Вечный лес
© Михаил Миншутин, 2025
ISBN 978-5-0067-0866-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1. Предприимчивый мэр
Много лет назад на краю страны стоял обыкновенный маленьких городок с характерным для своего места и времени названием – «Ткацкий». Это был ничем не примечательный населённой пункт в дали от столицы. Он совсем не отличался от сотен других, подобных ему городков. Единственное, чем мог похвастаться Ткацкий, это наличием всё ещё работающей ткацкой фабрики, основанной в начале прошлого века. В честь неё он, собственно, и получил своё имя. В те далёкие времена, когда предприятие было только построено, оно являлось градообразующим. Что значит, на нём трудилась значительная часть жителей города. Так как эта была первая подобная фабрика в стране, именитые мастера ткацкого ремесла ехали туда со всех концов государства, чтобы лично внести свой вклад в стоящее дело. А за тканями с удивительными узорами и цветами, выходившими с завода, ехали даже соседи из-за границы. Но со временем такие же фабрики начали появляться и в других местах. Город потерял свою уникальность, мастера разъехались и это место, увы, постепенно утратило свою былую славу. Со временем в Ткацком открыли ещё один завод. На этот раз по производству деревянной мебели. Но это не помогло вернуть городу популярность. Так он и остался с тех пор самым обычным заурядным городком на периферии жизни страны.
Нет, вы не подумайте. В этом месте всё ещё можно было не плохо жить и даже работать на ткацкой фабрике или в сфере обслуживания. Да даже в муниципальной сфере работы хватало. Но молодёжи всегда хочется красивой жизни с размахом. Поэтому молодые люди после окончания школы предпочитали уезжать из Ткацкого на учёбу в большие города с целью остаться там жить. Никого это уже не удивляло. Да и что мог предложить им Ткацкий на самом деле? В наше время в поселении есть школа; библиотека; два завода: один в рабочем состоянии, другой заброшенный; маленькая поликлиника; пожарное депо; почта; да кучка мелких магазинов. И конечно же в центре Ткацкого находилась большая мэрия. Куда же городу без толкового руководства? Кстати, о нём, время познакомиться с мэром.
Виктор Петрович Жаднов – статный мужчина лет сорока на вид, с небольшой лысиной и вечно уставшим взглядом. Он сидел в своём кабинете и размышлял о проблемах вверенного ему города. А конкретно, как распределить бюджет на следующий год. Он корпел над этой проблемой уже целую неделю, а цифры в смете и его мечтах всё никак не сходились. «На чём же сэкономить, чтобы всё было правильно?», – думал градоначальник. «На здравоохранении нельзя. Каждый год поликлиника обязана закупать новые лекарства. Не уж-то у нас так много больных людей?», – возмутился Виктор Петрович. «Не порядок. Нужно провести среди людей разъяснительную беседу о вредных привычках и здоровом образе жизни. Глядишь, начнут меньше есть дорогостоящих лекарств. Ладно, что там ещё? О! Образование. Если заставить учителей чаще говорить детям о том, что нужно бережно относиться к учебникам, то не понадобится их так часто обновлять. Но мы и так уже лет пять не закупали для школы ничего нового, так что в этом году придётся…», – вздохнул мужчина. «Так, а это у нас что? Сколько, сколько денег уходит на пожарное депо? Да я у нас в городе отродясь пожаров не видел. Куда им такие суммы на расходы? Нет, я точно проведу беседу с начальником станции». Подумав об этом, мэр раздражённо застучал пальцами по новенькому дубовому столу. «А здесь у нас расходы на библиотеку. Это тоже никуда не годится. Может вообще упразднить её? В наше время всё равно никто не читает», – с этими мыслями Виктор Петрович взглянул на книжные полки в своём кабинете, успевшие покрыться толстым слоем пыли. «Эх, так тоже не пойдёт. А как дорого стоит нынче полив газонов. Может взять и отменить его? Скоро осень. Дождик сделает работу за коммунальщиков бесплатно. Ух, как же я устал…». Мэр оторвался от бумаг и откинулся на спинку дорогого кожаного кресла. «Ну не на дне города же в самом деле экономить. Это важнейший праздник для горожан в году. Лучше, чем новый год. Да и потом, если на него приедет кто-нибудь из администрации области и увидит всю нашу красоту. Да они же непременно захотят забрать меня с собой, чтобы я благоустроил там и у них всё. Так что решено! День города пройдёт, как всегда с большим размахом, достойным славного прошлого Ткацкого!». Виктор Петрович встал с кресла и подошёл к окну своего кабинета. Выглянув из него, он тяжело вздохнул: «Но если ни на чём не сэкономить, то не останется денег на починку дорог. Мои дорогие горожане уже много лет пилят меня из-за этого злосчастного асфальта. В древнем мире вот дороги по тысяче лет не ремонтировали и ничего, никто не жаловался. Подумаешь, пара дыр, да колдобин. Может быть отремонтировать дорогу только от моего дома до мэрии? Это достаточно большой участок. Да ещё и главную улицу затрагивает. Думаю, тогда все получат, что хотят». Довольный своими решениями, Жаднов вернулся в своё кресло и громко объявил: «Виктория, зайдите ко мне в кабинет!». Дверь приоткрылась и в комнату вошла молоденькая девушка. На вид ей было не больше двадцати лет. Она остановилась, возле двери и осторожно спросила: «Да, Виктор Петрович. Что вам угодно?».
«Виктория, дорогуша», – начал мэр. «А позовите-ка мне начальника пожарного депо. У нас с ним назрел серьёзный разговор».
«Извините Виктор Петрович, но он сейчас в отпуске. Вы же сами подписали этот приказ на прошлой неделе», – спокойно ответила секретарша.
«Да? Тогда вызовите сюда директора школы».
«Простите, но её тоже сейчас нет в городе. Она на съезде директоров области», – также непринуждённо сказала Виктория.
«Да что же это такое!», – возмутился Жаднов. «Тогда вызовите сюда немедленно библиотекаря».
«П-прошу прощения…», – начала девушка, явно начиная нервничать от реакции начальника. «Но она заболела».
«Да они что, сговорились что ли?», – завопил возмущённый мэр, и со злости ударил кулаком по столу. «Ишь развелось в городе дармоедов. Ну ничего, сейчас я сам пойду и со всеми разберусь». С этими словами Виктор Петрович схватил пиджак, висевший на кресле, и быстрым шагом направился прочь из кабинета, оставив испуганную секретаршу одну.
На улице стояло тёплое утро середины лета. Солнце уже успело взойти и теперь освещало аккуратные крыши домов на главной улице Ткацкого. По этой самой улице спешили по своим делам взрослые жители города. Кто-то шёл на работу, кто-то в магазин, а кто-то просто наслаждался утренней прохладой вне стен дома. У детей сейчас каникулы в школе. Куча свободного времени, которое можно потратить на весёлые игры с друзьями или на купание в реке «Ткачке». Хотя, одно другому не мешает. И потому, по этой же главной улице помимо взрослых, сновали туда-сюда стайки детей, игравших в свои, известные только им, игры. Вдоль чистой дороги стоят аккуратные клумбы с приятными глазу декоративными цветами. А между клумбами, растут аккуратно подстриженные тополя. Всё это – работа коммунальщиков, что неустанно трудятся над внешним видом города. В воздухе царили мир и лёгкое предвкушение спокойного, приятного дня. Такого же, как и все предыдущие в этом месте. Единственный человек, который выбивался из этой умиротворённой картины, был суровый мужчина в пиджаке. Он быстрым шагом двигался по улице, спрятав руки в карманы и всем своим видом показывая, что сейчас к нему лучше не лезть. Как вы уже догадались, это был Виктор Петрович Жаднов. Разозлённый мэр направлялся в городскую поликлинику, чтобы лично убедиться, что денежные средства, выделяемые им из бюджета, используются по назначению.
Дойдя до конца улицы, Виктор Петрович оказался напротив невысокой каменной ограды, за которой располагалась поликлиника. Сама ограда была старой и местами обвалившейся, но это не натолкнуло мэра ни на какие мысли. Обойдя её, он вошёл через калитку и быстрым шагом направился в такое же старое и потрёпанное здание. Зайдя внутрь, мужчина почувствовал типичный резкий запах спирта и лекарств, который обычно стоит в медицинских учреждениях. От этого запаха мэр поморщил нос. Внутри поликлиники было просторно и светло. И оттого хорошо видно потрескавшиеся стены, на которых местами слезала штукатурка. Возле этих стен на покосившихся лавочках сидели старики, ожидавшие приёма. Посреди регистратуры стояла деревянная стойка, за которой сидела старушка в толстых роговых очках. Жаднов подошёл к ней и сдержанно произнёс: «Я здесь по важному делу. Где находится главный врач?».
Старушка выглянула из-за стойки и, бросив взгляд на мужчину в пиджаке, ответила: «А вы по записи? Если нет, то нельзя. Главный врач никого без записи не принимает».
От её холодного старческого голоса Виктор Петрович поёжился. Но сразу собрался и произнёс, явно теряя терпение: «Вы не знаете кто я? Я, между прочим, мэр этого города. Мне срочно нужно увидеть главного врача».
Работница регистратуры вздохнула: «Я же человеческим языком сказала, что он никого просто так не принимает. Будь вы хоть король, нужно сначала записаться…»
«Да нет у меня времени на записи!», – Возмущённо воскликнул мужчина в пиджаке. «Где его кабинет? Я сейчас же с ним разберусь!».
«На втором этаже первая дверь слева», – Ответила старушка, садясь обратно за стойку.
Виктор Петрович пулей взлетел по лестнице и оказался напротив кабинета. На двери висела табличка: «Иван Иванович Коновалов. Главный врач городской поликлиники №1». Недолго думая, раздражённый мэр без стука ворвался в кабинет. Посреди комнаты стоял старый письменный стол, за которым сидел седой мужчина с длинной белой бородой. Он, сгорбившись, писал что-то. Врач был так сосредоточен на своём деле, что даже не обратил внимания на то, что кто-то к нему вошёл. Жаднов покашлял, чтобы привлечь внимание хозяина кабинета: «Кхе-кхе. Я вообще-то тут».
Иван Иванович резко прекратил писать и поднял на мэра глаза. После чего его борода приподнялись из-за улыбки: «А-а-а, Виктор Петрович, это вы. Проходите, присаживайтесь. Может чаю?».
Жаднов сел в кресло, напротив врача и сурово ответил: «Нет. Некогда мне чаи гонять. Я здесь по важному вопросу».
«И по какому же?», – спросил главный врач, внимательно глядя в глаза посетителю.
«Хочу знать, на что уходят казённые деньги и нет ли здесь пустой растраты бюджета», – холодно ответил мэр.
Улыбка быстро сползла с лица Коновалова. Он нахмурился и отложил то, что писал в сторону. После чего залез в ящик стола и достал оттуда целую кипу бумаг.
«Вот, здесь копии всей отчётности за последний год работы нашей поликлиники. Оригиналы мы, как обычно отправляем к вам в мэрию. Я думал вы их видели», – сухо произнёс бородатый доктор, протягивая увесистую стопку бумаг Жаднову.
Мэр слегка занервничал и поправил воротник: «Хм. Не успел ознакомиться. А почему здесь так много страниц? На что можно тратить столько денег?».
Главный врач посмотрел на Виктора Петровича, как на дитя малое, и ответил: «На все необходимые лекарства. На ремонт устаревшего оборудования. На зарплату сотрудникам. На медицинские расходники, которые разлетаются с большой скоростью. Например, йод и бинты. Всё это требует не малых затрат. Не говоря уже о том, что нам необходимы деньги на ремонт здания, который мы не можем позволить себе уже целых десять лет. Я как раз писал прошение на ваше имя, чтобы мэрия выделила нам деньги на капитальный ремонт. В таких условиях, поликлиника существовать не может. Это попросту становится опасно для пациентов и работников», – с этими словами Иван Иванович протянул отложенный в сторону лист, Виктору Петровичу.
Сам мэр в этот момент начал краснеть от стыда, но постарался, как ни в чём не бывало продолжить разговор: «Кстати о лекарствах. Они невероятно дорогие в последнее время. Как на счёт провести с пациентами беседу о здоровом образе жизни? Если они перестанут пить и курить, то и денег… Ой, то есть лекарств для их спасения будет уходить не так много. Тогда и на ремонт сможете отложить».
Коновалов округлил глаза от слышанного: «Просите за прямоту, но вы вообще ничего не смыслите в медицине. Когда начнётся сезон гриппа, нашим больным смогут помочь только лекарства. И если вы не хотите допустить в городе эпидемию с далеко идущими последствиями, то я рекомендую вам забыть то, что вы сейчас сказали. А теперь попрошу покинуть мой кабинет. У меня очень много работы».
Жаднов хотел было возразить, но не нашёл, что ответить. Он встал и молча вышел из кабинета. Спускаясь по лестнице, он подумал: «Да. Не зря я с утра решил, что нельзя экономить на здравоохранении». Выйдя из поликлиники, мэр на мгновение задумался о том, хорошо ли он вообще поступает, ища, где сэкономить. Быть может, стоит урезать зарплату самому себе, или хотя бы финансирование мэрии? Но потом он вспомнил о том, что причиной его утреннего возмущения были и другие бюджетные учреждения, которые необходимо немедленно проверить. И чем скорее, тем лучше.
Пожарная станция находилась на окраине города. Практически на опушке леса. Однако, с вершины её высокой башни хорошо просматривался весь Ткацкий, и пожарные всегда могли заметить возгорание, чтобы экстренно прийти на помощь. На территории депо всё было чисто и всегда лежало на своих местах. Особенно глаз радовали отполированные до блеска пожарные машины, которые красовались в гаражах. Их безупречная чистота могла сравниться лишь с чистотой солнечных лучей, которые весело играли на гладком металле только что вымытого транспорта. Тихую утреннюю идиллию на станции прервал громкий стук в ворота. Мэр города уже успел добраться сюда и во всю колотил кулаком в железные двери, ожидая, когда ему наконец откроют. Вскоре на стук вышел молодой парень в форменных штанах и красной футболке. В ответ на громкие удары он крикнул: «Эй! Прекрати барабанить, а то, как выйду и настучу хорошенько по башке, кто бы там ни был!». Сказав это, он открыл ворота и впустил разгневанного Виктора Петровича.
«Ну наконец-то. Сколько вас можно ждать?», – проворчал мэр. «И это вы называете реакцией? Как вообще такие неторопливые люди могут спасать чьи-то жизни от огня?».
Молодой человек сильно удивился, увидев перед собой злого мужчину в дорогом пиджаке. Но быстро собрался и грозно поинтересовался: «Ты кто? Чего стучишь, как баран в новые ворота? Здесь охраняемый государственный объект. Посторонним вход воспрещён».
«Я баран?», – возмущению Жаднова не было предела. «Да одно моё слово, и ты сегодня же будешь уволен! Перед тобой вообще-то мэр города стоит».
«А-ха-ха-ха-ха», – расхохотался пожарный. «Да ладно заливать-то. Мэр к нам никогда не ходит. Ему вообще нет дела до пожарных. Так что тебе не пройти сюда, выдавая себя за него».
«Ах так? А ну, позови сюда своего начальника. Сейчас мы быстро разберёмся».
«Начальник депо в отпуске. Заходи через неделю, тогда и поговорим». С этими словами парень начал выталкивать Виктора Петровича, чтобы закрыть ворота.
Но не успел он этого сделать, как мужчина завопил: «А я знал! Знал, что пожарные у нас бездельники. Годами ничего не делают, только бюджетные деньги проедают. Распущу вашу шайку-лейку и дело с концом!».
Услышав это, уже в свою очередь разозлился пожарный. Резким движением он распахнул ворота и двинулся на Виктора Петровича, сжав кулаки: «Это мы ничего не делаем? Да мы каждый день приходим сюда, чтобы рисковать жизнью ради простых людей, пока твой мэр сидит у себя в кабинете и только бумажки перекладывает! Верно, пожары в городе случаются не каждый день, так мы всё равно не сидим сложа руки. Всё свободное время мы тренируемся и поддерживаем свои инструменты в рабочем состоянии. А чуть что, летим всей командой на помощь людям. Никто из чиновников не знает о нашей работе только потому, что вы не интересуетесь ей! А если хотите убедиться в нашей пользе лично, то зовите весь ваш кабинет начальников. Пусть поездят с нами по вызовам и посмотрят, как мы „бездельничаем“. Если бы не мы, тут бы сгорело всё к чертям уже давно!». Парень погрозил кулаком мэру и, развернувшись, быстро пошёл назад на станцию, попутно захлопнув за собой ворота.
Испуганный молодым пожарным Жаднов, ещё минуту отходил от шока. Давненько ему никто не грозил кулаком. Мэру сразу вспомнилась первая предвыборная гонка. Сначала он хотел было вернуться в мэрию и подписать указ об увольнении этого заносчивого парня, но потом до градоначальника дошло, что он не знает ни его имени, ни должности. А увольнять всю команду, которая оказывается делает столько всего для спасения города это плохая идея.
«Ну ничего, вот вернусь в свой кабинет и посмотрю отчёты о потушенных пожарах. Тогда и пойму, говорил ли этот мальчишка правду», – подумал Виктор Петрович.
Утерев пот со лба, мэр решил продолжить свой праведный поход по бюджетным учреждениям Ткацкого.
Недалеко от пожарного депо находилась городская библиотека. Она представляла собой длинное бревенчатое здание, которое судя по виду облупившейся зелёной краски, последний раз красили в середине прошлого века. А может и ещё раньше. Над входом красовались выцветшие буквы, которые складывались в девиз: «Книга – всему голова». Под буквами располагалась приветливо распахнутая покосившаяся дверь красного цвета. Именно через эту дверь и вошёл так хорошо знакомый нам мужчина в пиджаке и с лысиной на макушке. Пройдя в библиотеку, Виктор Петрович огляделся. Его глазам предстала печальная картина пустующего деревянного домика, заполненного только шкафами с книгами. Ни единого человека среди которых не наблюдалось. Только в углу, в большом деревянном кресле, сидела одинокого вида женщина преклонного возраста, закутанная в серую шерстяную шаль. Она читала большую книгу в старом, потрёпанном переплёте. Мэр подошёл к ней и вежливо попросил: «Здравствуйте, мне бы библиотекаря».
Женщина оторвалась от чтения и медленно, растягивая каждое слово произнесла: «Она заболела. Сегодня я за неё. Что вам угодно в нашем храме знаний?».
«Да так. Я пришёл поинтересоваться, как много людей сюда ходит? Популярно ли ещё это место среди молодёжи? Может быть никому уже и не нужна библиотека?».
«Ах, вы правы. Современные дети не те, что раньше…», – всё так же растягивая слова, начала женщина. «Их сюда уже ничем не заманишь. Да и взрослые всё реже заходят. Похоже культура чтения в нашей стране медленно угасает. Словно пламя Прометея, которое ускользает из обители богов… Вот если бы был способ вернуть интерес людей. Как было бы прекрасно…».
Но мэр уже не слушал её. Он потирал руки, представляя, как сейчас вернётся на рабочее место и первым делом подпишет указ о закрытии библиотеки. В реальность его вернули слова дамы, сидящей в кресле: «Одна радость у нашего дома мудрости. Это пенсионеры. Они открыли здесь свой литературный кружок и собираются в этих стенах каждую неделю, чтобы обсудить то, что прочитали. Или просто поговорить за жизнь. Если этой библиотеки внезапно не станет… Ах, их сердца этого не переживут. Они разобьются на тысячи осколков, и старики медленно зачахнут от горя».
«Так, кучи мёртвых стариков нам не надо. Пенсионный фонд этого не поймёт», – почесал затылок Виктор Петрович. «Ладно, чёрт с вами. Читайте здесь дальше».
Мэр вышел на улицу и обескураженный побрёл дальше. Как бы странно не говорила эта женщина, её слова имели смысл. Нельзя было отбирать у пенсионеров их единственное место для встреч. Да и бюджетных средств на библиотеку выделяется не много. Нужно было искать дальше.
Была середина дня. Огорчённый своими сегодняшними неудачами, Виктор Петрович двигался по центру города. Вдруг его взгляд зацепился за почтовое отделение. «Точно. Можно проверить почту. Может я не найду на чём там сэкономить, но зато хоть посмотрю на их работу», – подумал мэр.
Войдя в здание почты, Жаднов изрядно удивился. Это было первое место из посещённых им сегодня, где кипела жизнь. Сотрудники почты суетились по всему отделению. Кто-то перекладывал письма из мешков в почтовые сумки, кто-то раскладывал посылки по полкам, кто-то обслуживал клиентов. Казалось, что это настоящий муравейник, где каждый при своём деле.
«Я знал, что это место меня не разочарует», – с облегчением улыбнулся мэр.
Как раз в этот момент одна из дверей рядом с ним открылась и из неё вышел низкий мужичок с длинными усами. Это был управляющий почтового отделения. При взгляде на градоначальника он пролепетал: «Виктор Петрович, вы решили почтить нас своим визитом? Какая приятная неожиданность. Вы пришли отправить письмо или оценить наш скромный вклад в жизнь города? В любом случае мы вас порадуем».
«Да я просто решил заглянуть и убедиться, что хоть одно бюджетное учреждение в городе работает, как надо. Похоже, что нужно было сразу идти к вам. Здесь, как я посмотрю всё работает, словно часы. Вот бы весь город был таким».
«Всё верно, господин мэр. Мы, словно, слаженный механизм. Трудимся ради всеобщего блага. Всё благодаря вашим заботам», – продолжал рассыпаться в любезностях начальник отделения. «Если хотите всё тут осмотреть, то я не возражаю. Нам от вас совершенно нечего скрывать».
«Да я всё уже вижу. А самое главное знаю, что государственные деньги идут куда надо. Хотя погодите. Что это у вас за вывеска на двери», – поинтересовался мэр, указывая на табличку с надписью: «Ткацкий вестник».
«Ах эта? Так это же наша новая газета. Совсем скоро она начнёт выходить и будет радовать горожан каждую неделю свежими новостями», – услужливо ответил начальник почты.
«Правда? Вот это приобретение. Надеюсь, вы и про мои скромные заслуги не забудете написать», – поинтересовался Жаднов.
«Ну конечно же», – заискивающие пролепетал управляющий. «Самый первый выпуск выйдет с вашей фотографией на первой полосе. Такие труженики, как вы, заслуживают общественного внимания».
«Ладно, я думаю мне пора. Приятно наконец пообщаться с компетентными людьми», – заулыбался умасленный подхалимством мэр.
«И вам всего хорошего, голубчик», – помахал на прощание усатый мужичок.
Как только градоначальник вышел за дверь почты, управляющий вздохнул и подумал про себя: «Господи, зачем этот дурак вообще припёрся? Да ещё и без предупреждения, как ревизор какой-то. Благо хоть ничего не осматривал. И почему этим чиновникам в кабинетах не сидится? Раз сам ни черта не делает, пусть хоть другим работать не мешает».
Довольный собой, Виктор Петрович весело шагал по улице. Наконец хоть где-то его заслуги в качестве главы города оценили. Ему оставалось посетить ещё одно, последнее место. И уж на счёт него мэр был уверен. Там он точно найдёт, где сократить финансирование.
Через несколько минут мужчина уже был на пороге единственной в городке школы. В приподнятом расположении духа Жаднов переступил разбитый порог и направился к столу охраны. На посту сидел строгого вида старичок, которому внешне было около шестидесяти лет. Он сидел за своей стойкой и мирно попивал чай. Сейчас была середина лета, и потому в школе уже давно не было слышно шумных детей, которые изрядно изводили старого охранника. Можно сказать, что сейчас он был по-настоящему счастлив.
«Приветствую доблестную охрану», – с улыбкой произнёс мэр. «А вы я посмотрю всё трудитесь не покладая рук. Защищаете наше главное достояние. Дети – наше будущее».
«Ага. Цветы жизни. Жаль газонокосилки нет», – не отрываясь от чая, ответил старик.
«Знаю, что ваша директриса в отъезде, но могу я поговорить с кем-нибудь, кто её заменяет?», – поинтересовался Виктор Петрович.
«Сейчас уже все разошлись по домам. Даже учителей нет», – равнодушно ответил страж порядка.
«Какая жалость. Ну ничего, я всё равно увидел, что хотел», – пожал плечами Жаднов.
Глава города уже развернулся и хотел было пойти прочь из здания, как вдруг из другого конца коридора раздался крик: «Виктор Петрович, подождите пожалуйста!».
Жаднов обернулся и увидел, как к нему со всех ног бежит упитанная дама с кудрявыми волосами. Она была невероятно быстрой для своего телосложения. Подбежав к нему, женщина чуть не заключила его в объятия, но вовремя сдержалась. Не скрывая своей радости, она затараторила: «Какое счастье, что вы наконец пришли. Я так долго вас ждала. Мне все говорили, чтобы я ни на что не надеялась, но теперь то я докажу всем, что была права».
«Успокойтесь, дамочка», – произнёс опешивший мэр. «Что это всё значит?».
«Пройдёмте в мой кабинет, и я всё вам расскажу». С этими словами пухлая дама взяла мужчину за руку и потащила через коридор к своему классу.
Коридор оказался длинным и тёмным. В нём не было ни единого лучика света и не единой горящей лампочки. На секунду Виктор Петрович даже занервничал. Но уже через мгновение они оказались возле старой облезлой двери с надписью: «Кабинет музыки». Женщина быстро достала связку ключей и засунула один из них в замочную скважину. Ещё несколько секунд и на весь этаж раздался ужасный металлический скрежет. Он был похож на лязг огромной железной пасти.
«Уф. Хорошо хоть сейчас не заклинило», – произнесла женщина, вытирая пот со лба. Было видно, что открыть этот замок ей было не легко. «Проходите в мой кабинет, не стесняйтесь». После этих слов она толкнула деревянную дверь, которая открылась с громким скрипом не смазанных петель.
Виктор Петрович зашёл внутрь. Вся комната была залита светом из больших окон. Это создавало контраст с беспросветной тьмой по ту сторону двери. В классе было два десятка парт со стульями, стол учителя и одно большое пианино. Судя по виду, оно пережило очень многое. Весь его чёрный корпус покрывали глубокие трещины, а на клавишах во многих местах облупилась краска. Вслед за мэром в помещение вошла и кудрявая дама. Её лицо всё ещё сияло от восторга.
«Садитесь, садитесь. В ногах правды нет», – с широкой улыбкой произнесла она.
«Куда?», – спросил всё ещё ничего не понимающий Жаднов.
«Ой, да хоть в моё кресло. Оно, конечно, старое, но это лучшее, что я могу вам предложить», – ответила женщина.
Виктор Петрович послушно сел в облезлое кресло и уставился на свою новую собеседницу.
«Ой, я же совсем забыла представиться», – смутилась пухлая дама. «Меня зовут Анна Александровна. Я учительница музыки в этой школе».
«Это конечно очень хорошо…», – начал мэр. «Но зачем вы меня сюда привели?».
«Как зачем? Вы наконец пришли на мой зов о помощи. Как я могла остаться безучастной после этого?», – произнесла Анна.
«Какой зов о помощи?», – продолжал недоумевать мужчина в пиджаке.
«Ну как же. Вы конечно не ответили ни на одно из моих писем, но всё-таки раз вы здесь, значит пришли лично убедиться в плачевном состоянии нашей школы», – с улыбкой ответила учительница.
«Я просто хотел убедиться, что здесь всё хорошо и вам не нужны деньги в этом году…», – начал было Виктор Петрович.
Не успел мэр закончить фразу, как Анна Александровна резко перебила: «Как это не нужны? Да у нас же всё рассыпается от старости буквально на глазах. Я думала вы пришли к нашей директрисе, чтобы поговорить о вложениях в капитальный ремонт здания или покупку новой мебели».
«Нет, нет. Я просто пришел посмотреть на вашу замечательную школу», – отрицательно замотал головой мэр. «К тому же в этом учебном году вам полагается только замена старых учебников на новые. Этих денег не хватит на ремонт».
«Новые учебники – это конечно замечательно, но вы видите в каком состоянии находится школа?», – растерялась учительница. «У нас всё здание на ладан дышит. Я уже не говорю про мебель и школьный инвентарь. Вот это пианино я лично доставила сюда с ближайшей свалки, потому что у школы нет денег на музыкальные инструменты для моих уроков. А детям ведь нужно было петь».
«Слушайте, Анна», – нахмурился мэр. От его прежнего хорошего настроения не осталось и следа. «У нашего города ограниченный бюджет. Мы не можем финансировать всё подряд. В этом году у нас попросту нет денег на вашу школу. Да, дети – цветы жизни. Но пока горшок, в котором они растут, меня полностью устраивает!». С этими словами Жаднов вскочил с кресла и слегка похлопал ладонью по стене. И тут, внезапно, с потолка свалился огромный кусок штукатурки, упав прямо мэру на голову. Мужчина пошатнулся и упал на пол.
Учительница музыки завопила и бросилась к нему: «Господи, Виктор Петрович, вы живы?». Она схватила его под руку и помогла подняться. Жаднов с трудом встал с пола, потирая ушибленную макушку.
«Присаживайтесь, а я сейчас принесу что-нибудь холодное для вашей головы», – тараторила женщина, бегая по кабинету.
«Стойте, не нужно беспокоиться», – произнёс градоначальник, всё ещё держась за голову. «Со мной всё в порядке. Кажется, я понял, что вы хотели донести. В этом учебном году школа получит необходимые деньги. И на ремонт тоже хватит».
Услышав это, пухлая дама перестала носиться и испуганно сложила руки на груди: «Боже… Да у вас сотрясение. Я срочно вызываю доктора».
«Это правда лишнее», – бросил в ответ мэр, снова вставая с кресла. «Я, пожалуй, уже пойду. Долг зовёт».
Время близилось к вечеру. Улицы Ткацкого всё ещё освещало солнце, которое вот-вот начнёт заходить за горизонт и раскрасит всё вокруг яркими красными цветами. Взрослые неспешно шли с работы домой, размышляя, что приготовить на ужин, а дети всё также весело играли везде и всюду. Малышня носилась по детским площадкам и дворам, веселясь и заполняя округу своим смехом и криками. У любого, кто взглянет на эту картину, в душе возникнут только самые светлые чувства. И только один человек, как и раньше отличался от окружения. Виктор Петрович брёл по улице, понурив голову. За целый день он не только не нашёл, на чём можно было бы сэкономить при распределении бюджета, но и разочаровался в себе, как в мэре.
«И зачем я вообще пошёл на эту работу?», – думал он. «Я же хотел сделать жизнь в городе лучше. Почему я упустил из виду столько важного? Все эти муниципальные организации, нет… все эти люди, нуждались во мне годами. А я даже не хотел знать об их проблемах. Какой же я после этого управляющий? Просто шут гороховый».
Думая обо всём этом, Жаднов сам не заметил, как ноги привели его в городской парк.
В парке было очень приятно в это время года. Лёгкий ветерок обдувал всех посетителей прохладой и уносил прочь дневную жару. Листья старых дубов и вязов шелестели от каждого лёгкого дуновения, а птицы весело щебетали на ветвях деревьев. Дети носились по всему парку, играя в догонялки и громко смеясь. Вся эта гамма звуков разносилась по округе, заглушая любые плохие мысли. Вот и мэр на секунду отвлёкся от своих переживаний. Он сел на лавочку возле песочницы и попытался расслабиться, глядя на всю эту предвечернюю красоту.
В песочнице рядом сидели дети. На вид им было около пяти лет. Малыши с чем-то весело возились, не обращая внимания ни на что вокруг. Мэр невольно бросил взгляд в сторону занимавшихся своими делами детей. Ребятишки во всю играли с маленькими камушками. Но не совсем понятно было, что они с ними делали. Ни то катали по песку, ни то перекидывались между собой. Виктор Петрович присмотрелся к ним внимательнее и обомлел. Дети не просто играли с камнями. Они заставляли их перемещаться по песочнице без прикосновения к ним. Малыши проводили над камешками руками, а те послушно ехали за ними по песку, периодически весело подпрыгивая. Через некоторое время дети заметили на себе чей-то взгляд. Они оглянулись и увидели удивлённое лицо мужчины в пиджаке, наблюдавшего за ними. Малыши сразу бросились врассыпную из песочницы, побросав все свои камни. Виктор Петрович проследил взглядом за одной из девочек. Та подбежала к матери, читавшей книгу на другом конце детской площадки. Девочка бросилась ей на шею и начала что-то быстро шептать на ухо. Выражение лица женщины сразу изменилось с умиротворённого на серьёзное и даже озабоченное. Она огляделась вокруг и встретилась глазами с мэром. В этот самый момент её собственные глаза наполнились ужасом. Мать схватила девочку на руки и бросилась бежать с ней из парка, словно её кто-то преследовал. Однако несмотря на её опасения, Виктор Петрович остался сидеть на скамейке.
«Да уж. Ну чародеи, во дают», – произнёс мужчина, откидываясь на спинку скамейки. «Убегают так, будто сделали что-то плохое. Пока их чары не вредят городу, им нечего меня бояться. Так чего же они бегут? Странно…».
Как и большинство жителей Ткацкого, Виктор Петрович знал о том, что среди горожан иногда встречаются не совсем обычные люди. Скажем так, это не просто люди, а самые настоящие волшебники. И они умеют творить самую что ни наесть настоящую магию. Но тем не менее, вычислить кто из соседей или коллег по работе является колдуном не так-то просто. Внешне они ничем не отличаются от простых людей. И ведут себя в обществе совершенно обыкновенно. Однако, увидеть проявления их магии всё же возможно. Вот идёшь ты на работу и видишь пустой газон. А когда возвращаешься обратно, на нём уже растут прекрасные цветы. Или, например, птицы начинают летать как-то странно. Образуя своими стаями причудливые узоры в небе. А бывает и так, что на выходные синоптики пообещали жуткую грозу, а её раз и нет. Всё это мелкие проявления волшебства, означающие, что поблизости от вас есть колдуны. Но бегать по улице и хватать прохожих за руку с криками: «Попался волшебник!», было бы очень глупо. Поэтому простым людям только и остаётся, что гадать кто из их знакомых может обладать колдовской силой. Ведь ни один настоящий волшебник никогда не сознается в этом.
Тем временем мэр города сидел, облокотившись на спинку скамейки, и мечтательно смотрел в даль.
«Вот если бы эти волшебники не прятались от простых людей, то они бы, наверное, могли не плохо жить. Люди бы относились к ним с уважением, а взамен они бы могли помочь кому-то», – думал Жаднов. «Взять хоть к примеру этих детей на площадке. Если бы они вместо камней двигали по воздуху тяжёлые посылки, то нам и почта была бы не нужна. Ахах».
Внезапно, Виктор Петрович подскочил со скамейки с безумным взглядом.
«Точно! Как я раньше этого не понял!», – воскликнул он.
После чего мэр рванул из парка со спринтерской скоростью. Он бежал по городу так, словно за ним гналась толпа бешеных кредиторов. Жаднов мчался, не обращая внимания ни на что вокруг. Пару раз чуть не сбив нескольких беспечных прохожих, которые вовремя не успели отскочить от несущегося по тротуару мужчины в пиджаке. Через несколько минут, Виктор Петрович уже был возле мэрии. Ворвавшись в неё, словно ураган, он стремглав взбежал по лестнице на второй этаж. Секретарши на рабочем месте уже не было. И не удивительно, ведь её рабочий день давно закончился. А вот мэру самое время было поработать. Не обратив внимания на отсутствие своей помощницы, он влетел в свой кабинет и сразу побежал задёргивать шторы. Нельзя было, чтобы кто-нибудь увидел, над чем он будет тут работать. Запрыгнув в своё кресло, Жаднов принялся что-то быстро писать на бумаге. Кажется, это было нечто очень важное…
Следующее утро в Ткацком было таким-же, как все предыдущие. Взрослые снова потянулись на работу, а дети высыпали на улицы, доигрывать вчерашние игры. Секретарь Виктория неспешно двигалась в сторону мэрии. Она всё думала над тем, почему её начальник не вернулся вчера в свой офис. Обычно он не пропадал на весь рабочий день с самого утра. Не мог же он в самом деле общаться с горожанами по поводу бюджета? С одной стороны, девушке было любопытно, куда пропал её босс, но, с другой стороны, слишком уж она не любила этого крикливого мужика, чтобы думать о нём вне рабочего времени слишком долго. Войдя в мэрию и поздоровавшись с охранником, секретарша начала подниматься по лестнице. По пути к своему рабочему месту, она уже представила, какой сегодня будет тяжёлый день и как её начальник снова будет орать, злясь на всё подряд.
Но зайдя на второй этаж она неожиданно для себя услышала крики мэра уже через дверь. И это были не обычные вопли негодования. Из-за двери раздавались отрывистые крики, вроде: «Я гений! Ура! Наконец-то!». Удивлённая Виктория осторожно подошла к закрытой двери и приложила к ней ухо. Все звуки за ней стихли. Девушка медленно приоткрыла дверь и заглянула внутрь. То, что предстало её глазам, удивило секретаршу ещё сильнее. Весь кабинет был завален горой скомканных листов бумаги. Все шкафы и ящики были открыты. На столах и стульях валялись раскрытые книги. И они были весьма разнообразны. Начиная от международного права, заканчивая детскими сказками. Посреди всего этого беспорядка восседал Виктор Петрович. Его безумные, покрасневшие от бессонной ночи глаза неотрывно, пялились на лист бумаги, который он крепко сжимал в своих руках.
Виктория покашляла, чтобы привлечь внимание мужчины. Мэр с трудом оторвал взгляд от драгоценной рукописи и уставился на девушку. «А-а-а, Викуленька. Это ты? Проходи».
В этот момент девушка не поверила своим ушам. Так ласково начальник её ещё не называл. Тем не менее, она, повинуясь, зашла в кабинет.
«Виктор Петрович, вижу вы очень заняты. Вам что-нибудь нужно?», – робко спросила ничего не понимающая подчинённая.
«Да. Нет. Стой. Погоди минутку», – отрывисто произнёс Жаднов, мотая головой.
На минуту он закрыл уставшие глаза. После чего снова выпучил их и заголосил на весь кабинет: «Срочно подать сюда начальников почты и газеты!».
«Слушаюсь, Виктор Петрович», – ответила напуганная резким криком секретарша.
Девушка быстро вышла из кабинета, закрыв за собой дверь. Таким странным своего босса она видела впервые.
Примерно через час на пороге у мэра уже стояли два человека. Начальник почты с длинными усами и главный редактор «Ткацкого вестника». Даже не взглянув на них, Жаднов пригласил обоих в кабинет. Те, переминаясь, зашли внутрь и встали возле стола главы города.
«Какая приятная неожиданность, Виктор Петрович», – начал начальник почты. «Вы были у нас только вчера, а сегодня мы уже снова видимся. Не могли бы вы сказать, чем вызвано столь пристальное внимание с вашей стороны? Неужели нашли что-то не соответствующее при проверке нашего скромного учреждения?».
«Если вы хотите спросить откуда та краска, которой мы будем печатать газету, то она честное слово не токсична и не отравит окружающую среду», – пропищал редактор.
«Тихо ты!», – цыкнул на него усатый.
«Я вызвал вас по очень важному делу», – медленно произнёс мэр, не отрываясь от листа бумаги. «Подойдите сюда и взгляните на это». С этими словами он протянул им лист, который так крепко сжимал в руках всё это время.
Мужчины подошли к градоначальнику и дрожащими руками взяли бумажку. Они ожидали увидеть там всё, что угодно. Начиная от результатов прокурорской проверки, заканчивая ордером на их арест. Но то, что они прочитали, никак не сходилось с их представлениями.
«Что вы хотите, чтобы мы с этим сделали?», – почти синхронно спросили удивлённые чиновники.
Мэр покосился на них своим безумным взглядом и процедил сквозь зубы: «Я хочу, чтобы вы напечатали десять тысяч копий этого документа и разослали почтой везде, где только можете. Распространите эти листы по всему городу. Если понадобится, клейте их на лбы прохожим. Но успейте до дня города! Вам ясно?».
«Да, сэр!», – ответили испуганные мужчины.
«Но…», – заикнулся главный редактор. «Для чего это делать? Это же бессмыслица какая-то».
По лицу Виктора Петровича, глава газеты понял, что зря задал этот вопрос. Жаднов аж побагровел от злости.
«Да потому, что это решит все наши проблемы раз и навсегда!», – завопил он. «Я не собираюсь отчитываться перед вами о том, как это произойдёт. Выполните мой приказ и всё!».
«Нам всё ясно, дорогой вы наш Виктор Петрович…», – дрожащим голосом ответил усатый мужичок, закрывая рукой рот своего коллеги. «Разрешите идти», – Пролепетал он. С этими словами мужчины покинули кабинет мэра, оставив того наедине со своими мыслями и грандиозными планами.
Очень скоро новенький печатный станок начал работать над созданием копий важного документа. Все работники газеты трудились без устали день и ночь, чтобы как можно скорее закончить столь срочный заказ. И очень скоро все десять тысяч копий были напечатаны. Начальник почты лично следил за ходом работы, чтобы немедленно начать рассылку листовок. Печатный станок ещё не успел остыть, как десятки почтальонов начали разносить эти важные бумаги по всему городу. Они вкладывали их в письма и посылки людей, расклеивали на всех домах и заборах, вешали на каждой автобусной остановке и наконец, обклеили ими всю площадь и парк. Такой масштабной акции город ещё не знал. Очень скоро нельзя было и шагу ступить, чтобы не увидеть ярко-красные объявления, заполонившие всё вокруг, словные облетевшие осенние листья. Казалось, что их уже можно найти под каждым кустом и скамейкой.
Сразу же после окончания работ по распространению документа, управляющий почтой вернулся к мэру, чтобы отчитаться о проделанной работе. Он, как и в прошлый раз, застал его в кабинете. Но на этот раз уже не с таким безумным взглядом. Напротив, глава города выглядел очень довольным.
«М-можно войти?», – поинтересовался усатый мужчина, просовывая голову через приоткрытую дверь кабинета.
«А-а-а, это же мой лучший подчинённый. Заходи, не бойся», – спокойно ответил Жаднов.
«Виктор Петрович, я тут пришёл отчитаться о выполнении вашего приказа», – покорно произнёс начальник почты, входя в кабинет.
«Ты вовсе мог этого не делать. Результаты вашей работы видны по всему Ткацкому».
«Но я очень хотел, чтобы вы лично услышали от меня об окончании такой важной работы. Вы ведь говорили, что это принесёт большую пользу городу».
«Вы безусловно сделали важное дело, но наша работа только начинается. Скоро вы сами всё увидите», – загадочным голосом произнёс градоначальник.
«Разумеется я вам верю, Виктор Петрович. Но я бы очень хотел узнать, как именно это объявление поможет нам? Конечно же для того, чтобы внести ещё больший вклад в улучшение моего любимого города».
«Ты ведь читал документ, который печатал?», – спросил мэр.
«Разумеется. Мы даже поместили его в красивую рамочку», – улыбнулся усатый подхалим.
«А ты взгляни ещё раз и сам всё поймёшь», – кивнул Виктор Петрович.
Начальник почты взял в руку листовку и внимательно посмотрел на неё.
