Водоворот

Торги

Это был славный денёк для того, чтобы умереть. Солнце светило ярче обычного, отчего народу приходилось щуриться и прикладывать ладони «козырьком», чтобы наблюдать за представлением посреди площади. Конечно, вряд ли казнь можно считать чем-то весёлым, по крайней мере, для того, кого ведут на эшафот, но местному люду публичные убийства были очень даже по душе. Не каждый день кому-то мотают петлю вокруг шеи, тем более пирату, которых здесь не любят больше чем воров и мошенников.Поэтому толпа вела себя громче, чем обычно, желая поскорее услышать хруст чужой шеи.

На эшафот вывели пирата, капитана самой "Капеллы", корабля, команда которого попила немало крови у всего королевского флота.

Как только беднягу, с мешком на голове, провели по скрипучей лестнице, глашатай расправил свиток и громко зачитал:

– Решением его Величества короля Леонеста, за совершенные деяния против закона, пират Галлен приговаривается к смертной казни через повешение!

Командор Дюваль с предвкушением наблюдал за процессом, стоя на высоком пьедестале напротив эшафота. Он гонялся за этим отбросом несколько лет, и вот, наконец-то, он будет казнён на родной земле заклятого врага. Нет ничего слаще, чем вкус победы над мусором, что возомнил себя человеком.

Мешок снимают, и взору людей предстаёт лохматый светловолосый парень, совсем юнец, с наглым взглядом серых глаз и ухмылкой, которая всегда выводила Себастьяна Дюваля из себя. Как он смеет ухмыляться стоя у виселицы? Даже перед лицом смерти хочет показать себя бесстрашным? Смешно.

Люди из толпы выкрикивают в его сторону ругательства и пожелания мучительной смерти, а Галлен словно не слышит всего этого, обводит взглядом толпу и открывает рот, чтобы сказать. Заметив это люди неожиданно затихают.

– Не ведите себя как бездушные твари, а где последнее желание? Правила то надо соблюдать.

Командор лишь сжал зубы и согласно кивнул глашатаю. Как бы ни хотелось услышать хруст шеи этого выродка, а правила есть правила, и таких культурных людей, как Дюваль учили их соблюдать. Всё равно это его единственный способ потянуть время перед кончиной.

– Пирату Галлену положено последнее желание, – объявил глашатай и уступил место палачу. Коренастый мужчина в черной маске, из-за которой были видны только глаза, прошёл ближе к пирату и перекинул готовую петлю через шею. Тот даже не шелохнулся.

– Дайте хоть водички попить напоследок, а? Жарко до ужаса! Умирать так хоть не с пересохшим горлом.

Желание довольно безобидное и многих даже рассмешило. А лицо Галлена продолжало быть серьёзным. Он, правда, очень хотел пить. Специально отосланный человек принёс кувшин с холодной водой, и помог отпить.

– О-о, хорошо-то как! Теперь и умирать не страшно, спасибо, господин Дюваль! – Галлен посмотрел прямо на командора и подмигнул ему. Что-то в его глазах говорило о насмешке, только над кем: над Дювалем или смертью? В какой-то момент Себастьян разгадал этот взгляд и схватился за шпагу. Всё произошло слишком быстро: раздались взрывы с главных ворот, лошади со страху встали на дыбы и побежали прямо в толпу, которая в панике начала разбегаться. В палача и глашатая выпустили стрелы и их тела плашмя упали с эшафота. В руках слуги, что принёс воду, показался кинжал, которым за пару движений он разрезал верёвку на шее Галлена.

– Схватить изменника и пирата! – прокричал командор, пробираясь сквозь паникующих людей. Но он не успел, как и его люди. Галлен сразу же скрылся из виду, оставив после себя пустой кувшин и разрезанную петлю.

☸

Пока стража рыскала по окрестностям города и выискивала сбежавших, Эстебан успел вывести капитана за стены через секретный лаз, который вся команда выкапывала накануне ночью.

Завидев морские просторы перед глазами, Галлен радостно улыбнулся, потирая шею. Ещё чуть-чуть и возможность вот так созерцать свою любовь он бы просто потерял.

– Спасибо, Эст. Я, конечно, в вас не сомневался, но ещё бы пара секунд…

– Простите, кэп. Я не мог натянуть на себя это дерьмо, – пират указал на белые чулки прислуги, – Ни за какие деньги бы не согласился ходить в этом каждый день. Ещё и яйца чешутся.

Капитан закатил глаза, но не удержался, чтобы не обнять за плечи члена своей команды. Да, по большей части они походили на идиотов, но внутри хранили золотые сердца, которым никогда не найдётся замены. Они вытаскивали друг друга из стольких передряг, что не пересчитать, и сегодняшний день официально войдёт в копилку их пиратских приключений.

– Уверен, что остальные уже на корабле, давай поторопимся, – сказал Эстебан, – Хочу поскорее снять с себя это убожество.

Галлена это рассмешило и всю дорогу до берега в адрес старпома отпускались шутки о том, что ему очень даже идёт.

☸

– Капитан! Мы вошли в Порт-о-Пренс! – громкий голос Эстебана можно было услышать с соседнего острова, а их разделяла всего лишь толстая дубовая дверь капитанской каюты. Галлен проснулся, но глаза открыл не сразу. В нос ударил едва солёный воздух, который донёс ветер с той стороны моря, где есть только горизонт и ни дюйма суши.

Галлен на своём корабле, и голова его твёрдо держится на шее, это не могло не успокаивать. С похода на виселицу прошло несколько дней, но почему-то бывалого капитана никак не отпускает эта ситуация. С лицом смерти он знаком как никогда, тогда какого чёрта ему всё ещё не верится, что он жив? В тот день, как только он вернулся на корабль, то сразу дал курс на ближайший пиратский порт, чтобы пополнить запасы и дать команде отдохнуть. Всё-таки, спасти его задницу из-под носа королевской стражи, и не попасться самим, было не так просто.

Перед тем как окончательно подняться, Галлен закрыл небольшое окно на ставни, натянул тяжёлые сапоги на голую ногу, и захватил широкополую шляпу с ободком из почерневших ракушек на пеньковой верёвке. Когда скрипнула дверь каюты, вся команда перестала разглядывать пейзажи и уставилась на капитана. Тот сощурился от яркого солнца, надел шляпу и громко сказал:

– Скал никогда не видели? А ну живо потащили свои задницы в трюм и достали бочки. Как только встанем на мель, нужно набрать провизии. Гулять пойдёте, когда корабль будет забит жрачкой, ясно?

– Да, капитан!!! – прокричали все дружно.

Слова о том, что вечером получится гульнуть в ближайшей таверне с местными шлюхами радовала, как глоток воды в голой пустыне, кому как не пиратам об этом знать. Толпа радостно загудела и разбежалась по кораблю.

– Капитан, а вы не пойдёте с нами? – спросил штурман по имени Барти, на что Галлен лишь ухмыльнулся и прошёл к борту. Эст недовольно шикнул в сторону парня и дал смачный подзатыльник.

– Никогда не спрашивай у капитана такие вещи, идиот.

– А что не так то? – буркнул парнишка, потирая затылок.

Бартоломью в этой команде не так давно. Он был худым высоким парнишкой, с рыжеватыми волосами, собранными в нелепый хвост и детским лицом усыпанным веснушками. Такие люди всегда выглядят моложе своего возраста, хотя парня заверили, что служба в море похерит личико так, что шлюхи будут просить надбавку за ночь.

Его взяли пару месяцев назад, на Тортуге. Парнишка хотел казаться смелым, когда пришёл в таверну полную бандитов, чтобы найти работу, но его дрожащие коленки были заметны даже потёмках. Галлен вовремя его приметил и усадил за свой стол. Барти рассказал, что его отец был картографом и обучил его всему что знает, однако недавно тот почил, и сыну пришлось искать себе работу. С тех пор бороздили океан да грабили торговые суда, пока судно командора Дюваля не устроило на них атаку. Барти казалось, что за это время он успел выучить команду и капитана, только оказывается что это только малая часть. У многих тут свои тайны, но у Галлена их больше всего.

– Просто не говори и всё. Кэп всегда остаётся на корабле, когда нас отпускает в порт. Даже в помощниках дозорных не оставляет, всей команде позволяет отдохнуть. Мы однажды сами предложили остаться посторожить, так у него настроение и так было не очень, и он штурману ноги обстрелял. Мы тебя, кстати, из-за этого и взяли.

Эстебан, видя, как юнец перед ним застыл, похлопал его по спине и пошёл готовиться к швартовке. Нужно было раздать указания квартирмейстеру Финниану насчёт провизии и организовать команду для вылазки на рынок. Старпом метался по кораблю, когда Галлен подозвал его к себе.

– Я выйду в город, пока вы наполняете трюм. Как вернусь, сможете пойти в таверну. И не забудьте покормить Себастьяна.

– Да, капитан.

Эстебан наблюдал за ним последние дни, и чётко замечал, что с ним происходит неладное. Может, думает много? Он слышал, что люди, когда много думают – грустнеют, это подтверждали почти все его собутыльники. Поэтому капитан поступил правильно, решив выйти на сушу, и в этот раз не в качестве осуждённого.

Как только «Капелла» встала на мель, команда тут же спустилась вниз, выгружая пустые бочки и мешки. Капитан вышел последним, наказал управиться до вечера и пошёл в сторону города.

Порт-о-Пренс не считался самым популярным среди разбойников и пиратов, но при этом имел свой особый шик и атмосферу. Проходя по улицам, грязным, пропахшим гарью и тухлой рыбой, Галлен отвлёкся от мыслей, что беспокоили последние несколько дней. Какая-то шлюха с ярким макияжем начала зазывать пирата пойти с ней и расслабиться, а несколько торговцев начали громко нахваливать свой товар. Шум и гам городской жизни пробуждал в Галлене совсем иные чувства, нежели океан. Это два мира, с разными цветами и запахами, которые дано познать далеко не каждому. Пират ещё не знал, захочет ли купить очередную безделушку, что займёт уголок в его каюте, или попробовать какое-нибудь яство, что контрабандой привезли из-за океана. Сейчас его целью было отдохнуть от душевных тягот и немного пройтись.

Он блуждал по городу около получаса, пока не наткнулся на некое подобие площади с небольшой деревянной сценой. Рядом уже стояла толпа и шумела, как пчелиный рой. Подойдя ближе, Галлен понял, что это торги. В таких местах это довольно частое зрелище. На аукционе выставлялся самый разношёрстный товар: от сковородки до человеческой жизни. Местные разбойники продавали в рабство всех, кто более-менее подходил для работы, и выручали за это неплохие деньги. Некоторые представители знати даже тайно присылали своих людей на эти земли, чтобы приобрести нескольких работников для плантаций или конюшен.

Подойдя ближе, Галлен ощутил интерес к происходящему и остался в стороне, наблюдая, как люди ведут словесные бои за старую шубу, в которой, по виду, побывала не одна моль. С какой-то стороны это выглядело забавно. Как только шубу выкупила громоздкая женщина, с таким же макияжем как у той шлюхи, было решено пойти обратно к кораблю, но Галлен замер на месте, увидев следующий товар. На сцену поднялся старик, грязный и лохматый, как и добрая половина обитателей этого порта. Он резко дёрнул за верёвку и на сцену, едва успев подняться, упал парень. Бедняга даже не попытался встать на ноги, когда старик дёрнул за верёвку ещё несколько раз. Сам того не понимая, Галлен сделал пару шагов вперёд, чтобы рассмотреть юношу. Он был одет в широкие штаны из самой дешёвой и грубой ткани, подвязанные верёвкой на тонкой талии вместе с рубахой, что была явно велика и едва держалась на острых плечах. Его кожа была непривычно светлой, словно он никогда не был на солнце, и будто отливала перламутром как самая настоящая жемчужина. Длинные светлые волосы были грязными и спутанными. Галлен судорожно пытался вспомнить на что похож этот цвет и через мгновение его осенило. Аквамарин! Он видел эти кристаллы в одной из пещер на Безликих островах. Бледный голубой оттенок едва заметен, а на солнце волосы кажутся седыми. За один только цвет волос можно задрать цену, ведь нечасто увидишь седого юнца. Такого можно выкупить, чтоб показывать на потеху или отдать в бордель. Мордашка то у него красивая, если хорошенько отмыть. Несмотря на жару, парень дрожал и с ужасом смотрел на толпу, будто вот-вот его могли бросить на сковороду и пожарить. Хотя, если его купят, неизвестно какая участь ему выпадет, может смерть в огне не так уж и страшна.

– Это не просто раб, – объявил старик, показывая беззубый рот, – Это раб с секретом! Но его я расскажу только после покупки. Сто монет!

– Сто пятьдесят!

– Сто семьдесят!

– Двести!

Все стали кричать наперебой. Кто-то говорил, что это колдун или чародей, только они могут родиться с таким цветом волос, кто-то думал что тот нечисть привезенная из-за моря. Последняя цифра замерла на пяти сотнях. Испуганный парень так и продолжал валяться на полу, пряча лицо в связанных руках, пока счёт старика не был перебит:

– Тысяча монет!

Галлен сказал это. Решился. Каких-то несколько секунд, чтобы побороться со всеми сомнениями, взвесить все “за” и “против”, глядя на то, как в страхе содрогаются плечи парнишки, и вот, пирата объявляют победителем. Среди толпы никто не решился бы отдать такие деньги за одного раба, тем более за такого немощного, что даже стоять не может.

Зачем ему нужен раб, Галлен сам не понимал. Хотя, чего кривить душой, на это красивое личико однозначно найдётся дело.

– Продано достопочтенному господину в шляпе с ракушками, – старик не мог скрыть ликования в голосе, и поспешил поскорее избавиться от товара и получить деньги. Дёргая за толстую верёвку, он заставил парня подняться и проследовать за ним к старым сараям. Сам продавец представился Рамоном. Всю дорогу Галлен не слушал как старик восхвалял покупателя и предупреждал, что о покупке он ничуть не пожалеет, а наблюдал за парнем, что едва волочил ноги, изредка хромая. Уж не ранен ли он? Может, он калека? Если сейчас так и окажется, то он без зазрения совести застрелит обоих, вернётся на корабль.

– Вот сюда, господин, проходите, – этот голос становился всё более мерзким, полным притворства и Галлену уже не терпелось быстрее закончить. Они прошли вглубь старого сарая, где пахло сеном и навозом. Солнце хорошо освещало помещение, и старик подметил, что идеальнее времени для раскрытия секрета этого раба и быть не может. Галлен молча стал наблюдать, как парня вывели к самому освещённому месту у окна, чтобы солнечный луч падал прямо ему на спину. Ни одной попытки сопротивляться или убежать. Может смирился, а может верёвка, что уже была привязана к столбу, не оставляла шансов на побег. Старик протянул руки к его штанам и тогда парень начал дёргаться, но не произнёс ни звука.

– А ну тише! – звук пощёчины разрезал тишину, и парень притих, спрятав взгляд за длинными волосами. С него быстрым движением стянули штаны, бедняга поджал ноги и больше не двигался. Галлена наоборот подобное действие возмутило.

– Его секрет в том, что он евнух или что? Что за хрень, старикашка? Надуть меня вздумал? – взгляд Галлена загорелся яростью за считанные секунды, а руки уже ухватили мужчину за грудки. Больше всего в жизни когда его принимают за дурака.

– Нет-нет! Это для другого! Дайте мне ещё секунду! – Рамон говорил убедительно и Галлен решил дать ему шанс. Всё происходящее вообще казалось полнейшим бредом, особенно когда старик отошёл в угол, взял заранее приготовленное ведро с водой и, к удивлению Галлена, вылил всё прямо на полуголого юношу.

– Какого…? – пират скривился в непонимании, но старик заверил, что всё правильно и сейчас покупатель будет удивлён. И ничуть не обманул. Разлитая вода засветилась синим светом, стала обволакивать худые ноги и на бледной коже начали вырастать чешуйки с небесно-голубым отливом. Галлен заворожённо смотрел на это чудо, медленно понимая, в чём заключался секрет этого парня. За несколько секунд вместо ног вырос рыбий хвост, в несколько раз длиннее, чем сами конечности.

– Я слышал, что слёзы русалок обладают целительной силой, – произнёс Рамон, глядя, как дрожит парень и поджимает хвост ближе к себе, – Я пытался заставить его плакать, но это те ещё бесчувственные твари. Вот и решил, что с него живого больше пользы, если продам. Пусть развлекает таких богатых господ как вы.

Этот парень был действительно красив, несмотря на грязное лицо и солому, прилипшую к мокрому хвосту и рукам. Но так ли русал свиреп, как говорят легенды? Любой нормальный пират уже давно бы пристрелил тварь и того, кто её притащил, дабы избежать проблем, но только не Галлен. Это было весьма интересно, мало того, он заплатил немалые деньги. И не просто за человека, а целую русалку! Чёрт, это самое настоящее везение, которое так долго обходило пирата стороной.Об этих созданиях ходили легенды, красивые, жуткие, прямо как то, что сейчас лежит перед ногами пирата… Галлен постоянно слышал, как бывалые моряки описывали морских дев, что им удавалось увидеть на скалах, или проплывающих возле корабля, но в живую увидеть такое чудо удалось впервые. Среди морей даже гуляет песня о несчастной Селене, первой русалке, которая стала погибелью многих моряков, когда один из них разбил ей сердце. С тех пор русалок и их пения боятся все, кто хоть раз ступал на борт.

– У него есть имя? – спросил Галлен, присаживаясь на корточки рядом с лицом русала. Парень ещё больше сжался и зажмурился.

– Может и есть, только он не говорит. Может по своему, по-рыбьи, но не по-человечьи.

Это безумие. Просто безумие, привести русалку на борт «Капеллы» и сообщить команде, что кэп решил завести себе раба. Но можно промолчать насчёт его хвоста, ведь, как успел понять Галлен, пока он сухой, то остаются ноги.

– Что-ж, – Галлен схватил его за подбородок, заставив открыть синие, как ледяной океан, глаза, – Добро пожаловать на борт, Жемчужинка.

На борту Капеллы

Финниан как раз осматривал трюм на заполненность провиантом, когда команда радостно забегала, увидев капитана. Старпом поднялся на палубу, уже настроенный на прекрасный вечер, однако замер на месте, глядя как Галлен идёт не один. Какой-то седой оборванец, едва волочивший ноги, шагал за ним со связанными руками. Вся команда сразу начала шептаться и выдвигать варианты того, кем может оказать этот немощный бедолага.

– Капитан? – Эстебан как всегда не контролировал громкость своего голоса и быстро оказался у лестницы, – А это кто?

– У него пока нет имени, – спокойно бросает капитан, ведя парня за верёвку. Сердце слишком быстро стучало в груди. Казалось, у него на лбу написано: «Я притащил на наш галеон одну из самых страшных морских тварей». Благо это создание молчало и никак не оказывало сопротивления, хотя было заметно, как ожил его взгляд при виде воды. Интересно, сколько времени он провёл на суше? И как вообще попал в руки того старика?

– Купил себе раба по дешёвке. Он немой вроде как, но отлично убирается. Как мне сказали. Будет драить мою каюту и развлекать, когда скучно.

– Оу, понял, – недоверчиво протянул Эстебан, и оценивающе осмотрел парня, который дрожал как мышь перед стаей кошек. Вся эта ситуация была странной. Когда это капитан опустошал карман ради уборки в каюте? Конечно, бесспорен тот факт, что там черт ногу сломит. Галлен никогда не отличался любовью к порядку и иногда забывал, что полки и столы придумали для того, чтобы на них что-то лежало. Поэтому, принося в каюту еду или карты, надо смотреть под ноги, чтобы не наступить на какой нибудь секстант или чертежные инструменты.

Однако, вспомнив, что капитан в последние дни сам не свой, старпом сделал вывод, что тот просто решил немного изменить жизнь. Иногда же стоит принимать странные решения, чтобы с ума не сойти.

Теперь нужно выделить новому члену команды более подходящую одежду. В награбленных вещах и найдётся что-то лучше, чем эти лохмотья. Пираты часто забирали красивые вещи, когда грабили торговые суда. Не всё же время брать только выпивку и драгоценности, когда можно найти сундук с заморскими тканями, которые отлично подходят для мытья палубы или как заплатка для парусов.

– Тогда, я выделю ему место в трюме…

– Нет! – всполошился Галлен, отчего матросы вдруг замерли глядя на него, – Он будет жить в моей каюте.

Кажется, Галлен слышал стук выпавшей челюсти, или может кто-то уронил бутыль с ромом, но факт остаётся фактом, – капитан поверг всех в шок. В его каюте никто и никогда не находился дольше часа, даже Эсти, второй человек на Капелле после капитана. А тут какой-то жалкий оборванец и сразу столько привилегий.

Перечить никто не стал, да и не смел. Решение капитана, каким бы оно не было странным, всегда было самым правильным, и все свои вопросы каждый оставил при себе. Барти с подозрением оглядел этого немощного и встретился с ним взглядами. Глаза, синие как воды океана во время шторма, вызывали волну необъяснимого страха и штурман быстро развернулся спиной к нему.

– Тогда ладно, ну так мы это… можем идти? – Эстебан глянул в сторону Финни и тот, словно ждал сигнала, подошёл ближе и чётко проговорил:

– Трюмы заполнены до отвала, капитан. Все закупки у чародеев выполнены. Состояние корабля сносное, никакого ремонта не требуется.

– Хорошая работа. Свободны, и чтобы завтра утром ваши задницы уже были здесь. К обеду отплываем.

– Да, капитан!!!

Русал вздрогнул от громких голосов и снова спрятал взгляд за длинными волосами, что выбились из шнурка. Матросы, радостно толкая друг друга начали покидать корабль. Финниан даже надел свою чёрную парадную рубашку со шнуровкой на груди и любимые штаны в чёрно-красную полоску, как у циркачей на городских площадях. Он считал что обворожит таким видом всех работников борделей. И в целом он был прав: с таким аристократичным лицом, серьгой в ухе, и копной черных кудрей, даже если он натянет на себя кусок паруса, то не потеряет и капли своего обаяния. Эстебан же не ставил себе целей завалиться в койку с местными шлюхами, а потратить честно украденные деньги на выпивку и несколько партий в “Бродячих мий”. Внешностью Эстебан походил на коренных жителей Тьерра Дорады, или как в народе говорят Королевство семи бутонов. Оливковая кожа, выразительные скулы, тёмные каштановые волосы, которые он подвязывает в небрежный пучок на затылке и глаза карие, светлые. Все признаки цветочного народа на золотой земле.

Капитан проводил команду взглядом, пока корабль окончательно не опустел. Тогда он повёл раба в каюту и привязал верёвку к широкой ножке комода, прибитого к полу. Если бы у русала были силы, он бы без проблем освободился, но чертов старик слишком замучил бедное создание. И вода. Как же ему хотелось обратно в океан, но всё что он получил за последние несколько дней – то ведро, что Рамон вылил для показательного выступления перед этим пиратом. Зато запах моря, что исходил от его покупателя вселил огромную надежду на возвращение домой. Поэтому не стал сопротивляться. Пусть его приведут максимально близко к воде, тогда побег останется лишь вопросом времени.

Галлен устало вздохнул и снял жилет бледно-голубого цвета, оставаясь в просторной белой рубахе. Весёлый выдался денёк, ничего не скажешь. Госпожа удача решила вновь вернуться под его парус.

– Ты меня понимаешь?

Русал кивнул.

– Так, уже хорошо, – Галлен приблизился максимально близко и потянул за волосы, чтобы рассмотреть лицо вблизи. Русал зашипел от боли, но глаза не закрыл, упрямо глядя на пирата. Нежные черты лица, аккуратный нос, бледные губы и пугающе холодные, как воды океана, глаза. Пират даже поймал себя на мысли, что это лицо ему кого-то напоминает, но вспомнить так и не получилось.

– Только вот удивительно, как ты можешь понимать, но не уметь отвечать? Одна часть у таких как ты – человеческая, значит, и говорить ты должен, по-человечески.

Молчание.

Галлен ясно увидел в глазах русала удивление и толику страха, значит, попал прямо в цель. Отпустив волосы, пират поднялся и отступил к столу.

– Не пытайся обмануть такого человека как я, Жемчужинка. Поверь мне, я стал твоим спасением, ты ещё должен быть мне благодарен. Если бы не мой жест и кошелёк, тебя бы уже давно жарили на вертеле. Так что, без глупостей в виде побега, хорошо?

Глаза русала едва заметно раскрылись. Галлен мысленно похвалил его способность сдерживать эмоции.

– Ты думаешь слишком громко, вот что я тебе скажу. Уверен, ты успел заскучать по своему океанскому дому, но я заплатил за тебя деньги не для того чтобы играть в праведника и возвращать потерянных домой. Не смотри на меня так, я не такой уж и злодей. Как минимум, я не собираюсь заставлять тебя плакать.

Взгляд русала тут же изменился, стал растерянным. Он правда не знал как реагировать на такие слова, ведь слёзы это единственное ради чего люди готовы замучить русалок до смерти.

– Тогда что?

Капитан замер на месте услышав хриплый голос русала. По рукам и спине пробежали мурашки.

– Повтори, – как заворожённый Галлен подсел ближе. Русал молчал, с вызовом смотря в ответ. Видимо, слушаться пирата он не собирался. Потеряв терпение, Галлен обхватил аккуратный подбородок пальцами, с силой сжимая челюсть.

– Я сказал, повтори.

Эта полурыба явно не хотела подчиняться и их гляделки продолжались довольно долго, пока Галлен со вздохом не отстранился, вытирая руку, которой только что держал чужой подбородок. От русала всё ещё воняло тем сараем.

– На этом корабле все слушаются только меня, – капитан говорил непринуждённо, словно описывает погоду за окном. Он прошёл к другой стороне каюты и достал деревянный таз, тряпку и вылил туда остатки воды из кувшина.

– Теперь ты тоже часть корабля, понимаешь? И мне есть что тебе предложить, поэтому тебе не стоит упрямиться. Но для начала умоем тебя, а то несёт как от свиньи в летний месяц.

Русал настороженно посмотрел на таз, на несколько секунд на его лице отразилась радость, которая тут же разбилась о реальность, когда он вспомнил о крепких верёвках на руках. Это не океанская вода, он чувствовал. Русал тут же задёргался, словно к нему подносят раскалённое клеймо, а не мокрую тряпку. Галлен удивлённо посмотрел на него и расхохотался.

– Чего это рыба воды испугалась, а? – Не убирая широкой улыбки, капитан потянул руки к рубахе, отчего русал задёргался ещё сильнее и зажмурил глаза.

Тогда Галлен понял. Это существо боялось не воды, а его самого. Подумать только, пару минут назад этот раб смотрел на него с вызовом, а теперь трясётся от страха. Что же этот старик с ним вытворял?

– Да не собираюсь я тебя резать, успокойся! – Галлен попытался ещё раз дотянуться до рубахи, но русал начал отбиваться ногами. Пришлось выйти на палубу и притащить ещё верёвку, чтобы привязать ноги к ножке ближайшего стола. Когда русал был полностью связан, у Галлена получилось разорвать грубую ткань на груди и откинуть её в сторону.

– Черт побери..

Русал отвёл голову в сторону, пряча красное лицо под длинными волосами и жмуря глаза, словно ожидая неизбежной атаки. Но Галлен не собирался его бить, лишь замер, разглядывая ссадины и синяки на рельефном худом теле. Похоже, это старик и имел ввиду под «заставить плакать». Поэтому это существо так боялось, что рубашку снимут? Боялось, что нападут снова? Внутри Галлена начал закипать гнев, что стало слышно по его голосу:

– Да не нужны мне твои слёзы, я же сказал. Перестань дрожать! – Капитан взял тряпку, с силой выжал лишнюю воду, и, развернув лицо русала к себе, начал стирать с кожи следы грязи. Тот хлопал ресницами, глядя с каким непринуждённым видом человек вытирает его лицо. Несколько капель с тряпки тут же скатились вниз по бледной шее, засветились синим цветом и впитались в кожу. Галлен очень сильно старался не обращать внимания, как рвётся ткань холщовых штанов и на выросший внизу хвост, тщательно отмывая кожу на лице. Через какое-то время он невольно восхитился, как преобразилось лицо этого существа без грязи и прилипшей соломы. Если ещё вымыть волосы, то такую красоту можно будет описать только одним словом – «неземная».

– Нужно отмыть волосы. Лучше бы тебе не дёргаться, чтобы я не вырвал их ненароком.

Русал больше не двигался, принимая помощь пирата. Галлен подумал, что у того совсем не осталось сил, и эти капли воды никак не помогли. Интересно, сколько времени он на суше и как попал к старику Рамону? Как долго он не был в воде и что он чувствует? Может он испытывает жажду, как и люди, когда хотят пить, или же чувствует упадок сил, как при болезни? Пока Галлен вымывал из перламутровых волос грязь, в его голове роились сотня вопросов, но самый главный напрочь застрял в мыслях ещё с того момента как секрет русала был раскрыт одним ведром воды.

Наконец он закончил с мытьём головы, убрал таз с грязной водой и принёс одежду, оставленную Эстебаном. Белая хлопковая рубашка со шнуровкой на груди и кружевными рукавами, была в одном из сундуков с ограбленного судна какого-то богача. Как и штаны из коричневой кожи, что явно было лучше, чем те лохмотья. Галлену пришлось по очереди развязывать верёвки на руках русала, чтобы надеть рубашку, а вот со штанами придётся повозиться. Пленник почувствовал как приятная ткань касается кожи и с облегчением выдохнул. Ничего плохого не произошло, пират и правда не собирался делать ему больно.

Галлен выпрямился, упёр руки в бока и взглянул на огромный рыбий хвост небесно-голубого цвета и мощным плавником. Таким можно сбить с ног человек пять за один взмах. Сейчас пират действительно был рад, что у русал слаб. Повстречаться с таким созданием в бою он бы не хотел.

– Придётся ждать пока вся вода с тела высохнет, – вынес он вердикт и начал оглядывать каюту в поисках тряпки.

Полотенец у пиратов не водилось, даже в тех награбленных сундуках, так что пришлось вытирать влажные волосы какой-то тканью, которая больше всего могла сойти за замену. Пока Галлен вытирал чужие волосы, то невольно засмотрелся на полузакрытые глаза и то, как подрагивают светлые ресницы. Когда он ещё сможет себе позволить наблюдать за прекрасным русалом столь близко? Ах да, в любое время, в конце концов, он его пленник.

Русала покидали последние силы. Ещё пара минут и он уснёт, так и оставшись с хвостом. Хотя, это его мало волновало. Последние несколько недель он не видел спокойного сна, боялся закрывать глаза и остаться беззащитным. Но сейчас, в этой каюте, вся тревожность отступила, и русал позволил себе задремать. Этот пират не сделал ему больно с тех пор, как они познакомились, и пусть океанский житель не проникся к нему полным доверием и уж точно не хотел оставаться здесь, но почему-то смог заснуть без страха.

Галлен закончил вытирать с волос лишнюю воду и отстранился, глядя как мирно спит это чудесное создание. Ему довелось видеть многое: морских чертей, гигантских рыб и даже парочку фейри, когда им пришлось скрываться в королевстве Синхван. Но эта находка затмила абсолютно всё. Судьба подбросила капитану шанс, который вряд ли выпадал кому-то в последние лет сто, и Галлен допустит страшную ошибку, если не воспользуется им. Но пока что надо позволить бедному созданию отдохнуть. Эти раны на его теле не пугали бывалого моряка, но как никогда вызывали отвращение. Как вообще можно осмелиться калечить такую красоту ради капли слезы? Хотя, откуда в деревенщине чувство прекрасного. Где были гарантии, что эти слёзы помогут обрести вечную жизнь, а не просто окажутся солёной водой? Галлен слышал эти легенды об их чудодейственном влиянии, но что-то он ни разу не видел этого бессмертного, который однажды выпил русалочьи слёзы.

– Как же залечить это всё? – тихо спросил Галлен, аккуратно сдвигая светлые пряди со лба русала. Такой необычный цвет волос, похожий на переливы жемчуга. Взгляд Галлена снова зацепился за раны под ключицей, покрытые свежей корочкой. Помогут ли ему человеческие лекарства, или нужны специальные, с океанского дна? Но достать их капитан не сможет при всём желании, так что придётся попробовать то, что затерялось в их запасах. Финниан закупался у колдунов с Белого острова как раз перед тем как Дюваль схватил его, так что они не успели потратить всё. Этот остров славится тем, что на нём произрастает множество растений, таких как бьянна и хвирга, которые имеют чудесные исцеляющие свойства если к ним применить немного магии. На это способны только островные колдуны, поэтому подобные лекарства можно получить лишь зная правильные места. Порошок из листьев бьянны за несколько минут избавит от любой боли, а мазь из цветов хвирги поможет даже самым глубоким ранам зарасти за пару часов. Но всё это создавалось для людей, поэтому пират ещё долго будет путаться в догадках стоит ли попробовать травы на русале. Тот всё ещё мирно спал, а Галлен всё смотрел на диковинный хвост.

Не будет разницы океанская это вода или нет, – хвост появится как только на тело попадет вода, а значит Галлену не о чем волноваться. Просто держать пленника подальше от неё, а чтобы океанский житель не умер во время их путешествия от желания побыть в родной стихии, у капитана уже есть планы на этот счёт.

Осталось только дождаться, когда подводный житель проснётся и договориться.

☸

После побега именитого пирата, всё Королевство бурно обсуждало произошедшее. На улицах то и дело звучало имя Галлена и его команды, которая так тщательно спланировала побег, что командора Дюваля вновь оставили с носом. Дети, играющие у порта напевали песенку, которая уже давно стала спутницей игр в пиратов:

Галлен, Галлен, пират удалой,

От Дюваля бегает, как ветер над волной!

Командор краснеет, зубами зло скрипит,

А Галлен на “Капелле” весело свистит!

Говорят, сидит пират на острове далёком,

Командору весть прислал, с приветом и намёком.

Сколько не гонись за мной ты по морям,

Помашу рукой твоим я кораблям.

Только местный люд воспринял произошедшее на эшафоте как представление и повод для шуток, а вот местные власти краснели от гнева и негодовали от того, что их так легко провели. Эта кучка пиратов раз за разом грабит их торговые суда и до Орклера доходят лишь плохие вести, вместо заморских товаров. Себастьян Дюваль гоняется за ними уже около трёх лет, с тех пор как галеон с шестью звёздами на борту заимел славу. Несколько попыток уничтожить пиратскую шайку были почти удачными, а в последний раз к нему в руки попал сам капитан, и тот избежал свидания с виселицей. По правде говоря, Дюваль восхищался сплочённостью этих людей и верностью. Куда бы их не завёл Галлен, они идут рука об руку, ещё умудряясь улыбаться. Но рано или поздно он заставит померкнуть их наглые улыбки, и первым на очереди будет капитан этой чёртовой «Капеллы».

– Командор! – в кабинет зашёл Ксавьер Ламперуж, его правая рука и многообещающий юноша, – Корабль готов.

– Тогда отправляемся немедленно.

В этот раз он должен поймать этого ублюдка и всадить остриё своей шпаги прямо в его чёрное сердце. Больше никакого ожидания приговора. Он прикончит его на месте.

Компас

Команда «Капеллы» дружно засела в таверне под названием «Косой Билли». Владелец этого места и впрямь был с изъяном в виде разъезжающихся в сторону глаз, но при этом ловко наполнял бутылки палёным ромом и отстреливал дебоширов грецкими орехами.

Заняв большой столик в углу, молодые пираты заказали выпивку и немного мяса, которое наверняка будет подгоревшим, ведь в таких местах днём с огнём не сыщешь хороших поваров. Порт-о-Пренс был цитаделью обиженных жизнью, немощных и грязных бродяг, пиратов и разбойников. Нога знатного человека даже под дулом пистолета сюда не ступит, что уж говорить о тех, кто элементарно почистить картофель, прежде чем его жарить.

– Я вот чем был удивлён, – начал Барти, – Зачем капитану нужен раб? Да ещё и калека?

– Лучше не думай об этом, – ответил Эстебан, пытаясь прожевать черствый кусок хлеба, – Капитан ничего не делает просто так. Если он купил этого беднягу, значит, он ему нужен.

– Вот-вот, – подхватил Финниан и сразу же подмигнул мимо проходящей девушке с подносом, – Лучше ешь и думай, чем будешь себя развлекать этим вечером, – квартирмейстер с явным намёком кивнул в сторону блудниц с ярким макияжем, что кучкой толпились у лестницы на второй этаж и зазывали посетителей уединиться.

Бартоломью густо покраснел и спрятал лицо в огромной кружке рома. Кисло, сладко и обжигающе, то, что нужно, чтобы покраснеть ещё больше. Команда начала громко смеяться и отпускать шутки в сторону молоденького штурмана, который наверняка других юбок, кроме мамкиной, не видел. После нескольких кружек крепкого пойла, парни разбрелись кто куда, а Барти, почувствовавший, что вот-вот его желудок вернёт подгоревшее мясо обратно, вышел на свежий воздух и побрёл прямо по улице. Вечер вот-вот должен был смениться ночью, розовое небо едва уходило за горизонт, прямо в океан, уступая место ночной синеве с россыпью редких звёзд. Под столь романтичную обстановку штурман всё-таки прочистил желудок рядом с неким подобием клумбы. Будет сюрпризом для хозяйки, когда та придёт полюбоваться на свои маргаритки.

Барти стало намного легче и даже появилось желание пройтись по городку, изучить местность. Всё равно больше делать ему нечего, к шлюхам он не собирался, да и спать не хочется. Полюбуется часок местными видами и вернётся спать на мягкий, скрипучий матрац, чтобы потом целый месяц засыпать на тюфяке в трюме.

Единственный плюс городка – он находился на возвышенной местности. Стоит выйти на окраину, как со всех сторон открывался прекраснейший вид на океан. Присев возле огромного валуна, Барти прислонился к нему спиной и с наслаждением вдохнул вечерний воздух. В такие моменты, когда ты один и немного пьян, а перед глазами пейзаж, захватывающий дух, то в голову невольно лезут всякие размышления. Например, сколько всего успело произойти, что теперь он служит на пиратском судне. Если бы не превратности судьбы, то Бартоломью мог жить праведной и честной жизнью, работать на торговом судне, как отец, возможно бы даже завёл семью.

Рука невольно потянулась к шее, где на пеньковом шнурке висел маленький потрёпанный компас. Единственное наследство отца.

“Иногда стоит пойти против ветра, сынок”, – говорил он, когда было особенно тяжело.

Барти рос в портовом городе в королевстве Синхван. После путешествий на другие материки, Барти понял в каком скверном месте жил. Зимы в Синхване долгие и холодные, весь остальной год над головой висят густые облака, идут дожди, а солнце и вовсе редкий гость.

Его мать, как шептались соседи, была женщиной ветреной и свободолюбивой, не выдержавшей тягот оседлой жизни. Она сбежала вскоре после его рождения, оставив его на попечение отца, Винсента.

Он работал штурманом на корабле богатого купца, любил море всей душой, но больше всего на свете он любил Барти. Мальчик был рыженьким как отец, а от матери получил веснушки на носу и щеках и большие голубые глаза. Винсент старался дать сыну все, что тот мог пожелать, но больше всего он делился с ним своими знаниями о звездах, картах и навигации. Барти рос, засыпая под рассказы об экзотических землях и опасных штормах. Он обожал проводить время с отцом в порту, наблюдая за кораблями, представляя себя капитаном, ведущим судно через бурные воды.

Винсент учил Барти всему, что знал сам: как читать карты, как использовать секстант, как ориентироваться по звездам. Барти оказался талантливым учеником. В юном возрасте он уже мог безошибочно определять местоположение корабля по звездам и строить маршруты.

Пока отец уходил в море на несколько месяцев, Бартоломью занимался их небольшим поместьем, изучал книги в домашней библиотеке и готовился поступить в академию мореходства. Их жизнь могла быть тихой и благодатной, пока однажды отец не вернулся домой с гвардейцами.

Купец Григориан Вирго, на которого работал Винсент, был человеком сложным, и как выяснилось позже – несправедливо оплачивал труд моряков. Винсент, человек честный и праведный, не раз вступался за своих товарищей, чем вызывал гнев купца. Капля за каплей его негодование росло и в один момент достигло пика.

Во время шторма, купец приказал штурману плыть кратчайшим путем, несмотря на предупреждения об опасных рифах. Винсент отказался, настаивая на более безопасном маршруте. Вирго пришел в ярость, обвинил его в неповиновении и оборвал рукава отцовского мундира. Когда они вернулись в порт, купец задействовал все свои немалые связи, чтобы не только лишить отца работы, но и забрать половину его имущества. Барти никогда не забудет как гвардейцы выносили из дома вещи, которые отец годами собирал в путешествиях. Именно тогда внутри парня что-то надломилось. Разве отец сделал что-то плохое, решив сохранить чужой корабль и жизни десятков моряков? Разве достоин такого отношения? Сколько парень себя помнил, отец ни разу не отказал в помощи, даже незнакомцам, всегда стойко выносил все невзгоды, был оплотом честности и праведности… А теперь его не возьмут ни на одно судно, благодаря недовольству одного зажравшегося борова.

– Иногда стоит пойти против ветра, сынок, чтобы найти правильный путь.Барти видел, как отец угасает, потеряв работу. По городу стали разноситься слухи, что Винсент хотел поднять бунт, готовил покушение на купца и прочий бред на который способны людские языки. Вскоре болезнь и нищета быстро подкосили отца. Бартоломью не справлялся. Никто не хотел брать на подработку сына изменника. В последние дни жизни Винсент провёл с сыном, рассказывал ему о своей молодости, встрече с его мамой и благодарности Богу, что подарил ему Бартоломью. Прежде чем его дыхание замерло навсегда, Винсент передал свой маленький компас.

Он был всего лишь пятнадцатилетним юнцом. Юнцом который не смог пойти против мира.После смерти отца Барти остался один в полупустом доме, который совсем недавно казался светлее. Последний удар судьбы постучался в двери на следующий день после похорон. Григориан Вирго бросил под ноги мешочек с золотыми монетами и показал бумагу о покупке имения. Оказалось, что дом был выставлен на аукцион городскими властями сразу же в день смерти отца, а Бартоломью стал считаться сиротой и не может иметь права собственности, так как не достиг возраста вступления в наследство. Очевидно что купец всё ещё имел зуб на отца и решил прибрать к рукам всё, что от него осталось, будь то даже небольшое имение в котором даже не хватит места на виноградник. У Барти не осталось выбора, иначе бы от него просто избавились как от назойливой мухи. Конечно, золота в мешке было в разы меньше стоимости дома, это просто была символическая подачка, но на несколько недель выживания должно хватить.

Он был всего лишь пятнадцатилетним юнцом. Юнцом который не смог пойти против мира.

Против ветра.

Торговцы наживались на слабых, власти закрывали глаза на беззаконие. Барти понял, что честным путем не добьется ничего, кроме нищеты и унижений. Однажды ночью, в таверне на окраине, где он снимал комнату, Барти услышал о пиратском галеоне с шестью звёздами вырезанными на борту. Тот пришвартовался вчера днём, и по слухам его капитан славился своей дерзостью и умением находить добычу. Трактирщик рассказал, что один из пиратов с этого галеона справлялся о местных штурманах, только вот моряков готовых связываться с бандитами не нашлось.

Судьба дала Барти шанс и он решил его не упускать. Он понимал, что жизнь пирата полна опасностей, но был готов рискнуть. Деньги заканчивались, репутация в городе не давала найти работу, и единственное что осталось – старый компас и знания о звёздах и картах. Пиратам плевать на его прошлое, и это прекрасная возможность уплыть от этого проклятого города, обрести какой никакой дом и быть полезным.

Когда Барти спускался по тропинке к пирсу, с каждым шагом приближающим его к галеону он всё больше понимал слова отца.

Пойти против ветра.

Так начался его путь.

☸

Воспоминания Барти прервали два кряхтящих старика, что уселись выше, перед валуном, и по всей видимости собирались устроить полуночный пикник. Послышался звон бутылок. Из-за некрупного телосложения, Бартоломью оставался для них незамеченным, но подслушивать разговоры местного отребья Барти не собирался и уже было хотел выползти, как только соберётся с силами, пока не услышал:

– Надо было просить больше денег за эту русалку, – недовольно причитал старик, шепелявя из-за отсутствия передних зубов, – Ты бы на старости лет успел бы пожить красиво.

– Ай, идиот, – протянул второй, открывая грязную бутыль, – Итак весь город в курсе, сколько я выручил с торгов. Чудо что я ещё жив, и никто не отобрал мои кровные золотые. И это ещё никто не прознал о том чудище.

У Барти кровь застыла в жилах от этих слов. Они точно пришли сюда не под ромовой мухой, раз мелят такую чушь? Но отчего-то ему захотелось услышать больше.

– Если бы все узнали о русалке, то в первый же день пришли бы за его слезами, а нам бы глотки перерезали. Хорошо, что мы ничего никому не сказали.

– Да-а, и всё-таки жаль, что не получилось добыть слёзы. Я бы не прочь прожить ещё век.

– Если бы осталась мудрость как их добывать, я бы и сам не прочь. Это чудище было на грани смерти, но не выдавило и капли. От него дохлого было бы меньше пользы, а так хоть золотишко поимел с его продажи.

Они противно рассмеялись и чокнулись бутылками, а в голове Бартоломью рисовалась очень подозрительная картина. Эти старикашки хвалились тем, что продали кому-то настоящую русалку, и сегодня же капитан приводит на их борт немощного парнишку. Совпадение или стоит прекращать пить? Но осмелился бы капитан приводить на свой корабль настоящую, мать его, русалку?! Русала! Ведь не зря эти старики говорят как о мужчине. Всё сходится!

В голову резко что-то ударило, и Барти уверенно поднялся, чем напугал хлещущих с горла стариков, и, едва держа равновесие, поплёлся в сторону таверны. Двое провожали его затуманенным осуждающим взглядом.

– Ащ, вот молодежь! Нажрутся, потом шляются где попало, – бросили ему вслед.

Барти не обратил внимания и поплёлся прочь. Дорога петляла, перед глазами всё плыло. Так пират шёл пока не прошагал мимо «Косого Билла», понял, что свернул не туда, и еще минут двадцать искал дорогу назад. Народу в таверне стало намного меньше. Местные пьянчуги со стажем играли в «кто дольше не уснёт» и продолжали вливать в себя пойло, которое, откровенно говоря, уже выливалось через рот. Сам трактирщик лениво вытирал столы просаленной тряпкой, всем своим видом показывая, как хочет чтобы компания гуляк наконец-то вырубилась и со спокойной душой он выкинет их бессознательные туши за двери своего заведения. Парней из команды уже не было в зале. Видимо, каждый нашёл себе развлечение.

С самой большой скоростью, на которую он был способен, Барти поднялся в свою маленькую комнатушку и улёгся на кровать. Мыслей в голове роилось много, словно стая диких пчёл, и все они были посвящены услышанному бреду о русалке и гостю на корабле. Но как бы он не хотел строить догадки об этом ночь напролёт, усталость в дуэте с опьянением взяла своё и парень крепко уснул.

☸

Галлен всю ночь не смыкал глаз в ожидании, когда морской житель проснётся. Конечно у него была страховка в виде верёвки и того факта, что русал очень слаб, но это не давало капитану нужного успокоения чтобы заснуть. Он поставил кресло прямо напротив и стал наблюдать. Когда время перевалило за полночь, яркий хвост засветился синим цветом и начал исчезать, превращаясь в худые ноги. Рубашка едва прикрывала пах, как пират и рассчитывал. Настроения ещё больше смущать беднягу у него напрочь исчезло.

Русалочьи чары это или нет, но факт остаётся фактом, это создание ему начинает нравится. Идеально красивый, хрупкий и одновременно сильный на вид, будто созданный из драгоценного камня. Из того сброда что пират видел последние несколько лет, это век не мытые, бородатые и грубые создания, типичные представители их класса и образа жизни. Но его команда далеко отличается от всех, и соблюдает гигиену по возможности и даже знают несколько умных слов! Галлен не жалеет денег на колдовские товары, которые облегчают долгое пребывание в море и команду собирал по крупицам, чтобы поставить подле себя преданных людей, готовых рисковать. А рискнуть придётся как никогда.

Русал открыл глаза, ближе к трём часам, когда центр горизонта едва начал желтеть. Галлен так долго смотрел на него, что сначала не понял, как глаза морского жителя открылись. От удивления капитан подскочил с места, затёкшие ноги отказались что-либо слушать, и он упал, шипя проклятия в сторону конечностей. На это довольно нелепое действие русал удивлённо раскрыл глаза и замер.

– Что? Никогда ноги не затекали? Ах, да, – пират сказал глупость, и решил быстро перевести тему, – Как ты себя чувствуешь? Болит что-нибудь?

Русал не торопился отвечать, всё ещё глядя на человека с недоверием.

– Ащ, – Галлен закатил глаза и поднялся, – Я хочу помочь, понимаешь? Я не знаю, как ты испытываешь боль, как человек или… как рыба, – последние слова он произнёс тише, что заставило русала прыснуть от смеха. Удивление на лице некогда сурового капитана ещё сильнее рассмешило морского жителя. Его смех показался очень милым и одновременно волшебным, будто лучше звука Галлен никогда не услышит. Чертова русалочья магия?

– Я рад, что смог поднять тебе настроение, – пришлось подождать, пока ноги перестанет колоть, – Надеюсь, это вызовет ко мне больше доверия? – руки капитана потянулись к штанам, что лежали рядом. Русал проследил за этим действием и тут же перестал улыбаться, напрягаясь всем телом и поджимая ноги ближе. Галлен был готов завыть волком, но пока что сделал это мысленно.

– Я просто помогу, – тихо, но в то же время уверенно сказал капитан, и, не отрывая взгляда от синих глаз русала, начал натягивать штанины на ноги. Пришлось приблизиться к чужому лицу. Морской житель так же смотрел в его глаза, словно пытаясь загипнотизировать, и приподнялся, чтобы надеть штаны до конца.

– Спасибо.

Одно слово и Галлен сразу же вернулся в реальность, резко отпрянул назад и присел на задницу.

– Что?

Гость опустил взгляд, едва прикусил губу, обдумывая что-то. Он не хотел говорить, оно вырвалось само… Но раз уж это случилось, то нужно прояснить ситуацию. Этот человек не похож на тех мерзких людей, что едва не замучили его до смерти, хотя у него была куча возможностей.

– Зачем я тебе? – русал вновь подал голос, медленно поднимая взгляд на капитана. Галлен ответил с нескрываемой улыбкой:

– Разговорился всё-таки. Это хорошо, я уже думал, что придётся обучать тебя грамоте, – Галлен выдержал несколько секунд, рассматривая блики в русалочьих глазах, – У тебя есть имя?

Кажется, русал не торопился отвечать, по неизвестным пирату причинам. Он вроде не похож на пугало, помыл его и даже дал спокойно поспать, неужели этого мало для хотя бы маленького, но доверия?

– Я Галлен. У каждого члена моей команды тоже есть имена, так мы отличаем друг друга.

– Я знаю, зачем нужно имя.

Вдохнув больше воздуха, капитан мысленно начал успокаивать себя.

– Значит, оно у тебя есть?

– Есть. Но сначала скажи, зачем я тебе нужен? Если не слёзы… То, что тогда?

– Хотел предложить тебе сделку. Путешествие в одно место, в обмен на свободу.

Взгляд русала тут же изменился, светлые брови нахмурились. Он понял, какое место пират имеет в виду, но был очень удивлён тому, что существует человек, знающий об этом. Как только речь заходила о русалках, первое, что приходило в голову, были волшебные слёзы. Откуда же тогда этот пират знает об этом?

– Ну как, хочешь обратно в свой океанский домик? От тебя всего лишь требуется сопроводить мой корабль к острову Хрисо, о котором твоему народу известно больше, чем кому-либо.

– Откуда ты узнал про него?

– Медуза на щупальце принесла. Ну так? Согласен?

– Будто у меня есть выбор.

– Конечно есть, – Галлен присаживается ближе и подхватывает тонкими пальцами чужой подбородок. – Либо ты выбираешь возможность попасть домой, либо мы вернёмся к начальной легенде, и ты останешься моим рабом. Планы на твоё прекрасное тело у меня уже есть.

Океанский житель опустил взгляд и начал думать, как поступить. Выбор очевиден, но сомнения не давали покоя.

– У меня не железное терпение… – напомнил о себе Галлен.

– Хорошо. Я отведу тебя туда.

Счастью, что накрыло капитана после этих слов, не было предела. Его, когда-то детская мечта, стала настолько реальной, что даже поверить было трудно. А команда и вовсе с ног свалится, когда узнает их новый курс. Но прежде чем отправиться туда, нужно будет заглянуть в одно место, чтобы его новому подопечному не пришлось страдать по дому.

– Ты хочешь есть? Чем вы вообще питаетесь? – вдруг опомнился пират. Ещё нужно решить вопрос с лекарствами, чтобы избавить тело от синяков и ссадин.

– А ты достанешь всё, что захочу?

– Конечно, я не хочу, чтобы моя карта умерла от голода.

– И сделаешь всё?

Галлен начал улавливать этот странный посыл в речах русала и с хитрым взглядом нагнулся ближе.

– А что ты хочешь, чтобы я сделал?

Русал выждал небольшую паузу:

– Развяжи верёвки.

Теперь понятно, зачем морской житель завёл эту игру. Неудивительно, что русалки славятся своими завораживающими голосами, этой рыбёшке почти удалось завлечь капитана. Пират усмехнулся и резко схватил парня за подбородок, приблизив его лицо к своему.

– Золотко, считай это украшением, которое будет на тебе до конца нашего путешествия. Я не могу закрепить нашу договорённость одними словами, мне нужна уверенность, что ты не убьёшь всю мою команду и сбежишь к своей рыбьей мамочке.

– Тогда почему я должен поверить в то, что ты сразу отпустишь меня, как только мы прибудем на остров?

– А, ну, – Галлен выдержал паузу, – Тебе придётся довериться.

– Мерзкий пират, – прошипел русал, а капитан звонко рассмеялся такому зрелищу. – Что есть.

Время близилось к утру, значит, скоро команда должна вернуться на борт. Но пока стояло затишье, Галлен спустился в трюм и принёс остатки фруктов и вяленого мяса. Взгляд русала заметно изменился при виде еды, и язычок, что прошёлся по пересохшим губам выдавал гордую рыбку с потрохами.

– Удивительно, как резко может меняться жизнь, да? – начал Галлен, разрезая яблоко кинжалом, – Пару дней назад я стоял на эшафоте и был готов лишиться жизни, а сегодня вот кормлю с рук настоящую русалку.

Нарезав несколько долек, капитан протянул одну ко рту парнишки. Он принюхался и скривился.

– Фу.

– Ну не хочешь, как хочешь, – Галлен непринуждённо сунул эту дольку себе в рот и смачно прожевал, – Тогда мясо? Вы же людей едите, мы тоже мясо. Думаю, и говядина сойдёт.

Русал на эти слова закатил глаза. Капитан оторвал небольшой кусочек, и в этот раз пленник не стал кривиться, аккуратно обхватив тонкими губами мясо, начал медленно жевать.

– Нравится?

Парень кивнул и Галлен на радостях оторвал кусок побольше, который едва поместился во рту русала. Его щёки так забавно надулись, когда он жевал, и даже успел поперхнуться. Галлен тут же дал ему воды из деревянного ковша, стараясь не проронить и капли на его кожу. Иначе придётся объяснять Эстебану как, ни с того ни с сего, шикарные кожаные штаны оказались разорваны в клочья. Пока океанский житель дожёвывал последние остатки мяса, на палубе постепенно стало людно. Команда вернулась, и капитан вышел дать последние указания перед отплытием, усугубив их и так не хорошее настроение после попойки. Парни кривились от утренних лучей и головной боли, Галлен кричал, что пить палёный ром надо уметь, а они даже на это неспособны. Всё как обычно.

– Финн, – капитан обратился к квартирмейстеру, – Мне нужны лекарства от ссадин.

Эстебан тут же встрепенулся:

– Кэп, вы поранились?

– Нужно подлечить раба. Над ним здорово поиздевались.

Финниан сочувственно посмотрел на дверь капитанской каюты и сказал, что принесёт всё необходимое. Барти, ещё не совсем отошедший от своих ночных приключений, стоял ближе всех к каюте и краем глаза старался разглядеть, что там внутри, но ничего не получалось. Щелей почти нет, а дверь приоткрыта лишь слегка.

«Капитан ни с того ни с сего оставил раба в собственной каюте, когда остальным туда и на пушечный выстрел не подойти… Всё это слишком подозрительно».

Голос капитана вдруг вернул штурмана обратно на палубу:

– Сейчас держим курс на Утопию, а после, – Галлен обвёл команду взглядом, не скрывая улыбки, – Мы возьмём курс к настоящему приключению. П

Эти слова воодушевили команду, неким образом даже исцелив половину от похмелья, так что все начали потихоньку готовить корабль к отплытию. Под косым взглядом Бартоломью, капитан вернулся в каюту и запер дверь.

Русал тут же вопросительно посмотрел на него и сказал:

– Почему ты не сказал им?

– Про что?

– Про остров.

– А, это, – Галлен почесал блондинистый затылок и присел напротив, – Сначала я хочу немного наладить наши отношения. Тебе будет легче показывать дорогу своему другу, нежели врагу, согласен? Не хочу обнадёживать команду просто так.

– И что ты собираешься сделать?

– О, это будет тебе сюрпризом, моя милая Жемчужинка.

– Лиан.

Галлен недоуменно захлопал глазами и открыл рот:

– Что?

– Я не Жемчужинка. Моё имя – Лиан.

Сказка на ночь

– Существует легенда о небольшом острове, что стоит за мутными водами и острыми скалами. Дали ему название "Хрисо", потому что его берег сплошь был усыпан золотом, а в его пещеры русалки тащили драгоценности с затонувших кораблей, превратив остров в самую настоящую сокровищницу. Только вот этому месту суждено было остаться легендой. Ни одна человеческая душа так и не ступила на золотой берег, а те, кому удалось взглянуть на остров издалека, рассказывали о морских чудищах, что охраняют ближние воды и их вой, леденящий кровь слышен даже за скалами.

Кудрявый светловолосый юноша завершил рассказ гримасой страха, пугая младшего брата, что попросил сказку на ночь. Обычно эту традицию выполняет матушка, но она задерживается на работе в таверне и у старшего брата просто не осталось выбора, ведь Галлен просто не уснёт без сказки. За окном у кровати было слышно как мяучит соседский кот и скрипят ветви яблони. Недавний шторм сломал большую часть веток, и Галлен расстроился, что больше не получится срывать яблоки прямо из окна.

– Брат, а у нас в городе есть кто-нибудь, кто видел этот остров? – спросил малыш, пряча носик под тёплым одеялом.

– Хм, дай подумать, – старший брат задумчиво потер подбородок, – Возможно их уже съели русалки. Ну знаешь, чтобы свидетелей не оставлять.

Парень старался напугать брата исключительно ради собственной забавы, да вот только в Галлене просыпалось ещё большее любопытство и детское личико уже выползло из-под одеяла.

– Неужели русалки такие жестокие?

– Не то слово. Они красивы и хитры, моргнуть не успеешь как она заманит тебя в свою пучину и обглодает кости, – старший даже понизил голос, но маленького Галлена это ничуть не пугало.

– А все русалки знают дорогу на этот остров?

Старший брат уже потерял всякую надежду и тяжко вздохнул.

– Наверное.

– Тогда мне нужно поймать русалку и заставить её показать дорогу, – говорит Галлен, кивая собственным мыслям, – Монстры же не тронут меня, если я захвачу их собрата в заложники? Тогда нужен большой корабль, чтобы забрать всё золото.

Ребёнок ушёл в мечтания и весь план по его запугиванию окончательно рухнул когда старший брат потушил свечку, потрепал Галлена по волосам, и, уже стоя у двери, сказал:

– Кто знает, может быть, когда-нибудь ты тоже станешь легендой. Галлен, первый человек, который договорился с русалкой.

☸

Прошло много лет, матушка с братом, наверное, уже забыли о таком человеке как Галлен. Он даже не знает живы ли они, но хочет верить что жизнь не приносит им трудностей. Как только парню стукнуло тринадцать он сбежал из дома, ведомый лишь мечтами о пиратстве и приключениях, абсолютно не думая какие горькие слёзы по нему будут лить. Слушая морские легенды от рассказчиков в таверне, где работала матушка или сказки от брата перед сном, маленький Галлен понял, что хочет посвятить жизнь приключениям. Хочет стать частью новых легенд, которые будут рассказывать через века и восхищаться его подвигами. Взрослые не понимали его любви к океану и пытались разбить парнишку о стену реальности, заставляя идти в подмастерья к кузнецу или мяснику. Ему пророчили жизнь на суше, полную скуки и других прелестей взрослой жизни, а Галлен послал их к чёрту, стащил из кухни буханку свежего хлеба и убежал в порт.

Мальчик, что тайно проник на грузовое судно, незаметно забрался в трюм и спрятался за бочками. Там он провел ночь, слушая монотонное шипение волн, скрип корабля и ворчание матросов. То были первые шаги к его мечте и Галлен почти не чувствовал страха перед неизвестностью, что ждала его в будущем. Лишь предвкушение чего-то очень и очень интересного.

На утро он показался и попросился в команду. Старпом с пренебрежением осмотрел немощного мальчугана, но всё-таки приставил его к коку. Лишние руки на корабле не помешают, даже такие маленькие, да и за ночь они отплыли достаточно далеко от суши. Не скидывать же беглеца за борт.

Никто не ожидал, что рёбенок станет проявлять особый интерес к чтению карт, за пару дней научится ловко прыгать по реям и помогать ставить паруса, а по ночам прилипнет к штурману, пока тот прокладывает маршрут, чтобы послушать о звёздах. К тому же, Галлен неплохо пел и танцевал, чем мог развлечь команду в трудный час. К концу месяца что корабль находился в плавании – Галлен очаровал всех, даже старпом успел прикипеть к парнишке как к собственному сыну, несмотря на первое впечатление.

Время шло. Одно судно сменялось другим. Сначала это были торговые суда, но чем старше становился Галлен, тем на более опасную дорожку он сворачивал. В знаниях о мореходстве Галлен мог утереть нос любому аристократу, который чуть ли не с пелёнок был зачислен в военные лицеи. Помимо этого он был достаточно ловок, чтобы быстро сбежать от стражи и других подобных проблем, что могли встречаться на пути пирата. Жизнь не давала времени передохнуть, подкидывая одно приключение за другим и Галлен был рад тому на что однажды решился. Сиди он сейчас за прилавком мясника, как пророчила матушка, то одно его существование уже можно было считать бессмысленным.

Путь до звания капитана Капеллы был не прост, но все те страдания и трудности стоили того, что Галлен имеет сейчас. Судьба подарила ему настоящую возможность сделать себе имя и посетить легендарный остров, который до этого считался детской сказкой. За всё время скитаний по кораблям и портам, Галлен собрал немного информации о Хрисо: моряки и бывалые пираты могли только на пальцах объяснить в каком месте он находится, некоторые особо пьяные, утверждали, что этот кусок суши передвигается по океану. Зато все как один твердили, что – гибель ждёт всех кто приблизится к берегу. В мутных водах плавают гигантские рыбы и другие подводные монстры, и если после встречи с ними удаётся выжить, то ближе к острову становится слышно пение русалок и пока моряки не теряют остатки разума лучше повернуть назад и забыть о проклятом острове, иначе встречи со смертью не избежать.

Но Галлену вновь улыбнулась удача, как при каждой встрече с настырным командором Дювалем, иначе бы голова капитана валялась где нибудь отдельно, а может быть висела в его кабинете как трофей. Галлен уверен, что Себастьян Дюваль, гроза пиратов и любимый пёс короля Леонеста, вполне на это способен.

Конечно, он уже начал погоню за ним, и наверняка скоро прибудет в порт О-Пренс, только в это время «Капелла» будет совсем далеко, и как бы командор не старался, догнать их не сможет. Галлен всегда будет на шаг впереди.

☸

Они смогли отплыть ближе к полудню, и по расчётам Бартоломью должны были доплыть к Утопии за два с половиной дня. Эти новости капитан сообщил своему новому океанскому другу, чтобы тот морально подготовился просидеть связанным ещё пару дней. Лиан на это ничего не ответил, меняя положение ног, чтобы не затекали.

– Надо будет придумать что-то с твоим спальным местом, – Галлен отодвинул стул и сел прямо на пол, рядом с Лианом, – А то я прекрасно знаю каково это, спать на полу в таком положении.

– В таком положении?

Галлен округлил глаза и засмеялся.

– Ага, ты не ослышался. Знаешь, верёвки не цепи, и они не шумят. Даже представить не можешь как сложно заснуть под их звон. Ты пытаешься не двигаться лишний раз, лишь бы настала тишина, а если в кандалах ещё и ноги, считай бессонница тебе обеспечена.

Во взгляде русала проскользнуло сочувствие.

– Тебя брали в плен?

– Раз сто, – заметив, как широко раскрылись глаза Лиана, капитан подумал, что тот не совсем понял суть и тут же исправился, – Это выражение такое, люди так часто говорят, когда хотят что-то преувеличить. На самом деле я никогда не считал, сколько раз на меня надевали кандалы, но каждый раз мне везло не умереть в них.

В дверь каюты постучались и раздался голос Финниана, который принёс лекарства. Галлен тут же подскочил с места и забрал у квартирмейстера деревянный ящик, в котором звенели стеклянные баночки.

– Вы сами хотите обработать ему раны? – спросил вдруг Финниан вскинув густые черные брови, и заглянул за спину капитана. Он успел лишь увидеть опущенную вниз голову раба, прежде чем Галлен закрыл собой обзор.

– Конечно, мой же раб.

Будто бы само собой разумеющееся, что капитан пиратского корабля возьмётся обхаживать голодранца, будто тот писаная торба. Эст удивился, но решил придержать язык за зубами и не выпрашивать подробности. Когда придёт время, капитан сам расскажет о причине своих странностей связанных с седым рабом.

– Иди следи за порядком и готовь корабль к большому путешествию. Мы должны выдержать любые невзгоды, – последнее Галлен сказал уже тише, чем снова вызвал у старпома много вопросов.

– У нас есть курс после Утопии?

– Я работаю над этим. Но всё равно, лучше проверьте всё.

– Ну, ладно.

Эстебан пожал плечами. Галлен любил делать подобные сюрпризы всей команде, так что дело привычное. В последний раз он выскочил из своей каюты около четырёх утра, чтобы предложить украсть сахарные деревья с острова Драгири, и сделать из них ром. Драгири, к слову, являлся местом жительства самого большого количества ведьм и чаровниц, и только благодаря обоянию Финниана, команда не ушла оттуда поросячьими хвостиками и ослиными ушами. Ведьмы любят так потешаться над нарушителями спокойствия, если, конечно, у них есть настроение оставить их в живых.

Бартоломью, сидящий на палубе с картой в руках, с подозрением посмотрел в сторону каюты капитана, где только что закрылась дверь. Этот раб всё ещё там и ни разу не показался, даже не вышел познакомиться с командой. Никто из матросов и словом не обмолвился о новом приобретении капитана. Барти успокоил себя тем, что, возможно, ещё не совсем успел понять Галлена и его поступки.

Слова тех стариков не дают покоя и скрытность капитана только вызывает больше подозрений, но что он будет делать если всё это окажется правдой? Русалки очень опасны, и голыми руками могут вырывать сердца из людей. Что если в одну прекрасную ночь русалка снимет с себя веревки, а утром на «Капелле» останутся лишь ошмётки их разорванных тел, а вся палуба будет утоплена в крови?

По телу штурмана пробежала стая мурашек. Его фантазия рано или поздно сведёт с ума, если он уже не свихнулся, думая, что в каюте капитана сейчас живёт настоящий океанский монстр.

– Чаек считаешь? – к нему подошёл Эстебан, завязывая на затылке красную бандану. Она очень выделялась на его чёрных, жестких волосах, что помогало быстрее находить его среди матросов. – Если закончилась работа, то я быстро найду новую. Ленну как раз нужна помощь на кухне.

Вот что в этом корабле Барти не любил больше всего так это работать на кухне. Их кок, Ленн по прозвищу Дикая Вилка, которое он получил за виртуозное владение столовым прибором в условиях боя. Как только Барти услышал это, то едва сдержал смех. Ну что за странное прозвище! Но стало несмешно, когда он увидел, как при штурме торгового корабля, Ленни выкалывал врагам глаза попутно орудуя изогнутой абордажной саблей. Это было дико и одновременно изящно, словно для пирата это был давно заученный танец.

Бартоломью не мог не восхититься, и всерьёз начать воспринимать прозвище члена команды. Чуть позже он узнал, что у основных членов команды тоже есть прозвища по которым их узнают среди пиратов: Старпом – Эст “Красная пуля”. Получил из-за исключительных навыков в стрельбе и своей неизменно красной бандане. Помнится, команда “Капеллы” как-то попала на турнир в королевстве Альпар, которое славится своим красным жемчугом. Турнир проводили прямо на столичной площади и поучаствовать мог любой желающий, а призом для победителя была бочка вина из королевского погреба. Галлен тогда без раздумий вытолкнул Эстебана в ряд участников, а уже вечером они сидели в таверне и попивали изысканный напиток.

Квартирмейстер – Финн “Очаровашка”. Конечно, это отличается от других прозвищ, но и Финниан не мог похвастаться особыми навыками в бою как у Эста или Ленна. Его главной изюминкой была внешность и харизма, которой парень умело пользовался. Дрался на саблях он так же обычно как и большинство матросов, но делал это так, словно участвует в театральном представлении. Будто бы битвы его забавляли, и не воспринимались всерьез как угроза.

А вот прозвище своего капитана Барти до сих пор не знает. Однажды он решил поспрашивать у команды, но те в ответ лишь сдерживали смех и говорили, что лучше бы ему его не знать. Да и среди других пиратов его называют просто – Галлен.

У самого Бартоломью прозвища пока нет, и он не уверен что оно когда нибудь появиться. У него нет особенностей, нет чего-то исключительного, за что можно было бы зацепиться. Да и незачем в пиратском мире знать какого-то обычного, не примечательного штурмана.

Обречённо свернув свои карты, Барти уже было хотел спуститься на кухню, но остановился:

– Эстебан, а ты знаешь что-нибудь… – взгляд невольно покосился в сторону капитанской каюты, – О русалках?

– Русалках? – старпом нахмурил брови и задумался, – Все по-разному рассказывали, но в основном все как один твердят, что нельзя слушать их пение. Услышал один раз и всё, считай пропал. А с чего это ты вдруг, о русалках задумался? Увидел одну за бортом? – отшутился пират, только вот Барти не смог улыбнуться.

– Да так, просто стало интересно.

Проводив штурмана взглядом, Эстебан сменил члена команды, стоящего у штурвала, и посмотрел вдаль, где небо и океан разделяла полоса горизонта. От этого вида на душе стало спокойнее, все мысли и мелкие беспокойства начали медленно покидать голову. Вглядываясь в бесконечную водную гладь, Эстебан улыбнулся и сам себе произнёс:

– Русалки? Хотел бы я увидеть такое хотя бы раз в жизни.

☸

Галлен активно рассматривал надписи на стеклянных баночках, думая, что же лучше всего подойдет для таких ран. Некоторые ссадины были сделаны недавно и покрылись корочкой, там придётся быть аккуратнее.

– Мазь с цветами хвирги, то что нужно.

Сам пират мало что понимал в медицине, только знал самые основные лекарственные растения. В то время, когда он сам был матросом на кораблях практически никогда не было подобных волшебных снадобий. Все ранения приходилось лечить народными методами. Он мог вправить себе кость, или залить ромом рану от вражеской шпаги. Финниан сто раз говорил, что это не сильно помогает, но ведь Галлен жив и не ходит дырявый как ведро, значит толк с этого всё-таки был. Поэтому часть с лечением на корабле он доверил Финниану, и какую бы дрянь он не принёс на борт, если это поможет выжить, то все вопросы сразу отпадут.

Капитан сел напротив русала и начал снимать с него рубашку, всё так же развязывая руки по очереди. Багровые пятна сильно выделялись на бледной коже и портили всю картину идеальной красоты Лиана. Капитан не сдерживал себя в мысленных проклятиях, посланных тому старику, желая тому отравиться местным пойлом и сдохнуть в луже своей же блевотины. Даже сейчас, сидя перед настоящей русалкой, Галлен понимал, что не сможет причинить ему вред ради того, чтобы выдавить слезу. В остров, сокровищницу русалок, Галлен верил больше, чем в их силу, потому что были люди, видевшие его, а долгожителя выпившего русалочьей слезы ещё никто не встречал. И сам Лиан не стал отрицать существования Хрисо, значит, всё имеет смысл. Конечно, капитан насторожен и следит за ним, но попыток вызвать у океанского жителя больше доверия он оставлять не собирается. Во избежание таких моментов как предательство и обман, потому что сам Галлен честно хочет отпустить Лиана, как только получит сокровища, остаётся надеяться, что и рыбка не нарушит договор.

Пока Галлен замазывал раны, Лиан пристально вглядывался в его лицо. Капитан совсем не выглядел грозно. Молодой мужчина, с гладко выбритым лицом, и бронзовой, от долгого пребывания в море, кожей. Волосы цвета прибрежного песка, завивались на кончиках и немного прикрывали уши в которых было по одной круглой серьге.

– Почти закончил, – Галлен убрал мазь обратно в ящик и достал порошок бьянны. Стоило только открыть крышку бутылька с широким горлом, как в нос ударил резкий запах. Русал тут же пару раз прокашлялся и сморгнул выступившие слёзы.

– Что это..? – было видно, что запах душил бедного русала, да так что сдавило голос.

– Бьянна. Поможет унять боль в теле.

Запах у неё был не из приятных, но на Галлена он оказывал куда меньший эффект. Видимо, русалки более чувствительны.

– Это что… надо съесть?

– Ну да. Выпить с водой, если быть точнее.

– Тогда у меня ничего не болит, – Лиан презрительно скривился, поглядывая на бутылёк. Галлен не сдержал лёгкой улыбки, но всё же убрал порошок бьянны обратно в ящик.

– Значит, русалки лучше чувствуют запах? Для меня, конечно, это тоже неприятный запашок, но ты выглядел так будто прямо сейчас откинешь хвост.

Лиан поджал губы, явно раздумывая стоит ли рассказывать то, чем мерзкий пират сможет воспользоваться. Даже если сейчас он умолчит о своих особенностях, ничего не помешает Галлену проверить свои догадки. Стоит только открыть проклятый бутылёк и поднести его ближе к русалочьему носу.

– Да, мы чувствует больше чем вы. Но только некоторые запахи, иначе я бы задохнулся ещё в сарае того старика.

– Это невероятно, – с воодушевлением сказал Галлен, отодвинув ящик в сторону и устроившись поудобнее напротив Лиана. – Всё что мы знаем о русалках это пение и слёзы, но то что вы реагируете на запахи – я слышу впервые. Но, видимо, ваше пение работает только когда вы в воде, иначе бы ты уже давно освободился, а моя команда была бы мертва.

На губах Лиан промелькнула тень ухмылки. Пират умеющий думать, русал и предположить не мог, что встретит подобное чудо в жизни. О да, он бы точно использовал голос чтобы сбежать. Для русалочьей песни нужна сила, которую может дать только океан, а вне его любая русалка будет не более чем простой рыбой. Но предполагать что Лиан кровожадно убьёт всю команду – глупо! Видимо, пират не умеет различать русалок от агрий, прямых потомков Селены.

– И даже не зная о пении, ты всё равно осмелился привести на борт русалку. Твоя команда явно тебе доверяет, но ты так легко подверг их жизни опасности. – Лиан прищурил свои ледяные глаза, и пристально посмотрел на лицо капитана, надеясь вызвать укол совести. Но тот беспечно пожал плечами и по-ребячески выпятил губы вперёд:

– Ну да. Моя чуйка подсказала, что ты не кровожадный монстр, а я просто доверился ей, как обычно.

Тонкие светлые брови русала надломились в недоумении.

– Чуйка? – и стал оглядывать каюту в тщетной надежде заметить какое-нибудь существо или магическую силу, которая бы могла служить капитану советчиком и спутником.

– Мы так называем предчувствие. Наш внутренний голос.

– И… ты просто доверился чувству? – почти с недоверием, произнёс Лиан.

– Ага.

Привести на борт одно из самых редких существ, о кровожадности которых ходят легенды, из-за одного только предчувствия.

Да этот пират настоящий псих!

Лиан ничего не ответил, опустив голову. Удушающий запах бьянны наконец-то выветрился и русал почуял солоноватый запах морской воды. Как бы он не изнывал по океану, который плещется за окном капитанской каюты, он мало что может сделать находясь здесь. Была надежда, что после хорошего сна он восстановит силы и сможет разорвать верёвки, но ничего не вышло. Долгое присутствие на суше слишком ослабило его, и кто знает сколько времени уйдёт на полное восстановление. В подобные ситуации Лиан попадал впервые за всю свою русалочью жизнь.

Как бы хорошо его не кормили и как бы крепко он не спал, ему нужен океан. Его дом. Его сердце.

И он должен сделать всё, чтобы обрести свободу.

Поиски

Фрегат «Горгона» причалил к берегу порта О-Пренс, когда солнце стояло в самом зените. Рыбаки сидели на пирсе и уныло смотрели в неподвижные поплавки. Они были здесь с раннего утра, а намёка на улов так и не появилось. Продавцы специй толпились у небольших шхун в надежде продать что-нибудь приплывшим гостям. Несколько купцов о чём-то беседовали у самого входа на пирс, пока наёмники перетаскивали грузы на их брики.

Жизнь в этом месте кипела своим чередом, и не всегда бурно. Торговые корабли заплывали редко, в основном из торговцев сюда захаживали те, кто нечист на руку и занимается контрабандой.

Себастьян Дюваль, глядя на это убожество с высоты мачты своего корабля, скривился, словно ему под нос подсунули ведро помоев. Ему часто приходилось бывать в подобных местах, и ничего кроме отвращения к этому сброду он не испытывал. Бедные, грязные и никчёмные создания влекли жалкое существование, вызывая одним своим видом желание поскорее их пристрелить, чтобы избавить от мучений.

– Командор, – Ксавьер вышел с нижней палубы и протянул два заряженных пистолета, – Как Вы и просили.

Дюваль молча взял оружие и убрал его за специальный кожаный ремень на поясе.

После побега Галлена, стало известно, что его команда оставляла корабль с другой стороны королевского острова, чтобы остаться незаметными для портовой стражи. Нашли и тот подкоп, через который им удалось сбежать. Спасение капитанской жизни стоило им немалых усилий, и первое решение которое должен был принять Галлен – отправиться в ближайший порт, чтобы привести в порядок корабль и команду. Единственный порт который находился в ближайших водах был о-Пренс, и велика вероятность, что они всё ещё там.

Взяв с собой нескольких подчинённых, Себастьян оставил Ксавьера за главного на корабле, в случае, если объявится пиратское отродье. Надежда на то, что он здесь был, никак не покидала сердце командора, а бешенное желание поскорее прикончить Галлена затмевало даже отвращение к этому гадюшнику, которое зовётся портом.

Только он сделал несколько шагов, не успев спуститься с пирса, как донёсся, скрипучий, приторно-вежливый голос:

– Достопочтенный господин впервые в наших краях? Не желаете попробовать новые приправы для мяса, самые лучшие на этом острове! – Себастьян прищурил глаза, обрамлённые чёрными густыми ресницами, из-за чего его взгляд казался острее. Этого отброса даже не пугает военная форма, раз он имеет смелость отвлекать его от дел. Ах, точно, откуда людям из этой дыры знать о военных чинах и статусах и уж тем более об элементарных правилах поведения в нормальном обществе. В Орклере даже бродяги знали, что стоит расступиться при виде статной фигуры командора, чтобы не навлечь на себя его гнев.

– А ты стоишь здесь каждый день? – Себастьян осмотрел мешки с цветастыми порошками приправ, что рядами стояли у самого края пирса и погладил аккуратно стриженный островок чёрной бороды на подбородке.

Торговец чуть нахмурился, глядя на ухоженные тонкие линии усов, изящно подкрученных на концах. Такой стрижке бороды позавидовал бы их местный цирюльник, если бы не валялся под таверной Косого Билли стабильные шесть дней в неделю. Господин явно знатен и богат, поэтому не стоит упускать возможность хорошенько подзаработать.

– Конечно господин, с раннего утра до ночи! Так что вы в любое время смо…

– Значит, – прервал его командор, и поставил ногу на мешок с молотой паприкой и слегка надавил, отчего тот опасно наклонился к воде. Продавец сразу занервничал и хотел возмутиться, но лязганье клинков двух стоящих позади офицеров, заставило прикусить языка. – Ты видел, как сюда причалил галеон с шестью звёздами, вырезанными на борту?

Взгляд торговца сразу изменился, стал загнанным и испуганным, что не укрылось от командора Дюваля. Он разрывался в порыве рассказать всё, или же промолчать. Об этом корабле со вчерашнего дня судачит весь порт, а если за ним пришли люди с оружием, значит, судьба у него не самая приятная, как и у самого продавца. Дюваль никогда не отличался особым терпением и с показательным спокойствием спихнул мешок в воду, а его люди уже направили клинки на мужчину. Себастьян продолжил говорить, подходя к следующему мешку:

– Чтобы сделать один такой мешок хорошей паприки, нужно приложить много усилий, – протянул Себастьян, глядя, как по воде расплывается красное пятно, – Будет жаль потерять весь товар, пока ты стоишь и вспоминаешь буквы. Мне повторить мой вопрос?

Торговец растерянно забегал глазами по оставшимся мешкам, нервно сглотнул и всё-таки подал голос:

– Этот корабль отплыл вчера днём. Его капитан успел наделать шуму, поэтому многие запомнили, на чём он приплыл…

– Шуму? – командор изогнул бровь.

– Купил раба на аукционе за целую тысячу монет на торгах… Старик Рамон сам не ожидал, что обогатится на старости лет, продав калеку.

А вот этот момент стал особенно интересен. Галлен решил добавить новичка в команду? Но за такую сумму он мог завербовать с десяток людей в ближайшей таверне, а тут ещё и калека.

– Что это был за человек? Местный?

Продавец помотал головой:

– Никто его не знал, – голос торговца начал дрожать, – Но Рамон говорил, что это раб с секретом, и расскажет его только после покупки. Никто не знает, что за секрет, но узнав его, капитан забрал калеку к себе на галеон.

Дюваль медленно убрал ногу от мешка с паприкой. Он слишком хорошо успел узнать Галлена и точно знает, что этот морской таракан и пальцем не пошевелит если не почует выгоду. По всей видимости, калека имеет огромную ценность, может чем-то владеть или знать какую нибудь ценную информацию. Что если, калека – чародей? Из всех пиратов, которые могли позволить себе содержание чародея был Дарсиан по прозвищу “Кровавый”. По слухам, на местах где Дарсиан топит ограбленные корабли, по воде расплывается огромное алое пятно, которое не исчезает месяцами, как напоминание о его силе. Что если Галлен решил заиметь такую же славу с помощью чародея? И что если этот калека имеет куда более весомый секрет, нежели простое владение магией?

Необходимо это выяснить.

– Отведи меня к этому старику Рамону, – сказал Дюваль, приказным, не терпящих возражений, тоном.

Мужчина без колебаний согласился и дрожащим голосом вежливо попросил проследовать за ним. Пока они шагали в сторону городка, Себастьян предупредил торговца, что если они вздумают обмануть и наставить на неверный путь, чтобы дать фору пиратам, этот порт сгорит в огне уже к рассвету.

Хижина старика Рамона выглядела так же плохо, как и её хозяин. Не долог час, как она развалится от одной капли дождя, прежде чем начнется шторм. Командор испытал истинное отвращение от одного только взгляда на это убожество. Даже свиньи в Орклере жили лучше.

Стены из сухих сгнивших досок, на крыше брошена солома, а вместо окон и дверей в стенах просто зияли дыры. Во всём порту такое жильё было у каждого второго, а состояние как у старика у каждого третьего.

Рамон отходил от двухдневного запоя, лёжа на полу, рядом с мешком набитым соломой, который был заменой кровати. Видимо, перед тем как уснуть, он не заметил особой разницы между лежбищами и уснул прямо на полу. Себастьян поморщился от неприятного запаха. Здесь явно кто-то сдох, и будет неудивительно, если этот старик. Но признаки дыхания, и едва слышимый храп выдавали его жизнь с потрохами. Выяснять причину запаха Себастьян не хотел, лишь поторопился выйти на свежий воздух. Он приказал подчинённым взять старика под руки и вынести на улицу. Тот даже не заметил, что его подняли, что-то промычал и продолжил беспробудно спать.

– Принесите воды, – пока выполнялся приказ, Себастьян, кривя губы, коснулся тела носком кожаного сапога. Никакой реакции. Мерзость.

Через какое-то время солдаты принесли два деревянных ведра, из которых капала вода. Дырявые, но найти что-то лучше для этих мест оказалось нереальным.

– Быстрее, выливайте, – Дюваль брезгливо махнул рукой и стал наблюдать. После первого ведра Рамон лишь поморщился, зато после второго сразу зашевелился и начал просыпаться. В голову ударили последствия пьянки, и он болезненно простонал, ухватившись за плешивую голову.

У Себастьяна не было ни малейшего желания задерживаться здесь, поэтому, дабы ускорить разговор, командор вытащил из пояса пистолет и прижал дуло ко лбу старика. Два солдата тут же схватили его под руки, не давая возможности убежать. У бедного Рамона перед глазами пролетела вся жизнь, которую не очень хотелось терять, и он взмолился о помиловании, как был перебит командором:

– Слышал ты продал калеку пирату, что приплыл сюда на галеоне. Сумма была очень большой за обычного раба, но ты упомянул, что у него был секрет. Что это был за человек?

Рамон тут же умолк и забегал глазами по земле. Дуло пистолета прижалось сильнее, и старик ещё больше пустился в панику.

– Русалка, я продал ему русалку!

Командор нахмурил свои чёрные густые брови.

– Что за бред ты несёшь?

– Чистая правда! Хотел сам выдавить из него слёзы, но ничего не вышло. Он же это… пока сухой имеет ноги, вот я решил продать и дело с концом. Пожалуйста, не убивайте меня, это всё что я знаю!

– Хорошо, допустим, я поверю тебе. Пират сказал куда направится? Ты слышал что-нибудь об этом?

Старик мотанул головой, поджимая дрожащие губы. Себастьян и не надеялся, что получит ответ. Галлен не стал бы распространяться о том, куда поплывёт его корабль, потому что прекрасно помнит об охоте за своей головой. Единственное что остаётся сделать – узнать в каком направлении отплыл его корабль у капитана порта. А дальше придётся играть в слепые догонялки, ведь если этот старик не врёт, и на борту «Капеллы» действительно сидит настоящая русалка… то действия её капитана по-настоящему непредсказуемы.

Убрав пистолет, Себастьян сразу протирает дуло платком из кармана своего мундира после чего выкидывает кружевной кусок ткани на землю. Командор больше не намеревался находиться здесь и секунды.

Старика оставляют в одиночестве приходить в себя, что занимает не так много времени. Через пару минут он встанет и пойдёт в таверну к Косому Билли, заливать в себя дозу палённого успокоительного.

☸

– Русалка? Вы увер…

– Ксавьер, я уверен только в своём желании перерезать этому пирату глотку.

Командор и его помощник находились в каюте, разложив перед собой несколько карт. На пожелтевшей бумаге были обведены острова, стоящие по маршруту указанным капитаном порта. Корабль, с шестью звёздами на борту, отправился на юг и это единственная ниточка, которую удалось заполучить.

– Русалки… – задумчиво протянул командор, покручивая пальцами чёрный ус, – Довольно редкие создания. И если старик не соврал, то у этого морского таракана сейчас на борту сокровище ценнее любого золота.

Ксавьер никогда не видел этих существ собственными глазами. За время обучения в академии и службе у командора Дюваля, он видел всякое: гарпий, фейри, морских чертей, но настоящих русалок так и не довелось. Насколько известно, эти существа самые редкие и прячутся в глубинах океана, боясь показываться людям. При этом их хвосты имеют огромную силу, а голоса могут зачаровать разум за несколько секунд. Вспомнились слухи, которые разносились по королевству лет двадцать назад. Тогда, Ксавьер был шестилетним мальчишкой, который с интересом слушал как матушка с соседками обсуждала свадьбу короля Леонеста. Якобы он женился на русалке, которую самолично поймал в море. Но этот слух быстро растворился в череде других, куда более безумных. Народу ведь нужно как-то скрасить рутину, а перемывание косточек королевской семьи было самым интересным делом.

– Взять русалку на борт – настоящее самоубийство, – Ксавьер посмотрел на карту, думая, куда бы мог направиться пират.

– Только в том случае, если нет плана, – командор пробежался глазами по мелким островам и пунктирам, – Галлен не из тех, кто творит безумства просто так. И выкупил он её не по доброте душевной, чтобы выпустить рыбку на волю.

– Думаете, он что-то задумал и в этом плане есть место русалке?

Дюваль кивнул. Можно было бесконечно строить теории, но стоило начать действовать, пока галеон не отплыл слишком далеко.

Они могут пойти в погоню по одному направлению, причаливать к каждому острову, что попадётся на пути, но нет никаких гарантий, что получится напасть на след пиратов. До этого получалось заманить их ближе к Королевству, путём распускания слухов о маршрутах богатых купцов. Таким способом в их воды заплывало множество пиратов, чьи кости теперь висят у скал как назидание остальным. Но Галлен упрямо не желал присоединяться к ним и вовремя уводил корабль. И в этот раз, когда он попал прямо в руки Себастьяна, то смог вновь ускользнуть, сохранив свою жалкую жизнь.

Как же раздражает этот морской таракан.

Не представляй он угрозы для торговых судов, никто бы и пальцем не пошевелил, но Король лично написал приказ уничтожить этот корабль вместе с капитаном. Теперь для Себастьяна это не просто приказ, а долг перед самим собой. Пираты – грязь на поверхности прекрасного океана, и от неё нужно избавляться сразу.

☸

– Тебе удобно? – спросил Ким, не скрывая довольной улыбки. У него получилось осуществить задуманное, и привязать русала к собственной кровати. Лиан лежал на спине, а его руки находились над головой, привязанные к большому столбу. Но зато он лежал не на полу, ни это ли жест огромной капитанской щедрости? Лёжа на мягкой перине, русал чувствовал себя лучше, но подобная милость от пирата начинала вызывать подозрения.

– Что ты так на меня смотришь? Вернуть обратно на пол?

– Ты… очень странный человек.

Галлен удивлённо вскинул брови. Конечно, он не впервые слышит такие слова в свой адрес, но сейчас ощущения совсем другие.

– Почему ты так считаешь?

Капитана уже радовал тот факт, что русал с ним разговаривает. Очень часто делает паузы, думая, что сказать, но всё же разговаривает. С осознанием того, что это чудесное создание находится в его расположении, он уже справился, осталось сделать так, чтобы он не замыслил снести головы его команде.

– Все русалки знают, что люди опасны. Я ощутил это на себе… Но ты… Ты не такой. Не заставляешь меня лить слёзы, кормишь и даже позволил лечь на что-то мягкое.

– О, наконец-то ты начал понимать ход моих мыслей, – Галлен снял сапоги и с босыми ногами залез на пустую часть кровати. – Я не хочу вредить такому чудесному созданию.

Лиан быстро заморгал и отвёл взгляд.

– Я же говорил тебе, – Галлен хотел протянуть руку к перламутровым волосам, но сдержался. Русал может испугаться. – Лучше нам подружиться, чем быть врагами. Думаю, после ночи на Утопии ты поймёшь меня окончательно.

Русал слегка нахмурился, глядя в глаза пирата. Что это за Утопия и почему он хочет его туда отвести? Он хотел задать этот вопрос, как в дверь каюты постучались и послышался громкий голос Эстебана:

– Капитан! Впереди виднеются тучи, возможно, будет шторм. Вам лучше выйти на мостик!

– Что ж, – Галлен слез с кровати и натянул сапоги, – Надеюсь, ты не боишься грозы?

Лиан посмотрел в сторону круглого окна. Через мыльное стекло можно было разглядеть лишь то, как смешалась синева воды и тёмные грозные облака.

– В океане следует опасаться воды, а не неба.

– Звучит как угроза, – Галлен улыбнулся, кивнул и махнул рукой напоследок, – Но мне нравится.

Как только дверь закрылась, русал дёрнул руками, попытался подняться, но в запястья врезалась верёвка. Силы окончательно покинули тело и Лиан понял насколько ослабел. Корабль начало подбрасывать на волнах, а вдалеке послышались раскаты грома и шипение волн, бьющихся о борт.

Каждая русалка знает что в грозу не стоит выплывать на поверхность, дабы не попасть в водоворот, а сейчас он бы нырнул в воду без всякого страха, лишь бы вернуться домой… И больше никогда не видеть людей.

Закрывая глаза, Лиан постарался успокоиться и придумать как сбежать с корабля, когда он причалит к Утопии. Вдруг там будет ждать некто, который отдаст пирату целый флот в обмен на русалочью жизнь, или того хуже. Нужно постараться продумать возможные трудности, собрать последние силы и сбежать. Каким бы искренним не показался этот капитан, полностью доверять ему русал не собирается. Люди хитры и безжалостны, самые настоящие монстры, правящие на суше. Наверняка, увидев остров Хрисо, Галлен решит, что неплохо будет заиметь и русалочьи слёзы, чтобы устроить себе долгую и счастливую жизнь в нескончаемом богатстве. Это слишком предсказуемо, так по-людски.

Нужно сбежать как можно скорее.

☸

Капитан встал у штурвала и всмотрелся в чернеющее небо. Что ж, погодка бывала и хуже. Самый сильный шторм, в котором "Капелла" едва уцелела, был в ночь Танцующих звёзд. Ночь, когда звёзды прыгают с одного конца неба на другой и вспышками исчезают в темноте. И пираты бы насладились волшебством, если бы не оглушающий вой ветра и грома, что накрыл их в ту минуту. Ледяные волны пробили мачту, а несколько матросов выбросило за борт. Галлен никогда не забудет как крепко держался за мокрый штурвал, как сводило пальцы, и как холодный дождь заливал глаза, пока он пытался вырулить в направлении ближайшей суши. С помощью богов или морского дьявола, но "Капелла" смогла доплыть до островов Пальчинджу, оставив бурю позади.

Пока вся оставшаяся команда грела кости у камина, а желудки кислым ромом, Галлен с Эстом узнали от трактирщика последние новости: В ночь Танцующих звёзд, во время бушующей грозы, король Тьерра Дорады, сбросился со скалы, оставив королеву с десятилетним сыном. Конечно, для пиратов подобная весть не была чем-то шокирующим. Они не ходили под знамёнами королей, и тем более не интересовались политическими играми за престол. Пока люди на суше обсуждали чья задница будет греть трон через пять лет, Галлен был в море и думал в какую передрягу попасть так, чтобы не лишиться головы. Но Эстебан не мог сказать, что ему было совсем всё равно. Тьерра Дорада была его родиной, и он хорошо помнил каким добрым был тот король по отношению к своему королевству.

Грянул гром, и матросы забегали быстрее, готовя мачту. Эстебан стоял рядом с капитаном и в подзорную трубу разглядывал горизонт на наличие каких-либо кораблей. Вероятность нарваться на пиратов в этих водах намного больше, чем на королевский флот, но терять бдительность не стоит. В шторм вести бой практически нет смысла, пока пушки будут нацелены на вражеский корабль, с другой стороны накатит волна-убийца и тогда удержаться на плаву будет невозможно. В последний раз после встречи с такой волной пришлось заменить марселя*, что знатно ударило по их карману. Зато потом многие из команды хвастались, что пережили волну высотой с их корабль и травили приукрашенные байки под свет фонаря в какой-нибудь таверне.

– Почему именно Утопия, кэп? – решился задать вопрос Эстебан. По его мнению, было бы лучше вновь вернуться к грабежу, да заработать денег. Нужно установить новый таран и фальконеты*, чтобы быть во всеоружии, когда на них нападут. А в водах под властью королей это просто неизбежно.

– Хочу, чтобы вы все хорошо отдохнули, – спокойно ответил Галлен. Его мысли сейчас занимал прекрасный русал сидящий в каюте. Хотелось побыстрее вновь вернуться туда, хотя с момента их расставания прошло не больше пяти минут. Не терпелось задать русалу сотню вопросов которые роились в голове, как рой назойливых мух. Хочется услышать его историю, как он попал к старику, расспросить о русалках и их способностях, и в конце концов разузнать об опасностях, которые поджидают их на пути к острову Хрисо.

– Но мы уже отдохнули в о-Пренсе и готовы взяться за оружие. Погодите-ка, – зелёные глаза Эста прищурились, – Что-то задумали?

Это было очевидно с того момента, как капитан пиратов начал нянчиться с рабом. Сначала первой мыслью было то, что он действительно был куплен для того чтобы служить, но, когда капитан сказал Финниану о том, что корабль должен выдержать любые ненастья… Тогда квартирмейстер поделился с Эстебаном своими мыслями и теперь любопытство старпома лезет вперёд здравого смысла. Возможно, этот раб что-то знает или умеет, раз капитан так неожиданно сменил планы после его появления на борту.

Начался мелкий дождь, и корабль сильнее подбросило на волне. Шторм усиливался.

– Расскажу всё после одной ночи на Утопии, – усмехнулся Галлен. Глупо было полагать, что никто из команды не догадается. – А теперь не суй нос куда не надо и следи за океаном. Нам не нужны сюрпризы.

Эстебан всё понял и не стал больше расспрашивать. Последнее что сейчас нужно – это гнев капитана.

– Поднять марселя и брамселя*! – выкрикнул он в сторону бегающих по палубе пиратов. – Ну что парни, поиграем с морским дьяволом!?

В ответ послышались воодушевлённые крики, и команда продолжила готовить корабль. Они не боялись шторма, ибо встречали его не раз в своих долгих странствиях по бурным морям. Их крики, полные уверенности разносились по палубе боевым кличем. И никто из них не знал, что впереди ждут испытания куда страшнее, чем яростные ветра, проливные дожди и вздымающиеся волны.

Утопия

Корабль качало, по окну стекали капли и не было видно ничего кроме черноты облаков. Среди криков на палубе гром грохотал так, будто с небес падали огромные камни. Лиан, находясь в каюте, чувствовал себя в большей безопасности, нежели люди наверху, которым выпало встретиться с непогодой. Как же им удаётся устоять на ногах при такой буре? Лиан бы точно не устоял. Ногами он пользовался редко, и если быть точным, то один раз, когда попал к проклятому старику. За всю жизнь, которую он помнит, Лиан никогда не хотел высыхать. Это получилось случайно и по его собственной глупости. Теперь он здесь, на корабле пропахшем тиной и той кислятиной, которую старик Рамон пил чаще чем моргал.

– Гроты* отдать! – послышался громкий голос капитана.

– Впереди водоворот, кэп! По правому борту! – крикнул кто-то из команды, и корабль резко наклонило влево, отчего Лиан бы съехал вниз, если бы не верёвка. Видимо, Галлен решил обойти ненастье, пока позволяют волны, и развернул судно. Лиан прикрыл глаза, стараясь прислушаться к звукам океана, но всё прерывалось выкриками пиратов и буйством стихии. На секунду он даже подумал, что, если бы этот корабль угодил в водоворот, тогда бы он смог сбежать. Ведь нужна всего лишь пробоина в корпусе. Он бы успел уплыть, прежде чем его затянуло в самый центр.

Но ничего не происходило. Корабль всё так же качало на волнах, всё так же сверху кричали пираты. Через какое-то время веки русала начали тяжелеть и его настиг крепкий сон.

☸

Первое, что увидел Лиан, когда проснулся, была пара серых глаз, которые наблюдали за ним. Русал тут же вздрогнул, отчего капитан усмехнулся. Галлен находился очень близко к лицу Лиана, и совсем не ощущал дискомфорта, в отличие от своего гостя.

– За такую кожу любой аристократ бы продал душу дьяволу. Это из-за того что вы живете в соленой воде?

Лиан нахмурил брови, не сразу вспомнив что происходит и где он находится.

Потом в мыслях пронеслись воспоминания о шторме, который по всей видимости закончился и теперь капитан снова может душить его своим вниманием. Русал упёрся рукой в чужую грудь и заставил пирата отсраниться.

– Что? не хочешь рассказывать секрет? А жаль, мы могли бы здорово заработать на этих богатых идиотах.

Галлен с неохотой отодвинулся, но взгляда от русала не отводил.

– Мы?

– Вы, русалки, любите золото, не так ли? Иначе зачем вам заполнять им целый остров. А я пират честный и без доли бы тебя не оставил.

Лиан промолчал. У острова Хрисо есть своё предназначение, и совсем не то о котором люди слагают легенды. И знать об этом пирату необязательно, всё-равно до острова они не доплывут. Лиан сбежит намного раньше. Он уже посреди океана, дело остается за малым.

Пират вдруг поднялся с кровати, взял со стола подготовленную чёрную ткань и показал её своему гостю.

– А ты не особо разговорчив по утрам. Но ничего, я верю что скоро ты скажешь мне больше десяти слов.

Увидев ткань, Лиан напрягся всем телом. Галлен подошёл ближе и со словами:

"Не бойся", завязал повязку на глаза.

– Что…? – мир который видел русал погрузился во тьму. Сердце быстро наполнилось страхом. Послышался скрип двери и тяжёлые шаги. В каюту зашёл ещё кто-то, и в эту секунду Лиан вспомнил того старика… В сарай, где его прятали, он тоже приходил ночью, и всё что русал мог запомнить, это темноту, шарканье громоздкой дубинки о землю и острую боль во всём теле, из-за которой он должен был проливать слёзы. Но Лиан стерпел. Стерпел всё однажды, и, возможно, снова выстоит против людей. Крупицы того доверия, что он собрал к капитану, растворились в страхе и мыслях о предательстве. Последнюю надежду он потерял, когда услышал, как Галлен сказал человеку:

– Бери его и на выход.

Лиан почувствовал, как натяжение верёвки ослабло, её отвязали от столба, но легче его рукам от этого не стало. Веровочные оковы всё ещё туго связывали запястья. Его взвалили на плечо. Хотелось закричать, высказать грязному пирату всё, что он о нём думает, но слова встали комом в горле. Мгновенье назад Лиан верил, что сможет убежать, а теперь не знает доживёт ли до вечера.

Они вышли из каюты и первое, что почувствовал Лиан – пекло. В каюте жара ощущалась не так сильно, как на верхней палубе, которая полностью открыта для солнца. Пока человек спускался с корабля, русал услышал бульканье воды о пирс и невольно дёрнулся в его сторону.

– Не ёрзай! – шикнул парень, – Если уроню, меня потом здесь же и утопят.

– Капитан? – Эстебан посмотрел вслед Финну, что уносил раба с корабля, – А нам что делать?

– Да что хотите, – бросил Галлен, спускаясь на пирс. Впервые за годы службы на "Капелле" Эстебан услышал наплевательский тон в словах капитана. – Дождитесь Финниана и развлекайтесь. На Утопии мы в полной безопасности. Я вернусь не раньше завтрашнего дня.

Стоявший неподалёку Барти с подозрением проводил капитана, который мигом нагнал квартирмейстера и скрылся с ним за рыбацкими домами. Его взгляд разделил и Эстебан. До этого капитан всегда оставлял на корабле хотя бы двоих, или же оставался сам, но, чтобы так беспечно оставить «Капеллу», когда за ними по морям гоняется королевский флот, это совсем не похоже на Галлена.

– Он ведёт себя странно из-за этого раба.

Эстебан захлопал глазами и обернулся к Бартоломью.

– Следи за языком, – предостерёг его старпом, – Капитан знает что делает. Эти воды не подвластны короне, нам и правда нечего здесь бояться.

– Мы всегда должны бояться, – уже тише произносит Барти, косясь в сторону команды. Остальные пираты не стали думать и гадать, что там происходит с капитаном, а с удовольствием приняли его приказ и отправились гулять по острову.

Эстебан мог согласиться с Барти. Голова их капитана полнится самыми разными идеями, некоторые из них едва не лишали команду конечностей, но даже это не заставляло сомневаться в Галлене. Он подарил этим парням вкус к жизни, показал что пиратство это свобода и приключения, а не просто грабеж и резня, кровь ради крови. Но отчего то нынешний блеск в его глазах пугает. Тревожное чувство оседает в груди с тех самых пор как этот парень, с волосами цвета жемчуга, ступил на борт их галеона.

Эстебану хочется верить, что Галлен и в этот раз знает что делает.

☸

Где-то посреди океана стоит чудесный остров под названием Утопия. Многие корабли обходят его стороной, не замечая, какая там разворачивается жизнь. Остров как остров, таких сотни на морских просторах. Зато те, кому он известен путь к его причалу, не упустят возможности побывать в маленьком раю и отдохнуть от привычного круга жизни. Местный люд живёт в некой гармонии с природой и друг с другом, ведёт хозяйство и занимается земледелием. Пираты не заплывают в эти места просто потому, что здесь вероятность найти бордель и трактирное пойло меньше, чем найти человека, испившего русалочьей слезы. Для этого лучше всего подходит о-Пренс.

Галлен искренне наслаждался видами этого места, пока они шагали в сторону нужного заведения. Небольшие домики из белого камня, выглядели аккуратно, и многих из них окружали грядки с красивыми, но неизвестными пирату, цветами. Город пестрил жизнью и красками, и если Галлен когда-нибудь решится осесть, то без сомнений выберет этот остров.

Русал всю дорогу молчал, что было очень даже на руку капитану. Ему не хотелось с ним говорить, пока рядом есть посторонние. Финниан хоть и ценный член команды и хороший товарищ, но наличие такого сокровища как русалка, разжигало желание хранить этот секрет только для двоих. Галлен бы и сам отнёс Лиана, но тот был довольно тяжёлым несмотря на худобу, и тогда капитан бы здорово надорвал себе спину. Поэтому пришлось просить самого сильного о помощи, и по виду, для Финниана, и правда, не тяжело таскать на плече целого человека.

Наконец, они дошли до нужного дома и Галлен попросил поставить раба на ноги. Тот сразу же не смог устоять и начал валиться на пол.

– Так он и правда калека? – бурчит Финниан, которому пришлось его ловить.

– Сердечно благодарю, дорогой друг, – капитан театрально поклонился и подхватил русала под плечо. – Всё, свободен. От души развлекись.

Квартирмейстер пожелал того же Галлену и пошёл обратно. Как только пират скрылся из виду, пират медленно стянул повязку с глаз Лиана, чтобы тот постепенно привык к свету, и встретил тяжёлый осуждающий взгляд.

– Чего так смотришь? У Финна неудобное плечо было?

– Что ты задумал? – глаза немного побаливают, и зрение возвращается не сразу. Это какое-то поселение, не похожее на то где его держали. Всё вокруг пестрит красками, которые от солнечного света делаются ещё ярче.

– Ничего что могло бы причинить тебе вред.

Галлен потянул за верёвку, что связывала руки Лиана, и повёл внутрь каменного двухэтажного здания, с расписанной синими красками, аркой. Стоило только переступить порог, как раздался мелодичный звон колокольчика, оповещающий об их приходе.

Лиану понравился этот звук. Что-то отозвалось в душе, давно забытое, призрачное, и очень далёкое.

– О, какие люди, Галлен! – из-под стойки выскочил парень, немного моложе самого капитана. На его белую рубашку была натянута жилетка из чёрной кожи, выделяя крепкую фигуру, а чёрные волосы зачёсаны назад и смазаны чем-то блестящим. Совсем не так как у тех людей, которых русал успел увидеть в другом порту.

– Эион, рад тебя видеть. У меня есть несколько сундуков с шёлком, мешок паприки, и три ящика сахарного дерева. Что возьмёшь?

– Скоро праздник Пастушка, сахарное дерево будет кстати.

– Отлично, наделайте детишками леденцов.

Парень развернулся к шкафу, где висел десяток разноцветных ключей и вновь заговорил:

– Слышал, король Леонест поймал тебя, но ты устроил представление на эшафоте.

– Как быстро разносятся вести, – Галлен взял предложенный ключ бирюзового цвета, – И это не я, а команда. Вот кто герои этой истории.

– Но люди слагают песни о том кого не удалось повесить. Увы, – Эион замечает, что пират пришёл не один и удивленно вскидывает чёрные брови, – А это…?

– Мой дорогой друг.

– А сейчас принято на друзей надевать верёвки? – Эион улыбнулся уголоком губ, – Прости моё любопыстство, я давно не бывал на Юге и не поспеваю за модой.

– Поверь мне, ты не упускаешь ничего нового.

Они обменялись взглядами, словно Эион понял тайный замысел пирата и пообещал никому не говорить, поддерживая ложь о дружбе. В эту секунду Лиан подумал, что побег может стать ещё затруднительнее. От одного пирата он бы ещё убежал, но кто знает сколько ещё его соратников живёт на этом острове? Пока он будет искать дорогу до воды, его наверняка заметят и точно не дадут сбежать.

С лестницы второго этажа послышался топот. Это спустился ещё один парнишка, высокий и тощий. Светлые волосы были собраны в низкий хвост подвязанный чёрным бантом, поверх белой холщовой рубахи был повязан длинный коричневый фартук, потемневший от множества пятен. На вид он был не старше Эиона, но тот хотя бы успел нарастить мясо на кости, а этот будто недоедал всю жизнь. Галлен всегда любил показательно покривляться, чтобы даже самый недалёкий собеседник сразу понимал его настроение. Именно поэтому пират закатил глаза, отвёл их в сторону, чтобы не видеть ухмылку на чужом лице и сухо проговорил:

– Талис. Рад что тебя всё ещё не сдуло ветром.

– Галлен. Очень рад что этот самый ветер снова привёл тебя на наш порог.

Сойдя с последней ступеньки, парень обошёл пирата и сразу встал напротив Лиана.

– Какие красивые у тебя ноги, – говорит он, пристально глядя в голубые глаза. У Галлена по затылку пробегают мурашки. – Но ты едва стоишь на них. Захворал? У нас есть отличная мазь…

– Не стоит отвлекаться, слышал у вас скоро праздник, дел по горло, – прерывает его Галлен, и подтягивает за верёвку, чтобы Лиан последовал за ним, – Попрошу нас не беспокоить.

Эион закивал и пожелал хорошего отдыха, а когда гости скрылись в коридоре, привстал на носочки и дал подзатыльник Талису. Тот не успел увернуться и театрально шикнул от боли.

– Не общайся так с гостями, ты его смутил, а Галлена мог и разозлить

– Да? А мне показалось, что он больше испугался, чем злился, – на губах Талиса появилась хитрая улыбка.

☸

Лиан ожидал многого: комнату для пыток, огромный костёр, на котором его зажарят, людей которым его продадут, но никак не купальню. Та комната, в которую его привёл Галлен, полностью состояла из каменных плит, стены украшены цветами и узорами, а в центре большой бассейн с зелёно-жёлтой, из-за освещения, водой. В ней тоже плавали лепестки цветов, что не могло не заворожить красотой. У русала едва не отпала челюсть от удивления, когда Галлен разрезал верёвку кинжалом и рукой указал в сторону бассейна.

– Можешь поплавать здесь.

Ожидание столкнулось с реальностью и русал встал как вкопанный, не понимая как ему реагировать. Пока его подопечный пялился на воду, Галлен закрыл дверь на ключ и достал с полок бутыльки с ароматическим маслом из цветов и орехов. Увидев замешательство Лиана, капитан подошёл к нему со спины и потянул за шнуровку на его рубашке.

– Нравится? – прошептал он в самое ухо.

– Это ловушка? – Лиан отстранился, отходя на несколько шагов от пирата. Затем его взгляд упал на каменный бассейн, довольно широкий и глубокий. Этого пространства точно хватит чтобы русал мог полностью уйти под воду и проплыть несколько ярдов. Вода пресная, не океанская. Та мимолётная надежда, что согрела русалочье сердце потухла так же быстро как загорелась. Эта вода не придаст ему сил. Не поможет сбежать.

– Я же говорил, что хочу с тобой подружиться. Ты долго не был в своей родной стихии, вот я и решил ненадолго вернуть тебя в неё. Думаю, это как оставить человека без еды и воды, он так же будет слабеть. Поэтому смелее, можешь плескаться, сколько влезет.

Лиан отошёл на другой край бассейна, а пират направился в сторону камина, чтобы не смущать русала своим присутствием. Как только солнце опустится за горизонт, от дневного пекла не останется и следа, поэтому стоит позаботиться о дровах заранее.

На пол упали кожаные штаны, капитан едва успел заметить обнажённую спину, как русал скрылся под водой. Решился всё-таки.

Голубое свечение появилось спустя пару секунд, и на поверхности показался небесного цвета хвост. Лиан проплыл до дальней стенки, развернулся обратно и выплыл на поверхность у края, где сидел Галлен. Его глаза, синие как океанские воды, вновь загорелись жизнью, ощущение свободы наполнило всё тело, и захотелось радостно смеяться. Пусть это не океан, не его родной дом, но ощущение воды на коже заставляет Лиана расслабиться.

– Вижу, что тебе нравится, – Галлен закончил выкладывать дрова в камин и подошёл к краю бассейна.

Русал неосознанно дарит ему улыбку и скрывается под водой, продолжая плескаться и изучать дно, выложенное цветной плиткой.

На душе у пирата теплеет. Ему удалось заставить это создание улыбнуться, значит, не всё потеряно. Он обязательно добьётся доверия и найдёт сокровищницу Хрисо.

– О, точно, – капитан вспоминает о склянке в своей руке, откупоривает пробку и выливает содержимое в воду. Это масло делают только здесь, и добавляют в воду чтобы кожа стала нежной и впитала в себя приятный цветочно-ореховый аромат. Тысячи красавиц со всего света заплатили бы немалые деньги за это, но местные жители наотрез отказались продать Галенну рецептуру. Утопия не должна становиться слишком заметной для остального мира, и пират уважал их желание.

Галлен не планировал купаться, надеясь отдать весь бассейн в распоряжение русалу, но атмосфера этого места так и призывала немного отдохнуть. Сняв свои ботинки, пират подвернул штанины и уселся на край, опустив ноги в тёплую воду. Это было невероятное блаженство, после нескольких месяцев беготни то по суше то по океану, простое окунание в купальне может быть сравнимо с раем. Галлен закрыл глаза и не сразу заметил, что к его ногам подплыл русал. Он ухватился пальцами за край плитки и слегка приподнялся.

– Пират…

Дыхание русала участилось, и сначала Галлен подумал, что ему плохо, но неожиданная просьба выбила его из колеи:

– Пожалуйста, – взгляд у Лиана тоже изменился, в нём не читалась угроза. Галлен не успел понять, что происходит, – Поближе… Наклонись поближе, – это был умоляющий шепот, который напрочь отключил у пирата все инстинкты самосохранения. Он потянулся ниже, и ощутил руки на запястьях. В эту же секунду Лиан дёрнулся назад и затянул капитана под воду.