Кодекс космобайкера. Война сфер.
Запах космической пыли
Звёздная песнь.
Когда космобайк мчится навстречу звёздам
я счастлив, а остальное – еще один уходящий день.
Туманность Ориона, пояс астероидов, сектор «Клык». Двигатель «Стального ворона» выл на сверхзвуке. Плазменные турбины в ступицах колёс гудели, разгоняя космобайк до безумной скорости. Макс вцепился в руль. Перегрузка медленно вдавливала в рифлёную спинку, на рукаве бронированного скафандра красовалась нашивка, две волнистые линии, а в центре астероид – шеврон синдиката «Тени пояса астероидов».
Перед ним плыл астероид С-4489, кусок мертвой породы, насквозь пропитанный редкоземельными металлами. Корпорация «Громовержец» уже выкупила на него права, но Максу было плевать.
—Держись, старик… – пробормотал, целясь магнитным гарпуном в поверхность.
Спутник – добытчик, переделанный в космобайк, вибрировал, будто скоро развалится. Но Макс знал – эта железяка не подведет. Гарпун вонзился в породу. Трос натянулся, и «Ворон» резко развернулся, закрутившись вокруг астероида.
—И он сказал – Поехали! – радостно крикнул Макс.
Взвыли плазменные турбины, встроенные в ступицы колес, создавая тягу. Макс чувствовал, как бортовой Искин лихорадочно перебирал частоты, глуша корпоративные датчики.
—«Макс, у нас гости», – прохрипел динамик.
На радаре вспыхнули три метки. Охотники за головами.
Наемники «Громовержца» летели на перехват – смертоносные корпоративные истребители «Скальпель».
—Чёрт!
Макс рванул рычаг, и «Стальной Ворон» резко нырнул в тень астероида.
—Искин, дай хоть что-то, кроме молитвы!
«—Есть вариант», – ответил ИИ. – «Но тебе не понравится». – Что угодно!
«—Тогда держись». Космобайк внезапно развернул плазменные турбины на сто восемьдесят градусов и дал форсаж. Макса вдавило в кресло так, что зрение потемнело.
Астероид С-4489 остался позади. Но охотники не отставали.
«—Макс…», – казалось голос ИСКИна дрогнул, но это несвойственно холодному синтезатору, хрипел давно неисправный динамик.
—У нас проблема.
—Вижу! Три «Скальпеля»! – отрезал Макс, уворачиваясь в тень очередного обломка.
—Не они. Сканирую новый объект. Выходит, из-за гравитационной тени десятого спутника.
—Массивная цель… Размеры… Крейсер? – Макс увеличил изображение.
—Материализуй чётче, что там?!—Нет. Больше. На экране радара пульсировала четвертая метка, в разы крупнее других и росла с пугающей скоростью.
По спине Макса побежали ледяные мурашки. Он слышал это название. В байкерских байках, старых присказках космобайкеров с проплешинами от шлемов. Его произносили шепотом, некоторые крестясь самодельными клепаными крестами. Корабль – призрак. Рука Архонтов.—Силуэт соответствует кораблю… «Тень Гекаты», завершил анализ ИСКИн.
«—Данные по станции «Зенит» засекречены уровнем «Омега». Но в уцелевших фрагментах логов… упоминается некая технология «Пробуждение». И твой генетический профиль, Макс. Он… является ключом».—Зачем им.… эта возня? Я же просто кусок породы украл… «—Анализирую тактику… Макс, они не стреляют на поражение. Они отсекают пути отхода. Загоняют». —Куда?! «—В сектор «Сигма». Там… заброшенная научная станция «Зенит». Они хотят, чтобы ты туда вошел». —Что? Почему?!
«—Технология, ключом чего»? И в этот момент экраны погасли.
Радар космобайка взвыл сиреной. Выстрел «Тени» пробил бак с топливом – жидкий кислород, горит ослепительно – белым пламенем. Космос вокруг «Стального Ворона» взорвался светом.
Два года спустя.
Тень «Стального Ворона» скользнула по ржавым панелям космической станции, словно нож по горлу. «Молчаливый титановый исполин застыл на орбите – бывший металлургический монопол. Теперь автоматика поддерживала аварийное освещение. Официальный статус инспекционного дрона: «Объект внесён в карантинный сектор, пометка «Красная зона»: восемьдесят пять процентов проб содержат не идентифицированные биологические формы». Среди байкеров место называлось – заправка «Пыльная звезда», законсервированные цистерны станции, хранили запасы азота – топлива для космобайков.
При виде сооружения у Макса крутилось на языке другое название, подходящее в рифму. Космобайк приземлился в ангаре третьего уровня. Где-то сопел умирающий генератор, в воздухе витал запах озона и ржавого металла.
«—Ну и дыра… Снова дома», – хрипло пробормотал Макс.
На этом уровне станция разваливалась на части, а оголённые кабели извивались в конвульсиях, выплёвывая снопы искр. Но мертвецы иногда встают.
Лифт со страшным скрипом доставил Макса из старых внешних ярусов в жилую зону. Центр астероида, покрыт пропускающим свет куполом. Он пробрался по узким коридорам и лестницам мимо труб, радиаторов, старых механизмов, и комнат управления бывшего завода. Под потолком в коробах неравномерно завывала вентиляция жизнеобеспечения.
Макс свернул в узкий служебный коридор, отмеченный замысловатой пиктограммой «Доступ воспрещен». Старый пропуск «Теней» когда-то открывал здесь все двери. Он сунул чип в считыватель. Индикатор мигнул желтым – «Идентификация» – и тут же залился багровой краской. «Доступ запрещён. Внесён в чёрный список».
– К дьяволу. Придется лезть через вентиляцию. Единственный уцелевший короб ведёт в жилую зону. Лишних встреч и лишних глаз Макс старательно избегал. Быстро влез через решётку вентиляции, которую не мешало очистить, и это, мягко говоря. Схему каналов Макс знал наизусть. Он успел проползти несколько метров, почти ощущающая перчатками холод заиндевевшего металла под пальцами. На предательски громкий скрежет ботинок среагировала другая турель. Сначала послышался далекий нарастающий гул, который не звук, а давление на барабанные перепонки. Макс рванулся вперёд изо всех сил возможных в узком пространстве. Пули дробью рикошетили рядом. Наконец выбрался в зияющий ангар. Стены весело встретили неоновыми вывесками, отражаясь в куполе. В нос ударил сернистый запах топлива. Выхлопные газы, смешались с приторной сладостью дешёвого алкоголя.Из ниши в стене с противным скрежетом выехал ствол турели. Сверкнул красный лазер наведения. Макс отпрыгнул за угол, и первая очередь прошила бетон там, где он только что стоял. Рикошеты завыли, как разъяренные шершни.
—Здесь даже чистый воздух контрабандный, – усмехнулся Макс под нос. Вдоль стены шли галереи лестниц. В нишах завывала музыка, смех, крики, ругань. Тут же чернели остовы ржавых торговых аппаратов. За искрящимся куполом дрейфовали астероиды, словно стадо ленивых китов в вакууме. Макс вспомнил, что когда-то добывал ресурсы на этих астероидах. Космобайкеры часто гибли. Байки, переоборудованные из старых спутников для добычи редких ископаемых, взрывались от скопившегося газа в шахте. Пилоты делали ставки и разбивались в гонках.
Он проверил зажим на кобуре и огляделся. Жилой район станции, палец здесь надо постоянно держать на курке импульсника. Макс оттолкнул пьянчугу, отставшего от компании и поправил керамическую пластину скафандра. В конце ангара проход преграждала дверь – шлюз с мигающей неоновой надписью метровыми буквами: Бар «Взрыв Черепа», одна давно сгорела.
Не оригинально, но соответствует месту. Макс нажал кнопку и дверь ушла в сторону. После освещенного неоном ангара в баре казалось темно как в склепе. Свет из единственного иллюминатора отражался в барном зеркале, которое переливаясь словно вход в рай. На железном полу мусор похож на наполнитель теплоизоляции. Химический запах искусственных жареных бифштексов и ещё чего-то жаренного донёсся из кухни. Существа разных рас и мастей оккупировали бар: одни давились дешёвым «Звёздным бензином», другие смаковали элитный квазиспирт, но одинаково забывались. Космобайкеры чокались с двуногими ящерами, урсубы глушили цистернами местный самогон, а пара земных киборгов в углу методично разбирала на запчасти третьего. Железная лестница справа от сцены охраняется сразу двумя турелями. Там нужный Максу проход на следующий уровень. Но ключ карта только у бармена – хозяина космической заправки. На сцене под музыку пластично изгибалась девушка с распущенными волосами, в обтягивающем скафандре, имитирующем полукиборгов ксинаксари.
Макс с силой потер переносицу. Определенно, этот день становился хуже и хуже. Бармен загнёт за проход такую сумму, что придётся продать космобайк. Станция «Пыльная звезда» – ржавая, облупленная махина, ещё работающая благодаря старым генераторам атлантов, которые никто не умел чинить. К счастью, саморегенерирующиеся магнитные ловушки и плазменные инжекторы продолжали работать спустя столетия и почти никогда не ломались. Макс провёл здесь три года, когда ещё летал с «Тенями Пояса астероидов». Тогда «Пыльная звезда» была крепостью. Её деятельность прикрывалась от вездесущих агентов «Лиги Звёздных странников», лемурийской корпорацией «Громовержец». Ради больших денег и ухода от налогов корпораты не гнушались использовать услуги космических байкеров для добычи редкоземельной руды. Теперь станция – груда металлолома, пропитанная памятью.
Макс сел, жуя дешёвую сигару, давно потерявшую вкус, источавшую запах горелого пластика. За стойкой бара автомат с выпивкой, похожий на старого ковбоя. Один глаз, подмигивал красным диодом, а голос воспроизводился с шипением, будто он курил больше, чем клиенты. Макс прошёл к ковбою, заказал стакан самого дешевого пойла, которое здесь называли «звездным виски», и прислонился спиной к барной стойке, продолжая наблюдать. Напиток на вкус смесь дешёвой кислоты и тёплого масла, но это единственный способ забыть, что нет денег, а байк разваливается. Макс глотнул горькую жидкость и окинул взглядом помещение, задерживаясь на группах посетителей. Никого знакомого. Взгляд скользнул по паре кибернетизированных головорезов в углу, по группе подвыпивших шахтеров… И зацепился за анимированный логотип на предплечье скафандра у здоровяка с киберрукой. Две волнистые линии и между ними астероид. «Тени». Их было двое. Они его уже заметили.
—Остроумно, – здоровяк встал, тень накрыла Макса. – Может, сам расскажешь, зачем приперся? Или надо помочь вспомнить?—Смотри-ка, Плут байкер пожаловал. Как тут оказался, не боишься скафандр запачкать? – усмехнулся мускулистый здоровяк. Макс медленно повернулся к ним. В глазах не было страха, только усталое раздражение. —А вы как кабак выбираете? Заходишь, смотришь – можно ли здесь плевать на пол? Вам, вижу, в 99% заведений нельзя.
Макс не стал тянуть. Он швырнул на стол плоский кристалл-кредит.—Да ладно, Плавник этот не из наших краёв. Не иначе как с Телоса прилетел. Сразу видно постоянный посетитель модного клуба «Голубая дыра» – космобайкеры заржали.
—Это не оплата риска, – холодно парировал Макс. – Это оплата информации. А риск… – его рука легла на рукоять импульсника у бедра, – …остается мне.«—Дик сказал, у тебя есть инфа. Я плачу. Ты говоришь. Все просто. Он отпил мутной жидкости из бокала». Плавник поднял кристалл, просканировал. Его нахальная ухмылка слегка сползла. —Смотри, Плут, у парня тут не только пыль на счету. Видать, не все просадил. – Он бросил кристалл обратно на стол. – Но мало. Рисковать шеей за такие гроши?
—Слушай, ковбой, расскажи лучше, как это летать на раздолбанном байке и не бояться, что он однажды рванёт? Или не слышал у нас на станции бывали такие происшествия?
—Байк ещё не подводил. А вот если кто-то попытается кинуть – тут уже вопрос: кто взорвётся.Макс отпил теплую жидкость отдающую синтетическим спиртом, и поморщился:
—Ладно, слушай. Кристалл, последний раз находился на станции в складе, над ним голограмма «Маяк-13». Но туда давно никто не суётся – говорят, там видели киборгов.
—Ну удачи, парень. Без неё тут быстро с астероидом сольёшься, – усмехнулся Плут.—Киборги тоже люди только целятся быстрее, и опасны тем, кто плохо стреляет. А я верю в свой байк и импульсник, – Макс отсалютовал стаканом и залпом выпил химическую дрянь.
В спину донеслось:Макс встал, не дожидаясь продолжения. —Ещё увидимся, – бросил он через плечо и пошёл к выходу.
—Слышь, если обратно не вернётся – его байк я первым беру! Плут отвлекся, шлепнув официантку, та ловко увернулась.Плавник шёпотом, с усмешкой:
Вдруг пискнул наушник.
– Макс? Ты куда пропал, наёмник? – Это Дик. Снова помехи, ты в какой дыре? – Голос звучал в динамике как скрежет старых шестерёнок. Даже квантовая связь не работала в этом краю галактики.
—Я устал убивать киборгов, за твоими заказчиками Дик. Ты не предупредил, что дело полное дерьмо.
—Макс послушай. Заказ стоит миллион кристалинов. Его разместила на сайте наёмников лично Архат «Лиги звёздных странников», я действительно не знал подробностей.
Он был чертовски зол. Дик выбрал его как самого рискового, но не предупредил, что придется встретиться не просто с отморозками, а с киборгами. Встреча с одним таким почти верная смерть.—И, что ради такой суммы тут соберутся все отморозки, тоже не знал? Я выхожу из «Теней пояса астероидов». Макс швырнул шлем на столик. Виртуальный ассистент пискнул: «Соединение с агентом «Дик» разорвано. Номер заблокирован».
—Горса. – Здоровяк двинулся ближе, и пол под ним прогнулся. – Стоит заправить свой байк, ковбой. Видел, как ты влетел на последних каплях.—Эй, ковбой. – Голос раздался сбоку, гортанный, низкий. Макс не обернулся. Знал – здесь никто не зовет просто так. Но тень, накрывшая его столик, была слишком большой, чтобы игнорировать. Пахло медвежьей шерстью, пылью и озоном. —Если хочешь поговорить, сначала представься, – буркнул Макс, уставившись в стакан.
Макс медленно поднял голову. Перед ним стоял урсуб. Три метра мускулов, покрытых бурой шерстью, янтарные глаза широкий оскал демонстрировал титановый клык. На керамической пластине скафандра – оскаленная пасть гризли. Символ «Гильдии железных пророков». Из-за спины гиганта торчала рукоять ритуального топора. Такое оружие вручалось только войнам высшей касты. Боги войны. Их появление в дыре «Пыльная звезда» никогда не сулило ничего хорошего.
—Пасс, – Макс отхлебнул из стакана. – Только что вышел на пенсию. Ищи другого дурака.—Валяй, заправь, раз такой щедрый, – Макс отстегнул клапан кобуры. Его пальцы легли на рукоять «Громовника». – А потом проваливай. Я сегодня не в настроении для новых знакомств. Урсуб усмехнулся, снова обнажив клыки. —Работа есть. Для того, кто не боится выйти за пределы карты.
Макс чертыхнулся про себя. Надо было действительно прикупить ствол попроще.—О, это не обычная работа, – Горса не уходил. Его взгляд скользнул по «Громовнику» в кобуре Макса. – И оружие у тебя… не для показухи. «Громовник» легко отстрелит даже киберголову. Но пули для него стоят дороже, чем станция. Я обеспечу боеприпасом.
Макс поднялся, щелкнув последней застёжкой на скафандре. Пластины брони со скрипом сошлись. Скафандровые фильтры хрипели от возмущения. Макс моргнул, встроенный в зрачок виртуальный экран выдал рой предупреждений об отравлении. Воздух бара пропитался гарью перегоревших конденсаторов, дешёвым синтиалкоголем, сладковатым паром электронной сигары Макса, который затягивал с видом философа, размышляющего о бренности бытия. Сигара гудела, как раздражённый шершень, выпуская клубы ванильного дыма с примесью чего-то, что пахло подгоревшей пластмассой.Он догадывался. Урсуб тоже охотился за тем самым кристаллом, но не хотел лезть в пекло один. Проблема была в том, что отказывать таким, как Горса, было себе дороже. В таких местах либо берешь предложение, либо тебя находят в шлюзе с дырой в голове. Макс тяжело вздохнул и допил свою отраву. Космобайк, покрытый пылью и копотью, давно требовал денег. А без денег и топлива не улететь с этой помойки.
—Но сначала скажи честно… сколько в этом деле трупов уже плавает в космосе?—Ладно, – процедил Макс. – Давай по делу. Какая работа? Он провёл пальцем по шраму на затылке – старому напоминанию о прошлом.
Смертельная опасность
Полумедведь состроил морду, которая могла продавать мёд в рекламе, но вместо этого торговал смертью, задумчиво хмыкнул. Его когти постукивали по пластику стола, словно отбивая морзянку: «Всё пропало».
–Ну, знаешь, Макс… – Горса глубокомысленно потягивал двойной «Звёздный виски», который, по слухам, мог растворить пластиковый стакан. – Для таких дел нужны или полные психопаты, или те, кто умеет их мочить. Ты как раз из синдиката «Теней» – банды известных на всю галактику отмороженных дегенератов на реактивных байках. Плюс твоя пушка с встроенным гранатомётом и нестабильная психика. Мы идеальная команда, да?
Макс выпустил струю пара в медвежью морду. – Ты врёшь, Горса.
–Урсубы вообще не умеют не врать, – философски заметил полумедведь, разводя лапами.
–Но обычно они искренне верят в тот бред, который несут, – парировал Макс. – И потому считают, что это уже не ложь.
Горса задумался, поправил крепление шлема, затем ткнул когтем в стакан, – ладно, допустим, трупов будет… мм… столько, сколько звёзд в галактике ИС-1101. Но! – он вдруг оживился. – Они все будут очень плохими парнями. А мы – почти святые. Ну, кроме тебя. Ты просто куришь эту дрянь.
–Чёрт… Может правда завязать…
–То-то же! – Горса ударил его по спине так, что электронная сигара вылетела изо рта. – Первый шаг к просветлению! Теперь второй – пойдем убивать мудаков. Макс вздохнул.
–Ладно, я в деле. Но беру шестьдесят процентов награды, потому что мощная пушка у меня. И Горса если меня поджарят, из последних сил лично задушу шлангом скафандра.
Горса одобрительно кивнул гривой и направился к выходу. Макс не собирался брать, заказ, но не подал вида. В коридоре напротив бара гудела герметичная аналитическая камера, собранная из полированного титанового сплава, с усиленными сварными швами и шлюзовыми клапанами. От неё расползался едкий шлейф – смесь паров азотной кислоты и нечистот из солевого процессора, системы, выпаривающей воду из переработанной мочи. Макс резко защёлкнул шлем, отсекая ядовитый воздух. Вода на орбите по цене золота, поэтому моча перерабатывается в питьевую жидкость.
Снаружи, под куполом, защищающим от разреженного вакуума, стояли корабли. Не стерильные крейсеры Лиги, а байки – грубые, обожжённые звёздным ветром, с корпусами, испещрёнными руническими граффити. Конструкции напоминали доисторических хищников, – массивные машины, смесь старинных мотоциклов и миниатюрных спутников для добычи ископаемых на астероидах. На корпусе одного космобайка изображены зубастые челюсти, на другом черепа и старые земные символы, давно забытые в центре галактики.
«Пыльная звезда» не просто заправка. Это место, где продавалось всё: от топлива для старых моделей двигателей до оружия, которое официально не существовало.
На платформе рядом с заправочными блоками, стояли другие пилоты. Курили ароматические травы, горевшие синими огоньками, и смеялись, обсуждая последние рейды. Воздух наполнен запахом «звёздного бензина» – смесью старых углеводородов и эфирных примесей азота, которые добывали из фосфора только в этом секторе. Заправочные кабели для перекачки азота, похожие на змей, переплетались вокруг байков, закачивая газ. Увидев гиганта урсуба и Макса, космобайкеры замолчали, и стали разбредаться по делам.
Макс знал, на заправку космобайка придётся отдать последние кристаллиты. Без топлива приключения быстро закончатся.
–Чёрт возьми, – пробормотал он, глядя на звёзды за куполом. – Это точно не то, о чём я мечтал, когда покидал Марс. Горса уверенно вёл по пыльным коридорам станции. Через пол часа остановился на платформе, сверху открывался вид на станцию. Урсуб бросил Максу ключ – карту.
–Там, за углом, старый склад деталей для космобайков, над ним голограмма «Маяк 13». Чтобы пройти, понадобится это. А внутри… – он улыбнулся. – Внутри найдёшь нечто, что изменит жизнь.
Макс хмыкнул. Слышал это уже тысячу раз. Но что-то в медведеподобном урсубе, в его голосе, в его странном оскале, заставило задуматься.
Макс окинул взглядом разношёрстные байки внизу, космическую заправку, побитый временем бар и пилотов, которые жили только одним днём. Всё это казалось таким знакомым, таким… рутинным.
Может, пора было рискнуть по-крупному? Макс сунул ключ – карту в карман и направился к складу.
А в воздухе ещё витал запах «звёздного бензина» и чего-то большого, что вот-вот должно было произойти.
–Останусь здесь, прикрою, – урсуб вытащил импульсник.
–Уверен, что стреляет, поменяй на нормальное оружие, – Макс указал на лазерный пистолет медведя.
–Это подарок отца, оберег от злых людей, никогда не подводил, – рыкнул Горса.
–Надеюсь топор оберег от киборгов, потому что он понадобиться, – Макс покачал головой и выдвинулся к «Маяку 13».
–Надейся, что не расплавят как остальных, – равнодушно пробормотал урсуб, когда Макс отошёл подальше.
Мастерская склад, оказалась такой же пыльной и облезлой, как всё вокруг. Люк заскрежетал, выпуская облако металлической ржавчины, смешанной с запахом старого машинного масла. Макс нахмурился, не любил сюрпризы, особенно те, которые прятались в таких местах. Но что-то в этом месте заставляло сердце биться чуть быстрее. Может быть, это интуиция – старая подруга, не раз спасала жизнь. Вставил ключ – карту в панель. Экран замигал, и вторая шлюзовая дверь открылась с шипением, выпустив облако пыли.
Внутри просторного помещения полумрак, единственный источник света – слабое мерцание старого голографического проектора. Он транслировал беспорядочные голографические образы: карту звёздного сектора, непонятные символы, и странную фигуру, похожую на человека, но с четырьмя руками.
Внимание привлёк объект в центре комнаты, окружённый обломками старой техники. Кристалл – гладкий, сияющий изнутри белым светом, выглядел, будто его вытащили из недр какой-то далёкой планеты.
–Вот это да, – пробормотал Макс, подходя ближе. Он видел много странных вещей за жизнь – от древних артефактов до оружия, способного разорвать корабль пополам. Но свет кристалла другой словно… живой. Макс коснулся поверхности, и в этот миг всё изменилось. В голове вспыхнул слепящий свет, а в глазах замелькали виртуальные символы, будто кто-то наложил на зрение прозрачный голографический слой.
СКАНИРОВАНИЕ ПСИ – ИНТЕРФЕЙСА.
–Сигнал принят.—Идентификация: субъект «Макс», вид: человек, возраст: 34. —Психо – ментальный порог: 97,9% (критерий соответствия – положительно). —Иммунная реакция на контакт: минимальная. —Совместимость с ядром кристалла: уникальная (1 из 12 млрд). —Активировать протокол передачи? —[ДА/НЕТ] – … —Ожидание подтверждения нейросигнала… В этот момент Макс почувствовал, как что-то холодное и одновременно горячее пробежало по позвоночнику. Мелькнули образами чужие воспоминания, схемы звёздных маршрутов, вспышки боли и страха, короткие фрагменты чьих-то голосов.
Склад словно вздрогнул вместе с ним. За стеной что-то тяжёлое рухнуло на пол, и в ответ зазвенели пустые канистры. Робот уборщик, до этого безвольно стоявший в углу, вдруг дёрнулся, будто уловил неведомый сигнал, и застыл, поворачивая фотоглаз в сторону Макса. Через вентиляцию потянуло электрическим разрядом.
Кристалл засиял сильнее, отбрасывая на стены бело – голубоватые тени. В мозгу раздался второй голос, женский чётко различимый, с оттенком иронии:
Интерфейс пропал, а звук шёл из драгоценного камня.—Подтверждаю: совместимость полная. Протокол инициализирован. Доступ разрешён.
–Ты тот, кто искал работу? Или ещё один дурак, который хочет использовать силу кристалла? – осведомился женский сопрано.
Макс отпрыгнул назад и выхватил импульсник.
–Кто здесь?! – он огляделся вокруг, но в помещении никого.
Голос снова заговорил, теперь мягче, спокойнее. – Расслабься, ковбой. Никто не собирается тебя убивать. Пока.
Макс нахмурился и посмотрел на кристалл.
–Это ты? – спросил, чувствуя себя идиотом, что разговаривает с камнем.
–Да, я, – ответил голос, – если хочешь выбраться из этой дыры живым, лучше взять меня с собой.
В этот миг за дверью раздался резкий металлический удар – кто-то с силой ударил по гермолюку, и старый склад наполнился тревожным гулом. С потолка посыпалась пыль, воздух стал плотнее, а свет кристалла заиграл в отражениях старого металла.
Макс задумался. Он не из тех, кто легко верит голосам в голове, но кристалл притягивал с невидимой силой.
–Почему я должен верить? – спросил он.
Кристалл вспыхнул ярче, и голос ответил:
–Потому что, иначе, тебя убьют через пять минут.
Макс собирался рассмеяться, но снова услышал шум. Громкие шаги, лязг металла, искажённые голоса.
–Чёрт, – выдохнул Макс. Волна адреналина прошла по телу. Неужели отследили. Дик, глава синдиката «Тени пояса астероидов» не удосужился зашифровать канал связи.
Почему не слышно выстрелов урсуба? – мысли понеслись в скач. «—Знаешь, что самое мерзкое в бегстве», – спросил он у тишины. То, что рано или поздно тебя всё равно находят».
Макс схватил кристалл, спрятал в карман плаща, поднял «Громовник» и прицелился в шлюз.
Входной люк склада накалился до красна и взорвался. Из-за угла выдвинулась фигура. Высокая, с неестественно плавными движениями. Ксинаксари. Полукиборги, полумертвецы. Глаза – холодные линзы, кожа – бледная, с синими прожилками имплантов. Тела наполовину металлические, наполовину биологические. Первый остановился по средине ангара, спиной к стальной опоре, будто вырос отсюда. Ноги словно колонны, отполированные до зеркального блеска. Внешняя броня покрыта микросеткой тончайших трещин – следы старых боёв, застывшие как шрамы. Где-то в глубине корпуса, под слоями композитов, тускло мерцает голубоватое ядро – его «сердце», плазменный реактор. Каждые несколько секунд внутри слышится тихий, уверенный гул – отголосок работы внутренних механизмов.
Макс наблюдал из-за колонны, как он медленно поворачивает голову. Шея – не просто стальной цилиндр, а сложная система сочленений: коротко вздрагивают приводные кабели, вспыхивает световой индикатор на затылке. Глаза линзы, два крошечных прожектора, холодных и немигающих, словно в них встроен целый спектр сенсоров. В этих глазах нет ни ненависти, ни интереса – только постоянная работа, анализ, контроль. Они смотрят прямо сквозь тебя, и от этого по спине пробегает холодок.
Полукиборг не дышит. Вместо этого внутри корпуса шуршит циркуляция охлаждающего геля, как щёлкают микрореле, едва заметно вибрирует встроенное оружие, готовое к активации за долю секунды. В этот момент вдруг осознаёшь: это не человек и не машина, а нечто новое, рождённое из плоти технологий и воли создателей. Ксинаксари вытянул вперёд массивную руку, способную за мгновение трансформироваться в резак или плазменный автомат. На плечах крепления для брони, которые могут развернуться, превратившись в щит, если понадобится. Полукиборг сделал шаг – пол едва заметно прогнулся, а в воздухе, кажется, запахло озоном.
В этот момент Макс понял: здесь, на станции в этом складе, он – гость, а это – хозяин. И его взгляд, холодный, механический, оценивает тебя – как оценивают систему на перегрев, как измеряют напряжение перед запуском сложнейшего устройства. Свет панели отразился в стекле его визора где-то в глубине человеческое лицо – изуродованное, с имплантами вместо глаз. Второй остался с внешней стороны склада. Он иной – наполовину человек, наполовину система управления тяжёлым зондом. Его торс уходил вглубь платформы, шагающий танк, где внутри корпуса прятались силовые кабели, а вместо ног – крепёжные опоры с магнитными захватами. В левой руке плазменный резак увеличенной мощности, ещё дымиться после плавки люка. Панель управления встроена прямо в грудь; при необходимости он мог отсоединиться и действовать автономно, а мог – полностью сливаться с оборудованием, становясь частью разведывательного комплекса.
Полукиборги двигались с пугающей точностью, как машины, а в движениях звериная жестокость. Вдруг в одну секунду кибернетическая, бронированная конечность первого ксинаксари переконфигурировалась. Плазменный резак с характерным шипением втянулся в предплечье, и выдвинулась импульсная пушка. Бронепластина со щелчком разошлась, обнажая встроенный микро-композитный ракетомет. Гидравлические сервоприводы выдвинули ствол, датчики целеуказания в глазных имплантах ксинаксари завершили прицеливание. На корпусе оружия замигали синие индикаторы. – Ультракомпактные ракеты с топливом на основе металлизированных гелей готовы к запуску. Отдай кристалл, или умрёшь – прошипел киборг, металлическим голосом.
Макс нажал на курок. Выстрел «Громовика» разорвал тишину. Ксинаксари дёрнулся, но не упал. Пуля оставила вмятину в бронегруди.
«—Устаревшее оружие», – усмехнулся полу-киборг. Макс понимал, второй выстрел не поможет. Выстрел пулей с антиматерией на таком расстоянии, может аннигилировать и Макса.
В этот момент кристалл снова заговорил:
–Можешь сражаться, но это бесполезно. Или… доверься мне.
–Доверься? – пробормотал Макс, и прыгнул за стальной верстак, спрятался от лазера. – Можешь назвать хоть одну причину?
–Я могу подарить тебе свободу.
Макс не знал, что это значит, но выбора не было. Он прополз мимо ржавых агрегатов за следующую колонну. Вовремя, микро-ракета разнесла верстак. Макс выглянул на секунду и лазерный луч противника расплавил край шлема. «—Сбился прицел», – хмыкнул он удовлетворённо. Одна дробь удачно попала в полу-киборга. Теперь под пластинами скафандра скапливается тепло, и иногда из вентиляционных щелей вырывается пар, словно киборг готов вот-вот закипеть.
–Ладно делай что хочешь, только быстрее! – выкрикнул Макс кристаллу.
Кристалл вспыхнул так ярко, что ксинаксари издали электронный визг, заслонив глаза импланты.
В этот момент Макс почувствовал, как плащ нагрелся. Внезапно из кармана вырвался поток света, и ударил в стену. Энергетический луч активировал какое-то устройство в стене, а голос кристалла приказал:
–Жми рычаг вниз!
Макс не стал ждать, прыгнул в сторону, к щиту аварийного управления. Рука нащупала рычаг – и в следующую секунду коридор заполнил рев аварийных турбин вентиляции.
Ксинаксари на миг потерял равновесие. Этого хватило.
Макс рванул в сторону технического тоннеля, туда, где знал каждый поворот. За спиной раздался рёв – полукиборг бросился в погоню. «—Чёрт»! Тоннель сужался, впереди шлюз. Макс ударил по панели кулаком, люк захлопнулся, но, это ненадолго.
Он бежал дальше, к ангару. Вокруг царила зловещая тишина, нарушаемая редкими звуками капающей воды. «Нужно уходить. Сейчас», – билась единственная мысль.
Но когда ворвался в ангар, его уже ждали. Трое. В чёрных доспехах с голубыми швами имплантов.
«—Максим Арконов», – произнёс первый. – «Ты нам нужен». Макс стиснул зубы.
«—Очередные, желающие побеседовать», – проворчал он – пальцы крепче сжали рукоять «Громовника». В этот момент с потолка рухнула тень. Огромная, мохнатая, с титановым топором в лапищах. Первого ксинаксари он разрубил пополам, даже не дав шанса ответить. Лезвие вошло в броню, как в масло, а затем – пиропатрон с антиматерией в топорище сработал. Микроскопический заряд, аннигилировал с парой атомов обшивки, превратил разрез в клоаку. Киборг разорвался изнутри, словно перегретый паровой котёл.
«—Опоздал, медведь мне испортили шлем», – хрипло крикнул Макс, откатываясь в укрытие. «—Зато неожиданно», – обнажив клыки прорычал Горса. В этот миг остальные ксинаксари обрушили лавину огня. Лазерные импульсы шипели в воздухе, прожигая дыры в металле. Макс укрылся за контейнеры, переключил «Громовник» на антиматериальные патроны – один выстрел, второй, третий. Каждый раз – крошечная вспышка аннигиляции, и ещё один враг превращался в облако плазмы. Горса же не утруждал себя баллистикой. Он просто рубал. Топор, созданный из сплава по технологиям урсубов страшнее любого оружия. Лезвие пробивало броню, а встроенные в лезвие нано – каналы впрыскивали дозу антиматерии прямо в цель. Киборги взрывались, не успев понять, что их убило. Но их было слишком много.
Космобайк Призрак
Макс резко пригнулся – импульсный заряд с противным шипением рассек воздух в сантиметре от забрала. «Громовник» пылал в сжатых ладонях, раскаленная рамка вибрировала, передавая тревожную дрожь через перчатки. В наушниках захлебывался электронный голос:
«Критическое повреждение грудной панели скафандра. Керамический композит разрушен на 60%. Угроза разгерметизации». Взгляд упал вниз – вместо ровной белизны брони чернела рваная дыра с оплавленными, растрёпанными краями. В пробоине искрились углеродные волокна, будто гирлянда в кромешной тьме.
Тем временем Горс принял на себя новый удар. Традиционный меховой капюшон с броневой подкладкой, который урсуб упорно называл данью предкам, был прожжен в трех местах. Из-под густого меха сочилась кровь, смешиваясь с техническими жидкостями скафандра. «—Повреждение союзника: левое плечо. Гидравлическая линия разорвана. Давление падает», – вывел сканер диагностики, на внутренний дисплей Макса.
Он видел, как Горса перехватил топор обеими руками – левая механизированная перчатка скафандра дымилась, из поврежденного «сустава» вырывались клубы белого газа. Но урсуб только оскалился, демонстрируя клыки с титановыми имплантами, и снова бросился в бой.
Топор с антиматерийным зарядом вспорол воздух с характерным шипением. Макс заметил, как над лезвием загорелся индикатор – «Заряд: 17%». Еще пара ударов, и это грозное оружие превратится в кусок металла.
Когда очередной ксинаксари рухнул, разорванный изнутри миниатюрным взрывом аннигиляции, Макс почувствовал, как что-то теплое течет по спине. Виртуальный визор снова выдал предупреждение:
«Повреждение: спинной модуль. Разгерметизация четвёртого сегмента. Рекомендация: немедленный ремонт».
Но времени не было. Последний ксиноксари не жалел энергии, лучи импульсника противника не давали высунуться обоим. Горса рванулся вперёд, воздух снова зашипел от импульсных разрядов. Короткие ультрафиолетовые вспышки, впивались в броню. Первый выстрел ударил в наплечник. Керамическая плитка вскипела, испуская облако расплавленного металла и пластика – броня держала, но тепловой удар прожёг подкладку. Второй импульс прошёл по шлему. Углепластиковый визор не выдержал – трещина поползла вниз, а ионизированный воздух от выстрела ослепил датчики. Горса сократил расстояние до десяти метров, но вынужден укрыться за ржавым катером. Бронекорпус космического катера вспыхивал от выстрелов, превращаясь в месте попадание в цветное облако перегретого алюминиевого пара.
Макс открыл огонь по противнику из импульсника. «Громовник» перегрелся, и следующая пуля с антиматерией могла аннигилировать оружие в чёрную дыру.
Киборг использовал мини-ракету с инфракрасным наведением. Одна взорвалась в метре от Горсы:
Ударная волна оглушила полумедведя, от плазменного шлейфа вспыхнул меховой капюшон с армидной подкладкой. Вторая ракета попала в ногу бронированного скафандра – гидравлика накрылась, и искусственная мышца порвалась с хлопком разрываемого полимера.
Горса не сдался – упал на одно колено, чтобы снизить профиль, и швырнул топор.
Лезвие с антиматерийным зарядом вонзилось в шлем киборга, но до детонации не дошло – запас антиматерии в пиропатроне иссяк. Горса бросился в атаку и рвал ксинаксари даже без оружия, урсуб бился как зверь, ломая сервоприводы противника. Когда киборг рухнул, Горса прислонился к стене катера. Его скафандр местами вспучился от импульсных выстрелов, меховой капюшон пропитался кровью. Когда дым вокруг рассеялся, Макс увидел, что Горса еле стоит, опираясь на топор.
«Думал, справимся», – хрипло сказал медведь.
«—Спасибо, конечно за помощь», – Макс перезарядил импульсник. «—Но что тебе нужно»?
Горса тяжело дышал, меховой капюшон дымился от попаданий. «—Кристалл», – просто сказал он. Макс замер. «—Какой ещё кристалл»?
Горса усмехнулся. «—Не прикидывайся идиотом. Ты же знаешь, о чём я».
Макс молчал. «—Архат, Лиги звёздных странников – Лиара ищет тебя», – продолжил урсуб.
«—Она говорит, у тебя ещё есть выбор».
«—Нет никакого выбора», – резко оборвал Макс.
Горса фыркнул. «—Есть. Умереть здесь. Или пойти со мной».
Макс хотел ответить, но в этот момент в глубине ангара раздался грохот – ксиноксари взломали шлюз. Послышался скрежет – что-то большое двигалось в темноте.
Макс посмотрел на приближающихся полукиборгов потом на Горсу.
«Чёрт с тобой!» – сквозь зубы процедил Макс. Бросившись к посадочной площадке, они нырнули в лабиринт коридоров. Горс, не сбавляя шага, тянул его за собой – и вот, в конце тоннеля ангар, где блестел корпус космобайка. – Сюда крикнул Горса, открыл контейнер, стоящий посреди ангара, с пола поднялось облако пыли. Пятиметрового, железного ящика не было пару часов назад, когда Макс приземлил здесь «Стального Ворона».
—Это подарок Архата Лиары, тому кто вернёт кристалл. – ухмыльнулся Горса. Решил, что толку заправлять твою развалюху. Бойцы доставили посылочку как раз вовремя. На краю посадочной площадки Горсу ждали десяток урсубов с импульсными винтовками и частный корабль – прямоугольная как кирпич, баржа «Скиф». Макс заглянул в контейнер. Космический байк. Эта машина, отличалась габаритами от тех которые Макс видел раньше. Длина рамы превышала четыре с половиной метра, а ширина два с половиной. Корпус, выполнен из металлического сплава переливающийся в тусклом свете. Матовая черная краска, придавала зловещий, но привлекательный вид. На борту виднелась потёртая серебристая надпись: «Свобода».
Макс подошёл ближе и почувствовал, как сердце забилось быстрее. Это не мотоцикл, а космический зверь. Спаренные передние и задние колеса, массивные и мощные, могли разделяться на две части, превращаясь в горизонтальные. В ступицах колёс встроены реактивные двигатели. Он представил, как байк взмывает в воздух, оставляя за собой облако космической пыли.
Глаза Макса засияли, когда заметил детали: слева от переднего колеса установлена трёхствольная лазерная пушка, готовая к действию, а справа – захват-бур, способный пробиться сквозь любые преграды. Сзади, словно хвост у скорпиона, над мотоциклом нависал сегментальный захват, который мог захватить и удержать всё, что попадалось на пути.
Макс свистом оценил апгрейды: на переднем крыле слева, торчала трёхствольная лазерная пушка, справа бур-монстр с алмазными зубьями – таким и астероида раскроить недолго. А сзади – хищный захват: шесть сегментов с сервоприводами, как хвост у механического скорпиона. Стальные «пальцы» с гидравлическим шипением сжимались в кулак, готовые вцепиться в добычу и запихнуть в грузовой отсек.
Макс обошёл байк вокруг, пальцы скользили по холодному металлу. Сквозь тонированный фонарь кабины видно сиденье, обтянутое мягкой кожей. Оно идеально подходило по форме, словно приглашая сесть и рвануть в бескрайние просторы.
—Чёрт, ты просто шикарен! – прошептал Макс, словно разговаривает с живым существом. В этот момент взгляд упал на заднюю часть байка, и Макс заметил шарообразный измельчитель космического мусора. Агрегат позволял собирать «вышедшие из строя» малые космические аппараты. Макс понимал, несмотря на мощь, у байка есть недостатки. Он древний, а значит, нуждался в модернизации.
«– Надо будет прокачать», – Макс обдумывал, как улучшить солнечные батареи, питающие бортовой компьютер и роботизированные системы. В голове рождались разные планы по усовершенствованию космического чудовища. «– Посмотрим, что ты можешь», – сказал Макс и дернул за ручку шлюзовой камеры фонаря кабины.
—Добро пожаловать, пилот, – раздался мягкий и даже дружелюбный голос искина.
Макс устроился в седле байка, прислушался к тихому шипению, байк выравнивал давление.
—Ты тоже разговариваешь? – спросил он.
—Разумеется. Меня зовут «Призрак», и я твой билет к выживанию.
Макс усмехнулся.
—Отлично. Похоже, я набрал себе команду говорящих ботов.
«Призрак» засветился мягким светом, а затем продолжил:
—Полукиборги – расы ксинаксари уже на пути сюда. Если хочешь жить, вставь кристалл в панель управления.
Макс вздохнул.
—Почему бы и нет? Всё равно хуже уже не будет.
Руки сами легли на руль, и внезапно он почувствовал, как машина вибрирует под ним. «Призрак» издал звук, напоминающий рёв старого двигателя. Мир вокруг взорвался светом и движением.
Байк рванул вперёд. Вслед за кораблём Горсы, байк миновал главный шлюз станции и вылетел в космос.
В эфире уже слышались звуки погони, но Макс только усмехнулся:
—Ну что ж, «Призрак», покажи, на что способен.
Космобайк разогнался так, что звёзды превратились в размытые полосы света.
Началась гонка за выживание.
Макс вцепился в руль, чувствуя, как вдавило в спинку кресла, будто стал его продолжением. «Свобода» – или «Призрак», как байк сам себя называл, – неслась по пустоте космоса с такой скоростью, что звёзды вокруг сливались в тонкие линии света. Макс понятия не имел, куда они летят, но было не до вопросов: на радаре появлялись точки трёх кораблей.
««—Они нас догоняют, «Призрак»», – сказал Макс.
—Нет, просто думают, что догоняют, – спокойно ответил байк. – Ты ещё не видел, на что я способен.
Словно подтверждая слова, «Призрак» резко увеличил тягу. Внизу, на панели, начали мигать странные символы, которые Макс не понимал. Кристалл, вставленный в приборную панель, пульсировал белым светом, а двигатель байка издал низкий, вибрирующий рык, словно зверь, готовящийся к прыжку.
—Что ты делаешь? – спросил Макс, чувствуя, как тяжесть ускорения вдавливает в сиденье.
—Активирую гиперпротокол. Советую держаться покрепче.
—Гипер-что?! Это не космический корабль, откуда столько энергии?
Макс не успел закончить вопрос. Внезапно пространство вокруг исказилось, как будто кто-то взял реальность и завернул в узел. Звёзды исчезли, и всё вокруг стало чёрным, как бездонная пропасть. Только белый свет кристалла и мягкое свечение приборной панели освещали Макса.
—Что это было? Где мы? – уточнил Макс, пытаясь отдышаться, от перегрузки трещали рёбра.
—В «Теневом измерении», – ответил «Призрак», голос звучал бесстрастно. – Это место, куда не могут попасть обычные двигатели. Полукиборги потеряли нас.
Макс огляделся. В Теневой зоне было что-то зловещее: пространство казалось пустым. Словно, даже свет здесь умирал, теряясь в густой тьме.
—Надеюсь, ты знаешь, куда летим, – пробормотал он.
—Нет, – ответил «Призрак». – Но чувствую сигнал. Кристалл ведёт нас.
Макс посмотрел на кристалл, который пульсировал белым светом.
«– Ладно, кристалл», – сказал он, обращаясь к камню. – Может, объяснишь, что за чёрт тут происходит?
Голос кристалла разлился в его голове, как эхо.
—Ты выбрал путь, ковбой. Теперь должен идти до конца.
—Путь? Я ничего не выбирал! Меня втянули в чёртову авантюру!
—Это не так, – ответил кристалл женским сопрано. – Ты искал свободу, теперь нашёл.
Макс хотел возразить, но приборная панель мигнула. Впереди, в мраке Теневого измерения, появилось что-то. Сначала слабый свет, но по мере того, как они приближались, он становился ярче.
—Что это? – спросил Макс.
—Станция, – ответил «Призрак». Голос звучал торжественно. – Старая, забытая, называют «Ковчег».
Макс прищурился, пытаясь разглядеть очертания. Когда вышли в обычное пространство, Макс понял, станция внушительная, десять километров диаметром. Похожа на гигантский металлический купол, окружённый многокилометровыми кольцами, которые медленно вращались вокруг него. Между диском купола и кольцом станции, на оси крепилось странное сооружения, в форме гантели. Одна сторона шарообразная, другая смутно напоминала плазменный двигатель невероятного размера. От голографических панелей исходил свет, и мерцали символы, которые Макс не мог прочитать.
—Уверен, что это хорошая идея? – спросил Макс.
—Нет, – ответил «Призрак. – Но выбора нет.
Байк активировал тормозные дюзы, плавно вошёл в один из доков станции и приземлился. Внутри было странно тихо. Пространство слабо освещалось мягким голубоватым светом, который исходил из стен. Казалось, станция жива, но в то же время мертва. Макс выбрался через шлюз из космобайка.
—Добро пожаловать, пилот, – раздался голос. Он не принадлежал «Призраку», это женский сопрано, которым говорил кристалл.
Макс спрыгнул с фюзеляжа космобайка, держа руку на кобуре импульсника.
—Кто здесь? Покажись!
Из тени вышла девушка с белоснежной косой. Высокая и стройная, серебристый скафандр облегал фигуру, отражал свет, создавал иллюзию прозрачности. На плечах накинут белый балахон, с изображением алого кристалла на груди. Глаза светились синими пятнами на бледном лице, пухлые, ярко-красные строго сомкнутые губы. Она опиралась на что-то похожее на древний посох. Макс смотрел «Виртновости», таким посохом владели только достигшие звания Архат, на планете Новая Ангарида. Её народ потомки гиперборейцев, спасшийся тысячи лет назад от потопа на земле. Они смогли улететь на кораблях в созвездие Большого Пса где создали новые колонии.
—Ты не тот, с кем заключили контракт. Где урсуб Горса?
—В последний момент на станцию заявились мои стары «друзья» – полукиборги. И видимо ваш наёмник пересмотрел условия контракта и решил не рисковать шкурой один и нанял меня.
«– Я, Хранитель Ковчега, Лиара», – сказала незнакомка. – Принёс то, что мы ждали.
Макс нахмурился.
—Ты о кристалле?
Лиара кивнула. «Кристалл вселенной» – один из семи неиссякаемых источников энергии. Искра вселенского разума, создавшего вселенную. Этот кристалл – ключ. Содержит силу, способную пробудить эту станцию – «Ковчег» и его секреты.
Макс посмотрел на кристалл, всё ещё пульсирующий в панели управления «Призрака».
—Слушай, не знаю, что это за «Ковчег» и почему здесь очутился. Я всего лишь попытался спасти шкуру. Макс порывисто коснулся пальцем по шраму на затылке – там когда-то был чип. Теперь лишь обожженная плоть. «—Полукиборги всерьёз взялись за меня на Телосе. Поэтому я завязал с прошлым. Вышел из синдиката космобайкеров – «Теней пояса астероидов». Решил отсидеться на окраине, выполнять рутинные заказы. Работа наёмника меня больше не интересует».
—И всё же ты здесь, – ответила Лиара, – это не случайность.
Макс вздохнул.
—Допустим, я помогу вам. Что вы хотите сделать?
Лиара поднял свой посох, и вокруг них начали загораться голографические экраны. Появились изображения галактики, но она выглядела… иначе. Звёзды были тусклыми, а планеты – разрушенными.
«– Галактика может погибнуть, наёмник», – сказала девушка. – Активизировались полукиборги, корпорации ведут свою политику, возможно скоро начнётся новая война с астраис. Это череда событий управляется неизвестным кукловодом. Из вещества погибших звёзд формируется портал для входа «Братьев Пламени» в нашу вселенную. Это древняя раса, раньше гиперборейцев покинувшая Землю. Люди звали «Братьев Пламени» – демоны. Созданная демонами раса Астрарис и слуги полукиборги – ксинаксари строят врата для своего истинного владыки, князя – Ашмы и его легионов. Ковчег единственный шанс, оружие и щит способный спасти наши цивилизации.
Макс хмыкнул.
—Кристалл каким-то образом спасёт галактику?
—Нет, – ответила Лиара. – Кристалл откроет путь. Что будет дальше, зависит от тебя.
Макс посмотрел на кристалл, потом на мага. Он не герой, просто наёмник, который хочет заработать на заправку и не быть убитым в ближайшем рейде на киборгов.
Но теперь стоял перед выбором.
—Ладно, – сказал Макс, – что делать?
Глаза Лиары вспыхнули синим светом.
—Следуй за мной. Готовься, что назад пути не будет.
Макс усмехнулся.
– Назад? – У меня никогда и не было. Почему думаешь, что соглашусь.
—С моей помощью избавишься от преследователей ксинаксари быстрей и эффективней, – ответила Лиара.
—Получишь награду, миллион кристалитов за каждый из семи «Кристаллов Вселенной» которые найдёшь, сделают жизнь безбедной.
—Это уже весомый аргумент. Макс давно мечтал заработать на приличный пентхаус в защищённом мире лемурийцев на планете Телос, или в столице Атлантов, а может даже Гипербореи.
—Если выполнишь тестовое задание, и выживешь может тебе это удастся, – словно прочитав мысли сказала Лиара.
Станция ковчег
Макс шагал за Лиарой по бесконечному коридору, стены излучали призрачное голубое сияние. Бесшовные поверхности напоминали застывшую жидкость, изредка прерываемую древними символами, пульсирующими как угли в камине. Металлический пол под ногами глухо, отражал шаги. Искусственная гравитация работала исправно, прижимая подошвы с привычным усилием. Архатка Лиара шла уверенно, шагая ровно будто механически. «Призрак» остался в доке, но последний вопрос ещё звенел в голове Макса, будто застрявший осколок:
««– Последний шанс передумать», – сказал «Призрак», и в механическом голосе вдруг проскользнуло что-то почти человеческое. Не предупреждение. Не угроза. Просто… вопрос.
Макс стиснул зубы. Он не был уверен. Но поэтому и должен сделать это».
Лиара провела ладонью по спиральной гравировке, словно считывая узор, тяжёлый люк в конце коридора медленно отворился, холодный воздух ангара обжог щёки. Пространство шириной с три грузовых шаттла уходило вверх на пять этажей. Гул шагов по металлическому полу напоминал стук каблуков по пустому реакторному отсеку.
–Вернёшься, когда байк будет готов, техник Асмедея поможет. Прежде чем Макс ответил Лиара исчезла в световом портале. Только запах озона, металла и масла щекотал нос.
Мастерская походила на храм. Но не богам, а старым космобайкам со странными двигателями и сломанным гипердрайвами. Воздух здесь пах иначе, не только пылью и холодным озоном, а чем-то сладким, чуть терпким, как запах разогретой меди. Внутри много света, стальные верстаки освещали гирлянды неоновых ламп, а стены мерцали голографическими схемами с разноцветными огнями. В дальнем углу гора ржавых турбин, вокруг пылятся детали, напоминающие обломки галактических кораблей, что бороздили космос ещё до появления древней расы астрарис.
В центре мастерской работала девушка, по пояс скрытая в двигательном отсеке древнего байка.
Макс замер, глазной имплант выдал виртуальное предупреждение: «Обнаружен представитель враждебной цивилизации. Раса: астрарис; пол: женский; тело содержит экзотическую материю с отрицательной энергией, локально искривляющую пространство-время. Это побочный эффект эволюции на планете с переменной гравитацией. Мышечные волокна состоят из сверхпроводящих нанотрубок, атмасфера мира астрарис с высоким содержанием железа. Кровь из нано частиц, мгновенно затягивает раны. Может перемещаться со скоростью 0,9 метров в секунду, 90% скорости света на короткие дистанции. Ограничение: После 3-х рывков кожа трескается, на секунду возникает эффект. чёрной пустоты вместо мышц, сингуляроность «дышит».
Способ убийства: критическое повреждение ядерным боеприпасом. Способность восстановления снижется и тело может начать гореть изнутри; твой шанс выжить в бою: 12%. Рекомендация: напиши завещание. Или хотя бы записку: «В смерти винить архата Лиару»».
«Дочь огня» заметила гостя, ловко выпрыгнула, стряхнула с рук искры от сварочного аппарата и длинными пальцами заправила серебристую прядь за острое ухо. Её рыжие волосы, будто языки пламени, стянуты в небрежный хвост, открывали небольшие рожки – чёрные, отполированные до зеркального блеска. Лёгкий наклон головы и они вспыхнули неоновыми бликами, будто впитали искусственный свет мастерской. Серебристый блеск на полных губах, золото веснушек на загорелой коже, два метра рост и вызывающая походка. Спортивный, женственный силуэт подчёркивал красный комбинезон с молниями для инструмента, чуть спущенный на плечах. Белый топ в пятнах машинного масла обтягивал упругую грудь. А взгляд… Пронизывает, как лазерный луч. Макс не встречал девушек астрарис и впервые видел такие глаза, два разных ада – один алый, а другой бордовый. Ремонтница, упёрла локоть на массивный гаечный ключ, напичканный электроникой, и смотрела с лёгкой усмешкой. Под верхней губой сверкнули белизной острые клыки.
Макс выхватил импульсник. Нажал на спуск. Услышал выстрел. Девушка-астрарис замерла на мгновение – рыжие волосы колыхнулись, будто в замедленной съемке. Потом воздух перед ней заколебался, словно над раскалённым асфальтом. Максу послышался, тонкий, вибрирующий леденящий душу звук, будто кто-то провёл влажным пальцем по краю хрустального бокала, и она просто… исчезла, оставив позади кровавый туман.
Макс успел моргнуть, а сердце стукнуло раз, другой… и замерло на долю секунды. Она уже стояла в метре, протягивая руку, а с его губ вырывалось облако пара – будто тепло тела вытянули наружу. Рожки вспыхнули голубым – и в тот же миг ноги Макса онемели. Воздух ещё пел, она преодолела двадцать метров за 0.07 секунды.
–Физика беспощадная штука, – её пальцы коснулись его груди. – Ты всего лишь батарейка.
Макс почувствовал удар раньше, чем услышал хруст рёбер. Он летел назад, а она уже стояла на его месте, будто и не двигалась, только на скулах проступили алые капли – её кожа трескалась от перегрузок, затягиваясь прямо на глазах.
«Ты даже не понимаешь», голос пришёл со всех сторон сразу, «как это – чувствовать время иначе». Она провела языком по губам, оставив кровавый след. «Для меня ты – статуя. Медленный, неповоротливый, предсказуемый».
Когда она сделала шаг вперёд, её тень задержалась на месте, отставая на целую секунду. Макс увидел, как её зрачки сузились в тонкие чёрные щели, а между ресниц блеснуло что-то металлическое – словно слёзы были не водой, а ртутью.
Макс успел навести «Громовник», а потом понял, что она уже держит его запястье, а ствол смотрит в потолок.
–Если нажму на курок, анигилируем оба, не помогут даже демонические способности. – Макс вцепился в рукоятку пистолета.
«– Ты называешь это дьявольской силой? – Астрарис рассмеялась, и Макс инстинктивно захотел прикрыть уши – смех резал слух, будто гвоздь по стеклу. – На моей планете даже дети бегают быстрее звука. Если, конечно, хотят есть».
Она провела пальцем по цевью «Громовника», оставляя на металле тёмный след. Кровь? Нет – что-то гуще, пахнущее расплавленной рудой.
«—Мы не демоны. Мы – следующая ступень. И тебе, ковбой, повезло, что я ещё развлекаюсь с тобой в этой игре» – голос был хрипловатым, будто она выкурила больше сигарет, чем солнц взошло над этой станцией.
«—Решил превратить свой кусок металлолома в что-то, летающее»? – астрарис подала руку, Макс встал с пола, стараясь не крикнуть от боли в груди и восстановить дыхание.
–«Призрак» летает. Просто не так быстро, как хотелось.
Асмедея бросила на Макса короткий взгляд – в глазах сверкнул холодный, оценивающий огонёк. Макс почувствовал, как пробирает странный озноб, будто тебя сканируют, не спрашивая разрешения.
–«Призрак», ха? – Ловко же Лиара тебя убедила. Ладно посмотрим, – Асмедея нажала сенсор на панели одного из столов, который начал выдвигаться из пола. В отсеках появились детали: новые двигатели, усиленные щиты, оружие, которое выглядело так, словно создано для разрушения флотов. Макс быстро оглядел космические корабли и несколько древних байков пылящиеся в темноте ангара. Некоторые напоминали древние реликвии, другие настолько продвинутые, что невозможно понять, как они работали.
–Что это за место? – спросил он.
–Это мастерская Ковчега, – ответила Асмедея. – Здесь мы можем усовершенствовать твой космобайк. Если собираешься использовать кристалл, понадобится нечто большее, чем просто байк мусоросборщик.
Макс поднял бровь.
–Усовершенствовать? Хочешь сказать, что байк недостаточно хорош?
–Он хорош, – ответила Асмедея, не обращая внимания на сарказм. – Но этого недостаточно. Полукиборги вернутся. И в следующий раз их будет в разы больше. Уж я-то знаю. Мой народ астрарис когда-то создал ксинаксари. Пленных солдат с земли, усилили боевыми скафандрами, перепрошили сознание, получились опасные войны.
Макс прикурил сигару, наблюдая, как Асмедея разбирает космобайк с хирургической точностью.
«—Ты астрарис.