ОГО. Принц с горошинами

Глава первая. Пять лет назад

Лампочки на приборной панели мигнули и погасли. Мониторы напоследок озарились яркой вспышкой, после чего их заволокло темнотой. Стихло едва заметное гудение. Я вышел из звездолета, запер его и неторопливо направился к дому. На Эдеме наступил вечер, уже опустились сумерки. Наверное, когда я приду, дети будут спать. Черт бы побрал эту очередь на заправке! Ну, значит, теперь можно не спешить.

За последние пять лет я уже и забыл, что это такое: со всех ног нестись домой, хотеть как можно скорее оказаться на родном пороге. И если бы не дети, я бы и вовсе туда не приходил. Как же мне хочется сейчас оказаться совсем в другом месте, на другой планете… Но для этого нужны силы и придется отложить до завтра встречу, которую я ждал полгода.

Я вошел во двор, глянул на окна. Все темные, кроме кухонного. Там, в доме, где мирно спят мои дети, бодрствует еще женщина. По документам это моя жена. По сути – чужой мне человек, которого я не хочу видеть. И нежелание велико настолько, что я не смог себя переселить и опустился на лавочку. Ее мы с отцом сколотили пару лет назад. Надо перебороть себя. Вот посижу, соберусь с духом, и…

Снова глянув на свет в кухонном окне, я мысленно перенесся на пять лет назад. В тот момент, когда все рухнуло в одночасье.

– Я беременна! – прижалась ко мне счастливая Силия.

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба, как самое страшное известие, как приговор. Да это и есть приговор! Буквально минуту назад я хотел сказать этой женщине, глаза которой светятся от счастья, что ухожу от нее, что наша семья, наши отношения себя исчерпали, что нам нужно поскорее расстаться… Но теперь эти слова так и останутся несказанными. Я последний негодяй и подлец, я уже предал мою семью. Казалось бы, разве можно упасть еще ниже? Но я не мог сказать то, что рвалось с языка. Теперь не мог.

Картина счастливого будущего, уже нарисованная в воображении, покрылась трещинами и рассыпалась в прах. Не будет ничего этого, не будет долгой и прекрасной жизни с женщиной, которую я люблю. Не будет. А я только сейчас узнал, каково это: засыпать, держа ее в своих объятиях. Просыпаться и смотреть, как луч солнца играет на ее губах. На губах, которые я мечтал целовать каждый день, каждую ночь и которыми, я уверен, никогда не смог бы пресытиться. В отличие от тех губ, что сейчас тянутся ко мне.

Я инстинктивно увернулся и Силия мазнула губами по моей щеке. Это едва отложилось в моей памяти. Ведь она – чужая мне женщина, далекая, нелюбимая. Вот она удивленно глянула на меня, поправила светлую прядь. А я вспомнил фиолетовые локоны, которые расчесывал вчера вечером, которые переливались и сверкали, словно какая-то дорогая, нежная ткань. Вспомнил, как смотрела на меня любимая: удивленно, внимательно и с такой нежностью, что можно задохнуться.

Сейчас тоже не хватало воздуха и, честное слово, я хотел бы задохнуться! Хотел бы упасть замертво прямо на месте. Но мироздание вряд ли пощадит меня и даст возможность не расплачиваться за то, что я совершил. За предательство той, которая наконец мне поверила, за убийство любви, которую так сложно было найти.

Да, это убийство. И убийство это совершила новая жизнь, которая зародилась во чреве чужой женщины. Честное слово, я почти ненавидел Силию в этот момент! Но себя ненавидел больше, ведь это я во всем виноват.

И себя мне было не жаль, я заслужил ту боль, которая сейчас терзала мое сердце, рвала душу на куски. Но Регина… Она же ни при чем, а ей, удивительной, прекрасной, такой ранимой и чувствительной, несмотря на все блокаторы, тоже будет больно. Гораздо больнее, чем мне сейчас. И именно я должен нанести удар, который причинит ей эту боль. Точнее, я уже ее ударил. Но теперь именно я и должен ей об этом сказать. Чтобы она знала, что не надо меня ждать, что я последняя тварь в самом худшем смысле этого слова, недостойная даже думать о ней…

– Мне надо уйти. – сказал я вслух. – Пройтись.

– Ты так удивлен. – рассмеялась Силия. – Я знала, что тебя это обрадует, но что ты настолько изумишься – даже не думала.

Я выдавил в ответ кривую улыбку. Эта женщина знает меня с детства. Мы женаты почти десять лет. И она даже не догадывается, какие эмоции я сейчас испытываю. Регина бы сразу поняла, даже не пользуясь своей эмпатией. Думаю, ей и говорить ничего не придется.

Когда я уже взялся за дверную ручку, меня снова настиг голос жены.

– Милый, только давай пока никому не будем говорить. В выходные всех соберем и объявим. Устроим праздник!

Я кивнул. Праздник лично для меня станет похоронами, но об этом жена не узнает. Как и о том, что ее просьбу я выполнять не собираюсь.

Покинув дом, который я тоже мигом возненавидел, я понесся куда глаза глядят. Нет, я не думал, что можно убежать от случившегося. Просто хотел оказаться подальше. А еще хотел, чтобы Силия не видела, что я сейчас телепортируюсь.

Когда я удалился на достаточное расстояние, достал телепортационную пластину, нажал на кнопку и уже через секунду стоял на крыльце дома, который стал мне родным – в отличие от моего собственного. Уже собираясь постучать, я заметил, что дверь открыта и забежал в прихожую, оттуда в гостиную. Шторы на окнах почему-то оказались задернуты и в комнате царил полумрак. Я замер перед дверью спальни, собираясь с силами, чтобы постучать.

– Я здесь. – раздался тихий голос из угла.

Вспыхнула настольная лампа и я заметил знакомый силуэт. Регина сидела в кресле, но лица ее я не увидел. Слишком освещение слабое. Почему она задернула шторы, почему не зажгла верхний свет? Я медленно подошел, опустился на колени, взял руки лисы в свои. И понял, что не знаю, как начать. Но вдруг лебийка забрала свои ладони, отодвинулась.

– Говори. – приказала она каким-то чужим голосом.

– Ты… Ты уже все знаешь, да? Но откуда?

– Говори!

Что же, это справедливо. Я сам должен сказать, а не малодушничать.

– Силия беременна. Я не могу…

Договорить я тоже не смог – меня словно подхватило неведомой силой и впечатало в стенку. От удара дыхание перехватило и, шмякнувшись на пол, я стал судорожно хватать ртом воздух. С удовольствием бы и теперь задохнулся, но проклятый организм изо всех сил стремился воспрепятствовать моим желаниям.

Регина встала, прошла мимо меня и скрылась в спальне. Вернулась она через минуту, когда я уже снова вспомнил, как дышать. Остановилась рядом и на меня посыпались какие-то разноцветные кусочки фольги. Приглядевшись, я понял – презервативы. Кажется, Регинка на меня полсотни их высыпала. Когда дождь из того, чем и меня теперь можно назвать, закончился, она присела на корточки, двумя пальцами взяла меня за подбородок и повернула к себе. Лица женщины я по-прежнему не видел – мешал свет от лампы за ее спиной.

– Это ничего, что ты говоришь о любви одной, а спишь с другой. Бывает. Я сама не без греха. Но планируя новую жизнь, надо было предохраняться в старой. Если ты и правда планировал…

– Я думал… Прививка по ограничению рождаемости…

– Да, вы вечно надеетесь на прививки, календарный метод, на авось!

– Регин…

– Дарю!

Она уже встала, ловко поддела носком туфли один из пакетиков и тот полетел мне в лицо.

– Регин, не надо.

Я хотел сказать, что не надо так, что из-за такой твари, как я, не надо расстраиваться. Но она мои слова истолковала иначе.

– Не надо? Да, зачем тебе? Плодитесь и размножайтесь!

– Регина, послушай.

– Убирайся!

Я встал и послушно нажал на кнопку на телепортационной пластине. Несмотря на то, что лебийка говорила спокойно, почти не повышая голос, я понял: ей плохо, больно. И лучше я и правда не буду пока у нее перед глазами мелькать.

Перемещался я сейчас на Нибиру. Зачем? Даже не знаю! Хотелось где-то скрыться, затаиться. Тут можно было затеряться и меня не сразу бы нашли. Хотя для всемогущей двоюродной бабки это легкая задача. Но та же Силия, например, не сумела бы меня достать.

Однако когда телепортация завершилась, я обнаружил себя во вневременности, в кабинете. А за столом сидел Алекс.

– Оникс, послушай и запомни: больше к ней ни ногой. То, что с тобой произошло, Регинку едва не убило.

– Что?!

Дед рассказал, что пока я дома мечтал сдохнуть на месте, лебийку атаковал сильнейший приступ боли1 – такой, что она едва говорить могла. Случилось это из-за нашей непонятной связи: я испытал боль и любимая тоже. К счастью, женщина в этот момент была не одна, рядом обретался Герберт. Он и позвал Сашу. Та сразу все поняла, оказала экстренную помощь и забрала Регину во вневременность. Женщина полежала в капсуле, а потом, несмотря на то, что Хронос была резко против, попросила вернуть ее домой, в тот же момент, из которого забирали хозяйку лебединой планеты.

Всемогущая уже просканировала происходящее в моем доме. Она понимала, что я прибегу к Регине и боялась, что выяснение отношений спровоцирует новый приступ. Но моя лиса, как сказал сейчас дед, не думала, что у меня хватит смелости к ней явиться. О том, что произошло, почему ей стало больно и об изменениях в семье, которую я собирался оставить, бабуля подруге уже поведала. Не могла промолчать: лебийка понимала, что это связано со мной и требовала, настаивала, говорила, что она в праве знать правду.

Так что пришлось ввести ей двойную дозу блокатора и все рассказать. Бедняжка, оказывается, боялась, что со мной что-то случилось. Весть о моем предательстве она восприняла, как сказал дед, внешне спокойно. Однако внутри у нее все в очередной раз разорвалось от боли. Но блокатор справился и в этот раз женщине не пришлось оказывать экстренную помощь.

Когда же ее отправили во время, Александра засела у обозревателя галактик. Она хотела остановить меня, помешать нашей встрече. Но потом подумала, что так будет еще хуже, ведь разговор все равно должен состояться. Откладывать его на потом еще хуже, ведь впоследствии опять придется залечивать новые раны. Лучше уж все оптом. Так что она сидела и наблюдала за домом лебийки, за нашей встречей. И держала наготове аптечку, сама пребывая на низком старте, чтобы переместиться сразу же, если потребуется.

И хотя Регина проявила удивительное хладнокровие, Хронос отправилась к ней тут же, как аудиенция была закончена. Алекс сказал, что за лебийкой они теперь будут присматривать во все глаза, чтобы эта ситуация ее не убила.

– Убила?! Дед, как так? Это ведь…

– Это разочарование и убийство любви. Это ощущение, что ее обманули и использовали. Это очень больно, Оникс. А она не такая сильная, как кажется. И очень уязвимая.

– Как ее спасти? Что я могу сделать?

– Я уже сказал. Забудь дорогу в этот дом.

Я кивнул. Алекс прав. Мне надо забыть все, что было. Регине помогут, а я не должен мешать, не должен больше ее мучить. Дед убедился в том, что я не стану возражать и проводил меня к обозревателю, открыл мою планету.

– А что делать мне?

– Жить. Ничего другого тебе не остается.

Глава вторая. Существование

Жить я не мог. Просто влачил жалкое существование и каждое утро проклинал все на свете. Но особенно себя – за то, что в очередной раз открыл глаза, а не сдох посреди ночи от какого-нибудь внезапного приступа! А они были. Большую часть ночи я лежал без сна, тупо смотрел в потолок. И вдруг меня начинало выворачивать от боли, на глазах выступали слезы, тело словно разрывало. Я закусывал губу и терпел. Потом, когда боль отступала, сознание меркло и я проваливался в какое-то нездоровое оцепенение. Ни отдыха, ни облегчения оно не давало, но мне было все равно.

Хотя в первый раз после такого приступа я сильно обеспокоился. И, очнувшись утром, сразу же запросился к Хроносам. Алекс тут же вышел на связь и ответил на мою просьбу отрицательно.

– Нет, внук. Пока мы не можем тебя у себя принять. Вдруг Регина здесь будет в это время…

– Дед, я понял и усвоил! Но скажи, как она?

Я рассказал про приступ боли, терзавший меня ночью и про связанный с этим страх, что лиса тоже пострадала из-за нашей чертовой связи. Но Алекс меня успокоил, сказав, что с женщиной все в порядке. Во всяком случае, физически. Оказывается Саша умудрилась пока заблокировать нашу связь. Она и мне лекарства прислала, но я не пил. Раз на Регинку я не влияю, это главное.

То, что ее не оставляют, меня успокоило. Сам я боли не боялся, заслужил. Но не хотел, чтобы страдала та, которую я люблю. Спасибо бабке – теперь можно корчиться в приступах со спокойной душой. И желательно молча, чтобы не разбудить Силию. Еще начнет спрашивать, волноваться. Сейчас ей нельзя беспокоиться, это может навредить ребенку.

Каждый день я думал про того, кого она носит под сердцем. И старался его не возненавидеть. Он ведь не виноват в том, что так катастрофически ошибся с семьей и с моментом своего появления в ней! И, как мои старшие дети, не виноват в том, что их папа – козел. Они, кстати, даже невзирая на мою козлиную сущность, проявили вдруг удивительную чуткость.

Озорные, непоседливые, шумные Феникс с Лидией внезапно притихли в эти дни. Они ощущали, что мне плохо, и изо всех сил старались поддержать папку, были рядом. Просто лежали со мной на диване и молчали. Я обнимал их и становилось чуть легче. Но потом терзал стыд перед моими крошками за то, что я едва не разбил семью, их маленький мирок. Знали бы они, что новый, еще не родившийся братик или сестричка сохранил этот мир! Но они не знали. И старались мне помочь, пусть и не понимали, что со мной.

Силия тоже не знала и не понимала. Она даже не замечала, что со мной что-то не так – и это хорошо. Ведь в противном случае пришлось бы врать и что-то изображать. Врать я больше не хотел, а изображать сил не было. И так весь следующий месяц прошел словно в тумане.

Мать моих детей все-таки устроила праздник в честь нового ребенка. Я не праздновал, ведь для меня это и правда стало похоронами. Поздоровавшись с гостями, я вскоре удалился в свой кабинет, где сидел и просто смотрел в окно. Но через какое-то время в дверь постучали. На пороге оказался Оксинт, который предложил немного прогуляться.

Пожав плечами, я вышел из дома следом за ним. Когда мы удалились на достаточное расстояние, дядюшка сразу приступил к делу.

– Итак, ты решил остаться с Силией? Не с Региной?

– Что? – я уже и позабыл, что он тоже может быть в курсе происходящего.

– Я кое-что знаю, Оникс. Ты же помнишь про мой дар2?

Конечно я помнил. У него есть дар предвидения. После истории с бабушкой Еленой Оксинт этим даром долго не пользовался и снова обратился к нему только тогда, когда я по дурости затащил всех его детей, своих двоюродных братьев и сестру, на астероид с мацтиконами3. С тех пор он иногда практиковался в предвидении.

И несколько дней назад, на мальчишнике его сыновей, дядюшка снова решил прибегнуть к своему дару. Очень дядюшку смутило, что я исчез после того, как Регинка в шутку его поцеловала. Мужчина почувствовал: тут что-то неладно.

– Что ты увидел?

– Регинкины счастливые глаза и то, как ты обещаешь, что вы будете вместе.

– Утро после свадьбы.

Самое счастливое утро в моей жизни, ведь тогда я думал, что мы вот-вот станем неразлучны. Самое ужасное утро, ведь новость о беременности Силия сообщила мне буквально через десять минут после того как я расстался с той, которую люблю.

– Ты можешь сказать, что это не мое дело, Оникс, но как можно говорить о любви одной и праздновать пополнение семьи с другой?

– Вот такая я тварь, Оксинт! – вырвалось у меня.

А потом, хоть и не планировал я перед ним раскрывать душу, но вырвалось и все остальное. Я рассказал, что пытался найти корень проблемы в семье, старался изначально эту семью сохранить ведь! Но подумал, поразмышлял и понял, что нет, не получится. И не в Регине дело! Наш с Силией брак дал трещину еще задолго до того, как я встретил лебийку. Просто когда одно наложилось на другое, до меня наконец дошло. До меня вообще долго доходит всегда. И вот моя тупость привела к катастрофе.

– Я знаю, что ты скажешь! Надо было предохраняться, вообще с ней не спать, раз я все решил. Но честное слово, я даже не думал, что способен снова стать отцом! Ведь эта прививка по ограничению рождаемости…

– Ну наша семейная история доказывает, что прививка не панацея. – заметил дядюшка, погладив меня по голове.

Когда я стал выворачивать себя наизнанку, дядюшка едва ли не силой усадил меня на лавочку и слушал внимательно, не перебивая, вплоть до этого момента. А после его ремарки я в очередной раз проклял свою тупость. Ведь и правда! После прививки больше двух детей не рождается и я наивно считал, что лимит уже исчерпал.

Но у самого Оксинта, хотя ему тоже делали прививку, трое детей! Ладно, двое из них близнецы, тут своя арифметика. Однако у деда Иксиона, который Оксинту приходится отцом – тоже трое детей! И у отца Иксиона, Антея, тоже. Значит, и в моей собственной семье была велика вероятность появления на свет еще одного ребенка. Ну до чего же я тупой! Почему раньше не подумал об этом?

– Предохранение у Силии вызвало бы подозрения. С чего бы вдруг, если раньше вы спали без ограничений, уповая на прививку? Надо было воздерживаться.

– Надо было!

– И в целом сначала развестись, а потом… Но не мне тебе мораль читать, племяш. Я думал, ты решил на двух стульях усидеть, и жена, и любовница. Обидно стало за Регину. Но вижу, тут другая ситуация.

Я промолчал. Оксинт вздохнул, потом достал из кармана платок и вытер мне лицо как маленькому. Только тут я понял, что еще и пореветь успел в процессе своей незапланированной исповеди.

– Да уж… Тут или быть подлецом с любимой или с младенцем. Ты выбрал более уязвимого. – озвучил мужчина мои мысли. – Даже не представляю, как это тяжело и, если честно, не хочу представлять. Но если вдруг решишь высказаться, Оникс, я рядом. Нельзя все в себе держать.

Я обнял его. Дядюшка похлопал меня по спине, а потом решил откланяться. И в ответ на мой удивленный взгляд пояснил, что и приходить-то к нам на этот праздник не хотел. А шел не поздравлять, со мной говорить, и потому теперь удаляется.

Мы попрощались, я вернулся в дом. Праздник оказался не слишком многолюдным и, к моей радости, подходил к концу. Вечером, уже лежа в постели, Силия стала перечислять тех, кто не явился. Ее отсутствие многих из запланированных гостей возмутило. Я же понимал, почему некоторые из членов моей семьи не приняли приглашение, но ничего не сказал.

У нас побывали, конечно, родители Силии и ее младшая сестра. Были и мои родители, дедушка с бабушкой, сестренка Труди. Пришли близнецы Том и Гек с женами. И двоюродная сестра Лия, она ведь лучшая подруга моей жены. А вот Майкл, ее муж, в курсе того, что у нас происходило с Региной. И обозначился только под конец, забрать супругу.

Его родители, наши Хроносы, тоже не явились – понятно почему. И Саша, и Алекс заняли сторону лебийки, и я им за это благодарен. Ей очень нужна поддержка. Поэтому наши всемогущие отказались под благовидным предлогом.

– Будто каждый день в семье новые дети появляются! – возмущалась теперь Силия. – Надеюсь, когда малыш родится, на эту вечеринку придут все!

Я снова промолчал. Сколько можно устраивать пляски на костях? Но даже не успел додумать эту мысль до конца. Жена, закончив возмущаться, полезла ко мне в трусы. Я осторожно вынул ее руки и сослался на усталость, отвернулся. Мне сейчас совершенно не до секса! А ведь раньше я бы обрадовался, если бы супруга сама стала намекать на ласки.

К семейной интимной жизни у меня, пожалуй, всегда были вопросы. Только раньше я не понимал, что у нас в этой сфере тоже были проблемы, потому что к браку мы с Силией подошли одинаково неопытными в плане секса. Особенно по части практики. Жена, насколько я знаю, даже не гуляла с другими парнями. А я, хоть и успел повстречаться с парой девчонок, до постели дело в свое время не довел.

Хотя с теорией был полный порядок. Еще в школе нам рассказали, что такое секс и каковы его последствия, мы узнали про прививки по ограничению рождаемости, а также как предохраняются на тех планетах, где такие прививки не делают. Мужская и женская анатомия, венерические заболевания и прочие «прелести» секспросвета тоже не прошли мимо наших ушей. Дополнительно нам подробно рассказывали про культуру согласия и объясняли, что отсутствие этого самого согласия означает насилие. Полезной информации было много. Но вот о том, как дарить друг другу удовольствие, как часто и какими способами – не рассказали. Впрочем, это школа, а не курсы по секс-мастерству. Главному нас научили, а с остальным сами должны разобраться. Хотя по поводу частоты все-таки донесли до понимания школяров, что это параметр индивидуальный. А норма – это то, что нравится обоим партнерам, происходит с обоюдного согласия и никому не вредит.

И я честно хотел, чтобы у нас с будущей женой так и было: по согласию, в удовольствие и без вреда. Силия, когда мы стали встречаться, меня в этом стремлении поддержала, но предупредила, что до свадьбы со мной в постель не ляжет. Я это желание воспринял с уважением. Хоть в целом на Эдеме, и достаточно свободные нравы, семья у нас относительно консервативная. Поэтому позицию будущей жены я даже с восторгом встретил.

Однако наши проблемы стартовали еще до бракосочетания! Я послушно ждал, тем более и ждать-то было недолго: уже через три недели отношений мы решили жениться и многочисленная родня быстро все организовала. Но хотел выражать свою любовь поцелуями, объятиями, невинными ласками. Прямо проговаривал, что ни в коем случае не стремлюсь такими способами уложить Силию в постель раньше срока… Но каждый раз наталкивался на сплошное непонимание.

Глава третья. От секса одни проблемы

Имея какой-никакой, но опыт, я учил целоваться будущую жену сам. Мне эти уроки доставляли удовольствие и, будь моя воля, я бы целые дни такой практике посвящал – люблю целоваться. А вот Силия меня ограничивала и не видела смысла в таком времяпрепровождении. Поначалу я все списывал на стеснение. Но сейчас, когда мы столько лет вместе, эта причина, пожалуй, уже не актуальна. Просто жена не любит целоваться.

Регина, напротив, никогда не отказывала мне в поцелуях. И пусть они были легкими, мимолетными, я не сомневался: когда получу полное право целовать любимую женщину, все изменится. Но что теперь об этом думать…

Силия, как я быстро выяснил опытным путем, и обниматься не слишком любит. Она не против побыть в моих объятиях пару минут, но потом ей становится жарко, неудобно, тесно. Что уж говорить о сне в обнимку! Мы с первой ночи спали каждый строго на своей половине кровати. Только с Региной я и узнал, как это здорово: засыпать, держа любимую в своих объятиях. А просыпаясь, обнаруживать, что она и вовсе спит на мне. Хорошо, успел узнать, каково это. До того думал, что спать на своей половине кровати удобно. Но тут вопрос лишь в том, с кем именно спать.

Лиса и просто обниматься обожает. Да, я знаю, что сам все разрушил и мне больно вспоминать. Но сравнения между этими двумя женщинами на ум приходят автоматически и я ничего не могу с этим поделать. И не хочу. Хотя бы в воспоминаниях можно вернуться в пусть и краткое, но самое счастливое время в моей жизни. Пусть потом и становится больно от осознания, что это не повторится и я сам во всем виноват.

Да, Регина любит объятия. И, несмотря на весь свой темперамент, она могла нежиться в моих руках и безо всякого сексуального подтекста. Она мне доверяла и мигом успокаивалась, когда я ее обнимал, с удовольствием ко мне льнула, даже мурчала иногда! А я – я в этот момент ощущал, что весь мир перевернуть могу, если она захочет.

Вот с какой-нибудь мимолетной лаской в отношении Силии было легче – она не против. Может, дело как раз в мимолетности? Тогда как Регинку ласками можно и хочется заваливать до бесконечности. Она только рада будет. Хозяйка лебединой планеты вообще очень тактильная, как и я.

И насколько идеально мы совпадаем с любимой женщиной, настолько же кардинально не совпадаем с женой. Предполагаю, и в сексе с Региной проблем бы не было. С Силией же во всех аспектах я постарался смириться. Ну вышло так, что мы разные, и что теперь? Жаль, не знал я об этом, когда начинал наши отношения. Может, сейчас бы все было иначе.

Что же касается первой брачной ночи – ее я до сих пор вспоминаю с содроганием. Супруга не вспоминает вообще. Ей говорить о сексе нравится еще меньше, чем им заниматься. И проблем она не видит, как в постели, так и за ее пределами. Потому я и решил, что нашу семью не спасти. Ведь это пресловутое семейное благополучие не только от меня зависит! И честное слово, я всегда старался со своей стороны сделать все, что было в моих силах. Но я не могу тянуть этот воз в одно лицо все время!

Взять ту же брачную ночь, о которой я только что вспоминал, первую для нас обоих во всех смыслах. Тут у меня опыта было столько же, сколько и у Силии. Но я решил заранее подготовиться, стал изучать литературу, смотреть обучающие видео, чуть ли не на курсы записался. А все потому, что я ведь мужчина и свое удовольствие в любом случае получу. Тогда как моей будущей жене страшно, может быть неприятно и даже больно. Я старался хоть немного понять теорию, чтобы минимизировать неприятные ощущения на практике.

В результате я ощутил себя каким-то акробатом под куполом цирка без страховочной сетки! Какое удовольствие? Страх, дикое напряжение, а потом и желание оказаться где-нибудь подальше отсюда – вот что я испытывал в свой первый раз. И, наверное, это был единственный момент, когда мы с Силией имели одинаковые ощущения от секса.

Повторить решили не сразу. Недели через две страх стал забываться, а природа требовала свое – все-таки я был молодым парнем двадцати лет отроду. Еще через неделю жена решилась и мы осторожно повторили наш опыт. В этот раз я слегка понял, что секс может не только напрягать, но и расслаблять. И осознал, что в нем находят другие гуманоиды.

У Силии тоже ощущения были получше. И я наивно понадеялся, что со временем мы оба сможем получать удовольствие от исполнения супружеского долга и чем дальше, тем лучше. Пока же решил, что нужно делать упор на практику. Тут меня ждал первый облом: практиковаться моя вторая половинка предпочитала только раз в ночь. Если же я раскатывал губу на второй заход, она недоумевала: зачем? Ведь было уже. И предполагала, что со мной что-то не в порядке. Не знаю, что именно. Мне по-прежнему было двадцать лет, а не сто пятьдесят или двести.

Однако я не настаивал. У нас разные темпераменты, тем более ведь у женщин все по-другому, потом войдет во вкус. Да и от меня ведь зависит, понравится ли жене эта часть нашей жизни или нет. И я старался. Изучал теорию, применял полученные знания на практике, спрашивал у Силии, что ей нравится, как она хочет. Супруга в ответ заявляла, что все прекрасно. И сокращала количество, что не способствовало росту качества.

Раз за ночь – о, потом я понял, что это было даже хорошо. Но такая периодичность имелась только в медовый месяц. Потом выполнение супружеского долга стало происходить через день. Затем два раза в неделю, по прошествии какого-то времени и вовсе один раз. Я даже подозреваю, что у супруги есть специальный календарик, где она отмечала дни, когда дарила мне ласки, чтобы ни в коем случае план не перевыполнить. Через некоторое время и раз в неделю стал роскошью. Этому и мои командировки, впрочем, способствовали. Хоть отдыхала в то время от меня Силия.

Постепенно я научился решать свои проблемы сам. И даже обнаружил, что так удобнее. Не надо никого уговаривать, ждать подходящего настроения и дня недели. Быстро получил что нужно, и можно дальше спокойно жить. Вот только разнообразие мизерное: левая рука или правая. С Силией мы хотя бы разные техники пробовали, позы. Но тоже нечасто.

И кстати, уговаривать ее я не любил. Ведь это не активное согласие! Кто его знает, может, это вообще сравнимо с насилием. Пытался брать дело в свои руки, создавал романтическое настроение, как мог: ужины, свечи, подарки, просмотры мелодрам, которые я терпеть не могу. Тщетно. Если план уже был выполнен на этой неделе, то после романтического фильма супруга чмокала меня в нос, откатывалась на свою сторону кровати и засыпала. А я осторожно покидал брачное ложе и шел в душ.

Уверен: с Региной все было бы иначе. Да, хоть у нас с ней так и не случилось секса, я в ее компании уже узнал много нового и интересного. У нее в спальне целая библиотека на интересующую меня тему. И если Силия краснела и сердилась, увидев у меня в руках столь специфическую литературу, то лиса, наоборот, только одобрительно кивала.

– Читай-читай, малыш. – улыбалась она. – Пригодится.

Не угадала. С ней теперь не пригодится, а ни с одной другой женщиной мне теперь и не нужно. И уж тем более с женой, которой это тоже никогда нужно не было. Вялый темперамент Силии меня с каждым годом расстраивал все больше и больше. Но что я мог поделать? Даже когда мы планировали детей, не занимались сексом чаще. А зачем? Когда-нибудь все равно получится. И получалось.

На время беременности жена вообще перекрывала доступ к телу. Я не возражал, боялся, что это навредит ребенку или ей. И терпеливо ждал сначала пока родится малыш, а потом когда супруга восстановится. Все изменилось только в последний месяц. Как раз в тот момент, когда началась наша история с Региной, Силия вдруг тоже возжелала моей ласки.

Я, пока еще пытался решить наши проблемы, сначала этому обрадовался, увидел добрый знак в том, что она сама стала хотеть меня почти каждую ночь. Думал: может, еще не все потеряно? Но ночью жена дарила мне свою нежность, а днем по-прежнему отказывалась признавать, что нам нужно работать над отношениями.

В конце концов, я просто махнул рукой. Никакой это не добрый знак, просто наконец проснулось ее либидо. Я читал, что у некоторых женщин это происходит ближе к тридцати, а то и позднее. Ну что же – значит, ее следующему мужчине повезет, а мне пора освободить для него место. Так я рассуждал. Но не успел сделать задуманное.

И теперь, уже будучи беременной, Силия вдруг изменила своим привычкам и каждую ночь пытается меня соблазнить – довольно грубо, должен сказать. Регинка делала это гораздо изящнее и продуктивнее. Порой я даже сам не понимал, каким чудом удавалось сдержаться. Жена более прямолинейна. Но дело в том, что сейчас мне вообще не до секса. А какой может быть секс, если располовинивает от боли?

Сейчас хотелось, чтобы она просто отстала. Впрочем, я подозреваю, что если бы разок дал супруге то, чего она хочет, Силия бы успокоилась. Наверное. Но я не хочу ее – ни головой, ни ниже пояса. Я вообще ничего не хочу! Даже по утрам, а ведь раньше для меня привычным явлением было, что член поднимает голову одновременно со мной. Теперь – нет. И это, наверное, не странно. Правда, отсутствие реакции на воспоминания о Регинке несколько озадачивает. Но это, вероятно, надо быть бесконечно озабоченным, чтобы в нынешней ситуации сохранять ту же потенцию. Значит, я до такой степени дойти не успел.

Или просто стал импотентом на нервной почве. Об этом я подумал как-то с утра и даже обрадовался. Так легче и спокойнее. У меня от секса, как практика показала, одни только проблемы, вплоть до масштабов катастрофы. Жаль, эта немощь меня раньше не настигла! Регинке я бы и такой пригодился. А мне кроме нее никого не надо.

Проглотив ком, образовавшийся в горле, я прислушался. Силия уже спала, тихо дышала. А Регинка сопит, когда спит… Я снова вспомнил то утро, спящую на мне лису и улыбнулся. Какая же она трогательная во сне! Потом осторожно встал, вышел из спальни. В кабинете взял в ящике стола сигареты – любимая забыла, когда заглядывала месяц назад. Я тогда своей любовью ей всю голову забыл, вот она и оставила пачку, растерялась.

Выйдя на улицу, я достал из пачки сигарету и зажигалку. Подкурил и отошел подальше, чтобы в дом дымом не несло. Вдохнул запах, который тоже напоминает мне о любимой, а потому и сам любим. Выпустил дым через ноздри. И уже привычно согнулся пополам от очередного ночного приступа боли.

Глава четвертая. Нет и не было

Я не заметил, как прошел месяц. Все дни слились в однообразную тягомотину с очень редкими вкраплениями чего-то внезапного. Например, пару недель назад Силия впервые в жизни устроила мне скандал. Я даже ненадолго вышел из своей депрессии, чтобы обалдеть по этому поводу. Потом вернулся обратно.

А случилось все снова из-за секса. Вот уж действительно, все проблемы из-за него! Две недели меня жена домогалась и закипела, поскольку так и не получила нужного эффекта. Распсиховалась, обвинила меня в том, что я больше не хочу ее. Я уж не стал соглашаться, чтобы она еще больше не расстроилась. Просто обнародовал свою импотенцию и ушел спать в гостиную.

Но утром проснулся от того, что руки супруги опять оказались в моих трусах! Очень сильно пожалел в очередной раз, что она в положении. Даже не рявкнуть толком. Я просто снова ее отстранил. А потом перебрался на ночевку в кабинет. Тут у меня стоит удобный диван. Я на нем уже две беременности спал, когда Силия из кровати выгоняла. Теперь вот сам убрался, пока такой просьбы не последовало.

И хотя супруга возмущалась этим фактом каждое утро, ничего менять я не собирался. Хотя с удовольствием забрал бы детей и вообще переехал в другое место. Но не могу! Нельзя чрезмерно волновать Силию, она сейчас максимально уязвима, а уж ребенок так тем более. Приходится терпеть.

Но вот наступил очередной выходной. Жена еще вчера вечером отправилась с ночевкой к Лие. Я был этому рад: хоть отдохнул от ее присутствия. В последнее время оно стало слишком душным, супруга словно заполняла собой все пространство, лезла в каждую щель, будто ядовитый туман. У Силии всегда было плохо с пониманием личных границ, а в последнее время тем более. Наверное, беременность на нее такое воздействие оказывает.

Однако ее отсутствие и правда повлияло на меня благоприятно. Утром я встал бодрее, чем обычно, и решил сделать генеральную уборку. Когда вокруг наводишь порядок, он и внутри появляется. Так Регина говорит. А сын с дочкой мне с удовольствием помогают. Мы вообще любим вместе что-то делать. Опять же, привыкают к рутинной домашней работе.

Я велел им снять постельное белье со всех кроватей. А сам взялся за пылесос. Но даже гостиную не успел привести в порядок, как сын с дочкой прискакали перепуганные и сообщили, что на простыне в спальне увидели кровь. Выключив пылесос, я побежал туда же. И своими глазами уставился на алое пятно.

Я едва успел как-то успокоить детей, хотя сам чуть с ума не сошел от страха. И услышал, как хлопнула входная дверь, раздался голос Силии. Отправив детей пылесосить, я позвал жену. Она вошла в спальню и замерла, увидев у меня в руках простыню.

– Что это? Почему?! – дождавшись, когда загудит пылесос, стал спрашивать я. – Что с ребенком? Надо срочно во вневременность! Саша тебя обследует… Саша!

– Не надо! – жена вдруг заплакала.

Я растерянно обнял ее. Как так? Что с ребенком? Да, я его не планировал и, честно признаюсь, не хотел! Но еще больше я не хочу, чтобы с маленьким или с Силией что-то случилось! Появилась Александра и нахмурилась, увидев супругу в моих объятиях. Но та наконец-то стала говорить.

– Оникс, я не знаю, как сказать! Оказалось, что беременность ложная! Врач сказал, что такое бывает, «пошутил» организм. И позавчера у меня, как обычно, месячные начались. Я не знала, как тебе сообщить, что маленького не будет. Ты ведь так радовался…

– Не будет? И не было? – заявление о своей «радости» я пропустил мимо ушей. Не до него сейчас, а Силии часто кажется то, чего нет. Я уже привык. Бабуля вздернула брови.

– Не было. Но ты не расстраивайся! Мы ведь можем снова поработать над ребенком.

– Нет! – я отошел подальше, будто боялся, что жена по воздуху сможет от меня забеременеть.

– Милая, сначала надо всесторонне обследоваться. – всемогущая решила сгладить мой резкий отказ. – Понять, что с твоим организмом…

– Да что ты лезешь постоянно в нашу жизнь?! – вдруг стала кричать Силия. – Вечно нос суешь, больше заняться нечем?

– Силия! Ты что говоришь такое?! – я пораженно уставился на жену.

– Не буду более обременять вас своим присутствием. – пробормотала Хронос. И исчезла.

– Силия, что это было? – я смотрел на эту девушку так, словно видел ее впервые. Такой я ее вообще не знал. А узнав – почувствовал отвращение.

– Она постоянно лезет в нашу с тобой семью! Мне надоело! Притворяется добренькой, а сама едва ли не накануне нашей свадьбы внушала мне, что мы с тобой не пара.

Хотел я было согласиться с тем, что мы и правда не пара. Но не стал. Силия сейчас слишком уязвима. Наверняка переживает, она младенца уже успела полюбить несуществующего ребенка. Для нее это все равно что потерять его. Не стану сейчас усугублять ее состояние. Но когда успокоится – потребую развод. Мне с этой женщиной не по пути.

Пока же я отправился в кабинет. А там снова позвал Сашу, стал извиняться, проситься на разговор. И уже через секунду оказался во вневременности, а бабуля убедилась, что защитное кольцо сидит на моем пальце. Я удивился: думал, что нескоро сюда попаду. Но вот, стою возле обозревателя галактик, где еще открыто окно в мой дом. Бабуля закрыла его и тихо вздохнула.

– Прости, родная. – обнял я ее. – Сам не знаю, что на нее нашло.

– Ну ты-то ни при чем. И я действительно не хотела в вашу жизнь лезть, а сделала это дважды – сегодня и тогда. Ты же и этот вопрос хотел прояснить?

Я кивнул. Важно услышать обе стороны. И Александра рассказала, что когда мы с Силией объявили о свадьбе, ей наше решение показалось слишком незрелым. Она понимала, что до моего разума в тот момент не достучится и решила поговорить об этом с моей невестой. Хронос призналась, что боялась за нас, опасалась, что мы совершим ошибку. Бабуля пыталась донести это все до юной невесты, объяснить, что необязательно сразу бросаться в омут с головой, можно немного подождать. Но та взорвалась и заявила, что не ее это дело. А потом предположила, что Саше просто не нравится девочка из обычных – ведь мы все принадлежим к роду Хроносов, и наверняка бабуля хотела двоюродному внуку невесту покруче.

Я закатил глаза: Силия действительно считает, что мы какие-то особенные. И что войти в нашу семью почетно и круто. Да что за бред?! В наших жилах течет вполне себе красная кровь и мы все обычные люди. И вообще, на дворе уже давно не Средние века, чтобы считать какое-то семейство круче остальных.

– Да уж. И ты ведь права: я бы тогда вряд ли тебя послушал… Но что я в ней нашел?

– Инстинкт размножения нашел. Ты оказался среди мацтиконов, мозг идентифицировал ситуацию, как смертельно опасную. Вспомнил про Силию – это женщина, с которой возможно здоровое потомство. И понеслось.

Я вздохнул и глянул на обозреватель галактик. Сейчас в нем плескался космический вакуум. Интересно, долго я там без защиты продержусь?

– Как подумаю теперь, что и не было никакого ребенка, Саш…

– Да, маленький. Получается, что вы с…

Вдруг всемогущая оборвала себя на полуслове и посмотрела мимо меня, на выход из дома. Я оглянулся, увидел Регину. И замер. Как она осунулась за этот месяц! А глазищи еще больше стали, горят лихорадочным огнем и столько боли в них! Я почувствовал эту боль и пожелал, чтобы меня сейчас бетонной плитой придавило – я ведь во всем виноват!

Александра внезапно пробормотала что-то про лабораторию и убежала, оставив меня на растерзание лебийке. А та медленно направилась ко мне. Вот сейчас она меня вышвырнет в обозреватель и я узнаю, сколько смогу продержаться в космосе, пока не сдохну. Ну и поделом мне! Заслужил.

Однако Регина подошла вплотную и вдруг ее руки легли на мои плечи. Женщина несмело прижалась, я крепко обнял ее и почувствовал, как сердце лисы, только что бешено колотившееся, вдруг застучало спокойнее, ровнее.

– Увези меня. Пожалуйста. – тихо прошелестела она. – Увези. Куда-нибудь, хочу просто ехать, смотреть на дорогу и ни о чем не думать.

– Сейчас.

Я, продолжая обнимать ее одной рукой, второй стал разворачивать в обозревателе какую-то галактику. Но тут подошла Саша и сама быстро открыла планету – я ее узнал. Пару лет назад вел там раскопки. Бабуля дала мне местные документы, кошелек.

– Тут деньги, возьмешь машину в прокате. И документы для вас обоих. За малым, Регин, мы посмотрим. Твоим, Оникс, скажу, что ты нам тут понадобился. Делайте, что вам нужно и сколько нужно.

– Спасибо. – в один голос сказали мы с Региной.

Потом взялись за руки и вместе шагнули во время. Александра открыла нам выход в укромное пространство, но высунувшись из маленького переулка, я тут же увидел и прокат, и кафе рядом. Туда я отвел лису, взял ей кофе и пирожные, а сам побежал оформлять автомобиль. Открыв кошелек еще в кафе, я понял, что мог бы весь автопарк нанять. И выбрал комфортную модель.

Пока я заполнял анкету и ждал ключи, в голове прыгали мысли. Почему Регина решила отправиться со мной куда глаза глядят? Почему попросила? Она, вероятно, уже узнала о ложной беременности Силии. Соскучилась и хочет все вернуть? Да нет. Лиса умная и лучше меня понимает, что как раньше уже не будет. Тогда чего она хочет? Наверное, ее просто тянет ко мне, как и меня к ней, и она решила не бороться с этой тягой. И так в последнее время ей приходилось тратить много сил на борьбу. Да и вообще – может, пока я тут сижу, она уже успела передумать и смылась!

Но когда я вернулся в кафе, Регинка сидела на том же месте и смотрела в окно. Я подошел, присел рядом и погладил ее по руке. Лебийка руку отодвинула. Вероятно, тактильных контактов со мной ей на сегодня уже хватило.

– Ты точно хочешь ехать в одной машине со мной?

– А ты не хочешь? – спросила она, еще пристальнее всматриваясь в пейзаж за окном.

– Это единственная моя причина шевелиться, а не каменеть, сидя на одном месте.

Хотя отсутствующее выражение лица женщина на другое не сменила, плечи ее расслабились.

– Поедем. Я хочу. – кивнула лебийка.

Я набрал сладостей, которые она любит, взял еще кофе и повел лису к автомобилю. Усадил ее, вручил напиток и сладкое, а сам занял водительское сиденье. И тут обратил внимание на то, что ее кресло придвинуто слишком близко к приборной панели. Она высокая, ноги длинные – с такими ногами переднее кресло нужно на уровень заднего отодвигать.

Регина пыталась нащупать рычаг, чтобы немного «отъехать», но кажется, потерпела неудачу. Я привычно перегнулся через нее, а женщина вдруг непривычно вжалась в сиденье так, чтобы со мной не соприкасаться. Но я услышал аромат ее духов и все равно вспомнил, как это было раньше.

Глава пятая. Прошлое

Даже удивительно, какую власть над нашей памятью имеют ароматы. Никакой машины времени не надо: почувствовав знакомый запах, особенно если он связан с ярким эмоциональным впечатлением, ты моментально и даже против собственной воли тут же перенесешься в прошлое.

А мое путешествие в минувшее случилось отнюдь не против воли. Я теперь только прошлым и живу, потому что в настоящем и будущем у меня уже ничего хорошего не будет. И хоть сейчас не время и не место, я перенесся приблизительно на месяц назад. В то время, когда мы еще были вместе.

До свадьбы близнецов оставалось всего несколько дней и Регинка, раньше просто получавшая удовольствие от наших тесных контактов, перешла в наступление. Она до той самой ночи в отеле так и не верила в то, что мы будем вместе. И потому пошла ва-банк, стремясь взять от нашей игры все – то есть, меня. До этого она скорее забавлялась или разминалась. А тут стала пускать в ход все свои чары, включила агрессивную сексуальность. Но и в такие моменты до просто прямолинейных рук в трусах она не доходила. Лиса всегда действовала несколько изящнее.

В тот день она тоже попросила ее куда-нибудь увезти, на природу. Не любит хозяйка лебединой планеты шумные мегаполисы, ей от них надо отдыхать. Поэтому мы отправились в ближайший лес, запарковались на уединенной полянке, скрытой от посторонних – ни за что ее не найдешь случайно. А там просто обнимались до одури.

Но в какой-то момент она дернула тот самый рычаг, хотела придвинуть сиденье чуть ближе к торпедо. Однако не рассчитала, «подъехала» слишком близко и запищала. Я перегнулся через нее – сколько раз уже ей кресло регулировал, не сосчитать. Впрочем, оно и понятно, рост у красотки для большинства планет выше среднего. И никогда она не отодвигалась, просто ждала, пока я все исправлю.

Сейчас же запустила пальчики в мои волосы, прижала голову к себе. Мой нос коснулся ложбинки между грудей, я вдохнул аромат духов, а потом услышал и запах ее кожи. Он всегда сводил меня с ума, а сейчас я ощутил его особенно ярко и совершенно потерял голову. Губы заскользили по ее коже, руки легли на грудь.

Сквозь тонкую ткань футболки я почувствовал мигом отвердевшие соски, подразнил их немного пальцами. Регинка завелась с полоборота, застонала и подставила шею моим губам. Ее руки забрались под мою футболку, отправились вниз. Пальчики пробежались вдоль линии ремня, скользнули к ширинке.

Уже совсем слабо соображая, что делаю и не помня, что сам себе запрещал доходить до конца с этой женщиной, я надавил на рычаг, и ее сиденье приняло горизонтальное положение. Нависая над ней, я уперся одной рукой в заднее сиденье. Другая медленно пошла вверх по ее бедру. Как хорошо, что Регинка любит короткие юбки, так легче добраться до трусиков. Лиса уже проникла в мои плавки и я собирался ответить ей взаимностью. Подцепил кружево, попытался стянуть белье.

– Сдвинь в сторону. – прошептала она.

Я послушался, подумав почему-то, что у меня никогда не было секса в машине. И эта мимолетная мысль меня вдруг отрезвила. Теперь тоже не случится. Осторожно коснувшись губами ее губ, я отстранился. Опустил свое сиденье.

– Нет, Регин. Не сейчас.

Удивительно, но возражать она не стала. Я лег на свое кресло и еще несколько минут мы просто молчали. А наши руки продолжали слегка поглаживать друг друга, уже безо всяких намеков, скорее успокаивая. Я боялся, что любимая разочаруется тем, что я остановился в самый последний момент. Но нет – когда мы пришли в себя, она озорно улыбнулась и потом всю дорогу поглядывала на меня с таким выражением, что каждый раз хотелось повернуть обратно, доехать до полянки, которую мы только недавно покинули. И продолжить с того момента, на котором остановились. Взгляд женщины, которая тебя хочет, лучше всякого афродизиака. Тем более если это взаимно.

– Сегодня я буду думать о тебе особенно долго. И глубоко. – прошептала она, когда целовала меня на прощание.

И выпорхнула из машины, как ни в чем ни бывало. А я потом, кажется, половину ночи в душе провел. Совершенно не выспался. Но это все того стоило.

Я вынырнул из прошлого, мимолетно подивившись тому, что даже такое, горячее для меня, воспоминание, не встретило отклик ниже пояса. И покосился на Регинку. Она смотрела строго вперед и по-прежнему стремилась слиться с обивкой. Неужели она боится, что я стану к ней приставать? Да за какого бесчувственного ублюдка она меня принимает?!

Резко выпрямившись, я выскочил из машины и хлопнул дверью. Потом открыл авто с ее стороны и, не обращая внимание на удивленный взгляд, присел на корточки. Нашел рычаг, отодвинул сиденье и убедился, что лисе комфортно. Аккуратно прикрыв ее дверь, я вернулся за руль и завел мотор.

– На этой планете высокие люди редкость. – пояснил я, выруливая на шоссе. – Рычагом, наверное, мало пользуются, он тугой. Чтобы отодвинуть твое кресло с моего места, пришлось бы на тебя лечь.

– Спасибо. – Регинка воткнула трубочку в стаканчик с кофе и занялась напитком.

Я улыбнулся. Почему-то меня забавляет ее привычка пить кофе через трубочку. Это очень мило. Потом глянул на магнитолу и потянул руку, чтобы включить музыку или радио. Лебийка тоже потянула руку, но потом остановилась и просто помотала головой.

– Не надо.

Я кивнул и путь мы продолжили в тишине. Она взялась двумя руками за стаканчик. А я понял, что снова стремительно удаляюсь от нынешнего дня по волнам памяти. Вот удивительно: иногда воспоминаниям для пробуждения, оказывается, и запахи не нужны. Достаточно просто жеста.

Регинка изо всех сил сейчас старается меня не касаться, но ее тело не избавилось от прошлых привычек, как моя память не избавилась от напоминаний от них. Рукам в нашем странном романе отводилась главная роль. Руки, чтобы обнимать. Руки, чтобы ласкать. Чтобы дразнить. Чтобы дарить хотя бы намек на удовольствие.

Едва только мы оказывались наедине, там, где нас не потревожат посторонние взгляды, руки вступали в дело. Мои – изучали ее тело. Ее – убеждали меня сдаться. Когда мои руки скользили по ее ногам или поднимались по бедру, чтобы хоть кончики пальцев оказались на запретной территории, она улыбалась. И порой, дразня меня, слегка раздвигала ножки, будто приглашая стать более активным и менее скромным. Сложно было раз за разом отвергать столь заманчивое предложение.

Ее руки всегда были смелее, даже когда я обнаглел, сорвался с цепи и позволил себе касаться тех участков этого шикарного тела, о которых раньше только мечтал. Ее руки опытнее: даже быстрый бег пальчиков по шее вызывал волну мурашек. Когда же она слегка впивалась коготками в мою спину, только повторение про себя китайского алфавита помогало сохранить остатки рассудка.

Ее ручки скользили по моей груди, как почти невесомое перышко и это была какая-то сладкая мука. Когда и терпеть невозможно, и не хочется, чтобы она останавливалась. Пальчики, вдоволь позаигрывав с линиями пресса на моем животе, очень осторожно и медленно спускались к линии плавок. Или же она атаковала нежной лаской со стороны кармана брюк. Когда же эти пальчики начинали порхать и то ли танцевать, то ли колдовать поверх уже приободрившегося моего достоинства… Не понимаю, откуда черпал силы, чтобы остаться в себе. Может быть, в любви к ней? Я ведь хотел не просто секса.

А она была не против любых ласк и порой сама их требовала. Я только за: это для меня самое приятное занятие. Но мне лучше прямо заявлять о своих желаниях, а то вечность пройдет, пока я догадаюсь…

Помню, как лиса случайно оставила на подоконнике шоколадку – она часто до умиления безалаберна. Когда спохватилась, шоколад уже сильно подтаял и, разумеется, Регина тут же испачкала пальцы, решив полакомиться. Улыбнулась, оторвала от нагревшейся плитки кусочек и протянула мне. Я от угощения не отказался и тщательно, один за другим, облизал ее пальчики. Очень сладкий оказался шоколад, а ее улыбка и выражение глаз – еще слаще.

Раньше красотка никогда не отказывалась от того, чтобы поймать мои руки в плен своих. И когда я хотел что-нибудь сделать с магнитолой, что шло вразрез с ее желаниями, Регина никогда не останавливала меня голосом, как сейчас. Только руками. Перехватывала мою ладонь и брала в плен своих ладошек.

Или, если было настроение, продолжала нашу игру. Располагала мою руку на своей коленке, иногда разрешала подняться выше. Иногда с улыбкой возвращала ее туда, куда положила изначально. А в один из дней, когда мы возвращались из очередной поездки по свадебным делам близнецов, поместила мою ладонь сразу на бедро.

Я же решил проверить, каковы сегодня границы дозволенного. И когда моя жадная рука перебралась выше, увидел, как дрогнули и немного разошлись ее коленки. Хороший знак! Я продолжил и вскоре ребром ладони ощутил, что температура вокруг ее трусиков ощутимо выше, чем в районе бедер. И ткань самих трусиков ощутил тоже. В этот момент она плотно сомкнула ноги, удерживая мою ладонь. А потом улыбнулась своей нахальной улыбочкой, которая сводит меня с ума. Да меня в ней все с ума сводит.

Ехали мы относительно быстро, но на такой скорости, с адаптивным круиз-контролем я и одной рукой справлялся. Вот только маленькую кочку не заметил. Когда машина слегка подпрыгнула на ней, моя рука сильнее прижалась к ее трусикам и Регинка выдохнула, я увидел, как по ее коже побежали мурашки. Сосредоточился на дороге и попытался собрать все небольшие кочки и ямки по пути. Хотя чем дальше, тем сложнее было уделять внимание дороге – тихие стоны лисы меня сильно отвлекали.

До пункта назначения мы доехали не сразу. Я свернул в укромное местечко, дал красотке время прийти в себя. Да и самому надо было успокоиться. Она улыбнулась, потом покачала головой.

– Вот когда пожалеешь, что на этой планете относительно хорошие дороги!

– Давай рванем на Землю, по русским дорогам покатаемся. – предложил я, а Регинка рассмеялась.

– Прекрасное предложение, котик. Еще в какой-нибудь старой машине, чтобы я сразу от вибрации и кончила.

И не успел я выразить полное согласие с этим планом, как она впечаталась в мои губы так плотно, что я сам едва не кончил. Но это тогда. Теперь она и руки моей коснуться не хочет.

Я снова вынырнул из воспоминаний и порадовался тому, что в этом автомобиле тоже есть круиз-контроль. Надо сосредоточиться на дороге, чтобы в аварию не попасть и лису не поранить. А по горячим воспоминаниям потом попутешествую. Хотя раньше они меня так активно не навещали, как сейчас. Наверное, присутствие Регинки так на меня действует.

Глянув на нее, я улыбнулся. Оказывается, пока я тут в эротических грезах плаваю, лебийка уснуть успела. Значит, хоть немного, но продолжает мне доверять. И это лучше любого горячего воспоминания.

Глава шестая. В отель

Я долго в тот день колесил по дорогам, так осторожно, словно хрустальную вазу вез. А лиса все это время спала как убитая. И лишь когда через несколько часов я остановился, чтобы размяться, она проснулась. Глянула на часы, удивилась. И вышла из машины следом за мной, достала сигареты.

– Угостишь? – показал я глазами на пачку.

– Все-таки закурил. – констатировала она, вручая мне сигарету и зажигалку. Потом слабо улыбнулась. – Спасибо за то, что покатал. Выспалась впервые за…

Она замолчала. Но от Алекса я знаю, что весь этот месяц Регинка засыпала только со снотворным. Потому и осунулась. Потому и отрубилась в машине, а я не удивился, только порадовался.

– Давай я тебе опущу сиденье? Или перебирайся на заднее. Пристегну тебя ремнями, чтобы не упала, поспишь еще, пока машину отвозить обратно в прокат будем.

– Я же тебе не червячок, спиралькой спать. – лиса оценила взглядом размеры заднего сиденья. – Лучше опусти кресло.

Выполнив ее просьбу, я сел за руль, а Регинка улеглась на сиденье и, глянув на меня, снова улыбнулась. Я поборол желание погладить ее по голове – спугну ведь. А так красотка и правда снова уснула и сопела до самого проката.

Когда мы вернулись к прокату, хозяйка лебединой планеты, кажется, даже слегка расстроилась, что наша поездка подошла к концу. Не выспалась, наверное. Я хотел было предложить снять номер в отеле, чтобы любимая на нормальной кровати поспала. Но вовремя сообразил, что если она прикасаться ко мне не хочет, то в замкнутом пространстве со мной оставаться тем более не пожелает. К тому же возникнет ассоциация с нашей единственной ночью в отеле… Поэтому я просто помог ей выйти, но не утерпел напоследок.

– Регин, послушай… Если нужно будет повторить, позови меня.

Она кивнула, но ничего не сказала. И взгляд отвела. Я не стал настаивать. Отдал ключи в офис, вернулся и мы снова отправились в укромное местечко, где и появились. Мысленно связавшись с Сашей, я попросил нас забрать и мы тут же оказались во вневременности. Регина отправилась на свою планету, а бабуля поблагодарила меня.

– Ты все сделал правильно. Кто бы мог подумать, что ты поможешь хоть чуть-чуть ее излечить?

– После того как сам и покалечил. Я думаю, Регинка так со мной прощалась.

Бабуля погладила меня по голове и отправила домой. Я обнаружил, что во времени давно наступил вечер, пошел к детям. И с огорчением констатировал, что они уже спят. Попытался проникнуть в свой кабинет максимально бесшумно, но не смог. Следом влетела Силия и возмущенно на меня глянула.

– Где ты был весь день?!

– Саша разве не сказала? – удивился я, расстилая диван.

– Сказала, что ты им помогал. – наморщила она нос. – В чем, хотела бы я знать?

– Это наши личные дела. Семейные.

– Я твоя семья! Ты должен был остаться здесь, утешать меня…

– Силия, я хочу развестись. – перебил я ее, неожиданно для себя.

Еще сегодня утром я планировал подождать, пока она успокоится, отойдет от известия о ложной беременности. Но сейчас в очередной раз понял, насколько чужая мне эта женщина. Даже находиться с ней в одном помещении противно! И хотя я посчитал, что Регинка сегодня со мной попрощалась и уходить мне, по факту, не к кому, какая разница? Я хочу уйти не к кому-то, а от Силии. Да и, в конце концов, чего ради ждать, пока она успокоится и шокировать потом? Лучше одномоментно и кардинально изменить жизнь.

Но Силия не сразу поняла, что мне нужно. Пришлось повторить просьбу о разводе.

– Ты… Ты, наверное, расстроен из-за того, что у нас не будет маленького.

– Я его и не хотел. Извини, но я не планировал еще детей! У меня есть сын и дочь, я их люблю. Но о разводе хотел попросить еще в то утро, когда ты сообщила о беременности. Силия, прости, но нам не стоит продолжать. Мы с тобой только зря отнимаем друг у друга время.

– Это Саша тебе мозги промыла! – ощетинилась она. – Понятно, что за дела у вас там были!

– Саша ни при чем. И не надо ей хамить или плохо отзываться о моей семье.

– Я твоя семья!

– Ты мне родила двух прекрасных детей и я благодарен тебе за это. Но давай расстанемся по-хорошему, ладно?

– Я не согласна! Это ты виноват во всем. В том, что у нас не получился малыш, и…

– Выйди отсюда сейчас же! – повысил я голос.

Удивительно, но Силия меня послушалась. Я достал сигарету из пачки. Надо еще купить. Потом вылез в окно, отошел подальше, покурил. И вернулся домой. Жаль, что сегодня не удалось расставить точки над буквами. Наверное, надо было все же подождать, пока жена успокоится. Ну зато она знает о моих намерениях. И когда придет в себя – продолжим разговор.

Удивительно, но в эту ночь я спал хорошо, без боли. Кажется, мы с Регинкой взаимно друг друга лечим. И утром я даже улыбнулся, проснувшись, и подумав о ней. Но потом помрачнел снова. Как же я истосковался по ней всего за сутки!

Чтобы не сдохнуть от этой тоски, я с властянами отправился на охоту за пиратами. Удачно захватив один борт с преступниками, мы планировали продолжить после свадьбы близнецов и теперь наконец это сделали. А через несколько дней доставили еще один корабль на патрульную базу. Как и за первый «улов», нам заплатили неплохую сумму. Мы с Лиамом сначала хотели отказаться от вознаграждения – мы же не ради денег это делаем. Но Саша и Астория убедили нас этого не делать.

Вернувшись домой, я только и успел, что принять душ и побриться. Услышал звяканье арновуда из кабинета, поспешил туда и увидел сообщение от Регины.

– Увезешь меня?

Уже через час я заполнял анкету для аренды автомобиля. Так и провел следующий месяц: возил лису примерно раз в неделю, убаюкивая ее своим присутствием и тихим, спокойным вождением. Сначала все еще боялся, что каж�