Долина вечных. Полутени

Глава 1

После испытания на выживание наступили дни затишья. Время, посвященное восстановлению сил и исцелению ран. Время перемен.

Наша роль в академии изменилась, но мы пока слишком смутно понимали это, разве что по новым тканевым полосам, которые каждый из нас теперь носил ‒ серым лентам с символом затмения.

Далеко не все команды сохранили свой состав, несколько дней ушло на переформирование групп, но наша команда осталась прежней.

Испытание в долине изменило нас. Будто в момент, когда мы вышли из-под купола, схватившись друг за друга, и заплакали, то сплавились в нечто целое. Теперь я не чувствовала членов своей команды просто друзьями, это было нечто большее. Мы оказались связаны эмоциями, которые лились из нас в самые тяжелые моменты, кровью, которой все мы перепачкались, обнимаясь на выходе из купола, и слезами, что разделили друг с другом.

Шейда снова не было в академии, и я видела, как непривычно оказалось Таю не получать конверта. Он упорно ходил каждое утро проверять ящик, но для четвертой команды с символом затмения писем не было.

Я часто вспоминала разговор с Шейдом в комнате наставника и момент, когда обняла его, но эти мысли тут же приводили в движение мои чувства, поэтому я рассеивала их. Мне нужно было вернуться к простой возможности работать с Шейдом как с наставником команды.

Когда в нашу гостиную пришла девушка с широкой улыбкой, она объявила, что с этого дня передышка зовущих окончена и с утра начнутся занятия в общих залах. Они продлятся недолго, но там расскажут все необходимое о том, что ожидает новые группы, прошедшие испытание в долине.

Юрай явился в гостиную ранним утром, сразу перед занятиями. Несколько дней он провел в лекарской, и за это время оброс щетиной, перевязочные ленты все еще перекрывали едва ли не половину его тела, он выглядел сонным, немного растрепанным, но заулыбался, едва увидел нас.

‒ Парень, все эти блаженные дни я спал в тишине, ‒ Крайм слегка толкнул его локтем. ‒ Но я тебе рад и даже в какой-то мере скучал по этому сводящему с ума вечному бренчанию. С возвращением!

Он обнял Юрая, похлопав его по спине. Музыкант охнул и попросил быть осторожнее: его раны еще заживали.

Когда мы направились к залу для общих занятий, Тай шел первым. Он держался спокойно и уверенно. Больше никто не улыбался за его спиной, потому что Тай действительно был капитаном, и во многом благодаря ему мы выжили на испытании под куполом и вернулись.

‒ Что нас ожидает? ‒ уточнил Крайм.

‒ Наставник Орн все расскажет. Тех, кто прошел испытание, собирают в общем зале, ‒ ответил капитан не оборачиваясь.

‒ Мне интересно, куда пропадает Шейд, когда исчезает на несколько дней, ‒ Крайм потер подбородок. ‒ Думаю, он превращается в оборотня и не может показаться в таком виде в академии.

Тай с улыбкой покачал головой, в нем прозвучала ирония, но он ничего не ответил, потому что мы уже подходили к залу.

Наставник Орн ожидал всех зовущих, стоя у большой карты, висящей на стене. Он был одет в строгий простой костюм серого цвета, за его спиной почти до пола опускался плащ цвета теневой листвы. Символ на полосах его команд ‒ пересекающиеся треугольники, также был зеленым.

Едва мы вошли, произошла встреча взглядами с Кайдом, Ишей и Ореном Бойлом. Я едва узнала последнего. Бойл переменился разительно. У него почти не осталось лишнего веса, он подтянулся, немного повзрослел и больше не выглядел таким лощеным, но по-прежнему держался как аристократ.

Когда шумы в зале стихли, наставник Орн сделал несколько шагов, остановившись в центре свободного пространства.

‒ Что ж, примите мои поздравления. Теперь вы ‒ полноправная часть академии зовущих. У вас будет больше свобод, но и больше обязательств. Ваше время с этого дня делится на три части. Первая часть принадлежит академии, старшие зовущие станут направлять вас на задания, которые требуются империи и городу. Вторая часть ‒ это ваша работа в Долине теней, и все, что с ней связано, в том числе и взаимодействие с наставниками. Третья часть ‒ ваше личное время. Им вы можете распоряжаться как угодно.

Орн уточнил, что с этого дня не обязательно ночевать в академии, но непременно в течение суток мы должны отмечаться у стражников, в любое время.

Едва Айна услышала последние фразы о том, что ночевать разрешено вне академии, она в предвкушении потерла руки. Я понятия не имела о том, что такого давали ей эти новые возможности.

‒ Чтобы подниматься в списках лидерства команд, вам нужно добывать в долине ценные артефакты, выполнять задания, которые вам будет давать академия, и продвигаться к сердцу долины. По распоряжению главы академии те команды, которые поднимаются выше десятой позиции в списках, будут представлять зовущих в Мараканде, выполнять особые поручения из ратуши, а также получат новые комнаты и будут иметь денежное обеспечение соответственно их уровню в списке. Так что в ваших интересах проявлять себя наилучшим образом, имейте это в виду.

Орн выждал несколько мгновений, чтобы слабые шумы улеглись и полностью стихли, только после этого он продолжил.

‒ Итак, теперь у вас две основные задачи ‒ добыча артефактов и продвижение к сердцу долины. Купол становится все более неустойчивым, поэтому Кристальной империи нужны ответы.

Один юноша с ближнего ряда поднял руку. Орн кивнул, позволив ему говорить.

‒ Какие именно ответы нужны, наставник?

‒ Любые, которые выходят за рамки того, что мы уже знаем. Любые новые сведения, которые помогут нам понять, что происходит с долиной. Ну и главный вопрос ‒ что находится дальше уже открытых кругов. Нам необходимо это выяснить.

Орн держал руки за спиной.

‒ Начнем с артефактов. Во втором круге вы никуда не пройдете и ходить нигде не сможете, кроме той части, где вы уже были. Я говорю про коридор безмолвия. Охранные статуи там повреждены и в некотором смысле молчат, это позволяет нам быстро пройти дальше, к садам. Коридор безмолвия исследован, как ничто другое, и артефактов там нет, так что время на это даже не тратьте. Зато в третьем кольце до сих пор многое не исследовано. До испытания на выживание все ваши силы направлялись на быстрый рост и обучение противостоянию теням, теперь же вам предстоит продвижение вперед. Для этого вы должны быть осведомлены о структуре долины. Первый круг ‒ входной, его вы все знаете очень хорошо. Второй ‒ защитный, он сплошь уставлен боевыми статуями. Третий мы называем «Сады и теплицы». Судя по тому, что там обнаружено, в этом круге вечные занимались всем, что было связано с выращиванием растений и разнообразных культур, в том числе и целебных. Но понять, что из растений осталось с тех времен, а что видоизменилось под влиянием черноты, пока не представляется возможным.

Орн подошел к карте и показал сектор в третьем круге.

‒ Вот здесь бывали многие зовущие, но в правую и левую стороны круга проход ограничен, пробираться дальше сложно: слишком много опасных растений и теней преграждают путь, и воздух во многих зонах другой. Там порой трудно стоять, а давление походит на то, которое человек испытывает под водой. Но именно там, как правило, находятся самые ценные артефакты. Чаще всего такие области встречаются в теплицах или зарослях с беседками, галереями и оросительными статуями. Имейте в виду: с получением артефактов все не так просто, как может показаться на первый взгляд. Многие из них повреждены. Зовущие называют это словом «прокляты», но мне не нравится это понятие. В нем слишком много от суеверий. Я предпочитаю слово «неустойчивы». Такие артефакты рассеиваются в прах, если их коснуться. Беда в том, что связи в теле после этого тоже рассеиваются, и человек умирает, не очень красивой смертью, скажем так. Поэтому с артефактами нужно обращаться очень аккуратно, запомните это.

‒ Чудесные новости! ‒ раздраженно прошептал Крайм.

‒ За теплицами и садами находится следующий открытый круг ‒ четвертый. Он стал доступен недавно по той причине, что бреши в его границе тоже появились совсем недавно. Пройти через него не составляет никаких трудностей, мы называем этот круг «Холмы и акведуки».

Орн снова указал на карту и провел рукой вверх, по направлению к центральной части купола.

‒ Сразу же за акведуками, на большом возвышении, находится водораздел. Это громадное озеро в виде идеального кольца, охватывающего центр долины. Вода в нем очень странных свойств: она ядовита, в ней водятся хищные животные, большинство из них заражены тенями. Из этого озера вода по акведукам поступает вниз, течет через весь четвертый круг и через оросительные статуи каскадами распространяется по всему третьему кольцу, таким образом попадая в сады вечных. При этом она очищается, как мы предполагаем ‒ с помощью оросительных статуй. Стоит отметить, что при полной заброшенности более чем две третьих каналов до сих пор функционируют и питают землю необходимой влагой. Именно поэтому сады вечных до сих пор сохранились, хотя и превратились в нечто весьма странное под влиянием черноты купола.

Орн указал на озеро.

‒ Два месяца назад мы сделали очень непростую попытку продвижения вперед, которая закончилась для нас неожиданным разочарованием. Я бы сказал, что это одновременно и успех, и провал. Наставники Рэйф и Лойд вместе с самыми сильными зовущими стихию камня, каких мы нашли в академии, общими усилиями проложили мост через водораздел, ведущий прямиком в пятый круг. Но, к сожалению, оказалось, что мост попал в закрытый со всех сторон сектор пятого кольца, так что пробрались мы не в пятый круг, а в его очень маленькую часть. Нам жизненно необходимы новые пути, без привязки к области моста, их поисками как раз и занимаются все команды. Наставники покажут вам пятое кольцо и ту его часть, в которую нам удалось попасть. Почти все команды с серыми полосами теперь ищут переходы через озеро, а также возможности как-то обойти или миновать водяное кольцо, чтобы продвинуться к пятому кругу в новых местах. На данный момент эта задача ‒ одна из первостепенных. Нам необходимо продвигаться к центру купола как можно быстрее, потому что граница долины теряет устойчивость с каждым днем, это становится слишком опасным. Я предполагаю, что именно в центре долины находятся столь необходимые нам ответы.

‒ Какие именно? ‒ спросил юноша с дальнего ряда, после дозволения Орна.

‒ О том, что произошло много лет назад, разумеется.

Зал погрузился в давящее молчание.

‒ Мы предполагаем, что два роковых события ‒ появление теней и исчезновение вечных ‒ связаны друг с другом. Знания об этом нас интересуют в большей степени, потому что это может дать нам ключ к тому, как остановить теней. Если их вообще можно остановить. Одним из способов защиты наших территорий могло бы быть запечатывание купола, как это произошло много лет назад, в эпоху вечных. Но возможно ли это сделать ‒ тоже остро стоящий вопрос. Пока совсем не ясно, что привело к образованию брешей и неустойчивости границ. Кроме того, приливы и отливы участились, и теневые извержения ‒ тоже. Ближайшие к академии поселки давно опустели, что совсем неудивительно. Далеко не все жители могут покинуть свои дома, пастбища и угодья, оставить недееспособные семьи, поэтому защита окрестностей ‒ также наша с вами задача. Зовущие ‒ единственное оружие империи против теней.

Орн остановился и внимательно посмотрел в зал.

‒ Есть еще одна вещь, о которой вы должны знать. В пятом круге долины мы впервые обнаружили новое явление, которое не встречалось ни в одном предыдущем кольце, ‒ наставник оглядел зовущих. ‒ Мы называем это явление «белые области». Они похожи на полностью обесцвеченные пятна, в которых выгорели добела все предметы, находящиеся в их пределах. Там не работает ни один зов и не держится ни одна стихия. В этих областях всегда обнаруживается лежащая горками одежда, ткань которой рассеивается в прах от любого прикосновения, хотя вам прекрасно известно, что ткани вечных обладают такой же прочностью и отличной сохранностью, как все изделия, которые создавал этот народ. Так вот, белые области почти с полной вероятностью ‒ это места гибели вечных.

По залу прокатилась волна потрясенного шепота.

‒ Все указывает на то, что вечные погибали группами, поэтому в белых областях одежда тоже всегда лежит группами, ‒ добавил наставник обыденным тоном. Возможно, для него это явление было уже далеко не новым, зато всех собравшихся оно буквально потрясло. Никто не двигался, все взгляды были прикованы к Орну.

‒ Что произошло в этих областях, наставник? Что случилось с вечными? ‒ спросила Мейли после того, как получила кивок Орна в ответ на высоко поднятую руку. Мне до сих пор было сложно привыкнуть к тому, что Мейли делала вещи, прежде ей совершенно не свойственные. При этом задать вопрос ей было страшно: волнение ее духа я ощутила очень ярко.

‒ Это как раз мы и должны выяснить. Нам нужны ответы о судьбе вечных не меньше, чем о причинах появления теней. Вы скоро увидите белые области сами, в пятом круге, заранее предупрежденный зовущий ‒ это морально вооруженный зовущий, вы должны быть в курсе того, что вас ожидает. Возможно, кто-то из находящихся здесь команд проложит в пятый круг новую дорогу и окажется в той части кольца, где еще никто не был. Там белых областей может обнаружиться куда больше. Если подобное произойдет, и вы встретите обесцвеченную зону с лежащей в ней одеждой ‒ имейте в виду, что в таких местах тут же гаснут любые стихии, в том числе исчезает воздух, поэтому купол для дыхания там держаться не будет. Если вы шагнете в белую область, то тут же отравитесь воздухом долины, если вдохнете его. Ну и, конечно, потеряете свет.

Тай с нажимом провел ладонью по лицу, глядя на Орна. Удивление, сплавленное с напряжением, витало во всем зале и окатывало мой дух тяжелыми волнами.

‒ Кроме того, спешу напомнить, что в третий и четвертый круги нередко приходят охотники, ‒ добавил Орн, вызвав волну совершенной тишины в зале. Даже шорох грифелей исчез. ‒ Чаще всего они встречаются по одному, но иногда и по двое. Убегать от них лучше всего через теплицы, узкие галереи и места, где охотникам придется с трудом добираться до вас, атаковать их лучше звуком и молнией, это создаст для их скорости хотя бы какие-то препятствия. Будьте бдительны и молитесь богам о том, чтобы не встретить охотников. Шанс выжить после столкновения с ними, особенно, если их двое или хуже того ‒ трое, совсем невысок. Я бы сказал, он стремится к нулю. Охотники ‒ это главное смертоносное оружие теней, направленное против зовущих. Спасет вас только осторожность и скорость, которую все вы тренировали с момента прибытия в академию.

Орн закончил отдавать инструкции и велел всем капитанам по окончании последних теоретических занятий идти с командами в малый зал для получения первых заданий. Мы вышли из помещения и некоторое время шли в полном молчании. Крайм взъерошил себе затылок, от него повеяло раздражением.

‒ Странно, что в третьем круге сама земля не пережевывает зовущих и нет внезапных камнепадов на голову или разъедающих дождей! Каждый раз, как Орн начинает рассказывать новые вещи, я удивляюсь, как хорошо долина адаптировалась к уничтожению зовущих!

‒ Тем не менее если команды с серыми полосами ходят туда и приносят артефакты, значит, это возможно, ‒ ответил Тай голосом, полным задумчивости и растущей решимости. Он привычно держался на шаг впереди команды.

‒ А еще вот это его любимое «Будьте осторожны!» ‒ не унимался Крайм. ‒ Как же это раздражает! Будьте осторожны и не умрите там, случайно наступив на одну из сотен смертоносных тварей! ‒ он выдохнул. ‒ Я не знал, что многие артефакты прокляты!

Орн рассказал, что делать с этим и как находить среди неустойчивых предметов безопасные: к ним нужно подносить руку, но очень медленно, и наблюдать за колебаниями. Такой способ поможет определить неустойчивость артефакта. Нужно все время следить за колебаниями, и если кажется, что предмет начинает дрожать ‒ это значит, он рассеется от прикосновения. Но бывает так, что дрожание очень слабое, почти незаметное. Тогда зовущий касается артефакта, думая, что тот безопасен, и погибает, теряя связи в собственном теле.

Еще Орн сказал: бывает так, что артефакт неустойчив много дней, а потом со временем становится нормальным. Зовущие в таких случаях утверждали, что «проклятие спало», но наставник предпочитал говорить, что артефакт стал устойчивым. В этом случае его можно было брать. Если у зовущих на примете имеется нечто ценное, но неустойчивое, то стоит регулярно проверять предмет. Орн советовал смотреть на артефакты очень внимательно, все проверять и не рисковать лишний раз жизнью.

Следующее занятие проходило в другом зале, он был небольшим и едва вместил всех зовущих. Вход охранялся стражами. Нас встретил Лойд ‒ последний из трех молодых наставников.

На вид он был немного старше Шейда, в его ухе покачивалось три кристалла ‒ камень с золотым креплением, воздух с серебряным и огонь тоже с серебряным. Лойд был одет в маракандский светлый костюм, скроенный из широких полос, сшитых друг с другом. На его поясе и бедрах висели необычные сумки самых разных форм и видов. Вероятно, они предназначались для артефактов.

Светловолосый и улыбчивый, Лойд с интересом оглядел входящих, чем тут же вызвал импульсы смущения и любопытства со стороны девушек.

Повсюду стояли артефакты ‒ на столах, полках, стеллажах и даже висели на потолке. Один предмет парил в воздухе, то поднимаясь над полом, то опускаясь по строгой вертикальной траектории. Все вошли как завороженные, заполнив небольшой зал. Лойд произнес простое приветствие, оглядев группу зовущих.

‒ Что ж, рад всех видеть. Скажу честно, я совсем не умею вести занятия, но меня заставили. Так что все мы здесь невольники, и я хочу, чтобы вы это знали.

Многие заулыбались Лойду в ответ.

‒ Итак, артефакты ‒ самое любопытное, что есть в академии. Расскажу вам все, что знаю об этом, и обозначу места, где их лучше всего добывать. А также подскажу, где брать самые редкие из них и самые дорогие. Для вас хорошие артефакты ‒ это залог поднятия команды в списках лидерства. Артефакты пока очень мало изучены, больше половины из них не разгаданы вовсе. Я молчу о том, сколько всего мы просто еще не видели. Теперь это и ваша забота, друзья мои, ‒ добывать информацию и новые предметы. Так что слушайте внимательно.

Айна подвинулась ко мне и тихо прошептала:

‒ Позволь угадаю: он симпатичен, улыбчив, скорее всего, светловолос и претенциозно одевается.

‒ Верно, как ты догадалась? ‒ удивилась я.

‒ По голосу и манере говорить. А еще готова поклясться, на него поглядывают девушки. Несколько пар смущенных глаз ‒ уж точно.

Я улыбнулась, ведь именно так и было.

Наставник Лойд рассказал нам о разных типах артефактов и ценности каждого вида. Артефакты света ‒ фонари и разнообразные светильники вечных ‒ считались весьма редкими и ценными. Еще более важными были книги и бумаги, добытые в долине, их академия искала больше всего, потому что они могли принести новые знания и дать ответы. За ними охотились почти все команды с серыми полосами. Судя по тому, что я успела узнать, здесь разворачивалось настоящее соперничество.

‒ Книги вечных нам очень нужны, но их из-под купола в последнее время не приносит никто, к сожалению.

Несколько книг лежало в артефактной, но их до сих пор не смог открыть ни один самый умелый взломщик, присланный властями Кристальной империи на помощь исследователям, а металл вечных не плавился и не поддавался пропиливанию.

Также ценились артефакты, касающиеся искусства, а еще ювелирные ‒ украшения и драгоценности, которые вызывали особый интерес у аристократии.

Лойд показал нам предметы из-под купола, уточнив разницу между обычными вещами и теми, что имели особые свойства. К примеру, емкости вечных. Они были либо обычными, без каких-либо свойств, либо снабжены разными эффектами ‒ охлаждающие, согревающие, поддерживающие постоянное кипение.

Зал буквально утонул в эмоциях удивления и интереса. Странный летающий предмет представлял собой нечто маленькое и бесформенное, его свойств так никто и не выяснил.

‒ Возможно, он сломан или поврежден, ‒ пожал плечами Лойд. Когда наставника спросили, зачем же тогда артефакт здесь летает, тот с улыбкой ответил:

‒ Для создания нужного впечатления, он очень эффектен, хоть и бесполезен.

После окончания занятия все команды направились в соседний зал для получения первых заданий от академии и для встречи со старшим зовущим. Его назначали для тех, кто прошел испытание на выживание в долине. У каждой волны призванных был свой старший зовущий, который занимался распределением заданий для групп.

Тай вел команду. В нем, вместе с волнением и готовностью, росла решимость.

‒ Что это с тобой, парень? Ты выглядишь так, будто собрался присягнуть императору и лично возглавить крыло его армии, ‒ оглядел его Крайм.

‒ Нам нужно отлично проявить себя на первом задании, и на последующих тоже. Чтобы мне провалиться, если я не воспользуюсь шансом сделать из нас команду, которая не влачится в нижней части списка, а будет находиться рядом с другими группами Шейда! Что вы на это скажете?

Он с усмешкой протянул кулак в нашу сторону, все коснулись его своими.

‒ Отличный план, ‒ заявила Айна. ‒ Если мы не умрем в новых кольцах в первый же поход в долину, разумеется.

‒ Шейд должен вернуться и отвести нас туда. С ним мы точно не умрем, ‒ ответила Мейли, но в ней звучало волнение.

Я видела, что впечатлениями об услышанном оказалась захвачена не только наша команда, а буквально все, кто шел рядом. На лицах зовущих отражалась жаркая мыслительная работа, в которой, без сомнения, присутствовала визуализация новых кругов, артефактов и белых пятен с одеждой, о которых говорил наставник Орн. Об этом невозможно было не думать, сознание само хваталось за образы и принималось рисовать услышанное.

Когда все снова выстроились группами в небольшом зале, Орен Бойл чинно подошел к столу, на котором лежало множество бумаг. Он встал за него, представившись старшим зовущим, а затем сказал, что отныне будет ответственным за все вопросы распределения команд на задания и он же будет следить за качеством их выполнения и отчитываться руководству академии. Этой чести его удостоила сама Лорел Хайрей.

Крайм медленно сжал губы, слушая эту речь, а Тай застыл, как гранитная статуя. Бойл ‒ старший зовущий. Ничего хорошего это нам не сулило.

Он вызывал команды по очереди, отдавая им задания на этот день или на несколько ближайших дней, в зависимости от сложности работы. Ему помогали двое юношей. Бойл держался весьма уверенно. Когда подошла наша очередь, всей командой мы подошли к его большому столу.

‒ Для вас особое задание, ‒ объявил Бойл немного торжественно.

‒ Какое задание, господин почтенный старший зовущий? ‒ Крайм отвесил ему низкий, почти шутовской поклон, едва не коснувшись рукой пола.

‒ Взбесившаяся свинья, ‒ понизив тон, ответил Бойл.

‒ Это ты мне? ‒ уточнил Крайм распрямляясь.

‒ Нет. Это ваше задание на сегодня. В ближайшем жилом поселке, восточнее академии, сбежала свинья, и она взбесилась.

Я ощутила, как все те, кто стоял поблизости, тут же обратились в слух. Тай с монументальным напряжением спросил:

‒ При чем здесь мы?

Старший зовущий пожал плечами.

‒ Может, это уголь, а может, просто свиное бешенство, кто знает. Нужно проверить, так что отправляйтесь. Дело срочное.

‒ Почему? ‒ холодно спросил капитан.

‒ Свинья наводит страх на округу. Задание как раз для вас. Надеюсь, вы справитесь. Помните, что вы ‒ лицо академии, и взбесившаяся свинья ‒ ваше первое серьезное дело. От этого практически зависит судьба Кристальной империи!

Я не выдержала и затряслась от беззвучного смеха. Бойл бросил на меня напряженный взгляд. После всего, что мы пережили, после всего, к чему готовились, ловить свинью в окрестностях академии ‒ это было неожиданно. Айну задание тоже развеселило, зато от Тая потекло кипучее раздражение.

Он взял лист резким жестом, бросил короткий взгляд на Бойла и направился к выходу. Мы сразу последовали за ним. Едва все вышли из зала, Крайм обернулся, посмотрев через плечо в сторону зала.

‒ Схуднувший свиной окорок! Чтобы ему провалиться! Он еще за это ответит! Но боги, почему Лорел назначила именно Бойла?

Тай смерил Крайма раздраженным взглядом.

‒ По чьей милости, по-твоему, мы теперь получаем самые жалкие и унизительные задания?

‒ По милости Бойла, разумеется! Для капитана ты бываешь поразительно недогадлив!

‒ Хватит! ‒ Тай повысил голос, это прозвучало резко. ‒ Именно из-за тебя он заточил на нас зуб, Крайм! А теперь вся команда должна расплачиваться!

‒ Ничего, Бойл еще попляшет.

‒ Только попробуй! Кроме того, ты забыл, что сказал Шейд?

‒ Еще одна публичная провокация, и он обеспечит мне травматичную встречу с полом. Но кто сказал, что провокация будет публичной?

Тай выдержал давящую паузу.

‒ Я запрещаю тебе это делать.

‒ Что именно?

‒ Ввязываться в очередную схватку с Бойлом. Это ясно?

‒ Парень, ты переступаешь черту.

‒ Нет, это ты ее переступаешь.

‒ У тебя нет права запрещать мне конфликты с другими зовущими.

‒ Есть, если это приносит проблемы всей команде, а именно так и происходит. Теперь у меня есть даже право наказывать членов группы заданиями и исправительной работой, но я не буду делать этого, потому что мы ‒ друзья. Но в отличие от тебя, я думаю обо всех, а не только о себе.

Оставшуюся дорогу до выхода из здания все молчали. Я невольно думала о том, как изменился Тай с момента нашего объединения в команду, вспомнила, как Шейд впервые тренировал его перед входом в долину. Как сильно Тай робел и волновался тогда и как он держался сейчас.

Вскоре я ощутила, что капитан начал остывать. Улучив момент, он бросил проверяющий взгляд на Крайма, но тот шел молча, а потом и вовсе отделился вместе с Мейли от команды, взяв девушку за руку, и они направились в сторону коридора, ведущего к трапезной. Мейли повернула голову и пожала плечами, глядя на нас с неловким сожалеющим видом.

Тай посмотрел вслед Крайму и вздохнул. Его дух шепнул мне, что ему сложно, ведь теперь он стоял на границе между капитаном и другом.

Юрай ободряюще хлопнул его по плечу.

‒ Нам всем нужно привыкнуть к переменам, друг мой. Дай ему время.

Когда мы вышли из здания, нас ослепил яркий солнечный свет, а гулкая тишина коридоров сменилась шумом голосов и птичьим щебетом. Айна покинула команду, сказав, что ей нужно сходить ненадолго в Мараканд. В этот момент я впервые уловила от ее духа очень необычный вид напряжения, которого прежде ни разу не ощущала. Это чувство отдавало тяжестью и глубокой грустью.

Айна теперь часто возвращалась в академию с волосами, убранными в высокий хвост, украшенный необычными вплетениями кос, ей укладывали волосы в Мараканде. Теперь она носила кольца, ее веки были подведены темными лицевыми красками, одежда изменилась, стала более открытой, обтягивающей и соответствовала холодному образу Айны. Она выбирала серые, синие и мглистые цвета.

Когда ей задавали вопросы о том, с чем связаны такие перемены в ее внешности, Айна пожимала плечами, отвечая, что вообще-то она тоже девушка, а внешность ‒ это не что иное, как оружие, так нечего его держать тупым и бесполезным. Оружие должно атаковать и быть заточенным. Но чем объяснялась тяжесть у нее на сердце, я не знала.

По возвращении в женскую комнату я попыталась взяться за новую фигурку, к которой приступила несколько дней назад. Это был волк из серебристой породы, с белой полосой на спине и раздвоенным хвостом. Но несколько дней назад работа почти полностью остановилась, когда два резца сломались один за другим о новую породу, а все остальные сильно затупились за то время, пока я пыталась совладать с камнем.

Резцы служили мне уже несколько лет, много раз я отдавала их на заточку, в том числе и в Мараканде, но теперь и это не особенно помогало. Металл слишком сильно стерся, так что сама форма резцов изменилась и почти не позволяла мне работать.

Это можно было сравнить с тем, как художник писал бы кистью, из которой вылезла большая часть волосков. В последнее время эти неудобства превратились в настоящую пытку и доставляли мне страдания.

Резьба по камню ‒ не просто моя страсть, это один из моих главных якорей. Очень нелегко оказалось ощутить, как цепь на нем ослабевает и рвется, но я пока не понимала, что делать с этой ситуацией.

У меня оставались отложенные средства с продажи фигурок в лавке Юми, но на них я могла бы купить себе разве что один хороший резец, вложив в него все свои сбережения. В Мараканде такие вещи стоили очень дорого, зато качество было отменным.

Мне были жизненно необходимы новые хорошие резцы, от этого зависел практически весь мой заработок. Кроме того, они позволят мне расти как резчику, ведь я горячо мечтала высекать фигурки из минералов Долины вечных. Это дало бы мне совершенно новые возможности, никто в Мараканде не высекал из таких камней.

Я оставила резцы и сходила к ящику для конвертов. Изнуряющее беспокойство заставляло меня проверять его по нескольку раз в день, я ждала письмо от Эвона. Меня начинала всерьез тревожить долгая задержка его ответа.

Открыв дверцу ящика, я сразу же увидела конверт рух, и мое сердце застучало быстрее. Я поспешно взяла письмо, отошла в тень под деревом, на ходу вскрывая бумагу, развернула ее и сразу же начала читать.

«Кейра, ты не представляешь себе, как дрожали мои руки, когда я получил твой конверт! Я случайно порвал его вместе с письмом, когда пытался вскрыть, настолько торопился узнать, в порядке ли ты, как вы пережили испытание и чем оно для вас закончилось.

Я счастлив, что вы справились и выстояли. Я молился за тебя каждый день и, кажется, сжег две трети запасов воска, скатанного в свечи усердными руками матери. Так что видят боги, я считаю, что немалая заслуга в том, что вы выжили ‒ именно моя».

С теплой улыбкой я коснулась кончиками пальцев строк, написанных Эвоном.

«Как бы мне хотелось после этих слов написать о чем-то хорошем и будничном! Рассказать тебе о доме, о делах и семье… Но я не могу, Кейра. Прости меня за то, что сейчас я нанесу по твоему сердцу очередной удар, а я знаю, что тебе будет больно. Как было и мне.

Стану писать коротко и говорить прямо, потому что не вижу другого выхода. То, что случилось, до сих пор не укладывается у меня в голове.

Я хотел приехать к тебе вместе с матерью, у меня были планы прибыть в Мараканд и лично рассказать тебе о том, что я сделал предложение Илин, но боги, все это рухнуло в один момент и рассыпалось в прах несколько дней назад, когда Шивон позвал огонь».

Мое сердце пропустило удар. Я медленно расширила глаза и приложила ладонь ко лбу, а резкое головокружение тут же сделало строки письма едва разборчивыми. Я три раза перечитала последнее предложение, буквально не веря своим глазам. Несколько мгновений я даже не могла до конца осознать, что Эвон написал.

«Это произошло утром, когда матери не было дома. В тот день она уехала на ярмарку, едва рассвело. Шивон никак не мог растопить печь и сильно разозлился из-за этого. Он с досадой что-то шепнул ‒ и внутри печи вдруг все занялось.

Сложно передать, что я почувствовал в тот момент. Сперва мне показалось, что внутри у меня что-то разорвалось, а затем меня охватило злое отчаяние, дикое и черное, как ваш купол Долины теней. Я понял, что в тот момент потерял еще одного члена семьи. Это произошло в одну секунду. В одну стремительную проклятую секунду!

Если в твоем случае зов удавалось скрывать, то в случае Шивона это невозможно. Он утверждал, что имя огня будто звучало в нем само, и вскоре после происшествия с печью он случайно поджег кухонные полотенца, скатерть и еще через час ‒ сено на входе в амбар. Тогда же я понял, что через несколько дней Шивон оставит на месте сада и дома пепелище. Он не мог контролировать зов и совсем не мог им управлять, как бы ни старался.

Боги, как вообще такое может быть? Среди рух редко появляются зовущие! Но двое, еще и в одной семье?»

Эвон не мог знать об этом, но как раз такое явление случалось часто: Тай и Кайд ‒ братья, и оба находились в академии. Я знала еще не меньше пяти случаев, когда зов просыпался среди членов одной семьи. Никто не знал причин.

«Лучше бы я позвал огонь, Кейра! Я, а не Шивон! Ты представляешь, что это значит в его случае? Не камень, не воздух ‒ огонь!»

Я покачала головой, глядя на строки. Другие стихии тоже могут действовать разрушительно. Если бы Шивон звал свет, это было бы безопасно.

«Мне пришлось принимать череду тяжелых решений. Очень болезненных. Как же не хватало мне хотя бы одной, короткой и простой возможности поговорить и посоветоваться с тобой! Но империя забрала у меня сестру, а теперь отняла еще и брата».

Я коснулась губ ледяными пальцами свободной руки, продолжая читать.

«Я скрыл все от матери и условился с Шивоном, что он не расскажет ей ничего даже в письмах. Ее теперь подводит сердце даже в самые обычные дни, без какого-либо повода, а знание о том, что случилось с ее сыном, попросту добьет мать, и это единственное, в чем я уверен. То же самое подтвердил доктор, хотя про Шивона ему я не говорил ни слова.

От всей деревни рух произошедшее мы скрыли, так что никто ничего не знает, кроме нас троих и Илин. Шивон на моих глазах сдался страже за пределами поселков рух и сел в повозку. Я сам провожал его, глядя на то, как на его запястья надевают оковы с символом Кристальной империи. Вообрази себе это жестокое безумие.

С тех пор я не знаю о нем ничего. Это письмо отправлено тебе самой быстрой службой. Вероятнее всего, оно прибудет в Мараканд куда раньше Шивона. Сам он, уезжая, сохранял свой беззаботный оптимизм, мне кажется, он совсем не понимает всю серьезность своего положения. Возможно, потому, что правду в письмах ты рассказывала только мне, когда отправляла их на имя моего друга, а для остальных членов семьи ты писала светлые и весьма оптимистичные послания. Шивон читал только их. Я не мог обрушить на него правду, Кейра. У меня просто не повернулся язык. Это было выше моих сил. Я уверен, что он и так все узнает в повозке от других зовущих.

Шивон объявил страже, что сдается сам, после чего протянул мне мешок с деньгами, которые заплатила за него империя. Я даже не хочу писать, что испытал в тот момент. Это просто не передать словами. Одно и то же проклятие дважды обрушилось на меня. Как же больно мне было видеть его в оковах! Вместе с ним я видел тебя, точно так же державшую перед собой руки, стянутые железом.

Мы с Илин сказали матери, что Шивон поддался порыву, бросил все и уехал в академию искусств, как и хотел. Так мы с ним условились.

Не знаю, что сказать тебе после всего этого. Что вообще можно сказать в такой ситуации. Мое сердце сгорело дотла еще раз, когда я смотрел вслед уезжающей повозке, и в тот момент мне показалось, что от этого сердца ничего не осталось.

Когда я вернулся домой, чтобы написать тебе эти строки, меня встретила Илин, она ждала дома, с близнецами. Эта девушка послана мне богами, иначе не знаю, как бы я удержал себя в руках после всего произошедшего. Мать вернулась в тот же день, именно Илин помогла мне все обставить так, чтобы сохранить в тайне случившееся. Она сама рассказала про отъезд Шивона и про академию искусств, а я просто молчал, глядя в окно. Точно как в день, когда тебя арестовали и ты собирала вещи.

Мать списала все на мою злость и обиду на Шивона. Это спасло ситуацию. Я бы не смог врать ей в лицо, и без Илин я бы не справился.

Больше мне нечего сказать тебе, кроме того, что я до смерти люблю тебя и болею сердцем теперь не только за тебя, но за вас обоих. Утешает меня только то, что Шивон не окажется в академии один, как это было с тобой. Но он ‒ не ты, и мы с тобой оба это знаем. Я надеюсь, что ты сможешь открыть ему глаза на правду и как-то направить его.

Да сохранят вас боги, Кейра. Вас обоих. Я буду ждать твое письмо. Прошу, вышли его сразу, как Шивон прибудет в академию».

Некоторое время я просто стояла в тени под деревом, слушая шум ветра в листве. Как только мое дыхание восстановилось, я сложила письмо обратно в конверт, направившись в сторону жилого здания, и дала себе волю и на страх, и на печаль, и на удушающее чувство неопределенности. Лишь когда все это немного улеглось и стихло во мне, я вытерла слезы и взяла себя в руки.

Новое знание оседало у меня в сердце, как взвесь во взболомученной жидкости, лишь после этого ко мне вернулось сознание и самообладание.

Шивон действительно будет здесь не один, я присмотрю за ним так, как позволят мне силы и возможности. Главное, чтобы распределение кончилось для него благополучно, и он остался в академии. Шивон не выдержит ни войны, ни шахт. Но мне было страшно даже представить, что произойдет, если его невезучесть, вкупе с зовом огня, будет проявляться и здесь, в академии.

Снова в моем сознании прозвучал голос Шейда и его слова, сказанные на одной из тренировок, которые он проводил перед испытанием в долине. То, что Шейд говорил, просыпалось в моем сердце и в памяти очень часто, в самые сложные моменты жизни. «Спроси себя, можешь ли ты что-то сделать. Если можешь ‒ иди и делай, а если нет, тогда не трать на это ни силы, ни свой дух».

Пока я не могла ничего сделать. Мне оставалось только ждать прибытия брата в академию.

Глава 2

За восточными воротами простиралось обширное пространство, с одной стороны утопающее в густой маракандской зелени и ведущее к куполу долины, а с другой ‒ переходящее в дорогу, которая тянулась до ближайших поселков и деревень. Именно по ней мы с командой и направились.

У Тая с собой была карта, он поглядывал в нее, сверяясь с местностью. Крайм и Мейли держались за руки, Юрай шел с лютней за плечом, в уголке его рта подрагивала соломинка, он щурился солнцу и что-то напевал гудящим голосом.

Музыкант вернулся из Мараканда в новом виде: ему постригли волосы и сделали аккуратную бородку. На его голове темнел зеленый берет с пером и вышивкой, а за спиной развевался плащ того же цвета. Остальная одежда напоминала облачение странствующего музыканта.

‒ С чем связаны твои внешние перемены, позволь спросить? ‒ с опаской уточнил Крайм. ‒ Ты снова полон безрассудных творческих порывов?

‒ Я рад, что ты спросил об этом! Перемены связаны с моими новыми целями! ‒ Казалось, Юрай ждал именно такого вопроса, он сразу оживился.

‒ Какими еще целями? ‒ еще больше насторожился Крайм.

‒ Музыкальными, разумеется. Запомни этот момент, друг мой, и отметь его в своей голове как начало моего нового пути!

‒ Это еще что значит?

‒ Перед вами ‒ будущий великий бард, один из самых знаменитых в Кристальной империи, помяните мое слово, ‒ Юрай положил себе руку на грудь. ‒ Новые песни скоро сами начнут прокладывать мне дорогу!

Тай засмеялся, покачал головой и заявил, что для нас это не сулит ничего хорошего.

‒ Что за песни? ‒ жарко поинтересовалась Мейли, зато остальные косились на Юрая с той еще опаской.

‒ О, это захватывающие истории обо мне и моих приключениях! ‒ ответил музыкант.

Крайм усмехнулся.

‒ Чтобы мне провалиться! Не знаю, что с тобой сделали лекари и чем они тебя опоили, но тебе явно стало хуже, Юрай. Думаю, тебе пора в умиральный дом, тебя уже не спасти.

Я понятия не имела, что произошло с ним в лекарской, но музыкант вышел оттуда полным творческих сил. Крайм оглядел его и заявил:

‒ Ты выглядишь так, будто после отлова этой свиньи двинешься в путь по просторам Кристальной империи и будешь играть и петь на оживленных перекрестках.

Юрай рассмеялся, поймав соломинку, которая едва не выпала у него изо рта.

‒ Нет, мой друг. Хотя в чем-то ты прав. Мое сердце мечтает о путешествиях, о том, чтобы посетить новые города, спеть в лучших приморских трактирах, зажигая глаза и сердца местной публики! Но увы, я ограничен этими местами и Маракандом. Ничего, я буду знаменит и здесь, вот увидишь! У меня есть отличный план.

Крайм изогнул бровь.

‒ Только не говори, что ты будешь петь и играть на лютне, пока мы гоняемся по поселкам за бешеной свиньей!

Глядя в карту, Тай снова рассмеялся. Капитан ничего не сказал, но от Крайма повеяло падением напряжения по отношению к нему. Я почти не участвовала в разговорах и думала о Шивоне и о семье, обо всем, что прочла в письме. Кажется, Тай отчасти принял тот факт, что старший зовущий отправил нас на подобное задание.

‒ Может быть, я сыграю после завершения этого задания, в честь победы. Я намерен запечатлеть все наши приключения в песнях! ‒ торжественно объявил Юрай.

‒ Хочешь сказать, что будешь писать балладу о взбесившейся свинье? ‒ начал улыбаться Крайм.

‒ Как художник по натуре и музыкант я могу немного переврать и приукрасить происходящее. ‒ Он повернулся к Крайму. ‒ Скажи-ка лучше, а что ты делаешь в городе в компании метлы? Я несколько раз видел, как ты приводишь в порядок улицы и с мрачным обреченным лицом убираешь мусор в мешки.

Я тоже не раз встречала его за подобными занятиями, когда ходила в Мараканд за покупками и для того, чтобы отнести фигурки в лавку Юми.

‒ Отрабатываю наказание Шейда, ‒ с досадой буркнул Крайм, сунув руки в карманы.

‒ Какое еще наказание?

‒ За то, что опоил Кейру и втянул ее в тот спор, связанный с танцем.

Тай попытался сдержать улыбку и стиснул губы, но ее все равно было не скрыть.

‒ И что Шейд сказал тебе? ‒ уточнил Юрай весело.

‒ Что, судя по всему, у меня слишком много свободного времени, а значит, его нужно направить на пользу общества, раз уж у меня так яростно чешутся руки что-нибудь поделать! ‒ на последних словах Крайм резко повысил тон.

‒ Боги, да это же святой поступок! А ты еще называл Шейда демоном!

‒ Потому что это он и есть! Замолчи парень, ясно? Я не только мету улицы, если хочешь знать, но кое-где убираюсь, не буду вдаваться в эти унизительные, мерзкие и попирающие честь подробности! Меня раздражает эта тема, так что будь добр, смени ее, пока я не перешел к угрозам и провокациям!

Я слушала их рассеянно и все время вспоминала письмо Эвона. Помимо всего прочего, эти строки позволили мне понять, что за человек Илин. У меня не осталось вопросов о том, почему Эвон так проникся к ней в столь короткий срок. Я была рада, что она появилась в нашей семье и что сердце позвало моего брата сделать этой девушке предложение. Но два слишком контрастных события столкнулись друг с другом, забрав у меня чистую радость за Эвона и омрачив ее тем, что произошло с Шивоном. Теперь я лишь надеялась на то, что ничего плохого не случится, и все произошедшее останется в тайне, а сам Шивон благополучно доберется до академии. То, что брат позвал огонь, не означает, что он случайно не позовет и другие стихии и что они не скрыты в нем. Это смогут определить только статуи.

Затем я вспомнила Шейда, и у меня родилось очень необычное новое чувство. Мне захотелось увидеть его. Просто увидеть. В этом была какая-то простая глубокая потребность, совершенно новая для меня. Я выдохнула и перевела взгляд вперед, отодвигая мысли и об этом тоже.

Мы шли по дороге меж стен деревьев и кустарников, яркое солнце падало на пыльную землю ослепительными пятнами, которые танцевали от ветра и рассыпались по земле. В моменты, когда команда проходила мимо диких цитрусов, растущих плотными группами, воздух наполнялся терпким ароматом и треском цикад, которые прятались в тенистой листве.

Когда перед нами появились первые крыши домов, жители окружили нас и наперебой стали рассказывать о ситуации со свиньей. Общий фон был мрачным и тревожным. Все чаще существа из долины нападали на окрестности, добираясь до отдаленных мест.

Вскоре Тай с досадой потер висок, а наша команда буквально утонула в шуме возбужденных возгласов. Чего мы только не услышали: свинья убивает кур то на севере деревни, то на юге и делает это «голыми руками». Она не убивает кур вовсе и вполне безобидна, просто сбежала и потерялась. Другие утверждали, что у нее восемь ног, свинья ест людей вместе с костями, лазает по деревьям, у нее зубы в три ряда и руки вместо копыт. Она бессмертна, и местные мужчины поговаривают: ее может убить только особое оружие вечных.

Команда в замешательстве слушала домыслы, которыми обросло такое простое с виду событие. Один только Юрай был захвачен происходящим. Он сыпал вопросами и жадно записывал все, что ему говорили. В какой-то момент музыкант достал из сумки блокнот, в который теперь быстро заносил все сведения.

Наконец Тай поднял руку в просьбе тишины и спросил, кто хозяин свиньи. Им оказался мужчина с окраины деревни, который держал загон со свиньями. Он спокойно рассказал нам о том, как густая черная тень в глубоких сумерках проскользнула по траве, пролетела вдоль земли и буквально впиталась в свинью. У той почернели глаза, она стала трястись странным образом, так, будто вздрагивала. Свинья стала злой и дикой, визжала, как лесной кабан, у нее появились острые зубы. Порвав сторожевую собаку, она сбежала в темноту и исчезла, с тех пор появляется днями и вечерами с разных сторон деревни, бросается на животных и поедает их.

‒ Уголь, ‒ с выдохом заключил Тай.

‒ Всего лишь, ‒ Крайм высоко поднял брови. ‒ После всего услышанного я ожидал чего-то более эпического! Как глупо.

Мы направились вдоль окраины деревни, и скоро свинья обнаружилась. Мы услышали громкие звуки еще издали, Тай начал отдавать команды, мы сжимали большое пространство к центру и вышли на пролесок, где лежал убитый большой олень. Свинья, вся окровавленная, уткнулась мордой в вывороченные внутренности, издавая жуткие чавкающие звуки.

Едва она услышала нас, как подняла голову, ее глаза представляли собой черные дыры. Она оскалилась и задергалась типичными движениями угля.

‒ Кейра, начинай, ‒ приказал Тай. Я позвала разящую воду, бросив в угля струю. Я делала это трижды, прежде чем попала как нужно, свинья упала и больше не шевелилась.

Тай перевел ироничный взгляд на команду.

‒ Похоже, это все, ‒ он пожал плечами. ‒ Вышло даже глупее, чем я думал! Нам нужно доставить ее в деревню.

‒ Ты шутишь? ‒ спросила Айна, подняв на капитана взгляд мутных белесых глаз.

‒ Нет. Иначе как мы докажем, что выполнили задание?

‒ В таком случае как же ты предлагаешь это сделать?

‒ Можем принести эту демоническую свинью Бойлу! ‒ с энтузиазмом предложил Юрай. ‒ Но лучше доставить одну голову, прикрепив ее к поясу штанов. Так делали герои знаменитых баллад.

Капитан посмотрел на него с раздражением и указал на свинью.

‒ Отлично, вот и займись этим и прикрепи ее к своему поясу, Юрай! Голову отсоединять будешь сам!

Музыкант ответил, что это было всего лишь предложением, и незачем воспринимать все так буквально. Затем его будто посетило озарение. Он подошел и испачкался кровью оленя, вымазав одежду, руки и часть лица. Юрай отказался что-либо объяснять.

Свинью помогли донести мужчины, которых мы встретили на окраине деревни. На маленькой площади собралось множество жителей, едва туда доставили убитого угля. У свиньи остались жуткие заостренные зубы, истекающие черной жидкостью, и открытые черные глаза-дыры, не отражающие свет. Из-за того, что деревня была весьма отдаленной, тени не так часто проникали сюда. Они разоряли более близкие к куполу поселения.

Когда жители спросили у нас о произошедшем, Юрай поднял руку и громко произнес:

‒ Я отвечу вам, друзья мои!

Он достал лютню, подобрал музыку и вдруг запел. Юрай сочинял буквально на ходу, и меня поразило, как складно, а главное, как невероятно у него все получалось.

Это не была простая атака водой, от которой уголь пал. Это даже не был уголь. Свинья представляла собой воплощение тьмы. Это была тень, наделенная разумом. Свинья умела говорить, грозила истреблением всей деревни и жестоким уничтожением всего живого.

Дальше Юрай описал битву, где мы сражались на грани жизни и смерти, там были строки о том, что он лично пронзил горло свинье клинком, который мы добыли под куполом, потому что ее не брало ни одно оружие и ни одна стихия. Лишь когда он сам вонзил ей в шею острый нож вечных, сверкающий белой сталью, чудовище пало, испустив черный дух, который тихо и зловеще смеялся, улетая и растворяясь в воздухе. Дух свиньи обещал вернуться в другом теле и жестоко отомстить.

Все просто онемели, слушая балладу. Я даже забыла о семье, о Шивоне и об академии. У Юрая действительно был талант. Я не представляла себе, как можно в такой короткий срок вот так создать песню.

Мы уходили из поселка, оставляя за спинами очень неоднородное оживление.

‒ Мне кажется, ты переусердствовал, ‒ заметил Крайм, когда мы снова вышли на дорогу. ‒ Нужно было хотя бы немного приблизить историю к жизни.

‒ Друг мой, я же не учу тебя воровать, правда? Вот и ты не учи меня писать баллады о героях.

Крайм усмехнулся и по-дружески стукнул его кулаком в плечо.

‒ Что ж, справедливо.

‒ Вот увидишь, скоро о нашей команде заговорят везде, а мои песни станут звучать в трактирах. Они, как огненные птицы, выпущенные на волю, начнут воспламенять сердца!

‒ Ты даже разговариваешь высоким слогом! ‒ Крайм выдохнул и покачал головой. ‒ Ты совсем плох, парень.

Какими бы небылицами не обросло происходящее, нам предстояло отчитываться о выполнении задания перед Бойлом, и чем ближе к академии мы подходили, тем больше мрачнел Тай. От него веяло острой досадой и чувством глупости.

В зале вокруг Бойла собралось множество зовущих. Пока мы ждали возможности отдать бумагу с записями о выполненном задании, то слушали о том, как другие зовущие сопровождали в Мараканде важных гостей, уважаемых торговцев, как уничтожили в ближайшей деревне стаю волков, несколько групп убрали камни, завалившие вход в шахту рядом с городом. Чем ближе подходила наша очередь, тем в большее напряжение приходил Тай.

Отовсюду сыпались невольные сведения о том, какими делами занимались другие команды, а мы ‒ ловили свинью.

‒ Что это, как не публичное унижение? ‒ Крайм буквально источал яд.

‒ Это ты к чему? ‒ уточнил Тай.

‒ К тому, что Бойл делает это, а мы не можем, и нам остается обтекать помоями! Как ты собираешься отчитываться о свинье? Во всех деталях?

Капитан мрачнел все больше, а наша очередь стремительно приближалась.

‒ Предложения, ‒ произнес Тай приказным тоном.

‒ Убить Бойла. Уверен, это решит все наши проблемы.

‒ Крайм, замолчи! Сейчас совсем не до твоих шуток! Видят боги, то, что происходит ‒ результат твоих импульсивных и бездумных трудов!

‒ Подождите, мы можем превратить глупость в преимущество! ‒ предложил Юрай так, будто его посетило очередное озарение.

‒ Что ты имеешь в виду?

‒ Нужно правильно подать произошедшее! Немного лицедейства ‒ и все!

‒ Если ты предложишь сейчас спеть свою балладу, я за себя не ручаюсь! Здесь собрались зовущие, а не деревенский люд! ‒ Тай был на взводе. Он бросал взгляды на Бойла, от стола старшего зовущего нас отделяло уже несколько метров.

‒ Нет, не балладу. Нужно рассказать о задании с позиции стратегии, устроив из всего небольшое действо. Так, будто это не было жалким заданием. Ведь никто не знает, как все обстояло на самом деле, и никто не пойдет проверять, все ли в точности совпадает или нет.

‒ Я понял твою мысль, но не уверен, что смогу сделать все как надо, потому что задание действительно жалкое!

В этот момент команда перед нами ушла, и Бойл подозвал нас. Тай подошел к столу. Мы стали по обе стороны от него.

‒ Итак, четвертая команда Шейда, вы справились с заданием или нет? ‒ поинтересовался Бойл.

‒ Да, ‒ Тай положил подписанную бумагу на стол.

‒ Мне нужен подробный отчет о том, как вы ловили взбесившуюся свинью всей командой.

Бойл произнес эти слова довольно громко, тем самым оборвал гул разговоров и приковал к нам всеобщее внимание. Тай напрягся еще больше.

‒ Зачем?

‒ Так положено, капитан. Начинай. Я слушаю.

‒ Насколько подробным должен быть отчет?

‒ Очень подробным, потому что его уже ждут все, ‒ Бойл с улыбкой развел руки в стороны. Мы обнаружили, что, и правда, все ожидали подробностей, а голоса в зале почти стихли.

Тай подошел к столу, отодвинув бумаги Бойла в сторону, освободил карту и склонился над ней, будто полководец, упираясь в нее ладонями. Бойл возмущенно оглядел этот бесцеремонный жест.

‒ Команда дополнит мой рассказ. ‒ Капитан и указал пальцем в карту. ‒ Вот здесь находится заброшенный тракт. Жители утверждали, что именно там встречалась тень чаще всего. Туда мы и направились.

‒ Как именно вы нашли свинью? По визгу? ‒ уточнил Бойл. Тай поднял на него тяжелый взгляд и ответил:

‒ Нет. По трупам.

Все молчали, в зале стало тихо.

‒ По чьим трупам, простите?

‒ Диких животных, местных людей и скота.

Бойл медленно приподнял брови, а Тай стал показывать движение на карте пальцем.

‒ Мы двигались сначала к востоку, затем ‒ к северо-востоку. Когда разорванных тел и частей туш становилось все больше, мы вышли на свободное пространство. Это пролесок, он находится весьма далеко от деревни. Тень была там. Я никогда не видел угля такого роста и такой чудовищной силы.

‒ Он был размером с сарай! ‒ добавил Крайм.

‒ Когда мы обнаружили его, он доедал маракандского оленя. ‒ Юрай дважды кивнул, держа руки сложенными перед собой.

‒ Что вы такое несете? ‒ спросил Бойл, оглядев нас, словно поврежденных рассудком.

‒ Хочешь проверить, правда это или нет? ‒ уточнил Крайм. ‒ Пойди и сходи в лес у той деревни, Орен Бойл. Порванный олень лежит там и ждет тебя. Но поторопись, пока он не начал разлагаться.

В зале прозвучали обрывистые смешки.

‒ Тело должно было остаться. Сомневаюсь, что в пределах деревни лежит свинья размером с сарай! ‒ Бойл приподнял голову, глядя на Крайма, в его взгляде кипело раздражение.

‒ Думаю, местные уже закопали его. Так что возьми лопату и фонарь, если хочешь лично встретиться со свиньей, и мой тебе добрый совет: запасись маслом, потому что копать тебе до самого утра.

Едва Бойл сделал вдох для очередного словесного выпада, как Тай уверенным движением придвинул к нему лист с пометкой о выполненном задании.

‒ Минуту. Вы просили подробного отчета, господин старший зовущий? Тогда извольте слушать. Угля мы начали окружать со всех сторон.

‒ Я направляла движение команды по звуку, выявляя эпицентр колебаний, ‒ добавила Айна. ‒ Мы смыкали круг, сжимая его к середине.

‒ Я атаковала разящей водой. Тень двигалась с чудовищной скоростью, я не видела такого даже под куполом, мы держали свинью воздухом двоих зовущих, прежде чем на шестой раз я смогла пробить ей горло, и она упала.

‒ После чего я отрезал ей голову, и мы доставили ее в деревню с помощью четверых мужчин, из местных, ‒ закончил Юрай. Он весь был в крови, что будто подтверждало его слова.

В зале царило молчание. Тай распрямил плечи, глядя на Бойла.

‒ Это все. Доклад окончен. К нам есть еще вопросы?

Один из капитанов, стоящих ближе всех, беззвучно трясся, глядя на нас, он откровенно веселился. Многие смотрели с удивлением.

‒ Пока вопросов нет, ‒ сухо ответил Бойл. ‒ Я лично проверю подлинность вашего рассказа.

‒ Как? Вызовешь к жизни дух свиньи и допросишь его? О том, как именно он издох? ‒ участливо спросил Крайм. Старший зовущий посмотрел на него с угрозой.

‒ Подожди у меня, вор. Посмотрим, кто следующим будет смеяться, ‒ тихим голосом ответил он.

‒ Для нас есть еще какие-нибудь задания? ‒ всем своим видом Тай демонстрировал готовность покинуть зал.

‒ Да. На этот вечер, как и для остальных зовущих, ‒ Бойл обратился уже и к другим присутствующим и повысил голос: ‒ Это касается всех команд. Сегодня ожидается цикл извержения, очень сильный.

‒ Что это значит? ‒ с опаской спросила Мейли.

‒ Время, когда твари вылетают из брешей купола, как вода из пробоины. Все должны явиться на территорию академии сразу же, как стемнеет. А теперь ‒ свободны. ‒ Бойл показал небрежный жест, требующий немедленно уйти.

Когда мы покинули зал и оказались в коридоре, Тай с усмешкой вытянул руку и сжал в кулак, его тут же коснулись своими кулаками все остальные члены команды. Я сделала это рассеянно. Забавлялись все, кроме меня.

Слова Бойла камнем легли мне на сердце, я не понимала, что происходит с долиной. Ничего подобного прежде не случалось, впервые я сталкивалась с тем, что все команды академии отправятся на сдерживание теневого извержения. Какой же силы оно должно быть, если не хватит обычного числа групп, которые стоят на дежурстве рядом с долиной?

‒ Что будем делать с этим будто бы непредвзятым отношением Бойла к нам? ‒ поинтересовался Юрай.

‒ Как бы он не давил на нас, посылая на глупые задания, если мы будем приносить ценные редкие артефакты из долины, это повлияет на наши командные баллы, и он все равно будет вынужден поднимать нас в списках и давать нам нормальные поручения, иначе у него же будут проблемы, ‒ ответил капитан. ‒ Бойл ‒ не вершина системы, а ее часть. Вместе с преимуществами он получает и ограничения.

Крайм усмехнулся.

‒ Стоит признать, мне нравится, как ты решаешь проблему Бойла.

‒ Как?

‒ По-своему. В стиле Тая Орхая, я бы сказал так.

‒ Как бы решил ее ты? ‒ спросил капитан с простой улыбкой.

‒ Опоил бы Бойла чем-нибудь действенным и очень неприятным, да так, чтобы он пожалел о своем поведении, как и о том, что он вообще уродился на свет. Но предварительно обокрал бы его как следует.

Тай прикрыл глаза, потер брови и устало рассмеялся.

‒ Да, похоже на тебя.

‒ Как и твой способ ‒ на тебя.

‒ Я капитан команды, и находить решения, которые сохранят интересы всей группы, ‒ моя работа.

‒ Ладно тебе, просто признай, что ты хочешь утереть нос Кайду и отчасти прикрываешься Бойлом, но будешь рвать жилы в первую очередь из-за своих амбиций и из-за отца. Чтобы превзойти Кайда и показать Эдвину Орхаю, что ты чего-то да стоишь.

‒ Это совсем не так. Отец тут ни при чем.

‒ Ложь, ‒ уверенно заявила Айна. Крайм тут же рассмеялся.

‒ Хорошо, это так, но лишь отчасти! ‒ Тай мрачно улыбнулся, глядя на Айну. ‒ Теперь лучше?

‒ О да.

‒ Боги, Айна, что ты за удивительное существо? Как ты это определяешь? ‒ поразился Крайм.

‒ Когда кривит душой, человек звучит иначе.

‒ Серьезно? Очень полезный навык. Будешь выводить Тая на чистую воду.

Капитан проигнорировал последний выпад и велел всем собраться в гостиной до наступления сумерек. Он хотел отправиться в город, поэтому отпустил команду до вечера. Слова Бойла о теневом шторме, который должен случиться, навевали на меня беспокойство особенно по той причине, что Шейда до сих пор не было в академии.

Я взяла сумку и направилась в Мараканд, на улицу лавок. Мне нужны были навесные карманы для артефактов, каждый из нас собирался обзавестись чем-то подобным. Я купила пояса, которые надевались на талию и бедра, на них крепилось множество карманов и небольших сумок.

Мне хотелось внешних перемен, после испытания я обещала себе, что непременно утолю эту жажду. Я зашла в любимую лавку и выбрала новые вещи: светлые штаны, поверх которых надевалась длинная юбка с разрезами, и обтягивающую блузу под горло, но совершенно без рукавов. Приобрела несколько браслетов из металла и несколько ‒ из сплетенных шнуров, надев их на запястья и чуть ниже плечевых сгибов. В волосы я теперь часто добавляла украшения, цепляя их на мелкие косы и крупные локоны. Мне хотелось внести новые элементы в свою броню и почувствовать: меняется она ‒ меняюсь и я.

Мараканд вспыхивал передо мной бодрыми выкриками торговцев, грохотом ящиков и звоном монет, окатывал меня запахами, которые тянулись по воздуху: это были пряные ноты трав, ароматы выпечки, приправ и свежих масел, а порой все это сопровождалось дымными шлейфами тле�