Сказочница: некромант

Глава 1

В дверь забарабанили, отчего мужчина нахмурился сквозь сон и быстро вспомнил все известные ему ругательства.

– Господин Кшиштоф! Мы всё сделали! – раздался приглушённый голос, а затем вновь мощные кулаки принялись избивать дверь.

Хорошо, что та была достаточно толстой, чтобы выдерживать подобные нагрузки. Наверное, если бы тот человек попытался выломать её и то не смог бы – настолько она была тяжёлой и крепкой.

– Господин Кшиштоф! Вы там? – настырный посетитель не собирался уходить, продолжая будить хозяина дома.

– Будь проклят тот день, когда я на это согласился, – буркнул Кшиштоф, откидывая в сторону пуховое одеяло и спуская ноги на прохладный деревянный пол.

Печка уже давно погасла, а затапливать её снова было лень, поэтому внутри дома обосновалась прохлада, но Кшиштоф имел мягкую перину, отличную подушку и тёплое одеяло, набитое гусиным пухом. Все эти факторы сильно мешали вылезти из кровати, натянуть штаны и сапоги и подойти к двери, в которую до сих пор колотили. На пороге стояли двое высоких мужчин. Один из них держал в руке грязную лопату, а за спиной висел лук и колчан стрел, второй же сжимал холщовый мешок, который периодически дёргался и пищал. Кшиштоф не стремился запоминать имена крестьян, живших в деревне, но мог с уверенностью сказать, что этих двух братьев звали Лешек и Казимеш. Они приходили уже третий раз, поэтому Кшиштоф и запомнил их глуповатые бородатые квадратные лица, на которых тёмно-карие глаза были слишком близко посажены друг к другу. Зато рост и физическая сила этих двоих были чем-то, чему сам Кшиштоф мог бы позавидовать. Он всегда считал себя хорошо сложенным, но по приезду в эту деревню, осознал, что это не совсем так. Здесь все мужики были как-то ненормально огромны и широки в плечах.

– Господин, а вы спали что ли? – удивился Лешек, уставившись на хозяина дома в рубахе и штанах, а затем переведя взгляд на кровать.

– Представьте себе, – сердито буркнул Кшиштоф, немного поёжившись от холодного ветра, залетевшего в дом. – На улице с утра льёт дождь, я не думал, что вы будете…

“Настолько тупы, что попрётесь выполнять поручения,” – остаток фразы Кшиштоф решил оставить при себе.

– Так мы это… Нам не сложно, ага, – кивнул Казимеш. – Да и чем быстрее сделаем, тем лучше, эта.

Он утёр грязным рукавом нос, размазывая землю по лицу, отчего выражение стало ещё глупее. Кшиштоф поморщился. Он ненавидел грязь.

– А что? Сегодня день какой-то не подходящий? – удивился Лешек. – Вы ж говорили, вроде, что любой день подойдёт.

“Но не тот день, когда льёт дождь, а у меня раскалывается голова,” – ругался про себя Кшиштоф.

– Тадысь мы зайдём? – предложил Казимеш. – Подождём, пока господин соберётся?

– Нет уж, ждите здесь, – Кшиштоф поспешил захлопнуть дверь, пока эти двое не нанесли ему грязи.

Мужчина собрал свои чёрные длинные волосы в хвост, а после открыл сундук, чтобы найти какой-нибудь кафтан, который было не жалко. К его сожалению, таковых не оказалось. Выругавшись, он нацепил первое, что попалось, а затем отправился к печке, за которой хранил свою сумку со всем необходимым. На всякий случай, он проверил её содержимое, потому что последнее, чего он хотел – ходить туда сюда несколько раз. Кшиштоф понадеялся, что те двое всё же уйдут домой. Вдруг, у них где-то в глубине души проснётся совесть и они осознают сколько мучений ему сейчас доставляют? Но Лешек и Казимеш так и стояли на пороге, втаптывая грязь с сапог в деревянные ступени. Кшиштоф поджал губы, осознавая, что завтра это придётся убирать ему.

– И зачем сегодня вам понадобился ваш отец? – решил поинтересоваться Кшиштоф, прикрывая за собой дверь.

Первый раз они хотели узнать кому из них теперь принадлежит корова, потому что забыли, что отец говорил на смертном одре. Второй раз захотели узнать, куда тот спрятал самогонный аппарат. Какую же глупость эти двое захотят узнать в этот раз?

– Так это личное, вродь как, – ответил Казимеш почти смущённо.

Кшиштоф лишь тяжело вздохнул. Всё равно он узнает что за глупость на этот раз потащила их на кладбище. Наверное, не стоило вообще выполнять такие просьбы, но дело было в том, что совсем недавно некромантов, вроде как, запретили. Поэтому ему, княжескому некроманту, пришлось уехать и скрыться в маленькой отдалённой деревеньке. Когда-то у него было всё, что нужно – женщины, вкусная еда, слуги, красивые одежды, куча книг, глуповатый ученик, который таскался по лесам за травами, но сейчас… Сейчас он жил в деревеньке только при условии сотрудничества с местными жителями. Князь буквально продал некроманта простолюдинам, обещая, что Кшиштоф будет им помогать решать нерешённые проблемы, как бы глупо это ни звучало.

– Не волнуйся, сейчас всё это уляжется, и приедешь назад ко мне, – ободряюще похлопал князь по плечу перед тем как уехать.

Уехать и бросить некроманта в деревушке на долгих три года. Кшиштоф изредка получал вести от князя о том, что всё ещё не успокоилось, поэтому придётся ещё потерпеть. Кшиштоф уже понимал, что застрял здесь надолго, если не навсегда. А дело всё в политике. Князь захотел себе красивую невесту, но условия соседнего государства оказались очень уж строги.

Мелкий противный моросящий дождь умудрился размыть дорогу, превратив её в чавкающее подобие приличной тропы. Кшиштоф очень старался не наступать в воду и грязь, но выходило достаточно плохо. Наверное, смысла в этом не было, ведь кладбище сейчас вряд ли в идеальном состоянии. И верно – даже в темноте прекрасно было видно, что дождь размыл землю, лишая любой возможности сохранить чистую обувь. Лешек вышел немного вперёд, будто хотел показать дорогу к могиле, которую Кшиштоф и без этого прекрасно помнил. Могила уже была разрыта, а деревянный покошенный гроб эти двое решили вытащить из глубокой ямы, что было незачем – можно ведь было просто открыть крышку, но кто этот Кшиштоф такой, чтобы указывать Лешеку и Казимешу, как обращаться с мёртвым отцом?

– А вы сможете, сегодня то? – внезапно запаниковал Казимеш, остановившись около гроба. – Дождь же… Получится?

– Получится, – Кшиштоф лишь раздражённо закатил глаза.

И почему только сейчас в голову этого идиота пришла мысль, что дождь может помешать? Они ведь уже дважды видели ритуал.

– Открывайте гроб, – скомандовал Кшиштоф, а сам полез в сумку за необходимым.

Лешек немного отошёл, прижимая к себе живой мешок, а Казимеш принялся поддевать крышку гроба лопатой. Она открывалась очень легко, потому что братья делали это не первый раз. Кшиштоф хотел предложить им вовсе перетащить мёртвое тело назад в избу, но это было бы оскорбительно по отношению к мертвецу. Оскорбить живых некромант не боялся. Казимеш тем временем отодвинул крышку, позволяя моросящему дождю намочить мёртвое тело. Их отец уже начал разлагаться, а мышцы иссохлись, даже одежда немного начала расползаться и в некоторых местах была покрыта чёрной плесенью, не говоря о том, что на лице старика ползали жуки, бесцеремонно заползая в приоткрытый беззубый рот.

– Отойди, – скомандовал некромант, а сам сделал шаг к гробу.

Кшиштоф вытащил из пузырька со светло-голубой жидкостью пробку и полил ею на тело, после чего прикрыл глаза и принялся бормотать нужное заклинание.

– Давай животное, – некромант протянул руку к Лешеку, который тут же вручил ему дёргающийся мешок.

Кшиштоф ловко выудил оттуда маленького кролика, который отчаянно брыкался и пищал. Некромант вспорол ему пузо красивым кинжалом, рукоять которого была украшена рубинами. Кровь животного пролилась на мёртвое тело, а некромант продолжил читать заклинание. Трупик он сунул обратно в мешок и отдал Лешеку. Хоть это и происходило уже в третий раз, но руки того мужчины всё равно дрожали. Кшиштоф невольно усмехнулся тому, что эти двое достаточно тупы и смелы, чтобы выкопать труп отца, но магии всё равно боятся. Он вытащил из сумки пучок трав, вытянул их над телом, пробормотал заклинание, отчего травы вспыхнули и осыпались пеплом в гроб. Братья затаили дыхание, а вот их отец, напротив, принялся дышать. Кшиштоф отряхнул руки и отошёл немного назад, позволяя Лешеку и Казимешу поговорить с отцом. Уже в третий раз. Но крестьяне не торопились. Они наблюдали за тем, как худые узловатые пальцы цепляются за край гроба, как тело их мёртвого уже два года отца, садится, как его почти лысая голова поворачивается к ним и открывает пустые глазницы.

– Хто здесь? – хриплым будто сорванным голосом прошептал старик, отчего у него изо рта выбежал жук. – Пошему я нихого не вижу?

Лешек и Казимеш переглянулись, явно не зная, что нужно ответить. Кшиштоф снова раздражённо закатил глаза.

– Ваши глаза сгнили, – объяснил некромант. – Но я могу временно вернуть вам зрение, если хотите снова увидеть своих сыновей.

На самом деле сгнили не только глаза, но и голосовые связки, но их Кшиштоф уже поддерживал заклинанием, иначе в этом воскрешении не было бы никакого смысла.

– Опять? – старик повернул голову в сторону Кшиштофа. – Зашем я снова понадобился им? Неужоль нельзя оставить старика в покое хотя б опосля смерти?

– Так вам вернуть зрение? – Кшиштоф не собирался решать семейные проблемы, он просто выполнял условие.

– Не надо, не хочу их больша видеть, – сдавленно ответил старик. – Пущай говорят, шо им нужно, и проваливают.

Кшиштоф понимал, что труп устал возвращаться, но его сыновья были слишком тупы, чтобы понять какие страдания испытывает умерший. Самому некроманту давно было плевать на такое, иначе он бы не изучал подобное мастерство.

– Отец! У нас очень важный вопрос! – первым заговорить осмелился Казимеш, хоть и был младшим.

– Тадысь поспеши его задать, – посоветовал мертвец, снова поворачивая пустые глазницы на сыновей.

– Лешек притащил домой шавку, а теперь говорит, шо я тоже должен её кормить! – выпалил Казимеш, сжимая черенок лопаты. – Ты уж скажи ему, коли он притащил, то ему за собаку и отвечать! Мне-то эта псина зачем?!

– Так раз она тебе незачем, пошто ты её с собой в лес таскаешь, када грибы искать ходишь?! – возмутился Лешек. – Отец! Раз он мою Младу таскает в лес, пущай и кормит её тоже!

– Млада… Нет, ну ты слыхал, как он её назвал! Тоже мне! Человечье имя собаке дал! – Казимеш сплюнул на землю под ноги брата.

– Так пошто ты тогда сам её так кличешь, раз имя не нравится?! – вновь возмутился Лешек.

Кшиштоф принялся массировать переносицу. Он поверить не мог, что вопрос будет настолько глупым. Он понимал, что воскрешение в принципе не будет иметь никакого смысла, но не до такой же степени! Даже он, убивший в себе всё сочувствие и человечность, сейчас жалел бедного старика, которому не давали уйти в мир мёртвых.

– И чагось вы от меня хочите? – сипло спросил мертвец. – Вы собаку завели, вам за ней и ухаживать.

– Слыхал, Казимеш! ВАМ за ней ухаживать! То бишь тебе и мне! – крестьянин потряс холщовым мешком, с которого капала кровь.

– Отец! Не честно ж енто! Он её привёл! Так ему и ухаживать теперь! – возмутился младший брат.

– Ты ж её тоже с собой берёшь! – парировал старший. – Отец же сказал ВАМ. Или ты оглох?

– Да нечестно это! Говорю ж! – упирался Казимеш. – Ты её где-то там подобрал! Ты её привёл! А я кормить должон?

– Я её у Михайло на бутылку самогона выменял! Не абы что! Специально выбрал самую умную псинку! – ругался Лешек.

Кшиштоф хлопнул в ладони над трупом и растёр высушенную траву, отчего мёртвое тело обмякло и упало назад в гроб.

– Господин! Ты чего! Мы ж не договорили! – удивился Лешек.

– Договорили, – отрезал некромант. – Закапывайте. А если ещё раз побеспокоите меня из-за подобного, то я вас и шавку вашу прокляну. Учитесь уже жить без отца.

Кшиштоф поспешил покинуть кладбище, чувствуя лишь ярость. Он был княжеским некромантом! Выполнял важнейшие задачи! Был уважаемым человеком! Его все боялись! А теперь два простых мужика дёргали его лишь затем, чтобы разрешить глупый спор при помощи мёртвого отца. Будто живых в этой деревне мало! И ведь всё, что он потом получит в качестве оплаты от этих двоих – пару бутылок самогона да корзину трав из лесу! При этом среди трав не будет тех, которые ему нужны! Разве оно того стоит?

Кшиштоф вернулся домой, скинул сапоги и мокрую одежду на пол, а сам плюхнулся на мягкую перину. Как бы он хотел вернуться в своё поместье, чтобы верная служанка тут же прибрала его одежду и принесла бы ему горячий ужин. Кшиштоф повалился на кровать и закрыл глаза, ощущая лишь то, как нарастает обида на князя за то, что бросил его, за то что вообще позволил запретить некромантию. Что в этом такого? Кто кроме некроманта узнает тайну отравления? Кто кроме некроманта поможет найти старинное сокровище, которое было спрятано перед смертью? Кто кроме некроманта раскроет правительственный заговор против князя, выяснив детали у мёртвого шпиона? Но нет. Они с чего-то решили, что некромантия опасное занятие. А разве огненная магия не опасна? А как на счёт целителей, которые буквально с того света людей вытаскивают? Разве такие занятия не опасны? Разве князь не знает, на что идут целители, чтобы испытать свои эликсиры? Прекрасно знает. Но в захудалой деревеньке всё равно оказался Кшиштоф. Прошли уже те времена, когда его хвалили за то, что он молодой и одарённый, прошли времена, когда сам князь уговаривал его помочь. Теперь Кшиштоф оказался не нужен. Правила игры изменились.

С утра дождь закончился, но погода едва ли стала теплее. Кшиштоф нехотя встал, оделся, попутно бросив взгляд на мокрую одежду и грязные сапоги, и отправился на улицу, кутаясь в кафтан. Завтракать он решил в местной таверне, потому что сам он готовить не умел. Через деревню частенько проезжали торговцы, так что и таверна была довольно успешной, а здешняя хозяйка готовила очень вкусное рагу.

– Вы сегодня припозднились, господин Кшиштоф, – его встретила улыбкой полная миловидная женщина.

– Работал ночью, – кивнул некромант, усаживаясь за стол поближе к хозяйке. – Что нового слышно, Зофья? Может, есть вести от князя?

– Как же, приехал гонец, – Зофья закивала. – Но он ещё больше вашего спать любит. Коль хотите, я сына кликну, он его разбудит, а вам пока завтрак состряпаю?

– Буду очень благодарен, – Кшиштоф кивнул и выложил на стол две золотые монеты.

Этого было много, но некромант привык уже платить на несколько дней вперёд. Зофья засуетилась, позвала громогласным басом своего сына, который тут же выскочил к ней с кухни. Мальчишка был худым, но высоким, хоть и было ему, кажется, двенадцать лет. Зофья скомандовала ему разбудить господина гонца, поэтому мальчик кивнул и умчался на второй этаж, где располагались спальни.

Спустя некоторое время Зофья поставила перед гостем еду – пшённая каша с мясом, тарелка свежих овощей, корзинка с горячими булочками и кружка компота.

– Компот только вчера вечером сварила из вишни, как вы любите! – похвасталась Зофья, расправляя передник.

– Спасибо, – кивнул Кшиштоф и неспешно приступил к скромной трапезе.

Обычно Зофья отходила от него, продолжая наводить порядки в своей таверне – снимать со стен высушенные грибы, печь свежий хлеб, готовить еду, но сейчас женщина не торопилась покидать Кшиштофа, продолжая мяться рядом, словно смущённая девица. Некромант понимал, что сейчас услышит просьбу, с которой к нему часто обращались жители деревни благодаря князю, хоть он и предупреждал – не злоупотреблять некромантом. Местные успокаивались лишь тогда, когда в деревеньке гостили не местные – нехорошо бы вышло, если бы какой-то торговец потом уехал отсюда, зная секрет Кшиштофа. Тогда никакой князь уже не спас бы его от жестокого правосудия.

На самом деле деревенским тоже потребовалось немало времени, чтобы осознать всю пользу запретной магии. Многие плевались, говорили, что это отвратительно – мёртвых тормошить, но со временем и у них появились вопросы к родственникам, которые уже никогда не заговорят. Оказалось, что не так уж и зазорно поднять из мёртвых кого-то ради глупого вопроса.

– Господин Кшиштоф, вы же помните, что три месяца назад у меня сестра от холеры сгинула? – но Зофья всё равно заговорила, хоть мужчина и продолжал её игнорировать.

– Как же, – Кшиштоф нехотя кивнул. – Сам ведь на похоронах был.

– Так вот, я попросить хотела… – Зофья осмотрела пустую таверну, будто не знала до этого, что она пуста. – Не могли бы вы мне помочь поговорить с ней? Она же замуж так и не вышла, а приданное её так и лежит нетронутое. Я бы своей дочке его отдала, да без спросу как-то…

– Мёртвым уже всё равно на такое, отдавай и всё, – отрезал Кшиштоф, не желая снова возиться с очередным трупом.

– Да как же! – Зофья возмутилась, уперев руки в бока. – Это, может, у вас в большом городе так! А у нас тут без спроса – никак! Сестрица же не знала, что сгинет, вот и не успела словом последним сказать, чтобы её приданное забирали… Коль я его так просто доченьке отдам, так мертвец на неё проклятие нашлёт! Господин Кшиштоф, очень уж нужно разрешение её! Плохо же будет иначе!

– Зофья, это так не работает, – тяжело вздохнул некромант, уставший уже разъяснять местным такое. – Твоя сестра скончалась от тяжелой болезни, а не потому, что её убили за пару дней до свадьбы. Её дух упокоен, поверь мне, и не вернётся затем, чтобы над дочерью твоей измываться. Тем более, опасно будет выкапывать труп больной девушки…

– Я знаю, знаю, – Зофья закивала, перебив его. – Господин, но очень надо! У меня же подружка вот так отдала своей дочке приданое сестрино, вот её доченька то и скончалась почитай уже шесть лет назад! Что я? Плохая мать что ли так со своей кровиночкой поступать? А так мы аккуратненько спросим разрешения, у меня хоть душа болеть не будет! Да я ж не просто так прошу-то! Я вас кормить целый месяц бесплатно буду! А коли хотите, так дочка моя младшая будет к вам приходить прибираться! И муж по хозяйству поможет!

Уговаривать эти крестьяне, конечно умеют, хотя откапывать труп девушки, умершей от холеры – идея не очень здравая. Эпидемии только не хватало в этой деревне, а ведь обвинять в первую очередь явно будут его, хотя Кшиштоф настаивал на том, чтобы сжечь тело.

– Не знаю, – ответил Кшиштоф, отодвигая опустевшую миску. – Трав мне не хватает, да и дожди землю тяжёлой сделали.

– Так то проблема разве? – Зофья отмахнулась. – У меня муж и сын вдвоём справятся, могилку быстро разроют! А травки какие нужны? Так вы мне скажите, я дочерей отправлю – они вам всё принесут.

– Хорошо, я подумаю, – Кшиштоф осознал, что так просто эта женщина от него не отстанет, а оплата и правда достойная.

Денег ему тут никто не платил, но почти каждый мог сделать что-то полезное – кто крышу починить, кто дров натаскать, кто в доме прибраться, кто мясо вяленое и пиво домашнее предлагал. От такого Кшиштоф почти чувствовал себя важным господином, каким был при дворе князя. Но в том то и дело, что лишь почти.

– Благодарствую, господин, – улыбнулась Зофья и, наконец, отошла.

Кшиштоф сумел закончить трапезу в тишине, а гонец спустился только когда Зофья убрала всё со стола. Гонец был Кшиштофу знаком – его звали Чеслав. Молодой парень очень расторопный, а главное – надёжный. Он плюхнулся напротив Кшиштофа и зевнул.

– Ну, рассказывай, как ты тут, – Чеслав почему-то усмехнулся, окинув некроманта взглядом.

Кшиштофу это не очень понравилось. С каких пор парень вёл себя так надменно, будто был важнее?

– Устал разговаривать с живыми, – пожаловался Кшиштоф.

– А с мёртвыми? – Чеслав снова усмехнулся.

– Ты приехал, чтобы передать мне что-то важное от князя Болеслава? – Кшиштоф намекнул взглядом, что не намерен вести пустые беседы.

– Не-а, – на этот раз Чеслав вообще рассмеялся. – Я тут проездом. У меня важное послание для княгини соседних земель. А наш князь, если честно, уже и забыл о том, что ты тут. Но я решил всё же заехать, узнать, что тут с тобой да как. Вчера Зофья мне рассказала много всякого. Похоже, что эти крестьяне тебя тут похлеще князя используют. Считай, что ты тоже своего рода гонец, только ты мёртвых с живыми соединяешь, а я только с живыми и общаюсь. Так что твоя работа даже похуже будет.

Кшиштоф принялся постукивать тонкими изящными пальцами по столешнице. Мысль, что над ним смеётся гонец страшно нервировала.

– Князь Болеслав обещал, что я здесь ненадолго, – сквозь стиснутые зубы процедил Кшиштоф.

– А ещё он соседним княжествам обещал, что всех некромантов на своих землях изведёт, – кивнул Чеслав. – Но вот ты до сих пор живой. Наверное, стоит быть благодарным за это, ведь ученика твоего повесили, а тебя вот спрятали тут. Кто же знал, что союз с другими княжествами так долго будет? Да и война с ними нам сейчас ой как не выгодна.

– С каких пор князь боится войны? – Кшиштоф вскинул брови.

– Князь не молод, – Чеслав пожал плечами. – Куда ему красоваться на поле боя? Он сына готовит правителем стать, а тот, уж поверь, некромантов боится не меньше, чем князья соседних государств. Так что застрял ты тут надолго… С другой стороны – хорошо, что тебя не казнили. Ты бы переучился на целителя, например, может, тогда князь бы тебя назад и вернул.

– На целителя, – Кшиштоф хохотнул сжимая руки в кулаки. – Я верой и правдой служил князю! Выполнял грязную работу! Допрашивал мертвецов, выяснял секреты чужие, спасал князя от нескольких покушений на его жизнь, собрал ему армию мёртвых солдат, которыми он захватил большую часть своих земель! А он казнил моего ученика, а меня сослал в эту чёртову деревню, отдав на растерзание тупым крестьянам, которые продолжают меня покрывать только взамен на то, что чуть ли не каждую ночь помогаю им поболтать с умершими родственниками?! Разве это справедливо?! Разве за все эти годы я не заслужил награды?!

Кшиштоф не заметил того, как вскочил на ноги, вцепившись в край стола, готовый перевернуть его в любую секунду.

– Чего ты от меня-то хочешь? – Чеслав лишь пожал плечами. – Не я, знаешь ли, решил, что некромантия опасна, так что не на меня тебе и злиться.

Кшиштоф завис. А ведь гонец прав. Некромантия опасна, но никто из них вообще не подозревает насколько. Князь решил просто сослать некроманта куда подальше, но если вдруг произойдёт что-то, Болеслав тут же прибежит к нему лично. Сейчас же Кшиштоф просто зря унижался перед обычными крестьянами, тратя свои силы на бесполезные разговоры с мертвецами. Он мог воскресить целую армию, захватить с помощью неё несколько княжеств, сам мог бы занять место князя, но вместо этого продолжал послушно прятаться в деревне и ждать. Он и сам забыл насколько он силён и опасен.

– Как по мне, тут довольно милая деревенька, чтобы провести остаток жизни, – попытался приободрить его Чеслав. – Был бы я на твоём месте, обзавёлся бы тут женой да детьми, а про магию бы забыл совсем.

На лице гонца появилась мечтательная улыбка. Кшиштоф хмыкнул. Чего ещё ждать от простолюдина?

– Но если так хочешь, могу передать от тебя что-нибудь князю, – предложил Чеслав.

– Не надо, – Кшиштоф вздохнул и обернулся в поисках хозяйки таверны. – Ты прав. Раз политика требует того, чтобы я вёл себя тихо, значит, князю оно очень надо…

– Восхищаюсь твоей преданностью, – закивал гонец. – Ты не расстраивайся. Может, ещё приедет князь за помощью к тебе.

Кшиштоф уже не слушал гонца, он оттолкнулся от стола и направился на поиски Зофьи – она же хотела, чтобы он воскресил её сестру, а значит, ему для этого нужны травы.

Чеслав решил остаться ещё на один день, потому что лошадь так и не успела отдохнуть, а смены тут не было, но Кшиштоф не стремился с ним разговаривать. Хотя и сам гонец предпочёл больше общение с молодыми девицами, чем с некромантом. Дочь Зофьи прекрасно справилась с поручением и принесла все необходимые травы, так что Кшиштоф занялся варкой эликсира. Вечером и сама Зофья заглянула, чтобы спросить – а как оно вообще происходит?

– Труп сестры придётся выкопать, – объяснил Кшиштоф. – Иначе она гроб сломает, да и выбираться будет пару минут, а вам ведь её ещё хоронить назад придётся, так что если гроб повредится, то нужно в землю закапывать, а так тело быстрее разлагается. А ещё нужно будет принести живое существо, его кровь поможет вернуть способность разговаривать, иначе труп оживёт безмолвным.

Некромант не собирался объяснять все тонкости, но что-то объяснить нужно было, пускай оно и не совсем правильно, главное чтобы звучало убедительно.

– А живое существо любое? – Зофья слегка побледнела от всех этих рассказов.

Хотя по деревне уже все шептались о том, как здешний некромант людей мёртвых оживляет.

– Любое, – Кшиштоф кивнул. – Кролик, мышь, крыса, курица – кого поймаете. Мне ещё эликсир сварить нужно, поэтому дня через три приходи.

Зофья кивнула, поблагодарив мужчину и оставила его одного. К вечеру эликсир немного остыл, так что Кшиштоф смог разлить его в склянки и убрать в сумку. Он сходил в таверну, чтобы поужинать, где снова пересёкся с довольным гонцом.

– Не понимаю, чего ты такой недовольный, – Чеслав уже успел выпить пива. – Тут столько милых девушек живёт!

Кшиштоф ничего ему не ответил. Не было желания спорить с княжеским подхалимом. Некромант поужинал и отправился домой, но спать так и не лёг.

Деревня медленно, но верно погрузилась в сон. Тучи, весь день заслонявшие небо, наконец, показали, что за ними, оказывается, есть яркие звёзды и тонкий месяц убывающей луны. Тишина накрыла эту небольшую отдалённую деревеньку. Никто не ждал никого в гости, никто никуда не собирался сегодня идти. Лишь изредка можно было услышать лай собак или ржание лошади. Поэтому братья Казимеш и Лешек были очень озадачены, услышав тихий стук в дверь избы.

– Лешек, ты слыхал? – шёпотом поинтересовался Казимеш. – Кажись, стучал кто?

– Млада не тявкает, значит показалось тебе, спи, – Лешек лишь перевернулся на другой бок на своей лавке.

– Лешек, а ты запах дыма чуешь? – не успокаивался Казимеш.

– Спи уже! – рявкнул Лешек, а после снова раздался тихий стук в дверь.

Это заставило старшего брата сесть. Они с младшим переглянулись. Вновь кто-то постучал, но на этот раз паузы не последовало. Тот, кто стоял с той стороны продолжал колотить. Казимеш не выдержал, он поднялся на ноги, в пару шагов преодолел расстояние до входной двери и распахнул её. На пороге стоял их мёртвый отец. Его тело было покрыто грязью и кровью, а в костлявых руках он крепко сжимал голову их собаки. Казимеш вскрикнул и отошёл на шаг назад, а их отец захрипел, уронил голову и прошёл в дом, протягивая руки к горлу младшего сына. Холодные и мокрые от земли и крови пальцы сомкнулись на горле живого. Казимеш попытался разжать, но это оказалось удивительно невозможным даже для такого сильного крестьянина. Лешек соскочил с лавки, хватая топор из угла и поспешил на помощь брату. Тупое лезвие вонзилось в гнилую плоть с неприятным хлюпаньем, но не сумело перебить кость. Казимеш отчаянно цеплялся за мёртвые пальцы, но оголённые кости проткнули его кожу, разрывая глотку. Лешек закричал, видя, как отец отбрасывает в сторону труп младшего сына, а затем старик двинулся на старшего. Лешек замахал топором, но ладони были уже потными от страха, так что древко выскользнуло, а орудие отлетело в сторону. Мёртвый отец захрипел, будто пытаясь что-то сказать и потянул костлявые руки к горлу второго сына, но ему удалось поднырнуть под ними и выйти из избы. К его счастью, мертвец оказался не слишком расторопным. Лешек захлопнул дверь, закрывая его в избе, а сам обернулся с желанием позвать на помощь, но в итоге лишь остолбенел. Несколько домов полыхали, слышались крики боли и отчаяния, кто-то бежал, спотыкаясь в сторону леса, а за ним по пятам следовали мертвецы. Вся деревня кишела восставшими трупами – какие-то были посвежее, а какие-то были уже костями, но это не мешало им двигаться и гоняться за жителями. Пахло кровью, гарью, трупами и сырой землёй. Лешека вырвало. Он спешно растёр сопли и слёзы по лицу, и бросился бежать, но далеко уйти не удалось.

Кшиштоф стоял на окраине леса, поглаживая лошадь гонца по морде. Животное беспокойно фыркало и взрывало копытом землю.

– Уж прости, – тихо заговорил Кшиштоф, наблюдая за горящей деревней. – Твой хозяин из таверны не выбрался. Я бы превратил его в кадавра, но сомневаюсь, что от его тела вообще что-то останется. Да и во время убывающей луны нежить получается слабой. Впрочем, он сам говорил, что хотел бы остаться в этой чёртовой деревне…

Ещё десять минут некромант позволил себе наслаждаться видами и человеческими криками, но он понимал, что теперь князь точно его не простит за такое, однако Кшиштофу прощение и не требовалось. Пришла пора напомнить князю с кем действительно не стоило ссориться.

***

Вадим с трудом проснулся после такого длинного и удивительно чёткого сна. Обычно такое происходило, когда снилось что-то, что уже произошло. Когда снилось будущее, оно было всегда размытым, неясным и приходилось тратить время, чтобы расшифровать такой сон. Но здесь Вадим будто бы сам был тем мужчиной, он явно чувствовал его гнев и обиду, хотя хорошо понимал, что случиться это могло и вчера, и год назад – тут уж никак не выяснить. Однако цепляться за прошлое не было никакого смысла. Вадим не знал, кто это и знать не хотел. Сегодня ночь на Ивана Купалу уже пятая на счету его магических дней, потому и голова была забита другим, а не каким-то там обиженным когда-то некромантом. Вадим откинул в сторону одеяло, потянулся и отправился заниматься делами, выбросив тяжёлый сон из головы.

Глава 2

Велерад потянул упряжь на себя, заставляя коня замедлиться. Деревня уже показалась на горизонте. Велерад слегка улыбнулся – ничего тут не изменилось. Те же домики, те же улочки, только настроение сейчас немного другое. Он просто решил приехать в гости к дяде Казимиру, а то и Вадима навестить, потому что давно не виделись. Месяца три так точно. Велерад иногда заезжал в гости, а иногда по заданию батюшки – лекарство попросить особенное или же от духа злого избавиться, который на дороге засел под мостом перед самым городом. Вадим и Тихомира хорошо помогали им, если дело касалось чего-то странного. Их помощь убедила князя Белослава в том, что магия может быть очень полезной, потому князь запретил убивать ведьм и колдунов, а наоборот объявил, что в его княжестве магов никто не обидит. Однако пришлось постараться, чтобы не навлечь на княжество проблем, создать в дружине отряд, который мог бы арестовать тех, кто нарушал законы. Но некоторые маги и колдуны изъявили желание помогать, так что сейчас всё было хорошо.

Дарина вышла замуж и год назад родила сына, но Вадиму на это было плевать, хотя Велераду так не казалось. Когда речь заходила о его двоюродной сестре, Вадим всегда отводил взгляд и быстро переводил тему, становясь более раздражительным. Впрочем, Дарина казалась счастливой. Её муж был богатым купцом, потому они частенько куда-нибудь уезжали, а путешествовать девушке очень уж нравилось. У Вадима же и Тихомиры время будто бы и не шло вперёд. Единственное, что менялось – Есения. Девочка подросла, вытянулась и стала очень привлекательной. Каждый раз, когда Велерад заходил в гости, Вадим давал сестре какое-нибудь задание, лишь бы она не крутилась рядом. Девушка возмущалась, ругалась, но ослушаться брата не смела. А Велерад просто не мог с собой ничего поделать – невозможно было отвести глаз от Есении, если она проходила мимо.

Велерад повернул коня, проехавшись по улице мимо домов и заехал на двор Казимира, где его тут же встретили.

– Быстро же ты доехал, – удивился Казимир, стараясь не подходить к коню племянника.

Животное всегда было недовольно присутствию рядом кого-то кроме хозяина.

– Дорога была хорошей, – Велерад вылез из седла и потрепал коня по крупу, чтобы успокоить. – Дарина вам привет передавала. Сказала, что постараются на следующей неделе внука привезти.

– Рад это слышать, – Казимир кивнул. – А ты надолго? Снова к Тихомире зачем-то?

– Можно и так сказать, – Велерад не хотел вдаваться в подробности своего визита.

На деле же ему просто было скучно, хотелось немного развеяться, отдохнуть от ворчаний отца о том, что княжичу давно пора невесту найти, а мысль о том, что можно пораздражать Вадима и покрутиться рядом с Есенией оказалась довольно забавной, потому и приехал. Хотел в ночь на Ивана Купалу, но так и не смог вырваться.

– Тогда зря приехал, – вздохнул Казимир.

Только сейчас княжич осознал, что лицо дяди осталось суровым даже после упоминания о дочери и внуке.

– Почему? – Велерад нахмурился.

– Три дня назад пожар большой был, – сдавленно ответил староста. – Очень много леса сгорело…

– Пожар? Но почему? – перебил Велерад, чувствуя, как сердце ухнуло куда-то вниз. – А бабушка Тихомира что? И Есения? Вадим? Потушили как?

– Вадим и потушил, – Казимир сглотнул и отвёл взгляд в сторону. – Он с сестрой и спасся, а Тихомира… Там только пепелище от её дома осталось теперь… Я предлагал ему у нас остаться, но он сестру забрал и уехал. Даже поговорить не захотел. Страшно было в глаза ему смотреть. Видимо, подкосила его смерть бабушки…

Велерад сжал уздечку так сильно, что ногти врезались в ладонь. Казимир говорил сдавленно, мысли его скакали, но княжич в целом понял, что произошло.

– И как… Почему лес загорелся? – спросил Велерад.

– Не знает никто, – Казимир отрицательно головой мотнул. – Так что, если ты к Тихомире и Вадиму приехал… Нет их тут больше.

Велерад сверлил Казимира взглядом. Много кого в этой деревне Тихомира пугала, много кого не устраивала, много кто зла ей желал, но не мог никто из деревенских лес поджечь! Или мог? Велерад снова забрался на коня и пришпорил его, направляясь на выход со двора старосты. Останавливать его никто не стал. Уже издалека княжич увидел чёрные обугленные стволы и редкие зелёные кроны. С той стороны, с которой он въезжал в деревню было совсем не видно повреждений. Теперь же, конь осторожно ступал вперёд, но в какой-то момент с него пришлось слезть из-за упавших деревьев. Животное недовольно взрыло копытом землю, поднимая в воздух облако пепла, но Велерад не собирался его бросать, а лишь вёл рядом, обходя опасные места. Лес выгорел не весь, но очень уж большой кусок. Велерад присел на корточки перед поваленным деревом, осознавая, что оно сгорело целиком. Какой же жар тут стоял? Постепенно Велерад добрался до дома Тихомиры, точнее до того, что от него осталось. Теперь полянка освещалась солнцем, но выглядела очень уж жутко. Выгоревшая трава лежала вокруг пеплом, многие деревья попадали, но самое жуткое зрелище представлял из себя дом. Крыша провалилась внутрь, окна полопались, оставшиеся стены были покрыты копотью, брёвна обуглились. Не было больше тут домика Тихомиры, не к кому теперь было за помощью обратиться. Велерад поставил ногу на сгоревшее крыльцо, но оно издало неприятный треск, так что войти в сгоревший дом княжич не решился. Он с неверием окидывал взглядом пространство, пытаясь понять – что же тут произошло?

***

Велерад вернулся в деревню, чувствуя, как внутренности сдавливает от боли и негодования. Как могло произойти нечто подобное? Как могли Тихомира и Вадим допустить пожар в лесу? Только если случилось что-то страшное. Княжич сидел за столом с дядей и его женой и почти не слушал, что говорил староста деревни.

– …ничего не поделаешь уже, – заканчивал Казимир какую-то мысль.

– В какую сторону Вадим с Есенией уехали? – сердито спросил Велерад.

– На север отправились, – ответил Казимир. – Куда точно не знаю. Вадим ни перед кем не отчитывался.

Велерад знал, что на севере есть как минимум три деревни, прежде, чем начнётся граница соседнего княжества, но туда ехать совсем не хотелось. Новости оттуда нехорошие приходили будто некромант поднял армию мертвецов, прикончил князя Болеслава и всю его семью, а сам занял его место. Отец Велерада был очень обеспокоен этой новостью, а потому старался набрать в армию побольше колдунов да ведьм, но пока что некромант за пределы княжества Болеслава не выходил. Смерть Тихомиры сейчас худшее, что могло произойти, да ещё и Вадим пропал…

– На север, – повторил Велерад, осознавая, что события вполне могут быть связаны. – Дядя… Я должен их найти.

– Понимаю, – Казимир кивнул. – Нужна помощь какая? Провизии заготовить?

– Казимир! Что ты такое говоришь! – возмутилась Венцеслава. – Куда он поедет то? Этот Вадим мог куда угодно уехать! Бросил нашу деревню, паршивец… Хоть сестру свою жуткую с собой забрал и на том спасибо!

– Молчи уж, глупая женщина, – Казимир встал с места, ударив кулаком по столу, заставив жену вздрогнуть. – Без них деревне туго придётся… Велерад, уж постарайся найти его. Уговори, чтобы вернулся. Или хоть отца попроси, чтобы нам сюда ведьму или колдуна прислали для защиты.

Велерад кивнул, а Венцеслава поджала губы и отвернулась. Княжич отправился немного отдохнуть перед дорогой, а Казимир распорядился собрать ему немного еды. Велерад не был готов к длительному походу, имел с собой немного денег и меч, но он не знал, какие опасности могут его поджидать на пути. Ближайшая деревня отсюда находится в дне пути – Слуцк, дальше придётся ехать целых три дня через поле и лес до Переволоки, а потом ещё день до Перемили. Велерад задумался над тем, кто мог бы желать смерти Тихомиры? Вадим не просто так на север отправился. Неужели тот некромант решил устранить опасную ведьму? А что если он хочет по тихому поубивать всех колдунов и ведьм в их Хорнянском княжестве, чтобы ослабить их и напасть? Велерад прикрыл глаза, осознавая, что нужно предупредить отца о нависшей проблеме, но если он поедет в столицу Изяславль, то потратит на это два дня, а значит Вадим с Есенией уедут ещё дальше. Даже князь Белослав не будет отрицать, что после Тихомиры Вадим самый сильный колдун во всём княжестве, а значит его исчезновение станет большой проблемой. В итоге Велерад решил, что будет разумнее отправить гонца, а самому попытаться догнать Вадима. Если он прав, то скорее всего колдун отправился искать мести за смерть бабушки Тихомиры, но почему решил поехать только с Есенией? Сражаться с некромантом будет непросто даже им вдвоём. Внутри зашевелилась обида за то, что Вадим не обратился за помощью. Нужно будет как следует поколотить его при встрече и отчитать. Оставалось надеяться, что Велерад догонит Вадима раньше, чем тот попадёт в беду. Такие решения сгоряча не принимаются.

***

Конь Велерада был очень быстрым и выносливым, так что до Слуцка он добрался до темноты. Это была небольшая деревенька, такая же, как и Василёв, из которой княжич уехал утром. Казимир выделил ему самого быстрого и надёжного гонца, так что за письмо отцу переживать не приходилось. Больше всего Велерада волновало то, как найти Вадима. К его счастью, внешность колдуна была очень запоминающейся – белые волосы и изумрудные глаза делали своё дело. Более того, про него и Тихомиру уже давно ходили слухи чуть ли не по всему княжеству.

Велерад добрался до таверны, привязал коня и вошёл. Внутри было душно и темновато, а многие столы были заняты небольшими компаниями. Кто-то играл в кости, кто-то ел, а кто-то смеялся и рассказывал интересные истории. Княжича никто из них не интересовал. Он подошёл к деревянной барной стойке, за которой стоял крепкий и суровый мужчина, забивая гвозди в свежую доску. Видимо, занимался ремонтом.

– Добрый вечер, – поздоровался Велерад.

– Добрее бывало, – буркнул мужчина и окинул гостя взглядом.

Он явно оценил дорогой кафтан, а потом задержался на рукояти меча, который висел на поясе.

– Комнату хотите и ужин? – продолжил мужчина. – Погодите уж пару минут, закончу с ремонтом и жену позову.

– Спасибо, – Велерад кивнул. – А могу я спросить кое-что?

– Спрашивайте, господин, не могу же я вам запретить разговаривать, – ответил мужчина.

– Я ищу одного человека, – Велерад решил не откладывать. – Молодой парень, примерно моего возраста, но волосы абсолютно белые, а глаза изумрудные. Не видели такого?

– Как же, – мужчина хмыкнул и сильнее нахмурил кустистые брови. – Был тут с девкой какой-то дня два назад.

Велерад обрадовался и расстроился. Будь он чуть быстрее, смог бы нагнать.

– Они комнату у нас взяли, – продолжил мужчина. – Сидели вон там в углу всё шушукались, а потом ругань началась.

– Ругань? – Велераду это не понравилось.

На его памяти Вадим с Есенией никогда не ругался.

– Девка хотела назад повернуть, говорила, что нельзя так, – кивнул хозяин таверны. – А парнишка всё говорил, что нечего им там делать. Упёрся, стоял на своём, говорил, что надо им до Сновска непременно ехать, ну девица и вспылила совсем, обзывать его начала, а он с лицом каменным сидел её выслушивал, но не отвечал. Она накричалась, вроде поуспокоилась немного. А потом к ним какой-то мужик пристал, вроде хотел познакомиться с девицей, так эти двое тут такое устроили!

Мужчина постучал пальцем по доске, которую прибивал.

– Сначала девица рыкнула на мужика, чтобы тот отвалил, но он лишь рассмеялся, она и так злая была на того с белыми волосами, а тут прям молнией с места вскочила, да как швырнула мужика вот прямо сюда! Всё мне тут расколотила! А потом так накинулась на бедного мужичка, начала его колошматить… Если бы беловолосый её не успокоил, убила бы наверняка мужика того! А тот парнишка ей всего слово сказал! Прекрати, говорит! Она и послушалась…

Велерад бы никогда не поверил, что Есения на такое способна. При нём она всегда была весёлой и мирной. Он был просто уверен, что девушка и мухи не обидит! Но хозяин сказал, что Вадим до Сновска хотел ехать? Что же он мог забыть в столице соседнего княжества?

– Парень тот расплатился, конечно, за ущерб то, – мужчина задумчиво почесал затылок. – А с утра они молча уехали… Очень уж странная парочка. А вы их зачем ищите? Натворили чего?

– Друзья мои, – Велерад отрицательно мотнул головой. – Спасибо, что рассказали.

Мужчина лишь пожал плечами и вернулся к ремонту. Велерад отошёл и уселся за свободный стол, дожидаясь хозяйку. Ему нужно было немного посидеть в тишине и подумать. Они здесь были, о чём-то спорили. Есения была страшно недовольна решением Вадима, а тот хотел попасть в столицу Уровинского княжества. Неужели этот идиот решил, что сможет некроманта вот так просто поймать? Если уж тот смог целое княжество захватить, то куда Вадиму против него в одиночку то? Нужно было срочно догонять этих двоих! Выбор был совсем небольшим – либо ехать сейчас, либо с утра. Время терять не хотелось, но каким бы выносливым ни был конь Велерада, ему тоже нужен отдых. При всём желании он не сможет ехать всю ночь. С другой стороны – а был ли конь у Есении и Вадима? Или же они пешком отправились? Тогда их путь займёт куда больше времени. Им в любом случае нужно будет заехать в другие деревни, чтобы отдохнуть и набрать еды в дорогу.

– Здравствуйте, – к его столу подошла полная женщина средних лет и тепло улыбнулась. – Муж сказал, вы хотите поужинать и комнату снять?

– Да, хотел бы, – Велерад кивнул, решив, что лучше всё же отдохнуть. – Сколько это будет стоить?

– Вы на одну ночь? – уточнила хозяйка.

– Да, – вновь кивнул княжич.

– Ох, зря вы так, – она покачала головой. – Завтра же полнолуние, опасно ехать дальше. Вы оставайтесь на пару дней?

Велерад совсем забыл об этом. А раз полнолуние, значит, Вадим с Есенией точно где-то в лесу остановятся.

– Нет, спасибо, но я спешу, – ответил Велерад.

Другой бы на его месте точно испугался, но княжич был уверен, что всё будет хорошо. Не зря же он столько времени с Тихомирой и Вадимом общался. Многое они успели ему поведать о магии, о существах всяких и духах опасных, даже парочку оберегов сделали. Он знал, что Есения оборотень, но никогда ещё не видел, как она превращалась. Есения очень просила Велерада на такое не смотреть и не приезжать в полнолуние. Почему-то он был уверен, что Есения не навредит ему даже в зверином облике, хотя рассказ хозяина таверны немного вгонял в сомнения.

– Зря вы так, – вздохнула хозяйка. – Но дело ваше. За комнату один золотой, за ужин три серебряные монеты.

Велерад спокойно выложил деньги на стол, хозяйка смахнула их в ладонь и удалилась. Княжич отвернулся к маленькому окну, задумавшись над тем, что ему рассказали. Смерть Тихомиры несомненно печальное событие, но настолько ли, чтобы потерять рассудок и отправиться с сестрой на верную смерть? Велерад очень бы хотел, чтобы Вадим не делал глупостей, но, похоже, колдун уже успел что-то натворить и надумать.

***

Выспаться княжичу не удалось. Он всё продолжал прокручивать в голове произошедшее. Он был почти уверен, что прав в своих догадках – кто-то подпалил дом Тихомиры, напал на них с Вадимом, поджёг лес и всё это лишь затем, чтобы от них избавиться. Не просто так Вадим поехал на север. Скорее всего ему удалось допросить нападавшего, от него он и выяснил, кто стал причиной бед, потому разозлился и сразу же отправился мстить, даже не думая о том, что это слишком глупо. Вадиму стоило приехать к князю Белославу и рассказать, что произошло, а не кидаться сгоряча в столицу врага! Велерад понял, что Вадим мог и не знать, что творится в соседнем княжестве, ведь колдуна это никогда не интересовало, а Велерад такое с ним не обсуждал. Вадим скорее всего просто решил, что какой-то там некромант посмел лезть на них с Тихомирой, а потому его нужно проучить. Возможно, оно так и есть. Кто знает, сколько у Тихомиры недоброжелателей по свету? Однако слабо верилось в такое совпадение. Даже если это не тот самый некромант, это значит лишь то, что в Уровинском княжестве сейчас собираются тёмные маги, которые готовы служить новому князю лишь потому, что он разрешил некромантию. В любом случае Вадим выбрал неверную дорожку и его стоило остановить.

Утром княжич купил себе завтрак и сразу отправился седлать коня. Не хотелось терять ни секунды. До Переволоки ехать три дня, а если идти пешком, то пять минимум, а то и дольше. У Велерада был вполне реальный шанс догнать Есению и Вадима. Ночевать в поле одному, конечно страшновато, но как ни странно, княжичу такое не впервой. Если бы он знал, что такое произойдёт, то непременно бы оделся как-нибудь попроще, но сейчас его богатые одежды могли привлечь ненужное внимание, однако с утра в таверне кроме хозяйки никого не было. Деревня только-только просыпалась, когда Велерад уже покинул её. Солнце тронуло колосья пшеницы, так что на них блестела утренняя роса. Велерад старался не гнать коня, чтобы животное не устало, но тот сам слегка бежал, будто был чем-то обеспокоен. Возможно, просто чувствовал настроение княжича.

Засеянные поля остались позади, сменившись на цветочные, а солнце поднялось выше, принявшись немного припекать. Самые жаркие дни прошли, но до холодов было ещё достаточно времени, чтобы успеть убрать урожай и запастись всем необходимым. Велерад безуспешно пытался с коня рассмотреть на тропинке следы, но дорога оказалась достаточно оживлённой. Даже если Вадим и Есения здесь проходили, то определить их следы оказалось невозможной задачей. Когда солнце остановилось над головой, Велерад решил немного отдохнуть. Он позволил коню пощипать свежую траву, а сам устроился под раскидистым дубом, чтобы тоже перекусить. Засиживаться он не собирался, так что после еды снова отправился в путь. К вечеру, он въехал в лес и стал присматривать место для ночлега. В какой-то момент конь остановился, громко заржал и встал на дыбы. Велерад еле удержался в седле, натянул поводья и принялся успокаивать животное.

– Тише, Яхонт, тише, всё хорошо, – княжич погладил его по бархатистой шее.

Конь тяжело опустился на ноги, но продолжил переставлять их так, будто пытался кого-то затоптать. Велераду некогда было рассматривать, что напугало Яхонта, но краем глаза он успел заметить тень, скользнувшую с тропинки в кусты. Конь продолжал недовольно фыркать, но в итоге Велераду удалось его успокоить. Он выдохнул, понимая, что ехать дальше не выйдет, но княжич был готов переночевать в лесу. Он слез с Яхонта и повёл его немного в сторону от тропы. Конь недовольно фыркал, но послушно ступал за хозяином. Этот лес не нравился им обоим. Он казался диким, необузданным и враждебным. Велерад не мог видеть духов, как Тихомира и Вадим, но он всё равно замечал краем глаза движения сбоку и сверху. Они перемещались с ветки на ветку слишком тихо, чтобы перепутать их с животными, но нападать не торопились. Велераду невольно вспомнилась встреча с летавицей, поэтому он очень надеялся не наткнуться на неё здесь.

Выбрав хорошее место, Велерад привязал Яхонта, а сам принялся обустраивать место для костра, пока совсем не стемнело. Если он отходил слишком далеко, конь начинал фыркать и ржать, так что приходилось с ним разговаривать, чтобы он не подумал, что хозяин внезапно решил оставить беднягу в лесу. Вскоре совсем стемнело, но Велерад развёл костерок с помощью огнива и перекусил булкой, насадив её на палку и подогрев на костре. Яхонт совсем успокоился и устроился спать, но духов вокруг явно прибавилось. Полнолуние делало всё намного светлее, но оттого становилось жутко. Казалось, что отовсюду на Велерада пялятся чьи-то глаза.

– Я вам не враг, – в итоге тихо сказал княжич. – Я не хочу на вас нападать. Я просто хочу проехать мимо.

Он чувствовал себя неимоверно глупо, потому что никто так ему и не ответил. Велерад вообще сомневался понимают ли духи человеческий язык? Наверное, понимают, ведь летавица в тот раз вполне себе нормально общалась. Духи продолжали копошиться рядом, но к ним добавились звуки шуршания веток, что давало понять, что теперь и дикие звери решили поинтересоваться, кто забрёл в лес. Велерад прислонился спиной к дереву позади и уставился на небольшой костерок. Языки пламени взвивались вверх, переплетались, горящие ветки трескались от жара, поднимая в воздух снопы искр, а рядом сопел Яхонт. Велерад уронил голову, глаза слипались, он уже почти уснул, когда услышал вдалеке вой.

С соседней ветки вспорхнула сова, какие-то звери разбежались по земле и попрятались в корнях деревьев, а Яхонт поднял голову и повёл ухом. Велерад вздрогнул, проснулся окончательно и напрягся. Вой повторился, но был таким далёким, недосягаемым. Яхонт быстро осознал, что зверь далеко, а потому снова лёг спать, а вот Велерад сел ровно, прислушиваясь к мёртвой тишине незнакомого леса. Неужели этот вой издаёт Есения? Стоит ли проверять? Но она может оказаться слишком далеко, да и не уверен Велерад, что его конь не пострадает от лап оборотня. Тихомира упоминала, что после превращения они безумно голодны, так что вполне себе могут напасть. Решив, что глупо сейчас пытаться с ней говорить, Велерад попытался устроиться удобнее и поспать. Тихий вой ещё несколько раз доносился до ушей княжича, но лишь отдалился.

***

В итоге за ночь не случилось ничего страшнее беспокойного сна. Велерад потянулся и размялся, ведь земля не самая удобная кровать в мире. Яхонт проснулся первее, так что уже жевал мох с ближайшего дерева и выглядел намного спокойнее, чем вчера. Велерад быстро позавтракал, тщательно затушил костёр и на пару секунд замешкался.

– Спасибо, что позволили переночевать, – тихо сказал он, вновь ощущая себя глупым.

Он отвязал коня и вывел его на тропу, лишь потом забрался верхом и отправился дальше. Ночной вой всё не давал ему покоя, княжич был уверен, что слышал Есению, но так далеко, что было слишком удивительно, что он вообще её слышал. Он бы подумал, что ему показалось, но поведение коня и мелких животных ночью, подсказывали, что это не так. Они тоже чувствовали опасность. Велерад решил в этот раз не останавливаться, желая быстрее покинуть лес и нагнать Вадима с Есенией. Велерад даже подумать не мог, насколько этот лес огромен. Он впервые направлялся к границе княжества на севере, а потому все места здесь были для него в новинку. В какой-то момент он даже начал задумываться – а что делать, если он не успеет догнать Вадима и Есению? Придётся поворачивать? Или же он отправится до самого Сновска? Опасно ехать туда одному, но с другой стороны никто не знает княжича Хорнянского, а если ему удастся купить одежду попроще, то вовсе не возникнет проблем. Велерад осознал, что уже готов поступить не менее опрометчиво, чем Вадим.

Он старался ехать подольше, надеясь выехать из леса на открытое пространство или наткнуться на Вадима и Есению, но не случилось ничего. Вновь он спешился с коня, нашел небольшое дерево, под которым и устроился на ночлег. В этот раз необычных шевелений вокруг стало куда меньше, зато появились привычные звуки леса – уханье совы, далёкое кваканье лягушек, шуршания мышей в низкой траве у корней деревьев. Яхонт быстро заснул, да и Велерад начал зевать, наблюдая за тем, как огонь плавно вздымается над веточками и уже почти гаснет. Княжич всегда выкапывал ямку и разводил не слишком большое пламя, чтобы оно не перекинулось на лес. Княжич прокручивал в голове список вопросов и возмущений, которые непременно стоило высказать Вадиму при встрече, даже не замечая, как начал засыпать. Оказалось не так уж и жутко ночевать в незнакомом лесу в одиночку.

Именно в этот момент неподалёку раздался женский крик, за которым последовал достаточно громкий звук ломающихся веток. Велерад вскочил на ноги, Яхонт поднял голову и дёрнул ухом, определяя с какой стороны идёт звук, а княжич схватился за меч. Он слышал спешные шаги, которые с каждой секундой становились всё ближе.

– Боги… – выдохнула какая-то незнакомая женщина, вывалившаяся из-за тёмных деревьев.

Она была невысокого роста, пухлая, имела приятную внешность, но косы были сильно растрёпаны, а подол коричневого сарафана изорван. На круглом лице женщины виднелись тонкие царапины от веток. Увидев Велерада, на её лице отразилось облегчение. Она даже не обратила внимания на меч, наставленный на неё, шагнула вперёд, но тут же споткнулась о корень и повалилась на землю, всхлипнув. На вид ей было не больше тридцати. Однако Велерад хорошо помнил способность летавицы менять внешность. Впрочем, эту даму он видел впервые.

– Как хорошо, что я на вас наткнулась… – выдохнула она, поднимаясь. – Помогите, пожалуйста!

– За вами кто-то гонится? – Велерад не торопился подходить к ней и убирать оружие.

Он принялся высматривать ещё движение меж деревьев, но теперь в лесу было тихо, лишь Яхонт позади недовольно фыркнул, означая, что новая знакомая рядом ему не нужна.

– Нет… Или да… Я не знаю… – всхлипнула она, плюхаясь назад на мягкую лесную землю.

Велерад перевёл взгляд на неё, наблюдая за тем, как женщина размазывает по щекам слёзы вперемешку с грязью. Он вздохнул и запустил руку в карман, вытаскивая оттуда небольшой амулет, сделанный из гладкого синего камня, по периметру которого были выскоблены руны. Эту штуку ему Вадим сделал, чтобы ни один дух княжича больше не смог обмануть.

– Подержите, пожалуйста, – Велерад шагнул ближе к незнакомке и протянул ей амулет.

– Ч-что это? – женщина послушно подставила ладони, перестав плакать.

Велерад опустил амулет ей в ладони, позволяя рассмотреть поближе. Ничего не произошло. Он облегчённо выдохнул и убрал меч.

– Ой, вы меч-то не убирайте! – снова запаниковала женщина. – Тут такое творится!

– Вы так шумно сквозь лес пробирались, что всех зверей распугали, – княжич пожал плечами и протянул руку, чтобы помочь ей встать. – Если бы за вами кто-то гнался, то уже был бы здесь.

– Вы не понимаете! – она отрицательно мотнула головой, но помощь приняла. – Я тут со вчерашнего дня по лесу шарахаюсь! Пошла грибы да ягоды собирать с утра, думала, что успею к обеду-то домой вернуться, а оно вон как вышло… Лес меня запутать решил, всё подбрасывал грибов, а я шла и шла…

– Погрейтесь у костра, – Велерад на секунду перебил её, подбрасывая сухих веток в ещё не погасший костёр. – Только с конём осторожнее, он у меня своенравный.

– Красивый какой, – женщина остановилась, любуясь уже заснувшим конём, а потом нерешительно приблизилась к огню, прижимая амулет так, будто он мог её от всех бед спасти.

– Есть хотите? – Велерад спросил лишь из вежливости, а сам уже полез в мешок, чтобы угостить незнакомку хоть чем-то. – И как вас зовут?

– Купава, потому как родилась в ночь на Ивана Купалу, – женщина принялась снова рассматривать амулет. – А что это вы мне дали? Камушек какой необычный…

– Оберег от духов злых, чтобы понять, что у вас нет ко мне неправильных намерений, – объяснил Велерад и протянул женщине булку. – Поэтому я буду благодарен, если вы мне его вернёте.

– А сами то вы кто? И что тут забыли? – Купава послушно обменяла амулет на еду.

– Велерад, – ответил княжич, пряча камень в карман. – Друзей своих найти пытаюсь, вот и еду в Сновск.

– В Сновск? – Купава даже как-то побледнела, опускаясь рядом с костром. – Какая же нечистая ваших друзей туда потащила?

– Сам не знаю, – Велерад пожал плечами, усаживаясь напротив. – Может, вы пока по лесу ходили видели их? Девушка молодая и парнишка моего возраста с волосами белыми?

– Ох уж не видела никого, – Купава осторожно откусила немного булки. – Только вой страшный слышала! На волков не похожий совсем, уж я-то знаю! У меня муж охотник. Я пока из лесу выйти-то пыталась, ночь уже наступила, а тут это… Никак нечисть у нас в лесу завелась? Я еле ноги унесла!

Велерад нахмурился. Неужели Есения за этой женщиной по лесу гонялась? Как-то слабо верится, чтобы Купава смогла бы от оборотня убежать.

– Вам-то, господин, как не страшно одному тут? – поинтересовалась она.

– Беда вынуждает быть смелым, – княжич улыбнулся. – А вы точно тут на оборотня наткнулись?

– Вот уж не знаю! – Купава слегка вздрогнула. – Я, знаете ли, рассматривать не стала. Как вой близко услышала, так и кинулась наутёк! Даже корзинку свою бросила, а она новая была! Придётся к соседке идти, просить сплести, сама-то я так и не научилась…

Велерад хмыкнул. Судя по болтливости этой особы, ей вполне удалось успокоиться.

– Вот, запейте, – княжич протянул ей флягу, когда женщина доела.

– Спасибо вам за доброту, – кивнула она с мягкой улыбкой.

Она сделала пару глотков и слегка закашлялась.

– Ох, вино-то какое вкусное! – удивилась Купава, возвращая флягу. – А вы кем будете?

Женщина принялась окидывать юношу пристальным взглядом.

– Дружинник, – уклончиво ответил Велерад, понимая, что настоящее происхождение лучше бы скрыть. – А отец мой торговец.

– А я сразу поняла, – закивала Купава. – Тело у вас хорошо сложено! И меч так уверенно держали! А я вот портниха… А вы уверены, что вам в Сновск надо? В соседнем княжестве сейчас жуть такая творится! Трупы из земли встают! Говорят, у них там князь новый – некромант! Вам бы назад повернуть, одному не идти чтобы.

Велерад и без неё знал, что опасная затея.

– Мог бы – повернул бы, – он отрицательно мотнул головой. – Но дело срочное. Хотя, я очень надеюсь нагнать друзей до того, как они в соседнее княжество попадут. Они ведь совсем не знают, что их там ждёт.

– Было бы неплохо, – Купава же закивала. – Раз уж так дела складываются, может, ко мне в гости заглянете? Не боги весть что, но приветить гостя сможем. Муж обрадуется, когда узнает, что вы мне жизнь спасли. Переночуете у нас хоть? В благодарность за доброту вашу. У нас и для коня вашего место найдётся на заднем дворе!

– С радостью приму ваше приглашение, – Велерад не видел причин отказываться, если был шанс сэкономить денег. – Вы бы ложились, нужно выспаться, устали поди по лесу бегать.

– Не то слово, – согласилась Купава и зевнула. – Я уж думала, что тут в лесу и сгину. Повезло мне на вас наткнуться. Как вернёмся в деревню, нужно будет старосту про оборотня-то предупредить, пусть письмо отправит, может, нам колдуна какого или ведьму пришлют, да хоть дружинников, как вы…

Пока Купава говорила, улеглась, свернувшись калачиком прямо на земле и закрыла глаза. Она продолжила что-то тихо бормотать, но видно и правда сильно вымоталась. Велерад бросил ещё несколько палок в костёр и вздохнул. Неужели эта женщина и правда почти �