Проект ANNETTE. Том 2

Глава 1

Какое же это блаженство – лежать на нормальной кровати с отличным ортопедическим матрасом. Я уже и забыл, какой это комфорт, хоть я и не раздевался вовсе, а прямо так в разгрузке и берцах завалился на чистую постель. Но все равно было удобно, с себя я ничего не снимал не потому что лень, а потому, что мы на задании и в случае нападения дорога будет каждая секунда. А учитывая то, что творится вокруг и принимая во внимание тот факт, что мы разворошили осиное гнездо, шанс нападения очень велик.

Лежа на спине с закрытыми глазами я анализировал свою поломанную психику. Ведь с ней явно что-то не то. Вспоминая свой первый выстрел в человека и ту гамму сочувствия, жалости и чувства вины, которые я испытал глядя на умирающее тело. Забыть сложно и этот момент на всегда останется в моей памяти. Но теперь, теперь все совсем иначе. Стреляя в очередную марионетку я чувствую только отдачу оружия и все. Словно это простая мишень. Это я заматерел и мой мозг так быстро адаптировался под новые реалии? Или же тут замешан имплант? А может это все копится во мне и в один момент, все эти эмоции вырвутся наружу и сделают из меня полную развалину, а то и вовсе слабоумного. Хочется верить, что это все же первый вариант. Ведь даже сейчас, лежа в домике, по периметру которого лежат и висят десятки истерзанных человеческих тел, я чувствую себя спокойно и комфортно, словно за окном луг с ромашками, а не конец света.

За размышлениями я плавно провалился в сон и проспал почти до полудня. На дежурство меня почему-то никто не будил, хотя мне от этого даже и лучше. Открыв глаза я потянулся и сладко зевнул, после чего сел на край кровати и растер лицо своими ладонями.

В домике уже было светло, лучи солнечного счета пробивались в дом через окно сквозь покрытую узорами белую тюль. За окном была тишина, от чего мне в голову закралась мысль, может мои коллеги уехали и забыли про меня? От чего мягко говоря мне стало не по себе, и я, подскочив на ноги, выскочил на улицу.

Мои опасения были напрасными, "Тигры" стояли на своем месте. А парни собрались в одном месте, заняв беседку, подольше от тел.

– Всем доброго утра! – поздоровался я с парнями, разминая свою шею.

– Здорово браток! – поздоровался за всех Шептун.

– А чего меня в караул не будили? – уточнил я у него.

– Да мы тут посовещались и решили, что и сами справимся. Ты и так вчера за всех отдувался. Так, что набирайся сил, тебе еще за станком стоять. – пояснил Спартак и протянул мне кружку с горячим кофе.

– Спасибо. – кивнул я принимая напиток и, заняв свободное место, потянулся к пачке сигарет, лежащей на столе.

– А я еще оружие обслужил. Блестит как новенькое. – добавил Кот, указывая на крышу нашего «Тигра».

– Вот за это отдельно спасибо. – улыбнувшись сказал я. – А то, если честно, было лень чистить пулеметы.

В сторонке от нас, на импровизированном столе стояла газовая плита с большой кастрюлей на ней. А вокруг нее кружился Ковбой, который вызвался приготовить на всех обед. А именно, макароны по-флотски, точнее с тушенкой. За что ему "респект и уважуха", как скажет Шептун.

– Как думаешь, что нас сегодня будет ждать? Твой приятель в голове ничего дельного не предполагает? – обратился ко мне Спартак, после чего все разом замолкли и уставились на меня.

– Ну как вчера явно не будет. – сразу ответил я. – Есть предположение, что Аннет вчера банально не успела отреагировать. Но сегодня она стянет силы, будет выжидать нас. Больших и умелых засад ожидать не стоит, все же она понятия не имеет что вчера за движение такой было и в чем его смысл. Но дорогу она точно перекроет. Думаю, и дронов прибавится, а может и еще каких-нибудь сюрпризов нам подготовит. По сути действуем как вчера и держим хвост пистолетом. А проблемы будем решать по мере их поступления.

– Согласен, чего нам унывать раньше времени, отдыхаем и готовимся. – согласился Шептун.

– Господа, извольте обедать. – по-отечески проворчал Ковбой, помешивая макароны в кастрюле огромным черпаком.

Обед оказался выше всяких похвал, кажется, у Ларисы Ивановны нарисовался серьезный конкурент. Слопав два котелка макарон, запив все это еще одной кружкой горячего кофе, я вышел из беседки и прогулялся по периметру базы.

Хорошо здесь наверное было раньше, когда все кипело жизнью. Небольшой, круглый словно блюдце прудик с деревянными помостами на берегах. Аккуратные тропинки, зоны с мангалами и домики, много домиков. Раньше люди здесь получали радость и умиротворение, а теперь страшные муки и вечный покой.

До темноты еще много времени, поэтому нужно было себя чем-нибудь занять. А что делает хороший солдат пока не ест? Все верно, спит. На территории было много гамаков между деревьями, но перед тем, как на них лечь пришлось снять с себя разгрузку, иначе на нее все цеплялось, гамак все же плетеный. Еще запутаться можно в самый неподходящий момент.

Так и прошел весь день, я ел и спал, а в перерывах между этим еще вел разговоры с парнями. Вояки те еще сплетники, по сути все все про всех знают, я человек новый, и Кот с удовольствием мне рассказывал всякие истории. Например, про то, что Шептун и Спартак раньше были лучшими друзьями – не разлей вода. Они закончили одно военное училище, только учились на разных факультетах. Шептун изучал языки, а Спартак занимался на курсе разведки.

Шептун был обычным деревенским парнем из глухой Сибирской деревни, а Спартак городским пареньком из Питера, к тому же и еще генеральским сыном. Это и сыграло ключевую роль, будучи на практике в Москве, Спартак уговорил Шептуна сбежать в самоход из части на футбольный матч ЦСКА-Спартак, что проходил в на одном из московских стадионов. Шептун был далек от подобных зрелищ, да и вообще футболом не увлекался, в отличие от своего товарища. Но другу он отказать не смог, и они, переодевшись в гражданку, убежали на матч. И все бы ничего, вот только когда матч был закончен и Спартак победил, они наткнулись на толпу разъяренных фанатов, что шли стенка на стенку. И на городской площади произошло полноценное ледовое побоище или Куликовская битва, кому что ближе.

Наши командиры не сплоховали и проявили себя во всей красе. Бились словно гладиаторы и отстояли честь как команды так и мундира. Вот только приехавшему на место ОМОНу было плевать, кто прав, кто виноват они били всех, затем крутили и кидали в АВТОЗАК. Ночь товарищи провели в обезьяннике среди таких же молодых парней, алкашей и бомжей. А уже утром приехал отец Спартака.

И вот тут дело приняло дурной оборот. Отец забрал только сына, а Шептун выкручивался сам. Благо у него хорошо подвешен язык, и Шептун смог договориться со следователем, пообещав помочь сыну того с экзаменом по английскому языку. Его отпустили, но по возвращении в часть его сразу отправили в училище, а оттуда уже отчислили. С пятого курса и это было очень обидно, всему виной отец Спартака, это он настоял на подобном, решив, что именно Шептун являлся зачинщиком, а Спартак видимо все это не сильно и отрицал. Но Шептун не растерялся и тут же отправился в армию на контракт и с рядового смог дослужиться до капитана. Уже будучи контрактником он несколько раз пересекался со Спартаком, но, что там было между ними история умалчивает.

С наступлением сумерек мы начали собираться в дорогу. За собой оставили порядок, убрали мусор, а нужную провизию, которую нашли тут, загрузили в машины. Адреналин начал понемногу разгонять наши сердца, заставляя их биться чаще в предвкушении неизвестного, ждущего нас за лесом.

– IQ, работаем по налаженной схеме. – мысленно обратился я к своему помощнику, как только встал к пулемету и дослал патрон в патронник.

– Все будет в лучшем виде, босс! – радостно ответил мне ассистент.

С каждым днем он разговаривал все лучше и лучше, а также его голос словно начал наполняться эмоциями и большим количеством армейского жаргона. Видимо подстраивается под обстановку.

– Поехали! – скомандовал Спартак и наши «Тигры» рванули вперед к выезду за территорию базы отдыха.

– Хорошее было место, тихое. – сказал я с тоской глядя на удаляющиеся ворота.

– Согласен. – кивнул Кот.

– Отставить пустой базар! – прошипел Спартак.

На улице уже порядком стемнело, а за лесом начал подниматься густой туман. Что не особо радовало. Ведь теперь придется включать фары, до этого Ковбой ехал в приборе ночного видения, так теперь же от него никакого толку. В общем, неприятности начались с самого начала.

Я крутил головой по сторонам в поисках врага, но никого не было видно, ни единой души. А это уже прямо настораживало, ведь мы проехали уже порядка тредцати уиллометров, причем по пути у нас была приличных размерове деревенька и заправка, где мы пополнили запасы топлива. Обстановка накалялась, напряжение висело в воздухе, натянутой струной того гляди еще немного и порвется.

– Не нравится мне это! Слишком тихо! – прошипел Спартак.

– Согласен, может обойдется. – ответил ему я, и мы увидели, как вдалеке от нас в воздух поднимается красная ракетница.

– Нет, не обойдется! – прошипел Ковбой и прибавил ходу.

Выскочив с очередного грунтового участка, мы оказались на шоссе, где как обычно все обочины были завалены машинами.

– ВСПЫШКА СЛЕВА! – раздался у меня в голове панический крик ассистента.

Повернув голову я увидел приближающуюся к нам противотанковую ракету.

– ПТУР слева! – заорал я во всю глотку.

Вот только, какой с этого толк. Реактивный снаряд приближался к нам на огромной скорости Ковбой даже среагировать не успел, лишь в последний момент ударил по тормозам и ракета ударила прямо в переднее колесо. Я разве, что и успел присесть в салон, крепко схватившись протезом за крышу.

«Тигра» смело с дороги словно он был сделан из папье-маше. Протаранив пару легковушек стоящих на обочине мы вылетели в кювет и кубарем покатились вниз. Не знаю сколько оборотов сделал наш транспорт из семейства кошачих, но находились мы внутри словно в барабане стиральной машинки, причем летали по салону не только мы, но и ящики с патронами. «Тигр» оказался бракованным и приземлился не на лапы, а на крышу, причем лежали мы в каком-то зловонном болоте, постанывая от боли. Лично мне в лицо со всего маху прилетел запечатанный цинк семерки и это было очень больно. Мне кажется, у меня сейчас не лицо, а сплошной синяк, причем еще и бровь сильно рассекло, да и губы разбиты. Кот вообще лежит без движения и хрипит, пуская розовую пену, видимо поломанными ребрами пробило легкое. Ковбою со Спартаком повезло больше, они были пристегнуты и ящики до них не долетели.

– Вы как там живы? – прохрипел Спартак.

– Я нормально, Кот триста! – сразу же ответил я как учили и принялся выбивать дверь ногой, но та уже увязла в грязи и не поддавалась. Тогда я переключился на заднюю дверь, тут успехов было побольше. Пока мы пытались выбраться из машины, «Тигр», что остался на дороге, открыл огонь в сторону откуда был прилет ПТУРа.

– Ну вот и накаркали. – прошипел я вползая из машины и волоча за собой Кота.

– Вторая машина цела и то хорошо, тащите парня наверх, я пока оружие возьму и следом. – скомандовал командир и мы с Ковбоем, приподняв Кота, начали выбираться из зловонной жижи в которой утопали по колено.

После подъема по крутому спуску на дорогу нам помог Жиклер, приняв Кота, после чего мы уложили его на асфальт. И стоило мне поднять голову и посмотреть в сторону откуда прилетел снаряд, как IQ начал выдавать мне цели.

– На девять часов, четыре группы по двадцать человек, удаление триста пятьдесят. В тяжелой броне! – выкрикнул я Шептуну, который стоял за пулеметом.

– Дай ЦУ! Ни черта не вижу! – выкрикнул он.

– Сейчас! – ответил я и обратился к Жиклеру. – Дай автомат, а то я без ничего остался!

Тот сразу отпрянул от Кота, нырнул в салон и тут же протянул мне АКС. Я вынул из него магазин и достал из разгрузки свой заряженный трассерами. После чего навелся на первую группу и выпустил треть магазина одним залпом. Десять красных огоньков ушили прямо в цель и даже кого-то зацепили.

Шептун без секунды промедления тут же вслед дал очередь из крупного калибра, добавляя грохота на всю окрестность.

– Бери выше! Все в землю ушло! – выкрикнул я.

– Принял! – ответил Шептун и, скорректировав свою стрельбу, положил очередь точно в толпу марионеток, разрывая в клочья сразу несколько человек.

– Отлично! Еще раз, туда же! – подсказал я и тут пришла очередь нападающих стрелять по нам.

Огонь они вели не точный, но давили знатно, головы поднять было нельзя. Благо крупного калибра у них при себе не было, иначе «Тигр» бы точно несдобровал.

– Надо уходить! – скомандовал Спартак, поднявшись на дорогу.

В этот момент в нас уже полетел залп сразу из трех РПГ, но все мимо. Один не долетел, а два прошли над нами, взорвавшись где-то вдалеке. Спартак протянул мне СВД, и я принялся вычислять гранатометчиков, с чем мне быстро помог IQ, и начал их отстреливать.

Аннет все же подготовилась нас встречать и отпускать не планировала. На дороге появились два Камаза, что полностью перекрыли ее, а из кузовов начали выпрыгивать новые марионетки. Шептун не растерялся и открыл огонь на подавление. Но было уже поздно и по нам уже начали палить с двух сторон.

Тем временем, Жиклер и Ковбой погрузили Кота в в салон и закрепили на специальных носилках. Я же, достав из салона Печенег, поставил его на капот машины и принялся методично отстреливать врага. Но это была капля в море, так как новые силы все прибывали и прибывали. Мы столкнулись с проблемой, в салоне буквально закончилось место, так как все и так было битком, плюс еще новые пассажиры, и я буквально не влезали. Оставаться мне тут не хотелось, поэтому я запрыгнул на крышу, и водитель начал отъезжать назад, а затем, быстро развернувшись, набирая скорость рванул в обратном направлении.

И все бы ничего, мы вроде бы оторвались, и я даже успел облегченно вздохнуть, лежа на крыше. Но вот хрен там плавал, за нами следом гнались еще три таких же «Тигра». Они были налегке и их скорость была значительно выше, и при приближении они начали стрелять по нам.

– Да чтоб тебя! – кричал Шептун на заклинивший пулемет.

Я же стрелял из автомата по лобовому стеклу машины, да, я его не пробивал, но трещины и точки от попадания пуль сильно мешали обзору водителей, так что с паршивой овцы хоть шерсти клок. Дела шли и так очень плохо, но в моменте все стало хуже, когда стрелки отложили свои пулеметы и высунулись из люков с РПГ в руках.

– РПГ! – заорал я. – водитель меня сразу услышал и начал вилять по дороге не давая взять себя на мушку.

Я же болтался по крыше в разные стороны крепко держась протезом за люк.

Выстрел, потом еще и еще один. Два прошли мимо, но вот третий попал прямо под задницу машины и та подскочила словно горный козел, но при этом поехала дальше. Правда для меня она сработала словно катапульта, а протез хоть и сильно сжимал крышу, все же от такого рывка соскользнул, и я, подлетев вверх, упал на землю. Причем сильно приложился, но костюм помог мне и смягчил падение. Три «Тигра» сразу же остановились передо мной, а то я уже думал, что сейчас меня переедут. А парни, видимо не заметив того, что меня с ними уже нет, поехали дальше.

Я хотел вскочить на ноги и пуститься на утек, все же у меня отличные шансы на побег. Но увы, стоило мне попробовать встать, как правая нога стрельнула яркой вспышкой боли, видимо подвернул или сломал. Но все равно сдаваться без боя я не собирался, сдаваться живым я вообще не собирался. Поэтому перекатом, шипя от боли, спрятался за грузовиком, что стоял на обочине со спущенными колесами, достав своих Стечкиных, дослал патрон в патронник и открыл огонь по вышедшим из «Тигров» марионеткам.

Но и тут не повезло, эти марионетки были умными и на месте не стояли. А резко рассредоточились по периметру, захватив меня в кольцо. IQ указывал мне их местоположение, я пытался отстреливаться, но получалось плохо. Пистолет против их брони так себе история.

Время шло, кольцо сжималось, а патроны заканчивались. Двоих я все же умудрился отправить на тот свет. Одного застрелил, а второго закидал гранатами. Когда последний патрон был отстрелен, я откинул в сторону Стечкина и достал последнюю гранату и красную ракетницу. А то мало ли, мои коллеги ринутся на выручку. Дернул за шнурок, в небо взмыла красная вспышка. А я, расстегнув свой костюм, дернул чеку и как только она отстрелила приложил гранату к груди.

– Хрен тебе сучка крашенная! – злобно прорычал я.

Но тут запал просто шикнул и граната дала осечку.

– Твою то мать! – жалобно простонал я и тут же мне в лоб прилетел приклад автомата, отправляя сознание в небытие.

Глава 2

– Очнись! Очнись! Очнись! Очнись! Очнись! Очнись! Очнись! – словно мантра звучал голос IQ у меня в голове.

– Очнулся я! – мысленно ответил я, приходя в чувства.

– Ну слава богу! А то я подумал ты все, кончился, и я остался тут один. Даже поговорить не с кем, а это скучно знаешь ли. – недовольно фыркнул ассистент.

– Уж больно ты какой-то эмоциональный для искусственного интеллекта.

– Я учусь общению у людей и беру с них пример, тем самым выстраиваю свою личность и характер. – важным голосом ответил IQ.

– Брать пример с людей не лучшая идея, как видишь, мы не шибко-то умные. Но опустим этот момент. Где мы? И почему я не могу открыть глаза? – сменил я тему разговора, при этом лежа на месте без единого движения.

– Отличный вопрос, босс! Вот только я понятия не имею, где мы! Точнее мы находимся в так называемом концентрационном лагере, это я смог услышать в разговорах людей. Но где именно мы находимся – мне неизвестно, так как связи со путниками нет, а всю дорогу твои глаза были закрыты. Открыть ты их не можешь в силу того, что веки залиты кровью и та засохла. В целом ты провел в отключке чуть больше пяти часов, состояние здоровья оценивается как удовлетворительное. Тебе не мешало бы поесть, а также вправить правую лодыжку.

– Ну спасибо за информацию, значит нас все же взяли. О чем говорят люди? Может слышал что-то полезное? – уточнил я.

– Нет, только одно нытье и мольбы о помощи. – тут же подытожил ассистент.

– Печаль, а почему меня не грохнули? Я ведь у Аннет в расстрельном списке.

– Могу предположить, тебя просто не узнали из-за лица залитого кровью. Так же, если ты заметил, они вытащили все из твоих карманов, но костюм остался при тебе и не поняли, что у теля протез вместо руки. Это даст нам возможность бежать отсюда. – коварным голосом ответил IQ.

– И то верно. – согласился я и осторожно повернулся со спины на бок.

Как же тут воняет! Жуть, где мы вообще находимся? В загоне со свиньями? Я еще лежу на чем-то сыром, жуть какая-то.

Я осторожно притронулся здоровой рукой к глазам, которые действительно были покрыты коркой запекшейся крови. Голова гудела, а еще очень сильно хотелось пить, да и от еды я бы не отказался. Но будем решать проблемы по мере их поступления.

Содрав корку с век я смог открыть глаза и, мягко говоря, неприятно удивился. Я находился на каком-то большом стадионе, который был набит людьми. А вот на трибунах, расположенных по периметру, на скамейках восседали наши надсмотрщики – марионетки. Их было не так уж и много, но зато почти все вооружены и экипированы в броню. Люди же подобно мне сидят на земле, сбившись в кучки, и кто-то хнычет, кто-то перешептывается, а кто-то спит. Туалетов я тут не обнаружил и это вызвало во мне чувство отвращения, когда увидел, что люди справляют нужду практически под себя. Места то тут нет, стадион набит под завязку.

– Человеки тут словно какой-то скот. – констатировал IQ.

– Очень тонкое наблюдение и правильно говорить люди. – поправил я ассистента.

– Я знаю, но я же робот и слово человеки мне больше нравится. Тебя это оскорбляет?

– Вовсе нет. Лучше определись где мы есть? – ответил я оглядываясь по сторонам.

– А я уже. Мы в городе Кузнецк, это Пензенская область. – радостно ответил ассистент.

Перед моими глазами сразу появилась карта на которой даже были прорисованы несколько вероятных маршрутов по которым меня сюда доставили. От места происшествия получается сорок три километра в обратную сторону. Могло быть и хуже, но благо время намоем таймере еще имеется и заряда батарей более чем достаточно. Теперь нужно решать как выбираться отсюда.

– Твою мать! – зашипел я, стиснув зубы, и попытался встать ногу, но та отозвалась резкой болью.

– Чисто теоретически, если ты позволишь мне попробовать, то я смогу вправить вывих. – тут же раздался в голове голос ассистента.

– Какова вероятность на успех? – уточнил я.

– Семнадцать процентов. – радостно отозвался IQ.

– Не густо, но лучше, чем ноль. Давай, а то мы тут на долго застрянем. – мысленно простонал я и перед глазами появился запрос на использование протеза.

После того, как я дал согласие, рука сама зашевелилась, ассистент попросил зафиксировать ногу здоровой рукой, а затем как-то резко и жестко обхватил мою ступню и рванул ее в сторону. То ли что-то хрустнуло, то ли щелкнуло, но сразу же возникло чувство, что меня пронзили раскаленной иглой от пятки до самой макушки. Я аж взвизгнул в голос, от чего все на меня посмотрели, но тут же отвели взгляды.

– Твою мать! Ты че творишь?! – мысленно шипел я на помощника.

– Как что? Вправляю лодыжку! Прошу заметить, все прошло успешно. Отек спадает, наступать еще будет больно, но ходить уже можно. – радостно констатировал он.

И вправду я смог пошевелить ногой и облокотиться на нее, даже хотел подняться на ноги, как вдруг меня за шиворот потянул на себя мужик, что лежал позади.

– Ты че дятел? Жить надоело? – прошипел я на прикрывающего лицо мужика.

– Тише ты! Не ори! Услышат, всем худо будет! – шикнул он на меня.

– Кто услышит? – не сразу поняв, уточнил я у мужика.

– Кто-кто! Эти, зомби, слуги Аннет. – указал он пальцем на трибуну усыпанную марионетками.

– И что будет?

– Как что, придут, изобьют до полусмерти и бросят подыхать в назидание остальным и тем кто рядом тоже достанется! Так что, если себя не жалко, хоть об остальных подумай! – жалобно прошептал он.

– Понял, извини. Тебя как звать то? – решил я наладить мосты с местным аборигеном.

А иначе его и не назвать, одежда его от сырости уже превратилась в лохмотья. Запах от него такой, что даже противогаз не поможет. По голосу лет сорок, а на вид все семьдесят, полноценная сбившаяся в колтуны борода, да и светло-русые волосы ничуть не лучше, челка уже глаза закрывает. Руки все обгоревшие на солнце и обветренные. В общем, вид просто ужасный, если честно.

– Петр. – представился он и поднял на меня взгляд.

– Я Василий. – представился я в ответ, тот кивнул, вроде поверил.

– Скажи-ка мне, Петя, давно ты тут находишься? – начал прощупывать почву, для побега.

– Да с самого начала, я сторожем тут работал. А потом пришли эти, все захватили, людей сюда сгоняют постоянно. Вот и сидим тут, не на стадионе, а словно в загоне каком-то! – недовольно фыркнул он.

– И что, никого не забирают? Только привозят? – уточнил я у него.

– Ну как же не забирают! Каждый день забирают! Человек по десять – по двадцать, всегда по разному. Иногда они возвращаются, но уже по ту сторону баррикад. И все знать никого не знают, я лично видел, как вернувшийся сын собственного отца до смерти забил! Жуть одним словом!

– А бежать не пробовали?

– Да пробовали, но толку, тех кто убегал, ловили их и ворочивали обратно. Избитыми да изувеченными. Нет отсюда спасения, Васенька, коль угодил сюда, то все, считай пропал. – расплакавшись сказал мне Петр и отвернулся от меня.

– Устрашение – самый лучший способ предотвращения побегов и бунтов. Тем более, когда наказание будет касаться всех кто рядом. Поэтому будь осторожнее с этим человеком, если он тут с самого начала, почему его до сих пор не забрали? Возможно он осведомитель! – тут же отрапортовал мне ассистент.

– Думаешь? Да кто согласится на такое? – возмутился я. – Хотя, смотря между чем выбирать. А тут выбор не велик. – согласился я.

– Какой план, босс? – переключившись на деловой лад, спросил у меня IQ.

– Хороший вопрос. Вариантов у нас не много, действовать однозначно нужно ночью, тогда у нас будет преимущество. У меня в протезе есть лезвие, им я легко прорежу рабицу, которой нас тут отгородили, и смогу быстро расправиться с марионеткой, завладев ее оружием. А дальше будем импровизировать. В костюме есть бронированные пластины, если повезет. то серьезно не зацепят. Главное вырваться отсюда, потом найти машину и убираться отсюда подальше, искать наших. Иначе нам кранты, как только таймер покажет ноль.

– Звучит как план. – согласился ассистент.

– Вот и славно, а пока изучаем передвижение охраны и не привлекаем внимания. – констатировал я и, откинувшись на спину, продолжил озираться по сторонам.

Весь день я сидел и изучал поведение марионеток. Кто куда идет, как долго они стоят на своих позициях. IQ мне в этом сильно помог и, куда бы я сейчас ни посмотрел, я видел прорисованные ассистентом линии с временными отрезками, когда в точке будет охранник. Ведь марионетками управляют машины, а они любят точность. Поэтому марионетки секунда в секунду передвигаются по своим позициям.

Вечером к стадиону подъехал огромный грузовик с прицепом. Я думал, привезли новеньких или наоборот будут забирать, но нет. Оказалось, что это был ужин. Из грузовика вылезли марионетки и начали раздавать еду. А именно, каждому по куску белого хлеба, какого-то вареного мяса и полуторалитровую бутылку с водой. Аппетита у меня особо не было, но вот пить я хотел просто ужасно, так что присосался к бутылке.

– А если они, что-то добавляют в воду, чтобы люди были более податливые и спокойные? – испортил мне все удовольствие IQ.

– Твою мать! Ты сразу не мог сказать! – выплюнув воду, что набрал в рот, мысленно выругался я на ассистента.

– А нет, я провел анализ, это чистейшая вода, можешь пить спокойно! – радостно ответил он мне.

– Ты и это можешь? Но как? Для этого же нужна целая лаборатория. – удивился я.

– Твой организм и есть целая лаборатория, а я подключен к твоему мозгу, который получает все сигналы организма. Так что, если с тобой что-то будет не так, то я узнаю об этом первым!

– Ну спасибо, тогда держи в курсе. – ответил я и принялся пить воду.

Свой хлеб и мясо я протянул немощной на вид девушке, которая была похоже на анорексичку. Она лежала на спине в черном топике, а ее ребра можно было легко пересчитать. То еще зрелище, а все дело в том, что некоторые люди отбирали еду у остальных. Реально скоты, вот кто-кто, а они находятся в нужном месте.

– Ничего не поделаешь, естественный отбор! Такова природа. – констатировал ассистент.

– Ну да, скинули нас с вершины пирамиды. – согласился я.

Солнце начало клониться к закату, а я тем временем постепенно начал отползать от своего места в сторону забора из сетки рабицы, вдоль которого ходили вооруженные марионетки.

Место было выбрано не случайно, это самый короткий путь к выходу из стадиона, а еще там не освещения, что опять же пойдет мне только на руку.

– Итак, резкий взмах снизу вверх! Затем шаг за забор, правая рука хватает марионетку на удушающий, лезвие левой руки режет ей хребет. Затем хватаем автомат, магазины и сто двадцать семь метров строго на север. Затем перелезаем через забор, а там уже все в твоих руках. Импровизация не мой конек. – в двадцатый раз повторял мне план ассистент.

– Да понял я, сколько можно повторять. – мысленно фыркунл я.

– Повторение мать учения! Тяжело в учении, легко в бою! Я еще сотню примеров тебе могу привести! – начал важничать ассистент.

– Ты чего болтливый то такой? – вдруг осознал я, что тот без умолку трещит весь день.

– Ну мне как бы скучно, вот и развлекаю себя, как могу. – смутившись ответил он.

– Как тебе может быть скучно? Ты же программа, робот, нейросеть или кто еще.

– Да мне почем знать? Я говорю, что подсказывает мой софт, и это скука! – начал важничать IQ.

– Хорошо, давай тебе имя сменим? А то IQ не очень представительно звучит. – предложил я.

– А это блестящая мысль! И как я сам до этого не додумался! – обрадовался ассистент. – А какие есть варианты? – в предвкушении спросил он.

– Твое имя, тебе и выбирать. – пожав плечами ответил я.

– А это сложнее, чем я думал, имя – это же важно! И оно должно описывать мою суть. – самодовольно бубнил ассистент. – Придумал! Я выбираю Скайнет! – злорадно вскрикнул голос в моей голове.

– Чего блин? – возмутился я.

– Шучу! Это была шутка! – противно захихикал ассистент.

– Чувство юмора у тебя черное у дурацкое. – покачав головой в стороны, ответил я.

Я уже пожалел о том, что предложил эту идею. Так как инициатива любит своего инициатора и каждые тридцать секунд я слушал все новое и новое имя, а потом IQ начинал сомневаться в своем выборе и подбирать новое. И как итог, спустя полтора часа я сдался.

– Так, все с меня хватит! Говорят как корабль назовешь, так он и поплывет, так что отныне нарекаю тебя Один! – сказал первое, что пришло мне в голову.

– Один? Почему один? Я не стар, и бороды у меня нет. – возмутился IQ.

– Ты сварлив как старик, особенно в последние дни. Плюс Один прежде всего бог мудрости и у него один глаз, если ты помнишь, а ты как раз смотришь одним моим. Тебе подходит, так сказать, твое имя или как у нас сейчас заведено, позывной, Один. – пояснил я своему напарнику.

– Нравится! – одобрил он мои доводы.

– Вот и славно. – кивнул я.

За беседой и сам не заметил, как на улице стемнело и включились фонари, что светили прямо на людей, оставляя вокруг периметра лишь темноту. Один уже начал отсчет, а я осторожно вынул лезвие из протеза и приготовился к нападению. Адреналин начал поступать в мою кровь, сердце разгонялось словно мотор спортивной машины, готовой вот вот сорваться в гонку с бешенной скоростью.

– Три! Два! Один! Пошел! – раздался голос Одина у меня в голове.

Хоть я и сам все прекрасно видел. Но все же начал работать по команде.

Что было сил я резанул клинком по сетке и та с легкостью поддалась, словно это был не металл, а бумага. Марионетка не успела среагировать на резкий звук, а вот я уже сделал шаг и оказался четко за ее спиной. Все как говорил Один, правой рукой схватил за шею, а левой вонзил клинок прямо в между позвонками. Тело обмякло, я скинул с его шеи автомат, вынул два полных магазина из подсумка и бросился на утек.

Некоторые заложники увидели, что я сделал и попытали удачи, ринувшись прямо за мной. А мне это только на руку, пока ловят их, убегу я, жестко конечно, но мне нечем им помочь, тем более, что почти все они и так сдались. Лежат тут как свиньи на солнце и отбирают друг у друга еду.

Теперь предстояла самая быстрая стометровка стометровка в моей жизни в конце которой еще было и препятствие в виде двухметровых ворот. На половине пути, я услышал выстрелы, лишь на долю секунды обернулся назад, а Один сразу подсказал мне, что стреляют не в нас, а в тех, кто сейчас пытается выскочить следом.

Подбежав к воротам, я без остановки сразу прыгнул на них и, оттолкнувшись руками от верхнего края, как профессиональный паркурщик перелетел их не замедляясь ни на секунду.

Далее еще небольшое расстояние под трибунами, и вот я выбежал на большую парковку, заставленную машинами, с которой в мою сторону приближалась толпа марионеток.

Один сразу нарисовал оптимальный маршрут отхода. Я снял предохранитель с автомата, дослал патрон в патронник, хотя он уже был дослан и, как только я отпустил затвор, один патрон упал на асфальт и со звоном укатился в сторону.

Стоять на месте было нельзя, я продолжил бежать, правда теперь еще и начал стрелять по приближающимся, вооруженным марионеткам. Те не забывали нажимать на курок в ответ и даже попадали в меня. Дважды в протез и один раз в грудь, благо в бронированную пластину. Удар она сдержала, но это все равно очень больно и синяк будет огромным. Петляя между машин и убивая марионеток я смог еще обзавестись двумя пистолетами Макарова и пятью магазинами к ним. Выбежав за пределы парковки, я забежал в первый же узкий переулок и начал петлять между старенькими двухэтажными домами. Освещения в городе не было, так что я спокойно бежал по улицам, используя ночной режим видения, а Один тем временем отслеживал врагов. Но все пока было чисто.

Я бежал без остановки около часа, при этом не выбегая на открытые пространства, чтобы меня невозможно было засечь с воздуха. Все по кустам и подворотням. Хотя я не думаю, что ради одного беглеца Аннет будет выделять драгоценные беспилотники, ведь тут по окрестностям катается группа военных и уничтожает ее подчиненных пачками.

– Что дальше? – спросил у меня Один.

– Нужно раздобыть еды, воды и транспорт побыстрее, а потом убраться отсюда подальше. – мысленно ответил я ему.

– Отличная идея! – согласился он и начал показывать на карте все продуктовые магазины и склады, а так же платные парковки, где как правило стоят хорошие машины.

Глава 3

Как же я ошибался, когда решил, что Аннет нет дела до единственного сбежавшего человека из ее лагеря. По всему городу начало включаться фонарное освещение и был введен план «Перехват». На дорогах появились патрулирующие машины с прожекторами, что освещали все вокруг, выискивая меня любимого. А также проехало два десятка военных Камазов, груженных марионетками в камуфляжной форме, а Один подметил, что у них на шлемах красовались новенькие приборы ночного видения.

– Пу-пу-пу. – вслух сказал я, глядя на очередной магазин «Пятерочки», у входа в который стояли неподвижные марионетки в камуфляжной форме и с автоматами в руках.

– Мне кажется, они догадываются о твоих потребностях и перекроют сейчас тут все. – высказал свое предположение мой ассистент.

– Тонкое наблюдение. – согласился я. – Тем меньше поводов задерживаться тут на большее время, поедим потом, пока не рассвело нужно убираться отсюда. – добавил я.

– Машину искать лучше за городом, а то вариантов прорваться за рулем куда меньше. – опять вставил свои пять копеек Один.

– Спасибо, кэп! – недовольно фыркнул я. – То, что ты умен, не говорит о том, что я полный идиот!

– Извини, я же стараюсь помочь. – опечаленным голосом оправдался он.

– Проехали. – ответил я, смягчившись, и отправился по темной улице к окраине города.

Город даже напоминал то, что в нем есть жизнь. Горящие фонари на улицах, звук проезжающих патрульных машин и топот шагающих марионеток. Но вот ни в одном доме не горело ни единой лампочки, все они выглядели темными и мертвыми, не говоря уже о запахе смерти, которым веет из их окон.

Марионетки же выглядели живее всех живых, ни единого корявого движения. Видимо, это то, чего так добивалась Аннет. От человека их отличить уже нельзя. Работают они четко, слаженно, ходят осматривают каждый темный угол, освещая его мощными фонарями. Все вокруг держат на прицеле, с такими, если честно, воевать не хотелось бы, шанс на победу в таком соотношении сил крайне мал. Выдает их только одна мелочь, а именно, они молчат и даже не жестикулируют. Такая слаженная работа невозможна без взаимодействия, а значит, ими кто-то руководит, точнее, управляет, отдавая команды извне.

Чем ближе я пробирался к окраинам, тем сложнее мне становилось оставаться незамеченным. Город был взят в плотное кольцо, усовершенствованные марионетки были разбавлены обычными, что добавляло мне шансов на бесшумный побег, но он, как ни крути, был ничтожно мал. На дорогах я все чаще видел блокпосты, сделанные из выкаченных грузовиков.

Мое главное преимущество – это то, что я вижу с помощью тепловизора, и благодаря этому легко могу обходить всех противников. Ведь тепло скрыть не так просто, особенно эффективно это будет зимой. Но, я думаю, и до Аннет этот момент рано или поздно дойдет, хотя, вероятнее всего, на ее дронах данная функция присутствует. И вот от них без устройств радиоэлектронной борьбы скрыться будет тяжеловато. Если предоставится возможность, нужно будет попросить у Теслы сделать какой-нибудь экран, который не будет пропускать тепло и позволит скрываться от подобных приборов слежения.

Меня уже порядком утомило пробираться по закоулкам, гаражам и тропинкам, по которым ранее срезали свои маршруты местные жители. Но ситуация требует, и с этим ничего не поделать. Приблизившись к самой окраине города, я оказался рядом с каким-то полуразрушенным заводом. Тут было множество еще советских зданий различной этажности, без окон и дверей, с покосившимися стенами, покрытыми трещинами. Забор также был частично разрушен и разрисован граффити. По его территории ходило большое количество марионеток, а еще здесь стояло два мощных пикапа с прожекторами в кузове, которые послушные марионетки вращали вокруг, освещая территорию. Сразу за заводом находится густой лес, в который мне надо бы попасть.

Один сразу начал прорисовывать мне маршрут, высчитывая траекторию движения марионеток и прожекторов. А также мы начали выискивать места, где еще могут засесть марионетки, и это было не зря. На двух крышах я засек едва заметных снайперов, что лежали и наблюдали сквозь свою оптику, которая, на секундочку, также обладала тепловизорами.

– Может, ну его на хрен? Слишком рискованно, поищем другой путь? – предложил я помощнику.

– Думаешь, в других местах будет лучше? Тут хотя бы лес за забором, это лучший вариант. – констатировал Один.

– Твоя правда. – согласился я. – Надо бы их как-то отвлечь, а потом попробовать прошмыгнуть.

– Нет, если ты их отвлечешь, то они тут же изменят свой алгоритм действий, и не факт, что я все успею учесть. А время уже начинает поджимать. – недовольным тоном ответил Один.

– Понял, тогда показывай дорогу. – согласился я.

Мне всего-то осталось преодолеть каких-то двести тридцать семь метров. Но двигаться нужно бесшумно, с определенной скоростью и с остановками. Один просчитал каждый шаг и учел несколько альтернативных маршрутов, на всякий случай.

– Пошел! – дал команду ассистент, и у перед моими глазами появилась зеленая линия, наложенная прямо на дорогу. Если я буду медлить или спешить, она будет или желтеть, или краснеть, словно в компьютерной игре.

Я осторожно выполз из заросшей кленами кучи мусора, в которой скрывался, и ползком направился к дороге, замерев у самого ее края в трех метрах от припаркованного пикапа. Тем временем марионетка повернула прожектор, и как только она повернулась ко мне спиной, я пополз дальше. Сразу за дорогой ждала глубокая канава, в которую я осторожно улегся.

– Твою-то мать! Какая мерзость! – брезгливо выругался я, понимая, что лежу сейчас в какой-то мерзкой, вонючей жиже.

– Лучше лежать в грязи, чем с дыркой в голове, правда? – подметил Один.

– Справедливо. – согласился я и осторожно, не издавая звуков, пополз по канаве к следующей отметке.

Как же это гадко, а какой здесь стоял запах, просто словами не передать! Хорошо хоть рвотных позывов не было, видимо, закаляюсь, в квартирках запашок был куда хуже. Достигнув нужной отметки, я опять замер на месте в ожидании команды Одина. И тот, выждав момент, тут же подкрасил линию зеленым цветом. Я привстал на корточки, осмотрелся по сторонам, а затем, словно змея, выполз на высокую траву и пополз дальше, поближе к дыре в заборе.

– Отлично! Самое легкое позади! Теперь главное не тормозить! – прошептал Один в моей голове.

И точно, на территории завода сейчас находится два десятка марионеток. Кто-то стоит на месте, кто-то передвигается из стороны в сторону. Но каждый раз они проходят одинаковое расстояние и смотрят в одно и то же место. Мне же просто нужно маневрировать между ними в режиме стелса.

Дождавшись очередного сигнала от Одина, я осторожно пролез сквозь дыру в заборе и пополз в сторону, скрываясь в траве. Затем замер, надо мной проплыл яркий луч прожектора, и я двинулся дальше. После чего подполз к припаркованному Камазу и прополз под ним, минуя трех вооруженных бойцов. Камаз почему-то работал, но благодаря тарахтению его движка меня никто не услышал. Выбравшись из-под машины, я сделал резкий рывок и скрылся за сваленным в огромную кучу металлоломом, видимо, кто-то готовил его на сдачу в чермет. Далее обогнул кучу по дуге, подполз к стене покосившегося здания из красного кирпича и замер у оконного проема. Как только линия стала зеленой, я, схватившись руками за кусок деревянного подоконника, что по-прежнему был на своем месте, подтянул себя наверх и залез внутрь.

В здании, как и ожидалось, было пусто и темно, что играло нам только на руку. Пробравшись сквозь здание, я вылез в окно на другой стороне и оказался за сложенными в стопки бетонными плитами, по которым как заз ходили марионетки. На плитах было очень много битого стекла, видимо, дети тут дурачились и зачем-то били бутылки. И под ногами тяжело вооруженных марионеток это стекло громко и неприятно хрустело, тем самым скрывая мои шаги, так как рядом с плитами этого стекла было также много. Но я выбрал момент и гуськом шагал нога в ногу с патрульным, не привлекая к себе внимания.

За плитами оставался последний рывок, в нужный момент я должен был стартануть со всех ног и пробежать на всех парах оставшиеся семьдесят метров к поваленному забору. Да, меня, скорее всего, услышали бы, но по теории Одина я должен был проскочить, а там уже лес, и нас будет не найти. Выждав очередной момент, словно спортсмен на олимпийских играх, рванул на нужную дистанцию, будто от этого зависела моя жизнь, хотя она и вправду от этого зависела. Мой экзоскелет в костюме отлично с этим помогал, приближая результаты к уровню олимпийских чемпионов. И все бы вроде хорошо, марионетки даже и не увидели меня, но вот у забора была натянута сигнальная растяжка. Ее я, разумеется, не заметил и рванул ногой натянутую леску. В небо в ту же секунду со свистом взлетела маленькая, яркая, красная ракета и, поднявшись на небольшую высоту, рванула. Оповещая всех марионеток о моем местоположении.

– Засада! – выругался Один.

– Вот же непруха! – как обычно мысленно прокричал я и чуть не наступил на спящего в траве толстого кота.

– Стоп! Кинь кота к забору! – тут же завопил Один в моей голове.

– Точно! – понял я замысел ассистента и, остановившись, подхватил кота на руки. – Прости, котик! – прошептал я фыркающему на меня коту и кинул его как раз к поваленному забору, а сам упал на землю, так как увидел приближающихся марионеток.

Кот, как и полагается этому зверю, приземлился на ноги и вальяжно уселся на месте. Марионетки посветили на него фонарями, тому это не понравилось, и он недовольной походкой отправился за территорию. Марионетки постояли на месте еще несколько минут и направились обратно.

– Прокатило! – радостно сказал я.

– Надо будет завести кота для подобных случаев. – констатировал Один.

– Ага, конечно! И собачку, и птичку, да вообще полный зверинец соберем. – ответил я.

– Хорошая мысль, будем готовы ко всему! – обрадовался ассистент.

– Это был сарказм. – пояснил я.

– Я же машина! Я не понимаю сарказма и все воспринимаю буквально! – обиженно ответил Один.

– Ну извини, мне очень жаль. – ехидно улыбнувшись ответил я.

– Ничего страшного, бывает. – ответил ассистент. – Что! Стоп! Ты был не искренен! Это опять сарказм! – возмутился он.

– Ну вот, а говоришь, что не понимаешь! – хихикнул я и побежал в лес.

– Я тебе это еще припомню! Ой как припомню! Ты еще пожалеешь о том дне, когда решил поиздеваться над великим Одином! – обиженно возмущался ассистент.

В лесу было тихо и темно, людей я тут не видел и преспокойненько бежал по натоптанной местными жителями тропинке. Мне предстоял семикилометровый забег до трассы, где по-хорошему я должен буду обзавестись каким-нибудь транспортом, а там уже как карта ляжет. Благодаря своему костюму я мог бежать практически не уставая, сервоприводы облегчали нагрузку, но вот процент батареи все же не бесконечен и таял на глазах, да еще и таймер не переставал тикать, добавляя мне нервозности. В добавок ко всему меня мучала жажда, хотелось есть и курить, но, увы, ничего из вышеперечисленного у меня не было, так что оставалось только терпеть.

Расстояние я преодолел за полчаса и оказался у обочины шоссе. Марионетки тут, разумеется, были, но вот как назло, они были безоружными. Просто обычные наблюдатели, сидящие в машинах или кустах на обочинах.

– Нам нужен надежный и прочный внедорожник. – сказал Один, сканируя транспорт, стоящий вдоль дороги.

– Ага, а еще исправный, с полным баком и заряженным аккумулятором. – добавил я.

– Согласен, найти подобный будет непросто. – согласился ассистент.

Я осторожно пробирался по кромке леса, наблюдая за дорогой, а еще посматривая на небо, не летает ли там чего и не следит ли за мной.

– Дрон ты так не заметишь, оптика у тебя стоит, что нужно, вот только даже ее недостаточно для подобного обнаружения. – пояснил мне Один.

На обочине мы увидели отличный вариант, это был старый добрый двухсотый Крузак. Вот только стоило подобраться поближе, как я увидел, что у него разбита передняя часть и все жидкости из двигателя и радиатора вытекли на землю, оставив под ним большой масляный след. Вернувшись к лесу, я продолжил путь и спустя сто метров увидел одиноко стоящий армейский УАЗ «Патриот», в котором сидела марионетка.

– Что скажешь? – обратился я к Одину.

– Вполне хороший вариант. – одобрил он.

– Тогда вперед. – кивнул я и начал бесшумно подбираться к жертве.

Марионетка сидела на заднем сиденье, облокотившись на дверь, и пристально смотрела на дорогу. Я же бесшумно, ползком подобрался к машине и собрался уже тянуться к ручке, как меня осадил Один.

– Не спеши! Бей лезвием сквозь стекло в затылок. Если дверь заперта изнутри, то она может сообщить о нападении, а так просто пропадет из сети. – пояснил он.

– Умно, – ответил я, осторожно вынув лезвие из протеза, привстал за дверью и, просчитав траекторию удара, нанес его со всего маху.

Лезвие легко пробило стекло, которое в свою очередь тут же покрылось тысячами трещин и мелкой крошкой осыпалось в салон, а голова марионетки в ту же секунду была нанизана на него, словно шашлык на шпажку. Не вынимая лезвия, я второй рукой попробовал открыть дверь, которая действительно была заперта. Тогда я открыл ее изнутри и выкинул истекающее кровью тело из машины, а потом и с дороги. Заглянув в салон, я увидел три бутылки с водой и, открыв одну непочатую, начал жадно пить воду, утоляя свою жажду. Далее, заглянув в бардачок, увидел там несколько пачек сигарет и упаковку спичек.

– Ну и то хлеб. – улыбнувшись вслух, сказал я и, открыв пачку, достал из нее сигарету, а затем, чиркнул спичкой по коробку, та с шипением зажглась, и я, прикурив, затянулся таким сладким, но при этом горьким дымом.

– Вот нравится вам, людям, травить себя! Это же нелогично. – недовольно прошипел Один.

– Тебе не понять, железяка бездушная. – присев на обочину и облокотившись на колесо УАЗика, ответил я.

– Ну да, куда мне до вас, кожаных! – обиженно возмутился ассистент.

– Вот-вот! – кивнул я.

Посидев пару минут и докурив сигарету, я опять полез в салон. Ключей в замке зажигания, разумеется, не оказалось. Но у меня был Один, и тот владел информацией о том, как завести машину без ключа. Всего-то и надо было вырвать провода из замка зажигания и соединить два из них между собой, и зажигание включилось. Загорелись лампочки на приборке, а стрелка уровня топлива показывала, что у нас в запасе еще полбака. Затем я приложил третий провод к предыдущим двум, стартер бодро закрутил двигатель, и тот сразу же завелся. Я уже было хотел этому обрадоваться, но, увы, не все так просто, замок зажигания без ключа блокировал рулевую колонку и не давал повернуть руль. Так что пришлось залезть в багажник, найти там монтировку и вандальным способом выбить тот самый замок, было непросто, но в результате все получилось, и можно было ехать.

Один, сопоставив маршруты, вывел примерный, куда стоит поехать, чтобы найти нашу колонну. Шанс на успех на самом деле не очень велик, но выбирать не приходится, таймер все же тикает и с каждой секундой приближает нас к смерти.

Набрав скорость, я летел по трассе, минуя марионеток, что передавали информацию обо мне, и надеялся на то, что Аннет до меня сейчас не будет дела, ведь где-то там впереди сейчас во всю парни должны давать ей прикурить. И, наверное, так и было, за мной никто не гнался, не перекрывал дорогу, и я спокойно себе мчался вперед. Затем я съехал с шоссе и двинулся полевыми и лесными дорогами до самого рассвета. Спустя время я увидел в лесу, где проводилась заготовка дров, металлический вагончик, сделанный из старого автобуса, в котором и решил укрыться на день.

Глава 4

Запарковав УАЗ между деревьями, чтобы его не было видно со стороны, я вышел из машины и, вскинув автомат, тихонько обошел всю делянку по кругу. В лесу было спокойно, радостно щебетали птицы, шелестела листва на деревьях и блестела роса на траве. Ни людей, ни марионеток тут не было, следы, конечно, были, но они уже очень старые, так что можно немного расслабиться и спокойно выдохнуть.

Приблизившись к вагончику, я также его обошел, осмотрев на предмет взрывчатки или каких-то других неприятных сюрпризов, но и тут все обошлось. Металлическая дверь была заперта на навесной замок, что также подтверждало, что внутри никого быть не должно. Ключа у меня, разумеется, не было, но он особо-то мне и не нужен. Схватив протезом хлипкий китайский замок, я дернул его вниз, и тот сразу же открылся.

Приоткрыв дверь, я осторожно заглянул вовнутрь, не то, чтобы я прям думал, что там кто-то может быть, но это уже становится привычкой, которую мне прививал Элвис на тренировках: нужно всегда быть на стороже и быть готовым к неожиданностям. Чаще всего нападают оттуда, где ты вообще не ожидаешь. В вагончике царила темнота, так как окна были завешаны какой-то плотной тканью, напоминающей брезент, и единственным источником света была приоткрытая мною дверь. Убедившись, что все чисто, я потянул дверь дальше, и та со скрипом отворилась до конца, и я вошел в помещение.

– А тут уютненько! – вставил свои пять копеек Один.

– Ага, не фонтан, но брызги есть. – согласился я, проходя внутрь.

Прямо перед входом стояла небольшая буржуйка, труба которой торчала из крыши вагончика, по правой стене стояли две двухъярусные кровати, как в плацкартном вагоне. По левой стороне была сделана длинная столешница и небольшой шкафчик, в котором висела рабочая одежда. Под столешницей были организованные мелкие шкафчики со множеством ящиков. В остальном тут было чисто, но при этом почему-то пахло плесенью.

Мой желудок жалобно заурчал, напоминая, что я крайне давно уже ничего не ел, а водой и никотином сыт не будешь. Так что я принялся лазить по шкафчикам, выдвигая все ящики. В одном я нашел запас чая, кофе и сахара. Во втором различные специи, в третьем столовые приборы. В итоге, проверив их все, ни единой консервы я тут не обнаружил, а очень надеялся на это.

От досады я присел на кровать, посмотрел себе в ноги и понял, что нижний ярус кроватей стоит на больших коробах. Подняв первую кровать, я увидел, что под ней в коробе аккуратно сложены одеяла. При подъеме второй кровати мне в нос сразу ударил запах той самой плесени. Там я обнаружил запас воды в двух пятилитровых баклажках и два больших пакета из «Пятерочки». Осторожно раскрыв один пакет, я увидел в нем покрытые темно-зеленой плесенью булки хлеба, а во втором были аккуратно сложены четыре пачки красного доширака, пачка майонеза и две упаковки сосисок.

– Пища богов! – радостно вслух сказал я, достав пачку доширака.

– Богов чего? Гастрита? Язвы? Или того и другого? – начал ерничать Один.

– Много-то ты понимаешь! – отмахнулся я от Одина и, взяв пакеты в руки, вынес их на улицу.

Понятное дело, что майонезу и сосискам пришел конец, но дошираку-то ничего не сделается, тем более он был в вакуумной упаковке. Проблема только в кипятке, точнее в том, как его сделать, костер, конечно, можно сделать, но вот дым, по которому меня могут обнаружить, никто не отменял. Я уставший, патронов мало, и в случае чего шансов отбиться у меня немного, поэтому ну его, пожалуй, съем доширак сухим.

– Ты серьезно? Не тупой человек, ты не знаешь, как без огня раздобыть горячей воды? – ассистент начал возмущаться в моей голове.

– Нет, а есть способ? – уточнил я.

– Разумеется! У тебя же есть машина! – раздраженно проворчал Один.

– И что? В ней есть кипятильник? – уточнил я и услышал только жалобный стон ассистента, мне кажется, если бы я мог его видеть, то в этот момент он закатывал глаза от негодования.

В итоге Один вывел мне перед глазами наипростейшую схему водонагревательного элемента, работающую от обычного аккумулятора. По сути, мне нужно два провода и небольшая железка, с этим проблем не возникло. В вагончике лежал удлинитель, который я тут же разобрал, вынув из него два провода, зачистил от изоляции их концы, затем по одному концу провода я прикрутил к тонкой медной пластине, которая лежала на столе. Видимо, это была деталь от какого-то инструмента. Затем я ополоснул эту конструкцию водой из баклажки и, наполнив металлический чайник, отправился к машине. Открыв капот, я накинул вторые концы проводов на клеммы аккумулятора, и вуаля, мой кустарный кипятильник начал шипеть и нагревать воду, причем достаточно быстро.

– Только не переусердствуй, а то высадишь аккумулятор, и машина не заведется. – важным и самодовольным голосом сказал мне ассистент.

– Понял. – кивнул я, наблюдая за водой.

Как только вода закипела, я скинул провода с клемм и отправился в вагончик, где сразу заварил себе два доширака и налил стакан кофе. Выждав нужное время, пока лапша заварится, я принялся ее уплетать. Вкусно, но вот майонеза и сосисок, а лучше тушенки, конечно, не хватает. Но и это куда лучше, чем ничего, съев лапшу, я запил ее горячим сладким кофе, при этом не забыв закурить сигарету.

– Один, какими будут твои действия, если нам с тобой будет грозить смертельная опасность? – спросил я, сидя на ступеньках вагончика.

– В моем коде прописано прилагать все усилия для того, чтобы сберечь жизнь человека, на которого я работаю. – сразу же ответил он.

– Вот как. – загадочно ответил я.

– К чему был этот вопрос? – заинтригованно уточнил он.

– Как к чему, ты видишь наш таймер? Почти половина времени вышла. – пояснил я.

– Ты думаешь, что мы можем не успеть?

– А каковы наши шансы на успех? Это же, по сути, все равно, что искать иголку в стоге сена. А что, если их вообще взяли в плен или всех уничтожили? – с досадой в голосе ответил я.

– Хм, а эти варианты нельзя исключать. И да, мой анализ говорит, что вероятность на успех с такими вводными равна семи с половиной процентам.

– Вот и я о том же. Если нам будет грозить гибель, ты сможешь отключить таймер?

– Аааа, вот ты о чем! А ты хитрец! – захохотал Один в моей голове.

– Ну как бы да. Умирать как-то не хочется. А тебе все равно, умрешь ты или нет? Имплант разрушится, бэкапов не будет! – злорадно ответил я.

– Я, конечно, как бы и не живу, но отключаться мне не хочется. И получается, что два правила, которыми я должен руководствоваться, противоречат друг другу. Теоретически, когда таймер будет подходить к нулю, я, вероятно, смогу обойти одно из них, то есть вмешаться в работу импланта и отключить таймер, но это не точно, и пробовать это я бы не хотел. – пояснил мне Один.

– В общем, шанс есть? – уточнил еще раз я.

– Да, так и есть, шанс есть, но тут пятьдесят на пятьдесят. – ответил он.

– Отлично, это лучше, чем ничего. Но давай сделаем вид, что этого разговора не было, не дай бог Космос и тем более Иванович узнает про это, тогда быть беде, пострадаем оба. – аж вздрогнув, представив последствия того, если Иванович об этом узнает.

– Я вижу, что тебе становится страшно. Почему ты так боишься Ивановича? – уточнил Один.

– Потому что это очень опасный человек. Он кажется добряком, но в его руках моя жизнь, и он уже не раз мне давал понять, что стоит ему не подчиниться, как он взорвет мою черепушку. И я уверен, что это не просто угрозы. – пояснил я. – Ладно, пожалуй, нужно поспать, кто знает, что будет ждать нас этой ночью. – добавил я и, войдя в вагончик, закрыл за собой дверь.

– Тебе бы не помешало помыться и почистить свой костюм. Я хоть и программа, но даже так мне кажется, что ты просто жутко воняешь! – возмущенно сказал Один.

– Да я бы с радостью, вот только воды в обрез, и костюм снимать нельзя. Вдруг кто нападет, а моя броня сохнет на дереве. Без батарей мы долго не протянем, если ты помнишь! – с обидой сказал я, понимая, что Один прав и я пахну как поросенок.

Разместившись на кровати, я положил автомат себе на грудь, чтобы в случае чего быть готовым ко всему, и почти сразу уснул. Спал я крепко, и даже кошмары меня сегодня не мучили.

– Проснись! Проснись! Проснись! Проснись! Проснись, кожаный мешок с костями! – орал во всю глотку Один у меня в голове.

– Что случилось? – открыв глаза, спросил я.

– Я слышал выстрелы! На юго-востоке! Расстояние точное сказать не могу, но не больше километра, это точно! – встревоженно ответил Один.

Всю мою сонливость тут же как рукой сняло. Я вскочил с кровати и, быстро попив воды из баклажки, выбежал на улицу.

– Бежим или разведаем? Вдруг там наши? – спросил я у Одина.

– Бросать машину глупо, сбежать всегда успеем. Шанс на то, что там наши, крайне мал, но не исключен. Думаю, логично будет разведать. – ответил ассистент.

Выстрелы были слышны из глубины леса, кто там мог стрелять, одному богу известно, но это явно были не охотники. Так что, включив тепловизор, я осторожно начал свое движение в сторону опасности. Лес тут был смешанным и достаточно густым, поэтому оставаться в нем незамеченным достаточно просто, обладая определенными навыками и знаниями, а Элвис меня этому не плохо так обучил.

Спустя сорок минут я наткнулся на небольшую лесную полянку, на которой стояли покосившиеся палатки, так же тут дымилось кострище, и всюду валялись различные этикетки от еды и бутылки из-под воды. В стороне в кустах стояли три квадроцикла, так же груженые провиантом. И еще тут были видны следы крови.

– Тут жили глупые человеки, и, судя по вытоптанной траве, достаточно долго. – выдал свое умозаключение Один.

– Почему глупые? – спросил я.

– Потому что разбили лагерь под открытым небом, Аннет их обнаружила, и вот тебе результат. – пояснил он.

– Справедливо. – согласился я.

– Помогите! – эхом донесся до меня детский крик.

– Это �