Магия льда для чайников
Пролог
– Ку-уда? – остановил меня окрик стражей.
Вооруженные до зубов, они стояли у входа и тщательно следили, чтобы посторонние не просочились в святая святых – столичную Академию Стихий, обледеневшие ступени которой сияли на солнце снежными гранями.
Я ступала осторожно, тщательно выбирая место, куда воткнуть каблучки новых изящных туфелек.
Все-таки не каждый день вступительные экзамены. Как на праздник иду.
– Я – поступать, – гордо заявила, демонстрируя гербовую бумагу с заявлением.
К сожалению, без диплома о высшем образовании свидетельство о регистрации собственного рода не дадут. А мне позарез надо!
– Магов воды не принимают, – бегло проглядев заполненный документ, брезгливо отмахнулся страж. – Вам в профильное заведение. Сами же знаете, куда лезете-то? Обнаглели эти водники вконец.
– Я уверена, что сдам, – сохраняя невозмутимое выражение лица, заверила я. – И вообще, определять кому поступать, а кому нет – не ваше дело, а комиссии.
– Зато мое дело – не пускать всякую шваль, вырядившуюся как благородная! – рыкнул страж, но перейти к рукоприкладству не успел.
А жаль.
– Что здесь происходит? – прервал нашу перепалку властный окрик.
– Ваше высочество, – я присела в грациозном реверансе, демонстрируя слегка прикрытое пушистым мехом декольте.
Холод холодом, а мода требует жертв.
– Пропустите! – повелительно махнул рукой принц, подал мне руку и вполголоса добавил: – Я не забываю своих долгов.
Я одарила его в ответ ослепительной улыбкой, покосилась на стражей, отшатнувшихся, как от хищного оскала дикого тигра.
Померещилось, с кем не бывает.
Меня с почетом проводили до самой аудитории. Перед нами расступались, за нами шушукались, но останавливать больше никто не посмел.
– Удачи вам, моя прекрасная спасительница.
Наследник престола Виндхельма обозначил поцелуй на тыльной стороне моей кисти. Не для меня – для зрителей. И немного для комиссии.
Теперь меня не посмеют нарочно завалить.
Повезло, что я его встретила, а то без скандала бы не обошлось.
Посмеиваясь про себя, заняла место на галерке, подальше от первых рядов.
Хочу последней пойти.
Экзаменаторов ждет нехилый сюрприз. Оттяну удовольствие.
А начиналось все далеко не так весело.
Глава 1
Гул нарастал.
Сквозь низкий, пробирающий до печенок звон в ушах постепенно начали пробиваться посторонние звуки.
– Зря ты ее побил. Теперь компенсацию не получим, – заявил женский голос.
Тело неконтролируемо конвульсивно сжалось, словно ожидало от обладательницы голоса самого худшего.
Странно. Могу поклясться, что я с ней не знакома.
– Проклятая кровь! – низко, хрипловато ругнулся мужчина. – Я так и знал, что у девицы из рода Фроствик родятся только маги воды. Что братец ее, что вот она теперь…
– Ничего, зато я уже подарила тебе двоих сыновей огня,– промурлыкала его собеседница. – Видишь, ты не прогадал, когда брал меня второй супругой.
– Лишь ты, Ливия, мое утешение в старости. И наши дети, – вздохнул мой… отец?
Я содрогнулась от приступа надсадного кашля. Так, похоже, сломано ребро. Возможно, не одно.
По привычке запустила диагностирующее заклинание и зашипела сквозь стиснутые зубы. Когда успела так просадить резерв? Простейшие чары опустошили запас магии полностью, пребольно резанув откатом по нервам.
Зато теперь я знала, что, кроме трех сломанных ребер, у меня еще трещина в ключице, вывих плеча и многочисленные гематомы на спине и руках.
Видимо, закрывалась как могла в процессе избиения.
А еще – что это тело мне не принадлежит.
Точнее, теперь-то оно мое, отвечает на мысленные приказы, вот и пальцы пошевелились, стрельнув ноющим разрядом неприятных ощущений. Но я давненько не находилась в столь плачевной форме. Не говоря уже о том, что практически нулевой размер груди и полное отсутствие мускулатуры мало вязались с образом валькирии.
Похоже, я вообще подросток.
Спасибо богине, хоть девочка.
Вдохнула поглубже, не обращая внимания на ноющий бок, втягивая рассеянную вокруг силу и заодно осматриваясь магическим зрением. К счастью, резерв это умение не задействовало и по-прежнему работало. Мутновато, непривычно расплывчато, но ауры стоящих неподалеку двоих взрослых показало.
Больше никого поблизости нет.
Это хорошо.
Потому что воспоминания несчастной, в чье тело угодила моя заплутавшая душа, начали постепенно проясняться.
И мне очень сильно захотелось отомстить.
Чем, интересно, этим гадам стихия воды не угодила? Отличная, между прочим, стихия! Резерв у малышки пока что невелик, но это поправимо. Раскачаем.
Одно но. Прямо сейчас я им ничего не сделаю.
Мужчина – довольно сильный огневик, а женщина – воздух.
Мне с ними не справиться.
Пока что.
– Жива еще, – с легкой ноткой облегчения бросила последняя, обратив наконец внимание на мои подергивания. – Давай отвезем ее в приют. Зарегистрируем, глядишь, и компенсацию выплатят в следующем месяце.
– Сама пусть идет! – бросил отец года. – Ноги я не трогал. Плевать на компенсацию, я не желаю подобного позора на свои седины.
Повысил голос, повернув голову в мою сторону:
– С этого дня ты не имеешь отношения к роду Торсфламм. Ты никто. И не смей представляться полным именем. Поняла меня, тварь?
Чтобы достойно ответить и не бормотать, пришлось сплюнуть накопившуюся во рту кровь. Знатно он меня попинал. Надо будет легкие проверить потом отдельно. С первого взгляда вроде целы, но мало ли.
– От твари слышу! – прохрипела непривычно тоненьким голосочком. Получилось далеко не так грозно, как планировалось, но уж что поделать. Как есть. – Я отрекаюсь от твоей фамилии и твоего рода. Ты мне более не отец!
Где-то вдали громыхнуло, яркие всполохи пронзили небеса.
Только сейчас я поняла, что мы на улице. Мороз моментально пробрался под одежду, куснул за мокрые щеки, затуманил глаза, выбивая слезу.
Я упрямо сморгнула влагу и поднялась. Ноги и правда почти не пострадали.
– Как ты смеешь?! – взвизгнула женщина. – Как ты ведешь себя с отцом?
Симпатичная блондинка со вздернутым носиком, пухлыми губами и ярко-голубыми глазами. Типичнейший легкомысленный воздух.
– Дамочка, вы б определились. Мы только что дружно постановили, что этот гад мне не отец. А значит, имеет полное право катиться туда, куда пошлют.
Горе-папаша дернулся было, намереваясь, видимо, продолжить «воспитание», но наткнулся на мой ледяной взгляд.
О, смотреть так, что у оппонента начинали дрожать поджилки, я умела. В исполнении малолетки эффекта поубавилось, но и этого Торсфламму хватило.
Не дожидаясь его реакции, я развернулась и шагнула в бушующую метель.
Удалилась я красиво, но чем дальше брела, тем яснее понимала, что далеко не уйду.
Одежды на мне – тоненькая вязаная жилетка, шерстяное платье, шаль и сапожки. Для того чтобы посидеть дома у камина – отлично. Но чтобы гулять при минусовой температуре – маловато.
Резерв по-прежнему почти пуст и наполняется крайне неохотно. Малышка будто в жизни не тренировалась восполнять запас магии.
А может, и не тренировалась.
Знания об этом мире у меня пока что обрывочные и всплывают в памяти хаотично. Про родителя мелькнуло, а про мать, например, – ни малейшего проблеска. Кто она? Жива ли?
Зато процедура определения дара явственно пронеслась перед глазами.
Мужчина в темно-сером рабочем халате, вероятно, целитель, протягивает шар на подставке. Девочка, чье тело я заняла (Кристель, меня теперь зовут Кристель!) касается сияющей поверхности, и та постепенно окрашивается глубокой синевой.
Чистый, красивый дар воды.
Но судя по лицам присутствовавших на проверке отца и мачехи, хорошего в этом мало.
Интересно, почему?
Тишина, темнота. Нет ответа.
Ну, потом выясню.
«Добрая» Ливия что-то говорила про приют. Туда я не хочу. Приюты везде одинаковы – грусть, нищета и унижение.
А еще – заборы.
За забор мне не надо.
Но куда тогда идти?
Прищурившись так, что ресницы слиплись от налетевшего снега, я огляделась.
Куда хватало глаз – пурга и ровные, свежие сугробы. Дорогу замело очень качественно. Ни строений, ни деревьев, чтобы сориентироваться.
Белая пустыня.
Родственнички живут на отшибе? Досадно.
Но возвращаться к ним я не планирую. Там несчастная Кристель все равно долго не протянет. Добьют.
Потому я двинулась вперед, проваливаясь по колено, периодически черпая снег сапогами и надеясь, что куда-нибудь да добреду. Вряд ли дом один на многие километры. Должны быть еще.
Подворье семейства Торсфламм выглядело непривычно, я, когда осматривалась, обратила внимание. Сам домик низенький, небольшой, будто там всего одна комната. Но такого быть не может, ведь внутри должны жить как минимум двое взрослых и какие-то дети. Да и шубка на Ливии была роскошная, они точно не бедствуют, чтобы ютиться в тесноте.
В воспоминаниях мелькали комнаты, не слишком просторные, но многочисленные, без окон и балконов.
«Похоже, у них тут эдакие бункеры», – осенило меня. Основные жилые помещения – под землей!
Значит, искать надо небольшие, низенькие избушки.
Но вместо жилых домов я наткнулась на нечто невероятное.
Сначала мой взгляд привлек невысокий холм.
Чем ближе я подходила, тем быстрее становился шаг, потому что возвышение явно было рукотворным. Слишком правильной формы: вытянутый прямоугольник с чуть смазанными из-за заносов углами.
Дверь найти удалось далеко не с первой попытки. Она располагалась не посередине, а почему-то с краю одной из длинных сторон. Я разгребла коченеющими руками снег – пальцы покраснели и плохо сгибались, хоть по дороге и грела их под мышками – и без особого труда вскрыла замок. Ничего сложного, шпилькой поковырять – и готово. Благо в собранных в небрежный узел волосах Кристель спряталось несколько штук, и довольно прочных.
Внутри оказалось не намного теплее, чем снаружи, но хоть снег в лицо не летел.
А еще было неимоверно тихо. После буйного завывания метели мое собственное прерывистое дыхание казалось оглушительно громким.
– Эй, есть кто живой? – позвала я осторожно.
Если хозяева – маги, у меня могут быть проблемы.
Да в любом случае могут. Это тельце и спичкой переломить можно.
Придется договариваться по-хорошему.
Предложу им уборку, стирку, что там еще может тощая девчонка предложить.
Главное, на маньяка не нарваться.
Никто не отозвался, и я осмелела. Сделала пару шагов – и увязла в мягком грунте.
Темнотища непроглядная, куда это меня занесло?
Спиной, чтобы не сбиться и не потеряться окончательно, вернулась ко входу и ненадолго приоткрыла дверь.
Снег ворвался, стремясь отвоевать новые территории, но я тут же приналегла на створку и захлопнула ее обратно.
Зато теперь поняла, куда попала.
Теплица!
Длинные ровные ряды баклажанных грядок перемежались с опирающимися на палочки кустиками помидоров. Вертикальные решетки между посадками оплели огурцы, чуть выше карабкались характерные завитки гороха. В промежутках ютились морковка, кинза и какие-то листочки серебристого и темно-фиолетового цвета, похожие на капусту.
Вдоль стен гнездились ящики, поставленные в шахматном порядке. Там тоже что-то колосилось и произрастало.
А еще я обнаружила фонарь! Точнее, лампу с фитилем, а рядом – старомодную кремниевую зажигалку. Здоровенная, аж оттянула ладонь к земле, а крутить колесико и вовсе пришлось второй рукой.
Зато пока пыхтела, согрелась немного.
При неверном свете оглядела посадки повнимательнее. Низкая температура, царившая под стеклянной крышей, им явно не нравилась. Листья пожухли, ближайшие к дверям и вовсе начали темнеть.
Еще несколько часов, и об урожае неведомый фермер может забыть.
Главное, чтобы это не оказался огород четы Торсфламмов!
Вот забавно получится.
Не так я далеко от дома отошла. Мне по морозу один шаг за десять казался, но на самом деле не больше пары километров отмахала.
С другой стороны, даже если и их. Лично Ливия в своей шубке вряд ли копается в навозе, а садовник, может, меня и в лицо не признает. Тем более сейчас, побитую и окровавленную.
Другой вопрос, сильно ли он обрадуется, обнаружив неизвестную девицу в парнике.
Кстати, о парниках.
Снега успело намести порядочно, заклинание испарения не слишком энергозатратное. Особенно если использовать вариант сушки…
Опираясь на деревянную часть стены, стянула сапожок и перевернула. Из него бодро полилась водичка, на лету превращаясь в пар и развеиваясь.
Я прислушалась к себе.
Резерв снова просел, но не критично. Еще на несколько заходов хватит, а потом и помедитировать можно, восполняя потраченное.
Чем я и занялась.
Спустя несколько минут я в сухой, пусть жестковатой после обработки одежде и обуви бродила вдоль дверей, поднимая в воздух и подогревая все новые капли. Температура постепенно повышалась. Не могу сказать, чтоб стало жарко, но где-то до пятнадцати выше нуля подтянула. Растения передумали помирать и расправили листочки.
Сочтя, что мой долг за приют почти уплачен, я села в уголочке, на сваленные в кучу пустые мешки, и прикрыла глаза. Расслабляться рано, ведь внешний холод никуда не делся, а значит, образованный мною пар быстро остынет и придется все повторять заново.
Зато теперь я знала, отчего на улице такой мороз, а дома строят под землей.
Кстати, далеко не все.
Несмотря на всю свою спесивость и роскошные меха, род Торсфламмов переживал не лучшие времена. Учитывая, что их глава – маг огня, они вполне могли себе позволить и нормальный дом, а к нему отопление на магии.
Значит, господин Реккарт либо ленился, либо скупился на технику.
Королевство Виндхельм уже более ста лет погребено под вечным снегом. К лету его слой немного уменьшается, позволяя докопаться до земли и быстро-быстро заложить фундамент под постройки и наметить дороги, а зимой вновь промерзает на несколько метров вглубь.
Раньше климат страны вполне соответствовал средней полосе. Мягкая зима, жаркое лето, нередкие засухи… а после произошло нечто страшное, изменившее всю планету.
У соседей дела обстояли ничуть не лучше. Та же мерзлота без малейших перспектив на потепление.
Про катастрофу, повлекшую за собой столь плачевные последствия, Кристель знала немногое. Она вообще девочкой была не слишком образованной. Даже читать и то умела с трудом. Впрочем, здесь от женщин многого и не ждут. Окажись малышка одаренной стихией огня или воздуха, ее бы выдали выгодно замуж – и вперед, рожать наследников.
Повезло, что дар долго не просыпался. Иначе, пожалуй, и этого резерва она не успела бы накопить и мы бы с ней сдохли в ближайшем сугробе.
Я глубоко дышала, наслаждаясь пряным ароматом трав, сладковатой горечью влажной земли и долгожданным притоком энергии. В этой теплице оказалось удивительно легко восстанавливаться, и вскоре я вновь занялась обогревом.
К моменту, как крыша посветлела, неохотно пропуская первые лучи солнца, я провела таким образом три цикла полного опустошения и наполнения резерва. Возможно, выдаю желаемое за действительное, но, кажется, он стал немножечко побольше.
Собственно, так его и раскачивают обычно. Тренировками на износ, до предела. Как мускулатуру.
С ней бы, кстати, тоже поработать не мешало.
Мои размышления – ленивые, разморенные долгожданным теплом – прервал скрип поворачиваемого в двери ключа.
Дверь открылась с трудом. Снега нанесло за остаток ночи немало и полностью скрыло все следы взлома.
Пожилой работник, стряхнувший на пороге козью дубленку, явно ничего не заметил.
– Вот же буря проклятущая, всю систему небось поморозило, – проворчал старик себе под нос, скидывая меховые сапожищи.
Оглядел, прищурившись, посадки.
И только потом заметил на мешках меня.
Узнавания в глазах не мелькнуло. Озадаченность, удивление – да.
Значит, мы не знакомы. Уже хорошо.
– Ты что здесь делаешь? – нахмурился дед.
– Растения вам грею, – мило улыбнулась я, изображая малолетнюю невинность.
И в качестве доказательства выпустила из рук очередное облачко теплого пара.
Старик заново оглядел теплицу, отмечая потемневшие растения у входа. Полез в странный механизм, сути которого я не поняла, и чем-то там побренчал, покрутил рычаги, попинал бак.
После чего уставился на меня с куда большим интересом.
Глава 2
Судя по всему, огромный агрегат с внушительным «брюшком» отвечал за нагрев помещения. Потому-то дед сразу не заподозрил неладного – в теплице должно было быть достаточно тепло и без меня.
– Ты это… магичка, что ли? – прищурившись, окинул меня взглядом старик. Не упустил ни шаль, ни покоробленные водой, но все еще добротные сапожки. – Благородная? Из дому сбежала?
– Не совсем, – вздохнула я. – Выгнали.
– За что?
– Дар им мой не понравился.
– Водница? – скривился собеседник, разом теряя ко мне всякое расположение. – Толку от вас. Шуруй в приют давай, по солнышку быстро доберешься. Тут недалеко. Неча мне посадки топтать. Поди, пожевала уже что-то?
Он бегло оглядел ближайшие ко мне грядки.
А мне, признаться, подобный маневр и в голову не пришел! Досадно. Могла бы подкрепиться, пока имелась возможность.
Но что поделать. Слишком уж я честная, частенько во вред себе. Как ляпну что думаю, так и наживаю очередного врага.
Вот и сейчас не сдержалась:
– Я-то пошурую, а вы могли бы хоть спасибо сказать. Чуть без урожая не остались!
Кряхтя, будто это мне сто лет, поднялась на затекшие от долгого сидения ноги и поковыляла к выходу.
– Это ты таки погрела тут все? – осознал наконец дед. – А я и думаю, бойлер холодный, а в теплице жара. Как такое вообще может быть, если ты не огневичка? Ну-ка, погоди!
Я демонстративно потянула на себя ручку.
– Погодь, сказал! Ты это как сделала? Ваши ж к обогреву непригодные. Тут огонь нужен! Такой вот!
Старик огладил пузатый бок остывшей махины.
– При чем тут огонь? – фыркнула я, не поворачиваясь. – Руки должны из нужного места расти. И воды чуток, чтоб было из чего пар создавать.
– Пар, говоришь? – он поскреб седую щетину на щеке, напряженно размышляя. – Не слыхал про такое заклинание. Ну-ка покажи!
Недоумевая, я потянулась к лужице подтаявшего снега на пороге и «вскипятила» ее. Облачко плеснуло прямо в лицо недоверчивому огороднику, он отдернулся, протирая глаза.
– И правда пар. Горячий! – расплылся он в искренней, местами щербатой улыбке. – Так из какого рода тебя выгнали, говоришь?
– Какая разница? – буркнула я, открывая дверь.
Ледяные снежинки впились в щеки, закружились по помещению, готовясь осесть и стремительно растаять.
– И то верно. Раз отлучили, искать не станут, – степенно заметил дед. И деловито предложил: – Платить буду едой и кровом. Неча тут ночевать, у моей семьи дом большой. Малышни много, одним больше, одним меньше – никто и не заметит.
Я собралась возмутиться наглостью эксплуатации, но прикусила язык.
Кров и горячая пища – это больше, чем у меня было несколько часов назад. Не стоит проявлять неблагодарность.
– Одежду бы еще, – пробормотала, оглядывая себя.
– Шелков и золота не носим. Но и замерзнуть не дадим,– закивал старик, почуяв слабину. – Козы у нас знатные, пушистые. И кофточку справим, и носочки, и жилетку. Во!
Гордо выпятил грудь, демонстрируя шедевр народного промысла.
Выглядело мило и уютно. Пусть стежки грубоваты, отделки никакой, зато отморозить задницу не грозит.
Как раздобыть деньги и вообще выгребать, подумаю позже. Не стану же я всю жизнь греть чужую теплицу! Уж точно не для того мне Богиня второй шанс дала.
Обживусь, освоюсь, осмотрюсь как следует.
– В род вступать не стану! – на всякий случай предупредила.
– Откуда у меня род? У нас магов в семье отродясь не было! – отмахнулся дед.
Память Кристель услужливо и запоздало подкинула очередной факт: считаться полноправным членом рода может только одаренный. То есть если ты принадлежишь к какому-то из них, ты – маг. Если же силой не обладаешь, то ты обычный человек. С фамилией, но без привилегий знати.
В данный момент я где-то посередине. Или даже вне системы.
С даром, но без рода.
Что мне это дает и чего опасаться, пока не поняла. Но непременно выясню.
Подождала, пока дед закончит разбираться с теплицей, попутно добавила еще пара. Как сказал старый Скарн – так он предложил его называть – в бойлере что-то перегорело. Починить его встанет в круглую сумму, которой у семейства Карвальд нет. Но можно временно заменить пару деталей.
На мое счастье, теплицы принадлежали не моим бывшим родственничкам. Услышав это, я выдохнула и окончательно успокоилась.
Зря, конечно.
Как оказалось, я всего несколько шагов не дошла до жилья.
Сразу за теплицей, полускрытая сугробом, пряталась землянка. Сейчас ее выдавала свежепротоптанная цепочка следов и очищенная от заноса дверь.
Дед распахнул створку и зычно гаркнул, так что я аж подпрыгнула:
– Вик, дырявый сапог тебе в… – тут он вроде опомнился, покосился на меня и уже поспокойнее закончил: – Ты почему за грелкой не досмотрел? Твоя ж очередь вечером была!
– Так я смотрел! – прогудел бас откуда-то из недр норы.
Я с опаской переступила порог, дожидаясь, пока глаза после слепящего солнца и искрящегося под ним снега привыкнут к полумраку. На самом деле внутри не было так уж темно, горели две лампы странной формы – полосочками, и довольно тусклыми, но хватало, чтобы не спотыкаться и не ударяться о стены.
Зато меня наконец-то окутало спасительное тепло. Раздеваться я не спешила, но шаль, в которую плотно замоталась, ослабила.
– Как ты смотрел, балбес, если там генератор полетел? Бегом иди поставь запасную батарею!
– У нас же всего две…
Упомянутый Вик вывернул из-за угла и застыл, уставившись на меня.
Я тоже посмотрела на него, причем с опаской. Здоровенный детина метра два ростом, одной ручищей прихлопнет и не заметит.
– Ниче, у нас вот помощница туточки появилась, – заулыбался старик, поглаживая меня по голове.
Я стерпела молча.
Подобное панибратство не люблю, но сейчас ругаться с тем, кто дал мне крышу над головой и не выгнал на мороз, будет глупостью. Попозже можно тактично намекнуть, что не стоит со мной обращаться как с ребенком. Даже по местным меркам, если не учитывать возраст души, я подросток, а то могу считаться и юной девушкой. Точно возраст не вспомню никак, но не больше пятнадцати, судя по оформленной, пусть и небольшой груди.
– А что она может? – непонимающе нахмурился Вик.
– Магичка она. Будет нам теплицу прогревать, чтобы батарея меньше расходовалась. Будешь же? – соизволил уточнить дед.
– В обмен на еду, одежду и кров – буду, – вежливо улыбнулась я.
Стиль общения этого семейства мне нравился все меньше, но не всем быть аристократами! В конце концов, вежливость не главное. А вот позавтракать, переодеться в сухое, чистое и теплое и отдохнуть немного (потому что в парнике я порядком уработалась!) – бесценно. Можно и отсутствие манер перетерпеть.
– Что-то случилось?
В коридор вышла степенная, дородная женщина средних лет, с фамильным носом семейства Карвальд и седеющими волосами, собранными в низкий пучок на затылке. Видимо, дочь. А Вик, скорее всего, внук.
– Грелка опять полетела. Сейчас поставлю батарею, – пробормотал последний, убегая куда-то вглубь дома.
– Айса, проводи девочку, дай ей что-нибудь мягонькое, из твоего старого. – Дед бесцеремонно подтолкнул меня в спину.
Я не сдержалась, недовольно зыркнула, но к женщине подошла.
– Простите, что затрудняю, но у меня сложные семейные обстоятельства. Я отработаю, помогу вам с обогревом теплицы.
– Выгнали ее, потому что водница, – буркнул за спиной глава семьи и вымелся на улицу вместе с внуком.
Мы с Айсой переглянулись. Лицо ее смягчилось.
– Пойдем, ты, наверное, замерзла. Обувь тут оставь, у входа. Купальня холодная, но ты ведь маг? Можешь подогреть себе воды, чтобы умыться? – заботливо поинтересовалась женщина, выуживая из встроенного шкафа уютные вязаные тапочки со смешными помпонами.
Кожаная подошва истерлась – их носили не один год, но брезговать я не стала, сунула ноги и чуть не застонала от восторга. Мягкие, теплые, они обволокли ступни нежным шерстяным коконом.
Конструкция шкафа меня заинтересовала. Похоже, под него прокопали отдельную ямку, которую позже отделали обрезками досок, оставшимися после стройки. Разномастные кусочки составляли затейливую мозаику. На трех широких полках лежали не только тапочки, но и щетки, носки, баночка с каким-то едким составом, запах которого распространялся даже сквозь плотно притертую крышку, и прочие необходимые у дверей мелочи.
Даже топор нашелся, скромно приставленный в уголке к стенке.
Айса развернулась и неспешно, с достоинством поплыла вглубь постройки.
Я разулась, поставила скукожившиеся от безжалостной сушки сапоги на деревянную стойку, к остальной обуви. Учитывая разницу в размерах, здесь жило как минимум человек десять.
И потопала следом за провожатой.
Коридор загибался по спирали внутрь и чуть вниз.
Сначала шли рабочие пристройки. Протяжно помекивали козы в загоне и кудахтали курицы. Запах стоял соответствующий, этот участок коридора я миновала чуть ли не бегом. В следующем проеме виднелись сложенные пирамидой тугие рулоны сена и одна разворошенная куча с торчащими из нее вилами.
– А откуда вы траву берете в таких количествах? Неужели в теплице выращиваете? – удивилась я вслух. Ведь по воспоминаниям Кристель зима здесь постоянная, температура редко доползает до нуля даже летом.
– Так с опушки же, – степенно пояснила Айса. – У нас тут лес недалеко. Глубоко не заходим, конечно, но по границе не слишком опасно. Иногда ягод получается набрать, грибов. Живем, в общем.
Лес? То есть прямо с травой и деревьями посреди вечной мерзлоты?
В воспоминаниях ничего подобного не хранилось, скорее всего, девочка там не бывала. Хотя, казалось бы, люди должны ломиться толпами за древесиной и прочими благами.
Впрочем, до сих пор ничего деревянного я в доме не заметила. Шкуры, камни, плитка, кирпичи. Даже двери представляли собой обтянутую выделанной кожей металлическую конструкцию. Наверное, лаком покрыты или еще чем, потому что сияли как новенькие и не трескались.
Разве что мебель…
Когда мы добрались до жилых помещений, в глаза бросился старинный комод с резными стенками, добротный стол, который простоит еще не одно поколение, и стулья с чинеными-перечинеными ножками. Следы былой эпохи, что бережно перетащили в землянку из прежнего дома.
Интересно, а старые здания, до катаклизма построенные, сохранились? Или их все поморозило и развалило?
Снова в памяти – звенящая пустота.
Кристель подобными глупостями не интересовалась.
Вообще, если честно, я пока что не разобралась, чем увлекалась прежняя обитательница этого тела. Книг не читала, не гуляла, не общалась особо ни с кем… Так и свихнуться недолго.
Пока мы шли, встретили еще несколько членов многочисленного семейства. Двух девушек, немногим старше меня, мальчишку лет десяти и солидного мужчину, что бегло поцеловал Айсу, задумчиво окинул меня взглядом, но лишних вопросов задавать не стал.
Привели кого-то – значит, надо.
Купальня нашлась почти в центре «улитки», через стену от кухни. Что логично – канализацию проводить удобно, все рядом, и тепло от разогретой плиты распространяется на соседние помещения.
Полупустая комнатушка, вырезанная прямо в стене грубоватая лавка, на которой можно сидеть или лежать, за небольшой ширмой – уборная, и самый настоящий душ-лейка в потолке!
А еще фаянсовый умывальник из трех чаш с кранами.
Видно, что на большую семью рассчитано.
– Еще мой дед делал! – гордо похвалилась Айса, заметив мой восторг. – Почти как у благородных родов. Там наверху большой чан, где собирается снег, потом тает от тепла и вот тебе водичка. Погреешь сама, а то рано еще, печь не разгорелась толком?
– Да, конечно, – рассеянно пробормотала я, прикидывая расстояние до емкости.
Преграда в виде потолка отразит часть заклинания, потому лучше действовать микродозами через кран. Поставлю тепловой фильтр, чтобы прогревал лишь протекающую сквозь него воду, и несильно. Заодно расход магии минимальный, а то у меня резерв сейчас скудный до безобразия.
– Спасибо вам большое!
В ванной комнате я провела не так много времени, но вышла обновленной и умиротворенной.
А потом меня еще и покормили!
Просто, но сытно. Вареные яйца, каша из чего-то непонятного, но вкусного, с грибами – остатки вчерашнего ужина, но какая разница, если горячо и съедобно? А у меня организм ослаблен тренировками и морозом. Мне любая пища сгодится, лишь бы не траванули.
Карвальдам меня травить без надобности, я им живой нужна и дееспособной.
На полный желудок меня разморило, глаза норовили закрыться прямо за столом.
Кстати, на кухне стол был каменный. Тонкая плита на четырех подпорках, такое если на ногу рухнет, инвалидом останешься. Надеюсь, там надежный клей или чем это скрепляют…
– Пойдем тебе одежду подберем, – предложила Айса. – Малышки мои повырастали, кое-что я еще не успела раздать. Кстати, как раз и поселю тебя пока что с близнецами. У них спальня просторная, да и с девочками тебе комфортнее будет, чем одной.
Сил возражать у меня не нашлось.
Глава 3
Комната «девочек» находилась не слишком далеко от кухни. Всего через три двери. Я тщательно запоминала дорогу, потому что иного санузла мне не показали, а физиологические потребности никто не отменял. Не бегать же каждый раз спрашивать, где оно?
Кровати выглядели непривычно. На проволочный каркас с пружинами натянули ткань, так что получился своего рода диван, но с тремя спинками вместо подлокотников. Эдакий уютный закуток, в котором можно и посидеть, и поспать, и поиграть при желании.
Даром что девицы уже взрослые. Наверняка здесь в детстве от души повеселились.
Про пружины я поняла, когда присела на одну из постелей, и меня упруго подкинуло обратно.
Айса с трудом скрыла смешок.
– Попрошу мужа запасной матрас принести, – сказала она, распахивая очередной шкаф и вытаскивая туго набитый дерюжный мешок. – Смотри, выбирай, может, что и подойдет.
С этими словами она высыпала содержимое на ближайшую кровать и ушла.
Я принялась перебирать шерстяные сокровища. Тепленькое, мягкое, видно, что ношеное, но не до дыр, а если вдруг – то тщательно заштопанное.
Отложила пушистый свитер, рейтузы, валяную разноцветную жилетку и пару рубашек. Белье брать не стала. Может, оно и стираное, но все равно мне брезгливость не позволит чужое носить. Попрошу отрез полотна, новое сделаю.
Правда, нитку с иголкой я в руках держала последний раз, зашивая соратнице рану.
Мда.
Швея из меня никакая, прямо скажем.
Ну, попрошу кого-нибудь. Попозже, когда докажу свою полезность. Сейчас со мной приветливы, потому что дед велел, но на шею сразу лезть не стоит.
Интересно, надолго ли хватит той батареи? За прошедшую ночь я успела привязаться к растениям и сейчас немного волновалась – не пожухнут ли? Не повянут? Все-таки я в них немало сил вложила. Точнее, в теплый воздух над ними.
Наверное, меня попросят поддерживать температуру регулярно, чтобы батарея медленнее выдыхалась. Ну а что, еще лучше. Отличная практика, лишь бы кормили досыта.
В сон клонило неимоверно.
Я даже не сумела дождаться прихода Айсы с мужем и матрасом. Позорно отключилась прямо поперек чужой кровати.
Единственное, что успела – запустить крошечное, простенькое заклинание общего исцеления по организму. Синяки, трещины и прочие последствия общения с родственничками давали о себе знать, не позволяя лечь в общем-то ни на какую сторону. Разве что ничком, головой в подушку.
Зато чары получились привычно, легко, как дыхание.
Резерв успел немного восстановиться после грандиозной прокачки в теплице, и магии как раз хватило впритык.
Проснулась я резко, как от удара под дых.
Что-то было не так.
Но что?
Меня успели переложить, это да. Матрас лежал в углу, ближе ко входу, а на кровати сопели дочери хозяйки. В темноте не видно, но больше некому.
Природа требовала своего. Я тихонько поднялась, приоткрыла дверь. Петли работали отлично – ни скрипа, ни шороха. Похоже, сейчас глубокая ночь, главное – не разбудить никого топотанием. Тонкие полоски на потолке, как путеводная нить, давали достаточно света, чтобы не споткнуться и не войти в стену.
Удобная штука, надо вызнать, что это такое.
Тише мыши я покралась по знакомому коридору в обратную сторону, к удобствам. Но по дороге поняла, что спят далеко не все. На кухне ярко горели лампы и слышались голоса.
Вообще-то я подслушивать не планировала. Выпрямилась, собираясь тактично дать понять, что иду.
И тут услышала обрывок фразы:
– … в приют.
Сердце замерло, чтобы не заглушать дальнейшую беседу мужчин семейства Карвальд.
– Мож не надо, деда? – пробасил Вик негромко, с отчетливым сомнением. – Она нам все-таки помогла. Не по-человечески это.
Значит, речь действительно обо мне.
Я на автопилоте вжалась в стену, сливаясь с сумраком.
– С ума сошел? Аль лишние деньги завелись? – проворчал дед. Добрый, милый селянин, приютивший выгнанную из дома сиротку. Гад такой! – Представь, сколько дают в приюте за магичку без рода. Вот то-то же. У нас генератор полетел, кто чинить будет? Ты, голова дубовая?
Не чувствуя ног, я отошла от дверей и беззвучно потрусила в спальню, молясь Богине, чтобы никто меня не заметил.
Обошлось.
Подслушивать дальше смысла не имело.
Уже достаточно.
Нет, неспроста я так крепко заснула на новом месте, невзирая на боль и настороженность и даже не переодевшись.
Какое бы тело ни было, а сознание-то мое, в боях закаленное и опытное.
Ну не отключаюсь я напрочь. Тем более до такой степени, чтобы не заметить, как меня перенесли с постели.
Видно, не менее добрая Айса что-то подмешала в еду или напиток. Умеючи и зная где что лежит – дело пары секунд. Я в местных травках ни бум-бум, вот и не распознала посторонний привкус.
Значит, не к делу меня пристроить решили, а сдать за деньги, как металлолом.
Интересно, а здесь металл переплавляют?
Не о том думаю!
Паковать надо вещички и бежать.
Куда только…
Мысли скакали бешеными зайцами, тело же действовало само.
Бесшумно проскользнула в спальню, чутко прислушиваясь к дыханию девушек, вытряхнула из наволочки подушку и принялась ее набивать запасной одеждой. Ту далеко убирать не стали, так и оставили в изголовье.
Подумав, рейтузы и жилетку натянула поверх своего, закуталась в шаль и задумалась.
Лезть в шкаф за верхней одеждой?
Слишком рискованно, перебужу всех.
Отбиться мне сил сейчас не хватит, скрутят – и дело с концом.
Нет, уходить надо тайком, пока замечательное семейство спит.
Вроде видела что-то при входе. Там рядом никого, только козы, но они мне не помеха.
Кивнула самой себе, закинула котомку на плечо и двинулась к выходу.
По коридору шелестела на цыпочках, у каждого поворота задерживая дыхание и оглядываясь в обе стороны. Держала наготове сонное заклятие. Небольшое, на пару минут всего вырубит. Скорее его можно назвать обморочным. Но на большее меня не хватит.
Жаль, что в кухню заглянуть и набрать еды не удастся. Ничего. Нашла одну ферму, найду и другие. Может, кому руки дополнительные нужны.
Но на будущее мне урок. Придется скрывать наличие магии, чтобы не вводить народ в соблазн скорого обогащения.
Надо же, вознаграждение за молодежь без рода, но с даром!
Получается, за одаренными присматривает государство. Причем внимательно. Потому и отправляют таких, как я, в приют, а не убивают на месте.
В отличие от мелких семейств вроде Торсфламмов, король прекрасно понимает, что нельзя разбазаривать генофонд. И пользуется отказниками наверняка по полной.
Дармовая рабочая сила, безропотное мясо, обязанное за сытое существование по гроб жизни. Поди плохо…
Заслышав шаги, козы оживились и робко замемекали. Я шикнула на зверюг, распахнула шкаф и зашарила внутри. Инстинкты орали, что следует поторапливаться. Спят-то далеко не все, самые опасные – мужчины – как раз бодрствуют. Услышат этот ночной концерт и прибегут проверять, все ли в порядке. А тут я!
Потертая дубленка, висевшая на единственном крюке, оказалась мне неимоверно велика, но лучше так, чем мерзнуть.
Топор сам прыгнул в руки.
Нет, мстить я не буду. Но мои шансы отбиться в случае чего резко увеличились. Да и оставлять оружие Карвальдам не слишком благоразумно.
Первая заповедь валькирий гласит: «Соблюдай осторожность, потому что все, что может быть использовано против тебя, наверняка будет использовано против тебя».
Волоча за собой меховую оторочку, как шлейф, я подошла к двери и потянула ее на себя. Та не шелохнулась. Примерзла?
Я дернула посильнее.
Нет, банально заперта.
Ключа нигде не видно.
Обшарила стену рядом, полочки, преодолевая брезгливость, заглянула под половичок.
Нету.
Приняли меры против побега. Предусмотрительные!
В коридоре послышались тяжелые шаги.
Козий хор таки принес свои мерзкие результаты.
Стиснув зубы, сбросила заготовку оглушающего заклинания и позвала воду. Полупрозрачный ключ блеснул льдинкой в призрачном свете. Щелкнул замок, дверь буквально вмело внутрь тяжелой грудой снега. Выкарабкиваться пришлось на четвереньках, но тревожные возгласы на разные голоса придали мне прыти.
Громада парника темнела совсем близко, по правую руку.
Я ломанулась влево, крепко сжимая топор и загребая сапогами снег. Наберу резерва – просушусь. Главное сейчас – убраться подальше, пока не догнали.
Бесконечное белое поле, завывающая вьюга и полное одиночество.
Я брела сквозь метель уже час.
После того как меня вынесло из землянки, я несколько минут петляла, как заяц, путая следы. В темноте беглянку так просто не разглядеть, заметает ямки быстро. Погони видно не было, я немного успокоилась, и тут поняла, что понятия не имею, где лес.
Теплица давно скрылась из виду, единственное, что я знала, – она где-то за спиной. Но левее или правее, а может, и прямо…
В общем, двинулась куда глаза глядят, лишь бы подальше от незадачливых пленителей.
Если уж надумаю сдаваться в приют, сделаю это сама.
И деньги получу через какое-нибудь подставное лицо. После совершеннолетия-то они меня удерживать права не имеют… или имеют? Эх, читала бы Кристель вместо сказок с картинками местное законодательство!
Шагать, обдумывая грядущие аферы, было не так утомительно. Тем более что плотный ужин, пусть и приправленный снотворным, сделал свое дело вместе с заклинанием исцеления. Ребра ныли куда меньше, гематомы почти рассосались, а резерв расширился.
Незначительно, едва заметно, но он раскачивался как положено, что не могло не радовать.
Снег закончился так резко, что я не успела притормозить и упала коленями в топкую грязь. Выругалась, поднимаясь и кое-как отряхиваясь. Подобрала топор – негоже без оружия в незнакомой обстановке.
И оторопело огляделась.
Четкая линия, будто проведенная невидимой рукой, отделяла вьюжную зиму от леса. Какое сейчас время года, определить было затруднительно, потому что на одном и том же кусте росли спелые сочные ягоды, пестрели белые звездочки завязей и желтели подсохшие листья.
Будто в качестве компенсации за вечную зиму снаружи здесь слились воедино все остальные сезоны.
Странное.
Настороженно поглядывая по сторонам, я миновала вязкую лужу, образованную на стыке двух температур. Да, под раскидистыми кронами елей явно было куда теплее, чем по ту сторону границы. Не жара, но около пятнадцати-двадцати, как в теплице. Средненько. Пальмы не заколосятся.
Расстегнула дубленку, но снимать не стала. Кто знает, какие тут еще сюрпризы приготовлены?
Густая трава цеплялась за промокшие сапоги.
Я прошлась по кромке, приглядываясь к чаще. Если не считать странной растительности, вроде бы лес как лес. Попискивают ночные обитатели, кто-то завывает. Хищники, наверное, водятся.
Не зря топор захватила.
Из кустов выпрыгивать никто не спешил. Но и я туда не торопилась.
Раз Айса упоминала, что траву косят лишь на опушке и только там безопасно, вглубь мне не надо. Не буду считать себя умнее всех и лезть на рожон.
Сверху сыпался мелкий мерзкий дождик. Замена внешней вьюге, очевидно.
Я выбрала ель попушистее, заползла под нее на четвереньках и прислонилась спиной к стволу, разложив дубленку под собой в качестве коврика.
Переночую тут, а утром посмотрим, куда двигаться. Возможно, пройдусь по опушке в какую-нибудь сторону, чтобы убраться подальше от теплицы и ее владельцев. Мне нужно в большой город, чтобы затеряться.
Вроде бы здесь такие есть. Только как они выглядят, Кристель себе не представляла. Бедняжка никогда не покидала стен родного дома, однако про существование столицы слышала.
Поерзав на жесткой земле, я прикрыла глаза. После неожиданной пробежки по морозу, стоило попасть в тепло и относительную безопасность, организм повело. Истощение и травмы давали о себе знать. Живот заурчал, я машинально прижала его ладонью.
Собирать ягоды, с виду съедобные, не буду.
Мне хватит пока отравы в организме.
Положила топор на колени, чтобы не искать, если нападут, и задремала.
Появление светящейся фигуры на прогалине восприняла философски. Сплю же! Имею право во сне видеть что угодно. В том числе зеленоватых полупрозрачных призраков. А вот спутники глюка меня заинтересовали не на шутку.
– О, какие милашики! – взвизгнула я мысленно, глядя на поджарых, сизо-серых борзых, вьющихся в ногах духа.
– Ты пришла в наш лес с оружием, без разрешения. Ты умрешь! – просипел потусторонний голос со всех сторон одновременно. – Мы соблюдаем договор. Твоя последняя просьба, смертная!
– А можно собачек погладить?
Глава 4
Дух опешил, но быстро взял себя в руки. Или что там у него для успокоения.
– Ты сумасшедшая, – с каким-то облегчением в голосе заявил он. – Но это тебя не спасет.
Он повелительно махнул, и собаки сорвались с места, обходя меня полумесяцем.
Отлично обученные боевые псы.
Прелесть просто!
– Это же сон, верно? – я воровато огляделась, проверяя.
И потянулась, вставая в полный рост.
Потертую перештопанную жилетку сменил сияющий серебром боевой нагрудник. В руке… к сожалению, духовный меч остался в прежней жизни, так что сидеть мне без оружия, пока новое не сотворю. Но магия, послушно заплясавшая на кончиках пальцев, компенсировала впечатление.
В иллюзорном пространстве ты та, кем себя ощущаешь.
А ощущала я себя прежней.
Полной сил, готовой сражаться против всего мира в одиночку.
Поджарые борзые затормозили резко, словно налетев на невидимую стену.
Дух тоже отступил на шажочек. Скорее, качнулся назад, тут же спохватился и выпрямился. Но я уловила слабину и широко улыбнулась.
Приятно хоть на время стать собой!
– Ты… что такое вообще? – пролепетал защитничек леса.
– Я – Альсвира Фроссхейд, Страж Льда, Владычица Морозных Ветров, третья в Снежном крыле! – гордо объявила я. Подумала и добавила справедливости ради: – Ну, еще немного Кристель… без фамилии, потому что родители у бедняжки – козлы безрогие.
Собаки заскулили, припадая передними лапами и прижимаясь к земле.
Чтобы не пугать животинок, присела и протянула руку.
– Ну что, познакомимся? Это же гончие стихий, если не ошибаюсь? Всегда мечтала приручить парочку.
Пока дух подыскивал цензурные выражения, самые храбрые песики подобрались поближе и попадали на спины, подставляя пушистые беззащитные пузики для почесывания. Чем я с удовольствием и занялась.
Ладони покалывало от энергии.
Воплощенные стихии – это не баран чихнул, с ними надо осторожно обращаться.
– Но так нельзя! Это не по правилам! Договор… – лепетал хранитель леса, наблюдая за моральным падением питомцев.
Остальные тоже осмелели и совали лобастые головы под локти, требуя свою порцию ласки. Я не отказывала, чувствуя, как стремительно наполняется резерв.
Занятно, что в нынешнем состоянии и запас магии у меня прежний. Надо бы не переборщить, а то как бы тело в реальности не лопнуло от избытка сил.
– Что за договор-то? – без особого интереса уточнила я.
– Мы допускаем лишь избранных. Тех, на ком есть наша печать, – гордо ответил дух.
Знакомая тема придала ему уверенности в себе, он даже поближе подплыл, не забывая неодобрительно поглядывать на резвящихся гончих.
Тем было глубочайшим образом плевать.
Отсюда вывод: они не подчиняются напрямую хранителю. Просто терпят его главенство, потому что им дан соответствующий приказ кем-то еще.
Но кем?
Могущественное, должно быть, существо, раз сумело призвать таких тварюшек.
– А что взамен? – нахмурилась я.
Договоры такого рода редко оказывались выгодны для человека.
Чую проделки высших сил. Они любят подпитаться нахаляву.
– Взамен они делятся магией. – Дух пошел рябью, видимо, так он пожимал плечами. – На поддержание защитных куполов уходит прорва энергии.
– У вас же ее своей прорва, – удивилась я, подхватывая морду одной из гончих и тиская шерстяные щечки.
Та аж глаза закатила от удовольствия. Давненько никто не гладил малышей, одичали.
– Наша не подходит, – вздохнул хранитель. – Мы связаны с природой, жизнью и ростом. А то, что творится по ту сторону…
Он отвернулся, глядя мимо меня на завывающую вдоль невидимой стены вьюгу.
– Люди постарались, да? – сочувственно спросила я.
Риторически.
Не раз и не два приходилось видеть, как человечество в стремлении к мировому господству гробит этот самый мир напрочь. Правильно я поначалу заподозрила, что вечная зима – рукотворное событие.
Руки бы поотрывать тем, кто это устроил!
Хотя, учитывая, как давно это произошло… поздновато, наверное.
Поднялась с колен, не обращая внимания на протестующие взвизги разыгравшихся псин.
– Где центральная точка? Кристалл, пентаграмма, что у вас тут в ходу? – деловито поинтересовалась я.
– Зачем тебе? – насторожился дух.
– Энергии солью чуток. Перебрала, – добродушно усмехнулась, демонстрируя светящиеся ладони. – Боюсь, разорвет меня на тысячу Кристелей, если в таком виде проснусь.
Гончие, в отличие от хранителя, думали недолго. Одна из них, самая крупная, тявкнула и деловито потрусила вглубь леса.
Я обернулась на замершую под елью хрупкую фигурку.
– Ты уж проследи, чтоб меня никто не сожрал и не утащил, – полушутя попросила духа.
Из земли стремительно проклюнулся частокол колючих ветвей. Не прошло и минуты, как ежевика густо оплела дерево по периметру, создавая непроницаемый ощетинившийся забор.
– Миленько, – оценила я. – Главное, чтоб потом меня наружу выпустило. Хотя, топор вон есть…
В ответ на дурную шуточку иглы удлинились и хищно блеснули металлом.
Я вскинула руки в знак мира и поспешила следом за гончими.
Собаки успели убежать довольно далеко, но вожак – крупная матерая сука – дожидалась меня на опушке. Я потрепала ее за ушами, чувствуя, что резерв переполняется.
Пожалуй, на будущее надо гладить поаккуратнее. А в реальном теле и вовсе остерегаться прикосновений к этим ребятам, пока не прокачаюсь хоть немного. Всегда можно сбросить избыток заклинаниями, конечно.
А если попаду в неприятности, то иметь рядом парочку таких защитников-батареек – и вовсе потрясающий бонус.
Эдакий непобиваемый джокер.
Как бы их переманить еще на службу? Вряд ли они за почесушки согласятся покинуть привычные места.
Идти оказалось недалеко. В принципе, лесом этот клочок зелени можно назвать с большой натяжкой. Часть территории сжирало озерцо с бьющим со дна родником. Как раз рядом с ним и располагалось главное дерево – центр защитной системы.
Массивный дуб распростер ветви вверх и в стороны. Крону слегка заносило снегом на самой макушке – именно по этой высоте отсчитывалась защита. Кто имел смелость высунуться за пределы – сам виноват.
Кора потрескалась, местами из прорех сочилась маслянистая густая жидкость, напоминавшая смолу. Дереву явно нелегко давалась отведенная ему роль, но оно держалось изо всех сил.
– Бедняга. Эк тебя жизнь потрепала, – пробормотала я, подходя ближе и прикладывая ладони к шершавой поверхности.
Где-то очень глубоко в великане пульсировала жизнь – соки несли питательные вещества к ветвям, а энергетические каналы тянулись к верхушке и расплескивались гигантским зонтом.
Я так и не поняла, откуда дуб берет всю эту энергию. По всему выходило, тянет из земли, но, как сказал дух, ею делятся люди.
Ничего, разберусь с назревшей проблемой и спрошу.
А кипевшая во мне магия действительно становилась проблемой.
Легким импульсом отправила немного, на пробу, вглубь дерева. Проследила, как жадно впитали подачку протоки, и усилила напор.
Дерево, с моей поддержкой, будто выдохнуло с облегчением. Купол засветился – невидимо для обычного глаза, но на эфирном плане полыхнуло знатно.
Пока шла подзарядка, я изучила узлы и плетения.
Что могу сказать?
Тот, кто это устанавливал, силушкой был не обделен. А вот мозгом…
Это ж надо умудриться замкнуть контур на человеческой ауре! Получается, без взаимодействия с людьми зеленые оазисы растворятся в метели точно так же, как остальная территория планеты. Можно было использовать их собственный резерв, но тогда вряд ли кто-то снаружи пробился бы с такой легкостью, как я. Или как те селяне – Карвальды, преспокойно бродившие по опушке и собиравшие сено.
То есть купол стал бы сплошным, непроницаемым для посторонних.
Возможно, в этом и суть? Иначе люди, наверное, загнулись бы без доступа к зелени и свежему воздуху.
С другой стороны, в каких дозах нужно отдавать магию и как часто? Я-то поделюсь без проблем и проконтролирую процесс, а ту же Кристель в ее прежнем облике в момент высосало бы досуха.
Резерв опустел резко.
Раз – и меня повело.
Пришлось отступить на шаг, чтобы отрезать жадно пьющее магию дерево от источника энергии.
Корни зашевелились, земля под ногами дрогнула.
– Нет, приятель. Я, конечно, вкусная, но делюсь исключительно по доброй воле!
Собрав остатки силы, я щелкнула небольшим колючим шариком по протянувшемуся ко мне узловатому щупальцу.
Повернулась к маячившему неподалеку духу.
– И давно вы так? – спросила, неопределенным взмахом руки обрисовывая полусферу.
– Давно. Я когда пробудился, так и было уже, – вздохнул он.
– Ясно, – задумчиво кивнула я, вновь прослеживая затухающую пульсацию вверх и в стороны.
Жаль. Идею вызнать тайну происхождения такой занятной системы пришлось свернуть и отложить в дальний уголок, на потом. Кто-то же должен быть в курсе, как оно появилось и чем управляется.
Или кем.
Лезть и ковыряться в энергетических узлах не рискнула.
Все-таки я сейчас – всего лишь астральная проекция былого. Полная магии, способная на заклинания, и – возможно – физическое воздействие, но до прежнего величия еще далеко. Тем более если собираюсь менять фундаментальное устройство мира.
А речь шла именно об этом, ни много ни мало.
Разветвленная сеть корней уходила неописуемо далеко. Не удивлюсь, если подобные очаги зелени есть по всей планете.
Тот, кто устроил безобразие с погодой, позаботился, чтобы люди не вымерли.
А может, это и вовсе были два разных существа. Один морозил, другой – спасал?
Надо бы в цивилизацию, историю изучить.
И про договор обязательно.
– А на каких условиях вы ставите эту самую печать? На что она похожа?
Я заново оглядела дуб.
Трещины частично затянулись, корочки подсохли, и вообще он казался куда ровнее и здоровее, чем минуту назад. Все-таки переработка чужой магии нелегко дается, особенно без умелого посредника, напрямую.
– Магов приводят для знакомства с лесом. Кто-то способен питать его, кто-то нет, – снова подернулся дымкой сомнения дух. – Огневиков, например, мы и близко не подпустим. Земля и воздух – терпимо. Лучше всего, конечно, вода…
– Вода? – удивилась я, вспомнив, как папенька Кристель орал, что она бесполезная и ни к чему не пригодная.
– Ну да. Эта стихия лучше всего со щитом сочетается. Прямой контакт, ничего почти менять не надо, и Древу полегче.
Дух произнес «Древо» с уважением, почти с благоговением. Что-то мне подсказывало, что он не о дубе, а обо всей системе защиты. Одно сплошное Древо. Даже представить жутко такую громадину, оплетающую корнями всю планету.
Нет, соваться туда мне сейчас точно рано. Еще сломаю что-нибудь и помру раньше, чем сумею починить.
А вот разобраться с тонкостями местной магии не помешало бы.
Как получилось, что самый востребованный – по идее – дар оказался не в чести?
– Во время первого контакта с Древом на ауре магов появляется своего рода отметина. – Я насторожилась. Ни к чему хорошему пятна на ауре обычно не приводят. – Они, конечно, не становятся хранителями, как я. Их называют служителями. Происходит привязка на энергетическом уровне и уже не обязательно обниматься для передачи энергии, как ты это делала. Достаточно появиться на территории леса…
– И из тебя начнут выкачивать силу? Просто прелестно! – с сарказмом восхитилась я. – Что, много желающих принести себя в жертву?
– Почему в жертву? – обиделся дух. – Взаимовыгодный обмен. Они нам, мы им. Кстати, на твоей ауре почему-то метка не проявилась.
Он даже поближе подлетел, разглядывая меня с недоумением.
Я вздернула бровь.
Вот еще не хватало, чтобы кто ни попадя цеплял на меня энергетических паразитов!
А судя по описанию, это он самый и есть. Приманивает одаренных фруктами и ягодами, а сам пожирает их втихаря. Надеюсь, не до смерти.
– Я служить никому не собираюсь, – хмыкнула вслух. – Помочь по-дружески готова в любой момент, особенно если это не воспринимать как само собой разумеющееся и на шею не садиться потом. А становиться чьей-то кормушкой, пусть и за еду – увольте.
– Ты вообще странная, – продолжал летать вокруг меня дух, чуть ли не принюхиваясь. – Светишься силой, общаешься с нами запросто. Обычно никто долгой беседы со мной не выдерживает.
Еще бы. От него чистой магией природы фонило так, что кого послабее придавило бы к земле, а тот, кто посильнее, заработал бы нехилую головную боль. Это мне нормально – естественные щиты валькирий, да сверху накинула несколько ментальных на автомате.
Получается, здесь магия вообще не сильно развита? Раз они не способны на простейшие блоки.
Хотя на куполе плетения сложные. Некоторые корявые, но общая конструкция внушает уважение.
Откатило, похоже, из-за катастрофы. После глобальных войн и бедствий прогресс частенько тормозится, а то и вовсе цивилизация возвращается на несколько столетий в прошлое.
– И как, хорошо это или плохо? – хмыкнула я, заныривая в кустарник, охранявший мое тело. Прошла сквозь иголки бесплотным облачком.
Вот они, преимущества энергетической формы. Хочешь – материальна, хочешь – не материальна.
Потратила остатки резерва на то, чтобы запустить процесс восстановления в организме на полную. В физическом воплощении у меня бы такой фокус не прошел – силенок пока маловато.
И, не теряя времени, нырнула обратно в тело.
Глава 5
Пробуждение вышло не из приятных.
В спину впивалась к