Рефугиум: руины

Глава 1

Порывистый ветер гнул верхушки деревьев и разгонял по небу тяжёлые дождевые тучи. Прошедшая половина осени была холодной, сухой и тихой; штиль держался с самого начала лета, и теперь погода стремительно менялась. Даниел нервно перебирал пальцами застёжку куртки, то и дело поглядывая в сторону небольшого одноэтажного здания, откуда должны показаться его новые коллеги. Предвкушение смешивалось со страхом, который никуда не хотел деваться, сколько бы Даниел ни успокаивал себя.

Сегодня был его первый рабочий день. Тот самый, о котором Даниел мечтал с детства. Правда, форма, в которой он тысячу раз себя представлял, оказалась неудобной: рукава куртки были слишком короткими, а ботинки давили едва ли не со всех сторон. Однако это всё не так уж и важно, ведь теперь Даниел сможет защищать людей от того, что много лет пытается их уничтожить.

На его плечо опустилась чья-то тяжёлая рука, и от неожиданности Даниел едва не подпрыгнул.

– Готов? – спросил незнакомец, выходя из-за его спины.

Это оказался невысокий коренастый мужчина лет шестидесяти, лысый, зато с длинной седой бородой. Его прозрачно-серые глаза излучали равномерный свет, который дарил домашнее тепло.

– Да! – воскликнул Даниел, тут же вскакивая с лавки. – То есть… мм… Так точно!

Мужчина рассмеялся.

– Брось формальности, армии уже давно не существует. Меня зовут Косой.

Видя растерянность в глазах Даниела, мужчина пригладил бороду и хмыкнул.

– В СОГ не приняты личные имена. В ближайшее время твои товарищи придумают тебе кличку, которой и будут называть, пока ты не покинешь их ряды.

– Да… Надеюсь, моя будет не слишком обидная.

Косой пожал плечами и направился в сторону выхода с территории главного корпуса СОГ.

– Делать ошибки – не страшно и не обидно. Все ошибаются. Знаешь, иной раз кличка отрезвляет. Зато теперь я лучший стрелок в отряде.

Даниел кивнул и молча направился следом. Возможно, в этом действительно был смысл.

– Ты не будешь приписан к определённому отряду, во всяком случае, пока. Скорее всего, около полугода придётся только патрулировать город, на более важные задания тебя не пустят. Но не переживай, полгода пройдут быстро…

Даниел слушал так внимательно, как будто от этого зависела его жизнь. Волнение, восхищение и огромные надежды на будущее делали этот момент особенно ценным, и юноша боялся упустить любую его деталь.

– А ты сам-то чего в СОГ пошёл? – обернувшись, спросил Косой.

– Я всю жизнь об этом мечтал, – Даниел сдержанно улыбнулся. – Мой отец был военным, для меня честь идти по его стопам. Кроме того, я очень хочу, чтобы в Атлантике царил мир. Всё детство меня очень пугали беспорядки и стрельба на улице.

Даниел хотел добавить: «а вы?», но не осмелился.

Косой некоторое время молчал, после чего, снова пригладив бороду, негромко произнёс:

– Что ж… Неплохо.

До поворота короткой улицы они шли молча. Там их уже ждали двое мужчин, которые махнули Косому. Незнакомцы были одеты в одинаковые куртки, однако их брюки заметно выделялись: вместо тёмно-коричневых у одного они были чёрными и, судя по всему, очень старыми, а другой вообще надел джинсы. Даниела такое отношение к форме удивило, однако он быстро перевёл взгляд на лица мужчин.

– Новичок? – спросил высокий и худощавый, с ёжиком коричневых волос и непропорционально большими ушами.

– Ага, – кивнул Косой. – Знакомься, это… Дэньел.

– Даниел, – поправил юноша.

– Есть разница?

Даниел едва удержался, чтобы не ответить, какая именно разница между этими двумя именами, и ограничился лишь кивком.

– Ну так вот, – продолжил Косой. – Даниел, это Паук и Труба.

Труба в противовес своему весьма заметному товарищу казался серым, хмурым и меланхоличным. Он был на полголовы ниже Даниела, зато намного шире в плечах.

– Пойдём? – спросил Паук, окинув Даниела оценивающим взглядом. – По дороге познакомимся.

За несколько часов им нужно было обойти весь город, который расположился под пологим склоном холма. Даниел, разумеется, уже не раз проходил этим маршрутом, поэтому знал все переулки и дворы.

Новые товарищи поначалу шли тихо, даже не перешёптываясь, и искоса поглядывали на Даниела, словно тот был шпионом или дорогой вазой, которую по ошибке привезли в их захолустье. Потом Паук первым сбавил шаг и поравнялся с юношей.

– Ну, и почему решил к нам… Прийти?

Даниел повторил всё, что недавно рассказал Косому. К его удивлению, Паук так развеселился, что даже захихикал.

– Так ты, получается, у нас герой?

– Разве? – удивлённо поднял брови Даниел. Отметив, что Паук ненамного старше него, решился на вопрос: – А ты почему?

– Очевидно же, тут деньги платят. И не надо париться, работа-то вон, нехитрая.

– Но вы же постоянно рискуете собой!

Паук снова неискренне засмеялся.

– Сейчас сам увидишь, – вмешался в разговор Косой.

Подозрения, которые уже начали шевелиться в голове Даниела, с каждой секундой становились всё заметнее и страшнее. Неизвестность подстёгивала любопытство, однако и пугала вдвойне сильнее.

Погода быстро ухудшалась. Начал накрапывать мелкий дождь, а ветер дул в лицо, заставляя жмуриться.

Когда небольшой отряд свернул в один из переулков, идти стало проще. Даниел немного расслабился, потирая замёрзшие руки, и осмотрелся. Место было смутно ему знакомо: где-то в этих окрестностях жил его друг, Гэри, возле дома которого они часто гуляли в детстве.

Негромкий разговор за очередным углом привлёк внимание Даниела.

– На нашу территорию никто не смеет входить без спроса, – гнусаво говорил кто-то. – Хочешь войны? Она будет. У меня достаточно людей, в отличие от тебя.

– Да сколько ж можно, – пробормотал Паук. – Они тут каждый день разговаривают. Повоевали бы уже, да и разошлись.

Косой окинул своего подчинённого долгим и холодным взглядом.

– Никто не хочет воевать, – наконец сказал он. – А кто хочет – просто дурак.

– Все хотят воевать, – протянул Труба. – Иначе бы не воевали, да?

– Воевать хотят чужими руками. К счастью, теперь мы к этому нескоро придём.

– Если вообще придём.

Паук хмыкнул и осторожно выглянул из-за угла.

– Трое с одной стороны и трое с другой, – доложил он.

Косой пригладил бороду.

– Вряд ли они тут надолго. Давайте пока обойдём улицу до конца, надеюсь, к тому времени разбегутся.

Даниел изумлённо распахнул глаза.

– Мы разве не должны их разогнать?

– Да-да, и сдохнуть как герои, – закивал Паук.

Косой с неудовольствием дёрнул плечом и повернулся к Даниелу.

– Мы стараемся не начинать конфликты, – сказал он таким тоном, как будто разговаривал с пятилетним ребёнком. – Как минимум потому, что обычно мы в меньшинстве. Даже если начнём наводить порядок, это всё равно ничего не изменит. Бандиты как были, так и останутся, только начнут нас резать. А потом – угрожать нашим семьям. Ты этого хочешь?

– Но это же наша работа! – с жаром прошептал Даниел. – Нам платят за это гораздо больше, чем многим в Атлантике.

Тем временем разговор за углом стих, и Труба, потянув слабо сопротивляющегося Даниела за ворот, вытащил его из переулка. Косой и Паук быстро следовали за ними.

– Если хочешь, чтобы тебе платили дальше, будь осторожен и не влезай в драки, – процедил Косой. – Нас обычно не трогают, даже если мы попадаемся на глаза. Тут не мир твоих розовых детских фантазий, это реальность, в которой мы живём. И мы в ней никто.

– Чтобы кем-то стать, нужно чем-то жертвовать, – фыркнул Даниел, вырвавшись из хватки Трубы. – Ничто не даётся просто так, а мир – тем более.

– Может, и так. Но ответь мне: ты готов умереть за этот город? В мире от твоей смерти ничего не изменится, только мать поплачет над могилкой. Мне жаль, правда, жаль, но это правда, с которой каждому нужно смириться. Была бы в Атлантике тысяча таких, как ты, может, что-то изменилось бы. Но таких наберётся едва ли с десяток.

– И мне придётся становиться таким… Как вы? – с презрением процедил Даниел. – Или умереть?

– Пока третьего не придумали, – пожал плечами Косой. – Или смирись, или протестуй. Но нас в свои протесты постарайся не вовлекать.

С этими словами Косой зашагал прочь. Паук и Труба направились за ним, даже не обернувшись. А Даниел чувствовал, как земля под ногами медленно съезжала куда-то в сторону. Теперь было понятно, почему за столько лет в городе ничего не поменялось. Как поменяется, если никому ничего не нужно?

Горькое разочарование давило в груди. Даниел всегда оправдывал СОГ, как мог: говорил, что в ней мало людей, что они просто не успевают следить за всеми, что стараются не убивать даже бандитов. Но причина того, что безопаснее в Атлантике не становилось, была до боли проста – никому не было дела до беспорядков в городе. Было проще повернуть ключ в замке, задвинуть шторы и сделать вид, что ничего не происходит.

Даниел поплёлся следом за новыми товарищами. Он так долго ждал этого дня, а он оказался одним из самых болезненных после смерти отца.

– Что, герой, правда оказалась не такой сладкой, как рассказывала мамочка? – съязвил Паук, когда Даниел подошёл ближе.

– Я твоё мнение вообще не спрашивал, – буркнул Даниел.

– Ну и ну, кличка получилась в первый же день, – словно не услышав короткий разговор, меланхолично заметил Труба. – Прямо как у тебя, Косой.

Командир отряда ничего не ответил, даже не обернулся, лишь в который раз за день провёл рукой по бороде. Даниел отчасти был ему благодарен – не хватало только обсуждать, кто прав, а кто нет, на всю улицу.

С каждой минутой становилось понятнее, что он ошибся с выбором работы. Эти люди не станут бороться с преступностью так, как хотелось бы Даниелу. Ему придётся смириться или уйти…

Теперь, оглядываясь на оставленные за спиной годы надежды и более не имея возможности оправдывать охранников, Даниел видел: они не лучше бандитов, наводнивших город. Может, потому человечество почти погибло четверть века назад?

Глава 2

Бааде крепче затянула шарф и обернулась в сторону отставших товарищей. Ей не терпелось поскорее вернуться домой, где ждёт горячий обед, а не дрожать на пронизывающем ветру. Однако Атрия и Таразед не торопились и, негромко переговариваясь, шли по краю дороги.

– Давайте поторопимся, – крикнула им Бааде. – Нас не будут ждать.

– Всё равно Тигарден снова где-то потерялся, – ответила Атрия.

– Он разве не с вами?

– Не волнуйся, придёт, когда захочет, – весело ответил Таразед. – Такой уж наш Тигарден.

Бааде в ответ только вздохнула. Этот мальчишка слишком многое себе позволял, убегая, никому ничего не сказав. Девушка отметила, что нужно поговорить об этом с главой и Церерой. Вряд ли даже такой заносчивый подросток, как Тигарден, станет играть с огнём и рисковать вернуться в город.

Сама Бааде уже несколько лет не выходила туда и была очень этому рада. Пять лет назад она приняла самое верное решение в жизни – покинуть продолжающее гнить человечество и уйти в трибу, где нашла покой, семью и друзей. О большем она и мечтать не могла.

Триба была похожа на небольшое поселение, в котором все жили под одной крышей, вместе готовили еду и занимались сельским хозяйством. Такая жизнь была бы слишком скучной для Бааде, если бы не кое-что ещё. Топи. Таинственный параллельный мир, который так интересно исследовать. Который может дать любые ответы, если верно задашь вопросы. Который позволяет ощущать собственные значимость и едва ли не всесилие, стоит переступить границу между мирами.

Атрия и Таразед всё же ускорились, и вскоре на горизонте показалась знакомая мельница.

По небольшой площадке перед ней сновали люди. Они приветливо кивали пришедшим, а Бааде подошла к главе, который вышел их встретить.

– Долго вас не было, – обеспокоенно произнёс он.

– Не переживай, ничего интересного не нашли. Пустые земли, ни травинки.

– А разрывы?

– Не было даже следов. Ума не приложу, как они появляются и как исчезают.

Альтаир покачал головой. Бааде уже знала, что он скажет, и предусмотрительно положила палец ему на губы.

– Ничего со мной не случится. Я уже много лет хожу в Топи и изучаю разрывы. Кроме Теней они не таят в себе никаких опасностей.

– Кроме Теней, – повторил Альтаир, всё больше хмурясь. – Они становятся агрессивнее.

– Я осторожна. Ты и сам знаешь, какой в Топях огромный потенциал. Игнорировать его – просто кощунство.

– Знаю, поэтому не против. Но меня не отпускает ощущение, что что-то идёт не так. Разве ты этого не замечаешь?

Пока они разговаривали, на площадку забежал Тигарден. Он покраснел и запыхался от быстрого бега, однако пытался что-то сказать.

Альтаир и Бааде одновременно кинулись к парню.

– Отдышись, – велел Альтаир.

– Там… разрыв, – просипел Тигарден. – Бежал… от леса. Тени… лезут.

– Я думал, вы вернулись вместе, – сурово спросил Альтаир, переведя взгляд на Бааде.

Как бы она ни хотела прикрыть несносного, но доброго мальчишку, подставлять себя Бааде не торопилась, да и отпираться теперь бессмысленно.

– Тигарден постоянно куда-то пропадает, мы уже не ждём его.

Она не чувствовала вины за то, что ушла, как делала много раз до этого. Однако если бы сегодня с ним что-то случилось, пришлось бы отвечать перед Альтаиром. А спрашивал он всегда сурово даже с матери и сестры.

– В какой части леса разрыв? – спросил Альтаир, постаравшись принять как можно более нейтральное выражение лица, но Бааде видела, что он не на шутку раздражён.

– Юго-восток. Километра три.

– Совсем близко, – проронила Бааде, испуганно глядя на главу. – Надо выдвигаться.

– Позови Атрию, Таразеда и Эльната, – быстро распорядился Альтаир. – Ещё Крона и Эфира. И подождите меня.

Сам он направился в сторону тренировочного зала, а Бааде побежала к столовой. Там было многолюдно, как и всегда во время обеда. Девушка быстро отыскала названных людей и коротко рассказала о ситуации. Старшие члены трибы – Эфир и Крон – нахмурились, однако молодые люди восприняли новость как очередное приключение.

Вскоре все семеро бежали в указанную Тигарденом сторону. Ветер дул в лицо, но Бааде совсем не замёрзла. Она уже видела вдалеке мутный и зыбкий участок пространства, из которого, извиваясь, выползала очередная Тень. Привычное нервное покалывание пробежало по спине. Бааде уже привыкла разбираться с Тенями, но с каждой неделей их становилось всё больше, а сами чудища – опаснее. Альтаир был прав, что-то шло не так, как обычно.

Атрия сняла с плеча лук и, прицелившись, выстрелила. Тень несколько раз дёрнула длинными щупальцами и затихла. Когда Бааде подошла ближе, она с долей отвращения пнула чудище ногой. Оно было размером с некрупного волка, зеленоватого цвета, с блестящей влажной кожей. Десяток щупалец, напоминающих длинные лианы, были разбросаны вокруг.

– Мерзость, – процедил Крон. – А ты ещё к ним сама ходишь.

Бааде покачала головой. В Топях она никогда не видела Теней чудищ, только обычных, похожих на людей, и то издалека и изредка. Однако эти создания, без сомнения, обитали именно в Топях – в другой их части, куда закрыт доступ смертным.

– Кажется, разрыв закрылся и без нас, – неуверенно заметила Атрия.

Альтаир внимательно осмотрел пространство, где тот только что был, и кивнул.

– Давайте осмотрим местность на наличие Теней и пойдём домой.

Эфир и Крон вызвались осмотреть опушку леса, а Бааде с Альтаиром направились в сторону сохнущего перелеска, который с наступлением осени совсем осунулся и теперь напоминал кладбище кривых, тонких деревьев, которые всеми силами боролись за жизнь, но не смогли её выиграть.

Сначала они шли молча, внимательно вглядываясь в печальный серый пейзаж. Потом Альтаир расслабился, и его лицо приобрело задумчивое выражение. Бааде не торопила его вопросами, она знала – скоро он спросит о чём-то важном, и ему нужно собраться с мыслями.

Сама Баада уже давно подозревала, о чём пойдёт разговор, но всеми силами его оттягивала.

– Сколько мы вместе? – спросил Альтаир. – Четыре года?

Бааде кивнула.

– Да, почти четыре года.

Было видно, что и Альтаиру этот разговор давался непросто, однако он остановился и твёрдо взглянул в глаза Бааде.

– За все эти четыре года я никогда не пытался перекроить тебя под себя. Мне нравится свои смелость, самоотверженность и упорство. В какой-то степени за эти качества я тебя и полюбил. Но я не могу не замечать, что ты игнорируешь свою беременность. Даже не вздумай говорить, что я просто ничего не понимаю.

Бааде нахмурилась. Внешне она оставалась спокойной, но внутри съёживалась от одной только мысли о будущем ребёнке. Когда Бааде думала о том, как сильно изменится её жизнь через каких-нибудь полгода, её накрывала волна беспросветной тревоги.

– Как ты понял, что я игнорирую беременность? Разве её можно игнорировать… Или не игнорировать?

Альтаир нахмурился.

– Несколько раз Эрида и Церера заводили разговор о детях, а ты как будто даже не интересовалась этим. И будто избегаешь Атрию, хотя раньше вы часто болтали. Объясни, почему? Если ты не хотела ребёнка, зачем всё же решилась?

– Мне слишком тяжело отказываться от прежней жизни, – призналась Бааде с лёгким чувством вины. – Триба, Топи, разрывы и чудища – лишь эти пять лет я чувствовала себя по-настоящему живой. И мне совсем не хочется потерять это ощущение, ведь с появлением ребёнка мне придётся быть намного осторожнее. И потом… Конечно, я боюсь.

– Тебе не придётся класть свою жизнь на алтарь служению ребёнку. У тебя есть я, есть товарищи.

– Дело не в этом. Я боюсь оставить ребёнка сиротой, а это значит, что придётся отказаться от многого, что приносит мне радость.

Как бы глупо или по-детски это ни звучало, правда есть правда. О приключениях, яркой и насыщенной жизни Бааде мечтала с детства. Сами собой перед глазами появлялись воспоминания, как она с отцом и сестрой сидела у огня, пила разбавленное водой молоко и слушала истории о чудовищах и воинах. После смерти единственного родителя девочкам оставалось слишком мало перспектив, и после знакомства с Альтаиром Бааде вместе с сестрой быстро перебралась в трибу. Сине такая жизнь тоже пришлась по вкусу. Она находила своеобразное удовольствие в драках с Атрией и словесных перепалках с Ланиакеей, сестрой Альтаира. Бааде могла подолгу исподтишка вглядываться в сосредоточенное и уверенное лицо сестры, отмечая, что та выросла слишком быстро.

Но каждый раз при виде Сины её одолевал страх. Страх такой сильный, что последние несколько месяцев вызывал в голове шум.

Даже если признание Бааде звучала смешно, Альтаир не засмеялся. Он лишь ласково улыбнулся и, шагнув к девушке, заключил её в объятия.

– Твоей матери просто не повезло. Это была случайность, трагичная, жестокая случайность, не более того, – прошептал он ей на ухо. – Если с ней жизнь обошлась так, это не значит, что подобным образом она обойдётся с тобой.

Бааде вдохнула его родной запах и почувствовала, как тревога медленно отступает.

– А ещё не забывай про Топи и Теней, которые появляются здесь всё чаще, – пробормотала она Альтаиру в плечо.

– Помню. Уж эту проблему мы как-нибудь решим. Но в любом случае тебе стоит быть намного осторожнее. Я сказал бы это, даже не будь ты в положении. Кажется, что Топи безопасны, но меня всё же что-то смущает.

Бааде коротко кивнула. Топи были очень важны для триб, и едва ли кто-то мог это отрицать. Но как сохранить этот тонкий баланс между разумным риском и безбашенной самоуверенностью? Она тоже подозревала, что в ином мире таилось нечто куда более тёмное, чем казалось на первый взгляд.

Только вот что? Пожалуй, это покажет лишь время.

Глава 3

Злость и разочарование переполняли Даниела, как дождевая вода – бочку, стоящую под сливом сточной трубы. Вчерашняя непогода усилилась, и раньше Даниел с радостью покинул бы дом, чтобы отправиться на очередной курс по военной подготовке. Даже в школу он ходил с удовольствием, хотя ровесники твердили, что она ничем не поможет ему в жизни.

Даниелу было интересно всё, что происходит вокруг, и только это зажигало его внутренний огонь, заставляя идти дальше через любые преграды с завидной лёгкостью.

– Ты ещё не разобрался, что к чему, – сказала мать в третий раз за утро. – Жизнь расставит всё на свои места.

– Что она расставит? Они правы, все такие! – с обидой воскликнул Даниел. – Где мне искать место?

– Ты отработал всего один день.

– Что изменится через месяц?

Мать раздражённо стукнула чашкой об стол.

– Я тебя не узнаю. Сдулся после первой трудности? Иди, ищи своё место. Никто не обещал, что будет просто. Искать себя – страшно и частенько одиноко, но оно того стоит.

– Понимаю. Но это – точно не то, к чему я всегда стремился.

– Наша жизнь сильно изменилась после катастрофы, – вздохнула женщина и откинулась на спинку стула. – Раньше мы могли выбрать то, что нам по душе. Могли жить так, как хочется. Теперь всё поменялось, нам приходится выживать. Рано или поздно тебе придётся это осознать, и чем раньше это произойдёт, тем лучше.

Даниел поморщился от раздражения. Иногда ему казалось, что мать совсем его не понимает.

– Но ведь людям нужна защита прямо сейчас! И я действительно хочу им помогать. По-твоему, моё желание такое же нереальное, как мечты жить в своё удовольствие и никому не быть обязанным?

– Боюсь, что так. Во всяком случае, пока. Нельзя жить в обществе по своим правилам. И если тебе нужен мой совет, то вот он: определись, наконец, что тебе нужно. Помощь людям – слишком абстрактное понятие, чтобы превращать его в смысл жизни.

Схватив кусок хлеба, Даниел выскочил из-за стола.

– Опаздываю, – буркнул он на ходу. – До вечера.

– До вечера, – с лёгкой грустью ответила мать.

На улице Даниел немного успокоился, хотя раздражение всё ещё бурлило в крови. Может, всё не так страшно; наверняка где-то есть отряды, которые действительно помогают. Со временем Даниел узнает об их существовании и к ним присоединится, а пока нужно как минимум остаться в живых.

Когда он подошёл к точке сбора, Труба и Паук уже ждали, сжавшись от холода на пронизывающем ветру. Косого нигде не было видно.

– Привет, – коротко поздоровался Даниел. – Сегодня тот же маршрут?

– Ещё надо будет в центр зайти, Чума с отрядом не успели.

Даниел кивнул. Вчера Косой коротко рассказал ему о других отрядах и их командирах, поэтому Даниел косвенно был знаком уже со многими.

Наконец в дверях административного здания показался Косой. Мужчина быстрым шагом приблизился к своим подчинённым и кивнул им в знак приветствия.

– Давайте поторопимся. Маршрут длиннее, чем обычно, а задерживаться не хочу.

– Надоело выполнять работу Чумы, – буркнул Паук. – Такое ощущение, что у нас её недостаточно!

– В центре много конфликтов, – со вздохом заметил Труба.

– На окраинах не меньше.

Косой, не дожидаюсь товарищей, направился к выходу с территории СОГ. Даниел поспешил следом. Труба и Паук продолжили препираться, чем значительно мешали сосредоточиться.

– Довольно! – наконец, рявкнул Косой. – Приказ начальства мы всё равно будем выполнять, нравится вам это или нет. Вы и так бездельничаете целыми днями, грех жаловаться! Какой ужас, придётся пройти на пару километров больше!

Даниел чувствовал себя лишним здесь. Желудок скрутило тошнотой, сильные спазмы мешали привычно свободно дышать. Юноша двинулся вдоль маршрута в одиночестве, пытаясь хоть ненадолго убраться подальше от Паука, Трубы и продажной СОГ.

Косой нагнал его в конце квартала и зашагал рядом. Осторожно обернувшись, Даниел заметил, что Паук и Труба шли на значительном отдалении и, кажется, продолжали ругаться.

– Попробуй принять это как неизменную данность, – вдруг сказал Косой.

– Как? – Даниел криво усмехнулся, прекрасно понимая, что не сможет наступить себе на горло.

– Тебе некуда идти и нечего делать. Мы все заложники ситуации, в которую нас загнала мачеха-природа, и крутимся, как можем. В другом мире ты занял бы место, которое по праву тебе принадлежит, в службе закона или суде. Может, ты стал бы учёным, но говорить об этом не могу, я слишком мало тебя знаю. Здесь же выбирать не приходится.

– Да-да, мы просто пытаемся выжить, – перебил Даниел. – Я это уже слышал.

– Ты ещё ребёнок, одержимый идеализмом. Чем быстрее ты поймёшь, что реальная жизнь совсем другая, тем быстрее найдёшь свою стезю.

Даниел со смесью злости и отчаяния резко повернулся к Косому.

– Я с радостью откажусь от своего места среди лживых трусов и подлецов, – процедил он. – И если стать частью общества можно только вырезав свой внутренний стержень и продав совесть, значит, мне оно и не нужно.

Косой без тени удивления пожал плечами.

– Человечество всегда было таким.

– Тогда, наверное, не зря природа пыталась его уничтожить.

На этот раз мужчина уже открыл было рот, чтобы что-то сказать, однако через мгновение с соседней улицы донёсся тонкий женский вскрик. Даниел всё ещё был достаточно рассержен, и это придало ему сил. Он бросился на звук, не желая слушать циничные слова Косого, и вскоре выскочил в небольшой переулок.

Там двое невысоких мужчин пытались затолкать девушку в автобус, который обычно перевозил жителей Атлантики между районами. Хотя девушка была почти на голову ниже каждого из них, сопротивлялась она весьма эффективно, а мужчины действовали неуверенно и даже почти испуганно.

Даниел, не раздумывая, вытащил из-за пояса дубинку и подбежал к ним.

– А ну пошли прочь, – сказал он как можно более угрожающе.

К его удивлению, мужчины и ухом не повели, а вот девушка показалась удивлённой. Секунды её растерянности хватило, чтобы похитители окончательно толкнули её в автомобиль.

Беспомощность подкралась к Даниелу и схватила его за горло. Что он мог сделать против двоих взрослых, крепких мужчин? На курсах подготовки он изучал болевые точки и места для более эффективных ударов, поэтому, особо не целясь, со всей силы ударил обоих бандитов под коленями. Они тут же осели на землю, а девушка выскочила на тротуар и пару раз как следует стукнула их ногой по почкам.

Чьи-то быстрые шаги сзади заставили сердце Даниела сжаться от ужаса. Он совсем не был уверен, что справится с ещё одним противником, а когда, развернувшись, увидел его, то и вовсе лишь испуганно вздохнул.

Подошедший был значительно выше него, хотя Даниел сам почти на всех смотрел сверху вниз. В плечах он был шире Трубы, а его руки больше напоминали крепкие булавы. Даниел с замирающим сердцем понял, что не сможет даже убежать, однако машинально протянул руку к девушке, чтобы закрыть её и выиграть время. Возможно, она успеет спастись.

Однако девушка совсем не казалась испуганной. Напротив, она спокойно подошла к гиганту и остановилась прямо перед ним, перегородив путь к Даниелу.

– Тебя даже на пять минут нельзя оставить, – без тени гнева сказал незнакомец. – В следующий раз сначала подумай головой, а потом встревай в неприятности. Что бы сказала твоя мать?

– Если бы я слушала мать, то никогда бы тут не оказалась. И вообще, – девушка бросила косой взгляд на не смеющих пошевелиться мужчин, – даже если я умру, она об этом не узнает. В следующий раз не стыди меня ею.

Гигант угрожающе нахмурился и наклонился к девушке.

– Ещё одно слово, и ты больше не выйдешь в город.

Девушка шумно выдохнула, но почтительно склонила голову и отошла в сторону. Теперь незнакомца и Даниела разделяли всего какие-то пара метров. А последний до сих пор не решил, убегать ему или попытаться казаться незаметным, поэтому просто стоял и надеялся, что на него не обратят внимание.

Но в этот раз удача была не на его стороне. Незнакомец окинул Даниела оценивающим взглядом.

– В этих краях нечасто встретишь тех, кто помогает бескорыстно, – негромко произнёс он. – Меня зовут Эфир. А эту маленькую дрянь, – он коротко кивнул в сторону девушки, – Атрия.

– Даниел, – прошептал юноша, понимая, что молчать в ответ слишком уж неприлично.

– Что ж, Даниел, Атрия выражает тебе глубокую признательность. Хотя пара уроков ей бы не помешала, если её разберут на органы, то у неё не будет возможности продемонстрировать выводы.

– На… органы? – испуганно выдохнул Даниел.

Эфир показался ему озадаченным.

– Нам пора, – не стал объяснять он и посмотрел в сторону сидящих на земле бандитов. – Постарайся убраться подальше от них, а то можешь занять место Атрии.

Даниел закивал, а Эфир, взмахом руки подозвав к себе Атрию, скрылся в одном из зданий.

Наваждение исчезло. Даниел вновь ощутил страх и отчаяние, которые, пульсируя, болью разливались в голове. Он коротко взглянул на несостоявшихся похитителей и бросился бежать к выходу из переулка, где его уже ждал Косой.

Тот был мрачнее тучи – смотрел исподлобья, тёмные глаза метали молнии, губы были вытянуты в тонкую линию. Труба и Паук застыли по обе стороны от Косого, и их вид тоже не предвещал ничего хорошего.

– Ты в своём уме? – прорычал Косой.

– Я – да, – огрызнулся в ответ Даниел.

Интересно, Эфир и Атрия были родственниками? Где они работали? Эфир не был похож на сотрудника СОГ, где, казалось бы, ему самое место. Да и Даниел не слышал о человеке с таким именем, а Косой наверняка рассказал бы о нём.

– Ты вообще представляешь, с кем связался? – голос Паука сорвался. – Это же… Нам конец!

– Вы боитесь каких-то бандитов? – фыркнул Даниел. – Жалкое зрелище.

– Это не просто бандиты, а преступники со связями даже в правительстве, – холодно отозвался Косой. – Вполне возможно, что тебе теперь начнут мстить, да и нам тоже. Нельзя вмешиваться, когда работают Совы. Или Ночные маршалы. Или ещё кто-либо!

Теят, конечно, знал о крупных группировках, которые делили Атлантику, но никогда не думал, что они настолько влиятельны. Теперь многое становилось понятно, но от этого ещё более трагично.

– С чего вы взяли, что это Совы? – огрызнулся он.

Паук с Трубой переглянулись.

– Те, кому ты помешал, – ответил Труба. – У них чёрные повязки на плечах.

Обернувшись, Даниел присмотрелся к разговаривающим бандитам и в самом деле заметил завязанные на их плечах платки.

– У Ночных маршалов синие ботинки, – добавил Паук. – Крупных группировок больше нет, только по мелочи.

Даниел тяжело вздохнул. Он уже понял, что будет непросто, но только теперь осознал всю серьёзность ситуации. Может, кто-то действительно хотел помочь. Может, таких было много. Но преступные группировки, которые появились ещё во время Великого Шторма, слишком сильны и влиятельны. Небольшая СОГ просто не в силах с ними справиться.

– Пойдём, – попросил Даниел, мечтая побыстрее убраться отсюда. – У нас ещё длинный маршрут.

Косой покачал головой, но направился к выходу из переулка. Даниел почти бежал следом. Уже заворачивая за угол, он обернулся: один из бандитов, глядя ему прямо в глаза, провёл себе пальцем поперёк шеи.

Глава 4

Бааде вышла из спального корпуса и потянулась. Она собиралась прогуляться по округе, разыскивая новые зоны разрыва. Девушка быстро осмотрелась и сообщила стоявшему неподалёку Эльнату о том, куда направляется.

Сегодня утром Эфир и Атрия отправились в город за покупками, а Альтаир наверняка будет очень занят целый день. Необходимых дел у Бааде намечено не было, и она была несказанно рада внезапному выходному. Однако не успела она сделать несколько шагов к стойлу, как глава трибы вышел из главного корпуса и направился к ней.

– Куда-то собралась? – спросил он после короткого приветствия.

– Хотела изучить дальнюю часть леса. Я же говорила тебе вчера.

– Помню… Не против, если я составлю тебе компанию?

Ненадолго задумавшись, Бааде кивнула. В последнее время они редко выбирались куда-то вдвоём, поэтому подобные поездки были отличной возможностью побыть наедине. Она не застала времени, когда Альтаир не был главой и не заботился обо всех членах трибы, однако в глубине души мечтала безраздельно занимать его мысли. Этому не суждено сбыться – если только Альтаир не уступит свой пост кому-то ещё, а это было слишком маловероятно.

Они взяли из стойла лошадей, оставили мельницу за спиной и двинулись к лесу, высившемуся вдалеке.

До него было около сорока километров, которые они преодолели меньше, чем за два часа. Холодный воздух выжигал на лице слезы, однако Бааде к этому уже привыкла. Даже летом бывало так зябко, что хотелось лишь замотаться в плед и не высовывать на улицу нос. А в Топях, к её удивлению, воздух всегда был удивительно комфортным – той редкой температуры, когда его и вовсе не замечаешь.

Альтаир первым спрыгнул с лошади и привязал её к высокому дереву, а сам двинулся пешком, стараясь меньше шуметь. Бааде поспешила следом, на всякий случай запомнив, в какой части леса они оставили лошадей.

Листва, ещё недавно совсем сухая, немного размокла под дождём и теперь едва слышно похрустывала. Над головой призрачно качались обнажённые деревья – если остановиться и посмотреть вверх, то может показаться, что они живые и шевелят своими ветками-руками в каком-то неясном ритме. Бааде вдохнула влажный воздух и с наслаждением закрыла глаза. В лесу было тихо и умиротворённо. Возможно, именно здесь и следовало поселиться, тогда летом не будет изнурять солнце, а зимой – сильные порывистые ветры, которые, не встречая преграды на пустоши, превращались в небольшие штормы.

Бааде поспешила к ручью, петлявшему между корнями деревьев, и набрала воду в бутылку. Не забывая об опасности, она осмотрелась. Окружающая обстановка не вызывала подозрений.

В дальнюю часть леса никто ещё не заглядывал, и Бааде в третий раз за последние полтора часа подумала, что очень рада компании. Одной здесь было бы страшновато. Альтаир молча следовал в отдалении, периодически останавливаясь возле какого-нибудь растения. Бааде негромко рассказывала о нём, и они продолжали путь. Девушка чувствовала повисшее между ними лёгкое напряжение, однако предпочла сделать вид, что ничего не происходит.

– Тебе не стоит постоянно накручивать себя, – наконец, отметил Альтаир. – В любом случае, тревога ничего не изменит.

Бааде вздохнула. Она понимала, что Альтаир прав, но ничего не могла с собой поделать. Её мать умерла во время родов, оставив новорожденную Сину и шестилетнюю Бааде на попечение убитого горем мужа. Едва узнав о собственной беременности, она словно вернулась в полузабытый кошмар – и теперь он не отпускал, даже наоборот, сильнее утягивал в прошлое.

– Понимаю, – тихо ответила девушка, выныривая из вязких воспоминаний. Она не хотела развивать эту тему, поэтому постаралась сменить её на менее болезненную: – но ещё больше я переживаю из-за Топей. Мы ведь не знаем, почему Тени переходят границу. Что, если всё станет только хуже? Сражаться с чудищами, имея на руках новорождённого, чрезвычайно тяжело.

Альтаир не стал развивать тему, зная, как она неприятна Бааде. Поэтому он сконцентрировался на более актуальной:

– Думаешь, мы как-то провоцируем их?

Бааде неопределённо пожала плечами. Такие мысли иногда проскальзывали, но казались слишком притянутыми за уши, чтобы быть правдивыми.

– В любом случае, больше не получится жить так, как нравится и как привыкли, – продолжил Альтаир, избегая смотреть на Бааде. – Топи опасны и непредсказуемы. Если разрывы будут появляться чаще, нужно искать более агрессивные методы.

– Например, перестать ходить в Топи? До сих пор неизвестно, имеет ли это значение для разрывов.

– Как один из вариантов, почему нет?

Бааде похолодела. Она поняла, к чему клонит Альтаир. В будущем Топи могли стать источником огромного количества ресурсов, которых больше нет на Земле. Добровольно лишаться их было неосмотрительно.

– Это уже слишком, – с жаром выдохнула Бааде. – Проблема же не в Топях, а в Тенях.

– Так ли они нам нужны? В Топях ты подвергаешь себя риску. Вдруг ты не сможешь проснуться во время опасности? А вдруг по какой-то причине не сможешь проснуться вообще? – Альтаир остановился и посмотрел на неё с такими горечью и страхом, что Бааде впервые стало по-настоящему стыдно. – Каждый день я не знаю, смогу ли поговорить с тобой завтра. И всё ради надежды на то, что мы сможем извлечь пользу из мира монстров и психопатов.

– Там растут травы, которые по силе смогут заменять синтетические лекарства, но для этого нужно ходить в Топи вместе с телом…

– Это даже не обсуждается.

На этот раз Бааде спорить не стала. Она лишь молча углубилась в лес, оглядывая его в поисках чего-то интересного. Альтаир был прав, и она даже не думала возражать: мысль пойти в Топи не только душой, которая может вернуться на Землю в любой момент, но и телом, пугала до дрожи.

Между деревьями мелькнуло что-то светло-бежевое. Видимо, Альтаир тоже это заметил, потому что он ускорил шаг и обогнал Бааде. Девушка сразу поняла, что неизвестный объект имел очень внушительные размеры – высотой почти с самые старые деревья, он поднимался над многими другими.

По мере приближения в ровных вертикальных колоннах Бааде начала узнавать грудную клетку, а затем и весь необъятных размеров скелет предстал перед ней во всей красе.

Он лежал почти ровно, только голова с огромными острыми клыками оказалась повёрнута влево, в сторону Бааде. Четыре мощные лапы были подогнуты под туловище, как будто чудовище умерло во сне.

– Что это? – выдохнул Альтаир, зачарованно рассматривая скелет.

– Наверное, Тень чудища, – с сомнением протянула Бааде.

То, что через разрывы проникали совсем небольшие Тени, вовсе не значило, что в Топях не было их более крупных представителей. Однако факт присутствия здесь этого гиганта вызывал лишь два вопроса: какого размера был разрыв, через который он прошёл, и как давно это произошло?

Присмотревшись, Бааде отметила, что чудище не было водоплавающим, соответственно, появилось тут не так уж и давно, когда острова появились из океана. Он прошёл один или где-то есть другие? Как люди не заметили его – или их?

Бааде поделилась с Альтаиром своими подозрениями, и он задумчиво кивнул, рассматривая скелет внимательнее.

– Надеюсь, больше подобных разрывов не произойдёт, – наконец сказал глава. – С таким нам не справиться. Хотя его, скорее всего, очень быстро убьёт гравитация.

– Меня больше тревожит тот факт, что Тени чудищ бывают подобного размера. Даже с Тенью вчетверо меньше нам уже не справиться.

Бааде следовало и раньше догадаться об этом, но она была слишком недальновидна и думала лишь о возможностях, которые открывают Топи. С опасностями же как таковыми она никогда не сталкивалась и только теперь поняла, что эти опасности реальны.

Несколько минут Альтаир с опаской осматривал скелет, пробуя его устойчивость и простукивая рёбра кулаком. Судя по выражению лица, он был доволен и что-то замыслил – Бааде бесконечно любила такие моменты и с придыханием ждала, когда глава поделиться идеями.

– Ладно, давай возвращаться, – через некоторое время вздохнул Альтаир. – У меня ещё есть дела. Потом придумаем, что с этим делать.

– Но ты ведь уже придумал, – лукаво улыбнулась Бааде, приблизившись к нему.

– Идея очень сырая, но она есть.

Бааде не сомневалась, что Альтаир сможет извлечь пользу даже из огромного скелета. Например, можно распилить его и использовать кости для строительства нового дома – материал хороший, зачем ему пропадать?

Они пустились в обратный путь. Напряжение неторопливо отступило, и они говорили о всяких глупостях так же беззаботно, как раньше. Однако червячок сомнения всё же поселился в сознании Бааде, и она понимала, что рано или поздно ей придётся сделать выбор – Топи или её жизнь.

* * *

Когда они вернулись к мельнице, там уже толпился народ. Альтаир спрыгнул с лошади и подбежал к центру, где стояла нахохлившаяся Атрия и хмурый Эфир.

– Уму непостижимо! Видите ли, у неё хотели куртку украсть, а она в драку полезла! С двумя мужиками из Сов!

– Выиграла? – тут же поинтересовался Таразед.

– Конечно, нет. Зато её чуть не затащили в машину, а потом бы продали на органы, как у них это обычно и происходит. Только в прошлом году человека три так пропало.

– Да если бы меня этот дурак не отвлёк, я бы победила!

Эфир резко развернулся и со злостью уставился на девушку.

– Удивительно, что в этом гнилом городе ещё остался кто-то, кому не плевать на других! Но нет, ты нахамила и ему. Умница!

– Не хамила!

– Атрия! – рявкнул Альтаир, и все резко замолчали. – Иди к себе и хорошенько подумай о том, что ты регулярно творишь. Полгода в город не выйдешь, ясно? – Он повернулся к Эфиру. – Расскажи, что за самоубийца ей помог?

Эфир несколько раз глубоко вздохнул, видимо, чтобы расслабиться.

– Мальчишка из СОГ. Никогда его не видел, наверное, новенький. Ещё помогает…

Его лицо приняло задумчивое выражение, которое Бааде тут же поняла. Новые люди не приходили в трибу почти год, и это был внушительный срок. Теперь, когда не за горами строительство, лишние руки не помешают.

Альтаир кивнул отцу и остальным, объявляя собрание завершённым. Однако Бааде видела, что он заинтересован произошедшим и поспешила спросить, о чём он так задумался.

– Об этом парне слишком мало информации. Да и потом, не каждый готов так легко бросить привычную жизнь и присоединиться к нам. Вот если бы можно было как-то быстро узнать о целях и стремлениях человека… Нам бы и в будущем это помогло. Ведь пару раз мы ошиблись.

Бааде помнила нескольких молодых людей, которые сами покинули трибу или их выгнали после недолгого пребывания в ней. Тогда ситуация решилась мирно, и Альтаир ничего не потерял (кроме пары месяцев обучение новеньких). Однако если бы те узнали какие-нибудь секреты трибы, ситуация приняла бы куда более серьёзный оборот.

– Если тебе интересно, как он будет действовать в новых обстоятельствах, могли бы помочь Топи.

– Ты можешь пробираться в чужие сны?

– Нет, в отличие от Никогда. Если верно задать ей вопрос, то ей придётся встретиться с этим парнем и, например, передать наши слова. Или задать вопрос. Или поместить его в требуемую ситуацию… Недавно Шелест научил меня правильно с ней общаться.

– Поосторожней с Шелестом, – с неудовольствием отметил Альтаир. – Он какой-то подозрительный.

Шелест был Тенью, но при этом ничем не отличался от обычного человека. Бааде познакомилась с ним пару лет назад, и с тех пор Шелест часто рассказывал ей об устройстве Топей. Для неё новый знакомый был ярким маяком в неизведанном, хаотичном и пёстром мире, который, возможно, и не был миром в прямом смысле этого слова.

– В Топях все подозрительные, – уклончиво ответила Бааде. – Так что?

Альтаир вздохнул, и Бааде прекрасно понимала его растерянность. Не так уж просто вместить все вопросы, которые хочется задать, в один или в крайнем случае несколько. Да и где гарантия, что мальчик ответит честно? С другой стороны, если верить Эфиру, он не так уж испорчен цивилизацией. Кто знает, вдруг он сможет стать их новым товарищем? Альтаир много лет мечтает о сильной, сплочённой трибе, каждый член которой полезен и важен. Поэтому прежде, чем пригласить кого-то, он тщательно убеждается, что человек подходящий.

Можно было попросить кого-то проследить за этим парнем, однако это трудная задача даже летом, когда легко спрятаться в кустах или на деревьях. К тому же слишком холодно стоять на одном месте по несколько часов. Если мальчик сможет попасть в Топи, то это решило бы проблему. Однако, насколько было известно Бааде, далеко не все могли туда пройти.

Но ведь, с другой стороны, Атрию и Тигардена тоже проверяли не слишком тщательно. Крон провёл в городе всего пару неполных дней, после чего одобрил их кандидатуры. И он не ошибся. Хотя оба были своевольными и с трудом работали в команде, Бааде была уверена, что со временем они вольются в коллектив и станут крепким оплотом трибы.

– Знаешь, я придумал, – наконец сказал Альтаир. – Пусть она спросит: «Если ты стоишь между прошлым и будущим, то что выберешь?»

– Вопрос должен звучать в утвердительном предложении, потому что Никогда вопросов не задаёт. Как тебе «когда ты стоишь между прошлым и будущим, то выбираешь лишь что-то одно»?

– Отлично, так и скажи ей.

– Какой ответ тебя устроит?

Глава трибы пожал плечами.

– Любой. Мне интересно, что он на это скажет. Надеюсь, он испугается так сильно, что ответит честно.

Альтаир ушёл, и Бааде с долей неохоты отправилась чистить лошадей. По дороге она подумала о том, что выбрала бы будущее. Альтаир не сказал, какой ответ ему бы понравился, однако Бааде была уверена, что он выбрал бы то же.

«Но ведь и прошлое тоже важно, – продолжила размышлять она. – Без него человек похож на перекати-поле. Сложный вопрос, хотя, казалось бы, банальный».

Глава 5

Из топкой болотистой почвы вверх поднимались стволы деревьев. Они надламывались и кривились, а их голые ветки всё равно тянулись к неестественному серо-зелёному небу.

Даниел осмотрелся, пытаясь понять, где оказался. Он смутно чувствовал, что это сон, но не был в этом абсолютно уверен.

Ногам было холодно. Даниел стоял по колено в мутной воде, которая, перемежаясь невысокими мшистыми кочками, заполняла всё видимое пространство леса.

Любопытство медленно прорастало едва заметным страхом. Даниел редко видел настолько странные сны. Он двинулся вперёд, осторожно прощупывая дно. Было бы отлично найти какую-нибудь длинную палку, однако он не мог дотянуться до веток.

Стоило Даниелу начать путь, как небо покачнулось. Юноша резко остановился, вперившись взглядом ввысь, однако ничего не поменялось. Только где-то сбоку между призрачно белеющими стволами деревьев, отдалённо напоминающих берёзы, медленно проступал туман.

Тревога сжала сердце Даниела. Ему совсем не нравилось это место; более того, оно пугало своей реалистичностью и в то же время нереальностью.

Туман начал надвигаться быстрее. И хотя страх перед ним крепчал всё стремительнее, Даниел не решился сломя голову бежать по болоту. Он присмотрел небольшую кочку, расположенную на одинаковом расстоянии от него и тумана. Возле неё из воды торчало дерево, от которого, если постараться, можно отломить ветку.

Даниел шагнул к кочке и понял, что если будет прощупывать каждый шаг, то не успеет. Но что, если туман прятал в себе чудовищ? Что, если придётся защищаться? Юноша поспешил к спасительному участку суши, надеясь, что бешено стучащее сердце не выдаст его присутствие невидимым врагам.

Небо подёрнулось белёсой пеленой. Даниел сомневался, что туман может подниматься на такую высоту, но постарался не думать об этом. Сомнения и тревоги только сильнее будут нервировать, но делом не помогут, уж это Даниел знал прекрасно.

Туман двигался так легко, постепенно и равномерно ускоряясь, как будто был живым. Его мягкие клубы, казалось, можно потрогать, такими плотными они были.

«Больше похоже на обычный густой дым», – подумал Даниел.

Он наступал всё стремительнее. Кочка была соблазнительно близко, но Даниел понимал, что не успеет добраться до неё. И пусть он запомнил её расположение, в таком густом тумане слишком просто заблудиться. С сожалением отвернувшись от спасительного кусочка земли, Даниел поднял голову на кривое дерево рядом, отметив, что одна из его веток расположена ближе к воде, чем остальные. И хотя он мог поклясться, что когда в прошлый раз смотрел в эту сторону, ничего подобного не заметил, отмёл ненужные мысли.

С усилием подпрыгнув, Даниел схватился за ветку и отломил её. Туман, словно что-то почуяв, тоже остановился, и в этот момент Даниел ощутил движение под ногами.

Земля резко поднялась, и юноша, потеряв равновесие, рухнул на колени. Палка выпала из рук. Вода стекала куда-то словно под почву множеством быстрых ручьёв. Деревья, напротив, укорачивались, как будто кто-то тянул за корни. Небо посветлело и приняло привычный голубоватый оттенок.

Даже дышать словно стало легче. Затхлая вода уходила, и из неё поднималась земля, покрытая свежей невысокой травой. На низких, юных деревьях появились листья – поначалу они были оранжево-красными, затем позеленели. Через секунду листья свернулись в почки, а деревья ушли под землю окончательно.

Даниелу происходящее показалось отдалённо знакомым, однако его невозможность отравляла мысли ужасом. Юноша вцепился в редкую траву, даря себе иллюзию устойчивости, и боялся лишний раз вздохнуть.

Он едва не спрыгнул с кочки, когда та резко начала подниматься снова. Плодородная почва снизу всё больше серела, исчезая, и вскоре на её месте остались лишь камни. Она потянулась следом за Даниелом, образуя холм, а тот всё понимался и поднимался, постепенно став небольшой горой. Небо тем временем всё светлело, становясь подозрительно мятного цвета.

Даниел почувствовал спиной неприятное липкое чувство. И хотя смешанный с интересом ужас от происходящего затопил его мысли почти полностью, ощущение присутствия пугало намного сильнее. Даниел резко обернулся.

Последнее, что он ожидал увидеть среди урагана из мутной воды, пыли и камней, хаотично летящих в пространстве – это девочку с длинными волосами цвета металла. Её серые глаза источали приглушённый, но хорошо заметный холодный свет.

Даниел хотел что-то сказать, но подходящих слов не нашёл. Кто эта девочка? Может, она – то чудовище, что скрывалось в тумане? А вдруг она, как и он, тоже заблудилась здесь?

Девочка сделала несколько шагов и остановилась в паре метров от Даниела. Тот как заворожённый разом перестал замечать и скорость, и крошащиеся под ногами камни, и даже крупные серые снежинки, откуда-то падающие ему на голову. Даниел не смел встать, только осторожно протянул к незнакомке руку.

– Тебе нужна помощь? – хрипло произнёс он. – Как тебя зовут? Ты здесь одна?

Девочка окинула его бесстрастным взглядом.

– Люди зовут меня Никогда.

– Ты знаешь, где мы находимся? Это сон?

– Это ничего.

– Это не может быть ничего, – улыбнулся Даниел. – Посмотри, тут есть камни, есть пыль и даже вода, – его взгляд упал на пролетающую мимо снежинку, – и снег тоже есть. Так где же я?

– Это место мы называем Ничего, – уточнила Никогда, глядя точно в глаза Даниелу. – Люди зовут его Топями.

– Люди? – переспросил Даниел. От пристального взгляда девочки ему становилось неуютно. – Кто ты?

– Люди зовут меня Никогда, – повторила странная девочка.

– Ты уже говорила…

Никогда промолчала. Даниел не стал допытываться дальше, чувствуя, как на голове начинают шевелиться волосы. Незнакомка не казалась ему опасной, однако её ледяной взгляд повергал его в странное смятение и будто высасывал из головы мысли.

– Как мне отсюда выйти? – осторожно спросил он, вспомнив, как оказался здесь.

– Ты уйдёшь, когда будет нужно.

Даниел отвёл взгляд, не в силах больше смотреть в безжизненные глаза Никогда, и вздрогнул. Всё вокруг было таким крошечным, что деревья были похожи на спички, разбросанные где-то внизу. А сам Даниел оказался на самой вершине горы, крутые склоны которой обрывались метрах в пяти с каждой стороны от юноши. Кроме того, несколько гор – хотя, скорее, колонн – подобных той, на которой сидел Даниел, он заметил вокруг. Они возвышались едва ли не на сотню метров над равниной, имели отвесные, почти вертикальные склоны и ровно отсечённую верхушку.

На первый взгляд, мир вокруг пришёл в некоторое подобие стабильности. Однако через несколько томительных секунд ближайшая гора-колонна вдруг стала разрушаться, причём снизу – совсем скоро она начала парить в воздухе, а от её основания откалывались всё новые и новые камни.

– Что это такое? – пролепетал Даниел.

Он старался верить, что это просто игры фантазии – однако редкий человек мог осознать нереальность всего происходящего во сне, а с Даниелом подобного и вовсе не случалось.

Никогда даже не взглянула туда, куда указывал Даниел.

– Изломы и инверсии.

Никогда обязательно отвечала. Даниел осознал это чётко и внезапно. И она, судя по всему, многое знала об устройстве этого мира. Если задать правильный вопрос, то можно получить необходимый ответ…

– Что ты здесь делаешь? – спросил Даниел.

Никогда посмотрела куда-то сквозь собеседника.

– Меня спросили, мне нужен твой ответ.

Даниел удивлённо поднял брови. Кто мог спросить эту странную девочку о нём? Может, это и вправду сон? Подумав об этом, Даниел набрался храбрости и кивнул.

– Хорошо, я готов. Что от меня требуется?

– Когда ты стоишь между прошлым и будущим, то выбираешь лишь что-то одно.

Даниел не сразу понял, что это вопрос. А когда всё же осознал, что Никогда ждёт его ответа, то и вовсе растерялся.

Страх перед обрушением колонны, на которой он сидел, крепчал с каждой секундой всё стремительнее. Однако, судя по всему, выбраться пока не представлялось возможным.

Человек всегда стоит между прошлым и будущим, в мгновении «настоящего». К тому же будущее наступает без его желания или влияния… Да и прошлое вернуть ещё никому не удавалось.

Возможно, Никогда имела в виду что-то более тонкое? Например, смысл, который люди вкладывают в понятие «прошлое» и «будущее», ведь он несколько отличается от значений, расписанных в толковых словарях.

«У тебя прекрасное будущее!» – говорила, улыбаясь, мать.

Она имела в виду, что у Даниела теперь есть место в СОГ, и он ни в чём не будет нуждаться.

Он вспомнил контекст этих слов. Даниел ужасно переживал перед своим первым рабочим днём – из рук всё валилось, и когда он разбил любимую чашку, окончательно расклеился. Даниел боялся неизвестности, которая следовала за новым этапом жизни. Видимо, это и было то «будущее», о котором говорила Никогда.

«Пусть прошлое станет углями в ваших кострах!» – закончил свою речь классный руководитель перед выпуском Даниела из школы. Он говорил стоить будущее, опираясь на прошлое. Да и что значит человек без корней? Призрак без Родины и любимых.

Но если именно эти «будущее» и «прошлое» имела в виду Никогда, то Даниел значительно сомневался в ответе. Ни без того, ни без другого хорошо жить не получится. Добровольно отказываться от одного из этих основных понятий просто преступление, в первую очередь, по отношению к себе.

– Нельзя выбирать, – наконец ответил Даниел. – И я не могу это сделать. Как жить без прошлого или будущего?

– Ты выбираешь лишь что-то одно, – повторила Никогда.

Даниел вздохнул. Земля под ногами, едва покачнувшись, рухнула с многометровой высоты. Даниел в ужасе схватился за рассыпающиеся под пальцами камни, а Никогда даже не шелохнулась. Она лишь продолжала смотреть ему в глаза своим тяжёлым немигающим взглядом, от которого становилось жутко.

Что, если ответ на вопрос был выходом из Ничего… Или Топей? Даниел не знал, может ли умереть в этом месте, однако проверять это не собирался.

– Выбирать не нужно, они одинаково важны, но всё же я пойду в будущее, учитывая прошлое! – воскликнул он. – Такой ответ тебя устроит?

– Да, – почти неслышно ответила Никогда.

Даниел вскочил со своей кровати. Сердце колотилось так быстро, что казалось, вот-вот проломит рёбра. Юноше потребовалось несколько минут, чтобы отдышаться и успокоиться.

Это был просто сон. Странный, пугающий, но сон, который уже закончился.

Даниел вышел на кухню и налил себе воды. Воспоминания его не отпускали. Ужас накатывал волнами.

За окном стояла непроглядная чернота, и от этого становилось только неуютнее.

Глава 6

Бааде села на мягкой траве и прислушалась к звукам вокруг. Тишина. Нет, не та, что повисает в воздухе в предрассветный час. И не та, которая стоит над выжженными солнцем пустырями. Вокруг стояла мёртвая тишина – та, внутри которой невольно начинаешь сомневаться в собственном слухе.

Величественные деревья стояли недвижимо, ни один листочек не трепетал, бросая ажурные тени на мох под ногами. Ветра не было и подавно – столько бы Бааде ни махала ладонями, он не появлялся. Вокруг не было ни птиц, ни насекомых, которые создают успокаивающий разум фоновый шум.

Все было похоже на выставку невероятно детализированных скульптур, зачем-то собранных в одном месте.

Бааде осторожно направилась вперёд, оглядываясь в страхе, что кто-то подойдёт к ней со спины. В Топях не было безопасных мест. А такие – мнимо светлые и обычные – представляли куда более серьёзную угрозу. Одна из них грациозно выплыла из-за деревьев и остановилась в паре десятков метров от Бааде.

Это была привлекательная девушка с длинными светлыми волосами, струящимися по плечам реками жидкого лунного света.

– Карна, – выдохнула Бааде, немного расслабляясь. Эта Тень была не столь опасна, как многие другие обитатели подобных мест, однако с ней тоже следовало держать ухо востро.

– Нечасто встретишь тут живых, – негромко ответила Карна, и её голос отразился от десятков деревьев, шипя и усиливаясь.

– Я проходила мимо. Мне нужно к Шелесту.

– Он не даст тебе тех ответов, которые ты хочешь услышать.

– Но и ты их не можешь дать, – резонно возразила Бааде.

Все Тени, достигнув определённого уровня влияния в Топях, были примерно равносильны. Однако как бы способна и умна ни была Карна, по статусу она была ниже Шелеста, да и куда менее сговорчивой. Иногда она до дрожи пугала Бааде одним лишь взглядом своих мертвенно-пустых глаз.

– Я хотя бы знаю, о чём говорить. Он никогда не жил, потому не поймёт тебя. Будь он хоть много раз прозорлив и добросердечен… Ты совершаешь ошибку.

– Откуда ты знаешь?

– Я умерла не так давно, чтобы обо всём забыть. И ты все же не чужая мне, пусть мне и нет до тебя дела.

– Я все равно пойду к Шелесту, хочешь ты этого или нет, – отрезала Бааде, почти без страха шагая к Карне.

Та в ответ сузила глаза и криво усмехнулась. Она никогда не была настроена приветливо, к тому же Эрида предупреждала Бааде не доверять Карне. Однако агрессии она тоже не проявляла, в отличие от многих других Теней.

– Иди, конечно, – почти промурлыкала Карна.

Бааде пробежала мимо Карны в сторону виднеющегося вдалеке неба. Там лес кончался, и она спешила покинуть это мерзкое место.

Пространство вокруг вытягивалось, земля пузырилась. Но в Топях, а особенно на них границах, это в порядке вещей. Кажется, что делаешь один шаг, а на самом деле проходишь пятьсот. А бывает наоборот. Даже Бааде боялась лишний раз ходить сюда, однако порой это было необходимо.

Разговор с Карной выбил её из колеи. Хотя Тень не говорила  опасных вещей, само её появление не сулило ничего хорошего. Обычно она не подходила близко к границам Топей или, как их ещё называют, Воронкам. Бааде частенько встречала её на болотах, но ещё никогда – в зеленеющем лесу.

«Карна хочет вернуться, – твердила из воспоминаний Эрида, – она больше всего на свете хочет вернуться. Не верь её словам. Не ходи за ней. Не слушай…»

– Проклятие, – прошептала Бааде, споткнувшись об корень и едва не упав.

Она наконец выбежала в город, если это место можно было так назвать.

Вокруг высились многоэтажные дома, чьи крыши уносились, казалось, до самого неба (может, действительно до неба), а фундаменты тонули в непроглядной тьме внизу. Они были соединены множеством переходов, лестниц и полуразрушенных мостов, по которым теперь осторожно перебиралась Бааде. Шелест всегда находил её сам, потому что она так и не смогла запомнить расположение всех этих однообразных зданий. Бааде подозревала, что их соединения постоянно менялись, поскольку она не помнила, чтобы проходила �