ВОСЬМАЯ ПОПЫТКА БОГОВ
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ
ПЕТРОВА АНАСТАСИЯ
ВОСЬМАЯ ПОПЫТКА БОГОВ
ПРОЛОГ
Кругом царил мрак бесконечного космоса. И холод. Но вот сверкнула яркая вспышка сверхновой, придавая невиданное ускорение полупрозрачной сфере, внутри которой сидело двое: прекрасная во всех смыслах золотоволосая Богиня Любви и Бог Войны с длинными рыжими волосами.
– Не волнуйся, дорогой Рагнар. На сей раз у нас всё получится. И мы заслужим право жить по-своему.
– Милая Сильвана, ты же знаешь, ради тебя я готов на всё! – решительно заявил мужчина и помрачнел: – Только вот наши подопечные опять потерпели поражение. Весь миллиард изначальных душ! Среди них не нашлось и сотни разумных умов и сердец. А может, гори оно всё в горниле Большого Взрыва? Я грежу лишь о твоих объятиях и поцелуях…
– Чтобы создать очередную безжизненную галактику вместо долгожданного ребёночка? Ну уж нет! Мы видели столько ужасного за десять тысяч лет брака. Однако я привыкла доводить дело до конца… Вверенные нам души ДОЛЖНЫ, наконец, пройти воплощение, становление, выбор и со временем переродиться в высших существ, способных познать эту яркую Вселенную. Только тогда мы сможем жить безмятежно, растворившись друг в друге, и познать счастье родительства.
– Да, конечно, любимая. Я так давно мечтаю о могущественном сыне.
– Или о дочери! Она будет прекраснее и сильнее меня.
– Почему бы и нет. Я согласен. А вот попробуй докажи, что мы достойны сего благословения, когда наши подопечные столь эгоистичны и беспечны… Мы давали им все возможности: знания, силу, чувство юмора. Они жили в разных обстоятельствах и на разных планетах. Но гибли, гибли снова и снова. От огня и стали. От эпидемий. От радиации. От собственной глупости и зависти. Семь жутких раз! Как вспомню, так вздрогну… Прости мой пессимизм, любимая. Однако род деятельности порой делает меня скучным занудой.
– А ты вспоминай не только кровавые битвы, но и отвагу сражающихся, их желание не прикончить врага, а защитить родных. У Любви ведь тоже два лика: она способна сделать всех чище, лучше или извратить слабые души обидой, ревностью и злобой… Приободрись, счастье моё! – Сильвана нежно погладила мужа по руке, заставив его довольно улыбнуться. – Давай на сей раз создадим мир волшебства. Ну пожалуйста, Рагнар!
– Романтичная ты моя, – окончательно “растаял” Бог Войны. – Обещаю: больше никакого реализма, пост Апокалипсиса и высоких технологий. Эльфы, маги, короли, восхитительная природа…
– Твои любимые люди, орки и драконы…
– Посмотри, какая чудесная экзо-планета там, впереди. Большая. С двумя лунами. И солнце ее такое же яркое и жаркое, как ты, Сильвана.
– Продолжай-продолжай. Я так люблю, когда ты мне льстишь, – звонко рассмеялась Богиня, осторожно поглаживая бездонную суму с душами, которая покоилась у нее на коленях.
– Выходим на орбиту и снижаемся. Нам предстоит БОЛЬШАЯ работа… Как ты хочешь назвать это место?
– Планета Валдар, спутники Хаур и Нэнэ.
– Это что за названия такие? На каком языке? – хмыкнул Рагнар, чувствуя привычный энтузиазм и азарт.
– Звучит красиво, вот и всё.
– Пусть будет так. Приготовься. Сейчас немного потрясет. Превосходный вид впереди, не находишь?
– И правда! – восхищенно распахнула прекрасные глаза Богиня Любви. – Огромный зеленый континент в форме сердца, окруженный пятью морями. А дальше кольцом просторная суша, покрытая лесами всех оттенков медного, золотого и серебряного. Чуть в стороне таинственный укутанный туманом архипелаг. А прочим островкам нет числа… Какой чудесный холст для творчества!
– Наслаждайся, только помни, милая: не бывает ничего совершенного. Когда речь заходит о наших подопечных, нужно держать ухо востро.
– Что бы я делала без твоих наставлений, дорогой Рагнар, – Сильвана чмокнула мужа в щеку. – Полагаю, манны нам хватит с избытком. Давай же приступать к делу.
Итак, первые тысячелетия существования нового Разумного Мира пролетели незаметно.
ГЛАВА 1
Если взглянуть на мир Валдара с высоты, можно легко забыть обо всём на свете от восторга. Бог и Богиня постарались от души, до краев наполнив молчаливое пространство жизнью. На континенте в форме сердца расположились два государства людей – Лавидия и Лаверн. Вечные соперники и иногда враги. Между ними (словно буферная зона) раскинулась нейтральная Ланикея – страна магов всех рас. За морями шелестело красивейшими лесами Единое Царство Темных и Светлых Эльфов. Еще дальше (в бескрайнем Мировом Океане) встречались большие и малые острова. Некоторые большую часть года скрывались в тумане. Здесь и жил третий народ Валдара – орки. Архипелаг Колдорн по праву считался самым суровым местом.
Бурные века политических игр отгремели лишь два столетия назад, а жители планеты уже успели расслабиться и стать беспечными. Тишь да благодать, одним словом.
Вот почему жрица Сильваны Вилета Маркауз очень удивилась и испугалась, когда Богиня Любви поведала во сне о надвигающейся катастрофе, предотвратить которую доверяют именно ей.
Будучи далеко не самой могущественной из тысяч посланниц, девушка резонно возразила, что она едва ли способна на подобный подвиг. Однако Бог Войны (ворвавшись в ее грезы вслед за супругой) сурово заявил, что бегать от Судьбы – дело не только бессмысленное, но и опасное. Решительная Вилета и на сей раз молчать не стала, заявив, что вслепую полагаться на кого-то порой не менее опасно. Рагнар уважительно хмыкнул и, прежде чем Сильвана успела вмешаться, схватил строптивицу за руку. На ее ладони вспыхнуло пламя, причиняя сильную боль. Мгновение – и оно пропало, не оставив следа.
– Хватит твердить, что ты не достойна возложенной задачи, иначе станет еще больнее, – сверкнул карими глазами он.
– Да, – кивнула Богиня. – Сомнения и страх парализуют сильнее любых чар. Твои возможности будут расти. Чем опаснее ситуация, тем выше магический потенциал. Однако твой главный враг – не сам противник, а ненависть к нему… – зеленые глаза прекраснейшей из женщин были печальны.
– Понимаю… Что я должна делать дальше, Всемилостивая? – вздохнула Вилета, в знак уважения опускаясь на колени.
– Отправляйся в трактир “Золотой Клевер”. Там уже ждет тот, кто сопроводит тебя в Царство Эльфов.
– Благодарю, Прекраснейшая! – просияла девушка. – Там я смогу узнать о Судьбе пропавшего брата.
– Будем считать, что так и задумано. Однако не забывай о главном.
И вот смирный лохматый конь, по кличке Кустик, уже везет свою хозяйку к месту назначения. Утреннее солнце середины лета изрядно так припекает, птички поют. Однако на душе у Вилеты было по-прежнему тревожно. Искомый трактир оказался добротным строением в три этажа. Чувствовалось, что здесь проводят время весьма состоятельные жители Маринера – приморского городка на юге Лавидии, известного добычей янтаря, жемчуга и невероятно вкусного золотого карпа.
Девушка легко спрыгнула с коня и, прошептав: “Жди меня здесь, дружочек, я скоро!”, торопливо вошла в просторный зал. Почти сразу к ней подскочил деятельный трактирщик, старательно скрывая охватившее его желание:
– Дражайшая посланница Богини, Вас уже ждут наверху. Прикажете подать вино и фрукты?
Вилета отрицательно покачала головой:
– Добрый господин, а откуда Вам известно, что ждут именно меня?
– Гость сам сказал мне об этом, подробно описав Вас, о прекрасная.
Девушка вздохнула и поспешила наверх. Она знала, что хороша собой (хоть и чуточку полновата), но никогда не считала себя прекрасной. Однако большинство парней и мужчин испытывали к посланнице Богини Любви порой бессознательное влечение. Сначала флиртовать и улыбаться в ответ даже приятно, но потом подобного внимания становится слишком много…
В комнате, куда вошла Вилета, было очень светло. Пришлось зажмуриться.
– Рад новой встрече, милая маркиза Шэклтон, – поприветствовали ее.
Сердце пропустило удар и воспарило к небесам:
– Ольмирис, это Вы?!
– Собственной персоной, Миледи. Мне поручено сопроводить Вас в Царство.
– Удача, определенно, на моей стороне! Помогите мне найти брата… – внезапная растерянность на лице светловолосого эльфа очень удивила и смутила ее. – А разве Вы не знаете, что он пропал три года назад?
– Вскоре после королевского приема Совет Двенадцати отправил меня охранять западные границы Багряного Леса… К сожалению, с тех самых пор мы с ним не общались.
– Боги меня упаси осуждать Вас, дорогой друг. Только благодаря Вашим решительным действиям я избежала гнусных домогательств герцога Ливорна на том балу. Мне было так страшно. Я так надеялась поскорее забыть этот кошмар… Однако, узнав обо всем от вездесущих сплетников, Родэрик вызвал негодяя на поединок и изрядно разукрасил ему лицо. Наш монарх Генрих Миротворец (хоть и сочувствовал мне) не мог не наказать брата за нападение на особу королевской крови. Мы лишились титула и состояния. Переехали жить в Маринер. Спустя год, чтобы я смогла продолжить учебу в Храме Сильваны, брат согласился быть послом в Колдорне… В последнем письме он писал, что по дороге домой хочет навестить друга в Царстве Эльфов…
– Увы, мы не встречались… Арзаки опаснее и кровожаднее собратьев-орков, что живут на границе наших лесов, – нахмурился Ольмирис. – Однако едва ли они рискнули напасть на посла из Лавидии.
Вилета развела руками, и ее серые глаза стали темнее от подступивших слез. Телохранитель восьмого короля эльфов повел рукой в воздухе, и посланница богини ощутила легкое прикосновение к щеке:
– Прошу: не надо плакать. Ваш брат – мой друг и боевой товарищ, надежно прикрывавший спину. Случись с ним что-то ужасное, я бы почувствовал… Всё образуется, вот увидите, милая Лета.
– Ваше утешение, Ольмирис, для меня дороже всего на свете. Спасибо… Куда лежит наш путь?
– Сначала в Ланикею. Мне нужно выполнить одно поручение. А потом мы сядем на морской паром, который ходит до границы с Багряным Лесом. Если Вы не голодны, отправимся немедленно.
– Разумеется. Кустик меня уже заждался. Вы как всегда путешествуете пешком?
– Стараюсь держать себя в форме, – игриво прищурился светлый эльф.
– И она неподражаемо великолепна, – совершенно искренне ответила девушка, напрасно надеясь, что он не заметит ее румянец.
– Приятно слышать, эттэрни.
– Какая я Вам госпожа, – отмахнулась Вилета. – Мы знакомы целых десять лет. Хотя для вас, Перворожденных, это мгновение…
– Боюсь, что так, – развел руками Ольмирис. – Однако и Вы с братом имеете отношение к моему народу, обладая третью эльфийской крови. Вижу-вижу: Вам уже исполнилось двадцать пять лет. Ушки так мило заострились.
– Надо же! – девушка посмотрела в зеркало, стоящее на столике для умывания. – Я не замечала подобного раньше. Похоже, со мной происходят изменения. К чему бы это?
– Поживем – увидим, – загадочно ответил Светлый и взял девушку под руку. – Идемте же, Лета. В пути наговоримся. Медлительный Кустик даст нам такую возможность.
Когда посланница и эльф-воин спустились в общий зал, трактирщик смотрел на них так, словно парочка весьма увлекательно провела ночь вместе, а не пробыла наедине каких-то десять минут.
Итак, двое отправились к границе Лавидии и Ланикеи. Трехдневный путь грозил показаться им обоим особенно долгим, поскольку Кустик не любил торопиться куда бы то ни было (даже в любимое стойло к нарезанным морковкам и яблокам). Чтобы хоть как-то ускориться, Вилета, в конце концов, тоже пошла пешком, ведя любимца в поводу.
– Лета, позвольте мне сказать, что… – осторожно начал разговор Светлый. – Я испытываю искреннее уважение к прекраснейшей Сильване, однако считаю разумным скрыть факт Вашего служения ей.
– И зачем же? Мой статус даст нам большие преимущества в пути.
– Напротив! Он делает Вас желанной для всех взрослых мужчин. Боюсь, Вы слишком рискуете. Разумеется, я готов биться за Вашу честь в любой момент, но мне бы не хотелось ставить под угрозу добрые взаимоотношения наших народов…
– Ольмирис, говорите проще, – улыбнулась девушка. – Официальный тон Вам не идет… Да, Храмовый Жетон и флейту можно спрятать, однако никакая одежда не скроет, КТО Я. Понимаете, физическая привлекательность давно стала частью меня самой. Это Дар Богини, ее Благословение для каждой посланницы. От которого нельзя отказаться.
– Вот оно как… Теперь мне многое понятно… Однако никто не посмеет похабно разглядывать супругу эльфа. Каким бы гипнотическим очарованием ни наделила ее Богиня Любви. Решайтесь, милая Лета!
– И мы станем настоящими супругами? Прямо здесь и сейчас? – мгновенно краснея, уточнила та, краем глаза замечая, как Ольмирис смущённо теребит волосы.
– Через четверть часа покажется деревенька, там и совершим Обряд…
– Это немного… неожиданно.
– Лишь клятвы, произнесённые перед вашим королем и Советом Двенадцати, имеют силу закона. Считайте, что мы играем в спектакле.
– В таком случае… Будь что будет! Я согласна. Да и какая одинокая девушка откажется от подобного предложения.
– Превосходно!
Таверна “Толстый Кот” сейчас стояла полупустой, давая возможность воину и посланнице не торопясь осуществить задуманное. Однако уже через две недели здесь будет яблоку негде упасть: начнется грандиозный Праздник Единения всех народов и рас Валдара, посвященный Сильване и Рагнару.
В эти дни всегда заключались нерушимые договоры, союзы, браки. Даже суровые орки могли выпить вина с эльфами и потанцевать. Все отдыхали и радовались жизни, забыв о тревогах и конфликтах.
Итак, выбрав самый живописный уголок сада, пара создала барьер, внутри которого их никто не видел и не слышал.
– И что дальше? – спросила Вилета, снимая туфли и становясь босыми ногами на траву.
– Мы должны раздеть друг друга до белья. В знак того, что нам нечего скрывать.
– Вот так сразу? А ничего, если я буду краснеть и отводить взгляд?
– Договорились. Для меня подобное – тоже новый опыт.
Успешно справившись с первым совместным испытанием, супруги взялись за руки и спросили друг друга о согласии вступить в брак, затем обнялись, прислушиваясь к ощущениям. В какой-то момент их сердца забились в едином ритме. Спустя еще долгую минуту они ощутили на правом и левом запястьях невесомые драгоценности, внутри которых отныне мерцали Жизненные Силы их обоих… Посланница и воин неловко поцеловали друг друга и обменялись свадебными браслетами.
– Дорогая жена, теперь пора расчесать волосы друг другу. Я заплету тебе две косички. А ты мне – одну.
– Хорошо, дорогой муж, – очень тихо ответила девушка, передавая ему появившийся прямо из воздуха гребень. – Вот. Прими мой подарок.
– Всё в порядке, милая Лета? – забеспокоился Ольмирис.
– Боюсь, что нет. Как-то всё это неправильно, хоть и чудесно…
– В будущем, если ты будешь против, мы не завершим обряд клятвами и брачной ночью.
– Отныне наши узы стали еще крепче, но жизнь длинная и сложная… Вдруг мы поспешили…?
– Понимаю твои сомнения. Могу сказать одно: без искренней привязанности друг к другу у нас ничего бы не вышло…
– Хоть это хорошо, – наконец, улыбнулась Вилета, поправляя светло-русые локоны с двумя тоненькими косичками. – Будем сегодня веселиться до утра! С какой стороны мне плести оберег?
– Где угодно. Главное – делать всё искренне.
– С Любовью? – окончательно развеселилась Вилета.
– Вот-вот, – подмигнул ей Ольмирис. – Кстати, дорогая, позволь узнать, к какому эльфийскому роду принадлежал твой дед? Я должен отправить родным Свадебные Дары, иначе меня сочтут невоспитанным наглецом.
– Отец рассказывал, что у дедушки на камзоле был вышит серебряный ворон. Что это значит?
– Род Вещих Снов! Невероятно. Все считают его угасшим в горниле войн.
– Твои волосы… светятся и излучают тепло?!
– Когда я счастлив, такое возможно.
– А семья Шэклтон-Маркауз известна более чем тысячелетней дружбой с монархами Лавидии.
– Удивительно…
– Я закончила. Получилось так себе…
– Ты умница, Лета! Прими мой подарок, – Ольмирис раскрыл ладонь. – Носи эти серьги – и я всегда буду знать, где ты и помогу в минуту опасности.
– Звездочки как настоящие! – восхитилась девушка. – Благодарю. Ой, что-то я проголодалась.
Беззаботно болтая, супруги из рода Белого Лотоса переоделись в новое. Возможность создавать что-то буквально из воздуха путем эльфийской и людской магий – огромное преимущество в дороге: всегда можно путешествовать с комфортом, щедро платя за еду и ночлег. Вот почему трактирщики трех стран просто жаждали встречи с Перворожденными или слугами обоих богов. Дородная хозяйка “Кота” поставила на стол самые лучшие блюда своего весьма изобретательного повара, достала легкое молодое вино. И даже собрала по деревне небольшой оркестр, чтобы развлечь “дорогих гостей и прочих желающих”. Постепенно градус веселья вырос настолько, что пели и танцевали уже все, даже двое крепких вышибал сего гостеприимного заведения.
ГЛАВА 2
Вилета и Ольмирис ночевали в разных комнатах, поскольку (по традициям Перворожденных) супруги проводили брачную ночь вместе, если немедленно желали дитя. Вопреки многочисленным пересудам, проблем с продолжением рода у темных и светлых эльфов никогда не было. Безусловно, им приходится сдерживать себя. Ведь Магия Матери Природы отнюдь не безгранична, хоть и справедливо распределяется между всеми жителями лесов. То есть эльфийский народ одинаково силен. Лишь раз в тысячу лет рождаются младенцы с невероятно мощным источником новой силы, которым суждено стать Владыками из Совета Двенадцати, несмотря на род занятий родителей и их собственные устремления. Из-за равных магических возможностей между эльфами никогда не случалось войн. Ну разве что разумное соперничество (чтобы, как говорится, разогнать благородную кровь).
Лет семь назад, когда Родэрик вместе со Светлыми и Темными сдерживал периодически пробуждающуюся Тьму на границах четырех королевств, Вилета с упоением изучала нравы и обычаи Прекраснейшего Народа, надеясь хоть как-то помочь брату и его другу.
Итак, посланница и воин продолжили свой путь. Кустик довольно бодро двигался по пыльному тракту.
– Здесь уже месяц стоит невыносимая жара, – вздохнула девушка, прикрываясь от мелкой взвеси, поднявшейся от порыва южного ветра.
– А наши леса, напротив, заливают дожди, – откликнулся Ольмирис. – Вода плохо уходит в землю. И Тольдар с Вильдаром (братья-реки) разливаются всё чаще.
– Да, погода стала весьма переменчивой. Как говорится, большие неприятности начинаются с малого. “Пойди туда, не знаю, куда, и сделай хоть что-нибудь судьбоносное”. Нелепое поручение!
– Перемены не всегда плохи. Многое меняется, а мы этого даже не замечаем… Лета, поезжай вперед. И не оборачивайся. Чувствую, нечто темное преследует нас от последнего перекрестка…
– Хорошо. Береги себя…
Когда девушка на мохнатом коньке скрылась за поворотом, светлый эльф прямо из воздуха достал личное оружие – посох из молодого вяза. В сплетении веток наверху тут же засиял кристалл янтаря. Едва гибкий, но прочный ствол коснулся иссохшей земли, та вновь зазеленела – и из нее потянулись цепкие корни, поднимаясь всё выше и выше. Вскоре дорога оказалась перекрыта барьером. Живая стена тихонько покачивалась в ожидании приближающейся угрозы. И вот перед преградой возникла зыбкая черная фигура, протягивающая вперед руки. Стена медленно всосала ее в себя. Ольмирис, вскрикнув от боли, продолжал борьбу. Вскоре защита перед ним почернела и осыпалась. Эльф откинул со лба прилипшие светлые волосы и, убрав посох, поспешил к спутнице.
– С тобой всё хорошо? – забеспокоилась Вилета, глядя на бледного воина.
– Шатун. Я в порядке. Сейчас приду в себя. Водички попью…
– Разве здесь поблизости находится древнее кладбище? Вот уже двести лет народы Валдара сжигают умерших, дабы на корню пресечь существование упырей…
– Захоронений поблизости нет, однако сие порождение Мрака оказалось весьма сильным. Сгусток незамутненного разумом зла. Несчастный человек ужасно мучился перед смертью и отказался от всего доброго и светлого в душе. Теперь же отчаянно стремится вернуть утраченное.
– Нас преследуют?
– Едва ли. Просто случайная встреча. Возможно, призрака привлекла Аура Любви.
– Хорошо, если так. Будучи жрицей Сильваны, я совсем ничего не почувствовала… Ума не приложу, как мне выполнить возложенную миссию.
– Понимаю. Ты полна сомнений, – кивнул Ольмирис. – Долг посланницы – пробуждать в сердцах жителей Валдара всё самое светлое и соединять влюбленных, а не бороться с призраками.
– Разумеется. Однако, с тех пор как пропал Родэрик, я не знаю покоя и тревожусь…
– Оказаться в нужное время в нужном месте – мой главный талант.
– Постой! Хочешь сказать, ты сам вызвался сопровождать меня?
– Угадала.
– Спасибо.
– Вот такой уж я чуткий и преданный друг, – лучезарно улыбнулся Ольмирис.
– Самый замечательный на свете!
– Раз так, слушай меня внимательно. Даже в мирное время случается много грустного. Незачем множить печаль.
– Пожалуй, ты прав, – бодро откликнулась Вилета, заглядывая в его серо-голубые глаза. – Будем оптимистами.
Итак, следующие два дня пути пролетели незаметно. Ночевать приходилось под открытым небом, однако погода стояла жаркая, превращая недостаток путешествия в его достоинство. Кустик с завидным аппетитом уплетал сено, а девушка и воин ели мало. Ночью даже костра не разводили, чтобы не оставлять следов. Когда же зной становился совсем невыносимым, путешественники ставили на реке Барьер Невидимости и плескались в живописных заводях, которые потом еще несколько лет будут изобиловать рыбой и водяными цветами. Светлые и темные эльфы тщательно следили за чистотой не только мыслей, но и тела, принимая ванну до двух раз в день. Конечно, походные условия и прочие обстоятельства порой не позволяли им наслаждаться столь приятным досугом так часто, однако Перворожденные обожали воду почти так же страстно, как и леса.
Отдыхая на берегу после освежающего купания, Вилета обнаружила среди своих вещей невесомое платье кораллового цвета и удивленно посмотрела на Ольмириса:
– Откуда оно здесь?
– Супруги эльфов носят яркие цвета. Белый и голубой выбирают только незамужние. Тебе надо переодеться. Совсем скоро мы доберемся до Ланикеи.
– Очень красивый наряд. Спасибо.
– Рад, что угодил.
Спустя еще сутки пара благополучно добралась до границы двух стран. Здесь, как всегда, было шумно и весело, порой опасно. Поэтому стражники-маги тщательно проверяли людей, грузы и даже подковы у лошадей. И, разумеется, особенно пристального внимания удостаивались многочисленные гости с волшебными способностями: кто-то ехал сюда учиться, а кто-то – преподавать. Эльф и посланница Богини Любви не спешили вперед, терпеливо ожидая своей очереди. Наконец, к ним не торопясь подошел молодой с виду чародей. На его свободной льняной рубахе был вышит кубок на фоне башни. Знающие…
Ольмирис взял переговоры на себя, протягивая молодому старцу письмо от восьмого короля Светлых. Тот прочел свиток, задумчиво хмыкнул и повернулся к Вилете:
– Кто же эта прекрасная полуэльфийка?
– Во мне лишь треть благословенной крови, уважаемый…
– И она моя супруга, – многозначительно добавил Ольмирис, беря девушку за руку и ненавязчиво показывая их брачные браслеты.
– Да уж вижу… Ладно, проходите. И конягу вашего приведите в порядок. Смердит уже…
– Чего это он? – удивилась посланница богини, когда они отошли подальше от толпы. – Кустика я только вчера помыла и даже расчесать умудрилась. Да еще и смотрел так, словно мы прелюбодеи какие-то…
– Давая Обет Безбрачия, Знающие, в целом, презирают всех жен, мужей или просто влюбленных.
– Одиноко им, наверное, вот и завидуют чужому счастью.
– Полагаю, эта неприязнь взаимна.
– Куда мы теперь?
– В ближайший город. На магический рынок. Меня уже ждут.
– Разве пришло послание?
– Я чувствую всё, что касается меня…
– Эльфы – удивительный народ, – восхитилась Вилета. – Какими потрясающими возможностями вас наделила Судьба!
– Мы, безусловно, благодарны Матери Природе. Однако ее щедрые дары для нас привычны и совсем не удивительны. Вот почему у Темных и Светлых так много изощрённых обрядов буквально на все случаи жизни. Чтобы не сойти с ума от собственного совершенства… У людей век короче, но неизмеримо ярче…
– И, увы, кровавее. Человек склонен искать неприятности или врагов везде, где появляется. Написано столько жутких книг о конфликтах людей и с Царством, и с Колдорном…
– Да, еще мой дед убивал людей, – вздохнул Ольмирис. – Однако, милая Лета, ты слишком строга к человечеству. У вас есть неоспоримое преимущество – желание жить и наслаждаться. А у Лесного Народа всё существование сводится к трепетному Служению Природе, Двенадцати Владыкам и соплеменникам. Из-за бесконечного Созидания во благо всего мира, у нас остается слишком мало времени на себя, для Любви к себе, понимаешь? Поэтому эльфы чаще всего упрямы и прямолинейны, даже заносчивы порой. Хотя и стараются взращивать внутри лишь разумное, доброе, вечное.
– Да, вам тоже живется непросто. Что ж, в путь. Однако прежде угостим Кустика его любимой сладкой морковкой.
– Да-да, разумеется, – рассмеялся Ольмирис. – А то эти голодные глаза еще долго будут являться мне во сне.
В общем, посланница богини и ее телохранитель оказались на главной площади Родэна, лишь когда начали сгущаться сумерки. Народу вокруг гуляло немного. Спеша отдохнуть перед началом нового трудового дня (начинавшегося не позднее пяти утра), торговцы поспешно закрывали свои лавочки и магазинчики. Опоздали! Ничего не поделаешь, пришлось путешественникам изрядно поплутать по извилистым улицам города в поисках нужного дома.
Зоркий эльф первым заметил, что с жилищем мага что-то не так:
– Лета, побудь здесь… Я за тобой вернусь.
– В чем дело?
– Косяк двери вырван с одной стороны… Будь начеку.
Ольмирис бесшумно достал свой посох, на сей раз имеющий вид боевого шеста. Внутри было темно и тихо. Осторожно пройдя по дому, Светлый больше не обнаружил ничего странного. А вот в спальне хозяина у кровати блестели капли ЗЕЛЕНОЙ крови… Мужчине (прежде чем его обездвижили и унесли) удалось-таки ранить орка.
– Здесь побывали серые братья и захватили в плен сильного мага-изобретателя, – вернувшись, сообщил эльф Вилете.
– Но зачем он им понадобился?
– Выследим нападавших и узнаем. Один из них ранен. Вряд ли двое воинов унесли свою жертву очень далеко…
– Почему ты так уверен, что орков было двое?
– Для похищения человека нужна максимальная скрытность. Но без напарника тут никак не обойтись. Чтобы обмануть стражников у ворот, они, наверняка, притворились мирными собратьями.
– Неужели Арзаки…?
– Другие не отважились бы так рисковать. Оркам всегда крепко доставалось от Боевых Магов. Слишком агрессивное у людей волшебство.
– А как же Кустик?
– Оставим конька здесь. Если караул обнаружит пропажу хозяина лавки раньше нашего возвращения, то заберет подозрительного скакуна с собой. А мы потом обменяем его на преступников.
– Хорошо, так и поступим.
Вилета и Ольмирис пошли по едва приметным следам. Как ее спутник ориентируется почти в полной темноте, девушке оставалось только гадать. Но вот в узком переулке напротив они заметили две высокие фигуры, взвалившие на плечи кого-то весьма крупного.
– Лета, послушай, надо отвлечь Арзаков… Я пойду на ту сторону. Минут через пять используй флейту.
– Осторожнее…
– Нас с детства учат сражаться одновременно с тремя противниками. Справлюсь.
Как ни старалась, Вилета не смогла разглядеть ничего, кроме зыбких фигур, едва подсвеченных огоньком из дома за их спинами. Девушка мысленно считала секунды…
На поясе у нее всегда висела волшебная флейта – подарок Богини Любви. Со стороны эта изящная вещица казалась простым музыкальным инструментом, но при необходимости исправно защищала свою владелицу. Кроме того, каждая посланница мастерски владела Магией Трёх Энергий (Света, Дыхания и Внушения). Чаще всего бывшая маркиза Шэклтон пользовалась Силой Дыхания, исцеляющей даже самые страшные раны, нанесённые Тьмой: незримая аура Любви окружает пострадавшего и лечит почти мгновенно, превращая весь негатив в заживляющее тепло.
Наконец, пора! Тишину нарушил приятный звук флейты. Орки, явно, не ожидая ничего подобного, вздрогнули и стали вглядываться в темноту перед ними.
В следующую секунду Олаг получил сильнейший удар по голове – и стал медленно заваливаться назад. Его напарник бросил человека на землю и начал разворот, замахиваясь мечом. Возникший из ниоткуда Светлый остановил удар и толкнул лезвие ему в лицо. Гаол инстинктивно отшатнулся, но свежая рана на животе стала шире и глубже, кровь вновь намочила кожаный доспех. Невероятный прыжок в сторону позволил орку избежать встречи с боевым шестом. Однако стена здания мешала отступать. Тогда Арзак опустился на одно колено и сложил ладони в Жесте Покорности (костяшки обеих рук прижаты друг к другу, а большие пальцы наверху образуют треугольник).
Ольмирис весьма удивился, но тут же прекратил атаку:
– Кто ты, серый брат? Почему взываешь к милости, совершив преступление?
– Олаг и я наемники. Нам заплатили за похищение человека. Его конкуренты, видимо.
– Арзаки – свободные воины? Странно.
Гаол показал рану на руке: затянувшийся ожог раньше был татуировкой Рода.
– Продолжай…
– Нам нет пути назад. Я ранен магическим кинжалом. Брат по Вашей милости, уважаемый, получил сотрясение мозга. А калек у нас приносят в жертву Варгату… Уж лучше жизнь беглеца, чем такая смерть…
Ольмирис махнул рукой Вилете, чтобы шла к ним, и продолжил:
– Между нами нет взаимных обид и претензий?
Мудрый Гаол согласно кивнул и еще раз показал Знак Покорности.
– Прекрасно, – чуть улыбнулся Светлый. – Поступим так. Я возвращаю господина лавочника домой. Тем временем моя СУПРУГА залечит ваши раны… Дорогая, ждите меня здесь.
Вилета кивнула и подошла к Олагу. Молодой орк всё еще был без сознания, обильно потея (очевидно, сила удара оказалась чрезмерной). Окружив братьев исцеляющим Дыханием, девушка подумала о том, что эти создания Богов и Природы вовсе не уродливы: да, их короткие белые волосы, серая кожа, золотистые или темно-фиолетовые глаза и грубые черты лица могут поначалу отпугнуть, но и только.
Закончив лечение, девушка, робея, отошла подальше от хмурых наемников, не желая мозолить им глаза. А оркам сложившаяся ситуация нравилась еще меньше: оказаться в добровольном подчинении у эльфа и в долгу у женщины со смешанной кровью… Теперь братья могли покинуть новых знакомых, лишь получив разрешение или погибнув в бою.
Где-то через час вернулся Светлый. Чрезвычайно довольный собой: поручение короля выполнено блестяще и даже с некоторой выгодой.
– Итак, серые братья, мы с женой нанимаем вас для охраны. Исполнив свой долг, вы будете свободны, но поклянетесь никогда не поднимать оружия против нас в будущем, – мягко сообщил он и замолчал в ожидании ответа.
Младший Олаг, тихонько пробурчав: “А разве ЭЛЬФАМ нужна защита?”, вместе с Гаолом сделал Знак Покорности и подмигнул Вилете. Девушка, улыбаясь, погладила мохнатого любимца, которого привел ее бесценный супруг и телохранитель:
– Кустик, ты готов к дальнейшему путешествию?
Тот неопределенно махнул гривой.
– Ответ положительный, дорогая, – улыбнулся Светлый. – Благодаря тесным связям с Советом Двенадцати, маг согласился не обращаться к властям, но нам не следует задерживаться здесь дольше, чем необходимо. Отправляемся.
Дальнейшее путешествие до паромного порта Ланикеи напоминало утомительную прогулку: ничего мало-мальски опасного не произошло. Да и как могло быть иначе, когда хорошенькую девушку на смешном коне сопровождали решительный эльф и мрачного вида Арзаки. Злостные преступники (конечно, если таковые встречались им на пути) старательно притворялись добропорядочными горожанами и сельчанами Страны Магов.
До Ирвиндэйла путники добрались к ночи пятого дня. Побережье было залито светом бумажных фонарей. Иногда мимо пролетали магические огоньки, освещающие самые многолюдные участки берега. Гигантские двухпалубные паромы также переливались яркими огнями. Здесь можно было с комфортом прожить неделю и добраться до лесного Царства Перворожденных. Существовал и более быстрый способ попасть туда. Приручённые гребнистые ящеры доставляли от пяти до десяти наездников к границе Багряного Леса всего лишь за три дня. Однако Вилете Маркауз и ее спутникам пришлось довольствоваться паромом: лошади и драконы, увы, недолюбливают друг друга. Да и стоил подобный перелёт никак ни меньше месячного заработка торговца средней руки.
Путешествие проходило мирно и спокойно. Ольмирис и орки устроились в одной палатке. Посланница богини и еще две девушки – в каюте. Дни пролетали незаметно. Пассажиры парома собирались группками, общались. Работники бдительно следили за порядком на судне, лошадьми и грузом (благо магические механизмы вращались сами по себе, не требуя постоянного присмотра). Вечерами на борту слышались песни и просто музыка, кто-то танцевал. Днём вода за бортом была удивительно прозрачной, позволяя всем желающим наслаждаться необыкновенной красотой подводного мира. А вечером море насыщалось всеми оттенками голубого, синего и зеленого. В волнах плавали серебристые летучие рыбки. Про потрясающие рассветы и закаты над бескрайней водной гладью и говорить нечего. Многие художники и поэты Валдара специально отправлялись в сие «благословенное путешествие» в поисках вдохновения. К тому же, шторма в этих местах были крайне редки.
И вот наступил праздник всех народов и рас. Каждый на борту трех паромов (плывущих на расстоянии лиги друг от друга) наслаждался жизнью. Даже Олаг и Гаол перестали сторониться других пассажиров, а те охотно разделяли с ними выпивку.
– Хорошо, что орки никогда не пьянеют, – с улыбкой заметил Ольмирис, протягивая Вилете кисть винограда. – Просто интересно, сколько кубков они способны выпить за вечер?
– Кстати, я читала, что эльфы могут заснуть после одного бокала легкого розового вина.
– Вот уж неправда! Просто Темные алкоголь на дух не переносят, а мы… держим себя в руках. В хмельном состоянии наша сила растет, но и тратится быстрее.
– Давай прогуляемся по палубе, дорогой… Как приятно так тебя называть! – Вилета взяла мужа под локоть и увела на противоположную сторону парома, чтобы не мешать танцующим. – Расскажешь мне какую-нибудь легенду?
– Обязательно… Там в небе… Не может быть! Как их сюда занесло? Тревога! Тревога! Виверны! – закричал он, замечая крошечные силуэты десяти хищниц.
А спустя мгновение капитан парома уже бил в сигнальный колокол:
– Остановить все механизмы! Господа-маги, приготовьтесь к бою! Уважаемые пассажиры, надевайте страховочные пояса и в воду! Поторопитесь! В нашем распоряжении меньше минуты! Впередсмотрящий, предупреди идущие за нами суда!
Поднялась суматоха. Ольмирис завязал на Вилете пояс:
– Спускайся вместе со всеми, Лета. Смелее! Сейчас крайне важно не допустить паники. Используй магию, если потребуется.
Девушка сама оцепенела от ужаса, зная, на что способны эти мелкие родственницы драконов: во времена войн с орками они за считанные минуты сжигали сотни людей, а потом пожирали обугленные трупы… Слова эльфа привели посланницу в чувство. Она кивнула и, зажмурившись, прыгнула. Вода оказалась на удивление теплой (а может, ей так показалось от страха). Скоро все пассажиры парома оказались за бортом. Да, некоторых пришлось столкнуть… Испуганные люди вцепились в веревки и замерли. Уняв бешено колотящееся сердце, Вилета стала внушать им спокойствие. Получилось далеко не сразу. Но вот все надежно спрятались. Сверху никого из них видно не было. А значит, виверны уже не так страшны…
Тем временем на палубе шел ожесточенный бой. Капитан и команда парома, наемные маги, Ольмирис, Олаг и Гаол делали всё возможное, чтобы летающие хищницы не добрались до лошадей. Да и груз следовало сохранить. Лук Светлого (он же посох и боевой шест) отправлял в небо десятки янтарных стрел. Волшебные пистоли также вносили свой вклад. Как и три дальнобойные пушки. Грохот стоял невероятный. Вспышки ослепляли сражающихся. А виверн становилось только больше: одна погибшая хищница превращалась в двух поменьше…
Вилета Маркауз вместе со всеми настороженно прислушивалась к крикам, реву и гулу, доносящимся сверху. Благодаря отменному слуху она быстро поняла, что происходит. Девушка спрыгнула в воду и стала подтягиваться на руках. Юбка платья облепила ноги и мешала лезть наверх… Пришлось мысленно позвать:
– Ольмирис! Ольмирис! Помоги! Нет сил…
Эльф тут же услышал ее призыв и кинулся к противоположному борту, по пути дважды падая ничком на палубу, чтобы избежать острых когтей летающих тварей.
– Я рядом. Сейчас подтяну тебя. Держись крепче за веревку, – телепатически ответил он.
– Убивать их нельзя… Множатся…
– Так оно и есть. Но нам «помогли» с других паромов. Теперь их сотни.
– Берегись! – посланница богини навалилась на телохранителя, чувствуя, как когти хищницы клацнули в воздухе, едва не разодрав ей платье на спине. – Почти зацепило…
– Спасибо, дорогая, – откликнулся тот и улыбнулся: – Мы никогда еще не были так близки…
Вилета с трудом поднялась на ноги, наблюдая, как братья-орки шинкуют пару неосторожных хищниц:
– А если попробовать?
Девушка взяла в руки флейту и заиграла отвратительнейшую визгливую мелодию самым бездарным образом. Бой продолжился. Спустя четверть часа родственницы драконов наконец-то стали проявлять желаемое беспокойство, свирепея от назойливых звуков…
Ольмирис расшвыривал их боевым шестом. Гаол и Олаг решительно орудовали вёсельными оглоблями. А посланница Богини Любви всё играла и играла… Маги наконец-то зарядили Защитный Купол – и все смогли перевести дух. Спустя еще полчаса жуткого концерта обезумевшие виверны повернули назад. У бывшей маркизы Шэклтон от напряжения кружилась голова. Ольмирис отнес жену к стойлам в тенёк. Здесь уцелело жалкое подобие навеса, а вот верхняя палуба перестала существовать. Но главное: пассажиры, лошади и груз были в полном порядке. Чего, увы, не скажешь про магов и команду парома. Все имели повреждения разной степени тяжести. А кому-то хищница даже откусила руку. Благо ее горячие зубы-иглы не разорвали рану, а, напротив, запечатали ее, не позволив бедняге истечь кровью.
Постепенно всё вернулось на круги своя. Заработали механизмы парома. Путешествие продолжилось.
ГЛАВА 3
Спустя несколько дней посланница Богини Любви, эльф-телохранитель, братья-орки и воин-калека (тот самый работник парома) высадились на побережье Багряного Леса. Большинство гостей Царства Эльфов осталось в портовом городке, а они сразу же отправились в глубь чащи. Встречая пограничные посты, Ольмирис охотно и подробно отвечал на все вопросы бдительных соплеменников, показывал свиток от восьмого короля – и те пропускали путешественников дальше.
Нового спутника Вилеты звали Кармил Доуз. Молодой мужчина присоединился к ним с единственной целью – выкупить или отработать эльфийский чудо-протез руки, ни в чем не уступающий творению самой Матери Природы.
– Я многое умею, – объяснил он. – Однако без правой руки мне будет в разы сложнее жить. Да и жениться я собрался, господа. Прошу о милости… Позвольте идти с вами…
– Ольмирис, Гаол, Олаг, – девушка умоляюще сложила руки. – Давайте поможем ему!
– Дорогая, ты так просишь за другого мужчину… Однако я ни в чем не могу отказать этим прекрасным глазам.
– Спасибо-спасибо!
– А нам-то что, – нарочито равнодушным тоном ответил Олаг. – Мы наемники. Если заказчики желают принять в свой круг кого-то еще… Деньги лишними не бывают.
– Брат, знай свое место, – одернул его Гаол. – И не распускай язык…
– Молчу-молчу. В любом случае мы всегда можем бросить его посреди леса.
– Олаг!
Так или иначе сейчас все пятеро (а также трудолюбивый Кустик) топтали мягкий пряный ковер опавших листьев всех оттенков красного, багрового и медного цветов. Травы практически не было видно. Листва ласково шелестела над их головами. К концу первого дня пути Вилета пожаловалась на сильную головную боль. Ольмирис тут же предложил ей испить воды из своей фляги:
– Всё сразу пройдет. Листья здешних растений содержат хмель – и лесная подстилка источает эфиры. Поэтому Багряный Лес еще называют «пьяным». В древности и эльфы, и орки готовили славные настойки из «медного дара богов». Огонь у нас строжайше запрещен. И деревья рубить нельзя. Так что перекусим хлебом, что купили в городке. И спать…
– А где же мне устроиться? Прямо на земле? – поинтересовалась девушка, с опаской поглядывая на лиственный ковер. – За ночь я так надышусь этими парами, что могу и не проснуться…
Светлый эльф хитро сощурился:
– Заботливый муж уже обо всем подумал… Посмотри-ка вон туда!
Янтарный посох пробудил в земле корни, которые быстро сплели гамак между двух деревьев.
– Как чудесно! Спасибо. А как же вы…?
– Мы привычные! – дружно заявили мужчины.
Вилета улыбнулась и, подпрыгнув с помощью магии, забралась в свое уютное гнездышко. А вот уже и хлеб возник у нее в руке! Если бы не тревожные мысли о Родэрике и неизвестной миссии, посланница богини чувствовала бы себя как на отдыхе.
Неожиданно девушка встрепенулась и посмотрела на Кустика, с упоением жующего лесную подстилку:
– Ой, а ему можно есть…?
– Да. Как видишь, листва пришлась по вкусу твоему скакуну, – откликнулся Ольмирис, пряча улыбку.
– Тогда всем спокойной ночи.
– Сладких снов.
Еще несколько дней прошло в однообразном переходе от ручья к реке, от реки к поселению. Ольмирис вел все переговоры, а его спутники старались выглядеть чрезвычайно миролюбиво. Вилете это удавалось легко (профессия обязывала, как-никак), а вот Кармил и орки ворчали:
– У меня скоро лыба треснет, клянусь Гворлом.
– В последний раз я так расшаркивался перед эльфами лет двести назад, когда заключался мир с двенадцатью королями…
– Я всегда считался привлекательным, но ушастенькие дамы просто пожирают меня глазами. Они, что же, калек никогда не видели?
– Представьте себе. В их «совершенном» мире прекрасных лиц, тел и мыслей всё слишком приелось.
– Да ладно вам! – рассмеялась посланница богини. – Расслабьтесь, господа хорошие.
Итак, Светлый вел своих товарищей самым коротким путем в Адельмир. Там его давно уже ждали. Вороны прилетали с записками каждые три-четыре часа. После очередного послания Ольмирис начал заметно нервничать и вскоре сообщил остальным:
– Сегодня ночевки не будет. Подкрепите силы и наберите свежей воды. Мы побежим… Очень быстро. Даже Кустик. Веди его в поводу, Лета.
– Неужели Ночные Бражники вышли на охоту? – догадался Гаол.
– Ой! – пискнула девушка, чувствуя, как сердце сжимает животный страх.
– А кто это? – напряженно поинтересовался Кармил.
– Призрачные души эльфов и орков, что погибли в муках за века постоянных сражений, – ответил Олаг. – Что же их опять пробудило?
– Кто знает, брат. Главное: нам не стать такими же.
– Понятно, – кивнул бывший работник парома. – Наши Шатуны…
– И в подметки не годятся этим духам…
– Олаг, Гаол, вы защищаете Вилету и Кармила. А я постараюсь везде успеть… Слушайте лес: он подскажет, когда опасность будет близко… – с этими словами Светлый скрылся за деревьями.
Посланница Сильваны разорвала подол платья и, покрепче сжав поводья Кустика, побежала вперед. Бег ее спутника получался прерывистым из-за отсутствия конечности, но он выкладывался по полной. Братья-орки двигались быстро и бесшумно, прикрывая их. Сумерки окутали Багряный Лес. Стало пугающе тихо. Так тихо, что сердцебиение и дыхание бегущих казались оглушительно громкими, манящими для призрачных жителей здешних мест…
– Оставьте Кустика, госпожа. Бражники его не тронут. Зато мы станем быстрее, – предложил Гаол, отбрасывая в сторону поваленный ствол. – Потом я лично разыщу Вашего любимца.
– Как скажете… Береги себя, дружочек.
Остановившись на мгновение, девушка вытряхнула из туфли камешек – и тут темнеющее небо полыхнуло голубым и замерцало. Где-то вдали блеснул огонек янтаря. Вот снова. И снова. Шепча на ходу молитвы своей покровительнице, она вновь побежала, слыша за спиной дыхание двоих спутников.
– Всё! Больше не могу, – выдохнула она, хватаясь за ствол ближайшего дерева после часа бесконечной гонки со временем и страхом.
Олаг тут же оказался рядом:
– Залезайте ко мне на спину. До реки осталось совсем чуть-чуть. Парень, не отставай.
Меч Гаола рубил корни, ветки и колкие сучья впереди, нарушая все запреты. Янтарный посох тоже трудился, отгоняя невидимую пока опасность то впереди, то позади бегущих. Младший брат опередил старшего, влетая со своей драгоценной ношей в холодную воду. Кармил скоро присоединился к ним, благодаря «щедрому» пинку Гаола. Тот опоздал лишь на долю секунды – и его тело сковало множество тончайших белых нитей. Они мерцали и шевелились как живые. И вот рядом возник первый Бражник – удивительно высокий и худой эльф-призрак. Глаза его излучали слабое сияние, а жертва замерзала всё сильнее.
Стараясь не упасть в реку, Вилета дотянулась до флейты и заиграла бодрую мелодию. Ночной кошмар Багряного Леса замер, удивленно глядя перед собой, и вдруг задергался в странном подобии танца… В следующее мгновение янтарный свет окружил его и оттолкнул на четверть лиги от воды, попутно разрезав ледяные путы. Девушка обернулась.
С другого берега к ним уже плыл Ольмирис, держа оружие над водой. Гаол тряхнул головой. Прежний цвет лица медленно возвращался к нему. Одним прыжком орк оказался в реке.
– Скоро меня нагонят остальные призраки, – сообщил Светлый, появившись рядом. – Придется нам остаться здесь до утра.
Ольмирис и Вилета создали плавающую в воде воздушную сферу. Внутри было сухо и тепло. Посланница богини наконец-то слезла со своего спасителя. Тот стал разминать затекшие шею и плечи, хитро щурясь в ответ на слова благодарности.
Тем временем бражники неторопливо расхаживали по обеим берегам, не спуская глаз с желанных жертв. Так, под бдительным присмотром, и прошла эта ночь. На рассвете тюремщики просто растаяли в воздухе.
Следующие сутки запомнились всем долгим переходом по лесу и не менее длительным нахождением в воде. Гаол выполнил обещание: теперь Вилету сопровождал ее мохнатый скакун, забавно фыркая, когда ему на морду попадали капли воды.
С первыми лучами солнца к берегу безымянной речки, спасшей жизни пятерым путешественникам, выехала группа воинов-эльфов. Возглавлял ее голубоглазый красавец с длинными пшеничными волосами. Окажись этот юноша при дворе, его мгновенно окружили бы восторженные поклонницы, а художники умоляли бы высокородного гостя позировать для картин, иллюстрирующих знаковые события в истории Лавидии и всего Валдара. Ольмирис тоже был красив (и особенно мил сердцу посланницы Богини Любви), однако его внешность была более мужественной, чуточку небрежной. А здесь перед ней предстало воплощение недостижимого идеала (даже для Перворожденных).
– Ау, Лета! – тихонько позвал ее Светлый. – Мой господин настолько хорош? А я-то думал, мужское обаяние тебе нипочем.
– А? Что? Так вот как выглядит восьмой король из Совета Двенадцати. Я думала, он гораздо старше. Сюрприз-сюрприз…
– Ваше Величество, позвольте представить Вам Вилету Маркауз – посланницу богини Сильваны и мою горячо любимую супругу.
Растерявшись от столь краткой, но весьма исчерпывающей рекомендации, девушка кивнула, забыв сделать реверанс.
– Весьма рад нашей встрече, прелестная эттэрни, – улыбнулся оживший идеал ее грез. – Мой старший брат – редкостный баловень Судьбы.
– Взаимно, Ваше Величество. Осмелюсь сказать, мне повезло ничуть не меньше… Погодите. Вы близкие родственники?
– К счастью. Единокровные.
– Теперь я понимаю, ПОЧЕМУ Ольмирис умеет буквально всё на свете.
– Вы мне льстите, госпожа. А вот брат, и правда, невероятно талантлив. Позвольте узнать, кто ваши спутники?
– Я писал Вам, Ваше Величество, что Арзаки – мои личные наемники, а господин Доуз намерен обратиться к Совету за помощью.
– Да-да, вспомнил. Приветствую серых братьев и жителя Лаверна, чья храбрость и находчивость неоспоримы. Я счастлив, что успел нагнать вас… Брат, отойдем-ка в сторону.
– Как Вам будет угодно.
– Ты привез камень?
– Да. Вот возьми. Полагаю, присутствие осколка Зова Вечности и пробудило Бражников. Надо быть осторожнее… Кстати, маг просил передать, что у него больше не осталось частей артефакта.
– Печально. Однако восхитительная Сильвана обещала поспособствовать решению моей проблемы, если мы с тобой поможем милой маркизе Шэклтон спасти мир.
– Вилета здесь еще по одной причине: пропал Родэрик…
– Тебе не хуже меня известно, что он живет в Золотом Лесу. В нежных объятиях нашей сестрицы-чаровницы.
– Я никак не решусь рассказать Вилете, что его заколдовали сильнейшими любовными чарами. Эта новость разобьет ей сердце…
– А сам-то хорош. Уговорил-таки прелестницу провести Свадебный Обряд. Надеюсь, посланница знает, что теперь вы связаны навсегда, даже после смерти?
– Ну… Мы еще не клялись и не проводили ночь вместе… Однако Любовь моя чиста как первая капля утренней росы. Тебе ли ни знать этого, брат!
– Наконец-то заговорил со мной нормально, – рассмеялся восьмой король эльфов. – Не раскрою я твой обман. Всё понимаю. Да и она, похоже, более чем неравнодушна к тебе… Господа и милая эттэрни, прошу прощения за задержку. Нам пора отправляться в путь. Необходимо добраться до Адельмира засветло. Наши кони к вашим услугам.
– А как же Кустик?
– Я наложу чары. И он будет легко поспевать за нами. Вы же не откажете брату в маленьком капризе – покататься с ним на лошади?
– Как бы я осмелилась, Ваше Величество.
Столица Багряного Леса оказалась очень уютным местечком в устье Тольдара. Здесь и собрались остальные Владыки. Ольмирис привел Вилету в свое скромное жилище на дереве (каковых здесь было большинство). А члены Совета расположились в просторном одноэтажном особняке главы города (он же пятый король эльфов). Здание по праву считалось «жемчужиной» здешних построек. Редкая речная порода меняла цвет в разное время суток и загадочно мерцала даже в полной темноте.
– Что я скажу всем этим господам? В чем угроза для Валдара? – посланница Богини Любви нервно расхаживала туда-сюда, поправляя складки на новом нежно-изумрудном платье с серебряной вышивкой.
– Правду, милая Лета, правду. Ведь тебе ничего толком неизвестно.
– Так-то оно так. «Помогите мне. Правда, сама не знаю, в чем…». Звучит глупо.
– А Боги на что? Чуть возникают вопросы, ты отвечай: «На то была воля блистательной Сильваны!» Ей милый комплемент сделаешь, а себе отличную защиту поставишь. Никто не осмелится сомневаться в ее пророчестве.
– Попробую.
– Ольгердес поддержит тебя. Брат умеет читать мысли, распознавать ложь, истинные чувства собеседника.
– Тогда вперед!
– Еще одно предупреждение. Будь осторожна в словах, беседуя со Вторым Королем. Он подозрителен и порой резок, однако непревзойденный воин.
– А я думала, вас с детства учат контролировать эмоции, – не удержалась от замечания посланница Богини Любви. – Обещаю быть милой и кроткой, очаровать всех вокруг.
– Вот этого не надо, – усмехнулся телохранитель восьмого короля. – Иначе меня сочтут очень ревнивым мужем.
У входа в дом пятого владыки их уже ждал Кармил Доуз. Ольмирис кивнул ему и сделал шаг назад.
– А ты разве не пойдешь со мной?
– Мне туда нельзя. Совет принимает решения без свидетелей, чтобы исключить любую предвзятость и влияние извне.
– Ну помогай нам Боги!
Еще издали взволнованная Вилета ощутила непередаваемую торжественную атмосферу. А, подойдя ближе и поклонившись, рассмотрела и самих могущественных владык Царства Эльфов. В их изысканных одеждах легко угадывались Символ, Сила и Природная Стихия Рода. Двенадцать правителей (Темные и Светлые) были разного возраста и пола: старейшему на вид исполнилось около тысячи лет, самая младшая же едва отпраздновала первую сотню вёсен. Все жители Валдара с детства знали о том, что Перворожденные быстро взрослеют и стареют лишь за пару десятков лет до смерти. Однако, находясь здесь, девушка лично убедилась, что многочисленные авторы книг и устных историй были предельно честны, то есть очаровательным эльфятам, и правда, позволяется практически всё, а седовласым старцам поклоняются столь же трепетно, как и Матери Природе.
Итак, Ольгердес первым ободряюще улыбнулся «просителям». Вилета и Кармил сделали шаг в Круг Совета.
ГЛАВА 4
– И как всё прошло? – поинтересовался Ольмирис, когда они вышли из резиденции главы Адельмира.
– Сложно сказать, – хмыкнул бывший работник парома. – Накормили нас обещаниями знатно. Пятый король согласился нанять меня на службу мастеровым, если я достойно покажу свое искусство в обработке камня и дерева.
– Несомненная удача. Его Величество – величайший изобретатель нашего народа. И протез, сделанный им, станет для Вас не только рукой, но и чудесным артефактом.
– Однако за сию милость мне придется оставаться здесь целых десять лет… Для человека огромный срок! Едва ли Владыки упустили из виду сей факт…
– За всё приходится платить, – вздохнул Светлый. – Сочувствую. Однако всегда есть иной выбор – просто вернуться к любимой… Дорогая, а ты что расскажешь?
– Меня вежливо выслушали и ответили, что помогут лишь тогда, когда Сильвана или я укажем на врага или опасность. Как сказал старейший Владыка:
Поведай фактов нам
Хотя б чуть-чуть,
Чтобы осмыслить их
И так иль сяк перевернуть,
Нырнуть в глубины знаний
И обратно всплыть.
Как защититься от того,
Чего вообще не может быть?
Бесполезны все старанья,
Сколько землю не копыть…
– Его Величество, как всегда, весьма образен и страстно увлекается поэзией и прочими науками. Если уж он так сказал… Не грусти, дорогая. Доверься Судьбе и обстоятельствам.
– Видимо, придется… Кстати, а почему никто не называет членов Совета по именам? Из уважения?
– Имя короля, данное при рождении, священно. Даже близкие люди не могут его произносить на публике.
– А как же быть во время сражений? – удивился Кармил. – Как понять, кто из Величеств отдал приказ?
– У каждого короля есть еще и Благородное Имя: Архивариус, Воитель, Мастер. Моего брата величают Король Мыслей и Чувств.
– Каждое из них по-своему уникально… Я поняла! – рассмеялась Вилета. – Как интересно и необычно. Владыки эльфов напомнили мне Духов из сказки про времена года. Возможно, наши предки вместе сочинили эту историю.
– Любопытное предположение.
– Однако самое странное случилось, когда я поинтересовалась, известно ли королям что-нибудь о моем пропавшем брате. Они стали смущенно отводить глаза. Явно, что-то зная!
– Милая Лета, – тяжело вздохнул Ольмирис. – Прости,