Поместье. «Змеиный холм»

Диана

Дождь всё не прекращался – будто бы знал, что является неотъемлемым дополнением к тому, что окружало вокруг. Свинцовое небо, прогнулось под тяжестью туч наполненных до бесконечности водой. Под ними, неприветливое место казалось откровенно враждебным: деревья по сторонам просёлочной дороги, как будто нарочно выросли корявыми, вызывая неприятное чувство, от которого бежали мурашки по коже. Осень наступила недавно, но в листве деревьев и кустарников, не было буйства красок – одни блеклые, похожие на сырые тряпицы, листья.

Диана Свон, ехала в своей старой машине по этой не радующую глаз, просёлочной дороге и была занята мыслями: «…надо же, угораздило меня попасть в такую передрягу. Хорошо ещё хоть сумела вовремя смыться. Всё из-за её наивности. Давно уже пора остепениться, и перестать западать на всяких этаких „мачо“. Знала же, что ни к чему хорошему это не приведёт: ну развлеклась, ну получила что хотела. А дальше-то на что она рассчитывала? Что он ради неё будет готов на всё? Да-а, Дианочка какая же ты дура, никак не повзрослеешь. Вот и оказалась из-за своих приключений на свою пятую точку опоры, в пятой точке опоры. И автомобильным рессорам, кажется конец, – с ещё большей грустью подумала Диана.– А дождь всё льёт и льёт – дворники на лобовом стекле едва справляются. Как бы машина не заглохла. Она хоть и старая, но это всё что у меня есть: старый автомобиль, да пара сотен долларов в кошельке. Будет тебе наукой в следующий раз», – с каким-то злорадством подумала про себя Диана. И где она теперь оказалась? В каком-то захудалом месте, о котором она ни разу не слышала до последнего времени.

Утром, наспех перекусывая в какой-то забегаловке подгоревшей картошкой и бургером с недожаренной котлетой, Диана увидела на соседнем столике, валявшуюся среди грязных тарелок газету с объявлениями. В разделе «требуются», она отметила для себя одно подходящее, где говорилось, что требуется няня и помощница по дому для какой-то семьи, которая живёт, как решила девушка, где-то у «чёрта на рогах». Этот факт и стал причиной того, что она заинтересовалась этим объявлением и оказалась не пойми где, но главное подальше от тех неприятностей, которые ей грозили, вздумай она помедлить и не скрыться где-нибудь в захолустье.

«Да ладно, пересижу пару месяцев в тихом, мало кому известном месте, опять же деньжат немного подзаработаю, а там видно будет, что дальше делать, – размышляла Диана.– В тот паршивый городишко, конечно же не ногой. Поеду в Нью-Йорк. Там и затеряться можно и работу, может быть, удастся нормальную найти и, конечно держаться подальше от всяких на вид крутых парней в косухах на широких и сильных плечах, у которых бицепсы как камень и…»

«Так, – раздался внутренний голос в голове, – по видимому мало тебе Дианочка того, что тащишься не понятно куда? Правильно, наверно говорят: дурака могила исправит». Тяжело вздохнув, Диана ещё раз сравнила карту, что лежала у неё на коленях с описанием дороги в блокноте, которое ей продиктовали по телефону, когда она позвонила насчёт работы на должность няни и экономки. Голос, который ей ответил в телефонной трубке, показался ей немного странным, она так и не смогла определить, с кем разговаривает – с мужчиной или с женщиной?

На том конце провода не представились, а только подтвердили, что вакансия ещё открыта, и даже не поинтересовавшись, есть ли у неё опыт работы с детьми, кто она такая и чем раньше занималась, стали объяснять, где находится место её будущей работы. Диана не стала заморачиваться, по какой причине её будущие работодатели не столь взыскательны на этот счёт, а просто приняла как данность и решила, что ей в кое-то веки повезло.

Теперь она видела причину этой невзыскательности глядя на разбитую дорогу и подумала с горькой усмешкой, что если бы ей давали по доллару за каждую неприятность, которая с ней случалась, то она, давно уже была бы богачкой, каких свет ещё не видел. И будто в подтверждение этих невесёлых мыслей, грянул такой силы гром, что Диана подпрыгнула за рулём и громко выругалась.

День подходил к концу. Боясь, что ей придётся ночевать в машине, Диана вгляделась пристальнее в местность, ища подходящее под описание, какой-нибудь признак того, что она уже не далеко от места, к которому направлялась. Но впереди девушка по-прежнему видела кривые деревья по краям дороги, да саму дорогу всю испещрённую колдобинами.

Вдруг вглядевшись внимательнее в левый край дороги, она увидела небольшого пса. Потоки воды сбегали по его вымокшей, некогда белой, но теперь серой от грязи, шерсти. Пёс сидел, трясясь, и смотрел на приближающийся автомобиль. Диана проезжая мимо не отводила взгляда от пса, краем глаза следя за дорогой. Снова невесёлые мысли полезли ей в голову: вот, так же как и этот пёс, она одинока и никому не нужна.

Сравнив себя с бездомным бродяжкой, ей стало до того себя жаль, что заслезились глаза и захотелось разрыдаться. Нажав резко на тормоза, Диана сдала назад.

Подъехав к собаке, она перегнулась через спинку своего сиденья и открыла заднюю дверцу машины. Девушка стала ждать, что будет делать псина. Собака запрыгнула в салон и легла послушно на пол возле заднего сиденья. Подивившись такому примерному поведению собаки, Диана пожала плечами и поехала дальше. «Странное место, странный пёс, ужасная погода, всё моё богатство – пара сотен баксов, и видимо ночевать придётся всё-таки в машине. Может ли быть уже ещё хуже?» – задала себе она вопрос.

И как выяснилось дальше, лучше бы она его не задавала.

Знакомство

Наконец через сотню метров по тряской дороге Диана увидела поворот налево. Дорога шла вниз окружённая по-прежнему уродливыми деревьями. На некоторых из них сидели до жути огромные вороны. «Надо же, какие огромные, – подумала девушка.– Здесь случаем нигде нет, какого-нибудь завода по химическим отходам – было бы тогда понятно, почему здешние деревья такие жуткие, и вороны гибридные. В жизни не видела таких ворон».

Через пару десятков метров, дорога стала подниматься на довольно высокий холм, который возвышался впереди. Доехав до вершины холма, Диана удивлённо воскликнула. Дорога, петляя, уходила вниз по холму и вела прямо к поместью, где внизу, у подножия другого холма, располагался особняк. Будто из какого-то фильма-триллера про приведения, особняк являлся огромным, в три этажа, угрюмым зданием из серого камня. Вокруг огромного дома, располагались, из того же серого камня, постройки хозяйственных помещений.

Диана, плохо разбираясь в архитектурных стилях, не могла с точностью определить, к какому периоду времени и стилю принадлежит вся эта постройка, но то, что это были старинные здания не вызывало сомнения.

Начинало смеркаться. Диана осторожно повела машину вниз, включив передние фары. Подъехав ближе к поместью, девушка увидела, в каком запущенном состоянии находится всё вокруг: то, что она приняла за величественное и необычное, пока она находилась на вершине холма, рассматривая поместье, вблизи оказалось совсем не таким, каким нарисовало ей, её воображение. Кусты и деревья росли так, как им вздумается, для жухлой травы и разных сорняков здесь был настоящий рай.

Диана направила машину к дому, перед которым находился высохший и поросший сорняком фонтан. Она осторожно повела машину вокруг бассейна фонтана, разглядывая его. В темноте, было уже сложно что-нибудь разобрать, но девушка скорее почувствовала, чем увидела его безжизненность. Он напомнил ей старое надгробие на заброшенной могиле, которое она видела на кладбище, когда хоронила своего отца. Какое-то щемящее чувство возникло в груди. Наверное, этот фонтан стал последним штрихом на сегодня к её отчаянному положению, который дал сигнал внутреннему голосу, и тот в свою очередь возопил: «УЕЗЖАЙ ОТСЮДА НЕМЕДЛЕННО, ДУРА!»

Диана, проглотила ком, подкатившийся к горлу и в который раз проигнорировала этот голос, зная, что потом будет жалеть об этом. Вздохнув, девушка взяла свои нехитрые пожитки, собранные в одну спортивную сумку и вышла из машины. Собираясь захлопнуть дверцу, она услышала какую-то возню со стороны заднего сиденья и замерла, уставившись в ту сторону, откуда шёл звук. Медленно, из-за спинки переднего сидения выглянула помятая морда пса с заспанными глазами. Диана крепко выругалась про себя: «Чуть в штаны не наделала. Нервы, конечно же, дорогая у тебя ни к чёрту. Полечить бы, и башку заодно». Девушка дождалась, когда пёс вылезет из машины и закрыла дверцу. Дождь всё никак не унимался, и девушка за какие-то доли секунды оказалась насквозь промокшей до нитки. Она быстро направилась к парадной, огромной, дубовой двери особняка. В некоторых окнах на первом этаже, горел свет.

Взявшись за свисающий дверной молоток в форме свёрнутой змеи с открытой пастью, девушка постучала и прислушалась. Звук был таким, как будто внутри здание было пустым, и раздавшийся стук, казалось, был слышен даже в самых дальних уголках дома. Диана подождала немного и снова постучала. В душу закралось беспокойство. Девушка с тревогой подумала: « …а вдруг дома никого нет, и хозяева её не дождавшись, быстро смотались из этого жуткого дома с такой огромной дверью и страшным, уродливым дверным молотком?» Но наконец, за дверью раздался какой-то шум и дверь распахнулась. Диана незаметно с облегчением вздохнула и увидела силуэт мужчины, вполне нормального на вид – воображение совсем было пустилось в пляс, и она, готова была уже к тому, что на её стук, выйдет какой-нибудь жуткий старик в чёрном плаще и представится графом Дракулой.

– Добрый вечер, – поздоровалась Диана.– Извиняюсь, что так задержалась и приехала на ночь глядя, но должна признаться, мне с трудом удалось найти ваш дом.– Девушка попыталась мило улыбнуться, но треволнения давали о себе знать, и улыбка получилась вымученной.

– Хм, извините, а вы кто? – недоумённо спросил силуэт мужчины.

«Ого, вот этого я совсем не ожидала. Что за …?» – подумала в смятении Диана. Она почувствовала, как медленно нарастает чувство паники, но тут же постаралась его унять. «Так, успокойся и возьми себя в руки, – дал наставления внутренний голос.– Может это просто работник этого дома, который не в курсе, что должна приехать няня или кто там. К тому же, это совсем не тот голос, который звучал в телефонной трубке и объяснял, как сюда доехать».

– Меня зовут Диана. Диана Свон. Я сегодня утром звонила вам по поводу вакансии на должность няни и помощницы по хозяйству. По телефону мне сказали, что ещё никого не наняли и место няни свободно, а затем объяснили, как и куда ехать. Разве место уже занято? – В голосе девушки было такое отчаяние, да и сам вид её желал лучшего, что мужчина из жалости отступил в сторону и пригласил её войти.

Диана зашла в дом. За ней следом вбежал пёс и уселся рядом. Девушка огляделась. «Ничего себе. Да это же целый замок», – подумала она. Огромный холл был едва освещён электричеством от нескольких переносных ламп и торшеров, свет которых, не доставал до дальних углов помещения, от чего создавалось впечатление зловещей сумеречности.

Девушка впервые оказалась в таком громадном доме. Потолок был настолько высоким, что было не разобрать, были ли на нём лепнина с фресками, или это просто время, сырость и плесень явились причиной художеств изображённых на нём. Впереди, посередине холла, начиналась широкая лестница, ведущая наверх, к пролёту, от которого в свою очередь направо и налево вели вверх ещё ступени.

Ступени лестницы, как и сам пролёт, были из серого и тусклого гранита: некоторые из них, местами были отбитыми, потёртыми или потрескавшимися. Резные и витиеватые стойки перил лестницы, как и сами перила, были из некогда белого, но посеревшего от времени мрамора. А вот стены, похоже, кто-то пытался выкрасить в светло-зелёный цвет, и как будто совсем недавно, потому что ещё пахло краской. Пол по всему видимому, был тоже некогда уложен мраморными плитками, но время без исключения и на нём оставило свой след. Сам холл был полупустым, кое-где стояли какие-то коробки и ящики разной величины.

Продолжая осматривать холл, Диана увидела, в левом конце зала, большой, выложенный из того же камня, что и дом, огромный камин, в котором горел, потрескивая огонь. Возле камина, на небольшом диванчике, сидели женщина и двое детей – мальчик и девочка. Все трое смотрели на девушку с любопытством. Диана совсем растерялась. Видя с каким удивлением на неё смотрят, она начала понимать, что её здесь никто не ждал.

Девушка коротко откашлялась и повернулась к мужчине, который впустил её в дом.

– И-извините, ещё раз. Но я совсем ничего не понимаю. В газете, в которой я увидела объявление, говорилось, что есть свободная вакансия на должность няни и помощницы по дому, там же был написан и этот вот номер телефона, по которому я сразу же и позвонила. В-вот, – девушка вытащила из кармана своей лёгкой, джинсовой куртки, обрывок намокшей от дождя салфетки, на которой был наспех нацарапан, уже расплывающимися от влаги, синими чернилами, номер телефона, и протянула его удивлённому мужчине.

Перед ней стоял человек лет тридцати шести. Он был высок, но очень худощав. Лицо его выглядело утомлённым. Во взгляде его серых глаз, Диана увидела странную смесь рассудительности и растерянности. Когда-то густые, чёрные волосы, теперь посеребрённые сединой на висках, стали редеть, начиная с места, где похоже раньше была шикарная, длинная челка, разделённая пробором посередине. Теперь от этой чёлки осталось, несколько не густых прядей.

«Видно раньше он был довольно приятной внешности – не сказать, что красив, но возможно был не лишен обаятельности», – подумала девушка.

Мужчина взял протянутый ему клочок салфетки и внимательно посмотрел на него. Подошли женщина и дети. Они встали рядом и заглянули в то, что он держал в руках. Женщина с мужчиной переглянулись и посмотрели на Диану.

– Видите ли, – начала женщина, у которой был весьма приятный голос, – мы действительно давали объявление, но несколько недель назад.– Затем она замолчала и взглянула на мужчину в растерянности, как бы приглашая его вступить в разговор.

На вид женщине было около тридцати – тридцати двух лет. Она была ухожена. Умело наложенный макияж подчёркивал её зелёные глаза и пухлость губ. Синее платье подчёркивало её стройную фигуру, кофточка из белого кашемира была надета поверх. Волосы, цвета спелой пшеницы, были перетянуты резинкой на затылке в густой хвост. Светлое, открытое лицо. Вот только неглубокие складки возле уголков губ, и тёмные круги под глазами, макияж всё-таки не смог скрыть – она была молода, но уже наметились незаметные признаки увядания.

«Ну и денёк, – подумала Диана. – Сначала, жуткая, заброшенная дорога. Затем старинный, запущенного вида особняк и его обитатели почти под стать ему: какие-то слегка потрёпанные. А про погоду, вообще молчу…»

– Ой, какой у вас чудесный пёсик, – звонким голосом прервала размышления Дианы, девчушка.– А можно я его немножко обниму?

И не став ждать ни от кого конкретно ответа, девочка села возле мокрого пса и аккуратно обняла его. Диана посмотрела на девочку и её губы непроизвольно растянулись в умиленной улыбке. Девушка предположила, что крохе не больше четырёх лет. Распущенные, пушистые волосы девочки имели цвет такой же, как у её матери – в том, что рядом стоящая женщина была матерью этих двоих детей, Диана не сомневалась, заметив явное сходство на их лицах. Чуть вздёрнутый носик девочки, был слегка покрыт веснушками, придавая ей забавно-милый вид. А в больших карих глазах было столько задора, что становилось понятным, что за этим ребёнком с внешностью ангелочка, нужен «глаз да глаз».

– М-да, похоже, Лия задала риторический вопрос, по поводу обнимашек с собакой, – прокомментировал мужчина, глядя на девочку.

Лия, догадалась, что он этим не доволен и виновато посмотрела на него снизу вверх, но всё равно продолжала самозабвенно обнимать «чудесного пёсика». Мальчик, тоже проигнорировал замечания мужчины и, наклонившись, стал гладить пса.

Густые, чёрные пряди волос мальчика, упали на лоб, когда он наклонился над собакой. Диана заметила, каким серьёзным был у него вид, и подивилась этому. На вид мальчику было не больше семи лет, но такое, не по годам серьёзное выражение на лице, делало его похожим на маленького старичка. Но вдруг, улыбнувшись псу, вся серьёзность на его лице вмиг растаяла, показав, что он всё-таки семилетний ребёнок.

Пёс, в свою очередь, был очень даже не против того, что его гладили: высунув язык, он, что есть сил, завилял хвостом.

Мужчина недовольно сжал губы и, повернувшись к Диане, спросил:

– Она хоть у вас привита от бешенства и всяких других болезней?

Диана, немного растерявшись, ответила:

– Видите ли, я совершенно случайно наткнулась на этого пса по дороге сюда… – увидев реакцию мужчины, Диана замолчала.

Он нахмурил брови и перевёл взгляд на собаку. Диана быстро стала думать, как исправить положение, чтобы пса не выкинули под дождь.

– Представляете, над ним издевались мальчишки – привязали его к дереву и бросали в него камни, – не моргнув глазом солгала она, сокрушённо качая головой.

– Бедняжечка. Злые, не хорошие мальчишки, – всхлипнула девочка и ещё крепче прижалась к собаке.

Мужчина, услышав объяснения Дианы и увидев реакцию девочки, немного смягчился. Он спросил Диану:

– И что же вы сделали?

Диана, собралась уже было ответить, что оттрепала выдуманных мальчишек за уши, но вовремя прикусила язык, поняв, что вопрос с подвохом. Она пожала плечами и спокойно ответила:

– Я купила у них пса за пару долларов.

Похоже, ответ пришёлся по душе и мужчине и женщине, потому что затем они предложили Диане присесть в одно из кресел стоящих возле диванчика, поближе к камину. Затем предложили чаю и дали полотенце.

– Мы семейство Бартонов. Меня зовут Николас, – представился мужчина.– Это моя жена – Сьюзен и наши дети – Лия и Тим.

– Очень приятно, – сказала Диана.– Должна признаться, я не совсем понимаю, что происходит, – в растерянности продолжила она.– Неужели кто-то так жестоко пошутил, обнадёжив и сказав, что для меня здесь есть работа, заставил проделать весь этот путь зря? – Девушка чуть не плакала от обиды, произнося это.

– Дело в том мисс Свон, – начал объяснять Николас, – что мы действительно давали объявление несколько недель назад. Только вот, не понятно кто ответил вам по телефону, когда вы сюда звонили. Понимаете, у нас вот уже как неделю не работает ни один телефон: как домашний, так и сотовый. То есть сотовый конечно работает, но сигнала нет.

– Но, как же? Я ведь с кем-то утром действительно разговаривала, и мне очень вежливо ответили, а потом подробно объяснили куда ехать, – сказала Диана и посмотрела на миссис Бартон.

– Я точно могу вам сказать, что к телефону никто из посторонних не подходил, – ответила Сьюзен.– Во-первых: в доме не было посторонних, а во вторых: если даже предположить, что телефон чудесным образом заработал, и что это баловались дети, то они, ни за что не смогли бы вам правильно объяснить дорогу к нашему дому, – объяснила Сьюзен, немного запнувшись на фразе «нашему дому».

– Странно, всё это, – ответила Диана.

Она сидела в небольшом, но удобном и мягком кресле, положив сумку на пол, рядом с креслом. Николас вместе со Сьюзен, расположились на диване. Дети, вместе с собакой, сели на небольшой коврик, который был постелен перед камином, но на достаточном расстоянии, чтобы выскочивший вдруг раскалённый уголёк не попал на него. Они гладили пса, и выглядели очень довольными, будто наконец-то занялись именно тем, чем им хотелось. Пёс, обрадованный таким вниманием, тоже выглядел довольным. Он вилял хвостом, лизал руки детям и с удовольствием подставлял голову, для того чтобы её не прекращали гладить, отчего дети были в полном восторге.

«Надо же, как для счастья мало надо, – подумала Диана, смотря на детей, – выглядят так, будто в лотерею выиграли».

Мальчик повернулся к Диане и спросил:

– А как его зовут?

– Честно сказать, я даже ещё не успела дать ему кличку, – ответила Диана.

Дети, пришли в ещё больший восторг от такого ответа. Они переглянулись и мальчик с сияющими глазами, спросил:

– А, можно тогда мы дадим ему имя?

Дети умоляюще смотрели на Диану так, что девушка засмущалась.

«Чего привязались ко мне эти дети, сейчас обсуждается моё ближайшее будущее здесь, а тут они со своей собакой? Ладно, делать нечего, надо выглядеть милой или как там выглядят няни?» – подумала Диана, и улыбнулась детям.

– Ну, конечно можно. Понятия не имею, как назвать этого пса. Это хорошо, что вы, дети, предложили мне свою помощь, ведь я всю дорогу гадала, как же мне назвать эту собаку.

– Ура, – воскликнула громко девочка.– Давайте назовём её Принцессой!

– Вот, ещё. Принцесса – это же девчачье имя, а это мальчик. Поэтому, мы назовём его Пират! Вот видишь, у него как будто повязка на правом глазу. Посмотри, ну какая же это принцесса? – возмутился мальчик.

И правда, у пса окрас шерсти, вокруг правого глаза, был чёрного цвета, когда с лева был абсолютно белесым.

Дети, сами не подозревая, разрядили атмосферу неловкости, болтая про пса. И Диана, начав это понимать, решила воспользоваться этим и заработать очко в свою пользу у их родителей.

– Ну-ну, Тим и Лия, не ссорьтесь, пожалуйста, – выбрала примирительный тон Диана.– Давайте сначала выясним, мальчик это или девочка. А то, где ж это видано, чтобы девочку звали Пиратом, а мальчика Принцессой?

– А как мы узнаем, мальчик это или девочка? – спросила Лия

Тим захихикал, и посмотрел на Диану, желая увидеть, как же та выпутается из ситуации, которую сама же и создала.

– Хм-м, – в растерянности только и смогла произнести Диана, а потом посмотрела на Николаса и Сьюзен, явно ища помощи.

Видя, что надо выручать гостью, Сьюзен встала и, всплеснув руками, сказала:

– Ох, совсем забыла про чайник. Давно, наверное, уже вскипел. Лия, Тим, пойдёмте на кухню – поможете мне накрыть на стол. Только сначала не забудьте вымыть руки. А собаке, потом придумаете имя.

Дети, недовольно сопя, направились с матерью на кухню, пересекая холл и обходя широкую лестницу. По-видимому, в той стороне и находилась кухня.

Николас, встал с дивана и неторопливо направился к собаке. Пёс с любопытством и настороженностью посмотрел на него, приготовившись к какому-нибудь подвоху. Но Николас сел на корточки возле пса, и стал гладить его по голове, потом легонько толкнул его, чтобы пёс повалился на спину и начал чесать ему пузико. Пёс удивлённо смотрел на человека, но на всякий случай не возражал против таких действий.

– Это мальчик, – объявил Николас.

– Значит, всё-таки, Пират, – улыбнувшись, сказала Диана.

Наступила неловкая пауза. Девушка, всё ещё не знала, требуется этой семье работница или нет, но приставать и задавать вопрос, касающийся этой темы, не спешила. Если ей вдруг сейчас откажут, то ей ничего не останется, как распрощаться и уйти, а её не очень прельщала перспектива снова оказаться на улице в такую погоду и тащится по ухабистой и жуткой дороге ночью. Ей, не куда было ехать. Диана, по дороге сюда, была уверена в том, что её тут же примут на работу, когда она прибудет в поместье, и поэтому понятия не имела, что же ей делать дальше.

Николас встал и повернулся к камину, протянув руки к огню.

– Какой дом у вас огромный, – сказала Диана.– Наверное, уйма денег уходит на его содержание? – И поняв, что снова ляпнула лишнего, подумала: «Ну, какое тебе дело, на что у них уходят деньги? Лучше бы про детей, что-нибудь спросила, ведь все родители любят, когда интересуются их спиногрызами».

Но Николас спокойно ответил:

– Вообще-то, мы совсем не так давно переехали сюда. Месяца даже нет.

– Надо же, вот уж не думала, что сейчас выгодно покупать такие огромные и старые особняки. Место прямо сказать странное, для семьи с маленькими детьми. Здесь хоть школа есть? – спросила Диана и тут же спохватилась, кляня себя.– Ой, простите пожалуйста. Конечно же, это абсолютно не моё дело.

– Нет, ничего. Всё в порядке. Дело в том, что мы этот дом не покупали. Он мне недавно достался в наследство, – сказал Николас.

– Ничего себе. Вот это повезло, – порадовалась за семью Диана, но снова осеклась и поднесла руку к своему рту, прикрыв его ладонью.– Ох, да что это сегодня со мной? Несу всякую глупость. Простите, пожалуйста. Конечно, мне следовало посочувствовать вашей утрате. Извините меня, пожалуйста, ещё раз, – сказала девушка, сделав несчастное лицо.

Николас, повернулся к Диане и недоуменно посмотрел на неё, не понимая о какой утрате, идёт речь. Потом понял, что имела в виду девушка, и поспешил объяснить:

– Мне этот дом достался, совершенно случайно. Как выяснилось, один мой дальний родственник, которого я видел всего пару раз в жизни, и который был любителем игры в покер, выиграл это поместье, у кого-то. Но потом с ним, приключилась какая-то беда: его нашли недалеко отсюда в ужасном состоянии. Кажется, бедолага, потерял рассудок. Его поместили в психиатрическую клинику, где он в скором времени скончался, так и не придя в себя.

– Жуткая история, – сказала Диана, поёжившись. «Конечно, в таком месте не мудрено умом тронутся», – закончила мысленно девушка своё высказывание.

– Мама зовёт всех к столу ужинать! – Выбежав на середину холла, звонким голосом, громко объявила Лия. – Папочка, – продолжала девочка, – можно пёсик тоже с нами пойдёт на кухню? Ведь, наверное, плохие мальчишки, которые кидали в него камни, даже не покормили его, – сделала она предположение.

– Ну, что ж, скорей всего не покормили, – согласился отец с дочерью, повернувшись в её сторону.

– Это значит, можно, да?

– Это значит можно, но при условии, если ты съешь всё, что тебе положит мама в тарелку, – поставил такой ультиматум Николас.

Девочка, поразмыслив несколько секунд, сказала:

– Хорошо, я согласна.

– Вот и договорились, – улыбнувшись, сказал Николас и посмотрел на Диану.– Пожалуйста, поужинайте с нами. Там за столом и решим, что нам делать дальше, – предложил он.

Диана испытала облегчение и обрадовалась предложению остаться на ужин. Быть может, ей даже предложат переночевать здесь.

– По правде сказать, я с удовольствием соглашусь на ваше приглашение поужинать с вами. Вдоль дороги, по которой я ехала сюда, не было ни одного заведения, где можно было бы остановиться и перекусить. Спасибо большое, за предложение, – поблагодарила Диана.

– Ну, что вы не стоит. Пойдёмте, а то сейчас всё остынет.

Лия в это время уже подошла поближе к псу, наклонилась к нему и сказала сюсюкая:

– Ах, ты бедненькая моя Принцессочка, пойдём, мы тебя сейчас накормим, напоим, и ты сразу забудешь про тех гадких мальчишек.

– Милая, видишь ли, – обратился Николас к девочке и, коротко кашлянул, – вообще-то, это-мальчик, – объяснил он.

– А, ты уверен? – с недоверием спросила Лия и посмотрела на Диану, чтобы похоже та, подтвердила или опровергла неприятную информацию.

– Увы, милая, да.

Диана молча подтвердила, кивнув головой, выразив крайнее сожаление на своём лице.

– Ну, что поделаешь, – вздохнув, печально сказала девочка, – не повезло.

– Ну, что ты дорогая. Не переживай так. Зато в другой раз тебе в чём-нибудь обязательно повезёт. Правда, мисс Свон? – спросил Николас, обернувшись к Диане.

– Ну, конечно. Думаю, над этим даже грустить не стоит, – стала успокаивать Диана девочку.

– Да не мне, не повезло, – стала объяснять маленькая Лия, непонятливым взрослым, – а собачке – она ведь оказалась мальчиком.

Диана, не удержавшись, прыснула со смеху. У неё оказался приятный и заразительный смех, что даже мистер Бартон коротко рассмеялся. Только Лия недоумённо и нахмурено смотрела на взрослых. Потом видимо про себя сделала какой-то вывод и покачала головой.

– Ну, пойдём на кухню Пират. Мне ещё сегодня из-за тебя, полную тарелку брокколи надо съесть, – сокрушенно обратилась девочка к собаке.

Пёс почувствовал, что сейчас его будут чем-то угощать, быстро поднялся и последовал за девочкой. Все трое и собака направились к кухне, пройдя холл и обогнув широкую лестницу. Небольшой коридор, ведший на кухню, находился в другом конце холла, в правом крыле особняка.

Находясь уже на кухне, Диана заметила, что здесь пытались переоборудовать кухню и придать ей современный вид, но всё казалось каким-то недоделанным. Цвет стен кухни был светло-голубым, но одна стена, была недокрашена, хотя ремонт, как было видно, проводился давно. Обеденный стол, который стоял посередине кухни, как и стулья, принадлежали к одному комплекту кухонного гарнитура, в то время как, продолговатый, находящийся у стены стол, в который была встроена раковина для мытья посуды, так же как и шкаф, висящий над ним на стене, были от другого кухонного комплекта.

Диана остро ощутила, что здесь, прежде до них, перебывало много народу, и от этого чувства было не по себе. «Конечно, а чего я ждала от старого дома? Этот дом, за всю свою историю, вероятно, сменил много владельцев, – подумала девушка. – Ни за что на свете не осталась бы тут одна. Вовсе не удивительно, что у прежнего владельца, „крыша поехала“ от этого места».

– Вам положить салат? – спросила Сьюзен у Дианы, когда все сели за стол.

– Да, если можно. Выглядит очень аппетитно, – ответила девушка.– Спасибо. Мне очень неловко, за то, что так получилось, я ещё раз прошу у вас прощения. Я не хотела, кого бы то ни было беспокоить.

– Ну, что вы мисс Свон, вы вовсе нам не помешали. Наоборот, мы очень рады, наконец-то с кем-то пообщаться, – успокоила она Диану.

Стол, за которым они ужинали, был покрыт белой, накрахмаленной скатертью, по краям которой был выбит рисунок в форме больших, розовых и голубых лилий. Неприхотливый ужин состоял из картофельного пюре с сосисками, консервированного горошка, салата из брокколи с мелко нарезанными помидорами. Про пса тоже не забыли, положив ему несколько сосисок, которые он съел в один присест.

Ели молча. Каждый был погружён в свои мысли, кроме детей. Те ели быстро, намереваясь закончить ужинать и начать снова возиться с собакой.

– Можно спросить, мисс Свон, – прервал молчание Николас, обращаясь к девушке.– Чем вы раньше занимались?

– Можно просто Диана, – сказала девушка, начав пересказывать легенду, которую, она придумала заранее, по дороге сюда.– Я работала в Нью-Йорке, до последнего времени. А именно, у своего парня. У него своя небольшая автомастерская.– В этом Диана не солгала, кроме указанного города. Она действительно на него работала. Только как потом она узнала, машины, которые, якобы чинились и перекрашивались в этой автомастерской, были ворованными.– Я там делала всю бумажную работу, которая касалась его автомастерской.

– И, что же потом случилось? – поинтересовалась Сьюзен.

– У нас с ним ничего не вышло. Извините, но я бы не хотела про это говорить при детях, – скромно ответила Диана.– Так как, именно это, явилось причиной того, что я ищу работу там, где мой бывший жених, не сможет меня найти, – предвосхитив, возможные расспросы о том, почему она забралась так далеко в поисках работы, пояснила девушка.– Если не возражаете, я, конечно же, отвечу на этот вопрос, но лучше будет, если дети не будут слушать моего ответа.

Сьюзен и Николас переглянулись. Николас пожал плечами, а Сьюзен кивнула.

– Хорошо, Диана, вы можете рассказать свою историю позже. Но, а как на счёт опыта по присмотру за детьми? – спросила Сьюзен.

– О, он у меня имеется. До того как я приехала в Нью-Йорк, я жила в одном небольшом городке. Там, я днём работала секретаршей у главного редактора местной газеты. Но моя рабочая ставка в день, была не полной и у меня, оставалось достаточно времени для другой работы. Вот я и подрабатывала приходящей няней, у некоторых сотрудников редакции, – говорила Диана, ловко переплетая реальные события её жизни и заранее придуманную легенду.

Если вдруг супруги захотят выяснить, работала ли Диана там, где она сказала, то ответ на это будет положительным, но, а если они спросят, работала ли она няней у кого-нибудь из сотрудников редакции, то там очень удивятся такому вопросу.

Диана увидела краем глаза, что детям, вообще-то не до разговоров взрослых. Тим и Лия выглядели от чего-то очень довольными, иногда посматривая под стол. Диана, тоже незаметно заглянула под стол и увидела причину, чему так радуются дети.

Сидевшая уже под столом собака, с удовольствием уминала брокколи, которые ей подбрасывали дети со своих тарелок.

Тим и Лия, увидели, что Диана заметила их маленькую хитрость за столом, и с испугом посмотрели на мать, а потом снова на девушку. Диана не стала их выдавать, бросив незаметно собаке и свой брокколи. При этом коротко посмотрев на детей, сделала смешное выражение лица, скривив слегка рот, что-то вроде: « Упс, я не хотела». Дети с облегчением выдохнули и стали доедать свой ужин, заговорщицки улыбаясь ей. Кажется, она была принята в их команду.

Когда ужин подошёл к концу, Сьюзен, убрав лишнее со стола, поставила на стол чайник с ароматным чаем и пирог с капустой.

Дети отпив несколько глотков чая и быстро доев свои куски пирога, попросились из-за стола, чтобы поиграть ещё немного с собакой, до того как их отправят спать. Родители были не против и дети, с громкими восторженными криками, позвав за собой пса, выбежали из кухни. Пёс, осмелев от такого хорошего внимания к себе, с громким и весёлым лаем бросился догонять детей.

Взрослые посмотрели им вслед.

– Я, честно признаться, давно уже не видел своих детей, такими весёлыми, – заметил Николас.– Эта ужасная погода, не прекращается вот уже целую неделю. И дети вынуждены проводить целые дни в этом полузаброшенном доме. И вы были правы, мисс Свон, когда сказали, что это место не для детей. Просто ситуация сложилась такая, что у нас пока нет другого выбора, кроме как находиться, пока в этом, неприветливом месте. Так что, это мы мисс Свон, должны благодарить вас, за то, что вы оказались здесь, – искренне поблагодарил Николас.

– Ну, что вы. Это наоборот я, должна вас благодарить, за то, что впустили меня и не отправили восвояси ночью, по такой погоде, – сказала Диана. – Не будет ли наглостью с моей стороны, если я попрошусь у вас, остаться здесь переночевать? – Немного подумав, спросила девушка, явно испытывая неловкость.– Я просто до ужаса боюсь оказаться ночью, на той дороге, по которой сюда приехала.

– Ну конечно мисс Свон, вы можете остаться здесь на ночь. В такую погоду, было бы просто безумием ехать ночью по такой дороге. Мы с женой не против. Правда, дорогая? – спросил Николас и обернулся к жене.

Диана тоже посмотрела на Сьюзен и удивилась перемене в ней. До этого заботливая хозяйка дома, вдруг стала странно себя вести. Было похоже, что она даже не слушала их разговор. Женщина сидела и смотрела в сторону, нервно крутя салфетку. Вид у Сьюзен был такой, будто она, к чему-то прислушивается. Дыхание её участилось, отчего грудь нервно поднималась и опускалась. На лбу и над верхней губой женщины появилась испарина.

Диана удивлённо перевела взгляд на Николаса. Тот, по-видимому, уже не первый раз видел такую перемену в жене, потому что тут же поднялся из-за стола и подошёл к Сьюзен. Он положил ей на лоб свою ладонь, проверяя, есть ли у неё жар. Мужчина выглядел обеспокоенным и, обернувшись к Диане поспешно сказал:

– Извините мисс Свон, моей жене нужно срочно прилечь. Я уложу её, а потом спущусь и покажу вам комнату, где вы сможете переночевать.

– Конечно же, мистер Бартон. Могу ли я вам чем-нибудь помочь? – с волнением спросила Диана.

– Нет, спасибо. Просто у жены очередной приступ, – ответил Николас, помогая подняться жене со стула.

Он взял её под локоть и повёл из кухни. Сьюзен, находилась в прострации. Скользнув отсутствующим взглядом по Диане, женщина, послушно пошла с Николасом.

«М-мда, – снова не удержалась от мысленных комментариев Диана. – Да, что ж такое-то, не везёт, так не везёт. Заехала чёрт, знает куда, так хоть толк от этого был бы какой. Так не-ет, Дианочка, перебьёшься. И чем я заслужила такое? Думала, хоть семейка нормальной окажется, так куда там: жена, похоже, оказалась нервно больной какой-то, если не хуже. – Девушка вздохнула и откинулась на спинку стула, на котором сидела, продолжая дальше размышлять над событиями сегодняшнего дня и вечера – Ну, хорошо, что накормили и не выпроводили на ночь глядя, хоть на этом спасибо. А завтра, придётся поблагодарить за всё и откланяться. Хоть я и хотела затеряться в каком-нибудь захолустье, но это захолустье – всем захолустьям захолустье. В этом изолированном от цивилизации месте и умом повредиться можно за короткое время. Как по мне, так лучше уж быть пойманной полицией, чем отсиживаться тут и становиться такой же, как бедная Сьюзен», – передёрнув плечами, подумала Диана.

Девушка поднялась, и направилась в холл к детям.

Они сидели на прежнем месте у камина, гладя собаку. Диана обратила внимание, на то, какими они стали притихшими, близко придвинувшись, друг к другу.

– Эй, привет. Что это мы такие тихие вдруг стали? Натворили что-то? Можете мне сказать по секрету, я вас не выдам, вот, крещу сердце, – сказала девушка, выбрав шутливо – доверительный тон. Пытаясь развеселить детей и себя, она указательным пальцем, нарисовала воображаемый крестик на левой стороне груди.

Дети смотрели на неё и не улыбались. Вероятно, они видели, как отец вёл их мать наверх, а значить догадались о её состоянии. Диане, стало жаль детей, ведь она сама знала, что такое, смотреть, как болеет твой близкий человек, которому ни чем не можешь помочь.

Она присела возле них и сказала успокаивая:

– У вашей мамы просто закружилась голова, и поэтому папа отвёл её наверх-прилечь. Я уверена, что завтра утром, с ней будет всё в порядке.

Лия посмотрела на Диану с надеждой и спросила:

– Обещаешь?

Диана не любила кому-либо, что-либо обещать, но девочка смотрела на неё с такой надеждой, что девушка не могла не ответить:

– Ну, конечно.

– Враки, всё! Откуда ты знаешь? Ты что доктор? – вмешался Тим и зло посмотрел на Диану.– Не верь ей, Лия. Ей-то что стоит так сказать, ведь завтра она всё равно уедет. И ни какого дела ей не будет до нас и до нашей мамы, и до своего обещания. А мы останемся здесь, в этом дурацком доме с приведениями и будем смотреть, как маме становится хуже и хуже!

Диана растерялась и покраснела: « Вот же противный мальчишка, и откуда же всё знает? Неужели, по ней так заметно, что на самом деле её ничего, и никто не заботит кроме неё самой?»

– Как ты разговариваешь с гостьей? Немедленно извинись! – раздался голос Николаса.

Диана обернулась и увидела, как хозяин дома спустился с лестницы и идёт к ним.

Мальчик покраснев, опустил глаза и не произнес ни звука. Лия, явно не зная как себя вести и считая себя виноватой, за то, что задала вопрос Диане, обняла пса и смотрела на всех большими и испуганными глазами.

– Ну, я жду, – подойдя ближе, обратился отец к мальчику, скрестив руки на груди.

– Ну, что вы мистер Бартон, не нужно так, – встала и обратилась к нему Диана.– Тим, просто расстроен.

– Но это не повод грубить и разговаривать с кем-то в таком тоне, – строго возразил отец, и требовательно посмотрел на сына.

Диана не стала с ним спорить и замолчала. Она знала, что ни какого права у неё нет, чтобы учить Николаса, как воспитывать своего сына.

Тим встал и, не поднимая глаз на Диану, пробурчал:

– Простите, пожалуйста. Такого больше не повториться.

– А сейчас, возьми свою сестру, и идите в свою комнату. Пора укладываться спать, – уже мягче сказал отец.

Лия поднялась и взяла протянутую руку брата. Потом посмотрела на Диану и робко спросила:

– Вы будете ночевать у нас?

– Да, мне ваши папа с мамой разрешили, – ответила девушка.– Надеюсь, вы дети не против этого? Обещаю, я громко храпеть не буду, ну, по крайней мере, постараюсь.– Она подняла руку, вертикально вытянув ладонь тыльной стороной назад. – Вот, честное слово, – пытаясь разрядить обстановку, шутила Диана.

– Вовсе не против, ночуйте пожалуйста, – сказала девочка.– Тогда может вы, разрешите Пирату поспать у нас в комнате?

– Это ещё, что за новость? – спросил Николас, нахмурив снова брови.

– Ну, пожа-а-алуйста, папуля, – сделала забавное личико девочка, сама став похожа на просящего милого щеночка.

Тим, тут же позабыв о только что случившемся инциденте, оживился, узнав, что им, вероятно, могут разрешить забрать пса в комнату. Не говоря ни слова, он сделал тоже просительное выражение лица, смотря то на отца, то на Диану.

Диана и Николас переглянулись.

– Ну, хорошо, – вздохнув, сказал отец.– Если мисс Свон не против, можете забрать пса в свою комнату.

– О, я конечно же не против и, кажется сам Пират тоже, – сказала девушка и поглядела на пса.

Тот как-то поняв, что речь идёт о нём, поднялся и забавно смотрел на всех снизу вверх, виляя хвостом и высунув язык.

Дети поднялись к себе в комнату, позвав за собой собаку, в то время как Николас и Диана остались и вели беседу в холле, расположившись: она в одном из двух кресел, стоявших сбоку от дивана, а он на диване.

– Интересно, кто построил этот дом? Наверное, ему не меньше двух веков? – поинтересовалась Диана.

– Насколько мне удалось выяснить про этот старинный особняк, то ему не меньше четырёх веков, – ответил Николас.– Знаете, мне повезло найти здесь, на чердаке и в нескольких нежилых комнатах, находящихся на третьем этаже, в закрытом крыле, портреты людей, написанные маслом и некоторые очень старинные бумаги, – продолжил он, увидев удивлённый и заинтересованный взгляд гостьи.– Странно, что до сих пор ими никто из прежних, современных владельцев этого дома, не заинтересовался и не отправил в музей.

– Ничего себе, – искренне поразилась Диана.– А потайных комнат с сокровищами, случайно вы здесь не нашли?

Николас улыбнулся и покачал головой.

– Некоторые вещи здесь, судя по их подлинности, могут оказаться, поистине бесценными, – поделился он.– Но, самая странная находка, оказалась в одной огромной комнате, служившей по видимому, кому-то спальней и одновременно кабинетом. Это старинная книга со странными и непонятными записями в ней. Там, судя по всему, описываются какие-то оккультные ритуалы и на страницах книги, очень часто попадается рисунок в виде свёрнутой в кольцо змеи с открытой пастью.

Должен признаться, что как лингвист и писатель, достаточно часто встречал древние записи, сделанные на пергаменте, глиняных дощечках или на бесценных реликвиях древних народов, и имею некоторое представления о некоторых древних диалектах и языках. Нет, я, конечно, не могу самостоятельно переводить с древних языков, таких как шумерский или древне арамейский, но хочу сказать, что тот язык, на котором клинописью написана книга, я ни разу не видел. И даже не могу сказать, с каким древним языком он хотя бы отдалённо схож.

– Так, вы писатель? – спросила Диана.

– Да, – неохотно ответил Николас.– По крайней мере, пытаюсь остаться им.

– То есть, у вас творческий кризис? – с сочувствием спросила Диана

– Да, и причём, очень продолжительный, – с грустной усмешкой ответил Николас.– В общем-то, именно этот кризис и стал, причиной того, что мы оказались в этом отдалённом от людей месте, – прибавил он, с горечью в голосе.

– Неужели так всё плохо? – спросила Диана видя, что Николас нашёл, того кому можно выговориться.

– Увы, – кивнув, ответил Николас и посмотрел на огонь в камине.

Мысленно вспоминая как всё началось, и что привело их в этот жуткий дом, он почувствовал потребность поделиться с этой незнакомой девушкой, рассказав ей обо всём по порядку.

– Как уже, я вам рассказывал, мисс Свон… -начал Николас.

– О, извините, что перебиваю, – обратилась к Николасу девушка, – но можно просто Диана. Мне кажется, так нам будет проще общаться. Если вы не против, конечно.

– Спасибо Диана, тогда и вы зовите меня Николасом.

– Продолжайте, пожалуйста, ещё раз извиняюсь, за то, что вас перебила, – сказала Диана.

– Так, вот. Когда я впервые познакомился со Сьюзен, у неё тогда был свой небольшой магазинчик, в котором продавались канцелярские принадлежности. Я уже писал свою первую книгу – современный роман, рассказывающий о жизни двух приятелей. Но это не важно, о чём было написано в той книге, – перебил сам себя, Николас.– Я в том магазинчике, покупал всё необходимое для своей рукописи. Мы сразу понравились друг другу и, стали встречаться. Я тогда ещё преподавал в университете, но, так же как и у вас, когда вы работали в редакции газеты, у меня не было полной, рабочей ставки и я был, в общем-то, доволен: уйма времени на то, чтобы работать над своим романом.– Было заметно, как его захватили воспоминания прошлого и Николас, рассказывая о них, уже больше обращался к самому себе, нежели к Диане по ходу рассказа делая для себя какие-то выводы.– Мой первый роман, принёс мне большой успех. Мне удалось заключить неплохую сделку с издательством, которое его выпустило в свет. Это принесло мне не малый доход, с которого я позволил себе сыграть свадьбу со Сьюзен, купить уютный дом. Опьянев от такого успеха, я с большим энтузиазмом, принялся за второй роман, заключив второй контракт с этим же издательством. Работа спорилась и вот, вскоре был готов и этот роман. Сьюзен к тому времени была уже беременна Тимом. Второй роман тоже оказался моим удачным творением: не такой как первый, а даже подозреваю, стал удачным благодаря первому роману, но всё же принёс успех и большие доходы. Меня стали узнавать на улице. Казалось, тогда весь мир был у меня в руках, – печально улыбнулся Николас.– Каким же дураком я тогда был, упустил столько возможностей. Мне предлагали кафедру, в том университете, где я преподавал, но я отказался, сказав, что мне некогда терять своё время на это и подал заявление об уходе. Я сорил деньгами и делал дорогие подарки, любимой жене. Заставил продать её, свой магазинчик. Когда родился Тим, я сразу открыл счёт в банке на его имя и стал откладывать туда деньги ему на колледж.– Николас, замолчал погружённый в свои воспоминания. Грустная улыбка блуждала на его лице.– Мы могли себе позволить так жить, но не долго, – продолжил он.– Мой третий роман оказался провальным. Это оказалось началом конца. Издательство, которое издавало мои романы, разорвало со мной контракт, заплатив мне, небольшую неустойку. Дальше, хуже. Всё пошло наперекосяк. Я пробовал снова писать, но у меня ничего не выходило.

Когда родилась Лия, я пробовал снова пойти преподавать, но моя прежняя заносчивость аукнулась мне. Со мной не захотели иметь дел. Я стал писать небольшие статьи для некоторых журналов, был так сказать на вольных хлебах. Но и это в скором времени закончилось. Случился кризис и в тех редакциях, начались массовые сокращения штатных сотрудников и им, было уж тем более не до меня. Катастрофически стало не хватать денег, отложенные накопления стали таять не по дням, а по часам. А тут, будто бы недостаточно было нам несчастий, заболела Лия. Срочно понадобились деньги на дорогие препараты. Сняли со счетов, всё, что у нас было, даже те деньги, которые мы откладывали на колледж Тиму.– В голосе Николаса звучала неподдельная боль, а глаза увлажнились. Он замолчал.

– Ну, думаю не всё так плохо, как вам кажется на самом деле, Николас, – желая ободрить его и поддержать разговор, сказала Диана.– В конце концов, все вы живы и здоровы, ведь это самое главное.

– Да, вы правы Диана, – будто бы очнулся Николас и посмотрел на неё.– Я всегда об этом помню.

– Так как же вы попали в это место? Ведь наверное необязательно нужно было переезжать сюда, после того как вы получили его в наследство? – спросила Диана.

– Дело в том, что я ещё имел глупость, неудачно вложиться, в чём теперь до сих пор раскаиваюсь, – сокрушённо качая головой, ответил Николас.– Тот дом, что я купил, был уже нам не по карману. Поэтому, мы продали его и купили небольшую квартирку на половину из этих вырученных денег, другая же половина ушла на оплату разных счетов. Сьюзен, не могла пойти работать, так как на руках были маленькие Тим и Лия, к тому же Лии нужен был постоянный уход. Мы ведь, чуть её не потеряли.

– Как хорошо, что всё обошлось, – выражая искреннее сочувствие, сказала Диана, вспомнив милую, кареглазую малышку.

– Да, слава Богу, что всё обошлось. Вы ведь заметили, её карие глаза, когда у меня они серые, а у Сьюзен, зелёные? – спросил Николас.

Девушка кивнула соглашаясь.

– Когда она родилась, глаза у неё были тёмно-синего цвета, – сказал Николас, улыбаясь.– Она была похожа на маленького эльфа. Но потом, после лечения, цвет глаз кардинально поменялся. И они остались карими.

– Ну, не такой уж плохой цвет глаз, – обижено возразила девушка.– Лично я от этого ни какого дискомфорта не испытываю, – добавила она.

Николас коротко рассмеялся и сказал:

– Ну, что вы, я вовсе не имею ничего против карих глаз. Вам и Лии, карие глаза, очень идут.

Девушка улыбнулась.

– Так, что же было дальше?

– А я вас не утомил, своим рассказом? Вы, наверное, устали с дороги и хотите спать? – спросил Николас.

– Мне очень хочется дослушать вашу историю до конца.

– Ну, что ж, с удовольствием вам его дорасскажу. Честно вам признаюсь, мне действительно нужно было с кем-то поделиться об этом, – сказал Николас.– Лии уже было два годика, а Тиму четыре, к этому времени, – продолжил он.– Я пытался ещё писать и одновременно брался за любую работу, которая мне попадалась. Но денег всё равно не хватало, чтобы оплачивать счета и платить за прошлые и нынешние кредиты. В конце концов, нам пришлось продать и ту квартиру, в которой мы жили, чтобы не остаться на улице. Деньги положили на счёт и стали снимать небольшую и не дорогую квартирку. Один мой товарищ, помог мне устроиться в музей охранником. Сам он там занимает должность научного сотрудника. Несмотря на моё образование, свободных рабочих мест соответствующих ему не было, но я был рад хотя бы этому. Ведь теперь я мог оплачивать медицинскую страховку и имел стабильный заработок. Когда мне выпадало работать в ночную смену, я на утро после смены, отправлялся в порт разгружать рыбу. Я сильно уставал, но в целом был доволен.

Моя бедная Сьюзен, всё время меня поддерживала, да и сейчас поддерживает, верит в меня и ни в чём не упрекает. Мне с ней очень повезло. Я это понимаю каждый день, когда смотрю на неё.

Времени, конечно, уже не оставалось, на то, чтобы даже думать написать какую – либо книгу, но у меня уже рождалась идея сюжета, если вдруг мне удастся начать снова писать.

Так мы жили около двух лет. И вот, однажды на пороге возник какой-то человек и вручил нам конверт, в котором было извещение о том, что я стал наследником какого-то поместья и особняка. Я был поначалу очень удивлён, так как точно знал, что никто из моих малочисленных родственников не имел особняка, а уж тем более поместья, да ещё с таким странным названием «Змеиный холм». Но проверив всё, я убедился, что это не чей-то розыгрыш и я унаследовал целое поместье.

Радости нашей, не было придела. Мы пригласили соседей и друзей – людей, которые нам помогали в трудную минуту, и отпраздновали с ними эту новость. Ну, а потом мы собрали все свои вещи и с новыми надеждами и планами приехали сюда. Сами представляете нашу реакцию, когда мы увидели то, что считается нашим наследством. Мы-то думали, что приедем в поместье, где красивая природа, можно будет завести своё хозяйство. Место – где я снова начну писать, – Николас горько улыбнулся. – Но, к сожалению, это оказалось неприветливое место, где почти всё время почему-то идёт дождь. И до ближайшего населённого пункта, почти семьдесят пять километров, не считая конечно, той небольшой деревушки, которая находиться за этим холмом.

– Так, всё-таки здесь есть ещё люди? – удивлённо спросила Диана.

Николас замешкался, прежде чем ответить.

– Да, есть. Но они мне показались, какими-то странными. Я думаю, что это какая-то закрытая община, что-то вроде секты.

– А почему, вы так думаете? – спросила девушка.

– Однажды, я объезжал поместье и увидел, небольшое селение. Похоже, их земля примыкает к землям поместья. Я заехал туда, чтобы поздороваться и познакомиться, – ответил Николас.– Сначала я обрадовался, когда издали, заметил дома и людей. Но когда я подъехал поближе, то увидел, что радоваться здесь нечему – это были хмурые, замкнутые люди, которые, похоже, были не очень рады моему появлению. Я также увидел, что у них нет электричества. В общем, ведут такой образ жизни, как в средневековье. А ещё я не заметил у них ни одного домашнего животного. И очень этому удивился. Я купил у них овощей. Не смотря на то, что они явно были мне не рады, они продали мне овощи почти за даром, и я решил раз в неделю покупать у них овощи и фрукты.

– Секта вегетарианцев, – со смехом уточнила Диана.

– Что-то вроде, – усмехнувшись, сказал Николас. Но тут же посерьёзнев, продолжил: – Когда я отправился туда второй раз, я взял с собой детей. Когда мы подъехали к селению, то я обратил внимание, как некоторые жители селения, которые нам попадались по дороге, странно смотрели на моих Тима и Лию. Не могу точно сказать, чем это вызвано, но я так же заметил, что в селение абсолютно нет детей. Мне это показалось более чем странно, и я запретил детям выходить из машины. Находясь, всё время возле автомобиля, я быстро купил овощей и фруктов и поспешил быстро уехать оттуда. Больше я туда не ездил и не разрешаю детям играть во дворе без присмотра. Но так как я всё время занят, потому что пытаюсь всё-таки писать книгу, Сьюзен и детям здесь одиноко. Мы не можем снова вернуться туда, откуда приехали. Во-первых: квартиру, которую мы снимали, уже сдали другим, а во вторых: мы хотим всё-таки попытаться начать новую жизнь, используя это поместье как отправную точку.

– Но, а как же школа? – удивлённо спросила Диана.

– Учебный год уже конечно же начался. Мы собираемся определить наших детей, в одну из тех школ в ближайшем городке, на следующей неделе. Раньше, никак не получалось из-за переезда и оформления разных важных бумаг, – ответил Николас.– И знаете, так, как я уже начал писать, то надеюсь скоро закончить книгу. Я поддерживаю до сих пор связь с моим агентом. Он обещал мне помочь с изданием, когда моя рукопись будет готова. Надеюсь, моё произведение на этот раз, будет иметь успех и принесёт неплохие гонорары.

Девушке показалось, что это как-то, по меньшей мере, не серьёзно, вот так, надеяться на свою писанину, чтобы встать снова на ноги. Она подумала: «Неужели он действительно думает, что этого будет достаточно для его будущего и будущего его детей? Почему просто не продать это жуткое поместье? Похоже, мистера Бартона ничему жизнь так и не научила. С другой стороны: мне – то, какое до всего этого дело?»

Девушка посмотрела на одно из окон, которое не было прикрыто тяжёлой портьерой. Похоже, что дождь уже прекратился. И даже в некоторых местах на небе, стали рассеиваться тучи, пропуская слабый, серебристый свет луны.

Николас увидел, как девушка посмотрела в окно и сказал:

– О, простите, я вас совсем утомил рассказами о своих проблемах.

– Ну, что вы ничуть, – как можно вежливее ответила Диана.

– Пойдёмте, я покажу вам вашу комнату, – сказал Николас и поднялся с дивана.

Диана не стала спорить и тоже встала с кресла, подняв с пола свою сумку с вещами и пошла за Николасом.

– Как вы, наверное, заметили, это каменное здание и здесь царит вечный холод. Поэтому мы так рано разожгли камин, он отапливается дровами, которые кто-то до нас приготовил, – сказал Николас, поднимаясь по лестнице.

– В холле так много всяких ящиков и коробок. Вы не успели их распаковать? – спросила Диана.

Николас обернулся и ответил:

– Нет, я думаю это вещи прежних владельцев. Как я понял из документов на дом, здесь не так долго жила какая-то семья, которая купила это поместье, но потом почему-то, дом перешёл к их родственнику, который и проиграл его уже моему родственнику. Так что я даже не знаю где, чьи вещи. Хотя, наверное, стоит их перенести в сарай, что не далеко от дома. Просто руки ещё до этого не доходили.

Они поднялись по лестнице на второй этаж, откуда попали в коридор, который уходил по правую и по левую стороны. Кто-то обклеил его светлыми обоями – вероятно, хотели придать уютный, домашний вид. Возможно, при свете дня он так и смотрелся, но сейчас, в тусклом свете единственной настольной лампы, стоявшей на маленьком столике, который находился возле стены посередине коридора, светлые обои являли собой лишь намёк на домашний уют и безопасность.

«Внутри дом такой же жуткий, как и снаружи. Вероятно, чтобы придать, по крайней мере, если уж не роскошный вид этому дому, а хотя бы уютный, то нужно вбухать сюда целую кучу денег, чтобы этот чёртов особняк, стал похож на обиталище живых, а не на огромный склеп», – подумала девушка и едва удержалась от того, чтобы не передёрнуть плечами.

– Диана, – обратился Николас к девушке, когда они подошли к одной из дверей в коридоре, – это – ваша комната. Я положил вам на кровать чистую простынь и одеяло с подушкой. Я так же поставил электрообогреватель в вашу комнату, возле кровати, так что, вы не должны будете замёрзнуть.

– Спасибо большое Николас. Я вам так благодарна, – сказала Диана.

Николас щёлкнул выключателем и комнату залил электрический свет из симпатичных плафонов, небольшой люстры на потолке.

Это была небольшая комната, тоже обклеенная в обои, светло-голубого тона. Деревянные, крашеные полы. Современная, небольшая, двуспальная кровать стояла у стены. Над изголовьем кровати, в небольшой рамке, висела картина, на которой был изображён весенний пейзаж. Эта мелочь, придавала комнате, домашний уют. По бокам кровати стояли, прикроватные тумбочки, на каждой из которых стоял небольшой светильник. В противоположной стороне комнаты, находился платяной шкаф.

На кровати, аккуратно лежали сложенная простыня, одело и подушка. Посмотрев на спальные принадлежности, Диана вдруг почувствовала, как сильно она устала.

– Ну, спокойной ночи Диана. Ах да, чуть не забыл: туалет и ванная комната, находятся в коридоре, сразу за вашей дверью с правой стороны, – сказал Николас, выходя уже за дверь и, махнул рукой в сторону, указывая, где находятся ванная и туалет.

Вернувшись с ванной комнаты, Диана быстро разделась и легла в постель, предварительно застелив её чистой, накрах