Скорая помощь семьям

ОБ ОСОБЕННОСТЯХ СИСТЕМНОЙ СЕМЕЙНОЙ ПСИХОТЕРАПИИ

Существуют разные подходы к определению того, что такое семья. Вот несколько из них. Семья – это:

– несколько живущих вместе индивидов;

– группа кровных родственников;

– группа связанных взаимными отношениями и обязательствами людей;

– основанное на кровном родстве или усыновлении объединение людей;

– социально-психологический феномен;

— демографическая общность;

— исторически-конкретная система взаимоотношений между супругами, между родителями и детьми;

– малая социальная группа общества;

– «ячейка» общества;

— социальный институт;

— природная живая система;

— психо-биолого-социальная система.

В своей практике работы с семьями я придерживаюсь последнего определения, которое легло в основу системной семейной психотерапии

Безусловно, я беру во внимание и все остальные ракурсы, с которых рассматривается семья. Однако ключевой момент для оказания быстрой и эффективной психологической помощи – это именно понимание семьи как психо-биолого-социальной системы.

Почему так? Рассмотрим этот момент подробнее. Семья – самоорганизующаяся система, живой социальный организм, имеющий множество внутренних и внешних ресурсов. Уже одно то, что семья состоит из нескольких человек, обусловливает наличие различных реакций на каждое событие. Однако сложившаяся структура, распределение ролей и функций членов семьи порой ограничивает ее гибкость в неожиданных ситуациях. В результате семья переживает настоящий коллапс и застывает в развитии, затормаживаясь в продвижении по своему жизненному циклу.

Все процессы в семье происходят постепенно. Изнутри, для членов семьи, они чаще незаметны. Однако при взгляде специалиста со стороны – очевидны. Их можно сопоставлять, сравнивать, делать собственные выводы и предположения. При этом невозможно заранее знать причины и намерения тех, кто эти процессы инициирует и проживает. Сами же члены семьи отдают себе отчет в своих желаниях и действиях, не замечая при этом всех изменений, происходящих с ними самими и с их семьями в целом.

Собственно, именно на этом построена психологическая помощь: специалист не только наблюдает за взаимодействием членов семьи у себя на приеме, но еще и просит рассказать об их потребностях, намерениях, мечтах и планах, позволяя членам семьи услышать друг друга и понять. Кроме того, системный семейный психолог делает еще две важные вещи. Во-первых, он использует специальные знания, чтобы понять процессы в больших социальных системах, в которые вовлечены члены семьи. Во-вторых, направляет беседу таким образом, чтобы она служила улучшению отношений и ситуации в семье, исходя и из мнений ее членов, и из системных законов.

Почему так важно принимать системные законы во внимание? Живая система семьи – это часть всеобщей психо-биолого-социальной системы «Человечество». И для нее характерна двойственность, присущая всем живым системам: с одной стороны, семья является частью больших систем и подчиняется их законам и принципам, а с другой – это уникальная самоорганизующаяся единица, оказывающая собственное влияние на структуру и принципы жизни всех систем, к которым она принадлежит. То же самое можно сказать и о каждом человеке, в том числе и относительно его родной системы – семьи, а также других систем, составляющей частью которых он является. Человеческий разум не способен постоянно и равномерно управлять своей системной двойственностью. Для регуляции жизненных процессов человеку приходится постоянно менять приоритеты. Одновременно равнозначными все процессы быть не могут из-за своей различной направленности, поэтому необходимо снова и снова выбирать то, что наиболее важно здесь и сейчас. Например, мечтать о будущем, выполнять требующую сосредоточенности текущую деятельность и общаться с несколькими людьми сразу для человека невозможно. Что-то необходимо отложить на потом: установить приоритеты и расставить их по временной шкале, а иногда и вовсе от чего-то отказаться. Не всегда подобное ранжирование происходит безболезненно и успешно. Поэтому гораздо проще его осуществлять не в одиночку, а во взаимодействии с другими людьми, но только если они хотят помочь человеку получить результаты, нужные именно ему. Если же желания противоречат друг другу, каждый вынужден выбирать, чьи желания имеют высший приоритет в данный момент – собственные или другого человека. Такие столкновения происходят в нашей жизни постоянно, и в первую очередь в семье.

Кроме того, есть еще один значительный фактор, препятствующий объективности в расстановке приоритетов, – эмоциональность. Ею пропитана вся наша жизнь, все взаимоотношения, которые мы создаем как в семье, так и вне ее. Собственно, именно эмоциональный аспект часто конкурирует с разумным осмыслением в процессе выбора и ранжирования последовательности действий человека. Для урегулирования подобных случаев и оказывается необходим психолог – нейтральный человек, не имеющий собственных интересов в данной конкретной ситуации и умеющий помогать выстраивать отношения, согласовывая разные мнения.

Почему именно скорая помощь семьям рассматривается в данной книге? Потому что самые частые запросы от семей – «помогите немедленно, прямо сейчас» либо «помогите быстрее, за короткое время». Семьи большим составом годами на терапию ходить не будут, причем по многим причинам. Например, ввиду отсутствия у семьи клиента достаточной мотивации, понимания необходимости присутствия всех членов семьи, времени, денег. Или в связи с наличием препятствующих факторов: страхов, предубеждений против психологов или любой помощи извне, недоверия незнакомому человеку (специалисту), сомнений в возможности изменений к лучшему. Однако ключевые факторы, определяющие возможность семьи просить и получать помощь, – это системные факторы.

Любая живая система имеет свои внутренние ресурсы для саморегуляции, развития и приспособления к внутренним изменениям и внешним меняющимся условиям. Она раскрывает свои границы, впуская внешние ресурсы, в том числе новых людей, лишь в той мере, в какой семейной системе это необходимо в данный момент. Называется это принципом экономичности. Соответственно, запрос о помощи семья посылает через одного человека или через нескольких: супругов, родителей, нуклеарную семью (родителей с одним или несколькими детьми), родителя и ребенка или через иной минимальный состав членов семьи. Больше людей, чем нужно системе для исправления сложной ситуации, у помогающего специалиста не появится никогда. Поэтому, чтобы оказать помощь именно семье как единому клиенту, имеет смысл приглашать на прием тех, кто включен в актуальную ситуацию, в связи с которой семья обращается за помощью. При этом надо иметь в виду, что первично на контакт со специалистом всегда выходит лишь один член семьи – ее полномочный представитель или «семейный диспетчер». Он одновременно и транслирует запрос системы, и вносит в него свое личное понимание. Поэтому на первом приеме важно прояснить, как понимает запрос о помощи к психологу каждый член семьи. Обычно обнаруживается множество оттенков и акцентов, которые присутствуют у одних и незначимы для остальных. Зачастую именно на приеме у психолога оказывается впервые озвучено многое, что не звучало дома: откровения – это та информация, за которой семья приходит совершенно неосознанно.

Важно также учитывать, что обычно не все члены семьи, которые включены в актуальную проблемную ситуацию, оказываются на приеме. Порой имеет место индивидуальное обращение за помощью в урегулировании ситуации в семье, – и тогда можно говорить об индивидуальном семейном консультировании.

Присутствие всех участников ситуации на встрече с психологом предпочтительно. Некоторые члены семьи могут категорически отказываться прийти, другим уже пришедшие члены семьи иногда таким образом доносят приглашение, чтобы те не пошли. И это свидетельствует скорее о выполнении принципа экономичности семейной системой, чем о сознательном выборе ее членов, в каком составе прийти к психологу. Поэтому на первой встрече важно уточнить, кто еще участвует в данной ситуации, чтобы обоснованно выбрать тех, с кем необходимо провести совместную встречу.

Таким образом, реализация двух первых принципов УМ КПП (универсальной модели краткосрочной психологической помощи) – «актуальность» и «системность» – дает возможность выявить объемность ситуации, которую в настоящее время проживает семья. В процессе встречи нужно спрашивать у присутствующих членов семьи, как, по их мнению, отреагируют отсутствующие значимые лица. По окончании встречи важно дать семье рекомендации, которые нужно выполнять всем вместе, включая тех, кто отсутствовал на приеме, но участвует в ситуации.

ОСОБЕННОСТИ

ИНДИВИДУАЛЬНОЙ И СЕМЕЙНОЙ

ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ

Человек – это система, и все взаимоотношения, которые он создает и в которых участвует, являются системой его взаимоотношений. Говоря о задачах практики психологической помощи, мы будем использовать нижеследующее определение системы:

Живая система – совокупность элементов, связанных между собой взаимоотношениями, имеющая цель существования, ресурсы для ее осуществления, совершающая обмен с внеш ней средой посредством обратной связи.

Человек одновременно является частью нескольких систем, которые либо напрямую связаны между собой и встроены в большую систему как ее подсистемы (семья нуклеарная и расширенная, город, регион, страна), либо соприкасаются между собой через этого человека (его семья, работа, учеба, сообщества профессиональные и по интересам).

Системный подход в оказании индивидуальной психологической помощи предполагает рассмотрение человека как активной структурообразующей части системы его взаимоотношений. В зависимости от того, где в своей системе человек располагает проблему (внутри себя, в межличностных, внутрисистемных или межсистемных отношениях), системный психолог помогает ему исследовать всю структуру его взаимоотношений, чтобы выявить желанное решение и ресурсы для его достижения.

В краткосрочной помощи больше времени уделяется поиску возможностей продвижения от настоящего к желанному будущему, чем исследованию прошлого и выявлению предполагаемых причин актуальной проблемы. Однако это отнюдь не означает, что прошлое остается вне внимания психолога. Напротив, оно рассматривается в качестве источника опыта, как неудачного, так и конструктивного. Причем последний и является главной опорой для выхода из проблемного состояния и построения планов на будущее.

Важнейшим аспектом в системном индивидуальном консультировании является помощь в осознании клиентом своего места (роли и функций) в значимой для него системе. Личностное развитие индивида возможно именно при поддержке системы. И напротив, система может тормозить его, если его личные цели разрушительны для системы в целом. Например, молодой человек, пройдя тренинг эффективных продаж, разработал личный план увеличения продаж в несколько десятков раз. Однако для его осуществления потребовалось бы, чтобы вся продукция фирмы была отдана в его личное распоряжение, что оставило бы без работы десятки других продавцов. Кроме того, его интересовала продажа конкретного вида продукции фирмы, для увеличения выпуска которой пришлось бы реконструировать производство. Общие затраты фирмы, необходимые для осуществления его личного плана, превысили бы в сотни раз ту прибыль, которую он мог принести фирме лично. В итоге работник желавший увеличить лишь свою личную эффективность, был ограничен в росте, так как система не располагала для этого достаточными ресурсами.

В случае когда за помощью обращается семья, мы рассматриваем ее как целостного клиента, как единицу или подсистему большей биолого-социальной системы: расширенной семьи, рода, нации, страны и т. д. Семья – это самая значимая живая система для людей. Внутри нее человек рождается, получает первичный контекст жизни, а затем реализует свое собственное продолжение, создавая свою семью.

О КЛИЕНТЕ, ОБРАТИВШЕМСЯ

ЗА ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ПОМОЩЬЮ

При быстрой психологической помощи особенно важно, как ведут себя и мыслят обе стороны: и специалист, и клиент. От того, с каким настроем на получение помощи приходит клиент, зависит очень многое. Например, за помощью приходит человек, который считает, что у него ничего не получится. Он заранее настроен на неудачу, не верит специалистам, а главное, не верит в себя самого. Он сомневается либо в своих способностях, либо в своем личностном предназначении, либо в собственном праве на какой-либо успех. Это значительно усложняет работу, так как, прежде чем выйти на урегулирование системных взаимоотношений, психологу необходимо выяснить и помочь преодолеть личностные препятствия, не дающие клиенту возможности быстро и эффективно скорректировать ситуацию. Мы называем эти личностные препятствия убеждениями.

Убеждения складываются и присутствуют в нашей жизни постоянно. Некоторые мы несем с собой из детства. Большинство же формируется в течение жизни в разных отношениях, в тех или иных ситуациях, то есть в социуме. В социальной среде есть те, кто с ними согласен, а есть те, кто их оспаривает: вокруг убеждений всегда ведутся дискуссии, споры и обсуждения, поэтому их еще называют социальными дискурсами.

«Детские убеждения» пересматриваются через собственный опыт, обновляясь постепенно посредством приобретения жизненного опыта, когда новые задачи, встающие перед нами, конфликтуют с этими убеждениями. Например, не всегда родители оказываются готовы к этапу, когда ребенок начинает ходить. Они уверены, что их ребенок еще не ходит, протягивают к нему руки, не позволяя идти самому. Так они поддерживают убеждение и у себя, и у ребенка, что ходить он не умеет. Однако природа берет верх, и в какой-то момент ребенок делает первый шаг. Теперь он имеет собственный опыт того, что он ходит сам. Если родители не были свидетелями этого первого самостоятельного шага, они будут очень удивлены, когда ребенок станет отталкивать протянутые к нему руки и пытаться идти самостоятельно. У него сменилось убеждение о своей состоятельности, от которого он теперь не откажется, так как оно подтверждено собственным опытом. Теперь он будет стремиться все больше ходить сам и при этом на руки станет проситься тоже сам, когда устанет.

Обратимся теперь к понятию «идеальный клиент».

Это как раз тот человек, который, придя за помощью, сделал свой первый шаг в освоении чего-то нового и одновременно естественного для него. Ведь, с одной стороны, развитие остановить невозможно. А с другой – оно происходит наиболее продуктивно, когда природные способности для этого уже сформированы. И для того, чтобы расти, развиваться и осваивать новое, совсем не обязательно иметь какие-то проблемы. Мы же не говорим, что ребенок начал ходить, потому что у него проблемы. Нет, у него окрепли мышцы, суставы и кости, а также развились функции нервной системы, обеспечивающие не только ползание и сидение, но и ходьбу и стояние. Это следующий этап развития ребенка, теперь он способен получать больше информации и общения и достичь нового уровня самообеспечения.

Вот и клиенту, обращающемуся за помощью, по большому счету, не нужно иметь для этого проблем. Ему нужно понять, что именно он может теперь сделать, чтобы оказаться на шаг дальше в своем развитии. То есть человек приходит за помощью в решении актуальных задач, а не только для избавления от накопившихся проблем. И если иметь в виду, что развитие естественно, то сделать новые шаги он может и сам, и с поддержкой окружающих. Весь вопрос в том, помогут ему или помешают. То есть на его пути могут встретиться ресурсы, а могут препятствия. Освоив первые и преодолев вторые, человек развивается, движимый естественными процессами, характерными для его природы. И чем больше у него самостоятельно полученного опыта, тем осознаннее он его сможет применить в дальнейшем.

Поэтому помогающие специалисты, во-первых, должны стать именно ресурсом, а не препятствием. Во-вторых, помощь их должна быть максимально точной, конкретной и краткой, чтобы поддержать раскрытие собственных потенциальных возможностей и способностей клиента, а не парализовать их или подменить своим «правильным» опытом и мнением.

Подводя итог, можно сказать, что идеальный клиент – это человек, имеющий актуальный запрос и сделавший первым шагом к его решению обращение к помогающему специалисту, причем он готов самостоятельно осуществлять те изменения, которые будут намечены вместе со специалистом. Если же мы говорим о семье как идеальном клиенте, то кроме всего выше сказанного можно добавить: это несколько людей, объединенных общим запросом на продвижение. Не важно, все ли из них это осознают. Потому что они – единый клиент: «семейная система», развитие которой неизбежно.

Однако чаще к психологу приходят не с четко сформулированным запросом и желанным решением, а с жалобами: на других людей, сложные обстоятельства, собственную несостоятельность и другие проблемы.

Жалоба одного из членов семьи (обычно взрослого или подростка) на то, что семья «мешает», «не отпускает», «тормозит развитие», «контролирует каждый шаг», «стала обузой», на то, что ему «не удается отдохнуть», «не хватает личного пространства», «некогда заняться собой» и др., говорит о наличии и пересечении кризисов двух циклов различной направленности: личностного этого члена семьи и семейной системы в целом (Манухина Н. М., 2011). Примером может служить личностный кризис среднего возраста отца, который хочет сделать карьеру. Он устремлен в собственное личностное и профессиональное развитие больше, чем в семейные отношения, которые сфокусированы на недавно родившемся ребенке. При этом, чем больше жена освобождает мужа от нагрузки по уходу за ребенком, тем более обязанным и отверженным чувствует себя муж. Если есть еще и старший ребенок, в обслуживание которого ранее отец был включен меньше, чем до рождения второго, то его состояние может быть еще более подавленным. Он обнаруживает отсутствие достаточного опыта отцовства для поддержания постоянного контакта и удовлетворения потребностей и одного, и другого ребенка.

Ощущение «ловушки навсегда» побуждает мужчину искать подтверждение своего «права на свободу личности» в других отношениях – чаще рабочих или любовных. Попытки загрузить себя работой больше, чем раньше, мотивируя это тем, что семье требуется больше денег, приводят к истощению физическому и психологическому. Погружение в одну сферу жизни создает эффект обеднения других. Увеличение рабочей нагрузки сокращает время и продуктивность отдыха. Невозможность отдохнуть также истощает и вызывает рост негативных переживаний: раздражения, тревоги, гнева, усталости, угнетенного состояния.

Любовные отношения на стороне дают ощущение на-полненности новыми чувствами, драйв молодости и новых отношений, но лишь временно. Любые изначально насыщенные эмоционально отношения по мере их развития меняются, требуя принятия на себя обязательств по их дальнейшему становлению: ничто в живых системах не бывает неизменным. Постепенно отношения на стороне, и рабочие и любовные, занимают все больше места в жизни, начиная конкурировать с семейными, ставя вопрос о пересмотре приоритетов. Собственно, это и есть ключ к решению обозначенной выше проблемы, причем парадоксальному, а не прямому, как это пытается осуществить сам человек, заводя отношения вне семьи, то есть избегая ее.

Итак, если семья становится грузом, то нужно ее выве-сти на первый план, сделать приоритетным, обозначить для себя границы своего участия, необходимого для семьи, а затем строить личные амбициозные планы, исходя из остаточного принципа. Звучит невесело? Однако с точки зрения системного подхода совершенно логично. Семья в системе взаимоотношений человека – это большая система, чем личностная. Известно, что меньшая система, являясь составной частью большей, вносит в нее свой вклад, тем самым способствуя продвижению большей системы по ее жизненному циклу. Так, процесс онтогенеза (личностного развития и роста) каждого члена семьи ставит все новые задачи перед семьей и продвигает ее в своем взрослении. При этом каждое изменение в семейной системе оказывает значительное и неизбежное влияние на каждого члена семьи. И сопротивляться этим изменениям бесполезно: изменения в большей системе имеют высший приоритет, чем в ее составных частях. Соответственно, налагаемые на человека новые функции, вызванные изменением в семье, он вынужден принять, обозначив свое место принятием на себя новых обязательств, удовлетворяющих запросы семьи. В противном случае он будет ощущать себя угнетенным и постепенно начнет «выдавливаться» из семьи, тем самым разрушая ее. Желание сохранить все так, как было, лично для себя при изменениях в структуре семьи неосуществимо.

Но как же быть в таком случае с личной потребностью в самореализации, социальном развитии, личной свободе? Прямой, казалось бы, путь – через отстранение и изоляцию – ведет, как мы видели, к усилению ощущения давления, контроля, к желанию уйти совсем в другие отношения, что разрушает семью и создает для ушедшего ситуацию утраты системы, которую он создал сам.

Решением для удовлетворения личной потребности является тот же парадоксальный ход: увеличить свою включенность в семью. Удовлетворив потребность большей системы (семьи), человек получает от нее поддержку, и свобода в реализации личных потребностей становится большей и по объему, и по смыслу.

Да! Жизнь человека обретает больший смысл, когда он самореализуется, обеспечивая развитие всех тех систем, частью которых он является. Не препятствует, а активно участвует в их естественном развитии. Системы ему отвечают удовлетворением врожденной потребности в привязанности, которая для взрослых людей осуществляется через чувство принадлежности системе значимых взаимоотношений (Джонсон С., 2018).

И дело не столько в количестве, сколько в качестве вы-полнения каждого дела, в том числе и домашнего. Самыми значимыми являются два фокуса, отражающие удовлетворение базовых потребностей членов семьи:

1) принадлежность к семье: каждый член семьи включен через выполнение домашних дел в общее жизнеобеспечение, то есть вносит вклад в общее дело, создает собственную ценность для системы, а значит, и для себя (люди ценят только то, во что вкладываются сами);

2) самореализация – созидание, творчество и креативность: каждый член семьи выполняет любое дело по-своему (а не как ему указано или приказано другими, «как правильно»), а значит, творчески самореализуется в данной системе.

Важно также, чтобы участие каждого в жизни семьи подтверждалось остальными как значимое. Тогда каждый чувствует себя ценным для данной системы.

ЕСЛИ К ПСИХОЛОГУ ОБРАЩАЕТСЯ ПОДРОСТОК

Подобная проблема с жалобами, что семья ограничивает свободу личности, озвученная подростком, носит иной характер и решается не самим подростком, а с обязательным участием его окружения.

В подростковом возрасте главная задача личности – обрести опыт социализации, поэтому потребность в любви и признании со стороны «таких же, как я» преобладает над всеми остальными. Ребята стремятся больше общаться со сверстниками, влюбляются, дружат, конкурируют, создают группы по интересам. Для этого им, конечно, нужно больше времени и внимания, направленного вне семьи.

Однако создание новых отношений требует смелости и уверенности в себе, которые сформированы в прошлом опыте взаимоотношений. Поэтому запрос подростка «отстаньте от меня» носит парадоксальный характер: «отпустите меня, но подтверждайте постоянно, что я могу отдаляться в новые отношения, опираясь на то, что вы никуда не денетесь; что я могу даже бросить вас и вы примете меня обратно, даже если я сильно изменюсь». Таким образом, задачу отделения от семьи подросток не может решить в одиночку: обеспечить его могут только те, кто с ним живет, в первую очередь родители и/или воспитатели, взрослые люди, на привязанность к которым он может опираться дальше как личность (Ньюфельд Г., Матэ Г., 2017).

Миф о том, что подростка нужно отпустить из семьи, позволив ему общаться только со своими сверстниками, не просто неверен, но и вреден (Голдинг У., Суриц Е., 2017). Подростки могут научить друг друга новому лишь в рамках того опыта, который у них уже имеется, накоплен к моменту их встречи. Для дальнейшего личностного развития им необходимо иметь в своем окружении людей более взрослых и опытных, выстраивающих такие отношения с подростком, которые будут полезны и для развития его личностной системы, и для других его значимых систем (семьи, нации, страны и др.).

Именно этот этап развития вне семьи, когда проявляется потребность подростка стать социальной личностью, чтобы создавать в дальнейшем собственные системы (семью, организацию, сообщества и др.), используют преступники. Террористы, сектанты, политические лидеры, группы фанатов различной направленности подбирают подростков, которые не имеют курирующего их взрослого окружения, чтобы вовлечь в свою среду, сделать их своими последователями.

Поэтому ключевым решением для семьи с подростком также является парадоксальное поведение его близких: постоянное присутствие в жизни подростка (вместо требуемого им самим полного отделения). При этом общение постепенно становится все более взрослым, включает беседы по интересам, о сложностях в новых взаимоотношениях подростка, о планах на будущее, а также обсуждение болезненных и значимых тем, с которыми подросток неожиданно для себя сталкивается. Совместное времяпрепровождение в семье должно обрести новое качество: отвечать меняющимся потребностям и интересам всех – как других членов семьи, так и подростка. Кроме того, необходимо предоставить подростку возможность брать на себя обязательства по его участию в жизни семьи, определить его долю вклада в семейную жизнь. На задний план отходит забота о подростке со стороны родителей, которую они проявляли в более раннем его возрасте: планировали за него его жизнь, обеспечивали всем необходимым, ограничивали нежелательные знакомства и поддерживали те, которые выбирали сами родители. При этом очень важно обозначить те части и области жизни, которые подростку остаются необходимы и обеспечиваются пока только его близкими: финансы, жилье, безопасность, психологическая поддержка, помощь в выборе профессии, обсуждение и обмен мнениями по значимым темам.

ЕСЛИ КЛИЕНТ ПСИХОЛОГА – ЖЕНЩИНА

Особо нужно сказать о психологической помощи женщинам, жалующимся на семейные тяготы.

Сначала поговорим о полных семьях, где оба супруга являются биологическими родителями своим детям.

Достаточно часто обращаются к психологу за помощью те женщины, кто не работал несколько лет, воспитывая детей. Обычно жалобы с их стороны на неучастие мужа и/или детей в семейных и бытовых заботах появляются в период, когда дети начинают ходить в школу и на дополнительные занятия самостоятельно. Женщина в этот момент обретает больше свободного времени, остается одна дома. Одновременно более ярко проявляется то, что ее работа – обслуживание других членов семьи. Получается, что ранее она сама брала на себя то, что соотносилось с ее пониманием «хорошей семьи»: она мать маленьких детей и жена их отца, который зарабатывает им всем на жизнь. Теперь же дети стали взрослее и могут обслуживать себя сами, да и муж не маленький мальчик. Однако, как становится все более и более явно, никто из них ничего нового на себя не берет, оставляя все привычным образом на руках матери и жены.

Здесь приходится помогать преодолевать инертность системы и каждого члена семьи. Сама женщина должна будет не просто продекларировать свое желание освободиться от части домашних дел, но и быть готовой действительно ими больше не заниматься. Мужу придется признать, что его супруге необходима помощь, состоящая в том, чтобы он взял на себя обязанности, которые до этого не признавал своими.

Только если они оба согласятся уменьшить нагрузку на жену и муж возьмет на себя часть домашних дел, в перераспределение обязанностей включатся дети. Если же мать потребует помощи, а отец с ней не согласится, дети станут орудием их борьбы между собой. И разовьется супружеский конфликт, а не пересмотр нагрузки в семье.

Другим вариантом является решение обоих родителей увеличить объем обязанностей детей, не меняя распределения бытовых забот между родителями, – это лучший вариант, чем если с подобными требованиями будет выступать только мать.

Чаще всего подобная ситуация легче разрешается при выходе женщины на работу. В этом случае все признают ценность изменений в жизни семьи, и вопрос о перераспределе-нии обязанностей по дому возникает естественно: все учатся или работают и все ухаживают за местом, где живут.

Однако если женщина и выйдя на работу продолжает сохранять за собой ответственность за весь объем домашней работы, то ситуация только усугубляется. Фактически она заявляет всем членам семьи: «Я со всем справлялась и могу дальше справляться без вас», – и все это принимают. Во-первых, так привычно, во-вторых, конечно, удобно, так как освобождает время и силы для увлечений и деятельности вне дома.

Еще одним часто встречающимся паттерном в семье является замалчивание своих потребностей и желаний. При этом возникает ситуация недостаточной информированности членов семьи.

Теми, кто замалчивает, руководят разные чувства и соображения:

— стремление не доставлять лишнего беспокойства близким;

— боязнь отказа;

— страх нанести близкому вред или обидеть;

— страх разрушить отношения;

— стыд просить что-то для себя и чувство унижения при этом;

— страх потерять доверие, любовь, уважение и др.;

— жертвование собой ради спокойствия других и др.

Однако в любом случае что-то оказывается скрыто, спрятано, не донесено до партнеров по отношениям. В ответ замалчивающий часто ожидает, что и его беспокоить не будут. Или что оценят жертвенность. Или что сами догадаются, что ему нужно, и обеспечат это без лишних просьб. Подобные ожидания оказываются ловушкой для всех членов семьи.

Все выше обозначенные проблемы выявляются семейным психологом обычно на первой же встрече. Особенно если накал эмоций в семье велик и семья приходит в том составе, который предложил психолог по телефону «семейному диспетчеру».

Острота ситуации, тревога каждого члена семьи, напряженность атмосферы в семье показывают необходимость и возможность создания изменений непосредственно на первой же встрече, здесь и сейчас. В этом случае мы можем говорить об оказании срочной или скорой психологической помощи семье.

КРАТКОСРОЧНАЯ И СКОРАЯ ПОМОЩЬ: СХОДСТВА И РАЗЛИЧИЯ

Скорая помощь нужна НЕ всегда. Чаще мы используем периодическую, иногда регулярную, реже непрерывную внешнюю помощь: медицинскую, юридическую, педагогическую, социальную и др. И лишь помощь в рамках семьи существует постоянно, и очень редко ей нужна скорая помощь извне. Наоборот не должно быть.

Обычно мы обращаемся за внешней помощью ситуационно, время от времени. Те, кто это уже делал неоднократно, могут действовать целенаправленно: четко формулировать свой запрос, выбирать для его удовлетворения конкретного специалиста, объем нужной помощи и временной промежуток, необходимый для преодоления трудностей и возвращения себе самостоятельности и самодостаточности.

Однако чаще ситуация, вынуждающая обращаться за помощью, является (или кажется нам) новой, неожиданной и опасной настолько, что возникает ощущение собственной несостоятельности и растерянности. Это состояние мешает оценить как размер, так и вид необходимой помощи. В результате человек обращается к любому помогающему специалисту, надеясь на то, что он если и не поможет полностью сам, то перенаправит «к кому надо». Так обычно и происходит: любой практикующий специалист выделяет из запроса клиента часть, относящуюся именно к его профессии (специализации, компетенции), и обозначает, какие специалисты, по его мнению, могут помочь клиенту по другим частям его запроса.

Обращение за помощью в состоянии неопределенности, звучащее как «помогите хоть кто-нибудь!», – и есть запрос на скорую, неотложную помощь. Однако как только, говоря языком медиков, «диагноз поставлен» и путь к «выздоровлению» намечен, необходимость в срочности избавления от проблемы отодвигается на задний план, а более важным становится планирование процесса восстановления.

Таким образом, можно сказать, что скорая помощь нужна часто вначале, но составляет лишь малую часть процесса выхода из проблемной ситуации и/или состояния неопределенности, паники и беспомощности.

Итак, скорая помощь – это короткая, быстрая, безотлагательная помощь. В полной мере она обычно проблему не решает. Зато может остановить ее разрушительный рост и запустить процесс восстановления, оздоровления, обновления и продолжения нормального развития системы.

Скорая помощь оказывается первично в любой ситуации, оцениваемой семьей как острая. Она позволяет определить актуальные страдания и тем самым остановить распространение проблемы. При краткосрочной помощи внимание обращается на актуальную ситуацию, при скорой – на пугающе-гибельные ее аспекты для семьи как системы и для отдельных ее членов. Скорая помощь обеспечивает спасение от гибели (физической и/или психологической). Степень опасности оценивается как членами семьи, ищущими скорой помощи, так и самим помогающим специалистом. Собственно, для оценки степени опасности к нему и обращаются.

Избавление от неопределенности тоже может быть скорой помощью, особенно когда ожидание беды вызывает настолько высокую тревогу, что с ней трудно справиться. Например, вступительные экзамены держат в таком напряжении абитуриента, что он решает не ходить на последний экзамен или забирает свои документы из института, не дождавшись объявления результатов при поступлении. Или студент, обычно первого или второго курса, в процессе учебного семестра начинает прогуливать занятия и, боясь предстоящей сессии, становится настолько тревожным, что заболевает. Поддержка членов семьи, их присутствие в его жизни, общее волнение, подтверждение совместного участия в данной ситуации, а также нормализация самого состояния неопределенности помогают сформировать опыт толерантности к ситуациям неопределенности, который не только купирует актуальную проблему, но и будет полезен в будущем.

Другим примером неопределенности может служить внезапно появившиеся симптомы болезни, а также впервые выявленное заболевание. Как справляться с ним? Насколько оно опасно? Каковы должны быть участие и помощь заболевшему со стороны каждого члена семьи? Пока не произошло распределения ролей и ответственности, неопределенность заставляет всех метаться и замирать от ужаса. Подчас из-за этого состояние больного настолько ухудшается, что помочь ему становится очень трудно: угнетенное психическое состояние начинает усугублять физическое. Именно поэтому древняя полемика между врачами, говорить или не говорить больному диагноз, если есть смертельная опасность, со временем переросла в обсуждение вариантов, как именно надо сообщать о нем самому больному и членам его семьи.

В данном случае скорая психологическая помощь необходима. И если нет рядом психолога, умеющего оказать ее, то овладеть способами ее оказания должны врачи.

Однако часто семья в полном составе (все, кто включен в ежедневное общение с больным) не попадает в поле зрение врачей. И тревога, множащаяся в недрах семьи, может разрушать успехи лечения: члены семьи, не включенные в преодоление болезни, ощущают собственную изолированность. Болезнь начинает внедряться в семейную систему, что характеризуется появлением различной симптоматики у ее членов. Поэтому необходимо уделить внимание каждому члену семьи, уже общающемуся с больным, а также привлечь тех, кто еще нужен им всем для успокоения сейчас и далее в процессе выздоровления. Обнаружение, что не один, а все члены семьи страдают и готовы участвовать в решении проблемы, приносит огромное облегчение каждому из них.

Еще одна частая причина обращения к семейному психологу – низкая успеваемость ребенка в школе или институте. Во второй половине учебного года эта тема обычно наполнена таким высоким уровнем тревожности, что рационально подойти к разрешению ситуации не способен в семье никто.

Скорая помощь в подобном случае состоит в исследо-вании реальности и сопоставлении мнений о ней каждого члена семьи. Так у членов семьи создается система опор друг на друга: все включены в ситуацию, никому она не внове, все имеют о ней свои суждения, которые могут быть сопоставлены и даже изменены. Психолог оказывает здесь скорую помощь через возвращение контроля над ситуацией в процессе ее открытого обсуждения.

Полноценная помощь, для которой может потребоваться и длительное время, – это создание благоприятной обстановки в семье, которая поддерживается ее членами без постоянной внешней поддержки.

Краткая помощь семье – это создание сдвига, внесение чего-либо нового, что семейная система примет в свой арсенал, а затем будет применять и разворачивать, то есть это создание изменений, которые Грегори Бейтсон классифицировал как «различия, порождающие различия» (Бейтсон Г., 2000; Боденхамер Б., Холл Л. М., 2017). В этом специалист опирается на свойство семьи как живой системы развиваться. Любой процесс развития происходит не гладко и постепенно, а ступеньками и скачками, особенно если говорить о заметных изменениях. Специалист пользуется этим, чтобы поддержать семью в ее небольших шагах в сторону нового – неизвестного и желанного, пугающего и остающегося невозможным, если продолжать придерживаться привычных стратегий.

Если говорить о технической стороне психологической помощи, то можно выделить три ключевые ее аспекта:

1) специалист выявляет, как именно члены семьи взаимодействуют и мыслят в существующей проблемной ситуации, и высказывает иной взгляд на нее. Его точка зрения отражает глубинно ценностный смысл, который вынуждает семью продолжать привычное, хоть и болезненное, взаимодействие;

2) психотерапевт предлагает членам семьи привнести в свою жизнь нечто новое, действовать по-другому, не так, как привычно, и непосредственно на приеме, и между встречами с ним;

3) он побуждает к открытому обсуждению тех сторон взаимоотношений и переживаний, которые ранее были скрыты, недоступны или находились под запретом используемых семьей норм и убеждений.

То есть специалист помогает семье переосмыслить актуальную ситуацию, получить новый опыт взаимодействия и открыто обсуждать его результаты. Фактически он ставит под сомнение годность того, что было создано семьей ранее, для ее настоящего и будущего, а затем оказывает поддержку в создании и осознании нового опыта.

УНИВЕРСАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ КРАТКОСРОЧНОЙ ПОМОЩИ (УМ КПП) СЕМЬЯМ