Так было

Игорь

1.

– И, представляете, он охотится за этим упырем уже несколько лет. Несколько лет своей жизни капитан пытается понять, понять, чтобы затем поймать, понять, как этот душегуб думает. Понять, чтобы когда-нибудь ненароком не пропустить ту небольшую даже не ошибку, а мелочь, которая лишь намекнет на возможность причастности, чтобы затем взять настоящий след. Чтобы она когда-нибудь сложилась эта страшная картина потому, что появится должно чудовище. Поверьте, речь идет о чудовище и мрази которую, если бы она попала мне в руки, я бы, наверное, не пожалел погон чтобы только, чтобы своей рукой…Даже не придушить, а … Чтобы он почувствовал хотя бы часть тех страданий…

– Ну, хватит уже…– Игорь отвернулся к окну. – Прекрати.– Они замолчали.– Расскажи лучше, сам ты в расследовании что делаешь? Как, вообще, это происходит? Расскажи, если конечно, можно и что можно.

Димка, помолчав, будто остывая от своих мыслей и преодолевая реальную муку, кажется, даже был благодарен, что его остановили.

– Да, что делаю. Проверяю факты. Малозначительные. Они кажутся маловероятными, но, как сказал капитан, это не значит что их не надо проверять, а наоборот чтобы окончательно отбросит этот мусор чтобы выкристаллизовалась структура и был понимаем трафарет его поведения. Никто не может себя вести каждый раз уникально и неповторимо, человек мыслит штампами и ведет себя как привык. И…

– Да, да… – Женька сидел за письменным столом и смотрел в стену перед собой. – Как говорил Глеб Жеглов – Всегда кто-нибудь, что-нибудь слышал или видел.

– Ну, не может быть…Он же не один живет этот.. маньяк. Есть люди, которые рядом с ним. – Игорь говорил с напряжением. – Как они-то не понимают, кто живет рядом? Или он артист хороший? Как так, не понимаю?

– Да, это понятно. – Снова заговорил Женька – Никакой он не артист. Он становится другим, когда в этом состоянии и в этой ситуации, а когда… все заканчивается и он становится собой прежним. Как его узнаешь? Хотя, наверное, необычные мелочи не могут не быть.

– Да, – Димка заговорил так же тихо, как и приятели. – Вот именно только обнаружив несколько таких мелочей и сопоставив их и можно сфокусироваться на ком-то.

– А я думал у вас, все-таки еще есть механизмы. – Игорь чуть усмехнулся – Там, я не знаю, Опрос граждан, выяснение лиц приезжих из других регионов. Если один и тот же человек мелькнет в районе преступления дважды, это уже повод его заподозрить.

– Да, да, конечно. – Совсем устало заговорил Димка и пересел на диван. _ Только в последнее время столько дел добавилось. Глядишь, раньше был хороший парень, кандидат в мастера по борьбе, а сегодня заявление на него за вымогательство. А потом потерпевший приходит заявление забирает и говорит, что ошибся и выясняется, что его машина вчера сгорела во дворе. Ты ему давай, мол, пиши заявление о поджоге, а он нет, говорит, не надо. И так все больше и больше. Какие уж тут механизмы, какие маньяки, когда количества простых бандитских разборок на автозаводе выросло втрое.

Последнее время стрелять начали. Драки … Это раньше драки , а сейчас разборки. Делят между собой. Раньше по молодой глупости, а теперь деньги. – Димка хотел что-то еще сказать, но видно о чем-то вспомнил и остановился, но через мгновенье продолжил. – И я их даже где то понимаю…– Но продолжать не стал и замолчал.

–А я понимаю, что ты понимаешь.– Взглянув на него, подхватил Игорь. – Вот наш завод месяц назад закрылся. Просто, сначала не платил зарплату два месяца, а потом совсем закрылись. Нет, без работы я не остался, нет. Сережка Курыстылев открылся у нас. Кооператор. Супер производство, Раньше мы обтекатели и рамы для локаторов делали, а теперь на том же месте пластиковые стаканы и тарелочки одноразовые льем. Платят, конечно, по сравнению с другими нормально, но как же так, радар и вилочка гнутая.

А он еще, гнида, ходит вокруг меня барином, говорит сквозь зубы, и прекрасно дает понять, что если не буду в нем его величество купца видеть, так на мое место бывшие соседи по цеху с удовольствием встанут. И ходит такой. А кто он есть? Его мать на этом заводе в отделе кадров работала и поэтому ему, поганцу дали это помещение и оборудование в аренду. Мразь приблатненная. Так и хочется ему темным вечером за проходной губу пальцами прихватить и тихо, в полголоса спросить – Ты кто такой, что ты…

–Ну, хватит, – усмехнувшись прервал его Димка. – Еще не хватало мне тебя регистрировать.

– Зависть плохое чувство. – Чуть обернувшись, посмотрел на приятеля Женька.

– Плохое? Почему плохое? Естественное. Ну, да говорят плохое, но…Пускай я не знаю что значит правда и что значит правильно и тогда я должен делать так как вижу вокруг или так как сам понимаю. Все вокруг на зависти держится. Не она бы, эта зависть или жадность, то человек бы свой зад от дивана и отрывать не стал. Вот ты, свой институт закончить пытаешься. Почему? Да потому, что завидуешь тому, кто уже закончил. – Женька удивленно улыбнулся, но Игорь сделал вид что не заметил и продолжил. – Стал, там доцентом, пишет статьи всякие, уважают его. Ты тоже хочешь. Он, этот доцент может и человек то дерьмо, а вот с детства его папа направил, дал ему цель и он через двадцать лет доцент. А человек он дерьмо и слабый. Или, вот ты Димон, не завидуешь какому-нибудь своему, который может то, что ты не можешь, а еще хуже, имеет то чего как человек и не заслуживает.

– Да, хватит тебе. – Усмехнулся Женька. – Это и не зависть, а скорее… ну ревность что ли, но в чем ты прав и я тебя даже где то понимаю. Понимаю о чем ты. У нас в институте многие стараются подработать, а где сейчас это найдешь. А деньги не помешали бы, сейчас такие книги выходят, голова кругом и…

– Нашел словечко. – Скривился Игорь. – Ну, считай, что и у меня к таким кооператорам ново деланым ревность. Такая ревность, что лучше не надо им мне рассказывать про предпринимательский талант и так далее и вообще, не надо им мне ничего рассказывать.… А раз так, что мне делать и как дальше жить, как сам знаю, так и буду.

– Какое вранье? – твердо спросил Димка посмотрев прямо в лицо приятеля. – Кто тут врет? Я вру?

–Нет, не ты. Может и не ты, а все претворяются. Говорят о дружбе, а сами в уме изнывают от зависти, зависти по будущему, яркому будущему. Его хочется, а признаться и…решиться открыть глаза, чтобы не побоятся увидеть его, смелости не хватает. – Он запнулся на мгновенье.– Нет, я не про вас, я вообще, про всех. Разве я неправ?

Все молчали.– Ну, вот, что и требовалось доказать.

– Да,– Как то отстраненно глядя в стену продолжал Женька.– Раньше студенты хоть грузчиками могли подработать или в строй отрядах, а сейчас… – Но понял, что он не о том сейчас и осекся.

– Я молчу.– Начал Димка. – Не потому что сказать нечего, а потому что не хочу, чтобы это были просто слова, потому что обвинения серьезные.

– Да, кто тебя обвиняет…? – Игорь удивленно посмотрел на приятеля.

– Нет, погоди. Оправдываться за всех не буду. Но правда твоя…– Он замолчал и Игорь не стал дожидаться ответа, будто испугавшись, что ответ будет неудачным, оттолкнулся от подоконника и шагнул к выходу, но остановился в проеме двери и обернувшись взглянул на приятелей. – Да, знаю я все, что вы скажите, только мала мне ваша правда, не помещаюсь я в неё, Моя то правда может еще мной и не понятая, но она мной на вырост выбрана и я в неё хочу, а вы попробуйте в своей жизнь прожить и чтобы целой она осталась. – Он вышел из комнаты и через минуту уже шел под дождем по темному двору не особо замечая грязные, холодные лужи под ногами…

2.

Собираясь утром на работу, он чувствовал странную пустоту, безразличие к появившейся пустоте и досаду. Пустота была необычной, но почему то, казалась законной, будто причина, приведшая к этой пустоте, а это был, конечно, вчерашний разговор, просто окончательно завершила долгий путь осознание чего то естественного для Игоря, и если не было от этого большой радости, то очищение от чего-то лишнего было точно.

Проходная завода была дальше за сквером, а на дороге ведущей к ней в утренней осенней темноте перепрыгивая через трещины в старом асфальте пробирались силуэты таких же как он и следя за ними его начинала разбирать обида, злоба и становилась жалко себя. У дверей заводоуправления сильный фонарь желтым пятном пересчитывал проходящих, которые появлялись из темноты дороги, проходили сквозь яркий колодец света, и снова исчезали в темноте, где метров через сто была проходная. Игорь знал, что и он сейчас должен, как и все пройти через этот детектор заводской правды, но на ступенях управления стояла перекошенная фигура молодого человека держащего руки в карманах спортивной куртки, а на груди, которого висела небольшая табличка с надписью КУПЛЮ ВАУЧЕР.

– Сколько?

– Одна тысяча восемьсот. Деньги сразу. Цена хорошая, правда. Интересует? Приведешь приятеля, добавлю.

– Сколько добавишь?

– Ну, рублей двести премии.

– Понятно. А зачем тебе? Хочешь хозяином этого завода стать? Еще один талантливый предприниматель.

– Ага, хочу. – Парень отвернулся, поворачивая табличку к проходящим мимо людям.

Не успел Игорь дойти до цеха, как прямо у двери его за руку схватил старший смены Семен, которого Игорь узнал еще три года назад, как только пришел на завод и с которым дружил его брат.

– Хорошо, что ты еще не переоделся. Дело на миллион баксов. В Москву надо ехать, а экспедитор заболел или не хочет, в общем, не может. Груз срочный. Новый Германский пресс, если сегодня не заберем, то каждый день денег будет стоить. Машина уже у северной проходной, двойной оклад плюс день отсыпной после, а обернуться в день можно. Ты молодой тебе и ехать.

– Я, а почему я?

– А кого мне послать Борисыча с его здоровым образом жизни, так ему вечером очистительную клизму делать, или Андрюшу которого жена каждый вечер хочет с его слов. А ты парень сообразительный и к тому же свободный. Документы и адрес в машине. Твое дело все по документам получить и проследить, чтобы груз закрепили, как положено или получится как у тещи с холодильником. Я не рассказывал… Приедешь расскажу.. Ну?

– В Москву прокатиться? Да с удовольствием.

И через час Игорь уже сидел в кабине Газ-53 пытаясь разобраться в документах, а затем, разложив карту Москвы, искал то место, где их должны были ждать.

День задался на удивление погожим и машина, напрягаясь, набирала ход, почти не притормаживая до самого Владимира. Во Владимире дело уже шло к обеду, а значит останавливаться было некогда и поэтому без задержек, и перекуса вышли на прямую к Москве.

Адрес оказался на окраине города, поэтому в два часа уже грузили аккуратный поддон с надписью на немецком и, сверив все документы готовы были отправляться обратно, чтобы в одиннадцать вечера, может быть, оказаться дома.

– Слушай. – Начал Игорь, когда они выезжали из промзоны. – Так и не поели толком. У проходной столовка была, может заглянем.

– Нет времени сидеть.– Проговорил молчаливый пожилой водитель. – Давай забеги, возьми кефира там и пирогов, а то ночью ехать я уже слепой. Мне бы до темноты успеть, да и то уже вряд ли.

– Хорошо. Останови около, я пирогов возьму и попить.

Столовая была открытой, но пустой, и кроме пирогов с капустой, сметаны в стаканчике, кефира и лимонада ничего на витринах не осталось. Забрав небогатый обед Игорь спустился по лестнице вниз и, выйдя на улицу заметил парня в длинной помятой куртке с картонкой на груди КУПЛЮ ВАУЧЕР. Усмехнувшись Игорь уже прошел мимо, но подумав остановился и вернувшись быстро спросил

– Сколько?

– Две тысячи пятьсот. – Устало и скучно проговорил парень. Этот был младше, опрятнее того, которого Игорь встретил утром, и лицо у него было какое то живое, что сразу отличало его от земляков.

– А если друга приведу, накинешь пару сотен?

– Если трех друзей приведешь пятьсот накину.– Скучно и совсем незаинтересованно проговорил покупатель.

– Если десять этих ваучеров привезу возьмешь за 30 тысяч.

Парень внимательно посмотрел на Игоря. – У тебя с собой?

– За 30 возьмешь?

– Нет. – Сказал покупатель и отвернулся, не веря в серьёзные намерения прохожего.

Игорь забрался в кабину и положил пироги на сиденье.

– Ну, что поехали. С чем пироги?– Водитель сунул пирог в рот и закрутил руль круто влево.

– Погоди. – Игорь ухватился за руль. – Я это, документы в столовке оставил, надо вернуться..

– А это что? – Водила кивнул на бумаги, что лежали на бардачке.

– Это не то. Останови, я быстро.

Игорь выпрыгнул из кабины и побежал к столовой. Парень с табличкой на шее одиноко прогуливался вдоль ступенек.

– Братан. Слушай. Дело есть. – Игорь говорил отрывисто и захлебываясь от волнения. – Я из …ну, другого города. Завод закрывают и никто не знает что с этими ваучерами делать. Может расскажешь ты зачем их покупаешь? Что с ними дальше делать то будешь?

Парень внимательно посмотрел на Игоря и оглянулся кругом. Был уже конец рабочего дня и проходная выдавила из себя людскую пасту всю окончательно. – А ты из какого города? – Наконец спросил он тихо. – Из области что ли?

– Да не, издалека. Не местные мы. К вам на завод груз получать приехали.

– На какой завод? Так откуда, все-таки?

– Какая разница?

– Я спрашиваю. Ну?

– Из Горького.

– А из Горького. Давай поднимемся посидим.– Он кивнул на пыльные окна нависшие над ступенями.

– Машина меня ждет, Ну пойдем, только не долго.– Они поднялись в столовую и сели за последний стол подальше от уже полутемной кухни. Там что-то гремело и тетка со шваброй разметала грязные разводы по полу, когда взяв по компоту они уселись у окна.

– Из Горького, это хорошо. Был бы из Владимира или Рязани, я бы с тобой и разговаривать не стал. Там наши люди уже работают, а в Горьком, насколько знаю, никого.

–Слушай меня, сможешь раз в неделю привозить по сотне этих бумажек.

– Это зачем так много?– Удивился Игорь

– Это много? Это минимум с тебя. Твои соединим с моими и еще, и вот тогда с тобой взрослые дяди говорить будут. А пока… В общем смотри, привезешь в следующую субботу сто бумажек будем разговаривать. И по нормальной цене получишь и с премией, а если меньше, то возьму как человека с улицы. По номиналу и пошел. Ты парень вроде бойкий. Сможешь, поверь, будет выгодно.

– Сто ваучеров это почти двести тысяч надо. Где я…

– Не интересует меня совсем. В следующую субботу здесь с девяти утра и до двух. Привезешь и будет разговор. А пока… Сам понимаешь я тебя не знаю, ты меня не знаешь. Кстати как тебя звать?

– Игорь, а тебя?

– Костик зови. Телефон есть?

– Нет.

– Ладно, запиши мой на всякий случай, мало ли, но если сто бумажек не наберешь можешь не звонить. Не интересно. Жестко брат. Бизнес слышал такое слово.

– Слышал, слышал. Кругом одни бизнесмены, куда деваться. Значит сто ваучеров через неделю.

– Да, и будем разговаривать дальше.

Игорь попрощался с новым знакомым и почти бегом отправился к машине. Водитель несколько минут кричал на него, на что Игорь не отвечал и отвернувшись думал о том где взять денег на все это. От зарплаты в тридцать тысяч в месяц откладывать получалось немного, а те накопления, которые у него были с советских времен и теперь он отдавал брату, который привозил ему из Бреста фирменные шмотки. Джинсы и куртки у него всегда были, наверное лучшими в районе. И… теперь если попробовать их продать, то можно получить немало, но все равно не хватит. Просить у брата это значит объяснять и рассказывать, а рассказывать сейчас об этом не хотелось. Наконец водитель угомонился и почти все время до Горького они ехали молча. Ни каких особых размышлений, расчетов и планов у Игоря не было. В голове всего лишь две цифры и знак вопроса. Одна тысяча семьсот рублей у проходной на родном заводе и две тысячи пятьсот рублей там в Москве и.. тогда вопрос. Кому они отдают что скупили на улице по какой цене и что дальше. Эти вопросы были интересными и дразнили, но был другой вопрос, который волновал, где взять денег и потом где насобирать сто бумажек, потому что без ста ваучеров он так и останется один, а одному там делать было нечего.

3.

Брат, только он мог помочь попробовать найти столько денег сразу. Из очередного путешествия в Польшу он вернулся недели полторы назад и скоро должен был отправиться снова, а это значит, деньги ему понадобятся самому. Да и как объяснить в чем выгода. Конечно, заработать на разнице это можно, но он калач тертый и сразу расскажет где Игорь может потерять эти деньги и как его могут обмануть. Да, Игорь и сам знал что могут и даже там где он и не подозревает, но никто кроме брата ему сейчас не поможет. В лучшем случае он попросится ехать вместе и скорее всего так и будет, а значит тогда немного посопротивляясь можно согласиться. Можно, только если у него уже нет заказа на машину, и он не собирается ехать совсем скоро.

Николай жил недалеко, здесь все было недалеко, как раз между домом Игоря и работой, и поэтому уже на следующий день вечером тот звонил в дверь на первом этаже. Открыла Наталья, жена брата и сказав что Николая еще нет дома предложила подождать и выпить пока чая.

– А, что, скоро он опять на границу хочет?

– Он? Да он хоть сегодня, мне кажется. Только, сколько можно? Когда он уезжает я места себе не нахожу. Дочь скучает, И только и думаешь чтоб, тьфу тьфу не случилось бы.

– Да это понятно, только и ты пойми. У нас зарплата копеечная, а он два раза в месяц съездил и дома.

– Съездил? Помнишь, как первый раз приехал, а в машине три дырки от пуль. Я помню. Случайно увидела, а потом наслушалась как они там …

– Да, да помню. -Заулыбался Игорь.– Как они ту машину то продали.

– Да, не знаю, а не как по-моему не продали. А нет, вру дядьке знакомому, даже по-моему милиционером он работает. Отдали за дешево.

– Да,да..– Улыбался Игорь вспоминая эту историю.

– Смешно тебе, а я чуть не поседела когда поняла откуда дырки в машине. А вам весело. А ты че пришел? Только не говори что с ним хочешь. Даже не думай, забудь, а лучше помоги мне отговорить его ехать. Рано или поздно…

– Ну хватит, Наташ, все будет хорошо…Наговоришь еще.

– Ты зачем пришел, колись. Вижу не просто так.

– Да по делу. Хочу ему предложить в Москву съездить. Если все выгорит то про Брест можно будет забыть.

– Ну, да Москва это не.. Москва ближе и быстрей.

– Вот и я об этом…

Игорь не хотел рассказывать подробности, так как понимал, что все это лишь его смутные надежды и предположения в которые он хотел верить и в которых ему виделись огромные перспективы. Последствия этих возможностей терялись за границами его воображения поэтому слово огромные перспективы сразу занимали все его сознание. Но когда эти фантазии начинали слишком сильно туманить мозг он заставлял их остановиться и подумать об опасностях. Но опасности он не видел потому что конкретно не видел ничего. Ему просто очень хотелось идти вперед потому что стоять дальше уже было не возможно.

Скоро пришел Николай. Посмотрев на два уже выпитых бокала чая и изрядное количество ядрышек от вишневого варенья он не торопился спрашивать, поняв что брат пришел не просто так раз ждет уже давно, а когда жена прибрав немного ушла в комнату понял что разговор уже готов и сел молча напротив.

– Ну, что ты хотел. Денег надо?

– Надо. – Улыбнулся Игорь.

– И что-то еще, раз она.– он кивнул на дверь в комнату и запнулся .-Ушла. Ну рассказывай.

– Ты ваучер свой куда дел?

–А куда его денешь. Лежит пока. Говорят завод наш акции выпускает и раз я там столько лет проработал то поменять эту бумажку на ту смогу в первую очередь.

– А Серега из нашей бригады его три дня назад продал. Прямо у проходной . За две тысячи рублей.

– За целых две?– усмехнулся Николай. – На нем вроде десять тысяч нарисовано или мне показалось. Надо посмотреть.– Он хотел встать, но Игорь остановил его.

– Написано, написано, можешь не проверять. Только он у нас стоит две тысячи и не больше. А в Москве за эту же бумажку тебе две семьсот дадут. Понял.

– И что? Ради семисот рублей мне в Москву ехать?

–Тот парень, который у Сереги ваучер купил уже несколько недель у проходной трется и на пятаке такие стоят, у метро. А это что значит?

–Ну?

–Значит кто то у этих что стоят их сразу гуртом покупает. Оптом понимаешь. А в Москве такой оптовик еще больше даст. Я вчера в Москве был.

–Зачем?

–Ну, случайно получилось, за станком ездили. И познакомился там с человечком так он сказал. Привезешь сто ваучеров помогу выйти на того кто все сразу возьмет. Понимаешь. Покупатель уже есть. Только ему не интересно по одному, два или пять брать. Он в магдональде сидит с барсеткой полной денег и ждет когда вот такие мальчики, что у метро с простыми людьми разговаривают им принесут сто штук, а они барсетку раскроют, бабки отсчитают и все счастливы.

– И что? Что ты предлагаешь?– Николай хотел усмехнуться, Брат так уверенно к чему то вел что ему стало интересно чем сейчас все кончится. Но Игорь замолчал и вздохнув посмотрел на брата.

–Есть тут что-то. Понимаешь. Ну, для начала все равно барыш не плохой, если за неделю сто ваучеров найдем то…

– Так где ты их найдешь? – Усмехнулся Николай.

– Если сто ваучеров найдем, то посмотрим на чем и как там, в Москве деньги делают.

– Так тебе и рассказали.

– А не буду ждать пока мне расскажут, я сам пойму. – Заговорил Игорь, повышая голос на старшего брата и тот еще раз усмехнувшись замолчал.

– Мне деньги нужны на сто этих бумажек. У меня не хватит. У тебя должно быть. Сам видишь, по любому в Москве дороже отдадим и в минусах не вернемся. Крайняк, если того человека, что мне обещал на месте не будет там у метро все толкнем и вернемся с барышом. Только я думаю, там покрасивше может рисунок нарисоваться. – Николай молчал.

– Ну, согласись, риск минимальный, понятно дело новое, но вот они, на дороге деньги лежат. Что мимо пройдем. Тебе за машиной в Брест три дня ехать, а в Москву можно туда обратно за день успеть. Навар не намного меньше, а риска почти нет.

– Ну, есть у меня деньги. – Немного подумав начал Николай. – Пускай, согласен я тебе … Их дать.

– Один я не справлюсь Коль. Мне помощь нужна. Человек. Я так же ничего про это не знаю.– Говорить Игорь стал тихо. Он сидел, наклонившись над столом и сложив обе руки ладонями вниз и с улыбкой смотрел на брата.

– Ты не знаешь, я ничего не знаю, так куда же мы такие.– Усмехнулся Николай и увидев как Игорь улыбнулся ему в ответ понял что все решено.

– Вперед. – Проговорил чуть слышно Игорь.

Когда он шел от брата домой и знал теперь, что деньги у него есть, до него вдруг дошло что у него всего девять дней, а что делать, чтобы выполнить условия он даже не представляет.

4.

Утром он как всегда встал собрался и пошел на завод. Человека с картонкой на груди под фонарем не было и немного потоптавшись на этом месте прошел проходную. Игорю очень было нужно поговорить с парнем, он не знал зачем и не знал что хочет спросить, но был уверен что этот разговор натолкнет его на что-то, а его именно сегодня на месте не было.

Дождавшись обеда, Игорь вышел за ворота и увидел на ступенях у массивной двери знакомый силуэт в серой длинной куртке. Тот в столице по улыбчивей будет, заметил он.

– Привет. – Начал он, подходя ближе. – Как дела?

– Дела хорошо. Есть что-нибудь? – парень обрадовался, так как привык, что раз к нему подходят, то только прочитав нацарапанное на картонке слово.

– Вопрос к тебе. Если можно конечно.– Парень сразу стал равнодушным, но не отвернулся, а спустился на ступеньку ниже, все еще надеясь на покупку. – Ну.

– Много покупаешь в день?

– А зачем тебе?

– Просто интересно.

– Нет, не много. Все?

– Ну, сколь ко ? Два, четыре, десять.

– Четыреста. Устраивает? Все? Зачем тебе? У тебя сколько?

– А у тебя?– Вдруг сам того не ожидая спросил Игорь.

–Десять штук есть? Я у тебя готов их купить. Почем отдашь?

– Ты купить? Не понял.

– Чего не понял? Ты в прошлый раз говорил, что покупаешь по две тысячи. Я готов в конце дня все, что у тебя есть забирать по две тысячи двести. Просто не отходя с этих ступеней, я вечером выхожу и покупаю все, что у тебя есть, но уже дороже. – Парень внимательно смотрел на Игоря и молчал, будто пытаясь понять, что ему на самом деле надо.

– Отвали парень. – сказал он, но как то уж неуверенно так что Игорь понял, что его предложение услышано.

–Я здесь работаю, а ты просто приходишь. А ты вообще, из какого района. Что-то я тебя раньше не видел. Ты откуда сам то? Где живешь? – Парень нервно обернулся, но сумел побороть первый испуг потому, что понимал, чем может реально кончится разговор, который начинался выяснением места проживания, но видно парень был не из пугливых и быстро взял себя в руки.

– Не начинай парень.– Спокойно он придвинулся к Игорю. – Я не сам сюда хожу. Меня сюда ставят и те кто меня сюда ставит и вступятся если надо. Так что не начинай. – В его голосе Игорь почувствовал угрозу, но виду не показал и продолжал спокойно глядеть в лицо парня.

– Тебя как зовут то.– Наконец продолжил он

– Костя. А тебя?

– Ух ты, тоже Костя.– Удивился Игорь вспомнив что, того в Москве так же звали Костя. – Неужели Костя это специальность?– Усмехнулся он замечая что новый знакомый не понимает о чем это он.

– Ты тоже Костя? – не понял парень

– Нет, но, наверное, хочу им стать.

– Не понял?– искренне не понял новый Костя.

– Забудь. Послушай и можешь передать тем, кто тебя ставит, а лучше – Игорь запнулся.– А лучше не говори им ничего, а сам послушай мне нужно много этих ваучеров. И поэтому на этом месте ты скоро будешь стоять не один и барыш твой скоро уменьшится, поэтому тебе будет лучше, если ты, не говоря тем твоим, поможешь мне. Понимаешь. Просто скажи свою цену и мы обсудим условия.

Они расстались испытывая друг к другу как минимум интерес. Игоря привлекал новый знакомый как часть неизвестной ему структуры с которой хочется ему или не хочется, но придется сталкиваться и наверное конкурировать . А Костю Игорь заинтересовал той идеей, которая зажигала его и двигала туда где его ждала неизвестность и он не то чтобы не боялся , а хотел её.

И все таки что делать дальше Игорь не знал. На следующий день была суббота , а значит на завод идти было не надо. Встав утром, он достал с верхней полки шкафа коробку с новыми ботинками. Затем, отставив сами ботинки в сторону, разрезал тупыми ножницами коробу и на каждой части написал КУПЛЮ ВАУЧЕР. Затем залез в ящик с рыболовными принадлежностями и отмотал кусок толстой лески после чего прикрепил части межу собой и примерил повесив эту афишу себе на плечи так чтобы надпись была на уровни груди. Затем одел ботинки и вышел из дома.

5.

Эту минуту он будет помнить всю жизнь. В грязном подземном переходе, который вел к железнодорожному вокзалу, в шаге от нескончаемой людской реки, текущей по этому руслу он, стиснув зубы и стараясь просто делать не задумываясь как это выглядит со стороны, решительно нацепил на себя убогую афишу и повернулся к людям. Ему казалось, что сейчас людской поток замрет от неожиданности и эти незнакомые люди в ужасе и с состраданием и жалостью замрут, а затем обступят его и кто то захочет просто погладить его по голове или взять его руку в свою и так постоять в надежде хоть как то поддержать совсем уже конченного человека, но… Ничего этого не случилось. Сочувствия ни кто не высказал, жалостью не наказал, его, кажется даже не заметили, Некоторые, проходя быстро мимо взглядывали на табличку и почти никто не смотрел ему в лицо, а это Игоря успокоили. Вот только ботинки уже натерли ногу и жали в широкой ступне.

Трудно было пережить первые десяток минут. Затем то, что сначала успокоило, стало беспокоить. Он пришел сюда не просто постоять в новых ботинках, а чтобы другие заметили то что написано на нем, а здесь никто даже не старался остановиться и уделить ему какое-то внимание. Через одиннадцать минут он понял свою ошибку, а так как первый шок от всего этого прошел, то Игорь, не снимая табличку походкой лыжника по асфальту направился из тоннеля прямо к Московскому вокзалу и не успел он дойти до лестницы, где он и хотел расположиться как его остановил мужик абсолютно колхозного типа и еще раз полушепотом прочитав табличку взяв её за угол и поднеся ближе к лицу, наконец спросил.

– Скока?

– Что сколько? – Не понял Игорь

– Дашь.

–А. Одна тысяча пятьсот.

–Нуу. Мне тысяча восемьсот предлагали.

–Где? – спросил Игорь, чтобы что-то спросить и чтобы колхозник не ушел.

– Там.

– А что не отдал?

–А че, мало.

– Молодец. Умный ты мужик. Конечно мало. Кто же тебе сразу даст цену . Все будут дурака искать, но ты же не дурак, правда. Ты походишь присмотришься. Я вас знаю. С таким вот надо держать ужо востро. Тысяча девятьсот, только для тебя.

–Ага, болтун ты. Знаю я вас. Две тысячи и не меньше.

– Не, две тысячи много. Я так разорюсь. Нет мужик, извини, много. Походи поищи дурака. У тебя когда электричка.– Колхозник молчал пытаясь зафиксировав взгляд на покупателе.

– Дешевле не отдам. Две тысячи и все. Если что я не тороплюсь.

– А он у тебя есть, ваучер то?

Мужик сунул руку во внутренний карман и достал аккуратно сложенный билетик. – Вот.

– Покажи.

Мужик развернул бумажку и сунул его почти в лицо Игоря. Тот быстро осмотрел его и тут же выпалил. – Ладно, две так две. – Две тысячи были уже готовы у него в кармане и он протянул их колхознику. Тот от неожиданности взял их, а Игорь не долго думая выхватил ваучер из рук мужика. Тот не ожидал такой быстрой сделки, но деньги были у него в руках, а Игорь еще пару секунд рассматривал листок, после чего развернулся и быстро пошел к тоннелю. Ему хотелось скорее скрыться в толпе. Сердце его колотилось. Это была быстрая и первая его сделка.

6.

К вечеру было еще две покупки, но чем дольше он стоял, тем больше понимал что таким образом за оставшееся время ему не набрать и половины необходимого количества. Тогда как и что делать? Искать людей и ставить их раздавая практически чужим людям деньги для покупок, это было дико, но… Другого выхода не было, а значит нужно было придумать механизм контроля за этими людьми.

Он залез в автобус и устроился на задней площадке у окошка когда несколько парней вошли и один самый близкий к кондуктору показал проездной и громко сказал. Студенческий и у всех студенческие. Правда бабуля, студент врать не будет.

– Студент врать не будет. – Почему то повторил эту фразу про себя Игорь, и тут же простое решение сложной задачи пришло ему в голову. – Ну. Это спорный вопрос, что студент врать не будет, но студенты которых знает и дружат с Женькой, точно врать будет с трудом, а деньги им нужны. А значит, главное теперь придумать как это преподнести приятелю чтобы он согласился. Деньги не тяжелые, свободное время они найдут, ставь задачу и оговаривай гонорар. А почему нет?

Не заходя к себе, он прошел в соседний дом, где жил приятель и к счастью тот был дома. Женька даже обрадовался, так как ему казалось, что их последний разговор закончился нехорошо и Игорь на что-то обиделся, а теперь можно было спокойно поговорить и попытаться смягчить глупую ссору.

– Молодец что пришел. Я садился ужинать. Мать с отцом в саду, закрывают огородный сезон. Дом на зиму запирают, укрывают там все, Я не люблю все это. Просто терпеть не могу, но знаешь, это удобно когда у тебя есть место, куда ты можешь с друзьями уехать и не в городе…

– И не только с друзьями, но и подругами, правильно понимаю.

– Да, да. Будешь макароны с колбасой.

– Ну, давай макароны, только я к тебе по делу, поэтому ты жарь, а я тебе коротенько изложу моё предложение.

– Предложение? Денежное, наверное, – усмехнулся он. – Судя по нашему последнему разговору. Я не понял тогда, что ты так обиделся что ли на нас. – Женька высыпал бледные, мягкие макароны на сковороду, но вспомнив как все было замер на секунду, а затем залил блюдо сверху подсолнечным маслом и стал нарезать колбасу.

– Ладно, проехали. У меня к вам дело.

–К кому это вам?

– Тебе и твоим приятелям.

– Ну,– усмехнулся Женька и зажег газ под сковородой.

– Работа на одну неделю. Вернее не так. Срок неделя. Если выполните задание, заплачу тридцать пять тысяч рублей. Деньги нормальные сам понимаешь.

– Ну, и что надо сделать.

– До следующей субботы мне нужно найти 100 ваучеров.

– Ты шутишь. – Удивился Женька.

– Нет, не шучу. Деньги на ваучер в расчете по две тысячи за штук вы получите. Сам понимаешь, если купишь дешевле, что вполне возможно, разница твоя. По-моему, не плохая работа для твоих активных, жадных и бедных друзей. И самое главное.

– Они не жадные, а еще и главное осталось? – усмехнулся скептически Женька и Игорь замолчал, вглядываясь в его лицо.

– Только дай мне слово, что даже если ты будешь против этой идеи, ты расскажешь о ней твоим однокурсникам, которые ищут где заработать и это главное тоже озвучишь

– Ну.

–Не ну, а скажешь. Обещай.

– Обещаю.

– Если все получится, то кто себя хорошо покажет и кого это заинтересует, получит в дальнейшем. – Он запнулся. – Вероятнее всего. Получит работу и в дальнейшем.

Женька немного растерялся. Он не хотел говорить нет, но и да он сказать не мог. Все это было неожиданно и не реально. Абсолютно не реально.

Немного подумав, он, даже неожиданно для себя вспомнил и заговорил совершенно о другом.

– Я вчера слушал приемник. Русская служба BBC. Там корреспондент рассказал про прыгуна с трамплина из Англии, который выступил на олимпийских играх. Вот тех 88, которые были недавно. Этот прыгун стал звездой, у него брали интервью, приглашали на шоу и писали газеты. На закрытии олимпиады руководитель олимпийского комитета в своей речи упомянул его и это при том, что прыгнул тот всего на семьдесят метров, в то время как победитель улетел почти на сто метров дальше. Этот Англичанин один из главных героев олимпиады. И знаешь почему?

– Ну, нет. Наверное, реклама или голубь мира, там.

– Нет. Он очень хотел этого. Он очень хотел попасть на олимпиаду и ради этого стал прыгать с трамплина, а это не самый безопасный вид спорта. Денег у него не было и ему приходилось подрабатывать на стройке и везде где можно, чтобы осуществить свою мечту. У него несколько переломов и травм головы, но он осуществил свою мечту и, я думаю, что даже если бы он не стал таким известным, он был бы доволен потому, что он сделал то, что хотел.

–И? – Игорь смотрел на друга, который сидел в тесной хрущевской кухне царапая пальцем по выцветшей клеенке и говорил странные вещи, за которые Игорю очень захотелось потрепать его нечёсаную шевелюру.

– Я думаю, двоих я найду точно, плюс сам попробую. – Женька продолжал сидеть, нагнувшись над столом и выписывая узоры пальцем. – Книга мне нужна иначе бы…

– Вот и хорошо. Где встать я подскажу, а если что вы парни грамотные и сами скумекаете что выгоднее. Мне нужно сто штук через неделю. И еще. Тебе я верю, но люди есть люди, а здесь деньги.

– Да. Я понимаю. Главное в чем ты ограничен это во времени, поэтому рискуешь. Вот время пришло да Игорь. Разве кто-нибудь учил нас этому в школе еще какие то пять лет назад. Нас чему учили, человек человеку брат, а сейчас все сбиваются в стаи и рыщут. Рыщут, как Димон тогда рассказывал. Я так не могу, не могу к этому привыкнуть. Даже не могу признать, что так надо, Даже не могу смирится, что так есть. Жесткость эта не по мне. Ты знаешь я не трус и … драться то особо не люблю не потому, что боюсь там или больно. Нет. Просто не должен человек бить другого человека. Не должен.

– А если за дело? – Твердо спросил Игорь.

– Да какое там дело. Если поговорить так в самом последнем человеке человека …Ну, конечно если там наших бьют… или…

– Ну, ладно Жень. Хотя, а вот если за справедливость заступиться.

– Тогда конечно. Тогда само собой.

– Так тот то с другой стороны справедливость со своей стороны видит и тоже за неё готов. Как тут быть. Отдать, уступить то, что хочешь, во что веришь?

– Конечно надо бороться, но… я верю, что как то по другому можно.

– Без борьбы?

– Если уж до конца истину найти то… Вот в чем борьба нужна. В том чтобы объективную истину найти и чтобы всем её показать. Вот за это стоит бороться и может драться стоит, а за деньги как… деньги. Нет я этого не понимаю.

– А за истину готов.

– Готов.

– И драться?

–И драться.

– А мне поможешь ?

– Помогу.

– Почему? Я истину твою не понимаю мне деньги пока нужны. Так почему ты мне поможешь?

– Ну, ты же не предлагаешь мне обман или насилие. Это работа, а мы приятели и мне нужны эти деньги. Это средство. Для меня деньги это средство, а для тебя цель.

– Не. Для меня тоже средство, но… не будем углубляться, а то еще откажешься, а твои приятели, парни умные от них польза может быть раз уж ты такой принципиальный. Поэтому чем быстрее они начнут, тем лучше. А ты точно уверен что начнут?

– Да. Я слышал как они искали что-то такое, а тут ты сам предлагаешь . Не волнуйся на твое предложение уже есть спрос.

– Так я завтра занесу денег?

7.

В понедельник с утра Игорь подошел к бригадиру и передал заявление на две недели отпуска.

– Ты совсем охренел. Тут тебе не завод где заявление оставил и ушел. Да, даже на заводе так нельзя, а у нас тем более. Где я человека на твое место найду сейчас.

– Сергей Геннадьевич, очень надо. Было бы не очень не просил бы. Честное слово. Освобожусь раньше вернусь, а с ребятами я поговорил, они прикроют, а вернусь проставлюсь, как положено. Поверь, очень надо.

Выйдя из проходной, он пошел к Женьке, но дома у него никого не оказалось и где его искать было не понятно. Еще вчера тот занес ему сто тысяч и передавая эти не малые деньги из рук в руки заметил, что и сам волнуется и Женька несколько раз пересчитал пачку так как ни тот, ни другой такую сумму сразу в руках держали не часто

– А волнительно, согласись. – Спросил, улыбаясь Игорь, когда передавал аккуратную пачку денег, которую только недавно сам получил от брата.

Все утро он ловил себя на странном чувстве. Чувство необычности обычного. Вокруг него были те же улицы, те же дома и люди ему встречались те же, но та же самая жизнь, та же форма его жизни имела совсем другую наполненность, другую цель и другой смысл. Он стоял у подъезда знакомого дома и не знал, что ему теперь в этой жизни делать. Он вдруг понял, что новой может быть только та жизнь, которую ты выбрал и начал сам. Вернее, та часть тебя которая была вся связана со старой жизнью отошла в сторону и теперь еще неуверенно и робко, на главную роль в этой твоей неизвестной жизни, должен выйти другой ты. Игорь вдруг понял, как ему нужен и как он хочет его другой я, который есть в нем, не может не быть потому, что иначе этого ощущения и не было бы. Но так как это ощущение новой жизни есть, то и новый, малознакомый я в тебе уже есть, ему просто надо уступить место и доверится. Новая жизнь без нового тебя невозможна и все другое только самообман и соскользнуть на этот самообман очень просто. И Игорь точно понял что является критерием неотступности верности этому новому я. Верным новой цели может быть только это новое я. Ощущение этого я может исчезнуть, но если новая цель манит и заставляет идти значит и новое я здесь и пусть оно растет, а расти оно может только от цели к цели.. Игорь не думал так, но понял это одним ощущением. Одним словом. Вернее двумя . И эти слова были МНЕ НАДО. Они необъяснимые, но объясняют все. Все что есть и что будет, что делаю сейчас и буду делать потом, к чему стремлюсь и как стремлюсь. Пока мне надо, пока я в себе чувствую то, что мне надо, можно быть спокойным. Это спокойствие не обещает простоты, а может быть даже наоборот. Оно опасно и неутомимо. Но пока оно существует, это новое я живет, потому что именно оно настоящее и не имеет основания, потому что само является основанием для всего. Мне надо. И вас не касается почему и зачем. Я и сам не отвечу вам почему и зачем. По крайней мере, не захочу отвечать просто так, чтобы поговорить. Мне так сильно это надо, что мне не интересно понимаете вы это или нет. Мне надо. И пока на этот призыв возникает в тебе это новое ощущение себя можно идти вперед, а если оно исчезнет… Игорь тряхнул головой. Не хочу чтобы исчезало. Не понимаю как, зачем и почему оно может исчезнуть. Он еще раз тряхнул головой и быстро зашагал домой.

Забрав уже испытанную картонку с знакомой надписью, он отсчитал немного денег и отправился на старое место, то есть на ступени Московского вокзала, где сошедшие с пригородных электричек граждане могли польститься на щедрое предложение за не понятно за что и почему выданную государством бумажку под названием ваучер. Назначение и возможности которой они не знали и не понимали, да и Игорь лишь смутно чувствовал те призрачные, но может быть именно поэтому манящие перспективы.

Это был тяжелый день, часы тянулись, а толпа, проходящая мимо не создавала ажиотаж вокруг и поэтому к концу дня всего лишь четыре покупки и усталость, вот все с чем он вернулся домой. Вечером пришел Женька и принес еще одиннадцать, а значит шансов успеть в их новом деле почти не было.

– Тебе лучше оставаться на телефоне. – Попросил Женька. – Я дал им твой номер и нужно, чтобы ты мог, если надо среагировать на трудный момент.

– Ты о чем?

– Я нашел четырех человек, но им надо чувствовать что они не одни и если что, то всегда можно позвонить тому кто поможет. Пойми. Это важно.

– Ты прав, конечно, но осталось всего четыре дня, а нам надо еще восемьдесят пять бумажек найти. Может у тебя еще есть люди? Это то, что сейчас нужно. Не успеваем.

– Брать малознакомых опасно, сам понимаешь. Уйдут с деньгами ты с кого спросишь.

– Не бойся, тебя крайним ни кто делать не будет, еще бы человек пять.

– А деньги есть?

– Будут деньги только найди людей.

Женька нашел троих, а еще двух знакомых подогнал брат и в четверг вечером уже восемьдесят пять листов были аккуратно сложены на дне старой деревянной шкатулке с резными ножками, что стояла на низком серванте в большой комнате. Он называл всегда её большой и только много позже понял какая она была маленькая. Оставалось пятнадцать, и были все шансы успеть собрать их за пятницу, поволноваться еще предстояло изрядно. Началось все с Женькиного звонка. Было уже около четырех часов вечера когда раздался телефонный звонок.

– Ну, тринадцать есть у моих, но один человек исчез. Он стоял на автовокзале что на Лядова. Я его знаю плохо, его Алик привел, но паспорт я списал, поэтому адрес его есть. Он эти дни приносил немного по три, четыре листа, не думаю что сейчас у него больше. Найдем его точно, не сегодня так завтра.

– Завтра я должен быть в Москве.

– Но сто штук то у тебя есть? Так езжай, а с этим потом разберемся, может у него уважительная причина, но он бы позвонил.

– Да, сто уже точно будет, но этого давай сегодня найдем, говори его адрес мы с Николаем его сейчас навестим.

– Вы только там без грубостей. Пиши адрес.

– Ты меня знаешь, я сама… в общем пишу.

Через два часа они с братом стояли возле квартиры номер которой был написан на листочке.

Дверь открыл тощий, высокий парень в мятой футболке с крупной надписью на груди ADIDAS. Лицо парень пытался сделать серьезным и даже наглым и сначала у него это получилось.

– Знаешь меня? – Сразу спросил Игорь.

– Нет. А почему я должен тебя знать. – В голосе звучали усвоенные откуда то нагловатые нотки.

– На студента ты не похож.

– И что?

– Ты ушел с работы раньше времени. Мы заволновались. Часом не заболел.

Парень немного смутился и стал разглядывать стоящих напротив него.

– Я с Лехой дело имел. А вас я не знаю.

– Да и мы тебя не знаем, да и узнавать не особо хотели. Только ты, наверное, просто не успел что-то отдать. Правда? Так ты давай сейчас, не тяни.

– Я с Лехой дело имел. – В голосе зазвучало сомнения и переживания.

– Я знать не знаю твоего Леху. – Начал твердо Николай. – Ты на нас работал, а теперь мы засомневались в тебе что-то. Кинуть решил…

– Погоди Брат – остановил его Игорь. – студент просто животом мучался и поэтому ушел быстро домой, не зайдя к старшему, чтобы отдать сделанное и..

– И деньги. – Закончил Николай. – Ну, если так, то это другое дело.

– Это ведь так? Правда? – Игорь смотрел твердо в глаза парня и тот стал терять начальный настрой, складывать руки на груди и топтаться на месте.

– Да. Я просто …завтра бы утром все отдал и все. В чем дело. Какая разница.

– Ну, вот видишь брат. Я так и знал. Он сейчас все отдаст и мы пойдем. И даже может быть останемся друзьями. Ведь правда?

– Парень растаял в прихожей, где порывшись по карманам куртки висевшей на вешалке, передал братьям три ваучера и несколько бумажек по сто рублей.

Обратно они ехали в старом опеле Николая и разговаривали о чем то специально постороннем и не важном, тогда как каждый понимал, что сегодня случилось что-то особенное, и это особенное состояло в том, что они почувствовали себя по другому, и это другое почувствовал и подчинился ему посторонний человек. Они увидели в его реакции свою силу и поняли, что так можно и знали теперь что так и будет дальше.

8.

Условие, которое должно было открыть для братьев новые возможности, а за этим и новую жизнь было выполнено. Сто два ваучера лежали в журнале Техника молодежи, а сам журнал находился в черной спортивной сумке с надписью denaton на самом дне под свертком с бутербродами с сыром и бутылкой кефира. Ехать до Москвы решили на поезде так как все равно город они не знали и если возникнут проблемы то машина на незнакомых улицах могла лишь стать обузой, тогда как убежать дворами, казалось будет проще. Такой вариант развития событий так же был очень возможен. Еще с вечера на карте Москвы была найдена нужная точка и выстроен понятный маршрут, а уже в вагоне купе, в котором они были вдвоем еще раз проверили название станции метро улицу, которая приведет к цели, после чего спокойно улеглись спать. Волнения почти не было и только когда уже подходили к промзоне на территории которой и была проходная завода Николай нервно засмеялся. – Вот будет облом если сегодня никто не появится. Что тогда?

– Ни чего, поживем дня два где-нибудь и дождемся человечка. Дождемся, не волнуйся. Все будет.

Костю он увидел издали и сразу почувствовал, как от волнения мышцы лица неприятно перекосились и он опустил голову чтобы овладеть собой так как это было сейчас очень важным.

– Привет.– Начал Игорь протягивая руку Косте, который явно не понимал кто эти двое и чего от них ждать так как он, наверное, уже стал привыкать что ждать на Московской окраине, да еще здесь, у заводской проходной можно что угодно.

За руку он взялся, но на приветствие не ответил.

– Не узнаешь? Неделю назад, на этом месте разговор был. Помнишь?

– Ну, да, да. А что хотели?

– Не помнишь что ли? Я из Горького. Ну. Говорили, что если я привезу сто ваучеров, то ты мне покажешь тех, кто их покупает из взрослых людей. Ну?

– Ааа. Да, да. Припоминаю. Ты из Горького. В ту субботу вечером. Ты еще на фуре был.

– Ну. Да. Вспомнил? Ну, так я привез, о чем говорили.

– Привез? Сто штук? – Парень явно не мог собраться с мыслями.

– Ну, да. Может пойдем куда-нибудь. Да хоть опять в столовку и там поговорим.

– О чем? – Парень почему то оглядывался будто ожидая кого то.

– Как о чем? Вот они. – Игорь достал журнал в котором были уложены бумажки когда Николай, который стоял чуть сзади схватил Игоря за локоть потянул на себя и резко почти крикнул. – Смотри. – И тут, со ступенек конторы, с одной стороны и из припаркованной рядом машины, с другой к ним кинулись по двое молодых парней. Бежать было и поздно и некуда.

– Кто вы? – Твердо спросил тот, кто первый вышел из машины, небольшого роста, но коренастый в кожаной короткой куртке он отодвинул совсем потерявшегося продавца.

– Мы? – Начал Николай. – Мы вот к нему. – Он кивнул на смущенного Костика. – Мы договаривались, что сегодня подойдем. С ним договаривались. – Подхватил Игорь и удивился, что именно сейчас, когда было чего бояться, страха не был и даже наоборот, появился кураж и азарт в желании пойти дальше.

– Кто это? – спросил коренастый у Кости.

– Да. Это из Горького, мы неделю назад договорились, что они товар подвезут. Ну и вот.

– Что привезли? – обратился коренастый к Игорю.

– Вот. – Тот перелистнул Технику молодежи и показал ваучеры, вложенные между страницами.

– Слышь. – Обратился один из стоящих к коренастому. – Если это не они так тут стоять не надо, наверное. – Коренастый оглянулся вокруг.

– Ладно, пойдем быстро в столовую, там расскажете, а то мы тут гостей ждем, Не вас оказывается.

Двое снова уселись в машину, что стояла в метрах десяти у обочины, еще один остался в дверях у лестницы что вела в зал, а Игорь с Николаем и коренастым парнем поднялись и сели у окна за стол. Прямо под ними среди редких прохожих прогуливался Костя, крутя в руках картонку со знакомой надписью. Повариха явно знала главного и, выйдя в зал на пол минуты, снова скрылась за рядами компотов и гарниров.

– Из Горького значит? А Михея знаете? Кстати меня Жека зовут. Так может Михея знаете или Семёна Губанова?

– Нет. – Спокойно ответил Игорь, рассматривая нового знакомого с интересом и любопытством. – Про Михея что-то слышал, но не знакомы.

– Мы не из них. Нам бы дело сделать и домой.

– Что значит не из них? А за кого вы тут нас держите? А? – Жека зло улыбнулся и посмотрел на Николая.

– Вы. – Как-то смутился Николай. – Парни крутые и мы на ваши дела со стороны смотрим и мимо идем. У нас свое небольшое.

– Не большое? – вдруг резко заговорил Жека будто обидели его или хотят обмануть. – У тебя партия бумажек и ты чего-то же хочешь, а значит нацелился вперед пройти. Или я не прав. Тогда че ты мне тут дурку включаешь. Покажи журнальчик. – Он выхватил журнал из рук Игоря. – Сколько здесь?

– Сто штук. – Как то неприятно тихо сказал Николай.

– Не много. Что в Горьком совсем с этим дела плохи. Ну, и что хотели от этого придурка.– Жека кивнул на человека с картонкой, что мялся внизу.

– Он обещал на настоящего покупателя вывести.

– Он? – усмехнулся Жека.– А откуда он его знает, настоящего. Обманул он вас. Но. – снова усмехнулся парень. – Мальчик так перенервничал в эти дни , что и забыл чего вам обещал. Ему не до этого сейчас. И нам кстати то же. – Жека замолчал, откинулся на тонконогом стуле и посмотрел за окно. – Некогда нам сегодня. Не до вас. Поэтому вы давайте берите журнальчик. – Он еще раз пролистал страницы Техники молодежи. – И … Пейте компот с пирожком и не оборачиваясь идите отсюда. На Киевском за что дадут все сдавайте и в поезд. – Он совсем успокоенный оглянулся, затем поднялся и не спеша принес три компота и пироги на потертом треснутом подносе. – Вот. – улыбнулся он и выпил пол стакана компота из золотистой кураги.

– Ну, так мы пойдем. – Игорь тяжело поднялся и положил руку на журнал будто не веря, что его сейчас не отберет выгребающий ложкой из стакана золотистые ягоды парень в кожаной куртке. Тот же мотнул головой, запрокинул голову вытрясывая ягоды в рот и глядя на него Николай взял стакан компота и быстро выпил его. Вытирая рот салфеткой, он направился за братом, чтобы не отстать и догнал его уже посреди зала.

9.

Они подходили к выходу на лестницу, когда за спиной в зале сначала задребезжала рама тяжело открывающегося окна, а затем раздался взрыв. В небольшом помещении столовой звук выстрела, пойманный стенами и усиленный алюминиевыми стеллажами кухни, оглушил.

От неожиданности оба присели и обернулись. Жека стоял у открытого окна и вытягивая руку с пистолетом туда вниз снова стрелял. Второй выстрел ошарашил меньше и в глубине кухне кто-то завизжал.

Жека нагнулся и сделал шаг назад, а там на улице, внизу уже раздавались хлопки выстрелов и одно из окон посыпалось мелкой крошкой под серые паутины вскинувшихся занавесок. Жека побежал к выходу не обращая внимание на остолбеневших братьев, но в проеме замер и отпрянул назад. Двери внизу захлопали и послышались голоса. Он схватился за ручку двери и припер её стулом. Посмотрев на братьев на мгновенье замер и устремившись мимо в сторону кухни на ходу проговорил почти испуганно. – Бегите нахрен, они разбираться не будут. Давай за мной. – От всего происходящего и Игорь, и Николай потеряли какую-либо способность что-то соображать и только почему то пригнувшись бежали за кожаной курткой, которая пробиралась в узких проходах кухни опрокидывая все на пути. А позади уже крушили хлипкую дверь столовой.

Пробежав кухню насквозь и слетев с лестницы, они оказались у служебного входа где в десяти метрах стоял жигуленок к которому Жека не раздумывая бросился. Братья не знали что делать и побежали за ним, когда увидели что из за угла перед Жекой, который бежал в метрах пяти впереди выросла фигура. Жека не успел выстрелить, и крупный парень сразу оказался почти вплотную и отбив руку с пистолетом повалил Жеку на асфальт. Он оказался сверху и все его движения были так уверенны и спокойны, что Игорь почему-то подумал, что это военный, но раздумывать время не было и Николай первым со всего разбега врезался с боку в наклонившегося над Жекой парнем и может быть этим спас всех троих, потому что еще пару секунд и пистолет был бы в руках незнакомца. От столкновения парень сдвинулся, но не упал. В нем было больше ста килограмм и держался на ногах он крепко, но, когда Игорь на скорости ударил ему ногой в живот тот оцепенел, а после удара Николая повалился на бок. Жека в это время вскочил на ноги и направил пистолет на великана, но Игорь вцепился ему в руку не давая выстрелить и может быть это помогло им уйти так как выстрел наверняка привлек бы внимание тех, кто был рядом, а сколько их было понять было сложно.

К счастью машина завелась сразу и через несколько секунд они выворачивали на главную дорогу пытаясь спрятаться за стоящими на обочине фурами.

– А куда этот то делся? С табличкой, как его? – Игорь оглядывался, но погони не было и всем в машине становилось почему-то весело.

– Если повезло, то убежал. – Нервно ответил Жека, по-новому осматривая своих знакомых.

– А милицию что никто не вызвал? – Искренне удивлялся Николай.

– А может это и была милиция. – Зачем-то вслух спросил Игорь.

– Милиция так бы стрелять не стала. – Жека стал серьезным и уставился на дорогу. Все замолчали.

– А здоровый этот последний был. Еле столкнули. – Продолжал почти смеяться Игорь.

– Ну, я вас у вокзалов высажу. – Было видно, что Жека думал о чем то своем. – Вы на поезд и вас будто не было здесь. Лучше никому об этом не рассказывать. Вам лучше. Поняли. – Все замолчали.

– Послушай. – Начал, немного смущаясь Игорь. – Мы тебе вроде помогли, так может и ты нам поможешь. Нам этот Костя кажется обещал на людей вывести, что цену нормальную дадут и что дальше делать скажут. Ты, то , наверное этих людей знаешь. Если знаешь, конечно. – Все в машине замолчали и с минуту ехали молча.

– Хорошо. -заговорил Жека. –Я скажу про вас, но если они с вами дело иметь не захотят, то на вокзал и забыли. Ладно? Без обид. Вы мне помогли, но там свои понятия и я, и вы в них пена. Захотят то вперед, нет, до свиданья.

Машина давно выехала из бесконечного забора промзоны и свернув в переулок остановилась рядом с телефонной будкой. Разговор по телефону был недолгий и братья с беспокойным напряжением ждали пока Жека усаживался обратно за руль.

– Ну, я рассказал кто вы откуда и чего хотите. Сказали привозить. Только сразу предупреждаю я этих людей знаю недавно поэтому ни за вас перед ними и за них перед вами отвечать не хочу и не буду. А так поехали отвезу. Ехать за город поэтому на поезд вы уже не успеете..

– Ну, не успеем и не успеем. – Не обрадованно, но спокойно отозвался Игорь.

– А раз время есть может расскажешь что там произошло. Ради чего стрельба то началась? – спросил Николай и Игорь добавил перебивая. – Постреляли в центре города и ничего, Милиции то совсем не боитесь?

– Милиции? Ты этого бугая что меня повалил видел. Еще бы чуть-чуть и он бы меня прибил. И кого я должен боятся его или милицию, которая даже не приехала.

– А тот, кстати сам на милицию был похож.

– Бывает и такое.

– Так за что же стрельба то была и куда те что с тобой были делись.?

– Эти уже отзвонились. –Начал Жека выворачивая руль и направляя машину на проспект .– Один ранен, а этот ваш убежал во время, так что все…Хотя если бы я первым не выстрелил, то неизвестно чем там кончилось бы.

– Не попал?

–Попал, только судя по тому, что он за мной в столовку побежал вскользь попал.

– Хорошо что не прибил, а то бы все серьезно… – Игорь, сказав осекся заметив как парень за рулем усмехнулся и презрительно посмотрел на него.

И немного помолчав продолжил.

– У нас они по всей Москве стоят бумажки покупают. Мы их контролируем и, если надо, прикрываем. А тут с неделю левые какие-то подошли к этому Костику и попросили место уступить. Да так серьезно, что тот прям испугался. Ну, чтобы ему не страшно было, и тех немного на место поставить мы и сторожили точку. А тут вы.

– А что, место на двоих не хватит. – тихо спросил Николай.

– Этого я не знаю. Все подробности нам не нужны, но я думаю это связано с тем что теперь эта контора стала акционерным обществом. Типа акции всем раздали. Слышал, терли пацаны, и местные хотят акции у работяг за копейки скупить, и они боятся, что и наш будет на эти акции охотится. Слышал я такое, но мое дело место за нами оставить. А я, черт смотрю в окно, а он нашего на землю положил и ему в затылок ствол сунул. Ну, я занервничал, не выдержал и пальнул первым. Может и зря. – Жека замолчал о чем-то задумавшись пытаясь сообразить как вся его история будет выглядеть потом, перед теми к кому они сейчас едут.

10.

Проспекты кончились и машина выехала на полутемную трассу, где фары совсем не нового жигуленка выхватили зеленый джип чероки и Николай толкнул Игоря в бок показывая машину, которую еще вчера увидел первый раз в фильме по видеомагнитофону взятому на прокат за тысячу рублей.

Через несколько километров свернули вправо и уже почти в темноте стали пробираться вдоль дачного поселка, дома которого подымались даже над не самым низким забором. Около дома их уже ждали и невысокий лысоватый мужчина в белом свитере открывал ворота и вглядывался в темноту салона.

–Ну, проходите, проходите. – Нарочито спокойно, тихим голосом заговорил хозяин в белом свитере берясь за руку каждого, но тут же откидывая её лишь слегка надавив на ладони. –Евгений, не волнуйся Федор звонил. С ним все нормально, спрашивал про тебя. Завтра за ним заедешь как сегодня.

– А что делать то будем, что так и оставим.

– Все это уже не твоя забота. Проходи. И вы проходите сейчас идиота пить будем. Не пили такой напиток, никогда? Точно знаю никогда. Пошли в дом.

Парадная дверь с лестницей осталась слева, а через боковую со стороны гаража где стояло уже две машины они прошли в дом. Что сразу поразило братьев это главная комната, где они расположились. Была она не прямоугольная как они привыкли и не большой как можно было предположить, а восьмиугольной с двумя диванами, камином и высоким шкафом полным книг за толстым рифленым стеклом. Широкий, многоугольный седого цвета ковер объединял все это и будто излучал свет откуда то изнутри. Телевизор и музыкальный центр заняли верхнюю полку углового шкафа с бутылками. Бутылок было много и высокие стаканы стояли на подносе, что почему-то очень удивило Николая. Удивило именно то что они стояли на подносе.

– Садитесь вот сюда. – Хозяин указал братьям на диван, а сам �