Из Москвы

1 глава

Я летела в Америку впервые и в одиночестве, никогда раньше не путешествовала одна. Просидела среди чужих людей двенадцать часов в эконом-классе, в среднем ряду.

Попа онемела, ноги и руки отекли, мне пришлось снять обувь и кольца. Это был самый дешёвый рейс, поэтому телеканал мне его и заказал, весь салон был битком заполнен, и пересесть не было надежды…

Я вышла из салона самолёта, как зомби, прошла паспортный контроль с такими же зомби, получила чемодан.

У них было утро, я увидела свою фамилию на табличке, которую держал молодой индус, он поздоровался и повёл меня к своей машине, чемодан при этом я тащила сама, он помощи не предложил.

Машина была очень маленькая, коленки почти упирались мне в уши. Табуретка, а не автомобиль.

Когда мы приблизились к острову Манхеттен, я ощутила всё величие Нью-Йорка и поняла, почему он так завораживает путешественников, режиссёров и тех, кто хочет покорить мир бизнеса.

Мы подъехали к скромному отелю три звезды, я обрадовалась, что всё-таки остановлюсь на самом острове, а не где-нибудь на выселках, хотя до главных небоскрёбов и бизнес-центров мне придется прилично добираться общественным транспортом.

Индус сказал, что я могу лечь спать, а завтра в три часа дня у меня встреча с руководством канала.

Я разделась, приняла душ после потения в самолёте и соприкосновения с кучей незнакомцев, мне хотелось смыть это все с себя. Выйдя из ванной, я легла под одеяло и задремала…

В 2 часа дня по местному времени я проснулась, поправила макияж и решила отправиться на прогулку по самому желанному острову в Америке – Манхеттену.

Я рассматривала здания, людей, жёлтые реки одинаковых такси. Все куда-то бежали и торопились, чувствовался сумасшедший ритм жизни, в котором я ощущала себя посторонней.

Словно всё вокруг было в чёрно-белом цвете, и только я одна была ярким пятном. Или наоборот…

Торопиться мне пока было некуда…

В Нью-Йорк меня привело желание реализовать свой телепроект: реалити-шоу о путешествии по Европе на автомобилях. Я давно продумала детали, расписала портреты персонажей, примерный маршрут и основную идею.

Я обязательно стану продюсером и телеведущей в этом шоу. После записи видео-презентации, которую я разместила на всех возможных форумах, и коммерческого предложения, разосланного всем российским и американским телеканалам, я получила ответ из Нью-Йорка.

Они пригласили меня для обсуждения шоу и видео-кастинга на роль ведущей, при этом они даже оплатили авиаперелёт, проживание и визу.

Но сюда я приехала больше из любопытства и туристического интереса, чем на переговоры, чтобы насладиться предоставленной бесплатной возможностью посмотреть крупнейший финансовый центр мира и понять, чем этот город так влечёт людей и влюбляет в себя.

Я много раз смотрела сериал «Секс в большом городе» и множество других фильмов, действие которых происходило здесь, и каждый раз я думала о том, что там один бетон, асфальт и пробки. Где красота? Ни травинки, ни деревца!

Не знаю, почему я надела вместо кроссовок балетки, они натёрли мне нежную область над пяткой, идти пешком дальше не было сил и желания, потому, что я прошла уже много километров, залюбовавшись сменяющимися рядами зданий.

По совпадению я добрела до самого престижного района города – Верхнего Истсайда, где поколениями живут самые состоятельные американцы.

Я решила присесть отдохнуть в ближайшем баре, полностью отделанном натуральным деревом тёмного цвета. Стены, барная стойка, столы, стулья – всё было из одинаковой породы.

Люблю запах древесины, он мысленно переносит из шумного мегаполиса куда-то за город, и, закрыв глаза, можно представить себя в окружении осеннего леса с желтеющей листвой…

К жизни меня вернул официант, предложивший меню. Я заказала чайник чёрного чая, только его я и могла здесь позволить себе, к тому же, очень хотелось пить после долгой прогулки.

Я сидела у окна и наблюдала за людьми, машинами, разглядывала здания, поднимала взгляд вверх, скользя по стенам многоэтажки, и упёрлась в синее небо, по которому лениво плыли белые облака. Я улыбнулась этому небу и солнечному дню.

В таком положении, с задранной головой я просидела несколько минут, пока шея не затекла. Вернув взор в бар, в котором я находилась, я заметила, что за мной наблюдает хорошо одетый мужчина. Он общался с двумя другими господами, но внимательно изучал меня, совершенно не слушая их.

Я улыбнулась ему, подлила ещё чая в чашку и стала наслаждаться напитком, который стоил двадцать пять долларов. Это мой обед и ужин на сегодня…

Сквозь витринное окно была видна вся улица. Мимо шла дама в шляпке с 3 йоркширскими терьерами, запутавшимися в поводках. Проехала карета скорой помощи, потом две патрульные машины, и много, очень много жёлтых такси…

Мужчина, который без стеснения рассматривал меня, подошел ближе и спросил:

– Позволите составить Вам компанию?

Я жестом пригласила его и слегка улыбнулась.

– Здравствуйте, меня зовут Эдвард. Не хотел Вас тревожить, но я не мог не обратить на Вас внимание. Вы с таким интересом и восторгом рассматривали что-то наверху, что я решил выяснить, что Вы там увидели?

– Здравствуйте, Эдвард, я – Кимберли, и я рассматривала город, а потом вдруг увидела, какой чудесный день спрятан за серыми зданиями. Если Вы поднимете взгляд вверх, то заметите небесную синеву и слепящие белые облака, – я показала пальцем наверх. – Это прекрасно. Вот, чему я изумлялась.

Он решил проверить мои слова, тоже задрал голову и несколько минут рассматривал облака, потом снова посмотрел на меня и сказал:

– Ну, очевидно, что Вы не из Нью-Йорка. Те, кто живёт здесь, не замечает облаков над головой. И как здорово, что есть ещё люди, которые напоминают о таких прекрасных мелочах, как синее небо… Ваш английский превосходен, но прослушивается небольшой акцент. Вы из Австралии?

– Нет, из России, всю жизнь прожила в Москве и никогда не была в Австралии. – улыбнулась я.

– Кимберли – это ведь не русское имя? – удивился он.

– Мое русское имя – Наталья, но я не люблю, когда меня называют Наташей. В арабских странах, которые часто посещают наши туристы, имя Наташа имеет неприятные ассоциации. Поэтому я предпочитаю Кимберли или Кимми, – рассудительно пояснила я.

– Кимми… Мне нравится. А в Москве все так же хорошо говорят по-английски, как Вы?

– Не все, – засмеялась я и с гордостью добавила. – Только те, кто учил язык в университете.

– Я восхищаюсь людьми, которые владеют несколькими языками, потому, что у меня нет подобных

способностей, – смущённо заявил он.

– Я уверена, что у вас имеются иные таланты, – улыбнулась я игриво.

– У меня нет талантов, кроме, как в финансах и бизнесе. Единственное, доступное мне искусство – экономика. А Вы, значит, говорите на двух языках, – предположил он.

– На трёх.

Его глаза округлились, лицо замерло в недоумении, а я продолжила:

– Английский, итальянский и русский.

– Я потрясён. И все три в совершенстве? – с надеждой спросил мужчина.

– Нет, что Вы! В совершенстве только родной и английский, а итальянский чуть выше среднего.

– Вы заинтриговали меня, Кимберли. Вы – самая необычная девушка, которую я встречал за последние десять лет. Предлагаю заказать по коктейлю и продолжить беседу.

Он следил за мимикой моего лица и делал по ней выводы, словно читая мысли:

– Наверное, Вы не любите коктейли, скорее вино, – пауза, отслеживание реакции. – И, судя по тому, как Вы необычны, это не красное сухое, а скорее белое, или даже игристое.

Я улыбнулась на слове «игристое», его лицо озарилось:

– И не просто игристое, а Вы любите класть в него клубнику или лёд! – он радовался, как ребёнок, получив молчаливый ответ на моем лице.

Через секунду официант стоял рядом и принимал заказ на бутылку дорогого шампанского, клубнику и лёд, ещё через пару минут это все уже было на столе, а в высоком бокале оседала пена.

– Эдвард, Вы специалист по физиогномике? – поинтересовалась я.

– Нет, – рассмеялся он. – Я – ресторатор.

– Я почти ничего не отвечала, но Вы делали выводы о моих вкусах в напитках… – констатировала я.

– Когда часто участвуешь в переговорах, приходится изучать мимику и малозаметные реакции человека, чтобы лучше понять его и лучше продать ему что-то. Сейчас этому даже учат на специальных курсах, но я осваивал все на собственном опыте общения с людьми, – спокойно рассказывал он.

– Полезное умение. Предположу, что этот бар принадлежит Вам, – на моем лице был вопрос.

– Вы абсолютно правы, это так. Вы тоже немножко физиогномист? Или психолог? – он явно флиртовал со мной.

– Да, не зря изучала психологию в университете, что-то ещё помню, – рассмеялась я.

– Так какое у вас образование: лингвистика или психология?

– Я – преподаватель иностранных языков и одновременно психолог. В главном московском педагогическом университете получают сразу две специальности.

– Надо же, умная и красивая, – опасное сочетание! – продолжал мой новый знакомый.

Я улыбнулась, не будучи уверенной, как реагировать. А он, продолжил мысль:

– И где же работает психолог-полиглот?

– Я работаю дома в основном, но иногда выезжаю к клиентам: даю частные уроки языков, иногда пишу статьи для журналов и интернет-изданий. Ещё я несколько лет занималась собственным малым бизнесом…

– Сколько же у вас профессий? Когда вы успеваете всё это делать?

– Профессий несколько, но я не использую их все одновременно. Просто каждый год я пробую что-то новое, стараюсь заниматься тем, что мне интересно, и приносит радость. В противном случае недалеко до депрессии! – заявила я со знанием дела.

– Вы писатель, преподаватель, психолог, ещё и бизнес-леди? Какой бизнес Вы пробовали? – мужчина явно хотел знать все.

– У меня был интернет-магазин косметики и парфюмерии. После декабря четырнадцатого года все резко рухнуло, закупочные цены в долларах выросли в два-три раза, покупательская способность снизилась. Заниматься торговлей стало невыгодно, к тому же, все подряд стали открывать свои интернет-магазины с косметикой. Не знаю, как в США, а в России даже крупные компании обанкротились в то время… – с грустью заметила я.

– А чем Вы занимались после этого? – его интерес не иссякал.

– В основном я преподаю языки и занимаюсь статьями. Год назад пробовала реализовать старт-ап: открыть клинику аппаратной косметологии, но с инвесторами не срослось…

– Клиника? Как интересно, а что было не так с инвесторами? – он то ли был серьёзен, то ли умилялся тому, как наивная иностранка с умным видом рассказывает о бизнесе.

– Затраты на открытие оказались гораздо выше, чем я изначально просчитывала, свободных помещений, подходящих по санитарным нормам, в Москве не оказалось. Получилось, что нужно покупать готовый бизнес и доводить его «до ума». А в таком случае делить прибыль пополам инвесторам было неинтересно, они просто выкупили долю в работающем бизнесе или купили себе собственный салон. Так, что этот вопрос отложился на неопределённый срок, – я тяжело вздохнула и отпила из бокала.

– А зачем Вам три языка? Почему Вы пошли учиться на лингвиста?

– Ну, насчёт английского меня никто не спрашивал. А к итальянскому я испытываю давнюю любовь, к тому же, очень люблю путешествия. Так здорово делать покупки, заказывать обед в ресторане и общаться с местными жителями на их языке! Мне это безумно нравится! – моё лицо просто засветилось на этой фразе, и я продолжила. – Я получаю удовольствие, если избегаю использования русского языка в других странах.

На слове «удовольствие» мои глаза непроизвольно блеснули, и нечаянно я на пару секунд прикусила нижнюю губу.

Он восхищённо рассматривал меня, стараясь заглянуть внутрь. В моменты, когда я улыбалась, он улыбался в ответ.

Бар постепенно заполнялся людьми, покинувшими душные офисы, все они шли, как на водопой, за коктейлями. Я на секунду оторвалась от лица собеседника и выглянула за пределы нашего столика: вокруг была шумная толпа, а я даже не заметила ее появления.

Я съела почти всю клубнику, которую подали к шампанскому, да и бутылка почти опустела.

На этом моменте обычно знакомство или заканчивается, или продолжается в другом месте.

Эдвард долил остатки вина на донышко бокалов, позвал жестом официанта, что-то прошептал ему на ухо, тот исчез. Мы сделали по глотку почти одновременно.

Я взглянула на время на экране мобильного телефона: уже восемь вечера, наверное, мне пора ковылять через весь остров до отеля…

В этот момент вернулся официант, шепнул что-то на ухо моему собеседнику и пошел обслуживать других посетителей.

Эдвард широко улыбнулся и произнёс:

– Вы заинтриговали меня, Кимберли, я хочу продолжить общение в соседнем ресторане, для нас уже готов столик, пойдёмте, – он поднялся и протянул мне свою руку.

Мы почему-то не вышли на улицу, а нырнули в глубину здания и секретными коридорами прошли в другое заведение.

Там играла приятная музыка, тоже было много посетителей, и в дальнем конце зала я заметила очередь из десятка человек на входе, они ждали, пока освободится столик. Значит, это хороший ресторан.

Я взглянула на зеркальную стену в проходе и вдруг осознала, что мой внешний вид не соответствует уровню такого места… Но я сюда и не собиралась, он сам пригласил.

Мы прошли в приватную кабинку, отделённую стенами и шторкой от основного зала. На скатерти кремового цвета все было красиво сервировано: в центре стола стояли зажжённые длинные белые свечи, а рядом с серебряными подсвечниками издавали непередаваемые ароматы два сочных лобстера, рядом на тарелках лежали очищенные креветки с тушёными овощами.

Я чуть не упала в голодный обморок при виде этого великолепия.

Когда мы присели, подошел сомелье и налил белого вина нам в бокалы, Эдвард подмигнул ему, показав одобрение, тот испарился.

– Ну что, buon appetito! Это одна из немногих фраз, которые я знаю на итальянском, – усмехнулся мой кавалер, желая мне приятного аппетита.

Я улыбнулась, кивнула и приступила к креветкам, ведь я их обожаю. Разделавшись с первым блюдом, я уже смогла сдерживать свой аппетит, ведь основной голод был утолен. Он поднял бокал и предложил тост:

– Благодарю Вас за приятный вечер, Ваше здоровье!

– Ваше здоровье! Креветки потрясающие! – восхитилась я, отпив вина.

– Да, свежайшие, – он начал разделывать лобстера, потому, что тоже был голоден. – А как Вы очутились в Нью-Йорке? Съезд преподавателей? Или хотите открыть здесь клинику?

– Нет, с клиниками я пока закончила. В этом году у меня новый проект: я придумала реалити-шоу о путешествиях, отправила письма с презентацией всем телеканалам, от одного из них я получила приглашение сюда для обсуждения деталей, – повествовала я.

Его брови поднялись вверх, а голова одобрительно кивнула, пока руки продолжали управлять ножом и вилкой. Он спросил:

– И в чём идея программы?

– Двадцать человек на пяти машинах путешествуют по Европе, смотрят достопримечательности, останавливаются в отелях, посещают музеи, рестораны, и все это транслируется по телевидению, – с огнём в глазах начала я.

– А в чём новизна идеи? Сейчас много программ о путешествиях, – ответил мужчина.

– Новизна в том, что за 3 месяца постоянной дороги незнакомцы общаются, вступают в конфликты, попадают в нестандартные ситуации. Я решила совместить лучшие идеи реалити-шоу и программ о достопримечательностях в один проект, такого ещё никто не реализовывал. Я собираюсь это шоу спродюсировать и стать его ведущей, – амбициозно заявила я.

Его брови снова резко поднялись, он прекратил операцию по трепанации лобстера и задумался на несколько секунд, потом спросил:

– А в какие страны Европы они поедут?

– Я изучила карту и поделила страны по географическому и политическому признаку. В первом сезоне я хочу начать с Эстонии, Латвии, Литвы, Польши, затем Германия, Нидерланды, Бельгия, Люксембург, Франция, Испания, Португалия, затем обратно по югу Испании, югу Франции, а ещё Австрия, Словакия, и закончим в Чехии.

– А как же Италия? – удивился мой собеседник.

– Италии я хочу уделить больше внимания, проехав через всю страну во втором сезоне вместе с Балканскими странами.

– И как Вы собираетесь это осуществить? Проект вроде бы крупный…

– Для этого я встречаюсь завтра с руководством телеканала, будем обдумывать вместе. Основной вопрос лично для меня – спонсоры, инвесторы и рекламодатели, а всё остальное мелочи, – я с такой уверенностью рассуждала об этом, словно спродюсировала уже десяток телепередач. – Я бы попробовала осуществить всё самостоятельно, если бы никто не откликнулся, но сотрудничество с телеканалом гарантирует трансляцию шоу…

Он снова задумался на пару секунд, затем заявил:

– Знаете, что, идея очень интересная, у меня есть друзья, которые захотят услышать больше. Вы можете переслать мне то письмо с презентацией прямо сейчас через вай-фай на почту?

– Да, конечно, – я полезла в электронную почту на телефоне, нашла то письмо, нажала «переслать» и спросила его адрес.

Он сам вписал свои координаты и нажал на кнопку отправки. А затем со своего телефона переслал куда-то ещё.

– Столько разных интересов: языки, путешествия, идеи телешоу. Не удивлюсь, если Вы ещё танцуете и пишите маслом картины, – засмеялся он.

– Нет! – рассмеялась я. – Не рисую и не танцую, но люблю петь в караоке.

– Удивительная женщина! У Вас есть дети? – он вдруг сменил тему на более личную.

– Нет, я не люблю детей, – честно ответила я.

– Совсем не любите? И даже не скрываете этого? – мужчина очень удивился.

– А зачем скрывать правду? Это – не моё, и страх одиночества в старости для меня не является стимулом делать то, чего мне не хочется.

Простота, честность и наивность моих ответов удивляли и захватывали его всё больше и больше.

– Я абсолютно согласен. Выпьем за чёткую жизненную позицию, – он поднял бокал и стукнул им о мой. – Я тоже не люблю детей, и никогда не хотел их иметь. Но слышать подобное от женщины странно… В Нью-Йорке так рассуждают карьеристки, но даже они замораживают яйцеклетки на всякий случай. Другие женщины либо изначально мечтают о семье и детях, либо пытаются привязать так к себе мужчину… Вы отличаетесь от всех типажей, которые я встречал – улыбнулся он.

– Вы просто не общались с русскими, у нас загадочная душа, – со знанием дела заявила я.

– На Пятой авеню можно встретить много русских девушек-моделей, и в глазах у них только доллары. А ТАКАЯ Вы одна! – он уже не отрывал взгляда от меня. – Удивительно, что Вы не замужем.

– А вот здесь Вы ошиблись. Я как раз замужем – ошеломила я мужчину своим ответом.

На его лице возникло недоумение.

– Как он отпустил Вас одну в чужую страну???

– У нас довольно ровные отношения, он дает мне много свободы и не хочет отрываться от работы ради нескольких дней в Нью-Йорке.

– Я бы не отпустил Вас, – заботливо сказал ресторатор.

Я пожала плечами, а он продолжил:

– Чем занимается Ваш муж? И как давно вы женаты?

– Женаты девять лет, но вместе двенадцать, у него небольшая фирма по транспортировке неисправных автомобилей…

– И часто Вы путешествуете без него? – он хотел знать абсолютно всё обо мне и моей жизни.

– В первый раз, не считая поездок с мамой…

Темы беседы становились все более личными, мне было неловко и дискомфортно.

– Вы его любите? – продолжил он.

Я на несколько секунд задумалась, а потом ответила:

– У нас никогда не было сильных чувств или страстей. Это больше похоже на дружбу или партнерство, – я отвечала то, что приходило первым в голову.

– А Вы не думали о разводе? – он явно интеллектуально прощупывал меня, но я не замечала этой проверки.

– Думала, много раз. Но глупо разводиться с человеком, с которым столько связывает, ради того, чтобы остаться в одиночестве…

Я никогда не задумывалась всерьёз о возможности расстаться с супругом, потому, что привыкла к течению наших отношений, и не замечала, что в них что-то не так.

– А если бы Вы встретили кого-то? – Эдвард пытался натолкнуть меня на выгодные для него выводы.

Этому мужчине стоило бы работать прокурором.

– Хм, наверное, развелась бы, если бы появилась взаимная любовь и предложение брака от другого мужчины, – после нескольких секунд раздумий ответила я, ещё не догадываясь о том, что произойдёт со мной в течение ближайшего месяца.

– Только предложение брака? А если просто любовь? – он продолжал прощупывать мои моральные установки.

– Есть разница между любовью и влюблённостью, первой нужно время, чтобы определить её наличие, а вторая проходит через два-три месяца. Ради двух месяцев страсти и эйфории я не готова рушить многолетний союз. К тому же, даже находясь с ним в ссоре, я не смогу изменить мужу… Одна из основ брака – это верность и уважение… Если я соберусь связать свою жизнь с новым мужчиной, это должен быть король, который будет красиво ухаживать за мной и даст мне почувствовать себя королевой. На меньшее я не согласна. Причём, английское слово «ухаживать» не включает в себя столько смысла, сколько русское, потому, что в нашей культуре туда входит: заботиться, оберегать, завоевывать, радовать и располагать к себе, – не задумываясь, безапелляционно выдала я.

Мой визави был ошеломлён услышанной тирадой, он решил поделиться своим мнением:

– Я приятно удивляюсь. В Нью-Йорке женщины совершенно иные и рассуждают иначе. Ваша душа настолько прекрасна, что я просто не могу оторваться.

– Вы задали мне очень много личных вопросов и почти ничего не рассказали о себе, это нечестно, теперь Ваша очередь, – резонно заметила я.

– Да, Вы абсолютно правы, это нечестно… Я родился и почти всю жизнь провёл здесь, на Манхеттене, закончил Гарвард, работал на своего отца, а потом решил открыть бар, в котором мы с Вами познакомились. Через какое-то время соседнее помещёние освободилось, и я открыл здесь ресторан. Через пару лет – ещё несколько заведений, все они прекрасно функционируют и пользуются успехом, – рассказывал он о своей работе.

– Жены, дети? – спросила я, ведь это было гораздо интереснее.

– Трижды разведён, без детей, – констатировал он.

– Трижды?! – эта цифра меня поразила.

– Первый раз был ещё в юности, студенческая любовь, мы быстро разошлись. Вторая жена была карьеристкой, сейчас она руководит хеджевым фондом, а третья – модель, которую интересовали только деньги и развлечения, она бросила подиум сразу же после свадьбы, разыгрывала ложную беременность, чтобы удержать меня. Чувства быстро угасли, когда я узнал, что она забеременела не от меня. А последние восемь лет я один, в свободном полете.

– Разбиваете сердца? – усмехнулась я.

– В основном сердце разбивали мне, я разочаровался в любви и не искал ее, и не думал ни о чём серьезном… До этого вечера… Вы включили какой-то внутренний тумблер, который много лет был покрыт паутиной в глубине моей души… – таинственно флиртовал Эдвард.

– Какие яркие образы! А Вы говорите, что нет талантов. Мне кажется, у Вас бы получилось писать стихи или картины, – подмигнула я.

Он хмыкнул и подлил ещё вина в оба бокала. Я мельком взглянула на часы, а там уже было за полночь! Мои глаза округлились. Он тоже взглянул на время, что-то ещё проверил в мобильном телефоне, вдохнул побольше воздуха и сказал:

– У Вас завтра встреча с телеканалом?! В какое время?

– В три часа.

– Хорошо, и ещё одна в девять тридцать утра, – с улыбкой заявил он.

Я непонимающе вылупилась на него, приподняв левую бровь.

– Мой знакомый телевизионщик ответил на письмо, завтра в половине десятого Вы расскажете ему о своём шоу, – продолжал улыбаться Эдвард.

– Серьезно? – я не верила своей удаче.

– Абсолютно, возможно, будет целых два предложения, из которых Вы сможете выбрать. Хотите десерт или кофе? – вежливо предложил он.

– Нет, я объелась морепродуктами и очень рада, – я не скрывала восторга.

– Кимберли, это был чудесный ужин. Я провожу Вас до отеля, – он поднялся, мягко положил салфетку на стол и подал мне руку, зазывая за собой.

В ресторане уже было намного меньше народу, гости провожали нас взглядами до двери. У самого входа стоял красивый дорогой автомобиль, марку и модель которого я не рассмотрела в темноте, к тому же шофёр в фуражке уже открыл дверь.

Эдвард помог мне сесть и закрыл дверцу, а сам обошел машину сзади и сел рядом со мной на заднее сиденье.

– Говорите адрес или название гостиницы, – обратился Эдвард ко мне.

Я сказала, а мой кавалер удивился и одновременно усмехнулся:

– Они поселили Вас в три звезды? И летели, видимо, Вы тоже эконом-классом? – в его вопросе засквозило высокомерием.

– Да, все верно.

– Однако, – он повел бровью и снова усмехнулся.

Я вдруг ощутила себя какой-то дворняжкой, которая обманным путём пробралась в багажное отделение, чтобы попасть в большой город, который ей совершенно не подходил…

Но я провела вечер в шикарном ресторане с красивым ресторатором, а теперь сижу в бежевом кресле из телячьей кожи, мой локоть упирается в деревянную отделку двери, и я вдруг понимаю, что это Роллс-Ройс, а на мне джинсы за пятнадцать долларов и стоптанные балетки, в то время, как слева мужчина в костюме Бриони и итальянских туфлях, сделанных на заказ.

Я – точно дворняжка. Весь вечер я как-то не думала об этом, строила из себя серьёзную бизнес-леди, и в этот момент, как обухом по голове, меня осенил комплекс неполноценности, подкравшийся из-за угла…

Эдвард взял мою руку и прикоснулся к ней губами:

– Это был чудесный вечер, я отлично провёл время с Вами.

– Мне тоже всё очень понравилось, – я улыбнулась и заметила, что машина остановилась у входа в мой отель.

Мы обменялись номерами телефонов.

– Не забудьте, что завтра утром, точнее, уже сегодня, у Вас встреча с ещё одним телеканалом. В девять я заберу Вас с этого самого места, – с улыбкой промурлыкал мужчина в костюме.

– Это точно не шутка? – я всё ещё думала, что он прикалывается надо мной.

– Никаких шуток, когда речь о бизнесе. В девять жду Вас. Спокойной ночи, русская красавица! – с широкой улыбкой произнес он.

– И Вам приятных снов! – с улыбкой сказала я и выпорхнула из машины.

Через полчаса в номер постучали, это был посыльный:

– Мисс, на Ваше имя доставили цветы.

Я открыла дверь, и он по очереди внес дюжину пышных букетов прямо в вазах, они заполнили весь микроскопический номер. Парень сразу удалился, закрыв за собой дверь и оставив меня в изумлении.

Я нашла открытку, а в ней всего два слова: «Для королевы». Он запомнил мои слова о том, как я бы принимала ухаживания от короля и чувствовала бы себя королевой! Я сама не помнила, что говорила такое вслух!!! А он запомнил…

Я сразу же сделала несколько снимков букетов и селфи на свой телефон. Лёжа в кровати, я отправила фото Эдварду.

Никогда раньше я не получала столько цветов…

Я заснула с улыбкой.

2 глава

Я проснулась от звонка будильника, собралась, надела серый строгий брючный костюм с белой блузкой, спустилась вниз. Отель хоть и три звезды, но хотя бы есть включённый завтрак. Я взяла вареные яйца, помидоры, фрукты и 3 чашки чая с лимоном.

Наплевать, как это выглядит, я пью много жидкости и не буду бегать несколько раз наливать чай из автомата.

Я очень пунктуальна, поэтому в восемь пятьдесят девять вышла из отеля в шумный город, сразу же увидела вчерашнюю машину и убедилась, что это Роллс, новенький, отполированный и очень красивый автомобиль.

Вчерашний шофёр выбежал и открыл мне дверцу, внутри я увидела улыбающегося Эдварда:

– Доброе утро, моя королева!

– Доброе утро! Я проснулась сегодня в тропическом саду среди ароматов цветов, это было прекрасно! Спасибо тебе! – с улыбкой ответила я.

…Если бы мы общались на русском языке, то давно перешли бы с «Вы» на «ты», но в английском языке есть только множественное число, и обращение к человеку всегда уважительное. Однако, автор оставляет за собой принятие решений по местоимениям, поэтому дальше будет только «ты» в общении с моим кавалером…

– Я не знал, какие именно цветы ты предпочитаешь, поэтому заказал все сорта, которые были в магазине.

– И все они мне очень понравились! – я глубоко вздохнула и выдохнула. – До сих пор не верю, что у меня будет ещё одна встреча насчет шоу. Как хорошо, что у тебя есть полезные знакомые!

– Да, у меня много нужных знакомств!

Мне показалось, что он немного усмехнулся моей девичьей наивности, но я не подала вида.

– Мистер Уилсон, впереди пробка, я проеду по параллельной улице, – отчитался шофёр.

– Да, конечно, мы можем задержаться на пять минут, ничего страшного, Филипп, – ответил Эдвард, а затем он повернулся ко мне. – Кимми, на этой утренней встрече будет много народу, им всем очень интересно узнать о твоём проекте. Пусть их количество и вопросы не пугают тебя, всё будет хорошо. Мне тоже не терпится узнать подробности твоей идеи.

Он положил свою ладонь сверху моей и стал смотреть вперед, на дорогу. Мне было приятно его прикосновение и внимание, но я не была уверена, как себя вести с ним, ведь вчера это было просто спонтанное свидание, а сегодня уже деловая презентация, на которую мы пойдём вдвоём.

По крайней мере, сегодня я была подходяще одета и не чувствовала себя дворняжкой.

Мы вошли в стеклянный небоскрёб и поднялись почти на самую его вершину за полминуты, несколько раз мне закладывало уши от скорости лифта.

Худенькая секретарша с высоким хвостом проводила нас в большой конференц-зал. Все люди в этом офисе здоровались, кивали и кланялись моему спутнику. Это показалось мне довольно странным, неужели он знает всех сотрудников в офисе своего друга?

Моим подозрениям некогда было развиться, потому, что я оказалась стоящей на виду у пары десятков людей, которые были готовы слушать мою презентацию.

Такое же чувство волнения и страха, как у меня сейчас, многие испытывали в школе, когда их вызывали к доске. Даже если ты выучила параграф, заданный на дом, присутствовало сильное волнение, подступал ком к горлу, а в глазах становилось темно.

– Успокойся, это не экзамен, возьми себя в руки, ты просто расскажешь о своей потрясающей идее и ответишь на вопросы людей, которых, возможно, никогда больше не увидишь. Даже если ты опозоришься, ничего страшного не произойдёт. Выдох-вдох, и погнали! – сказал лайф-коуч в моей голове.

Эдвард присел в ближайшее кресло за огромный овальный стеклянный стол вместе с остальными «зрителями».

– Доброе утро, меня зовут Кимберли, сегодня я пришла рассказать вам о своей идее нового шоу. Я знаю, что есть уже много программ о путешествиях, и много реалити-шоу, которые люди смотрят ради подглядывания за личными взаимоотношениями и скандалами. Я решила совместить два этих разных формата в одну телепередачу.

Все сидящие за столом люди открыли папки, лежащие перед ними на столе, в которых лежало моё резюме проекта, периодически просматривали его, потом поднимали глаза на меня и внимательно слушали.

– Двадцать человек на пяти автомобилях проедут через всю Европу, посетят самые красивые города, музеи и туристические достопримечательности, а заодно поделятся с нами подробностями своей личной жизни и проявят себя в непредвиденных ситуациях, которые часто встречаются в путешествиях. Возраст персонажей двадцать пять – тридцать пять лет. Целевая аудитория от восемнадцати до сорока, средний класс, который может себе позволить подобную поездку, и простые люди, которые будут мечтать оказаться на месте участников шоу. В каждом новом городе кто-то будет пересаживаться в другую машину к новым попутчикам, а вся группа будет собираться на экскурсиях, в ресторанах и отелях…

Я сделала паузу, чтобы отдышаться. Эдвард заполнил её:

– Если появились вопросы, задавайте.

От волнения не помню, кто и о чём спрашивал, я не знала их имён и должностей, а просто отвечала, как на экзамене, возможно, самом главном в моей жизни.

– В какие страны они поедут? – спросил кто-то.

Я вдруг заметила, что за моей спиной висит огромная цветная карта Европы, подошла к ней и ладонью плавно показала маршрут, озвучивая его:

– Планируем начать с Эстонии, Латвии, Литвы, оттуда в Польшу, Германию, Нидерланды, Бельгию, Люксембург, Францию, Испанию, Португалию. – Я стала вести рукой в обратную сторону. – Затем обратно по югу Испании, югу Франции, дальше Австрия, Словакия, Чехия. Страны, расположенные южнее и севернее названных, войдут в следующие сезоны.

– Каковы примерные сроки съёмок? – спросила темнокожая девушка.

– Я рассчитывала на три-четыре месяца, желательно начать в мае-июне и закончить до осени, как будем успевать.

– Вы сказали, что будет двадцать персонажей, а сколько операторов будет снимать? – этот мужчина, вероятно, режиссёр-постановщик.

– Вот здесь я не уверена. Я предполагала разместить в каждом автомобиле несколько маленьких камер, и в каждом номере отеля тоже, а вот в ресторанах и на прогулках даже боюсь представить, как можно охватить всех. Тут потребуется ваш совет, – обратилась я ко всем присутствующим.

– Даже если будет один оператор на каждых троих-четверых, мы упустим много кадров, если они будут разбегаться. Я бы предложил уменьшить количество участников в два раза, – продолжил постановщик.

Я кивнула:

– Я рассматривала такой вариант. Можно уменьшить с двадцати людей и пяти машин до восьми участников на двух автомобилях. Но в этом случае придётся менять демографию и хорошо продумывать персонажей, интересных целевой аудитории. Если мы договоримся о сотрудничестве, с этого и начнём, – с улыбкой ответила я…

Из предыдущего опыта презентаций я вынесла, что нужно сразу показывать план на ближайшее будущее, чтобы интервьюер, потенциальный партнер, наниматель или клиент почувствовал твою компетентность.

Мне задали ещё несколько вопросов разные люди, я уверенно ответила на все.

Эдвард подвёл итог:

– Ну что, вроде, все вопросы обсудили, вы можете возвращаться к текущим задачам, все свободны.

Люди с шумом начали одновременно подниматься из своих кресел и выходить из огромного «аквариума».

Дизайн со стеклянными стенами в офисах очень популярен, потому, что создаёт иллюзию свободного пространства. Это стильно, но лично я чувствую себя некомфортно, когда постоянно кто-то наблюдает, это отвлекает от работы.

Я много лет уже не работала в офисе, но всё ещё испытываю неприятную дрожь от мысли, что мне снова придется сидеть по шестьдесят-восемьдесят часов в неделю в подобном месте в духоте.

Хотя этот офис очень стильный и дорогой, в отличие от большинства тех, которые мне встречались в Москве.

Через пару минут мы остались вдвоём, зал неожиданно показался огромным, как и опустевший стол на тридцать человек.

Бесшумно вплыла секретарша, положила на стол папку и также без звука исчезла. Эдвард приоткрыл папку, бросил взгляд на каждую из семи страниц и протянул её мне:

– Это предварительный контракт, в котором прописаны условия сотрудничества с телеканалом, тебе полагаются три гонорара: авторский, продюсерский и за работу ведущей, все они будут выплачиваться раздельно. Возьми бумаги, выбери любую юридическую фирму на Манхеттене и обсуди документ с юристом.

Он положил ладонь с расставленными пальцами на папку и продолжил:

– Днём ты пойдешь на вторую встречу, также проведёшь презентацию, возьмешь их контракт, прочитаешь условия и сможешь сделать правильный выбор, – на каждом следующем слове он стал приподнимать ладонь и опускать ее обратно на папку. – Пожалуйста, не торопись и обсуди всё с адвокатом. Если другой канал предложит более выгодные условия, сообщи мне об этом, мы поторгуемся. Хорошо? – он заглянул прямо в мои глаза и приблизился почти вплотную к моему лицу.

Я кивнула. О, да, он мастер нейролингвистического программирования, это очевидно. Я осознаю, что он управляет моим вниманием, но даже не хочу сопротивляться. Меня манит интрига…

Эдвард продолжил, взглянув на часы:

– Уже половина двенадцатого, давай сходим на ранний ланч и обсудим всё?

– Конечно! Только мне нужно зайти в дамскую комнату, – смущенно сказала я.

Он проводил меня до туалета и уткнулся в смартфон, пока ждал. Я спряталась на пару минут от него и от всего происходящего сегодня. Я не ожидала такой толпы народу!

Только здесь, в маленькой комнатке с кафелем я смогла выдохнуть и расслабиться. Коленки задрожали, на глазах выступили слезы страха и радости, я сползла по стенке и села на пол.

Туалет был настолько чистым, что я не боялась испачкать костюм. Мне кажется, что это не канал его приятеля, а его канал…

Я пробежалась взглядом по контракту и очень поразилась. Мой гонорар автора составляет сто тысяч долларов, столько же за работу продюсера и ещё триста тысяч долларов за роль ведущей. За несколько месяцев я заработаю полмиллиона долларов!!!

Возможно, знаменитости получают намного больше, но для меня это астрономическая сумма! На эти деньги я смогу купить хорошую двушку или даже трёхкомнатную квартиру в Москве, в приличном районе! Кто же он такой???

Я вбила его имя в поисковик через мобильный браузер, на меня посыпались тысячи ссылок, фотографии из журнала Форбс и разных бизнес-изданий. О нём даже есть статья в Википедии!!! Боже мой!!!

«Эдвард Уилсон, сорок девять лет, американский миллиардер, ресторатор, владелец сети роскошных отелей и международного медиа-холдинга, включающего в себя сеть радиостанций, телеканалов и печатных изданий. По различным данным, мистер Уилсон также является владельцем многих объектов недвижимости в США и за пределами страны. Изначальную известность он получил благодаря успешному ведению ресторанного бизнеса, но большая часть капитала досталась ему по наследству от отца и деда».

Я проматывала все лишнее, чтобы зря не терять времени. Личная жизнь! Он действительно трижды разведён, последний раз восемь лет назад, детей нет. Он говорил мне правду.

«Известен многочисленными романами с актрисами, моделями и телезвездами».

Я тяжело вздохнула. Естественно, у него были романы. Кто откажется от красавца-миллиардера? Вот это удачно я вчера зашла в барчик попить чаю… Надо срочно умыться и привести себя в порядок. И не подавать вида, что я теперь знаю, кто он…

– Извини, что я задержалась, – сказала я с улыбкой, выйдя из уборной.

– Королевам позволено задерживаться! – усмехнулся он, взял меня за руку и повел к лифту.

Он что-то печатал в телефоне, а я рассматривала его с ещё большим любопытством, чем вчера, когда он был просто интересным ресторатором.

Поразительно, как миллиарды делают человека привлекательнее и желаннее. Но сначала бизнес, я не должна забывать, что приехала в этот город для подписания контракта на тревел-шоу!

Мы довольно быстро доехали до его ближайшего ресторана, расположенного на крыше здания, и сели на террасе. Моментально подскочил официант с меню.

– Как обычно, два раза и чайник чёрного чая, – быстро заказал он, потом спросил. – Ты же любишь чёрный чай? Или взять зеленый?

– Чёрный, все верно.

– Расскажи мне о своих планах и мечтах. Если всё будет хорошо с этим шоу, чего ты хочешь дальше? – его искренне интересовал ответ.

– Хм, у тебя есть рулон туалетной бумаги, чтобы записать всё? – пошутила я.

– У меня хорошая память, но я могу попросить и рулон, если ты настаиваешь! – рассмеялся он и демонстративно отложил мобильник, чтобы показать заинтересованность.

– В детстве и юности я мечтала стать певицей. Многие девочки тоже хотели, но я закончила музыкальную школу по классу «фортепиано» и «академический вокал». У меня были хорошие данные, педагог по пению утверждала, что мне нужно получать высшее музыкальное и актерское образование, петь в театре, она считала, что способности к этому есть… Учась в школе, я выступала на разных концертах и даже пела несколько раз в юношеском театре. Я с тринадцати лет писала собственные песни, репетировала и исполняла их с разными рок-группами по клубам, как, наверное, многие студенты. Позже я стала брать уроки эстрадного вокала… Благодаря известности в качестве телеведущей, я смогу развивать свою музыкальную карьеру, давать настоящие крупные концерты на стадионах, петь дуэтом с Кристиной Агилерой или кем-то похожим… Это наивно, но я всё ещё верю в такую возможность! – застеснялась я.

– Это не наивно, – усмехнулся он. – Продолжай.

– Когда я смотрела реалити-шоу про настоящих домохозяек Нью-Йорка и Беверли Хиллс, я мечтала, что однажды смогу стать одной из них. Реалити-шоу – это огромная возможность для реализации любых проектов, это рекламная площадка для клиник косметологии или нового бренда одежды. Бетани Френкель с нуля построила империю в сто миллионов долларов благодаря реалити-шоу! Такие примеры вдохновляют меня, – мои глаза блестели, а пальцы рук жили собственной жизнью, дополняя эмоциональный порыв какими-то жестами.

Он молча слушал, а я уже не могла остановиться:

– Я хочу путешествовать каждый месяц в новые, красивые города, хочу купить большую квартиру в хорошем районе Москвы, хочу жить в собственном дворце с белой мраморной лестницей и видом на море. Хочу, наконец, обрести финансовую свободу, покупать всё, что нравится, не задумываясь о цене…

В горле пересохло от множества слов, я решила глотнуть чайку, Эдвард выдержал паузу, а затем прокомментировал:

– Ты действительно хочешь сниматься в шоу о домохозяйках Нью-Йорка? Они же все там сумасшедшие!

Я громко засмеялась.

– Ну, я предпочла бы собственное шоу, но и с сумасшедшими тоже бы стала сниматься, если бы пригласили. Только я не подхожу им, потому, что не живу в Нью-Йорке и пока отношусь к другому социальному слою.

– А что насчёт бренда одежды?

– Это ещё одна идея для старт-апа. Никто не шьёт одежду под разные типы фигур, и размерный ряд заканчивается на L. Однако, по крайней мере, в России, существует множество женщин XL, XXL и даже XXXL, есть худенькие с большой грудью, есть колобки, есть девушки маленького роста, или с огромным задом, и никто из производителей одежды не думает о них! – с горящими глазами утверждала я.

– Откуда ты берёшь все эти идеи? – с улыбкой спросил Эдвард.

– Они просто возникают в моей голове, – наивно ответила я чистую правду.

– Пока я слушал твой рассказ, думал о том, что мы одновременно можем снимать два шоу в Европе. Второе будет лично о тебе. Русская девушка покоряет Европу. Закадровые съемки, откровения о личной жизни и всё подобное в формате блога. Как тебе идея?

– Мое собственное реалити-шоу??? Кто согласится снимать неизвестную иностранку? – искренне удивилась я.

– Я, – уверенно и спокойно ответил он. – Ты уже догадалась, что телеканал принадлежит мне. Мы можем транслировать две программы параллельно, или твое шоу пойдет сразу после окончания сезона, как продолжение.

– Я в восторге! – как девочка, которой несут новую куклу, я хлопала в ладоши. – Но зачем тебе это? Ты думаешь, что получится удачный проект, или это личный интерес?

– И то, и другое. Изначально был личный интерес, но потом я услышал, как хорошо ты говоришь, и понял, что из тебя выйдет прекрасная телеведущая. У тебя богатый словарный запас, ты в совершенстве владеешь английским, мало, кто догадается, что это не твой родной язык. У тебя отличающийся типаж внешности, ты вообще совсем другая. На американском телевидении нет таких, как ты… Да, и в жизни, наверное, тоже. Ты… просто околдовала меня. Не прошло и двадцати четырех часов с нашего знакомства, а у тебя уже в руках контракт на собственное шоу. И, кстати, я поеду с тобой на съемки в Европу, как руководитель канала.

Он смотрел на меня добрым и теплым взглядом. Меня это немного насторожило. Определённо, я ему нравлюсь, и он будет снимать мой проект из-за этой симпатии, но как мне себя вести? Он тоже нравится мне, и он знает, что я замужем. Нужно отогнать эти мысли от себя, в эти дни решается моя дальнейшая жизнь…

За беседой пролетело два часа, было пора ехать на ту встречу, ради которой я оказалась в этом городе.

– Филипп отвезёт и привезёт тебя, не переживай. А у меня есть кое-какие дела. Удачной встречи с моими конкурентами! – сказал он, когда я покидала ресторан.

Воодушевлённая утренним успехом, я ожидала подобного и на втором телеканале. Меня встретила секретарша с серьёзным лицом, проводила в небольшой кабинет, в котором находились трое.

Меня усадили на стул перед зелёным фоном, сразу же включили камеру и стали спрашивать о проекте. Я отвечала на те же вопросы второй раз за день. Потом наглая женщина в роговых очках перешла на личности:

– Какой у Вас опыт на телевидении?

– Никакого, это первый проект… – смутилась я.

– А с чего Вы взяли, что у Вас выйдет всё организовать, да ещё и сниматься в нём в качестве ведущей? – резко спросила она.

– С того же, что и в предыдущих проектах. Я овладела несколькими языками, многими профессиями, построила с нуля бизнес, и везде училась, вникая в детали и идя к цели, – я старалась звучать уверенно.

– А что, если мы предложим спродюсировать проект, но ведущим возьмем профессионального и известного актёра? – нагло предложила неприятная дама.

– Нет, такой вариант мне не интересен. Я придумала эту телепрограмму для себя, – мне пришлось парировать ее укол.

– Давайте честно? У Вас нет телевизионного опыта и образования, Вы никогда даже близко не подходили к созданию реалити-шоу, тем более, за границей. Вы даже не представляете, сколько подводных камней будет вылезать в процессе работы! – она старалась меня запугать, но в её словах была правда.

– Представляю, и я готова решать все проблемы по мере их поступления, – гордо ответила я, задрав подбородок.

– Я сейчас смотрю в монитор на то, что мы только что отсняли, Вы совершенно не подходите для работы на экране. За кадром – может быть, если есть опыт в бизнесе и знание языков, это будет очень полезно на съёмках в других странах, но я не вижу Вас в кадре, мне жаль, – она пожала плечами и замолчала.

Ей не было жаль. Я это ясно видела. Да кто она такая, чтобы делать подобные выводы обо мне??!

– Вы смотрели мои видеоролики с презентацией? – с вызовом спросила я.

– Да, смотрела, – без интереса ответила она.

Странно, но другие присутствующие люди вообще не участвовали в нашей беседе.

– Там я вряд ли сильно отличалась, зачем же Вы вызвали меня в Нью-Йорк??? – я была в недоумении и гневе.

– Хотите честно? Я была против! Я изначально сказала, что на ведущую Вы не потянете. Но руководство канала хотело встретиться всё равно, – она продолжала бить по моему самолюбию.

– И где же оно, Ваше руководство? – надменно задала я вопрос.

– В данный момент это не важно, я представляю канал. Вот всё, что мы можем предложить, – она неуважительно протянула мне папку с документами.

– Что это? – я посмотрела ей прямо в глаза.

– Это контракт, по которому мы выкупаем у Вас идею за десять тысяч долларов, – холодно ответила она.

– Только идею? – я подняла левую бровь.

– Да, по этому документу Вы передаете права на реализацию шоу нам, и получаете целых ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ, ничего не делая. Предложение хорошее, – она сделала акцент на сумме гонорара, словно это был триллион.

Как она могла откровенно хамить мне с таким каменным лицом? Наверное, это последствия ботокса. Лицо для покера…

Утром я вознеслась до небес на первой встрече и всерьёз решила, что стою полмиллиона, а эта тетка утверждает, что в пятьдесят раз меньше!

Я была в бешенстве, лицо начало краснеть, я сдерживала подступающие слезы, сжимая кулаки, больно впившись в ладонь ногтями. Я хотела заорать на весь офис, дать ей по морде, разгромить всё в этой комнате, но стерпела:

– Я обсужу условия с юристом и сообщу Вам, – холодно ответила я на это оскорбительное и унизительное предложение.

– Да, конечно, мы ждём Вас завтра утром с ответом и подписанным договором. До свидания, – выпроваживала она меня.

Я пулей долетела до лифта, хорошо, что двери сразу же открылись, и внутри было пусто. Слезы хлынули в момент закрывания дверей. Но вдруг я посмотрела на свое отражение в зеркальной поверхности и сказала себе:

– Прекрати ныть, соберись. У тебя уже есть отличное предложение с хорошим гонораром! Почему ты так расстроилась??! Отряхнись и иди дальше!

До первого этажа я уже доехала с высоко поднятой головой, слезы были вытерты, и улыбка натянута.

Шофёр Филипп действительно ждал меня у входа, открыл дверцу машины, отвёз меня к незнакомому офисному зданию:

– Мисс, для Вас назначена встреча в юридической конторе Майер и Готлейб, поднимитесь на восемнадцатый этаж и назовите свое имя.

Уважительное отношение водителя сильно контрастировало с унижениями, которые я только что перенесла на неудавшихся переговорах, и мне стало немного легче.

Вежливая секретарша сразу же проводила меня в небольшой конференц-зал и предложила кофе, я попросила простой воды.

Я посетила столько подобных комнат сегодня, что скоро начну страдать клаустрофобией. День так хорошо начался и так противно продолжился, но надо сосредоточиться на единственном приемлемом предложении…

Приятный лысеющий мужчина в очках с прозрачной оправой присоединился ко мне:

– Здравствуйте, мисс Мухина, я Дэвид Готлейб, мистер Уилсон попросил меня разъяснить Вам условия контракта. У меня есть распечатанная копия, давайте пройдёмся по пунктам вместе.

Он повторил мне, что канал покупает мою идею и платит за это сто тысяч долларов. Столько же я получаю за продюсирование первого сезона, и гонорар ведущей составит триста тысяч.

Все права на использование, перепродажу и дальнейшее пользование идеей переходят каналу, и временной отрезок съемок первого сезона не указывается.

– Мистер Готлейб, Вы работаете на Эдварда Уилсона? – спросила я.

– Нет, обычно его обслуживает Гирфилд и партнеры. Я здесь только, как Ваш адвокат, чтобы соблюсти Ваши интересы.

– В таком случае я хочу внести коррективы в документ, – заявила я.

– Конечно, какие? – он приготовился записывать.

– Сроки съемок первого сезона нужно ограничить до первого октября, этого с лихвой хватит… Я получаю все три гонорара вне зависимости от того, выйдет ли шоу в эфир, не позднее даты окончания съёмок. Права на идею нужно переписать. Я позволяю каналу использовать мою идею только на первый сезон, я не ограничиваю их права по распространению отснятого материала, по количеству трансляций и перепродаж за рубеж. Я оставляю за собой право продавать идею по франшизе другим странам, как автор. И для сотрудничества по второму и дальнейшим сезонам контракты будут составлены отдельно. Возможно, Вы хотите что-то добавить? – поинтересовалась я.

– Ваши требования вполне резонны. Вы уверены, что готовы отдать права по ретрансляции и перепродаже готового сезона другим странам? Это могут быть миллионы долларов! – он старался помочь.

– Сейчас мне достаточно того, что уже предложили. Их предложение очень щедрое. А вот на второй сезон я уже смогу выдвигать свои требования, – с моей стороны забавно было заглядывать так далеко в будущее.

– И я надеюсь, что Вы снова обратитесь к нам, – он слегка улыбнулся и снова вернул взор в документы. – Я записал все Ваши дополнения, внесу их прямо сейчас в документ и отправлю юристам мистера Уилсона. Вот моя визитка, обращайтесь в любое время дня и ночи. И оставьте, пожалуйста, свои координаты на всякий случай. Я пришлю Вам копию подтвержденного контракта после согласования, чтобы Вы ещё раз с ним ознакомились.

Я написала в блокноте свой электронный адрес и номер телефона…

Когда я вернулась в машину, было уже около шести вечера, я была измотана этим днем морально и физически.

– Мистер Уилсон ждет Вас в офисе, я отвезу Вас туда, – отрапортовал Филипп.

– Хорошо, спасибо.

Я поднялась на лифте, Эдвард встретил меня прямо у только что открывшихся дверей:

– Ну, как прошло? – с улыбкой спросил он.

– Нормально, – без энтузиазма ответила я.

– Хорошо, чем хочешь заняться вечером?

– Отдохнуть, снять неудобную обувь и расслабиться, – устало промурчала я.

– Есть предпочтения по географии? – он выглядел веселым и довольным.

– Не знаю… хочу в круиз вокруг статуи Свободы, – выпалила я наобум.

– Мне нравится эта идея! Подожди секундочку.

Он набрал номер и сказал кому-то:

– Подготовьте яхту для прогулки вокруг статуи Свободы с музыкой, вином и ужином, – и снова вернулся ко мне.

Я всё ещё стояла в лифте, он зашел внутрь и нажал кнопку первого этажа.

Мы шли молча до машины, он открыл мне дверцу и помог сесть. Я уже привыкла к джентльменскому обращению за последние сутки, тяжело же мне будет вернуться к реальной жизни, когда всё это прекратится.

Я сняла туфли, вытянула ноги и закрыла глаза.

Через миг я услышала:

– Спящая красавица, мы уже на причале! – Эдвард протягивал мне руку, чтобы я вышла из машины.

Вроде бы я только на секунду прикрыла глаза?

Уже темнело, я почти не чувствовала ступни ног, они провели на высоких каблуках весь день и утомились.

Как только мы прошли на яхту, отдали швартовые, и мы поплыли.

В тёмной воде отражались световые блики, я сидела на кожаном диване, на столе стояла огромная пицца на тонком тесте, Эдвард разливал шампанское по бокалам, и не забыл положить три кусочка льда в бокал для меня.

В нескольких метрах от нас музыканты исполняли инструментальные версии известных итальянских песен. В сочетании с ароматом пиццы это было божественно, я вдруг ощутила себя где-то в Неаполитанском заливе, но было довольно прохладно, потому, что на улице стоял ещё апрель, а с моря дул сильный ветер.

Я потёрла свои плечи руками. Моментально Эдвард накинул на меня плед, лежавший рядом:

– Да, тут довольно ветрено. Давай выпьем шампанского?! – предложил он.

– Давай. И позволь сказать, что последние двадцать четыре часа были потрясающими, благодаря тебе. И этот вечер – просто чудо! Итальянские мелодии и пицца?! – с восхищением заявила я.

– Ты же любишь Италию, верно?! – подмигнул Эдвард.

– Обожаю! – с блестящими глазами ответила я.

– Ну вот, ты говорила о том, что не включишь Италию в первый сезон, потому, что хочешь уделить ей отдельное внимание. Я понял, что у тебя сильные чувства к этой стране и ее культуре, – он поднял два бокала и один протянул мне. – Давай отметим этот чудный вечер. Твоё здоровье!

Мы чокнулись бокалами и сделали по глотку. Он положил мне большой треугольник пиццы с салями в тарелку. Я была безумно голодна и с большим аппетитом жевала вкусную пиццу, издавая стоны пищевой истомы, не контролируя эти звуки:

– Мм, как же вкусно! Но я слышала, что в Нью-Йорке делают на толстом тесте?

– Обычно делают, но я заказал пиццу в настоящем итальянском ресторане, у меня шеф-повар с Сицилии, – сказал мой кавалер.

– Потрясающе! – я не могла оторваться от еды, и жевала уже второй кусок. После него я смогла успокоиться.

– Расскажи, как прошла вторая встреча, – попросил он, как бы между делом, глядя в свою тарелку.

– Эта встреча разочаровала меня. Они хотят купить только мою идею, для этого они и вызвали меня в Нью-Йорк, – мне стало очень обидно, и стыдно рассказывать об этом мужчине, который мне нравится.

– Забудь о них, у тебя уже есть предложение, Готлейб переслал отредактированный контракт моему юристу, они утрясут детали к утру, не переживай. Я знаю об изменениях, которые ты внесла, и я согласен с ними. Всё уже решено, – сказал он, держа меня за плечи.

Мне вдруг стало спокойно и тепло. То ли от его слов, то ли от рук на плечах, то ли от еды в желудке.

Я была все ещё очень наивной девушкой, поэтому действительно не замечала, что происходит в его голове и душе.

Он с первой минуты заинтересовался мной, как женщиной, и начал активно ухаживать в лучшей миллиардерской манере. А я не осознавала мотивов его действий, всерьёз думая, что его впечатлила гениальная идея шоу о путешествиях.

Эдвард согласился бы с любыми условиями контракта на сотрудничество, даже если бы я потребовала миллиард долларов в качестве гонорара, но в тот момент я даже не догадывалась о том, что он расставлял сети для охоты на мое сердце, душу и весь остальной комплект.

– Я рассказала им свою идею, вдруг они её украдут? – озаботилась я.

– Не украдут. Погоди минутку, – он взял смартфон, что-то быстро написал и отправил. – Утром будет готов судебный запрет.

Я скромно улыбнулась в ответ. Он спросил:

– Сколько они предложили за идею?

– Десять тысяч, – краснея, ответила я.

Он рассмеялся:

– Ну и наглость! Эконом-класс, три звезды и десятка??? Что ж за жадные люди там?

– А я вот теперь думаю о том, что они оплатили отель только до завтра, и мой обратный рейс завтра вечером, – с сожалением констатировала я.

– Завтра утром со всеми вещами съедешь оттуда, не переживай, я размещу тебя в своем отеле. Забудь обо всех жизненных мелочах, я позабочусь о них. Впервые за много лет я испытываю непреодолимое желание заботиться о женщине. Ты – моя королева, и у тебя скоро будет всё, о чем ты мечтала, – уверенно заявил мужчина, сидящий рядом со мной.

Сегодня вечером у меня не было сил и энергии много говорить, я просто наслаждалась музыкой, шампанским, его присутствием рядом, и рассматривала знаменитую зеленую скульптуру с факелом…

Когда я выходила из машины у входа в отель, он сказал:

– Будь здесь завтра в девять утра с чемоданом. Спокойной ночи!

3 глава

Утром шофёр ждал меня у входа, погрузил чемодан в багажник и подвёз к красивому небоскрёбу.

Как только я ступила на ковёр под тряпичным тентом, швейцар подлетел, успев помочь мне вылезти из машины, и поприветствовал, тут же взял у Филиппа чемодан и повёл меня внутрь.

Я оказалась в огромном фойе с высокими потолками и огромными хрустальными люстрами. Казалось, что свет исходил отовсюду, я сразу почувствовала атмосферу шика.

Это было серьёзным контрастом после скромного отеля с тремя звёздами. Прямо под огромной хрустальной светящейся глыбой меня встречала девушка-метрдотель:

– Мисс Мухина, я приветствую Вас в отеле Уилсон! Вот личная ключ-карта для вип-лифта, без нее никто не сможет поп