах, – скорее вонь, заставляющая чихать. Даже с прикрытым рукавом носом, Юэ Лянь хотелось чихать, и, сквозь заслезившиеся глаза, подошла к Юцаю. Его нижняя часть лица была перевязана тряпкой, а на скамье у стены сидела Куэйсу, тоже с перевязанной частью лица.

– Изволь спросить, ты зачем такую вонь пустил?! – нависнув над Юцаем, грозно спросила Юэ Лянь. Ответа не последовало.

“Дражайшие луны!” – взмолилась Юэ Лянь, заразительно чихая в плащ. – Придушу этого кота во сне!”

В помещении было невозможно находится, особенно рядом с котлом, откуда и исходил неприятный запах. Подобное убийственное варево, легко догадаться, сотворил Юцай, ещё и совершив ужасное преступление, сидел с невозмутимым лицом. Он полностью игнорировал присутствие Юэ Лянь, отчего на её шее от злости стали видны синие вены. Внутри рукава она оскалилась, едва не вонзаясь клыками плащ.

– Отвечай! – громко потребовала она и мягко, чтобы не сломать кость, наступила на хвост Юцая. Из-под тряпки послышалось злобное шипение, а шерсть хвоста, на который Юэ Лянь наступила, вздыбилась. Зрачки Юцая сузились до двух щёлочек, он прижал длинные уши к голове – они один раз дёрнулись, и в следующее мгновение стали самыми настоящими кошачьими ушами.

– Не смей прикасаться ко мне, ночная! От тебя-то само́й несёт, как от псины!

– Успокойтесь, пожалуйста.

Стукая туфлями, Куэйсу подбежала к ним. Слои грязных одеяний мешали её передвижению, потому она запуталась в ткани, пока бежала.

– Подобная ругань, тем более насилие, ни к чему хорошему не приведёт. – Куэйсу указала сложенным веером на обоих и вновь разложила его перед своим лицом, закрыв рот. – Касается вас обоих.

– Не смей помыкать мною, девчонка, – прошипел Юцай.

– Мною тоже не пытайся управлять! Цзуннюй, принцесса, да без власти или подчинённых!

В очередной раз пришлось напомнить Куэйсу, что она может пробовать приказывать кому угодно, но только не демонам. Будто сама забыла о своей сущности! Юэ Лянь покачала головой и напомнила о другом:

– Ты, конечно, права, Куэйсу. Только сейчас нам надо отправляться в Сиэн Чэн. Тебе уже хорошо, да?

От такой перемены настроения Куэйсу смущённо замешкалась, а затем согласилась:

– Да-да, хорошо. Нужно идти в Сиэн Чэн. Одна просьба: рассказывай мне то же самое, что рассказывает тебе Вуя.

– Так бы и сказала, что хочешь быть ученицей Вуи, – рассмеялась Юэ Лянь, остановившись у двери в свою комнату, а затем вздрогнула от внезапности. У другой, входной двери, зашуршали крылья Вуи и она, хлопая в ладоши, произнесла:

– Как знала, Куэйсу. Но твоё обучение будет несколько другим, ты ведь понимаешь?

Рукава Куэйсу едва заметно шелохнулись алыми искрами, пальцы сжали ткань.

«А чем конкретно будет отличаться обучение Куэйсу от моего? – задумалась Юэ Лянь. Взгляд обратился к лицу Куэйсу. Неужто будет учить её самую… политику?»

– Вижу, ты уже догадалась, чем будет отличаться обучение, Юэ Лянь.

Юэ Лянь широко распахнула глаза и неловко улыбнулась.

– Теперь же, идём в Сиэн Чэн, скорее! – воскликнула Вуя, махнула крыльями, одним движением сгребая своих учениц к себе. Сзади за всей картиной наблюдал Юцай, – он махнул хвостами и незаметно оказался рядом с Вуей.

– Поите цзуннюй этим напитком ещё неделю. И действительно, уходите как можно быстрее, эта ночная приносит одни проблемы своим присутствием.

Раздался смешок Вуи и она поинтересовалась у Юцая, одновременно трепала его пушистое кошачье ухо:

– А мне-то ты рад будешь, Цай-цай?

Ухо Юцая дёрнулось и он гордо задрал подбородок. Как бы ни был Юцай серьёзным в своём обычном виде, с ушами он выглядел нелепо. Отдёрнув руку от уха Юцая, поскольку он проткнул её ладонь едва не насквозь, Вуя проследовала наружу вместе с Юэ Лянь и Куэйсу.

– Наши вещи оста… – забеспокоилась Юэ Лянь, но замолкла, едва увидела короб. Немой вопрос застыл в её глазах: когда Вуя успела вынести короб из дома? Постоянно она что-то успевала сделать без ведома: оказаться за спиной или же перед лицом, ужалить ядом, скрыться в мгновение ока. Достигнуть подобного уровня умений действительно мог только демон, живший на протяжении двухста лет, ставший яогуай, и неизвестно, что ещё ворона умела. Сама по себе она осторожна и скрытна, да только недавно она изменила своим принципам, неожиданно дав Юэ Лянь разрешение поискать её личность в библиотеке Лазурного дракона. С такой лёгкостью разрешила, что невозможно было не заподозрить подвоха. Потому Юэ Лянь решила: лучше сначала осторожно поспрашивать служащих во дворце демонов, и только потом попробовать найти книгу, содержащую личность Вуи.

***

– Пей давай! – настойчиво упрашивала Юэ Лянь, суя фляжку с лечебным напитком едва ли не в лицо Куэйсу.

Шёл третий день маленького путешествия до Сиэн Чэн. Куэйсу уселась на короб, а Юэ Лянь с хмурым лицом стояла рядом.

– Не хочу! – в ответ упиралась она и рукой одновременно пыталась противостоять натиску Юэ Лянь.

– О Пять поясов, я тебя второй час уговариваю! Вот сейчас придёт Вуя и…

Осёкшись, Юэ Лянь застыла на месте, по телу пробежал холодок. Глаза Куэйсу широко раскрылись, и она перевела взгляд на фигуру позади Юэ Лянь, – то была Вуя. Она сцепила руки замком за спиной и улыбнулась:

– По вашим лицам можно догадаться, что разговор как раз шёл обо мне.

После Вуя подошла к Куэйсу, успев хвостом выхватить фляжку из рук Юэ Лянь. Брови свелись, когда Вуя заметила сморщенный нос Куэйсу от запаха из фляжки.

– Я понимаю, что тебе неприятно, но выпить лекарство необходимо. Лекарь так сказал, а ты ведь цзуннюй и знаешь, что их надо слушать, верно?

Нехотя Куэйсу поддалась уговорам и c настороженностью взяла фляжку из рук Вуи. Немного отпила из неё, глотка два, и едва на лице Куэйсу отразилось удовольствие, она закашлялась, закрывая рот веером.

– Горько, очень горько!

– Понятное дело, лекарство ведь, – фыркнула Юэ Лянь и создала огонёк над плечом.

«Скучно»

Когтем она поиграла с огоньком, реагирующим на каждое движение колыханием. В ею созданном огне, в отличие от других, можно было увидеть своё отражение. Взгляд невольно наткнулся на отражение лица Юэ Лянь. Вид её, мягко говоря, не был больно роскошным: синяки под глазами, так и не пропавшие после долгого сна, неаккуратные пряди волос, спадающие на лицо, и расцарапанный нос. Едва заметив последнее в отражении, Юэ Лянь удивилась, ведь царапины должны были зарасти.

«Может быть, царапины остались из-за того, что я попросту забыла о них?»

Вдруг Юэ Лянь болезненно поморщилась от колющих воспоминаний прошлой ночи. Тогда Юэ Лянь столкнулась с демоном, и случай этот привёл её в глубочайшее недоумение.

Дело было на охоте. Как раз когда Юэ Лянь бодрствовала, Вуя поручила ей поймать чего-нибудь съестного, кабана или куру. Отходить далеко не пришлось: не минуло и одного ли, Юэ Лянь уже видела кабана у корней дерева, чей запах почувствовала ещё в лагере.

Сама она стояла с другой стороны ствола и медленно начала приближаться к кабану, обходя корни. Чтобы убить его шипами, надо приблизиться хотя бы на два чжаня. Тяжело было удержаться и не прыгнуть на всей возможной скорости на кабана, пока была возможность. Почему же она должна сдерживаться? Незаметно из рукава выплыла Цуё, а Юэ Лянь застыла на месте, лишь приказывая ей.

– Схвати, – произнесла она. Струясь чёрным как ночь туманом, Цуё стлалась сверху. Юэ Лянь совершила одно движение когтем, и вот уже кабан повалился вниз, истекая алой кровью из горла и живота, которая запятнала ранее светлый, белый снег. Выглядела кровь вкусно, так и хотелось вонзить клыки в проткнутые шипами места, чтобы слизать всю кровь, но не могла, поскольку Вуя запретила. Поэтому Юэ Лянь начала перевязывать ноги кабана и только успела схватить, потащить его в сторону лагеря, раздался голос из кроны деревьев:

– Какое расточительство, столько крови теряешь, глупая девчушка. Отдашь кабана, раз тебе кровь не нужна?

Юэ Лянь развернулась к лицу демона в палевом шерстяном плаще и длинных одеяниях, а он лениво развалился на нижней ветви. Сразу чуялось его имя: Хай Лань. Тот повёл когтем, и… едва Юэ Лянь успела заметить нить рядом со своей шеей, успевшую поцарапать её!

– По-хорошему не понимаешь? – рыкнула Юэ Лянь и в ответ метнула шип в Хай Ланя. Незаметно она покрыла кабана толстым слоем сапфиров, чтобы не утащил Хай Лань, пока она будет отгонять его.

– Ещё глупее, чем я думал. – после этих слов ему пришлось снова увернуться от шипа, почти сваливаясь с ветви. – Зато силы у тебя не занимать.

Рядом просвистело несколько других нитей, одну из которых Юэ Лянь отразила пинком, поскольку она летела на недостаточной скорости, чтобы разрезать вещи.

– Поверь, не больше чем твоя гордыня, – тяжело дыша, она нашла в себе силы осклабиться в четыре клыка, да ловко огрызнуться в сторону Хэй Ланя. – Вертишься-вертишься на одной веточке, с нитями играешься, ведь напрямую идти кишка тонка!

Лицо Хай Ланя заметно исказилось от последних слов, и он совершил ещё несколько движений пальцами: нити двинулись в сторону Юэ Лянь, а она перепрыгивала тех, быстро приближаясь к ветви, на которой надменно восседал Хай Лань. Тот действительно не желал спускаться с ветви и лениво уворачивался, даже не вставал. Он только двигал телом или отбивал сапфиры нитями, составляя целый кокон из них, что заставило Юэ Лянь весело рассмеяться от довольства собой.

«Зачем он настолько упрямо скрывает свои ноги, не желая ими шевелить? – вдруг Юэ Лянь насторожилась и обратила взгляд на одеяния, длинные, скрывающие ноги, – Одежды Хай Ланя больно длинные, прямо-таки всю ветвь застилают, и плащ тоже длинноват. Скорей всего, в ногах его слабое место»

Только успела Юэ Лянь прыгнуть с корней дерева на кору, оттуда – попытаться на ветви, её руки подхватили нити, и она повисла. Здесь же Юэ Лянь призвала пару шипов, разрубившие нити, но на замену им пришли другие.

– Юэ Лянь тебя зовут, так?

Она не ответила, лишь забралась на ветвь, где сидел Хай Лань, и в глазах его вспыхнула тревога. Пальцы снова дёрнулись, и нитей вокруг него стало больше. Все они прервались, оседая вниз, когда горсть блестящих сапфиров из руки Юэ Лянь просыпалась на ветвь. В тот миг вся она покрылась шипами, которые и разорвали нити.

– Тьфу ты, твой кабан, так и быть! – сплюнул Хай Лань, хватаясь за шип у горла, скребя по нему когтями. – Если б ты была обычным демоном, а не треклятой лунной, трёпку бы такую тебе задал! Беды от вас одни. Во имя Пяти поясов, да лунных и Лазурный дракон не пригреет! И безумцы полоумные в придачу. Видал я уже нескольких лунных, шуму сколько от вас, ужас просто! Главное ведь, шум от того, что вам в голову пришло убить одного случайного демона на улице! Обычно после такого наш господин повелитель востока вуоссов отправляет из Сиэн Чэн куда подальше!..

На его тираду самой отборной брани Юэ Лянь внимания не обратило, интересовало её другое: как странно сидела ткань на его ногах, из-за чего возникли подозрения, что это вовсе и не ноги. Она освободила его от сапфиров и ещё всмотрелась в одеяния.

– Чего уставилась? – мгновенно насторожился Хай Лань, и тогда же Юэ Лянь направила шип к его ногам. Он повёлся на уловку, резко двинув нижней частью тела вправо. Ног там, конечно, не оказалось – лишь… длинный рыбий хвост!

– Ты точно демон? – удивлённо выдохнув, спросила она.

– Демон, демон, просто женьюй!

– Кто такие женьюй?

– Спроси у другого демона, и отпусти меня уже!

Юэ Лянь щёлкнула пальцем, сапфиры пропали, и Хай Лань спрыгнул вниз с ветви. Непонятным Юэ Лянь образом он приземлился плавно, – даже не было видно хвоста, лишь куча шёлковой ткани, вскоре пропавшей в сенях деревьев. Судя по всему, Хай Лань знает одно из искусств воздуха, раз сумел забраться на ветвь и также легко слезть с неё.

«Странное отношение у демонов к вуоссам, и кому теперь верить в отношении Лазурного дракона к нам, Хай Ланю или Вуе?»

– Тебя что-то беспокоит? – раздался рядом мягкий вопрос Вуи. Её голос действовал успокаивающе, отрезвляюще на Юэ Лянь, поэтому она быстро выкинула мысли из головы. – Если ты о том случае…

– Неужто и в Шанву придётся прятаться? Демон, с которым я встретилась, сказал, что Лазурный дракон всех ночных "за шкирку" из Сиэн Чэн выкидывает.

– Ты вуосс, за вами кто-то очень сильный ведёт охоту, поэтому представляет опасность и для вас самих и для обычных демонов. Никто не хочет проблем, но загадочный охотник ещё никогда не убивал кого-то кроме вуоссов. Потому, если ты хочешь получить расположение и доверие других демонов, тебе нужно быть старательнее вдвое в обучении.

– Поняла, постараюсь. – Не сдалось Юэ Лянь расположение других демонов, сейчас она хотела поинтересоваться об отношении Лазурного дракона к вуоссам: – Про Лазурного дракона правда?

– Отчасти. Он выгоняет только совсем обезумевших, да и сейчас вуоссов не так много, ещё и скрываются. Но мы с тобой и Куэйсу как-нибудь пробьёмся.

Рука Вуи начала стремительно приближаться к голове Юэ Лянь, но она не стала сопротивляться: всё равно не отвертишься. В итоге, её стали гладить по голове, делая волосы ещё растрёпаннее.