Плачущие сердца
От Автора
Здравствуй, дорогой читатель.
Благодарю тебя за то, что ты выбрал мою книгу.
Данная работа является плодом художественного воображения автора и не имеет цель оскорбить или унизить кого-либо. Все события и персонажи, упоминаемые в книге, являются вымышленными. Книга предназначена исключительно для лиц старше 18 лет. В произведении присутствуют сцены, описания и мотивы, включающие в себя нецензурную лексику, а также эпизоды, связанные с насилием, суицидом и истязаниями.
С любовью, Валентина.
Глава 1
Мой путь
Меня зовут Сафина Боцарис.
Я родилась в семье, которая состояла из четырех человек:
моя мама – Силена, а отец – Арчили, наши родители родом из Грузии. Там они поженились и решили перебраться в Россию до рождения детей, и их выбор пал на город Екатеринбург.
Ну и, конечно, мой брат, мой старший брат, его зовут Давид, после окончания школы его отправили учиться в другой регион, на тот момент мне было десять лет, когда наш наследник отправился учиться в Московский государственный медицинский университет имени И. М. Сеченова.
Мы жили хорошо, в достатке, наша семья владела большой частной клиникой, и вот, спустя десять лет обучения, мой брат прилетел домой, чтобы встать во главе нашей клиники.
В жизни всё было хорошо, но когда однажды наш отец не вернулся домой, всё резко изменилось в нашей жизни.
Его тело нашли в лесу в подвешенном состоянии. Мне никогда не верилось, что наш отец мог так поступить, я до последнего не верила, что он сам наложил на себя руки.
Наша мама полгода пролежала в психиатрической больнице, ей тяжело далась потеря отца.
Я поступила на два факультета сразу по ускоренной программе «Журналистика» и «Юриспруденция», учеба давалась мне поначалу тяжело, и через год у меня началась практика, вот тогда все началось.
Расследования, посещение архивов, новые знакомства, и я вышла на общение с теми самыми, кто был на том самом месте преступления и успел запечатлеть настоящие снимки. Как оказалось, на том самом месте было совершено их ровно шесть.
Как все было на самом деле, я узнала, но не стала говорить ни брату, ни маме, у некоторых журналистов были фотографии тел из морга. У всех, в том числе и моего отца, были гематомы в районе живота и грудной клетки. Единственное, чем отличались тела, это оставленными ножевыми ранениями.
У одного была глубокая рана на пятке от ножа, у другого – глубокие раны на кистях рук, а у моего отца была глубокая рана в районе грудной клетки.
И всё это они не написали в заключении, ни у одного из них!
Вот тогда я узнала всё сама о настоящей смерти моего отца и его настоящую причину смерти.
И с того дня я решила, что отомщу за отца и посажу всех, кто был причастен к этому.
Я рассказала обо всем Александру Акулову, моему другу по соседству, он был старше меня на семь лет и уже занимал должность прокурора. Выйдя к нему на практику, в ходе нашего разговора оказалось, он тоже был заинтересован этим делом, только вот в помощники для этого расследования взять никого подходящего не мог.
Акулову нужен был профессионал в этом деле, которому было не все равно на происходящее, который смело разберется, найдет несправедливость и беззаконие, найдет также нужную ему информацию, тот, кто сможет решить его проблемы и не отпустить ситуацию.
Он взял меня в помощники только из-за того, что знал, как я хорошо нахожу нужную нам обоим информацию. Я была у него в помощниках, выезжала с ним на выезды различных преступлений, после которых я долго отходила. И каждый раз не было ни одной зацепки, каждое преступление, на которое мы выезжали, было подстроено как самоубийство. Преступники перестали оставлять ножевые ранения на телах.
Все думали так и об отце, думали, что мужчина совершил суицид, но никто и думать не смел, что это все дело криминальной банды.
Другой прокурор, который вел эти дела, закрыл глаза на это. Шесть, шесть семей, возможно, и больше пострадали от этой преступной банды, но помочь им так никто и не смог.
Мы делали свою тайную работу, скрывая её ото всех. Помимо практики у Саши, я собирала материал, который спустя три месяца всех наших мучений и трудов, скажем так, я наконец-то собрала. Фотографии, записи адресов всех тайных складов, прослушка разговоров, в общем, вся нужная информация, которая была у меня на руках, была передана Саше. Мы с Акуловым были друг другу выгодны, так скажем. Я нужна была в качестве хорошего добытчика информации. А он мне. Мне нужны были его полномочия, которыми он владел, чтобы посадить их всех, я знала, что Сашу никто не сможет подкупить, поэтому и доверилась ему. Мы узнали, что это за банда. – Белуджи.
Белуджи убивал тех, кто становился нечаянным свидетелем его тайных грязных дел, таких как: убийство, продажа наркотиков, похищение человека с дальнейшей продажей в рабство и вымогательство.
У меня был свой офис в центре, который мне подарил отец на восемнадцатилетие. Он знал мою мечту, он знал, чего я хочу в этой жизни добиться.
И вот сегодня я решила, что открою свое издательство! Я стану писателем историй, которые будут основаны на реальных событиях, опубликую все свои работы, которые скрывала ото всех! Но еще я стану тайным журналистом, только вот об этом будет знать Саша и я, пока что…
Сафина Боцарис, не прошло и года, как мои работы заняли высокий рейтинг в интернете, и тогда я уже приступила к печати тиража к каждой из моих работ. Я выпустила их в продажу на первом этаже своего же офиса.
Дела шли в гору, я чувствовала запах успеха, но почувствовала настоящий успех и радость я тогда, когда опубликовала статью про банду «Белуджи». Пусть никто и не знал, что тем самым тайным журналистом была я.
Как только Александр Акулов схватил всю эту шайку, я опубликовала все данные и доказательства их зверских расправ над людьми. На моем тайном канале журналистики за сутки прибавилось около двух миллионов читателей. Выдать себя я не могла по приказу Саши, он предупреждал меня, что, занявшись такими проделками, мне может грозить опасность, если я расскажу своей аудитории, кто я на самом деле.
Это была разовая публикация, я посадила их за решетку, отомстила за отца! Теперь я могу и дальше продолжать со спокойной душой карьеру писателя.
Моя история начинается с того, как мы с моим другом Акуловым Александром Ик одержали победу в совместном деле по борьбе с одной из самых крупных группировок.
Глава 2
По следам
Свердловская область, город Арамиль, май.
Небольшой веселый городок.
По полученному приглашению я прибыла к дому, который располагался на берегу реки.
Я знала, кто этот человек, несмотря на то, кто он такой и сколько грехов на его плечах. Я осмелилась на эту встречу, потому что меня пригласили обсудить дела, которые связаны с моей карьерой и работой в целом. Этот человек захотел поговорить со мной о сотрудничестве.
Но о каком сотрудничестве писателя и авторитета криминала может быть речь? Подумала я.
Двое молодых парней открыли мне калитку ворот, я вошла и последовала за ними. Каменная дорожка, по которой мы шли, привела меня к нему, он ждал меня, сидя в беседке, которая располагалась на берегу реки.
Мужчина лет пятидесяти шести сидел в ожидании меня, седая щетина, шрам на левой стороне лица, который начинался с подбородка и заканчивался у уголка серых измученных глаз. Увидев меня и то, как я разглядываю его, он поспешно затушил сигарету и затем начал кашлять.
– Добрый вечер, – поприветствовала я его.
– Здравствуй, присаживайся, разговор у нас с тобой будет долгим.
Я послушно села напротив старика, положив сумку рядом с собой. Затем он жестом приказал обоим мужчинам, которые меня сопровождали, уйти.
– Как дела у тебя? – наливая мне чай, спросил он меня, будто я его давняя знакомая.
– Спасибо, всё нормально. Но мне интересно, вы действительно позвали меня для того, чтобы спросить, как мои дела, и чаевничать? Я не дура. Давайте перейдем ближе к делу, мне некогда распивать чаи, еще нужно будет возвращаться в город.
Мужчина хрипло засмеялся и покачал головой.
– Ты и вправду не глупая. Ты нужна мне, только ты сможешь написать об этом так, как нужно, без преувеличений. Ты же у нас известный автор по историям, которые происходили в реальной жизни. Так же ты прославилась?
– Вы меня с кем-то перепутали, я писатель! – Вставая с места, сказала я.
– Сядь! – Приказным тоном сказал мужчина, рявкнув. – Тайным журналистом тоже являешься ты!
– Не повышайте свой голос! По щелчку пальцев я посажу вас обратно туда, откуда вы недавно вышли! И причины у меня на это есть, вы уже в списках подозреваемых!
– Не меняй тему разговора. Теперь ты в отставке и больше не помощница Акулова. – Покашливая, сказал он. – Тайный журналист, который публикует статьи и пишет книги, – это ты, я знаю. – Говоря с улыбкой на лице, говорил старик. – Ты даже не испугалась людей Белуджи, когда смело выдвигала свои обвинения против него и тех, кто стоял рядом с ним. Всю информацию ты нарыла прокурору.
– Это было моим последним и единственным делом. Сжав стаканчик в руках, сдерживая гнев и одновременно сдерживая слезы, говорила я. Они убили моего отца, и причиной было то, что он стал свидетелем его грязных дел! Подкупили другого прокурора, и тот все замял!
– Да, сейчас они все в тюрьме, ты добилась своего. Помню, все новости гремели про то, как быстро нашли все доказательства, склады, места встреч, фотографии и даже записи разговоров. «Тайная личность, которая может навлечь беду на остальных», так про тебя все говорили. Боялись даже тебя. Хотя и в лицо тебя не знали. Тебе тогда был всего лишь двадцать один год. Почему ты не стала продолжать свою секретную работу? Ты очень тесно сотрудничала с прокурором Акуловым.
– Я целенаправленно закончила журналистику и юриспруденцию, я добилась того, чего хотела в то время, и отомстила. Я ему была нужна в качестве информатора, а он нужен был мне, чтобы посадить их за решетку, мы преследовали общую цель и добились её.
– Если честно, меня всегда поражали такие, как ты.
– Какие?
– Смелые.
– А вы не боитесь, что я вас сдам полиции, точно так же, как и их? – глядя в глаза старику с улыбкой, сказала я. – Я тоже знаю, чем занимаетесь вы.
– Ты не стала лезть ко мне только потому, что я не причинил тебе вреда и не задел никого из твоей семьи. – Тяжело вздохнул он. – Мне осталось жить недолго, кажется, что я прожил слишком долгую и мучительную жизнь.
– Почему мучительную?
– Криминал – это же грех и темнота. Я совершил в своей жизни много грехов. Убивал детей, беременных женщин и их мужей. А парней молодых сколько сгубил…
– Я рада слышать, что вы хотя бы сожалеете о содеянных делах. А вот когда главаря Белуджи допрашивали, знаете, что он сказал?
– Что сказал?
– Он сказал: «Я ни о чем не сожалею». На допросе, что еще больше разозлило меня.
Старик молча продолжил смотреть на меня, будто анализировал.
– Зачем вы позвали меня? Я не журналист, не помощник прокурора. Я писатель, у меня сейчас другая сфера работы. Я работаю для себя, строю карьеру и живу в спокойствии.
– Напишешь статью. Я дам тебе информацию про еще одного человека.
– Вы с ума сошли?! Меня убьют при первой же возможности, как только узнают, кто я на самом деле! Идите в участок и доложите на этого человека!
– Опубликуешь так же тайно. В чем проблема?
– Я не могу.
– Салем – это брат Белуджи. Скоро он должен приехать сюда из Ирана, если приедет, то он снова нарушит порядок в этом городе.
– Чем так опасен этот человек? – смотря на мужчину, не отводя взгляд, спросила я.
– Салем младший. У него много личностей, множество паспортов. Сбежал из «Черного дельфина». Власти думали, что поймали именно Салема, но нет. Они подстроили всё так, что якобы нашли его мертвое тело, искусанное собаками до неузнаваемости. Но это был совсем другой человек, не Салем.
Самый опасный наемник во всем мире, он будет продолжать зверские убийства, начнет снова путать следствие, выставлять убийства как самоубийства. Люди готовы заплатить ему любые деньги, чтобы тот выполнил их желания.
– И вы так запереживали, что позвали меня сюда… Какое вам дело до Салема? Им займется прокуратура. Давайте ближе к делу. Тут другая причина.
– Я не хочу, чтобы мой сын был в этой грязи… Я специально отправил сына обучаться в другой регион.
– Какая в этом моя выгода? Какое мне дело до вашего сына?! Причем он тут вообще?
– Мой сын, мой единственный ребенок в нашей семье, когда после учебы он вернется сюда. Он встанет во главе семейного дела и продолжит работу уже законным путем, а Салему это не понравится, и он будет ставить условия моему сыну. Деньги, которые Салем будет получать незаконным путем, заставит пропускать их через нашу фирму, и они будут приобретать законный характер. Я делал это уже с Белуджи – старшим, но не хочу, чтобы мой сын участвовал в этом. Там отмывание денег, наркоторговля и еще плюсом к этому незаконная торговля драгоценных металлов и камней.
Я знаю, что ты можешь это сделать, ты сама себе хозяйка в издательстве. И твою тайную личность никто не узнает. Твое прикрытие – это издательство, у тебя сайт зашифрован, Акулов тебе в этом хорошенько помог. Ты опубликуешь эту статью, тебе кто-нибудь из таких, как я, давал добровольное интервью?
– Нет, и вообще, вам какое дело до моего издательства?! – Я напряглась от услышанного, откуда этот человек узнал так много информации! Об этом только знали мы с Сашей.
– Я многое знаю, но не переживай, об этом знаю только я. – С победной улыбкой старик улыбнулся. – Тогда просто напиши, сделай то, что я у тебя прошу, выполни последнее желание грешника. Я заплачу тебе за это, обещаю, любая сумма. Говори, сколько?
– Вас же посадят сразу, так же, как и Салема. И какие гарантии, что Салем сядет? У него же множество личностей. Как его найдут? У вас есть какие-нибудь фотографии? Есть на руках какой-нибудь материал?
– Пусть и посадят, если они будут знать, что статья есть и я сам дал это интервью, тогда они не примут моего сына к себе в нелегальный бизнес, не будут доверять ему. У меня есть копии его нового паспорта, его новой личности, с которой он прибудет сюда. Ты всё прекрасно поняла? – Покашливая, проговорил старик. – Я не хочу, чтобы мой сын прожил ту же жизнь, которую прожил его отец. Я не хочу, чтобы он связывался с ними.
– А если эти люди узнают, что это я опубликовала эту статью? Так же узнают, как и вы! Что будет со мной, вы не подумали?
– Они не узнают об этом.
– Вы же узнали как-то!
– Это другое.
– Этот человек рассказал вам, значит, и расскажет другим! – С испугом и страхом внутри говорила я. – Но почему именно я?! Найдите кого-нибудь другого для ваших предсмертных желаний. В нашей стране много журналистов, которые в открытую работают! Идите к ним!
– Нет, к ним я обращаться не хочу. Салем их всех найдет и по будкам собачьим рассадит и натравит на них собак. А тебя никто не знает, ты человек – тайна-загадка для всех. Тебя не найдут.
– Нет, я не могу.
– Я еще раз спрашиваю, сколько? – Уже, смотря на меня, серьезно обратился он ко мне.
– Мне ничего от вас не нужно. Деньги у меня есть. – Сказала я.
– Хорошо, завтра, когда приедешь ко мне, я сам выдам тебе сумму. – Игнорируя мой ответ, продолжил он.
– Я же сказала, что мне ничего не надо, и завтра меня не ждите, я даю вам одну эту встречу.
– Спаси моего сына, я не хочу, чтобы он прожил такую жизнь, которую прожил я. – Умолял меня старик, подойдя ко мне ближе, почти встав на колени передо мной.
Немного подумав и поразмышляв, я решила согласиться, мне стало жалко этого мужчину. На его месте я представила своего отца, если бы мой отец так просил кого-нибудь о том, чтобы спасти своего сына.
Я не могу осуждать этого человека, он сожалеет о содеянных делах и грехах, которые совершил за всю жизнь.
Я его последний шанс, так что там говорить… Я единственный шанс на спасение его сына. И, набрав смелости, успокоившись, я согласилась.
– Встаньте, что вы делаете! Я сделаю это ради вашего сына, спасу еще одного человека от этого гнилого мира.
– Доставай диктофон из сумки, будешь записывать всё, что я говорю. – Сев на свое место, сказал с удовольствием старик.
– Я включила его, как только переступила порог вашего дома.
Улыбнувшись, я достала диктофон и поставила его на столик, а старик, глядя на меня в ответ, засмеялся.
– Я могу начинать рассказ? – спросил он.
– Начинайте, Аркадий Анисимович, рассказывайте всё, что знаете. То, что мне будет нужно, я возьму при редактировании.
Это так странно смотреть на человека, который сидит перед тобой и исповедуется, признается в своих грехах.
Я видела перед собой человека, у которого внутри горит душа.
А горела она очень давно…
Уставший, угасающий человек, а в глазах печаль и разочарование.
