Возвращение на остров Свободы

Пролог

Размалеванные страшными драконами тачки, грохоча, как танки с диким ревом неслись за изящным, маленьким «Мустангом», как стая волков за зайцем. Слышался непрекращающийся звон – преследователи поливали жертву градом пуль, которые легко отскакивали от бортов «форда». Это бесило уродов, жуткие завывания время от времени оглашали окрестности. Вывалившись из окон, отморозки попытались попасть в низ щитка, прикрывающего колеса. Пара машин опасно сблизилась и торчащий на борту «плавник», как нож масло «разрезал» одного из них, фонтан крови ударил из остатков трупа, залив салон второй машины. Ее водитель потерял управление и вылетел в кювет. Разъярившись от неудач, один из бандитов вытащил гранатомет, выпустил ракету, которая с воем рассекая воздух ударила в бампер «жертвы», отрикошетив, вынесла мерзавца на полотно, прямо под колеса его сотоварищей. Одна из машин закрутилась на кровавом фарше, в нее врезалось еще несколько машин, увеличивая кучу искореженного железа. Страшный взрыв потряс окрестности – груду метала начали поглощать языки пламени. Впереди выросли разрушенные каменные ограждения моста. Как молния «Мустанг» понесся вперед, ощутимо подскакивая на раздолбленном покрытии. Пара уродов вылезла через люк в крыше своих «танков» и орала, потрясая дробовиками и гранатометами:

– Козел! Гребанный кусок дерьма! Мы тебя на кусочки порежем! Зажарим! И съедим!

Фрэнк усмехнулся и нажал рычажок, в днище образовался проем, из которого вылилась прозрачная жидкость, которая тут же застыла, как лед. Пара тачек завертелись волчком, снеся ограждения моста, они рухнули вниз. Но это только разозлило остальных. Стая рванула вперед с еще большей скоростью. Вместо того, чтобы увеличить скорость, Фрэнк сбросил ее, и бандиты начали стремительно нагонять его. Он нажал кнопку, у машины, у самого днища открылись небольшие, незаметные крылья, а сзади образовались ракетные сопла. Он взглянул на приборную панель, удовлетворенно заметив, что до цели осталось пару минут. Машина неотвратимо приближалась к огромному, зияющему обрыву – там, где мост был разрушен. Подлетев на всех парах к краю, Фрэнк нажал рычажок, из сопел вырвалось яркое, почти бесцветное пламя, машина взвилась вверх, перелетев сотню метров, шлепнулась на другой стороне и понеслась вперед. Бандиты радостно заорали вслед:

– Сопляк! Думаешь от нас уйти так! Не уйдешь! Мокрое место от тебя останется!

Одна за другой тачки преследователей переносились через обрыв и приземлялись на другой стороне. Фрэнк усмехнулся и щелкнул тумблером на панели. Странный, тягучий звук огласил окрестности и пролетные строения начали складываться, как костяшки домино. Как молния черный «Мустанг» летел вперед, а сзади обрушивались перекрытия. Вылетев на другой берег, Фрэнк резко развернул машину и остановился как вкопанный. Вылез из нее, медленно подошел к краю, туда, где только что еще были остатки моста и с улыбкой взглянул вниз – на дне неистовые языки пламени пожирали кучу металлолома – все, что осталось от «танков» его врагов. Вытащив из кармана сигареты и, откинувшись о борт машины, он с удовольствием закурил. «Твою мать, столько адреналина я еще не получал. Кто бы мог подумать, что здесь так круто будет», – подумал он с усмешкой.

Глава 1

Фрэнк бросил задумчивый взгляд на журнал, который лежал у него на столе, открытый на странице с громким заголовком: «Вечная молодость —Aqua Miracle »

– Ну и что тебе удалось выяснить, Лео? – спросил Фрэнк.

Лео протянул папку, которую Фрэнк быстро пролистал, вытащил фотографии. Покачал головой, увидев лица, перекошенные безумным весельем, похожие на восковые маски, поплывшие от жара.

– Так-так, отлично! Черт возьми, Лео. Прекрасная работа. Мы теперь сможем прикрыть эту мерзкую лавочку. Где они берут сырье, выяснили?

Лео поморщился, вытащил из кармана сигареты, закурил. И затем задумчиво проронил:

– Нет.

– Как это нет? – удивился Фрэнк. – Я вижу тут два, нет три отчета твоего человека, внедренного на фабрику Бартоломью. И что вы не смогли понять, откуда этот подонок берет сырье? – иронично добавил он.

– Они привозят состав в канистрах. Где берут, мы выяснить не смогли. Знаем только, что перевозят судами. Один из наших людей внедрился в команду. Его пропустили через такие «фильтры», будто брали на службу в Пентагон. Спрашивали, относится ли он с симпатией к коммунистам.

Фрэнк с улыбкой взглянул на Лео и спросил:

– И что он ответил?

– Сказал, что ненавидит. И демократов тоже, потому что те продались паршивым коммунистам и социалистам.

Фрэнк коротко рассмеялся и удовлетворенно отметил:

– Молодец.

– Вот, что ему дали прочитать для ознакомления, – добавил Лео, бросая Фрэнку брошюрку. – Ухохочишься. Я почитал. Большего идиотизма не видел никогда.

Фрэнк взял брошюрку, бросил взгляд на название «Человек – разумный эгоист», год издания —1948, и вдруг улыбка сползла с его лица. Лихорадочно пролистал и, подняв глаза на Леон, приказным тоном поинтересовался:

– Дальше что? Рассказывай! Быстро!

– Рассказывать больше нечего. Он исчез.

– Как это исчез? Его похитили? Почему ты не сказал об этом сразу? Надо было сразу идти в полицию.

– А что я бы там сказал, Фрэнк? Что советник мэра занимается промышленным шпионажем? – буркнул Лео.

– Так, понятно, – проронил Фрэнк, откидываясь на спинку кресла с недовольной гримасой. – Ты очень боялся меня скомпрометировать. Замечательно! А то, что пропал человек, тебе не волновало? Черт возьми, Лео. Ты должен думать о моей репутации в последнюю очередь. Понятно тебе? Ладно, я сам позвоню в полицию. Мне на мою репутацию наплевать. Расскажи подробней.

Лео поморщился.

– Его радиомаяк перестал работать в этих координатах.

Лео взял со стола папку, пролистал и ткнул пальцем. Изумился, увидев, каким удивлением, даже страхом засветились глаза друга. Фрэнк лихорадочно пробежался по клавишам своего ноутбука, вызвав карту. И нахмурился.

– Да-да, Фрэнк. Именно так. Здесь ничегошеньки нет. Никакой суши. Но его не выбросили за борт. Даже, если бы его убили, радиомаяк работал бы все равно, и мы бы его нашли. Но он просто исчез. Будто переместился в другое измерение.

– А судно вернулось?

Лео кивнул. Фрэнк отошел к окну, нервно закурил. Лео заметил, как у друга чуть заметно дрожат пальцы. Он подошел к нему и поинтересовался:

– Что дальше будем делать?

– Мне нужна твоя помощь, – глухо проронил Фрэнк.

– Я к твоим услугам. И что тебе нужно?

– Твои гениальные способности хакера.

– Вот как? Решил взломать сеть Пентагона и вывести «ястребов» на чистую воду? – поинтересовался Лео с иронией.

– Это было бы замечательно, только не сейчас.

– Фрэнк, если ты тоже пропадешь, я повешусь, – сказал Лео совершенно серьезно.

– Не пропаду. Я и не из таких переделок выбирался, – произнес спокойно Фрэнк.

Лео покачал задумчиво головой. Те места, из которых выбирался друг, оставили неизгладимый след на его внешности. В свои тридцать шесть тот имел совершенно седые волосы и взгляд человека, побывавшего в аду.

– Я с тобой, – сказал Лео.

– Нет. Один поеду. Ты мне там обузой будешь.

– Это еще почему? – обиженно перебил его Лео.

– Потому что я там уже был, а ты – нет, – объяснил спокойно Фрэнк.

Лео потерял дар речь. Изумленно взглянув на него, через силу он пробормотал:

– И ты действительно знаешь, что там находится?

– Думаю – да. Надеюсь.

– И зачем тебе туда тащиться? Не проще пойти в полицию?

– Копы там ничего не найдут, как не нашел я. Хотя потратил несколько месяцев, – ответил с горечью Фрэнк.

– Ничего не понимаю. Если ты там ничего не нашел, какого дьявола ты собрался? И что ты там надеешься найти?

– Город, Лео. Прекрасный город. Где живут мои друзья. И женщина, которую я люблю, – ответил он, и в его голосе Лео не услышал ни капли иронии, лишь затаенную печаль.

Ашер Захари, внушительного вида мужчина под пятьдесят, облысевший, и немного обрюзгший, но старательно поддерживающий себя в хорошей физической форме, взглянул на большие старинные часы, висевшие на стене слева от него, и подумал, что человек, которого он с определенным интересом ждет, должен появиться здесь с минуты на минуту. Он бросил удовлетворенный взгляд на раскрытую папку и вздрогнул от требовательного стука в дверь. Тут же, не дожидаясь разрешения, в кабинет прошел высокий, худощавый мужчина в светлых брюках и черной рубашке, короткие рукава обнажали мускулистые, жилистые руки, а расстегнутый ворот демонстрировал чрезмерно волосатую грудь. Темные волосы, выстриженные на затылке, переходили в изящные бакенбарды и заканчивались разлохмаченным чубом. Даже в помещении он не снял непроницаемых, солнцезащитных очков, закрывавших почти все лицо. Из-под них виднелись плотно сжатые, тонкие губы и квадратная, выступающая вперед, нижняя челюсть с недельной щетиной. Без приглашения гость подошел к креслу, повесил на спинку свою черную, кожаную крутку и вальяжно развалился. Вытащив массивный, золотой портсигар с огромным, ярко блестевшим «булыжником» на крышке, закурил. Захари чуть заметно поморщился от бесцеремонности гостя. Но ничего не сказал, ибо ждал именно этого.

– Ну что же, мистер Форден, вы прочли брошюру? – спросил Захари.

– Выучил наизусть, – хрипло бросил гость. – Иногда, кажется, я это написал. Настолько мне близко. Всегда ненавидел комуняк, и мерзких демократишек, которые давно пляшут под их дудку. Вы сказали, что черножопых там тоже нет?

– Совершенно верно. Ни левых, ни чернокожих, ни какой-либо другой швали. Мне импонируют ваши взгляды, – проговорил удовлетворенно Захари, сцепив пальцы на животе. – Так, так, у вас несколько судимостей. Бутлегерство, киднеппинг, вооруженный грабеж. Ого, непредумышленное убийство первой степени, – закончил Захари с явным одобрением.

Злая ухмылка искривила губы гостя.

– Заказчик попался капризным, – пояснил тот. – Но зато я приобрел влиятельные знакомства. Но ближе к делу, мистер Захари. Что я получу за свои бабки? Имеет мне смысл все бросать и тащиться в такую даль?

– Вы получите хороший дом, первоначальный капитал. Обмен ваших денег десять к одному. И никакого преследования полиции. Я вижу вас разыскивает Интерпол, – отметил Захари, лицо собеседника презрительно скривилось. – И запомните, вы никогда не сможете вернуться, – добавил он, бросив пристальный взгляд, пытаясь понять, какое впечатление эти слова произвели на него. – Даже, если будете испытывать сильную ностальгию.

– Это то, что нужно, – быстро ответил гость. – По «техасскому коктейлю» я вряд ли когда-нибудь соскучусь. Когда отправляться? – деловито поинтересовался он.

– Когда завершите дела здесь, – ответил Захари.

Гость рассмеялся коротким, злым смешком и бросил:

– Я здесь все закончил. А начинать не стоит.

– Через неделю из Города отправится теплоход. Теперь одна из кают «люкс» принадлежит вам, мистер Форден, – торжественно проговорил Захари, подавая собеседнику пакет документов в изящной кожаной папке.

Когда гость ушел, Захари раздвинув жалюзи, незаметно понаблюдал, как Форден садится в Каддилак CTS-V с затененными стеклами, и удовлетворенно подумал, что не ошибся в этом человеке. В таких они очень нуждались. Наглых, волевых, идущих на пролом, плюющих на общественное мнение.

Фрэнк стоял на палубе, облокотившись на перила, поежился, утро было промозглым, серым, прохватывал неприятный ветер. Закашлялся, и застегнул куртку до горла. Вытащил сигареты, но ощутил, что курить совсем не хочется. Ржавая посудина, пропахшая тухлой рыбой, совсем не походила на красавец-теплоход, который ему обещали. Хотя отдельную каюту, маленькую и тесную, он все-таки получил, в отличие от своих товарищей по несчастью, которые сидели кучей в тесном трюме, как селедки в бочке. Он держался особняком от них, но они тоже не жаждали познакомиться с мрачным типом в черных очках, которых он не снял, хотя солнце пряталось в темных, низких облаках.

– Привет, – услышал он чей-то голос.

Фрэнк недовольно обернулся и увидел молодого блондина с простоватым, округлым лицом и носом-картошкой. Судя по костюму – роскошному пиджаку с бархатным воротником, и светлым, хорошо отутюженным брюками, он тоже ехал в отдельной каюте.

– Борис Кайманов, – представился он. – Но зовите меня Бобби. Я так привык.

– Генри Форден. Можно – Хэнк. Вы русский? – поинтересовался Фрэнк.

– Да, – проронил молодой человек.

Фрэнк усмехнулся.

– Надо же. У меня отец – русский. И давно в Штатах?

– Нет. Лет пять. Хотел творить в свободной стране. Получилось плохо. Как думаете, нас там не поставят к стенке? – поинтересовался он.

– Не знаю, – честно сказал Фрэнк. – Но такая вероятность есть.

– Я живу в каюте неподалеку от вашей, – добавил Борис. – Давайте перекинемся в картишки. Не возражаете?

Фрэнк довольно кивнул. Они прошли в каюту молодого человека, которая казалась уютной и просторной. Борис достал колоду карт и спросил:

– Во что сыграем? В покер, преферанс, бридж?

– В преферанс, – ответил Фрэнк, ощущая поднимающийся в груди азарт.

Они сели за столик около окна, и начали игру. После первого круга, Фрэнк отвлекся, и обнаружил в вещах нового знакомого черный, кожаный футляр.

– Сакс? – спросил он. – Увлекаетесь?

Борис кивнул.

– Я – джазмен. А вы как к джазу относитесь?

– Уважаю. И люблю. Особенно Фрэнка Синатру, – ответил Фрэнк.

– А сами не пытались? – поинтересовался Борис.

– Мать мучила в детстве уроками на фортепьяно, так что при желании смогу заработать на хлеб себе таким путем, – усмехнувшись, объяснил Фрэнк.

– А, на самом деле, чем занимаетесь? – спросил Борис.

– Бизнесом, – честно ответил Фрэнк.

– Да? А говорили, что вы мафиози, – с улыбкой проронил Борис.

– Это одно и то же. Разница в том, попался или нет, – объяснил насмешливо Фрэнк.

– А вы попались?

– Пару раз, – бросил Фрэнк.

– Черт возьми, я опять остался при двух, – разочарованно проронил Борис. – Не знаю, какой бизнесмен, но игрок из вас отличный.

Он достал еще бутылку скотча. Разлил по стаканчикам. И, взяв один, сказал торжественно:

– Давайте выпьем за то, чтобы у нас там все получилось? Вы согласны?

– На брудершафт! – добавил Фрэнк, уже чуть заметно опьянев.

Выписывая ногами кренделя, Фрэнк отправился в каюту, когда уже было далеко за полночь. Доплелся до койки, и рухнул без сил, провалившись мгновенно в сон. И лишь ужасающий рев сирены заставил его проснуться. Находясь еще между сном и явью, Фрэнк отчетливо увидел сырые стены, по которым бежали струйки грязной воды, кандалы на своих руках и ногах, ощутил затхлый воздух. Вздрогнул и окончательно пришел в себя. Он по-прежнему находился в своей каюте, но теперь в иллюминатор бил яркий солнечный луч. Подхватив чемоданчик и пощупав вшитый в рубашку сверток, вышел на палубу. Пассажиры гуськом спускались по сходням вниз. С облегчением он вздохнул и огляделся. Над зданиями порта возвышались небоскребы из стекла и бетона, в воздухе пахло свежестью и цветущими липами. Его путешествие закончилось. Он быстро прошел к сходням и направился вниз. Всей толпой их загнали в тесный ангар, где не было даже стула. Солнце нагрело металлическую крышу, стало невыносимо душно и жарко. Фрэнк подошел к Бобби, стоявшему у стены, поприветствовал его. Бледный, измученный вид нового знакомого свидетельствовал, что тот очень растерян.

– Почему нас не выпускают? – срывающимся голосом спросил он. – Что с нами делать будут?

– Думаю, обычный контроль, – ответил спокойно Фрэнк. – Как на любой границе, для эмигрантов. Разве ты такого не проходил, когда в Штаты переехал?

– Нет. Иначе было, – проскулил Бобби. – Нас тут как рабов держат.

– Ну что же ты хочешь. Здесь особое место. Свои правила, – с горечью объяснил Фрэнк.

Бобби бросил на него испуганный взгляд. Фрэнк услышал, как называют его фамилию, одобряюще похлопал Бобби по плечу и пошел к выходу. Его провели в комнатку с узкими окошками у самого потолка. Здесь стоял стол, за которым сидел маленький, незаметный человечек с серой, ничем не примечательной внешностью, гладко выбритое лицо, маленькие глазки-буравчики, мешковатый фланелевый костюм. Фрэнк сел напротив и приготовился ждать

– Пол Келли. Проведу беседу, перед тем, как вы сможете обосноваться в городе. Вы читали это? – спросил он, показывая очень хорошо знакомую книгу с пафосным названием «Человек – разумный эгоист».

– Да. Очень внимательно, – ответил Фрэнк.

– Отлично. Поэтому вам будет очень легко понять, что в нашем городе приняты именно те законы, которые изложены в этой книге. Первое – в городе существует ничем не ограниченный свободный рынок. Вы можете покупать и продавать все, что душе угодно. Все взаимоотношения добровольны, вы свободны выбирать, что продавать, как и кому. Никаких ограничений в виде правительственных законов не существует. Правительственных органов тоже нет.

– А если я захочу открыть заведение, у кого разрешения получать? – спросил Фрэнк.

– Вы можете открыть что угодно, без всякого разрешения, вам не нужно получать лицензию на товары, которые вы хотите производить. Или услуги, которые хотите оказывать. Можете строить что хотите и как. Никакого контроля.

– Здорово! – воскликнул Фрэнк. – То, что нужно!

– В городе нет дорожных знаков – светофоров, пешеходных переходов, ограждений, линий разметки, ничего, что ограничивало бы вашу свободу, – продолжил Келли, не обращая внимания на комментарии.

– А дорожная полиция? – перебив его, поинтересовался Фрэнк.

Келли поморщился от бесцеремонности собеседника, но ответил:

– Никакой полиции. Вы сами следите за тем, как и где вы ездите, или ходите.

– А пьяным можно? – радостно спросил Фрэнк.

– Ну, если вам жизнь не дорога, – ответил Келли, скривившись. – Если вы собьете кого-то или столкнетесь с кем-то, разбираться будете сами. В городе есть несколько страховых компаний, которые обеспечивают защиту и помощь в разрешении этих вопросов.

– Круто! – воскликнул Фрэнк. – Именно об этом я всегда мечтал!

– Второе – никто не имеет права применять физическое насилие в отношении другой личности

– Как это? – изумился Фрэнк. – А если кто на меня нападет, я что должен как идиот стоять и не сопротивляться? – возмущенно добавил он.

– В случае самообороны вы можете нанести адекватный удар. Разрешается ношение любого оружия, которое вы можете себе позволить. Получать лицензию на него, естественно, не нужно. Третье – вы никогда никому не должны оказывать помощь безвозмездно. Это строго наказуемое деяние. Никакого альтруизма. В городе запрещена социальная помощь, благотворительность. Вы не имеете права никому помогать. Никогда. Вы хотите узнать почему?

Фрэнк равнодушно пожал плечами. Хотя ему очень хотелось узнать, с чем связаны ужесточение законов бывшего хозяина города – Алана Райзена, чью книжку ему все время совали под нос.

– Несколько лет назад альтруизм одного мерзавца, который незаконно проник в город, довел его до катастрофы, поставил на грань краха и полного разрушения, – сказал резко Келли. – Поэтому в нашем городе слово «альтруизм» является запрещенным. И карается высшей мерой.

– А кто будет наказывать? – спросил быстро Фрэнк.

– Ваши соседи, все, кто об этом узнает, – ответил совершенно серьезно Келли. – Тех, кто проявляет альтруизм, жалость, сострадание ждет виселица. В городе существуют частные суды, тюрьмы, палачи, которые выполнят эту работу. Ну и последнее – вы никогда не сможете покинуть наш город. Дабы не разглашать тайны его местонахождения. Вот ключи от вашей квартиры, адрес, документы. Ваши деньги вы можете обменять в любом банке города. С вас сто долларов, – закончил он.

Фрэнк вытащил бумажку с портретом Бенджамина Франклина и недовольно пробурчал:

– Почему квартира? Мне обещали дом.

– Мистер Форден, в наш город переехало слишком много людей с более значительным, чем у вас состоянием, – с чуть заметным презрением изрек Келли. – Поэтому за ваши деньги вы можете получить только пентхаус. Но потом в ваших силах заработать любой дом, по вашему вкусу.

Фрэнк вышел из комнатушки с полным ощущением, что его разыграли. Никак не мог представить жизнь в городе, где нет никаких законов. Увидев газетный киоск, с замиранием сердца бросил взгляд на дату и с облегчением вздохнул. С тех пор, как он покинул это место, прошло всего три года. Хотя, радоваться тоже не стоило. В этом городе один год мог идти за десять. Развернув купленную карту, Фрэнк присвистнул от удивления. Город значительно вырос, превратился в крупный мегаполис. Сейчас он походил на маленькую страну. С трудом обнаружив где-то на самой окраине дом, в котором ему выделили квартиру, Фрэнк понял, что добраться туда пешком не представляется возможным. Вздохнул, вышел за ворота и чуть не оказался под колесами мчавшегося на него «понтиака». Поток машин двигался совершенно хаотично, в любом направлении, Фрэнк не увидел не только линий разметки, но даже тротуаров. Отскочив в сторону, мысленно выругался и решил, что первым делом нужно купить тачку. Но вот незадача – чтобы купить, нужны местные деньги, а их можно получить лишь в банке, куда надо каким-то образом добраться. Живым. Фрэнк, скрепя сердце, решил проголосовать. Существовала опасность, что абориген завезет к черту на кулички и ограбит. Около него остановился массивный, «носатый» Паккард 50-х годов прошлого века. Фрэнк заглянул внутрь, увидев тщедушного человечка с лысой головой, на которой изредка пробивались кустики волос.

– Седьмая авеню, дом двадцать один, – сказал Фрэнк.

– Пять баксов, – пробурчал неожиданно густым басом человечек.

Сев рядом на переднее сиденье, Фрэнк недовольно подумал, что зря перестраховался и указал адрес за квартал до банка. Водитель скорее мог испугаться его, небритого типа в черных очках. Откинувшись на заднем сиденье, Фрэнк осматривал город, ощущая, как сосет под ложечкой от воспоминаний. Мимо проносились цветущие липы, чугунная ажурная решетка, особняки в стиле барокко менялись на небоскребы, протыкающие небо своими шпилями. Машина ощутимо подскакивала на колдобинах, и Фрэнк подумал с иронией, что за эти годы никто так и не удосужился отремонтировать улицы. Автомобиль резко затормозил около подъезда. Фрэнк хотел вылезти, но вдруг ощутил, как ему в грудь уперся ствол.

– Сто баксов, – просипел водитель. – И медленно. Иначе продырявлю, – добавил он с нескрываемой злобой.

Фрэнк опустил глаза вниз, и, увидев дуло револьвера, подумал, что таксистом работать в городе очень выгодно. Показывая свои движения, он сунул руку в карман, достал мелочь, отсчитал сто баксов и протянул водиле. Смерив его презрительным взглядом, тот быстрым движением нажал кнопку, и лихо выпихнул Фрэнка в открывшуюся дверь. И мгновенно исчез из поля видимости. Фрэнк встал на ноги, и, отряхнувшись, только покачал головой, усмехнувшись про себя, что отделался слишком легко. Водитель мог убить его и заполучить все бабки случайного попутчика.

Быстрым шагом Фрэнк направился в сторону банка, не теряя бдительности. Хотя здесь движением было очень редкое, опасность попасть под колеса оставалась. Пройдя сквозь вращающуюся дверь банка, Фрэнка оглушила сирена, он интуитивно вжал голову в плечи. Но потом увидел, что никто к нему не бежит, сломя голову, и не орет: «Руки за голову!» Остановившись посреди просторного зла, огляделся по сторонам. По залу дефилировали люди, деловито подходили или отходили от окошек. Фрэнк попытался спросить одного из них, где ему обменять деньги, но человек бросил такой осуждающий взгляд, что Фрэнк осекся и замолчал. Наконец, подошел к первому попавшемуся окошку.

– Я хочу обменять американские доллары на местную валюту, – произнес он.

Голос гулко прозвучал под сводами зала, но не возымел никакого действия. Обернувшись по сторонам, Фрэнк вдруг заметил в углу несколько информационных автоматов, как стояли раньше в метро. Они даже чем-то их напоминали. Фрэнку показалось, что он услышит женский механический голос: «Транспортная сервис-служба. Чем могу помочь, сэр?». Изучив меню, Фрэнк понял, что «волшебный ларец» откроется только, если он кинет ему монетку. Чертыхаясь, истратив почти всю мелочь, которую обменял в порту, наконец, добрался до нужной информации. Его осенило, проблема была в том, что он совершенно зря надеялся, что кто-то захочет помочь ему. Безвозмездно. Усмехнувшись, направился к нужному окошку и сунул туда пачку купюр. Получив искомое, вздохнул с таким облегчением, как будто ему пришлось, угрожая оружием грабить этот несчастный банк.

Выйдя наружу, Фрэнк обратил внимание на автосалон с надписью «Golden Motors», на другой стороне. Резво уворачиваясь от несущихся по улице машин, Фрэнк добрался до двери в салон. Информационных автоматов он не заметил, поэтому быстро подошел к единственному продавцу, стоявшего в центре со скучающим видом, и быстро сказал:

– Мне нужен форд «Мустанг». Лучше GT или «Кобра».

И с удивлением увидел, как глаза продавца испуганно расширились, кровь отлила от лица и он пролепетал:

– Форды не выпускаются в нашем городе, сэр. Это запрещено.

Фрэнк хотел спросить, почему проводится дискриминация пионера американского автомобилестроения, но не решился.

– Можем предложить Шеви кабриолет, – взяв себя в руки, произнес продавец.

Фрэнк задумался. Собственно говоря, если «Мустанг» заполучить не суждено, то все равно, какую машину покупать, лишь бы ездила. Вдруг раздался резкий, мерзкий вой сирены. Продавец, вжав голову в плечи, быстро шмыгнул в служебное помещение. Вместе с воем сирены со скрежетом стали опускаться металлические, гофрированные щиты. Они закрыли высокие окна, выходящие на улицу и стену, с выходами. Ничего не понимая, Фрэнк огляделся и вдруг услышал звук, как будто кто-то консервным ножом вскрывали огромную жестяную банку. В щите образовался проем, из него упала вырезанная плита. Через дыру шагнуло трое бритоголовых парней в кожаных куртках и штанах с заклепками на самых неожиданных местах. Один из них, поменьше ростом, но, видимо, самый наглый, увидев зазевавшегося покупателя, вразвалку подошел к Фрэнку и просипел:

– Быстро, кошелек.

Фрэнк, не торопясь, достал из внутреннего кармана бумажник, куда предусмотрительно положил лишь мелкие купюры. Главарь, взяв кошелек, бросил недоуменный взгляд, будто удивлялся, что крутой мужик так легко расстался со своими капиталами.

– Куртку сними, – добавил он приказным тоном.

– И штаны, – хихикнув, сказал один из сопровождавших главаря.

Фрэнк медленно стащил с себя куртку, бросил главарю, и пока тот жадно ощупывал добычу, молниеносно выхватив беретту «Шторм» «национального» 45-го калибра, упал на пол. Под сводами гулко прогремело несколько выстрелов. Главарь, получивший пулю в лоб, рухнул вниз, как подкошенный. Один из подручных, раненый в плечо и грудь, корчился на полу. Третий отморозок, вместо того, чтобы схватить оружие, затрясся мелкой дрожью, на четвереньках побежал к проему и выпрыгнул наружу. И Фрэнк с презрением поморщился, услышав, как громко завизжали шины отъезжающей машины. Отдышавшись, осмотрелся и подумал, что надо как можно быстрее линять отсюда, пока его не захапала полиция. За убийство человека ему светила, как минимум тюрьма. Он направился к проему, как вдруг услышал подобострастный голос:

– Подождите, сэр, мы можем кое-что предложить.

Фрэнк удивленно оглянулся, подумав, что продавец шутит. Не обращая никакого внимания на валяющийся труп и бившегося в конвульсиях окровавленного бандита, продавец быстро оказался рядом и заговорщически пробормотал:

– У нас есть один экземпляр форда. Правда, в плохом состоянии… Хотите посмотреть?

Фрэнк кивнул и пошел вслед за продавцом. Они вышли на просторный двор, где под навесами стояли автомобили всевозможных цветов и марок. Продавец довел его до самого дальнего угла, стащил брезент, и Фрэнк замер, ощутив, как сильнее забилось сердце. Его собственный «Мустанг Кобра Джет»! Фрэнк тут же радостно понял, что машина вовсе не в таком уж плохом состоянии. Он сам перед тем, как покинуть город, выкрасил ее так, что она казалась полной развалиной. Подняв капот, с ликованием обнаружил, что хотя двигатель в грязи, пыли, паутине, но цел и невредим.

– Сэр, к сожалению, у нас нет автомехаников, которые бы могли восстановить двигатель. Никто не занимается фордами, – быстро проговорил продавец с сожалением, решив, что потенциальный покупатель сильно разочарован развалюхой.

Но Фрэнк, стараясь не выдать своих чувств, медленно произнес:

– Вы можете мне предоставить инструменты?

– Конечно, сэр, – пролепетал продавец. – Десять долларов в час.

Фрэнк усмехнулся, никак не мог привыкнуть, что здесь надо платить за все. Он провозился пару часов, сменил маслопроводы, отчистил крышку воздухозаборника от ржавчины, перебрал движок. И наконец, затаив дыхание, сел за руль, любовно провел по нему, ручке ручного тормоза, переключения скоростей, приборной панели. Попробовал педали. Показалось, что даже знакомый запах еще сохранился в салоне. Удовлетворившись, Фрэнк вновь вышел в зал, заметив, что тела убраны, кровь замыта, а щиты подняты. Посредине по-прежнему, скучая, стоял продавец.

– Где я могу покрасить машину? – спросил Фрэнк.

– У нас, сэр. Пятьдесят долларов, – радостно ответил тот. – В какой цвет желаете?

– «Воронова крыла», – ответил Фрэнк, усмехнувшись от мысли, что нарушает заповедь Генри Форда: «Если машину надо красить, значит пришло время купить новую».

Он выехал за ворота, включил радио, покрутив ручку, и услышал голос Фрэнка Синатры, который пел «Come Fly with Me». Отбивая ритм пальцами, вжал педаль газа в пол, ускорение прижало к креслу, и он ощутил подступающую к горлу невероятную радость, сердце забилось сильнее, будто удалось заполучить синюю птицу удачи, за которой гнался всю жизнь. Он не знал, с каким сожалением проводил его взглядом продавец. Тот решил, что сильно прогадал, продал такую роскошную машину всего за двести баксов. «Откуда мне знать, что этот чувак такой спец?!» – раздраженно думал он.

Фрэнк решил первым делом посетить завод Роджера. Несколько раз проехав по улице, остановился в недоумении. И вдруг понял, что на месте завода возвышается здание из серого бетона с маленькими окошками. Чтобы окончательно убедиться в этом, Фрэнк вылез из машины, подошел к подъезду и понял, что именно на этом месте раньше находился завод, с голубым овалом и словом «Ford» над входом. Радость от покупки машины угасла. Он уселся за руль и ощутил, что жутко проголодался. С той поры, как он ел в последний раз, прошли почти сутки. Желудок явно начал давать о себе знать. Остановился около одного заведения, и решил зайти. С опаской. У входа задержался, его пронзила мысль, не отравится ли он, ведь страховку он купить не успел. Но голод пересилил страх. Внутри помещение напоминало погребок со стенами, имитирующими булыжную кладку. Играла ласкающая слух музыка. Фрэнк сел около столика на мягком кожаном диванчике. Когда через четверть часа официант принес еду, выглядевшую вполне съедобно, Фрэнк углубился в нее, ощутив, как у него разливается по телу приятное тепло. Заботы и тревоги ушли на второй план. Он вздрогнул и выронил вилку, когда услышал знакомый женский голос. Бросил быстрый взгляд на эстраду. Там стояла певица в роскошном малиновом платье, с разрезами по бокам, обнажавшим стройные ножки. Длинные, черные, как смоль волосы, большие, манящие глаза, чувственный рот. Сомнений не осталось – это была Эдит. Реальная, живая, во плоти. Ему захотелось сразу броситься к ней, но он взял себя в руки, придирчиво рассмотрев, радостно удивился, что она совершенно не изменилась, на лице не появилось ни одной морщинки. Будто бы не прошло почти три года с тех пор, как взрыв вынес его из этого города. Его смутило, что Эдит с ее обворожительной внешностью и дивным голосом поет в забегаловке, но подумал, что в принципе это легко исправить. Представил с удовольствием, как опять откроет для нее театр, где она сможет блистать, как прежде. А закончив все дела здесь, просто увезет ее, наконец, в Сан-Франциско. С улыбкой он внимал голосу, и с нетерпением ждал, когда сможет, наконец, обнять стройное тело, прижаться к губам. Представил, что это настоящая удача – в первой же забегаловке найти главный объект своих поисков. Не иначе, как произошло чудо, и небо вознаградило за все переживания. Когда подошел официант, Фрэнк, вытащив, стодолларовую бумажку, с намеком произнес:

– Я хотел бы поговорить с девушкой, которая только что пела.

Официант изумленно взглянул на него и вдруг гнусно захихикал.

– Мистер шутит, – пробормотал он.

– Я не шучу, – зло бросил Фрэнк, ощущая, как в груди копиться ярость. – Я готов заплатить за это.

Официант, даже не взяв купюру, отошел от Фрэнка и ушел, содрогаясь от смеха. С полным желанием разнести это заведение на куски, Фрэнк ринулся в служебные помещения. Ощупывая беретту в кобуре, обошел коридор, открывая двери и наткнулся на худосочного типа в болтающимся на нем фланелевом, мятом костюме.

– Мистер, что вам здесь нужно? – гнусаво спросил тот.

Фрэнк остановился и процедил сквозь зубы:

– Я хочу увидеть певицу.

– Певицу? – удивленно переспросил тип. – Какую?

– Которая только что пела! – прорычал Фрэнк. – Понятно? Это что так сложно?!

Парень, взглянув на него с нескрываемой жалостью, как на тяжелобольного, проронил:

– Хорошо, пойдемте.

Он прошел к последней комнате, распахнул дверь. Фрэнк ворвался туда, оглянулся по сторонам, в поисках трюмо, за которым должна сидеть Эдит, но комната скорее напоминала чулан, без окон. Затхлый, противный запах бил в нос. С потолка на шнуре спускалась тусклая лампочка. Около стен стояли рассохшиеся стеллажи с барахлом. Парень подошел туда, где стояла длинная, серая коробка и отодвинул крышку. Фрэнк бросил туда взгляд и замер.

– Это механическая кукла, – объяснил парень. – Вы, наверно, недавно в городе? Таких кукол вы можете купить во многих магазинах. Разных, поющих, или для секса. Как пожелаете.

– Робот? А реальная женщина? Прототип? – нетерпеливо спросил Фрэнк. – Она не возражает против этого?

Парень вдруг взглянул на него с таким же ужасом, точь-в-точь, как продавец в автосалоне. И через паузу тихо проговорил:

– Мистер, реальной не существует. Естественно. Она уничтожена.

Фрэнк ощутил, как почва уходит у него из-под ног.

– Как это – уничтожена? – переспросил Фрэнк. – Убита?

– Вы задаете слишком много вопросов, – бросил недовольно парень.

Фрэнк вытащил купюру, сунул в руку, но тот скривился и не стал брать.

– Будете продолжать в том же духе, окажитесь на виселице, – проскрипел он. – Если хотите узнать подробно, советую посмотреть подшивки газет за октябрь 1959 года, – добавил он и быстро ушел, высоко поднимая ноги, как цапля.

Фрэнк поплелся к выходу. Без сил опустился на сиденье. Все оказалось напрасным. «Надо узнать, что все-таки произошло» – упрямо подумал он. Открыв справочник, нашел ближайшую библиотеку. Остановив машину у входа в здание, похожую на большую коробку для обуви, вошел внутрь и увидел скучающую консьержку.

– Мадам, мне нужно просмотреть подшивки газет, – сказал он.

– Двадцать долларов час, – ответила она с таким же равнодушным видом.

Фрэнк вытащил сотню, бросил ей и начал подниматься по лестнице. В читальном зале он увидел такую же скучающую женщину, которая совершенно не обрадовалась посетителю.

– Мадам, мне нужны подшивки «Tribune», «Standard» и «Городских новостей» за октябрь 1959 года, – произнес он, заметив с удивлением, как испуганно воззрилась на него дама.

– «Городские новости»? – пролепетала она. – Мистер, все экземпляры этой газеты уничтожены.

Фрэнк ощутил, как теряет контроль над собой.

– Почему? – грубо спросил он. – Почему «Городские новости» были уничтожены? Чем эта газета помешала? Вы можете мне объяснить? Тем, что критиковала принципы бывшего хозяина этого города? Поэтому? Говорите! Я заплачу вам! – добавил он, понимая, что в этом проклятом месте ему никто не поможет бесплатно.

Дама начала бледнеть, краснеть, покрываться пятнами. Простой вопрос ее напугал так, что она оказалась на грани обморока. Но Фрэнк так злобно смотрел на нее, перекатывая желваки, что она, наконец, выпалила:

– Эту газету издавал враг нашего города. Он пытался разрушить, уничтожить все! Из-за него произошла катастрофа!

Фрэнк тяжело вздохнул, задержал на минуту воздух в легких. Он не мог объяснить испуганной женщине, что сам выпускал эту проклятую газету.

– Ладно, дайте «Tribune» и «Standard», – пробормотал он.

Получив подшивки, Фрэнк уселся за стол, начал просматривать. Несколько месяцев было пропущено, естественно, во время гражданской войны. Когда он долистал подшивку до октября, ему в глаза бросился заголовок: «Суд над пособниками Фрэнка Фолкленда!». Он дошел до списка под заголовком: «Мерзавцы получили по заслугам!», перед глазами вспыхивали знакомые имена: Эдит Веллер, Берта Верден, Юджин Коллинз, Питер Стэнвуд, Роджер Кармайкл, Эстелла Райзен, Дэвид Дэнтон, Симона Бонье. Список возглавляла его собственная фамилия. Против каждого стояла одна фраза: «казнь через повешенье». «Они всех казнили из-за меня. Даже тех, кому я просто помог», – подумал Фрэнк с горечью. Он медленно встал из-за стола и пошел к выходу. Больше всего ему хотелось застрелиться, прямо здесь из его беретты.

Когда он вышел на улицу, уже совсем стемнело. Тусклые фонари бросали неверный свет на окружающие предметы. Он сжал зубы до боли, до хруста и вдруг увидел типа, который копался рядом с его «Мустангом». Выхватив пистолет, прикончил его, сел за руль и без сил опустил голову на руль. Он не знал, сколько он просидел – десять минут, двадцать. Потом вдруг вспомнил, что в этом городе он должен выполнить еще две задачи, о которых даже не начал думать. Завел машину и направился к дому, где ему выделили квартиру. По мере того, как он приближался к месту назначения, дома становились все меньше и хуже, редели деревья и когда Фрэнк остановился около нужного дома, у него напрочь пропало желание вообще вылезать. Окна дома выходили на пустырь, больше похожий на помойку, заваленную тряпьем, раздавленными банками, разбитыми бутылками, ржавым железом. Взяв себя в руки, уняв дрожь, Фрэнк вылез из машины, достал беретту, взвел курок, и огляделся. Часть окон было разбито и заткнуто тряпьем, или фанерой. Загнав машину в самый дальний угол двора, он забросал ее мусором, подумав, что совершенно напрасно потратил полсотни баксов на покраску. С сомнением оглядевшись, направился к подъезду. Здесь воняло дешевой похлебкой, испражнениями, стиранным бельем. Он поднялся на последний, пятый этаж, квартира меньше всего походила на пентхаус, скорее на мансарду, со скошенным потолком, со стенами из необструганных деревянных балок, выкрашенных в голубовато-серый цвет. Она состояла из двух комнаток, крошечной кухни с плитой и двумя газовыми горелками. В спальне стояла кровать, которая занимала почти все пространство и высокий, узкий деревянный шкаф. В другой комнате – диван с разодранной спинкой, круглый столик и в углу крошечный телевизор. Фрэнк усмехнулся, получить за его пятьсот тысяч подобную лачугу он совсем не ожидал. Хотя по сравнению с остальными неприятностями это уже не имело значения. Сел на диван, который жалобно скрипнул под ним и вытащил свежие газеты, решил просмотреть биржевые сводки. И вдруг нахмурился, заметив на первой странице «Tribune» заголовок, набранный крупным кеглем: «Справедливое возмездие!», опустив глаза ниже, ощутил, как холодеет от ужаса. На первой странице шел фоторепортаж о казни нескольких человек, которые обвинялись в левых взглядах. Подпись под первой фотографией гласила: «Справедливый приговор!», потом шла фотография с тремя висящими трупами на виселице и последняя, с этими же трупами, лежащими на земле. «Так вот до чего дело дошло», – подумал Фрэнк безнадежно. «И все из-за моего проклятого альтруизма». Он ушел в спальню, упал без сил на кровать, уставился в потолок, взял пистолет, взвел курок. «Нельзя быть такой тряпкой! Черт возьми!» – подумал он сердито. Бросил пистолет в ящик, укрылся дырявым пледом и ощутил что ужасно, адски устал. Глаза стали слипаться, в последнюю минуту подумал, что хорошо, если приснится Эдит.

Его разбудил дикий шум, вопли, что-то звенело, будто били посуду, потом с грохотом начала падать мебель. Ничего не понимая, Фрэнк сел на кровати, прислушался. Звуки усилились, но все перекрывал детский, отчаянный крик: «Папочка, папочка, не надо!» В первую секунду, Фрэнк решил броситься на помощь. Но остановил себя: «Твою мать, очередной порыв и окажусь на виселице!» И вдруг подумал с улыбкой: «Черт с ним. Может «там» мне дадут встретиться с Эдит…» Он взвел курок береты, сбежал вниз, перешагивая длинными ногами через несколько ступенек. Туда, где слышался страшный шум. Ногой распахнул жалкую, фанерную дверь. И увидел здоровенного бугая с ножом, который изумленно уставился на возникшего перед ним странного парня. Фрэнк, молча наставил на него «пушку» и процедил сквозь зубы:

– Если не прекратите скандал, всех замочу к чертовой матери!

Краем глаза он заметил спрятавшуюся за низкий комод худенькую женщину, которая закрывала двух белобрысых малышей с большими распахнутыми глазами – одного лет пяти, другого постарше – лет двенадцати.

– Чо здесь надо? – пробурчал амбал, поигрывая ножом.

От него несло жутким перегаром, он плохо держался на ногах. Фрэнк понял, что ублюдок в дупель пьян, и не видит в руках противника пистолета. Выстрел обрушил на голову разъяренного главы семейства куски штукатурки. Это немного охладило его.

– Нож брось, – сказал спокойно Фрэнк. – И пасть затки, иначе дырок в тебе наделаю. Понял? Я не шучу.

Амбал заморгал глазами. Небритый мужик, явившийся ниоткуда, если не испугал, то сильно озадачил. Но следующий выстрел заставил его выронить нож. Фрэнк бросил быстрый взгляд на женщину, которая дрожала в углу, и постарался сделать вид, что его совсем не волнует ее состояние.

– Значит так. Я – Генри Форден. Сюда переехал. И пока здесь живу, здесь не будет никаких скандалов. Если услышу шум, – медленно чеканя слова, ледяным тоном проронил Фрэнк. – Наделаю из всех вас фарш. Понял, гребанный кусок дерьма? – закончил Фрэнк, обращаясь лично к бугаю.

Тот, несмотря на габариты, значительно превышающие противника, вдруг затрясся мелкой дрожью, и, поморгав глазами, пробормотал, чуть заикаясь:

– Да, мистер Форден, мы поняли. Этого не повторится. Обещаю.

Глава 2

Фрэнк проснулся от осторожного стука, или скорее царапанья в дверь. Лишь к утру он задремал беспокойным, поверхностным сном и странный шум заставил его мгновенно очнуться. На пороге стол белобрысый мальчуган с банкой, которую он сунул Фрэнку и сказал, сильно картавя:

– Мама просила передать. Спасибо, мистер.

Фрэнк усмехнулся, подумав, что у него теперь появилось оправдание в виде оплаты за помощь. Он ощутил, что здорово проголодался, а в доме, кроме подаренной банки варенье нет ничего. Зашел в ванную комнату, покрутил ручку душа. Естественно горячей воды в подобном доме отродясь не водилось. Но ледяной поток только заставил мозги быстрее заработать. Фрэнк вспомнил, что в этом городе защита осуществляется страховыми компаниями. Поэтому первым делом решил обратиться в подобное учреждение. Он нашел машину там, где ее оставил, в куче мусора. Теперь роскошный «мустанг» опять стал выглядеть, как развалюха, но это уже совершенно не волновало.

Фрэнк выехал на улицу, яркое, солнечное утро совсем не улучшило его мрачного настроения. Ощущение тупой, бессильной безысходности, когда ничего нельзя вернуть, исправить, заполняло душу. Доехав до ближайшей конторы, Фрэнк остановил машину, вышел, огляделся. Страховая компания располагалась в высотном многоэтажном офисном здании с маленькими окнами-бойницами, и с квадратными колоннами, отделанных гранитом. На двенадцатом этаже, рядом с дверью висела мраморная табличка с выбитыми на ней золотыми буквами: «Возрождение». В небольшой комнатушке, за столом скучал клерк, худощавый молодой человек с простоватым лицом, с гладко приглаженными, блестящими от бриолина волосами.

– Что вы хотите, сэр? – спросил молодой человек.

– Застраховать свою жизнь, машину, квартиру, – ответил Фрэнк, протягивая ему документы.

Клерк еле сдержался, чтобы не зевнуть, взглянул в паспорт, и равнодушно проронил:

– Где вы живете, мистер Форден?

– Двадцать седьмая авеню, дом двадцать один.

Молодой человек скривился и поинтересовался:

– Вы недавно приехали в город? Чем занимаетесь?

В его голосе звучало нескрываемое презрение.

– Пока ничем. Только приехал. Буду заниматься бизнесом. Автомобильным.

Клерк вздохнул и изрек:

– Что у вас за машина?

– Форд «Мустанг Кобра Джет 428».

Молодой человек ощутимо поморщился и пробурчал:

– Мы пока не можем вам помочь. Когда у вас будет работа, тогда приходите.

– Какая вам разница, есть у меня работа или нет? – стараясь держать себя в руках, раздраженно спросил Фрэнк. – Я заплачу вперед за несколько месяцев. Я располагаю средствами.

– У нас такие правила, – ответил клерк. – Для тех, у кого нет определенного дела, мы можем выполнить только разовые поручения, если оплата будет вперед.

– Какие поручения? – удивился Фрэнк.

– Ну, например, вы захотите решить вопрос с вашим компаньоном, или конкурентом. Мы поможем вам. В кратчайшие сроки.

Фрэнк непонимающе взглянул на молодого человека, пытаясь осознать, что тот имел в виду. Увидев мучения собеседника, он разъяснил:

– Если вам кто-то мешает, мы его устраним. Также его семью, родственников, знакомых. Как закажите.

– Убьете? – осторожно уточнил Фрэнк.

– Да, – просто ответил клерк. – Цена зависит от оружия, которое будет применяться и количество объектов. Оптическая винтовка – дороже, зато чище и незаметнее. Можем отравить, задушить, инсценировать самоубийство. Все, что подскажет ваша фантазия.

– А как с правосудием?

– Очень просто. Мы предоставим вам адвоката, прокурора, судей. На выбор. Если захотите – присяжных. Некоторые наши клиенты очень любят, когда присяжные выносят вердикт, – объяснил собеседник. – Также на выбор любая тюрьма. От камер с комфортом отеля Ритц до каторжных работ, в кандалах. Наши клиенты могут быть уверены, они получат все, что пожелают.

– А если семья жертвы тоже будет клиентами вашей компании, то как тогда? – поинтересовался Фрэнк. – В пользу кого склонится чаша Фемиды?

Фрэнк тщетно пытался скрыть иронию, но клерка это не взволновало.

– Мистер Форден, вы задаете слишком много вопросов, – произнес он сакраментальную фразу. – Кстати, за визит вы должны заплатить двадцать долларов.

Фрэнк вытащил купюру и проговорил:

– Ну и на каких условиях вы предоставите мне услуги?

– Если у вас будет солидный бизнес. Скажем, оборот товаров, услуг не менее ста тысяч в месяц. Если меньше, то вам придется искать другую компанию.

– А как вы выясните, солидный у меня бизнес или нет? Или так – фикция, раздутый мыльный пузырь?

Клерк с превосходством взглянул на Фрэнка.

– Легко, мистер Форден. Приходите, когда разбогатеете, – добавил он, швыряя паспорт под нос несостоявшегося клиента.

Фрэнк вышел на улицу, и вдруг показалось, что сотни оптических винтовок смотрят на него с крыш, из открытых окон, он будто видел дуло, прицеливающиеся из-за занавесок. В переулках скрывались отморозки, готовые броситься на жертву и придушить ее одним движением. Он направил свой «мустанг» к другому зданию, где находилась страховая компания «Древо жизни». Его встретила внушительная, железная дверь. Набрав код, он услышал резкий, металлический голос:

– Что угодно?

– Хочу заключить договор с вашей компанией, – быстро сказал Фрэнк.

– Ваше имя? – спросил невидимый собеседник.

Фрэнк назвал свое вымышленное имя и услышал грубый ответ:

– Мистер Форден, мы не заключаем договоры с кем попало.

В других агентствах его встречали или грубо, или равнодушно. В душе копилась злость и ярость. Несколько раз проезжая мимо магазинов, торгующих оружием, Фрэнк жаждал зайти туда, купить пистолет-пулемет М60 и расстрелять к чертовой матери всех клерков, которые отказали ему. Когда список агентств иссяк, он почувствовал себя совершенно беспомощным. Просидев четверть часа, упершись лбом в руль, он ощутил, как отчаянье вдруг начало исчезать, переходить в упрямое желание отомстить этому равнодушному, мерзкому миру. А для этого надо быть очень и очень богатым. Где он может стать очень богатым? Конечно, на бирже. Перед глазами вспыхнул образ Мартина Грея, друга детства, который мгновенно разбогател на биржевых спекуляциях. «Пришло время использовать опыт Мартина», – подумал Фрэнк. Хотя друг никогда в жизни не стал бы давать советы кому-либо. Особенно просто так. Но Мартин часто подшучивал над Фрэнком, говорил, что его честный друг никогда в жизни не сможет кого-то обмануть, заполучить деньги легким путем. Фрэнку так надоели издевательства Мартина, что он предложил ему пари. В кратчайший срок сделает себе миллион из воздуха, создав финансовый пузырь. И когда этот «пузырь» лопнет, Мартин потеряет кучу денег. Мартин расхохотался в ответ и предложил:

– Я ставлю на это свой загородный дом в Майями, а ты, ну скажем акции на один из филиалов твоей компании? Идет?

Фрэнк согласился. Через пару месяцев, Мартин напомнил Фрэнку об их разговоре.

– Я не вижу договора на приобретение акций, – сказал он с иронией. – Кажется, ты обещал. В случае проигрыша.

– Я же продал тебе акции моей компании, – сказал весело Фрэнк. – Она называется «Белые страницы». Издательство. Выпускает огромными тиражами бестселлеры.

Мартин смертельно побледнел и через паузу пробормотал:

– И что это не так?

– Разумеется, нет. Это фикция, мыльный пузырь. Но как я это сделал – моя коммерческая тайна.

Конечно, Фрэнк не стал рассказывать, что с помощью своего друга-хакера, Лео Макконела запустил в Интернет слухи о нескольких бестселлерах, по популярности находящихся на втором после Корана. Оплатил рекламу самым популярным блоггерам, которые ненавязчиво предлагали прочитать «великие» творения, издававшиеся процветающим издательством «Белые страницы». Лео создал в Сети фальшивые блоги, в которых не существующие люди обменивались бурными впечатлениями об этих книгах. Фрэнк даже не понял, почему на это фуфло купилось столько людей. Ему удалось сделать два миллиона на продаже акций издательства, которое якобы издавало несуществующие бестселлеры. И он считал это самым отвратительным поступком в своей жизни. И никогда не смог справиться с виной перед другом.

Фрэнк отправился в библиотеку, опять засев за подшивки газет, чтобы подробно изучить фондовый рынок. Он обладал великолепной памятью, аналитическими способностями, поэтому быстро запоминал, просчитывал тенденции, математические модели. Все это не имело никакого значения, главным было узнать реальную информацию о состоянии дел всех компаний города. На следующий день он приехал на биржу, которая располагалась рядом с площадью Атлантов в большом, нелепом здании с квадратными колоннами, над которыми возвышалось странное сооружение из темно-серого камня с маленькими окнами-бойницами. Новичка здесь приняли не штыки, но равнодушно. Стрекотали телеграфные аппараты, брокеры выкрикивали цифры. Вечером, после закрытия Фрэнк ушел с чувством, что большие собаки считают его маленькой шавкой, которая путается под ногами, но, в сущности, мало мешает. Вложив десять тысяч, на следующий день он потерял три, на следующий день – еще пять. Но через некоторое время Фрэнк начал понимать, что, поскольку никакого контроля со стороны административной системы не существует, цены акций существующих компаний оставались пассивными, скакали вверх и вниз акции компаний-однодневок, которые торговали непонятно чем. Деньги появлялись и исчезали из воздуха. Теория волн Элиота, которым чаще всего подчиняется ситуация на любом рынке, здесь не работала. Существовала несколько конкурирующих групп, которые управляли ценами. Фрэнк понял, что входя то в одну, то в другую группу можно почти без потерь выходить из любой операции. Поначалу это стоило ему немалых денег, но затем он, наконец, сумел понять законы. Минимизировав свои потери, каждый раз закрывал свои позиции с прибылью. Но дело продвигалось медленно, чтобы занять высокое место, нужно было получить быстро как минимум миллион, и Фрэнк продумал и организовал несколько мошеннических схем, послуживших разорению нескольких банков и крупных брокерских контор. Фрэнк устраивал все через подставных лиц, но прекрасно понимал, что нажил себе огромное количество врагов, которые в небольшом городе его «вычислят» и отомстят. Он не стал покупать страховку. Потому что понял, что их деятельность мало похожа на защиту жизни и здоровья клиентов.

Фрэнк вернулся домой, виллу на берегу озера. Участок стоил безумных денег, поэтому здесь мало, кто мог позволить себе жить. Всегда существовала опасность нападения воров, поэтому Фрэнк создал невидимую, но очень эффективную защиту против непрошеных гостей. Она не закрывала прекрасный вид на озеро, в котором отражались деревья и горы на другом берегу, но позволяли легко ликвидировать любого, кто посмел бы без разрешения приблизиться к вилле ближе, чем на сто метров. Фрэнк прошел в прихожую, просмотрел почту. И выбросил все приглашения в мусорную корзину. В последнее время он все сильнее ощущал тупое равнодушие. Вытащил бутылку скотча и, усевшись в кресло, закрыл глаза.

– Мистер Форден, – услышал он голос горничной Аманды. – К вам пришел мистер Бейли. Он хочет поговорить с вами.

– Не знаю никакого мистера Бейли, – бросил устало Фрэнк. – Пусть убирается ко всем чертям.

Через паузу Аманда, чуть заметно волнуясь, повторила:

– Мистер Бейли говорит, что ему очень нужно. Вопрос жизни и смерти.

Эти напыщенные слова вдруг рассмешили Фрэнка, и он решил увидеть наглеца, который под таким глупым предлогом собрался проникнуть к нему. Он включил защиту третьего уровня – «защитный барьер», который прозрачной стеной огородил его от посетителя. Защита первого уровня обволакивала все тело невидимой, пуленепробиваемой пленкой, но требовала огромных энергетических затрат.

В комнату прошел невысокий, худощавый человек, в поношенном, темно-сером костюме, его вытянутое лицо с печальными, круглыми глазками выражало полное отчаянье. Редкие кустики волос топорщились на голове, в руках он мял старую, поношенную шляпу.

– Мистер Форден, я пришел к вам, чтобы просить, – начал без всяких предисловий мистер Бейли. – Просить вас не уничтожать мою компанию. Пожалуйста, если цена акций еще упадет, я разорюсь.

Фрэнк удивленно взглянул на посетителя. За то время, как он провел на бирже, участвую во многих махинациях, разорилось не меньше десятка компаний. Пара владельцев застрелилась на его глазах. Один принял яд и умер в страшных мучениях. Фрэнк поморщился, вспомнив, как умирающий залил фиолетовой пеной весь пол.

– И мне что до этого? – поинтересовался Фрэнк. – Ну и разоритесь. Это ваши проблемы. Вы думаете, что есть причина, по которой я вдруг решу вам помочь?

Фрэнк подумал, что Бейли упадет на колени, начнет умолять, просить, воздевать руки. Но он тихо сказал:

– Я знаю, это глупо. Но мне почему-то показалось, что вы не такой, как все. Простите, я ошибся.

Он развернулся, чтобы уйти. Фрэнк взглянул на его сгорбленную спину и вдруг спросил:

– Мистер Бейли, что делает ваша компания?

Гость обернулся, в его глазах появился проблеск надежды.

– Автомобили, – быстро ответил он. – Мы выпускаем легковые автомобили. Нам очень трудно конкурировать с другими компаниями, но некоторым наши машины нравились, – закончил он совершенно упавшим голосом.

Фрэнк так быстро выскочил из-за стола, что ткнулся лбом в защитную стену, и грязно выругавшись, выключил ее.

– Мистер Бейли, сколько стоит ваша компания. Реально?

– Восемьсот тысяч, – ответил Бейли. – Стоила. Сейчас около трехсот. Вы хотите купить?

– Я хочу посмотреть ваш завод, – ответил Фрэнк.

Бейли удивленно взглянул на него и пробормотал:

– Я не хотел бы продавать… Вы ведь закроете его? Люди останутся без работы.

– Нет, я не собираюсь закрывать. У меня другие планы, – произнес Фрэнк с улыбкой. – Ну, идемте.

– Вы хотите прямо сейчас посмотреть? – удивился Бейли. – Сейчас поздно, все закрыто.

– Ладно, завтра утром. Где находится ваш завод?

– Около площади Меркурия. Мистер Форден, вы не будете понижать цены моих акций? Пожалуйста.

– Не буду, – ответил Фрэнк, хотя понимал, что это совершенно невыгодно. Когда можно уронить цены и скупить почти даром.

На следующее утро, он отправился на площадь Меркурия. Он всегда ездил один. Считал, что телохранители лишь расслабляют и от них мало толку. Увидев проходную завода Бейли, Фрэнк ощутил, как от воспоминаний сжалось сердце. Это чем-то напоминало завод Роджера, хотя само помещение было меньше, но расположение цехов, внешний вид здания почти не отличался. Фрэнк прошел в сборочный цех, ухмыльнулся, увидев конвейер. Рабочие бросали на него злые, раздраженные взгляды и опять углублялись в работу. Видимо, они уже знали, что скоро у компании появится новый владелец.

– Мистер Бейли, позовите мне главного инженера, пусть расскажет о работе вашей компании.

Бейли удивленно воззрился на него и пробормотал:

– Мистер Форден, зачем вам это нужно?

– Боитесь, что я украду ваши секреты? – поинтересовался с улыбкой Фрэнк. – Просто хочу понять уровень вашей работы. И что можно изменить.

Бейли ошарашено посмотрел на биржевого спекулянта, который интересовался производством автомашин и через паузу сказал:

– Хорошо, мистер Форден. Я позову.

Фрэнк прошел за ним в кабинет, где стоял большой круглый стол из красного дерева, окруженный стульями со спинками