Божии дети. Часть 2
Глава 1 «Дурное предчувствие или крепкая связь»
«…не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы»
Матфея 6:34
– Прощай, пап. Прости меня…. – раздался голос Славы.
Алексей Владиславович резко открыл глаза. Он приподнялся и посмотрел по сторонам. Казалось, словно он услышал голос сына прямо возле своего уха. Но рядом никого не было. Только жена лежала на кровати под боком. Но больше не было ни души.
Мужчина положил голову обратно на подушку, собираясь продолжить спать. Но теперь, сколько бы он не вертелся в кровати с одного бока на другой, уснуть не получалось. Ему в голову продолжали лезть мысли о Вячеславе. Неожиданно у главы семейства появилось какое-то беспокойство за сына. Ему казалось, что что-то с ним не так. Алексей Владиславович пытался отогнать эти мысли, но ничего не получалось. Он словно бы чувствовал, что сейчас нужен Славе. Что сейчас сыну нужна помощь…. Что ему было плохо….
Мужчина тяжело вздохнул и сел на кровати. У него больше не было сил мучиться в попытках уснуть. Раз вновь уснуть не получалось, оставалось только заняться чем-то другим, чтобы как раз отвлечься и перестать думать о плохом. Ведь, скорее всего, с Вячеславом всё было хорошо, а ему просто казалось. Слава же находился в колонии уже долгое время и с ним ничего не случалось. С чего это с ним сейчас могло что-то случиться? Всё точно было хорошо! Нужно было лишь отвлечься и плохие мысли об этом точно улетучатся.
– Тебе тоже не спится? – раздался голос жены.
Глава семейства повернул голову и увидел, что женщина повернулась к нему лицом. Её глаза были открыты, и она внимательно смотрела на него.
– Да, не могу уснуть, – не стал врать Алексей Владиславович и уселся поудобнее, чтобы видеть Наталью Вячеславовну. – Почему-то внезапно появилось такое беспокойство за Славика. Даже странно…. А проснулся я от того, что мне послышался его голос. Показалось, что он рядом. Уже долгое время его нет рядом с нами, а мне почему-то иногда слышится его голос. Возникает такое чувство, что он где-то рядом. Но это не так! А теперь ещё и эта непонятная тревога…. Вообще не понимаю, откуда она взялась и с чего вдруг появилась.
– У меня тоже неожиданно появилась какая-то тревога, – вздохнула жена. – Со Славиком что-то не так…. А что именно понять не могу!
– Я думаю, что нам просто кажется, – неуверенно сказал муж. – Ну, что со Славиком может быть не так? Он находится в колонии уже долгое время. И всё было хорошо! С чего это сейчас должно что-то быть не так? Просто нам кажется. Мы его очень любим, давно не видели, скучаем по нему…. И вот в итоге появилась такая тревога.
– Я думаю, что это не просто так, – покачала головой женщина. Её лицо было задумчивым.
– Неужели ты реально думаешь, что что-то со Славиком случилось? – на лице мужчины появилась слабая улыбка. – Мне кажется, что так думать, точно не стоит. Если думать о плохом…. Ни к чему хорошему это не приведёт. Лучше думать только о хорошем! Нам же самим лучше не будет, если думать о плохом. К тому же это обыкновенная родительская тревога за своих детей. Мы ведь частенько переживаем за детей, верно? Когда Даник, Ладушка или Тасечка задерживаются на улице и позже обычного возвращаются, мы ведь за них переживаем, так ведь? И также примерно тревожимся, как сейчас внезапно начали беспокоиться за Славика. И обычно наши тревоги и переживания беспочвенны. Мне кажется, что также и сейчас. Поэтому не стоит так думать!
– Необязательно, что со Славиком случилось что-то плохое, – исправилась Наталья Вячеславовна. – Может быть, ему просто сейчас грустно, тяжело и одиноко без нас всех? Может быть, он очень сильно заскучал по нам и в данный момент тоже так сидит и думает о нас? Вдруг из-за этого мы начали за него тревожиться и проснулись посреди ночи? Это же возможно!
– Да, такое возможно, – согласился Алексей Владиславович. От этой мысли он почувствовал, что ему стало чуть легче. Ведь, и правда, не факт, что со Славой что-то случилось. Вдруг он просто скучает и думает о них? Глава семейства улёгся обратно на подушку, повернувшись на бок лицом к жене, желая продолжить с ней общение. На душе уже было чуть спокойнее, но мужчина знал, что прямо сейчас всё равно уснуть не сможет. – Если это, и правда, так, то давай завтра вместе напишем ему какое-нибудь письмо? Не просто расскажем о чём-нибудь, а попробуем через это письмо передать ему нашу любовь. Рассказать о том, как сильно мы его любим, чтобы он это не забывал. А ещё можно в письме напомнить о чём-нибудь значимом, чтобы ему стало теплее на душе. Словно бы мы рядом!
– Да, это чудесная идея, – женщина улыбнулась. – Только не завтра напишем письмо, а сегодня. Нам вставать уже через пару часов. Не хочешь ещё поспать? Тебе ведь на работу ехать.
– Честно говоря, я не хочу спать! Я был бы рад сейчас с тобой пообщаться. Ты не хочешь?
– Хочу.
– Замечательно! Чтобы ты хотела написать в этом письме? О чём ему напомним?
– Может быть, о той нашей прекрасной поездке в Швейцарию? – недолго думая, предложила Наталья Вячеславовна. – Славику тогда было вроде бы 13 лет, а Данечке 4 годика. Ты предложил в канун Нового года на все праздники слетать на горнолыжный курорт. Купил билеты, всё подготовил, и мы отправились…. Это был необычный и прекрасный сюрприз. Я была очень рада вырваться из дома и куда-то отправиться на целую неделю. Мне часто этого не хватало. И тут ты смог оставить свою работу и предложил нам всем вместе провести время на горнолыжном курорте в Швейцарии. Там было просто замечательно!
– Да, помню такое, – губы мужа растянулись в улыбке. – Там, и правда, было просто замечательно! Мы смогли провести Новый год и все праздники вместе. Славик не убегал на улицу во время Нового года, не бежал гулять со своими друзьями во время праздников…. Он был с нами! Я тоже был очень счастлив находиться в Швейцарии вместе со своей любимой семьёй. Там было ещё и очень весело…. И мы даже смогли провести время вдвоём, пока Славик и Даник были в термальном источнике! Что это ты решила именно это вспомнить? Тебе хочется в Швейцарию?
– Немного хочется, – призналась женщина. – Но мне это вспомнилось, потому что я на днях разбиралась в вещах, открыла один альбом, а там наши фотографии со Швейцарии. И вот поностальгировала! В деталях вспомнила, как нам тогда было хорошо. Поэтому решила сейчас предложить.
– Да, это хорошее предложение! Славик будет счастлив вспомнить те каникулы. Помнишь, как мы летели в самолёте… – начал предаваться воспоминаниям глава семейства.
«20 лет назад»
– Сынок, садись, – слегка подтолкнул его отец к нужному креслу. – Ты можешь сесть около окна, если хочешь. Я рядом сяду.
Вячеслав послушно опустился в кресло и посмотрел в окно. До взлёта было ещё много времени, поэтому можно было расслабиться. Глава семейства, как и сказал, уселся рядом с ним. Алексей Владиславович устроился поудобнее, откинулся на спинку и вздохнул с облегчением. Теперь оставалось только дождаться, когда они прилетят в нужный аэропорт, а лететь им предстояло 16 часов.
К счастью, долететь они могли в полном комфорте, ведь мужчина купил билеты в первом классе. У них были мягкие и удобные кресла, столики для еды и воды, телевизор, который был прямо перед ними, много места перед креслом и даже был небольшой пуфик для ног, чтобы можно было снять ботинки и закинуть туда ноги. Для их удобства сделано было и много всего остального, но именно это сразу бросалось в глаза. Летать в таком комфорте и с удобствами глава семейства любил и хотел, чтобы также летала его семья.
Наталья Вячеславовна с Данилой сидели сбоку от них. Их отделяла только небольшая перегородка. Но много времени, чтобы обойти её и подойти к жене и сыну, не нужно было. Алексей Владиславович специально купил билеты именно так, чтобы быть рядом со всей своей семьёй. Раз они решили вместе провести неделю и отдохнуть на горнолыжном курорте, то нужно было быть рядом с самого начала и до конца.
Отец повернул голову и посмотрел на Славу, который достал из кармана свой телефон и уставился в него. Тревожить сына он не стал. У них было ещё много времени, ведь им предстояло вместе лететь в самолёте очень долго. Они точно ещё успеют наговориться, поэтому сейчас можно было позволить мальчику посидеть в телефоне.
Смартфон Вячеславу всё равно пришлось выключить и убрать, когда объявили, что скоро будет взлёт. Подросток сразу заметно напрягся и начал напряжённо смотреть в окно. На самолёте мальчик летал первый раз. Обычно они ездили куда-то на поезде или на машине, поэтому сейчас для него всё было в новинку. Как только объявили, что нужно пристегнуться, Слава поспешил это сделать. Его руки дрожали. Он смотрел то на стюардессу, которая показывала, как нужно пристёгиваться и давала дальнейшие команды, то на ремень безопасности. Он не понимал, что нужно делать, а пристегнуться нужно было как можно скорее!
– Да что ж такое?.. – заворчал подросток, пытаясь выполнять все команды стюардессы. – Что за ремень такой?.. Как его пристегнуть?! Что за бред?!
– Сынок, давай я помогу, – поспешил ему на помощь глава семейства, видя, как мальчик мучается. Он ловко застегнул ремень. – Вот! Всё. Не так уж и сложно. Верно?
– Глупые ремни… – продолжал бубнить Вячеслав. – Кто вообще додумался такие ремни придумать? Сто лет пройдёт, пока пристегнёшь его.
– Да ладно тебе, – улыбнулся Алексей Владиславович. – Ты просто первый раз в самолёте, поэтому не знаешь, как пристегнуть ремень. В следующий раз будет легче. А когда мы уже будем садиться, я уверен, что ты сам сможешь пристегнуться. Вот увидишь, что я прав.
– Ага! – Слава уставился на стюардессу, которая продолжала что-то показывать и говорить. Проследив за рукой девушки, он посмотрел наверх, где как раз находились кислородные маски, о которых она говорила.
Ещё несколько минут стюардесса продолжала говорить, а потом ушла. С минуты на минуту они должны были взлететь. Подросток перевёл взгляд на окно, с замиранием сердца ожидая взлёта. И он даже не замечал, как за ним внимательно наблюдал отец. Когда самолёт начал двигаться и постепенно взлетать, мальчик вжался в сиденье и побледнел. Он смотрел в окно уже не с интересом, а с ужасом. Вячеслав начал сильнее дрожать. Было прекрасно видно, что ему очень страшно.
– Знаешь, сынок, когда ты летаешь на самолёте, – заговорил глава семейства, продолжая наблюдать за ним и видя его страх, – не нужно этого бояться. Знаешь чего нужно бояться на самом деле? Что самолёт упадёт! Если случится какая-то авария и самолёт загорится, то выжить будет практически нереально. Но так-то вероятность авиакатастрофы всего лишь 1 к 8 000 000. Вероятность погибнуть в авиакатастрофе равна 0.0000125%! Думаю, что это тебя успокоит.
Слава медленно повернул голову и посмотрел на него. Его взгляд ещё больше передавал, что теперь подростку было не просто страшно, а безумно страшно. Дрожь стала сильнее.
– Ты шутишь? – мальчик нервно сглотнул ком в горле, уставившись на отца. – А если мы как раз войдём в тот процент, который погибает в авиакатастрофах?!
– Сынок, успокойся, – мужчина не смог сдержать улыбку. – Ничего подобного не случится. Я же тебе сказал, что вероятность авиакатастрофы минимальна! Её практически нет. Тем более я всецело доверяю этой авиакомпании. Так что всё будет хорошо. Расслабься!
– Расслабься? – повторил за ним Слава и поморщился. – Ты мне сейчас сказал, что мы можем погибнуть в авиакатастрофе, и у нас практически не будет шансов выжить. И теперь говоришь мне успокоиться?! А ещё не поздно попросить вернуться в аэропорт и покинуть этот самолёт? Я передумал лететь.
– Славик, ну, что ты такое говоришь? – улыбка Алексея Владиславовича стала лишь веселее. Таким забавным и детским поведением сын лишь смешил его. – Я вовсе не говорил тебе, что мы погибнем в авиакатастрофе. Я просто пытался так тебе объяснить, что бояться самого самолёта и полёта не нужно. А то ты так сразу напрягся, сжался весь, побледнел…. Хотел быть реалистом и сказать тебе всё, как есть честно. Но, видимо, не стоило этого говорить. Забудь, что я сказал! В любом случае вернуться обратно невозможно. Мы уже на пути в Швейцарию. Дороги назад нет! Только вперёд! Просто расслабься и посмотри в окно! Какой там красивый вид….
Вячеслав послушно посмотрел в окно.
– Жесть какая! – этот вид ничуть не успокоил его. – Как же мы высоко! Какой ужас!
– Славик, да что с тобой такое? – засмеялся отец, продолжая наблюдать за ним. – Ты уже такой взрослый, а боишься как маленький ребёнок. Уверен, что Даник не испугался. А ты так испугался, как будто бы тебе 5 годиков. Что ты ведёшь себя как ребёнок?
Подросток опять медленно повернул к нему голову. В этот раз он нахмурился и смотрел на главу семейства обиженным взглядом. Ему были неприятны такие слова отца. Мальчик решительно отстегнул ремень и поднялся.
– Ну, всё! С меня хватит! Я пойду к маме. А ты можешь сидеть тут дальше со своим Дэном, который не боится летать на самолётах. Думаю, с ним тебе будет приятно сидеть здесь. Удачи! – он хотел уже пройти мимо главы семейства и уйти к маме.
– Подожди, сынок. Извини, пожалуйста, – остановил его мужчина. – Не уходи! Всё. Я больше так не буду. Это, и правда, было некрасиво. Не стоило так говорить. Порой и некоторые взрослые боятся летать на самолётах. Это нормально! Ну, точнее…. В этом ничего такого стыдного нет. Сядь, пожалуйста, обратно. Не обижайся!
– Тебе ещё и кажется это смешным! – прорычал Слава. – Вздумал ещё смеяться надо мной?! Ну, нет! Не желаю сидеть рядом с тобой все 16 часов полёта и видеть твои насмешливые взгляды, слышать глупые шутки и смешки. Да ну тебя!
– Это больше не повторится! Честно! – Алексей Владиславович аккуратно взял его за локоть, пытаясь усадить обратно в кресло. – Я больше ничего подобного говорить не стану. Прости, пожалуйста, что обидел тебя. Больше я тебя не обижу. Сядь, пожалуйста. Ещё даже вставать нельзя. Мы не набрали нужную высоту. Садись!
– Но если ты ещё раз посмеешь….
– Не посмею! – успокоил его отец. – Честное слово! Всё! Молчу.
– Замечательно, – буркнул Вячеслав и опустился обратно в сиденье. Он самостоятельно пристегнулся.
– Вот, ты уже смог сам пристегнуться, – ободряюще улыбнулся ему глава семейства и потрепал по плечу. – Ты молодец!
– Это была кошмарная идея лететь на горнолыжный курорт самолётом, – недовольно покосился на окно подросток.
– Славик, как я уже ранее тебе говорил, мы никак не смогли бы добраться до Швейцарии другим способом, – напомнил Алексей Владиславович. – Туда можно добраться только самолётом.
– Но можно было бы найти горнолыжный курорт поближе, куда была бы возможность добраться на поезде. Обязательно отправляться так далеко?
– Это же Швейцария, сынок! Хоть тебе и не нравятся самолёты, а точнее ты их боишься, от Швейцарии точно будешь в восторге. Там находится один из самых лучших горнолыжных курортов. Ты нескоро сможешь его забыть!
– Да уж… – мальчик посмотрел в окно. – Это я точно забуду нескоро. А ты мне говорил, что мне понравится летать на самолёте, – передразнил он отца.
– Мне-то нравится летать на самолёте. Я был уверен, что и тебе понравится. Странно! Не понимаю, в кого ты боишься самолётов. Ни я, ни мама не боимся самолётов, а ты боишься.
– Я ненавижу самолёты!
– Потом мне ещё долго пришлось успокаивать его, – улыбка сверкала на губах главы семейства от этих воспоминаний. – Я успел много раз пожалеть, что глупо пошутил. Ему было очень страшно, а я ещё начал такое говорить и шутить. Это точно было недопустимо! Но я просто не ожидал, что Славик настолько сильно боится самолётов. Я был уверен, что если приведу в пример статистику и скажу всё честно, то страх пройдёт. Но это оказалось не так. Я ведь имел дело не с взрослым человеком, а с ребёнком. Да и если взрослому человеку с подобным страхом скажешь нечто такое… Это мало что даст! Только может усугубить всё, как вышло со Славиком. Хорошо, что он не стал злиться на меня за эту шутку. У меня получилось быстро искупить свою вину перед ним, и дальше всё было просто замечательно. В особенности, когда Славик смог немного успокоиться. Вообще я был так удивлён, что у него аэрофобия....
– Этот страх передался ему от его родного отца, – выдала Наталья Вячеславовна. – Саша тоже боится летать на самолётах. Всю жизнь этого боялся. И сейчас, как я знаю, тоже боится. Всегда пользуется только поездом. Его никак не затащишь на самолёт. Вот и Славику передался этот страх от него.
– Ну, надо же… – протянул муж. – Вот оно в чём дело! А я так удивлялся. Теперь всё понятно! А я думал, что Славику от родного отца передалось только всё самое лучшее. Но вот и плохое тоже передалось!
– А что ты имеешь в виду самое лучшее? – заинтересовалась женщина.
– Ну, конечно же, внешность! Он когда был помладше, был похож на своего отца, и сейчас тоже. Вот я и решил, что ему от родного отца только это передалось, а остальное уже от нас. Но вот и плохое передалось. Фобия!
– Да, это ему передалось, – кивнула жена. – Но, к счастью, этот страх не остался с ним на всю жизнь, как с его родным отцом. Верно?
– Да, всё так, – подтвердил Алексей Владиславович, не переставая улыбаться. – Ему повезло, что я был рядом с ним. Если бы рядом с ним был его родной отец, то Славик всю жизнь боялся бы самолётов. Но рядом с ним был я!
– Ему очень повезло! Хорошо, что ты не позволил этому страху остаться и начал с ним бороться.
– Ага. И хорошо, что мы со Славиком смогли проработать этот страх, и он от него избавился. Конечно, не сразу. Какое-то время этот страх продолжал его тревожить, даже когда он стал моим помощником. Но я специально делал побольше совместных полётов по работе, и в конечном итоге у него страх исчез.
– Ты молодец, что решил помочь Славику побороть этот страх, – женщина ласково погладила мужа по плечу. – Это ему очень пригодилось, когда он стал совсем взрослым. После этого он начал самостоятельно и в одиночку летать на самолете. На отдых летал в другие страны, путешествовал, с друзьями куда-то летал… Короче говоря, если бы этот страх у него остался, он не смог бы так полноценно жить, как жил. Да, он мог бы куда-то ездить на поезде, но тратил бы на дорогу гораздо больше времени. А в некоторые страны вообще не смог бы попасть! А благодаря тебе для него все двери были открыты. Не зря Славик говорил, что ты самый лучший отец!
– Слышать такое каждый раз приятно!
– Понимаю. Я-то вне конкуренции, а вот ты… Тебе было важно такое услышать. И ты услышал! И заслужил это!
– Спасибо, дорогая. А помнишь ещё, когда мы наконец-то прилетели в Швейцарию, заселились в дом, который я снял для нас, отдохнули и решили, что пора надеть лыжи и покататься….
«Двадцать лет назад»
– А мама с Дэном куда пошли? – спросил Слава, когда уселся рядом с отцом на подъёмник, который должен был поднять их повыше на горнолыжный спуск. Обернувшись, он увидел, что мама и брат идут в другую сторону.
– На детскую трассу, – сообщил глава семейства и тоже обернулся, желая посмотреть вслед жене и младшего сына. – Даник же ещё не умеет кататься на лыжах. Я нанял ему тренера, который будет с ним заниматься, чтобы поставить его на лыжи. А мама будет рядом с ним. Она же не может бросить его одного. Или ты тоже хочешь на детскую трассу? – мужчина усмехнулся. – А то ты так спрашиваешь… Я просто подумал, что раз ты достаточно неплохо катаешься на лыжах и вроде уже большой, то лучше подняться на склон вдвоём и скатиться с него. Так будет интереснее и веселее, чем на детской трассе, где только учатся кататься. Но если хочешь быть с мамой и Даником, то ничего страшного. Ты только скажи, и мы вернёмся обратно! Можем хоть прямо сейчас как поднимемся, спуститься вниз, и ты присоединишься к маме и Данику. Может быть, там тебе будет лучше и спокойнее. Ну, так что?
– Ну, нет! – скривился подросток. – Я просто так спросил! Не буду я кататься на детской трассе. Там же одни мелкие!
– Вот и прекрасно! – остался доволен Алексей Владиславович. – Мы изначально, когда с мамой говорили, решили, что мы с тобой будем вместе кататься на лыжах, а она с Даником. Мама тоже не особо хорошо катается на лыжах, поэтому хочет кататься там, где полегче. Может попозже и решится прокатиться на настоящей трассе, а пока… Пусть будет так! Нам с тобой и вдвоём будет хорошо. Разве нет?
– Увидим, – Вячеслав посмотрел вниз. Они поднимались все выше и выше.
– Красиво здесь, да? – наслаждался видом отец. – Такие великолепные могущественные горы… Швейцария никогда не надоест мне. Обожаю эту страну!
– Да, здесь красиво, – согласился сын и тоже посмотрел на вид, который открывался им. Потом он повернул голову и взглянул на отца, который выглядел очень счастливым. Глава семейства даже не заметил его взгляд. Мальчик уселся поудобнее, желая приготовиться к тому, что они уже скоро будут спускаться вниз по склону.
– Ты, надеюсь, высоты не боишься? – на всякий случай спросил мужчина.
– Нет. А ты?
– Разумеется, нет, – Алексей Владиславович всё же повернул голову и встретился с сыном взглядом. – Я просто почему-то думал, что если ты боишься летать, то, наверное, также и боишься высоты. Мне казалось, что эти два страха взаимосвязаны и вытекают друг из друга.
– Ты ошибаешься! – отрезал мальчик. – Если попадёшь в авиакатастрофу, выжить будет практически нереально. А вот если упасть с большой высоты…. Есть шанс выжить! И больше шансов выжить!
– Сынок, что за мысли в твоей голове? – прыснул от смеха глава семейства. – Зачем ты вообще о таком думаешь?
– Хочу и думаю! – подросток перевёл взгляд обратно на горы.
Отец лишь улыбнулся, смотря на него, и тоже посмотрел на горы. Он был готов любоваться ими сколько угодно. Горы не могли ему надоесть, ведь мужчина очень любил их.
Чтобы подняться наверх много времени им не понадобилось. Оказавшись на нужной точке, Алексей Владиславович и Слава надели лыжи, оттолкнулись палками и поехали… Мужчина практически сразу прорвался вперед, но старался слишком далеко от сына не отдаляться, не желая бросать мальчика одного. И хорошо, что он не бросил его, потому что помощь подростку понадобилась. Так как Вячеслав первый раз был на горнолыжном курорте и впервые спускался с такой трассы, ему было тяжелее главы семейства кататься на лыжах. Он чувствовал себя неуверенно, ему было страшновато ехать слишком быстро, не смотря на то, что склон был не крутым, а трасса достаточно простой, и из-за этого мальчик не один раз падал. Каждый раз, когда он падал, Алексей Владиславович спешил вернуться к нему и помочь подняться. Только убедившись, что сын может дальше ехать, он уезжал.
Так они катались очень долго. Отец и сын успели даже поесть на вершине горы в ресторане, проголодавшись и устав. Им нужно было сделать небольшой перерыв, чтобы можно было продолжить кататься на лыжах. И после плотного перекуса они вернулись к трассе и продолжили кататься. Они всё катались и катались…. Каждый раз, когда они спускались вниз, мужчина сразу шёл к подъёмнику, даже не давая подростку шанса возразить, и опять поднимался наверх. Вячеславу ничего не оставалось, как послушно следовать за ним, хотя у него становилось всё меньше и меньше сил. Мальчику уже хотелось вернуться в дом и отдохнуть, но возразить он просто не решался, ведь видел, как отец счастлив. Огорчать его подростку не хотелось.
Когда они в очередной раз катились вниз по склону, Слава снова упал. Обычно после падения он старался быстро подняться, чтобы отцу не пришлось помогать ему, но на этот раз продолжал лежать.
– Сынок, вставай, – склонился над ним Алексей Владиславович, практически сразу оказавшись рядом. Он потянул сына за руку, желая заставить его подняться.
– Нет, отстань! – отмахнулся от него мальчик. – Дай просто полежать. Что пристал? Я устал. Ты можешь дальше кататься на лыжах, а я вот так полежу.
– Ты шутишь, Славик? – не смог сдержать смех мужчина. – Вставай. А то ещё заболеешь. Ты вообще-то лежишь на холодном снегу. Легко можно заболеть.
– Нет, всё! Я больше не хочу кататься на лыжах, – даже не приподнялся Вячеслав. – У меня больше нет сил. Мне нужно отдохнуть. Я не буду вставать.
– Ты решил отдохнуть прямо здесь посреди трассы? – фыркнул глава семейства.
– Да. Почему бы и нет? А тебя я здесь не держу. Вперёд!
– Перестань, Славик, – похлопал его по плечу Алексей Владиславович. – Раз ты устал, давай сейчас спустимся вниз и вернёмся в дом. Я как раз подумывал уже скоро вернуться в дом, а то я тоже начал уставать. Но ты устал первее меня! Поэтому пора отдыхать! Поднимайся. Нам осталось лишь немного спуститься, мы доберёмся до дома и будешь отдыхать.
– Не могу я встать, – даже не пошевелился Слава. У него не было ни малейшего желания подниматься на ноги. Хотя бы лёжа на снегу, он мог расслабиться, а, если встанет, все мышцы опять напрягутся и начнут ныть.
– Я помогу, сынок. Дай руку! – отец протянул ему руку.
Подросток около минуты недовольно на него смотрел. По главе семейства было видно, что он точно в покое его не оставит, пока Вячеслав не поднимется. Нехотя мальчик протянул руку в ответ, и отец помог ему подняться.
– Я почти ног не чувствую, – простонал сын, когда оказался на ногах.
– Ну, ты же можешь ими двигать, – улыбнулся мужчина. – Значит, чувствуешь их.
– Я же сказал, что почти, – парировал Слава и пошатнулся. Сил у него вообще не было. Хотелось просто упасть обратно в снег и лежать.
– Сынок, – Алексей Владиславович положил руки ему на плечи, придерживая его, – если ты так сильно устал, надо было сразу мне сказать об этом. Мы раньше закончили бы.
– Ага. А потом ты весь вечер ворчал бы, что я тебе испортил весь отдых и не дал нормально покататься на лыжах.
– Что за глупости, сынок? Я не стал бы ворчать. Мы на отдыхе все вместе. В первую очередь я буду ориентироваться на тебя. Если ты устанешь, нужно сразу сказать об этом мне, чтобы ты смог отдохнуть. Мы придумаем, чем другим можно заняться. Необязательно ведь с утра до ночи кататься на лыжах. Здесь есть и много других развлечений. Например, термальные источники, игровые зоны, бассейны, водные горки, сауна…. А также панорамная площадка! Если тебе наскучат лыжи или просто захочешь отдохнуть от них, то скажи, и мы займёмся чем-нибудь другим. Хорошо?
– Здесь есть термальные источники? – оживился подросток.
– Да, есть. Если хочешь, можем чуть позже туда сходить. Но сначала доберёмся до дома. Пошли. Надевай лыжи. Так мы сможем быстрее спуститься вниз. А оттуда быстро доберёмся до дома.
– Опять эти лыжи, – забормотал Вячеслав и, нагнувшись, начал их надевать на ноги.
– Потерпи немного! – похлопал его плечу мужчина. – Скоро сможешь отдохнуть! И не переживай. Я буду рядом и помогу тебе.
– Как будто это чем-то может помочь…. – продолжал бурчать мальчик.
– Не ворчи! Поехали, – глава семейства дождался, когда сын наденет лыжи, и медленно двинулся вперёд.
Слава с трудом передвигал ногами, поэтому спускались они долго. Подросток еле сдерживался, чтобы не свалиться с лыж. Как только они оказались внизу, он вздохнул с облегчением и снял лыжи. Оставалось только добраться до дома. Туда они смогли добраться быстрее. Отец не отходил от него ни на минуту и помогал ему, чтобы они смогли быстрее оказаться в тёплом и удобном домике.
Когда за ними закрылась дверь, Алексей Владиславович продекламировал:
– Вот мы и пришли! Сейчас сможешь отдохнуть.
– Наконец-то… – Вячеслав, даже не снимая обувь и куртку, двинулся вглубь дома, желая быстрее прилечь куда-нибудь.
– Славик! Сынок! Куда ты пошёл в обуви?! – попытался притормозить его мужчина, но мальчик даже не обернулся.
Глава семейства быстро снял с себя ботинки, скинул куртку и направился за сыном. Он нашёл его в гостиной. Подросток прямо в обуви и куртке завалился на диван.
– И что это такое?! – сложил руки на груди отец и строго посмотрел на сына. – Ты совсем обнаглел? Поднимайся! Нужно снять куртку и обувь и только тогда ложись на диван. Не лежать же в грязной одежде и обуви на чистом диване. Давай, Славик! Вставай! Что это вообще такое?! Нельзя так делать. Ты же дома так себя не ведёшь. Здесь тоже нельзя так себя вести! Проходить в обуви и куртке в дом недопустимо! Нельзя! Понятно?! Вернись в прихожую и оставь там свою куртку и обувь!
– Ну, уже всё. Я не могу встать, – жалобно пробормотал мальчик. – Я замёрз, и у меня нет сил. Хватило сил только дойти до этого дивана. Я теперь не смогу с него встать и куда-то пойти. Буду здесь лежать….
– Славик!
– Ну, пап, – умоляюще посмотрел на него Слава.
– Горе ты луковое! – на этот раз заворчал Алексей Владиславович. Он подошёл к сыну и начал решительно снимать с него обувь, пока подросток не испачкал диван. – Куртку снимай сам!
Вячеслав через силу приподнялся, расстегнул куртку и стащил её с себя. Следом он снял шапку и шарф. Перчатки уже давно валялись возле дивана.
– Давай сюда, – мужчина забрал у него куртку и ушёл в прихожую. Он вернулся уже через минуту, чтобы взять шапку, шарф и перчатки. – Ну, всё! Теперь точно можешь отдыхать, – засмеялся глава семейства и потрепал его по волосам. – Порой ведёшь себя, как малый ребёнок. И не надо сейчас обижаться. Взрослый ни за что не прошёл бы в куртке и обуви в дом и не завалился бы на диван. Понимаю, что ты устал, но всё равно раздеться нужно и только после этого отдыхать.
– У меня нет сил обижаться, так что можешь говорить, что хочешь, – подросток поудобнее уложил голову на подушку.
– Ты есть хочешь? – полюбопытствовал глава семейства и достал из кармана телефон.
– Немного. Но сначала хочу просто полежать.
– Хорошо. Тогда я сейчас напишу маме, чтобы они с Даником возвращались. Немного отдохнём и потом сходим в ресторан поужинаем.
– Угу. Никогда ещё я так сильно не уставал…. – мальчик прикрыл глаза. – Целый день могу гулять, но такой усталости никогда не было. И почему вам вообще пришла в голову идея встречать Новый год в Швейцарии? Что вам дома не сиделось?..
– Ну, мы с мамой решили для разнообразия отметить так Новый год, – пожал плечами отец. – А что тебе не нравится? Не любишь спорт? Лыжи – это круто. И весело. К тому же здесь так красиво…. Когда ещё ты такую красоту увидишь? Тебе что здесь не нравится? Я так старался, чтобы вам всё понравилось.
– Нравится, нравится, – успокоил его сын. – Просто всё тело ноет. Ничего больше не хочу!
– Ну, ничего. Сейчас отдохнёшь, расслабишься и сможем дальше посмотреть, что ещё здесь есть поблизости. Уверен, что тебе в итоге здесь так сильно понравится, что ты не захочешь уезжать.
– Ага… – по сонному голосу подростка казалось, что он засыпает.
– Ладно. Не буду тебе мешать. Отдыхай, – Алексей Владиславович погладил его по спине, укрыл пледом и сделал шаг назад, с улыбкой смотря на сына, который уже сонно посапывал.
– Да, ты оказался прав, когда сказал это Славику. По итогу он был просто в восторге от Швейцарии! – Наталья Вячеславовна улыбалась. – Это в первый день он сильно устал и начал ворчать. А дальше…. Был просто счастлив! И не хотел уезжать.
– Да, да. Всё так! – закивал головой муж. – Я и сам был счастлив там. И видел, что и ты, и Даник были счастливы. Там было очень весело и хорошо. Здорово было отметить там Новый год!
– Очень здорово! Как бы хотелось всё это повторить… – женщина вздохнула.
– Ну, теперь повторить это получится только с Даником, Ладушкой и Тасечкой. Даже если бы Славик не находился в колонии, он захотел бы Новый год отметить со своей семьёй.
– Да, ты прав.
– А ты помнишь ещё?.. – продолжил вспоминать мужчина, начисто забыв про сон.
– Тише, тише, – пыталась Вика укачать Аню, которая проснулась среди ночи и начала плакать. Чтобы никого не разбудить, девушка спустилась с дочкой вниз и уже около десяти минут пыталась её успокоить и укачать, но пока ничего не получалось. Малышка не желала спать. – Ну, засыпай, моя хорошая, пожалуйста, – вздохнула мама. – Мне тоже хочется спать.
Однако это не помогло. Аня продолжала громко плакать. Виктория тяжело вздохнула и начала ходить по гостиной, кухне, прихожей. Она ходила туда-сюда, укачивая дочку и надеясь, что это как-нибудь поможет. Но сколько бы девушка не ходила, малышка не желала засыпать.
– Вика, – услышала она голос Паши, – давай я помогу.
Павел решительно забрал у Виктории малышку.
– Паш, ну, зачем ты? – смутилась девушка. – Тебе спать нужно. Тебе завтра на работу. Иди лучше поспи ещё, а я сама справлюсь. Не надо за меня волноваться!
– Мне всё равно не спится, – покачал головой молодой человек. – Так что лучше тебе помогу, чем просто на кровати валяться и слушать детский плач. Она уже долго успокоиться не может. Кто знает, может быть, у меня получится её утешить? Не хватало ещё, чтобы из-за её плача проснулись Миша, Ева и Саша.
– Да, это будет плохо, – кивнула Вика. – Ладно. Попробуй, раз тебе всё равно не спится. Надеюсь, что она сейчас успокоится. Я уже не знаю, что делать. Всё перепробовала. Обычно в такие моменты она быстро успокаивалась, если папа брал её на руки. А теперь….
– Я попробую, – парень начал покачивать малышку на руках и направился вместе с ней в гостиную. – Я тоже хорошо лажу с детьми.
– Да, знаю, – улыбнулась девушка и направилась следом за ним.
Павел уселся на диван и начал общаться с племянницей, чтобы хоть как-то отвлечь её. Виктория уселась неподалеку в кресле, наблюдая за молодым человеком и своей дочкой. Постепенно Аня, и правда, начала успокаиваться. Паша не отходил от неё, а продолжал общаться и пытаться усыпить её своими словами. Ни сам парень, ни девушка сначала не верили, что это что-то даст. Но вот глаза малышки начали слипаться. Она положила голову на грудь дяди и уснула.
– Ура! – тихо сказала Вика, радуясь. – Получилось!
– Я только пока не буду вставать, – выдал Павел. – Боюсь, что она опять проснётся.
– Да, посиди пока, – согласилась Виктория. – Будешь чай? Я пока тоже не буду ложиться спать. Можем вместе немного посидеть, попить чаю и как раз поговорим. Ты хочешь?
– Давай. Это будет замечательно!
Девушка довольно улыбнулась и вышла из гостиной. Её не было около пяти минут. Всё это время Паша вглядывался в лицо своей племянницы. Малышка медленно росла, и некоторые её черты напоминали Славу. И сейчас вглядываясь в её лицо, молодой человек не мог не заметить это.
– Вот и чай! – Вика, пройдя обратно в гостиную, поставила на журнальный столик перед парнем кружку. – Пей осторожно. Он горячий!
– Прекрасно. Спасибо большое, – Паша взял в руки кружку и сделал глоток. – Ммм…. Обожаю этот чай!
– Я знаю. Поэтому и решила купить. Надо же чем-то и тебя порадовать. А то только ты пытаешься нас радовать. Меня, своих племянников…. Тебе тоже нужно чаще радоваться жизни. А то так перегоришь!
– Думаю, что мне такое не грозит, – не смог сдержать улыбку Павел. – Я слишком сильно люблю своего младшего брата и его семью. А когда дело касается семьи…. Как можно перегореть? К тому же не надо думать, что я совсем не радуюсь жизни. Я каждый день возвращаюсь после работы сюда, и меня всегда ждут и встречают. Что может быть лучше? Я уже от этого счастлив! Большего мне и не надо. Так что можешь за меня не переживать. Но за чай всё равно спасибо. Мне приятно!
– Не за что. Хоть ты и говоришь, что от семьи нельзя перегореть…. Да, это не работа. От работы можно легко перегореть, если не отдыхать. Но и от семьи можно устать. Поэтому важно отдыхать и хорошо спать. А если ты устал, то…. Нужно позволить себе побыть одному. Это иногда нужно!
– Мне одиночества за свою жизнь вполне хватило, – заявил молодой человек. – Теперь я хочу как можно меньше быть в одиночестве. С вами мне очень хорошо.
– Рада это слышать! Кстати, почему тебе не спалось? – заинтересовалась девушка. – Плохой сон приснился? Или просто из-за Ани проснулся?
– Нет, Анюта тут не при чём, – Паша посмотрел любящим взглядом на племянницу.
– Тогда в чём дело? Всё-таки плохой сон?
– Плохой сон, наверное, Анюте приснился, раз она так внезапно проснулась и долго плакала, – предположил парень. – А вот я почему-то внезапно проснулся, подумал о Славике и… начал так сильно переживать за него. У меня словно бы появилось какое-то плохое предчувствие, что с ним что-то случилось. Вот из-за этого я и проснулся, а потом долго не мог уснуть. Услышал, что Анюта расплакалась, долго слушал, как ты пыталась её успокоить, а потом решил не мучиться и пойти помочь тебе.
– Это ты хорошо решил! – воскликнула Виктория и вновь улыбнулась. – Я тебе за это очень благодарна. Надеюсь, у тебя нечасто проблемы со сном, как сегодня? А то даже не представляю, как ты работаешь, если плохо спишь. Я по себе знаю, как потом тяжело днём, если ночью долго приходится успокаивать кого-то из детей и спать укладывать. В итоге полночи не поспишь, а днём всё равно нужно быть бодрячком. И очень тяжело! Было трудно, когда к Мише нужно было часто вставать ночью, потом к Ане…. Как они стали постарше, я немного выдохнула, но полностью расслабляться нельзя. Рано ещё!
– Да, это тяжело, – поддакнул Павел. – Но ты можешь за меня не беспокоиться! У меня со сном обычно всё прекрасно. После рабочего дня я сплю как младенец. Сладким и спокойным сном. Просыпаюсь только по будильнику! Только вот сегодня что-то проснулся, подумал о Славике и…. Не знаю, откуда взялось это странное беспокойство за него. Я, конечно, частенько думаю о нём, волнуюсь о том, всё ли хорошо у него…. Но такая внезапная и сильная тревога, которая нахлынула на меня…. Это впервые! Очень странно! Я даже сам удивился. Я уже давно так сильно не переживал за Славика. И тем более эта тревога возникла спонтанно ни с того ни с сего.
– Честно говоря, я тоже что-то подобное чувствовала, – призналась Вика. – Я проснулась буквально за несколько минут до того, как Анечка начала плакать. Только начала думать о Вяче, переживать…. И тут Анечка заплакала! Так что очень сильно погрузиться в свою тревогу о нём не смогла. Дочка не дала!
– Ого! И у тебя так было?! Вот это уже настораживает…. А вдруг с ним, и правда, что-то произошло, поэтому мы вместе с тобой внезапно почувствовали такую тревогу?! Ну, не могла же она появиться просто так! Вдруг это какое-то предчувствие?..
– Если честно, то я не хочу об этом думать, – поёжилась девушка. – Если с ним что-то случится…. Боюсь, я это не переживу. Поэтому даже думать о таком страшно. Пожалуйста, давай не будем об этом говорить?
– Хорошо, ты права. Не будем об этом. От этих мыслей всё равно лучше не будет. Лучше всего говорить только о хорошем, чтобы перестать волноваться. Всё равно мы не можем быть рядом с ним. Остаётся молиться и во всём доверять Богу!
– Да, доверим всё Богу. Он сам позаботится о Вяче и будет рядом с ним.
– Ага. Мне, кстати, внезапно вспомнилось, как мы с папой пришли к вам в гости, когда Миша был ещё совсем малышом….
«Около пяти лет назад»
Мише было всего пять месяцев. Казалось, что он вроде совсем недавно родился и спал целыми днями, а теперь у него резались зубки. И сейчас он целыми днями только и делал, что плакал. У малыша был плохой аппетит, частенько поднималась температура, он постоянно капризничал…. Было очень сложно успокоить его. Виктория старалась, но у неё также сдавали силы, ведь нужно было ещё переделать работу по дому, приготовить еду, помочь Саше и Еве, а также позаботиться о муже.
– Ну, Мишенька, пожалуйста, перестань плакать, – простонала девушка. – Я сама сейчас заплачу. Ну, что такое?.. Тебе совсем плохо? Может быть, тебя к врачу отвезти? – хлопнула входная дверь, сообщая, что Слава вернулся домой. – Вяча, потрогай его лоб, – помчалась к нему Вика. – Кажется, он совсем горячий. Может быть, к врачу его отвезти? Я не знаю уже что делать…
– Душа моя, успокойся, – ободряюще улыбнулся ей Вячеслав, снимая куртку и разуваясь. – Всё хорошо. Мы ведь уже были у врача. Он нам сказал, что всё в порядке. Это из-за того, что режутся зубки. Это просто нужно перетерпеть!
– Да я итак терплю целыми днями! Сил уже нет! – вздохнула жена. – Он всё плачет и плачет. Я даже не могу положить его в колыбельку. Стоит выпустить его из рук, он вновь начинает плакать. Я уже просто не могу…. Работа по дому не сделана, ужин не готов….
– Да, понимаю, что ты устала, – молодой человек погладил её по плечу. – Не представляю, как тебе тяжело. Давай сделаем так…. Я займусь Мишей, а ты приготовишь ужин. Либо наоборот я приготовлю ужин, а ты занимайся Мишей. Продукты я все купил, – он показал на два больших пакета, которые лежали на полу. – Ну, так что? Так думаю, будет нам обоим полегче. Хорошо? Разделим обязанности, как и положено.
– Но, Вяча, ты ведь только с работы, – растерялась Виктория. – Ты, наверное, устал и хочешь отдохнуть.
– А ты целый день с детьми и тоже устала. И тебе также нужно отдохнуть. Сделаем, как я сказал. Хорошо? Чем ты хочешь заняться? Мне лично всё равно.
– Возьми Мишу, – девушка протянула ему ребёнка. – А я займусь ужином.
– Хорошо, – муж послушно взял на руки сына. – Можешь ни о чём не волноваться. Я с ним справлюсь!
– Замечательно! – улыбнулась уже более довольная Вика и, подняв пакеты, направилась на кухню.
Глава семейства проводил её взглядом и двинулся вглубь квартиры. Первым делом он подошёл к Саше и Еве, желая их поцеловать и немного поговорить с ними. Только после этого отец вместе с сыном прошёл в спальню. Ему нужно было переодеться в домашнюю одежду. Пока Слава переодевался, Миша громко орал в колыбельке, как бы так говоря, чтобы его вновь взяли на руки. Вячеслав поспешил это сделать, как только надел на себя футболку.
Теперь ему оставалось только попытаться успокоить сына, чтобы можно было уложить его спать, а самому заняться чем-то другим. Парень расхаживал по квартире, непрерывно качая сына и ласково что-то говоря ему. Вот только ничего не помогало. Миша продолжал громко плакать и не собирался успокаиваться. И чем дольше он плакал, тем тяжелее было молодому человеку. Ведь он, и правда, только недавно ушёл с работы. Ему хотелось хотя бы немного полежать на кровати и отдохнуть, а сделать это он не мог, ведь надо было сначала успокоить сына.
Проходя в очередной раз по гостиной, Слава притормозил возле дивана. Раз Миша не собирался успокаиваться, а ему хотелось отдохнуть, оставалось только вместе с ним лечь на диван. Всё равно к его крикам он уже привык, ведь малыш плакал не первый день. Приняв это решение, глава семейства сразу же завалился на кровать. Он уложил сына себе на грудь и расслабился.
Когда раздался звонок в дверь, это услышала только Виктория, ведь её муж из-за крика ребёнка больше ничего не слышал. Поэтому к двери поспешила именно девушка. Открыв дверь, она увидела на пороге Александра Дмитриевича и Пашу. Они улыбнулись ей.
– Привет, – поздоровался молодой человек.
– Здравствуй, Вика, – проговорил мужчина.
– Здравствуйте! – Виктория сделала шаг назад, пропуская в квартиру гостей. – Проходите.
– Что у Миши случилось? – заинтересовался Александр Дмитриевич, услышав, как громко плачет внук.
– У него зубки режутся, – сообщила девушка. – Всё плачет и плачет. Так что вы пришли на самое «веселье». Вяча как раз пытается его успокоить. Уже минут двадцать не может успокоить его. А перед этим я долго мучилась. Теперь его очередь!
– Может быть, я сейчас попробую? – предложил Паша. – А Славик немного отдохнёт. И ты отдохнёшь. Вдруг у меня получится успокоить его?
– Ну, попробуй, – не стала спорить Виктория и закрыла входную дверь.
– Надейся, чтобы получилось, – усмехнулся мужчина.
– А в чём проблема? Думаешь, я не смогу? – вызывающе посмотрел на него сын.
– Я думаю, что ты… – договорить Александр Дмитриевич не успел, так как в этот момент детский плач внезапно стих.
– Ничего себе! – не смогла скрыть своего удивления Вика. – Я уже долго этой тишины жду. Интересно, что он с ним сделал?
– Мне тоже интересно, – кинул взгляд вглубь квартиры Павел.
– Пойдёмте, посмотрим, – мужчина уверенно двинулся вперёд.
Виктория и Паша поспешили за ним. Они вместе прошли в гостиную и остановились. На диване лежал Слава, а у него прямо на груди был сын. Малыш тихо и спокойно лежал, прижавшись своим животиком к груди отца. Глаза главы семейства были прикрыты. Он одной рукой придерживал ребёнка, а второй гладил по головке и спине.
Его жена, отец и брат застыли, не решаясь что-либо сказать и потревожить эту идиллию. Они одновременно улыбнулись и начали переглядываться, не в силах сдержать своё умиление от этой картины. Александр Дмитриевич первый сделал шаг к Вячеславу. Он нерешительно заговорил:
– Сынок, привет.
Парень приоткрыл глаза и посмотрел на отца и брата. Он приветливо улыбнулся им, не поднимаясь с дивана.
– Привет. Что это вы решили зайти?
– Мне просто захотелось увидеть сына и внуков, – пожал плечами мужчина. – Я очень редко вас вижу.
– А мне захотелось пообщаться с братом и увидеть любимых племянников, – в свою очередь ответил Паша. – А что ты не рад нам?
– Конечно, рад, – улыбка Славы стала ярче. – Простите, встать пока не могу. Боюсь, что Мишка опять плакать начнёт. Придётся лежать до тех пор, пока он не уснёт.
– Да, лежи. Не волнуйся! О нас не думай, – махнул рукой отец. – Самое главное, чтобы Мишеньке было хорошо.
– А с нами ничего не случится! – поддакнул Павел. – Это ты хорошо придумал так лечь вместе с ним. Он так внезапно успокоился. Мы даже удивились. Хотели уже идти тебе помогать, а ты сам справился.
– Я сам не ожидал, что это поможет, – честно сказал молодой человек. – Просто надоело с ним ходить, и я решил прилечь. Перепробовал все способы успокоить его, но ничего не помогло. Тогда решил просто прилечь и немного полежать. А он внезапно затих! Это замечательно! У меня уже голова заболела от его криков.
– Понимаю, – закивал головой Александр Дмитриевич. – Только мне кажется, что тебе придётся долго так лежать.
– Без проблем. Полежу. Самое главное, чтобы Мишка не кричал. Уж больно мне нравится такая тишина.
– Мне тоже нравится! – воскликнула жена.
– А полежать не проблема, – добавил Вячеслав. – Это несложно. Вы тоже не стойте. Присаживайтесь! Вы давно пришли?
– Только что, – брат уселся в кресло.
– Вы пока пообщайтесь, а я скоро приготовлю ужин. Сможете вместе с нами покушать. И отказы не принимаются, – с этими словами Вика ушла на кухню.
– Ну, а я схожу к Сашеньке и Евочке, – решил мужчина и направился к комнатам своих внуков.
Братья переглянулись и одновременно улыбнулись. Слава снова погладил сына по головке, желая, чтобы он поскорее уснул.
Паша и Вика долго ещё так сидели в гостиной, пили чай и вспоминали различные приятные и радостные моменты с Вячеславом. А таких воспоминаний у них было очень много. Только когда в кружках закончился чай, парень и девушка очнулись.
– Думаю, пора вернуться в кровати, – поднялась с кресла Виктория. Она бросила взгляд на часы. – У тебя есть ещё немного времени до работы. Поспи хотя бы немного, чтобы было больше сил на рабочий день. Поговорить мы ещё успеем! К тому же Анечка уже точно крепко спит, так что ты её не разбудишь. Уложишь её в кроватку?
– Конечно, – Павел тоже поднялся и направился к лестнице. – Здорово было так пообщаться.
– Ага, – согласилась девушка. – Надо чаще так делать. И вспоминать что-нибудь хорошее. Это всегда очень приятно.
– Полностью согласен!
Вика исчезла на кухне. Паша же начал не спеша подниматься по лестнице, постоянно посматривая на племянницу. Он старался нести её как можно аккуратнее. Молодой человек не хотел, чтобы она проснулась. Донеся Аню до кроватки, он бережно уложил её, накрыл одеялом и вздохнул с облегчением. Теперь можно было со спокойной душой вернуться в свою комнату и досыпать оставшееся время. Хоть парню казалось, что он уснуть не сможет, он отрубился сразу же, как только голова коснулась подушки.
Глава 2 «Неожиданное чудо»
«И не сим только, но хвалимся и скорбями, зная, что от скорби происходит терпение, от терпения опытность, от опытности надежда»
Римлянам 5:3-4
Александр Дмитриевич тяжело вздохнул. Его уже клонило в сон. Ему не терпелось завершить работу и пойти поспать. Сегодняшняя смена была слишком тяжёлой. Мало того, что он был в командировке и поехал в другой город, так ещё сегодня был слишком сложный день. Было очень много операций. Оставалось совсем немного отработать и можно будет вернуться на ту квартиру, где он сейчас временно жил.
Командировки – это вообще всегда было очень сложно. Нужно было на несколько дней, а может даже на несколько недель привыкать к новым коллегам, другой больнице, операционной…. Всё было другим. А самым сложным было то, что нужно было на некоторое время переехать и покинуть свою семью. Это всегда давалось мужчине с трудом. Он даже отказался бы от этой командировки, не смотря на то, что его очень сильно просили о помощи, но не смог это сделать, когда узнал, куда именно должен поехать. А поехал он в тот же самый город, где находилась колония Славы. Когда Александр Дмитриевич услышал название этого города, то сразу согласился.
Он даже сам не знал, на что именно надеялся. Просто ему захотелось немного поработать в том же городе, где находился его сын. Хотя бы так почувствовать себя рядом с ним. Уже от этого мужчине было легче. Тем более он немного надеялся, что до отъезда сможет выбить себе свидание со Славой. Он очень давно его не видел и рассчитывал, что, пока он здесь, получится добиться этого свидания.
Однако сначала нужно было отработать свою смену. Работы было очень много, потому что на днях сначала произошла страшная авария, в которой погибло два врача, а потом случился серьёзный пожар на производстве. Вся больница была наполнена ранеными людьми, стонущими от боли. Всем была нужна помощь. Но Александр Дмитриевич не мог разорваться на части. Он старался изо всех сил, чтобы помочь как можно большему количеству людей, но ему также нужно было отдыхать. Он нужен был в больнице полным сил, а иначе не сможет полноценно помогать.
Именно его решили сюда позвать, так как здесь работал один друг мужчины. После рекомендации друга Александру Дмитриевичу сразу позвонили и позвали на помощь. Им как раз нужен был именно такой специалист и опытный врач, которым являлся мужчина. Конечно же, позвали не его одного. Было ещё несколько врачей, которым пришлось оставить свой дом и примчаться сюда. И вот теперь они все вместе напряжённо работали.
Александр Дмитриевич перевязал очередного больного и вновь тяжело вздохнул. Он направился к кабинету, в котором ему выделили место. Мужчина хотел переодеться и покинуть больницу. Теперь ему точно нужно было отдохнуть, потому что сил почти не было. Да, ему было жалко всех больных, которым до сих пор нужна была помощь, и которые лежали в палатах, но сразу всем помочь было невозможно. Сейчас было необходимо сделать паузу и пойти отдохнуть, а потом полным сил вернуться к работе.
– Александр Дмитриевич, подождите! – подбежала к нему медсестра. У неё был испуганный вид. – Вы уже уходите?
– Да, собирался идти домой, – честно ответил мужчина. – А что?
– Там приехали из колонии…. – кивнула девушка. – Они привезли одного парня. Говорят, что ему очень плохо. Кажется, он умирает. Почти не дышит. Я не знаю, что делать. Ему так тяжело дышать…. Каждый вдох даётся с трудом. Они сказали мне позвать какого-нибудь врача, а все сейчас заняты. Пожалуйста, помогите ему.
– Я всё понимаю, но, к сожалению, не смогу никому помочь, – покачал головой Александр Дмитриевич. – У меня уже просто сил нет. Пусть дождётся своей очереди и один из врачей подойдёт к нему. Либо я немного посплю, а потом вернусь и помогу ему, – он сделал очередной шаг к кабинету.
– Вы не понимаете! – медсестра схватила его за руку, не дав уйти. – Он не доживёт до утра. Мне вообще кажется, что ещё пару часов, и он умрёт. Ему очень плохо! Я не знаю, чем ему помочь. А так не хочется бросать его на произвол судьбы…. Пожалуйста, помогите ему. Вы ведь самый лучший хирург. Вы точно поймёте, что нужно делать!
– Кира, я… – договорить мужчина не смог.
– Прошу вас! Я не могу смотреть на его страдания. Ему так больно…. Он умирает! Да, здесь много больных, но они продержатся некоторое время. А вот он…. Он не выживет, если вы ему не поможете. Помогите ему! Пожалуйста!
– Ладно, я помогу, – сдался Александр Дмитриевич и недовольно поморщился. Отказать девушке на её мольбы было сложно, не смотря на то, что усталость всё ещё давала о себе знать. – Это будет мой последний пациент, и я пойду отдыхать.
– Хорошо, замечательно! – просияла Кира.
– Где он? – мужчина посмотрел по сторонам, пытаясь найти глазами этого парня.
– Пойдёмте, – медсестра решительно двинулась вперёд.
Они двигались по коридору около минуты и остановились напротив двух людей в форме охранников. У них в руках было оружие. Они закрывали своими спинами шторку, за которой, видимо, как раз и был тот больной.
– Вы тот самый врач, о котором нам сказали? – внезапно возле Александра Дмитриевича появился ещё один человек, но в форме офицера.
– Да. Где мой пациент? – мужчине не терпелось помочь этому парню и уйти отдыхать.
– Перед тем, как вы начнёте спасать ему жизнь, я хочу предупредить, что он преступник, – начал рассказывать тюремный надзиратель. – Он опасен! Поэтому вы должны сразу понимать, на что идёте. Он совершил серьёзное преступление. Совершил государственную измену! С ним нужно быть осторожнее.
– Мне неважно, кто он и что сделал, – из груди врача вырвался раздражённый вздох, а на губах появилась усмешка. Казалось, словно бы говорят про Вячеслава, ведь он тоже совершил государственную измену. – Он мой пациент. И я должен спасти ему жизнь. Где он?
– Он здесь, – офицер махнул рукой одному из охранников, и тот отошёл в сторону. – Если вы передумаете и решите не рисковать, только скажите. Мы понимаем, что это, может быть, страшно спасать жизнь преступнику. Однако вам не о чем волноваться. Охрана будет всё время рядом и если что поможет.
– Хорошо. Я понял, – Александр Дмитриевич сделал шаг вперёд. – Мне можно увидеть его?
– Да, вот он, – тюремный надзиратель отодвинул шторку, давая врачу возможность подойти поближе к своему пациенту.
Александр Дмитриевич сделал несколько шагов и замер. На постели лежал… Слава! Он был очень бледным, на лбу выступил пот, вся рубашка была в крови, губы парня двигались, и он что-то в бреду бормотал, но глаза были плотно закрыты. По молодому человеку было прекрасно видно, что ему очень плохо. Он, и правда, умирал!
– Если вы передумали, только скажите! – ещё раз повторил офицер, видя, что врач тормозит. – Сейчас вам не зачем его бояться. Он потерял сознание пару часов назад и до сих пор не приходил в себя. Также если вам страшно или вы просто не хотите помогать преступнику, то можно поручить это кому-то другому. Просто нам рекомендовали именно вас, как высококвалифицированного специалиста и самого лучшего хирурга.
– Нет, нет. Всё нормально. Я все сделаю! – пробормотал врач.
Мужчина с трудом отошёл от ступора и сделал очередной шаг. Он с ужасом смотрел на сына. Казалось, что это какой-то страшный сон. С одной стороны Александр Дмитриевич был рад видеть Славу и даже был готов радостно кинуться к нему. Но с другой стороны….
Сын был в очень плохом состоянии и был на грани смерти. Такое ни один отец не хотел бы видеть. К тому же врачу ни за что нельзя было показывать, что он рад видеть сына. Если тюремным надзирателям станет известно, что он знает его и что это его сын, то точно запретят спасать ему жизнь. Тогда либо Слава будет обречён на смерть, либо ему поможет другой врач, а он не сможет даже побыть рядом с ним. Пока была такая возможность, ей нужно было воспользоваться. Такой возможности может больше не быть!
Александр Дмитриевич услышал стон, который сорвался с губ Вячеслава, а потом хрип, который вырвался из его груди. Это заставило мужчину сделать ещё несколько шагов и подойти к сыну. Нужно было срочно осмотреть его и облегчить его страдания. Первым делом врач дотронулся до лба парня, а потом начал расстёгивать его рубашку, желая осмотреть грудь, рёбра и живот.
– Что с ним произошло? – спросил Александр Дмитриевич, продолжая осматривать молодого человека.
– Между заключёнными произошла потасовка, – нехотя выдал офицер. – Его сильно избили. Мы в последний момент успели остановить остальных заключённых и отвели его в лазарет. К сожалению, врача в этот момент не было. Мы решили отвезти его сюда, чтобы ему помогли.
– Почему вы так поздно привезли его? – мужчина строго взглянул на тюремных надзирателей. – Он же еле дышит. Ему пробило лёгкое ребром. У него сильный жар! Он мог умереть!
– Мы постарались привезти его так быстро, как получилось.
– Кира, попроси приготовить операционную, – распорядился врач. – Нужно немедленно делать операцию!
– Хорошо, как скажете, – медсестра поспешила в сторону операционной.
Александр Дмитриевич проводил её взглядом, а потом перевёл взгляд на сына. Тот опять застонал от сильной боли, с трудом сделал вдох, поморщился, его веки дрогнули…. Мужчина тут же напрягся. Он знал, что если Слава сейчас откроет глаза и узнает его, то ему не позволят проводить операцию. Медленно Вячеслав приоткрыл глаза и посмотрел прямо на него. Отец даже затаил дыхание, вглядываясь в уставшие глаза сына. Даже по его взгляду было видно, как ему больно и плохо. Пару секунд парень смотрел на него, а потом вновь закрыл глаза, отключившись.
Александр Дмитриевич внимательно смотрел на показатели, стоя возле кровати молодого человека. Уже прошёл не один час после операции. Мужчина заходил в палату сына чуть ли не каждые десять минут и проверял его показатели на приборах. Он очень боялся, что со Славой что-то случится. Так он хотел хотя бы немного успокоиться и убедиться, что сейчас парень в порядке. Врач уже давно так не переживал за своего пациента. И его можно было понять. Ведь на кровати лежал не просто его пациент, а его сын, который чуть не умер недавно. Теперь Александр Дмитриевич делал всё возможное, чтобы точно сохранить ему жизнь. Он не смог бы себе простить, если бы Вячеслав умер.
Мужчина перевёл взгляд на капельницу. Славе ещё долго предстояло лежать под капельницами, антибиотиками и обезболивающими. Перед врачом до сих пор стояла эта картина, когда он подошёл к сыну и увидел его страдания. Теперь он хотел изо всех сил постараться, чтобы больше парню не было так больно, и чтобы он не страдал. Ради этого Александр Дмитриевич был готов на всё.
Убедившись, что капельницу ещё менять не нужно, он проверил бинты, желая также убедиться, что кровь не пошла. А после этого поспешил проверить дыхание молодого человека. Ему ещё хотелось убедиться, что сыну теперь не так тяжело дышать. Только после этого мужчина немного успокоился. С Вячеславом сейчас всё было хорошо. Он был в порядке и спокойно дышал, а не так учащённо и часто, как было вроде бы совсем недавно до операции. Но после операции дыхание больше не приносило ему такую боль.
Врач поднял глаза и посмотрел на лицо сына. Ему было очень приятно видеть спокойное и даже умиротворённое лицо парня. После всех этих страданий, которые тот совсем недавно пережил, молодой человек сейчас выглядел расслабленным. Да, Слава был ещё бледным, болезненным, но хотя бы благодаря своему отцу теперь не мучился и не страдал от боли. Александр Дмитриевич продолжал разглядывать лицо Вячеслава, как будто бы желал запомнить каждую его черту, пока мог быть рядом с ним.
Конечно, по идее мужчина уже не должен был быть в больнице. Сразу после операции сына он должен был пойти отдыхать, но не смог это сделать. Он видел, как Славе больно, как тот страдает, как ему плохо и… не смог уйти. Александр Дмитриевич остался ради него. Врач был в больнице уже всю ночь и утро и до сих пор не планировал уходить. Оставить Славу одного в таком состоянии он не мог, ведь понимал, что всё равно будет переживать и не сможет уснуть.
Поэтому оставшись в больнице, мужчина сам заботился о молодом человеке и делал всё, что только мог для него. Он даже запретил кому-либо ещё приближаться к парню, заявив, что будет сам следить за его состоянием здоровья и во всём помогать ему, когда тот очнётся. Никто не решился спорить с Александром Дмитриевичем и теперь только он заходил к нему в палату. Врач сам не понимал, как до сих пор держится на ногах. Ведь совсем недавно у него не было сил, и он хотел уйти отдыхать. Но, стоило ему увидеть сына, как он в тот же миг забыл об отдыхе. Казалось, что сын придал ему силы, которых ранее у него практически не было. Мужчину даже больше не тянуло в сон, хотя ранее ему очень хотелось спать. Но теперь ни во сне, ни в отдыхе он не нуждался. Он нуждался только в одном: в своём сыне. Его главная задача сейчас была лишь одна: спасти Славу и позаботиться о нём!
– Ммм… – услышал Александр Дмитриевич тихий стон Вячеслава.
Отец посмотрел на веки сына, надеясь, что тот сейчас очнётся. Парень ещё не приходил в сознание после операции, и мужчине оставалось только надеяться, что это произойдёт как можно скорее. Ему хотелось хотя бы немного поговорить с сыном, ведь они очень давно не общались. И ему повезло. Веки Славы дрогнули, и он начал медленно открывать глаза. Сначала он лишь приоткрыл глаза и снова закрыл. Ещё через несколько секунд Вячеслав вновь начал открывать глаза, но на этот раз смог их открыть. Мужчина подошёл ещё ближе, желая, чтобы сын, скорее его увидел и обрадовался ему.
Молодой человек сонным и усталым взглядом окидывал палату, пытаясь сообразить, где он находится и что произошло. Его взгляд остановился на отце, который стоял возле кровати. Тот смотрел на него с радостной улыбкой, которую не мог сдержать. Парень машинально дотронулся до своих рёбер, вспомнив, что они вроде только пару минут назад сильно болели. Но теперь боли практически не было, а значит, ему всё-таки спасли жизнь. И, видимо, жизнь спас ему отец, хотя Слава не понимал, откуда тот здесь взялся.
– Это, и правда, ты? – неуверенно заговорил с ним Вячеслав, вглядываясь в лицо отца. Он даже не был готов верить своим глазам, ведь это было чудо какое-то. Отец не мог быть здесь! Продолжая вглядываться ему в лицо, он постепенно начал вспоминать все события, после того, как отключился в лазарете. – Я вроде видел тебя перед тем, как в очередной раз отключиться…. Думал, что мне померещилось. Ты ведь не можешь быть здесь!
– Но я здесь, сынок! – раздался голос Александра Дмитриевича. Его улыбка стала ярче от реакции сына. – Я с тобой! Я, правда, здесь. Тебе не кажется!
– Ничего себе… – пробормотал удивлённый молодой человек.
– Что ты помнишь после того, как тебя избили и отвели в лазарет?
– Ну… – парень запнулся и напрягся, желая понять последовательность всех своих воспоминаний, которые внезапно нахлынули на него. – Я всё помню очень смутно. Помню, как меня везли в машине, потом как вытащили на улицу, больничный коридор…. А потом показалось, что я увидел тебя. Подумал, что у меня просто глюки от боли. Оказалось, что нет. Это, и правда, был ты!
– Да, это, и правда, был я! – воскликнул мужчина и положил руку на плечо сыну. – Я очень испугался за тебя.
– Что ты здесь делаешь? – с интересом смотрел на него Слава. – Не думаю, что меня повезли бы так далеко в больницу. А значит, что это ты зачем-то сюда приехал. Ты не подумай ничего плохого…. Я рад тебя видеть! Даже не представляешь насколько. Просто я очень удивлён. Как ты здесь оказался?
– Я здесь оказался совершенно случайно, – признался врач. – И ни на секунду не жалею, что решил сюда приехать. Видимо, сама судьба хотела, что мы встретились. Три дня назад меня позвали в командировку. У этой больницы случилось серьёзное ЧП, если можно так сказать. Несколько врачей умерло, а в городе случились две большие трагедии. Погибло много людей! Меня порекомендовал один мой друг, поэтому ко мне обратились. Меня очень просили приехать сюда, ведь я хороший хирург. Честно говоря, я сначала не хотел ехать и оставлять свою семью и дом. Но потом, когда до меня дошло, куда именно я еду, я согласился. Надеялся, наверное, что пока нахожусь тут рядом недалеко от тебя, смогу выбить себе свидание и наконец-то увидеться с тобой. Но судьба сложилась по-другому! Можно сказать, что ты сам приехал ко мне.
– Ну, не приехал, а меня привезли, – аккуратно поправил его молодой человек.
– Да, верно. Это ужас, что с тобой произошло. За что тебя так избили?!
– Неважно. Самое главное, что сейчас со мной всё хорошо. Слава Богу! Я не надеялся уже остаться в живых. Думал, что никто из охраны не захочет меня сюда везти. Я ведь слышал их разговоры. Врача не было, и они сами не знали, что делать. Но разговоров о том, чтобы привезти меня сюда даже в помине не было. И тут вдруг внезапно кто-то из них пожалел меня и решил привезти сюда…. Ничего себе! Я удивлён!
– Сынок, ты должен быть аккуратнее, – голос отца стал строгим. – Ты должен беречь себя! То, что произошло в колонии…. Это просто ужас! Я не хочу тебя потерять!
– Понимаю, что ты беспокоишься за меня, но не нужно, – Вячеслав слабо улыбнулся. – Со мной всё будет нормально. Бог сам позаботится обо мне. Неспроста же всё так сложилось, что кто-то из охраны надо мной сжалился и решил сюда отвезти, а в этот момент ты здесь был в командировке. Если бы не всё это, то…. Это настоящее чудо! Бог сам обо всём позаботился, что сохранить мне жизнь. Я дов�