Глухой путь

Глухой путь

«Человек, думающий, что он свободен, подобен брошенному камню, который думает, что летит.»

Б. Спиноза

Мужчина тридцати пяти лет склонился над почти выпитой бутылкой виски. Его затуманенные дымом сигареты глаза были направлены в одну точку. Разум его мутнел и ,казалось, уйдёт в небытие. Стопор прошёл со словами бармена.

– Уважаемый, я извиняюсь, но вы долго ещё будете здесь сидеть? Сегодня мне придётся закрыть салун на ночь. – сказал мужчина в белом фартуке и с пышными чёрными усами.

Глаза с синими мешками под ними перевели взгляд со стола на лицо человека, работавшего за барной стойкой. Обветренные губы и плетущийся язык задали встречный вопрос.

– Ты видел этого человека когда-нибудь? Может он заходил сюда? – спросил выпивший, указывая пальцем на стену позади бармена.

Возле шкафа, где стояли различные бутылки «адского пойла»: от дорогого вина с виски до дешёвого пива и рома, висел плакат с лицом преступника. Суровое с аккуратной бородой. Имя – Джозеф Кинг. Награда десять тысяч долларов. Внизу плаката было написано: «Живым или мёртвым». Усатый мужчина внимательно взглянул на уже пожелтевший листок бумаги.

– Он здесь уже как лет десять висит. Можно, сказать «постоянный посетитель», – ответил бармен, легонько посмеявшись со своей шутки.

Ковбой шутки не оценил. Его это больше раздражало, он крепко сжал кулак и стукнул ботинком по полу. Бармен прочёл ситуацию и попытался изменить её в лучшую сторону.

– Ну, а если серьёзно, – заново начал владелец салуна, – зайдите к нашему шерифу, Миллеру. Он помнит почти всех людей, заезжавших в нашу деревушку. Может он поможет вам в решении вашей проблемы, мистер охотник.

Посетитель заново уставился взглядом в одну точку. Сейчас старательно слушать и вникать в слова не получалось. Слишком устало выглядел путник, изнеможённо.

– Сейчас, мне кажется, вам мистер лучше пойти отдохнуть, снять девочку, чтобы вас приласкала, да и в общем поспать. – предложил бармен с улыбкой, похлопав того по плечу. Ковбой же лишь отдёрнулся от его руки. Ничего не ответив охотник за головами встал, бросил на стойку два доллара и вышел на улицу.

Было уже темно. Луна освещала своим белым и тусклым светом весь маленький городок, бывший крупный центр по добычи угля. Сейчас же это дом людей, захотевших найти уединение от света огней больших городов. Путник, дрожа от непонятного ему холода, который преследовал его очень давно, перешёл на другую сторону улицы со своим бурым в белую крапинку жеребцом по дороге из грязи и «лепёшек», оставленных животными. Дыра дырой… В отличии от своего «помятого» хозяина, конь выглядел очень ухоженным. Чистая шёрстка и копыта, мягкая шелковистая грива. Словно только купили, хотя друг человека путешествовал с хозяином уже четыре года. Видел всё, что с тем происходило.

Зайдя в отель, путника встречал собственник гостиницы.

– Приветствую вас, желаете снять комнату или принять ванну? – спросил человек в дешёвом костюмчике неторопливым, но в тоже время достаточно бодрым, несмотря на ночное время, голосом.

– Комната на одну ночь… – кратко выговорил ковбой.

– С вас доллар.

Охотник дал на руку хозяину деньги. Тот в свою очередь отдал ему ключи от номера 2B. Еле как, оставшимися силами ног, путник добрался до спальни. Раздевшись и бросив всю одежду на стол, стоявший возле двери, он упал на кровать. Только прикоснувшись головой до подушки, ковбой погрузился в царство снов.

Глава 2

Мальчик по имени Мартин Адамс сидел по середине комнаты, играя со своей младшей сестрёнкой Оливией. Мама собирала на семейном огороде урожай, а отец, будучи шерифом, патрулировал город неподалёку, в частности, охраняя банк.

– Братик! Пошли на улице, возле речки поиграем! Дома скучно! – подбежала и схватила мальчика за руку Оливия, положив перед этим свою маленькую куклу с именем Нора в небольшой деревянный ящичек, маленькая, криво сделанная неумелыми детскими ручками колыбельная. Поцеловала куколку и укрыла её синей тряпочкой, для неё тёплым пышным одеялом.

Маленькая девочка со светло-каштановыми волосами, завязанными в две маленькие косички, с большими зелёными глазами и со светленькой в веснушках кожей. Сестрёнка напоминала маленького ангелочка с различных картинок книжек, которые в глубоком детстве читала мальчику уже покойная бабушка.

– Хорошо, я не против. Только надо спросить разрешения у мамы. – ответил ей Мартин, погладив сестру по её маленькой головке своими грязноватыми от краски руками, потому что, как обычно любили делать мальчишки его возраста, на заднем дворе мастерил что-то, в его случае меч рыцаря, который осталось только докрасить. Но его для игры оторвала сестра, ну а как отказать такой милой малютке.

Парень, лет десяти, вышел на улицу. Солнце светило только в путь. Небо окрасилось с приходом дня в лазурный, облака, как белый пух, выстраивали различные образы. Ели, словно возвышающиеся над всеми гиганты, закрывающие своими огромными руками Солнце, а трава, как маленькие изумруды, которые отражали блики светила. Тёплый июньский день – идеальный для прогулки. Мартин подбежал к маме, собирающей ягоды и овощи на семейном урожае, находившимся напротив дома. Эмма (так звали их маму) была достаточно красивая женщина: рыженькие, как осенние листья, волосы, замотанные в пучок, голуба-алмазные глаза, а её лицо, также как сестринское, украшали маленькие веснушки. Одета она была в скромное, серенькое платьице, а поверх него был белый фартук. Сразу было видно, кому Оливия обязана своей красотой.

– Мам, можно я с сестрёнкой возле речки поиграем? – спросил мальчик, попутно обнимая свою кормилицу и пытаясь другой рукой достать из корзины хотя бы одну земляничку. Мартин всей душой обожал это сладкое творение природы.

– Конечно, мой лисёнок, только недолго. И присматривай за своей сестрой, пожалуйста. – сказала Эмма, заботливым и нежным голосом, показывающем всю её материнскую любовь. Она, заметив, как тот старательно тянется к ягоде, отсыпала ему в руки четыре штучки: две ему, две сестрёнке.

Мама поцеловала мальчика в щёчку и лобик и отправила за сестрой, провожая его светлой, женской улыбкой.

Брат и сестра взяли два игрушечных кораблика, которые им сделал папа из досок и старой ткани. Путь до речки был недолгий, идти всего минуты три. Семья жила на скалистом холме, а вода протекла почти около подножия. Путь до ручья пролегал вниз по маленькой тропинке. Добравшись до речки, брат и сестра начали запускать кораблики наперегонки, представляя, что они капитаны пиратских кораблей, а речушка – огромный океан. Улыбки не сползали с их лиц, а детский, искренний смех лился из их уст. Им было настолько весело, что они и не заметили, как прошёл целый день. Послышался знакомый крик из дома, работавший для ребят, как сигнал.

– Дети! Пора домой! – прокричала мама своим ребятам, жестом показывая то, что уже поздно. Тем более скоро приедет отец и они, всей дружной семьёй будут ужинать. Отец как обычно будет рассказывать различные небылицы с работы, брат и сестра будут в это верить и удивляться, как же такое может происходить, а мама будет тихо, прикрывая рот рукой посмеиваться.

Мартин и Оливия взяли свои кораблики и отправились домой, попутно о чём-то говоря, не переставая также смеяться и улыбаться. Мальчик наблюдал за шевелящимися покрасневшими губами сестры и смеялся от того, как слюни брызгают у неё изо рта, когда она яро рассказывает новую, выдуманную историю для её кукол.

Поднявшись до своего дома, брат, ненадолго отвернувшись, чтобы положить кораблики в сумку, в которой эти игрушки должны были лежать, понял, что рядом с ним нет сестры.

– «Опять, что ли куда-то спряталась?» – подумал Мартин, оборачиваясь в разные стороны, пытаясь найти сестру. Девочки нигде не было, она всегда умела хорошо прятаться, лучше кого-либо. Сестрёнка всегда была чемпионкой по игре в прятки.

– Братик! Я здесь! – окликнула Оливия своего брата, слышался тоненький хитрый смех. Звук голоса доносился со стороны дома.

Юноша повернулся к дому… Вдруг, неожиданно, сверкнула молния попала прямо в дом! Небо окрасилось в красный цвет от яркого, бушующего пламени, которым горел дом семьи Мартина. На пороге лежали окровавленные, с многочисленными пулевыми ранениями тела мамы и Оливии. Возле них на коленях сидел отец и рыдал. Ничего не понимающий Мартин осторожно подходил к отцу.

– Папа! Что здесь произошло!? – прокричал Мартин, с застывшей гримасой страха на своём лице. Те несколько минут, что он шёл всё ближе и ближе казались вечностью. Вся жизнь рухнула перед глазами, не осталось почти ничего. – Я тоже умер? – спрашивал себя через слёзы Мартин. Но, тогда как он может ходить. Нет он не умер…

Ничего не ответив, отец, одежда которого была залита кровью, достал из кобуры свой револьвер, поднёс к виску и застрелился…

Глава 3

Наступило утро. Охотник весь в поту, и тяжело дыша, подскочил с кровати.

– Сука! Опять этот дерьмовый сон! – прокричал Мартин, да так, что было слышно на весь мотель. Он смотрел на свои дрожащие руки в надежде не увидеть на них кровь. Крови не было, были лишь многочисленный мозоли и порезы.

Взгляд его упал на револьвер, лежавший на столе с другими вещами. Красивый, украшенный гравировкой викторианского стиля, с рукояткой из сосны. «Кольт». Это было оружие отца.

Наконец, собравшись немного с мыслями и протерев глаза, ковбой решил, что надо уже собираться снова в дорогу и начал одеваться. Его одежда явно много повидала: светло серые, в некоторых местах прошоркавшиеся джинсы, белая, но в тоже время грязноватая рубашка, жилет из кожи оленя, который он купил давно у какого-то старика, светло-бурое пальто и чёрные поношенные сапоги со шпорами. Дополняли этот образ ремень с патронами и кобура с красивыми узорами, а также тёмно-синий платок, который он носил на шее.

Посмотрев на себя в зеркале и несколько раз хлопнув себя по лицу, дабы окончательно взбодриться, Мартин вышел на холодный воздух, который он так не любил, но деваться было некуда. обстоятельства – мерзавки, что не оставляют выбора.

Улица казалась оживлённой с самого утра, даже несмотря на небольшие размеры городка. Кто- то просто стоял возле салуна, разговаривал и курил, кто-то, поднявшись с первыми петухами, уже работал, кто-то собирал вещи для предстоящей охоты, кто-то держал путь в неизвестном направлении. Оживлённость, но с нотами некой гармонии, пропитанной запахом ели. Вдохнув поглубже, Мартин решил для начала зайти в салун и поесть. Заведение, также, как и улица, бурлило жизнью. Пьяные и сильно буйные посетители доставали своими разговорами о жизни бармена и других, подходя к ним и пытаясь заговорить, а когда понимали, что люди не хотят с ними говорить, посылали их на три буквы. Другие более спокойные, но такие же несильно интеллигентные сидели за покерным столом и играл. Почти каждые десять минут слышались крики: «Сука! Я всё проиграл!» И так с утра до ночи, пока люди, у которых и так деньги куры не клюют, пытались поднять побольше. Третий класс людей, обитающих здесь были обычно те, которые любили смотреть за балаганом и тихо в сторонке выпивать, такие обычно тоже сидели целый день, пока не нажрутся в дрова, после этого данный класс людей превращался в первый. Были также и такие, как Мартин, которым было всё равно на происходящее вокруг них, такие люди обычно были простыми путниками, заскочившими поесть и передохнуть.

– О, это снова вы! – сказал усатый бармен с улыбкой, увидев сквозь толпу именно Мартина. Но он также следил за буйными, чтобы те ничего не натворили. – Я думал вы уже уехали.

– Как видишь, нет. Зайду ещё к вашему шерифу. – ответил с небольшой грубость стрелок, впрочем, как и всегда. Грубость одна из немногих черт, что были с ним всегда. – А теперь можешь принести мне рагу и бутылку пива.

– Конечно, через 10 минут всё будет готово. С вас 5 долларов.

Охотник за головами дал на руку хозяину заведения деньги и сел за свободный столик. И жестом руки сказал, чтобы тот поторапливался.

Прошло некоторое время, Мартину принесли рагу, навевавшее воспоминания о детстве своим чудесным запахом, а также бутылочку холодненького пива. Казалось иногда, что пьёт он его больше чем доброй воды.

– Хм, а рагу то ничего…! – удивился ковбой. Давно он не ел по настоящему вкусной еды. Хотя, если быть точнее Мартин просто сам по себе давно не ел, четыре дня. Обычная практика для него.

Наблюдавший за путешественником, бармен украдкой улыбнулся, чтобы не привлекать особого внимания. Он явно был горд своей кулинарией. Почему-то для него было обязательным угодить такому гостю.

– М-да…, а пиво хуже некуда. – скривился в своём разочаровании Мартин, что аж выплюнул на пол пиво и хотел уж было харкнуть в бутылку, но делать этого не стал. Знаки приличия соблюдать хоть какие-то надо было.

Улыбка на лице хозяина салуна пропала.

Мартин вытер от кусочков еды салфеткой свои бледные губы, и не попрощавшись с барменом, который уже был так рад присутствия данного посетителя, отправился к шерифу Миллеру.

Пост законников стоял возле оружейной лавки на другой стороне улицы. Туда привозили преступников и там же сажали в камеру. Самых отпетых негодяев, с таких постов перевозили в тюрьмы. Всего их было три, по одному в каждой долине. Но в таком захолустье преступников почти не было, потому что деревушки тут были примитивные бедные, грабить, воровать некого было, так посадить за буянство и всё.

Открыв дверь, Мартин зашёл в пост шерифа. За столом, стоявшем возле входа, сидел толстый мужчина, с пышной бородой на которой виднелись крошки, видимо недавно съеденной еды, в бежевом пиджаке, светло-красном в полоску жилете, на пухлой шее была затянута чёрная бабочка. Мартин не любил судить о людях по первому впечатлению, но к шерифу у него почему-то появилось невыносимое отвращение. Он посчитал его алчным и невероятно обжорливым, которому лишь бы набить себе брюхо. И в прямом, физическом смысле, и в переносном, духовном плане.

– Вы, я так понимаю охотник за головами. Плакаты, уважаемый, висят за вашей спиной. – сказал Миллер, показывая жирным пальцем, который так и сжимало «золотое» кольцо, на стенд.

– Мне они не нужны, – сказал ковбой, немного обернувшись к листовкам и затем покосившись на потёртую шляпу шерифа, – мне нужна информация о человеке, чей плакат висит в салуне.

– Тот, что ли? О нём ни слуху, ни духу уже как лет пятнадцать. Я вам, мистер, по этому делу не советник. Всё, что я знаю, так это уже общеизвестная информация. Главарь банды. Со своей шайкой совершали налёты на поезда, дилижансы, на различные банки в разных уголках страны. – развёл руками, чуть ли, не подавившись остатками курицы Миллер и выбрасывая кость в корзину, стоявшей возле Мартина. Остатки было чуть не попали в стрелка.

Ковбой глубоко вздохнул… Всё это он знал до мелочей, вся банда мертва или пока гниёт в тюрьме, ожидая своего наказания. Ему нужна была другого рода информация, а точнее информация, где сейчас может находиться эта тварь.

– Слушай, старик, ну хоть какая-то информация тебя должна быть. – уже не принимавшем ни какие отговорки сказал Мартин, опёршись руками на стол шерифа. Тот возмутился и отодвинул стрелка назад. – У, вас, законников, слухи передаются друг к другу быстрее ветра.

Шериф почёсывал бороду, бормоча себе под нос что-то непонятное. Размышления прекратились только через минуту.

– Хорошо, есть у меня один слушок, не информация, всего лишь слух, – начал издалека Миллер. И прищуренные еврейские глазёнки смотрели хитро на Мартина, – но думаю ты же понимаешь, что ничего бесплатного не бывает.

Мартин понимал, что старый хрыч всё равно, что-нибудь попросит взамен, но спорить не стал. Всё-таки жизнь ему и так постоянно накидывает различных препятствий, по-другому, «вставляет палки в колёса». Поэтому было бы глупо создавать себе ещё большие проблемы, споря с шерифом.

– И что же ты хочешь? – устало прошептал Мартин, что шериф особо толком ничего и не расслышал, но продолжал предлагать сделку.

– Видишь ли с поимкой преступников у меня сейчас всё достаточно досадно, работников нет…

– Давай, старик, ближе к сути!

– Ладно, ладно. Нервный вы мой. В общем, мне нужно доставить одну девку, ограбившую магазин и убившую продавца. Зовут её Ханна Арчибальд. – сказал шериф, достав её плакат из шкафчика в столе

Охотник взял листовку в руки, которая была в чём-то липком. Привести живой, награда 100 долларов.

– А деньги за её голову мне причитаются? – спросил Мартин, облизываясь, в случае чего предвкушая хорошую добычу, такие деньги точно на дороге не валяются.

– Твоя награда – это слух, о Кинге. Больше тебе ничего не причитается. Жирно будет.

Путник не мог не согласиться со справедливостью данной сделки. Но ожидания, как обычно не совпали с сукой реальностью. Хотя было и смешно слышать от такого кабана возмущение о «жирности». Иронично просто звучало.

– Хорошо, а информация о ней будет? Где она? Что она?

– Один рыбак, говорят, видел её где- то близ деревушки Хоуленд. Пристанище религиозных фанатиков. Возможно, там она и нашла себе гнёздышко. Только будь осторожней, хрен знает, что может быть у этих психов. Кто-то говаривал, что они каннибалы чёртовы.

– И как туда добраться?

– До деревни ехать целых 2 дня. Сначала на юго-восток до старой, заброшенной шахты, а за тем на восток. Понял? Бывал в тех местах?

– Нет… Просто слышал…

– Ну вот и славно. Чтоб привёл её мне максимум за неделю иначе ничего не получишь. – пригрозил Миллер пальцем чуть ли, не тыча им прямо в лицо стрелку, у того появилось особое желание схватить и сломать его, но он снова сдержался.

– Понял. – почесав голову произнёс Мартин, складывая листок с сумку.

– Не смею тебя больше задерживать. – махнул рукой Миллер, чтобы Мартин убрался с глаз долой. Ну а потом решил продолжить трапезничать в этот раз салом и чем-то, что было налито во фляжке, которую он достал из-за пазухи.

Охотник за головами вышел из поста законников. Поиск преступника предстоял видимо долгий, поэтому он решил зайти запастить едой. Денег было не особо много, поэтому надо было строжайше экономить. Мартин подошёл к магазину с продуктами, уже составив то, что ему надо было бы купить.

– Добрый день, чем могу вам помочь? – спросил продавец магазина, неохотно отвлекаясь от чтения интересной статьи в газете: о новой инфляционной политике.

– Мне надо 2 консервные банки тушёнки и одну с горохом. – сказал парень, поторопив продавца. Тот злобно так злобно буркнул и покосился на Мартина, когда будто понял, кто ему бутылки от пойла под дверь складывает постоянно.

– С вас 6 долларов.

– 6 долларов!? Ты не попутал!? Богом забытый городишко, а цены к в столице! – возмущённо рявкнул на продавца ковбой.

– Такое время… – с нахальной улыбкой вздыхал хозяин магазина.

– Ага, конечно…! Время у него такое! – бросив 6 долларов на стол и плюнув на пол, Мартин вышел, сильно хлопнув дверью.

Глава 4

Ехать было, конечно, далековато. В таких поездках Мартин обычно коротал время, напевая какую-нибудь песню или разговаривая сам с собой. В этот раз он насвистывал непонятную мелодию.

Перед глазами открывался прекрасный вид на северную долину. Всё кругом зеленело, всё хорошо волновалось под тихим дыханием прохладного ветерка. Деревья, трава, кусты: всё шуршало и словно вслед за ковбоем напевало странную мелодию. Ниже по склону были видны фермерские угодья. Далеко-далеко вдаль простирались золотые поля пшеницы. Коровы жадно нащипывали траву, лошадки бегали по загону, мужи отстраивали какие- то домики, их женщины косили траву и кормили курочек, маленький, сгорбившийся старик – пастырь тихо пас своё стадо овец. Соседские детишки играли на полянке… Тихая мирная жизнь… Есть ли в мире хоть что-то прекраснее такой, простой, спокойной жизни?

В такие моменты у Мартина всплывали воспоминания о такой счастливой жизни, когда мать обнимала его и рассказывала по ночам различные легенды и истории, а он тихо с увлечением её слушал, когда они с отцом ходили на охоту и Мартин поймал своего первого зайца, когда сестрёнка пряталась от него, а он постоянно её искал… Но от воспоминаний рокового дня было не уйти, они всё равно настигали его. Когда он слышал звуки стрельбы, когда ветер завывал, всё больше раздувая огонь, когда отец кричал от боли и от отчаяния, что не успел прийти вовремя, когда бандиты перестреляли всех законников, друзей отца, и когда мальчик впервые увидел лицо дьявола по имени Джозеф Кинг… Воспоминания, которые убивали его изнутри, воспоминания от которых хотелось кричать, но он вечно закрывал рот руками, воспоминания от которых не хочется жить, но ради цели он ходил словно живой труп. Ради неё ему на протяжении почти пятнадцати лет приходилось глотать отравленные плоды, растущие на дереве своей боли.

Тучи сгустились и почернели. Пошёл дождь, будто подстраиваясь под настроение Мартина.

– «Хватит уже думать об этом… Надоело…» – подумал ковбой, специально ударив себя несколько раз по щеке. Мысли ушли, словно их и не было. А путник продолжил свой путь, всё также продолжая насвистывать мелодию.

Глава 5

Дождь плавно перешёл в ливень. На улице похолодало, а тучи почернели ещё больше. Осени здесь были морозными. Куртка, как не старайся не согревает. Холод, как ещё один старый враг, бьёт и бьёт по телу Адамса, а тот не может ему противостоять.

– «Надо где-то остановиться, иначе…» – подумал Мартин, потерев друг о друга ладони.

Ковбой ехал ещё минут двадцать, пытаясь всякими телодвижениями согреться, попутно представляя уютную комнату с тёплой кроватью. В таких ситуациях начинаешь больше ценить простые вещи, на которые в другое время не обратил бы никого внимания. Но всё же на Мартина словно снизошла длань Господня и преподнесла ему первый почти на всём пути дом. Вопрос был только впустят ли незнакомца пересидеть ливень.

Маленький, одноэтажный домик, словно только построенный, хотя всё равно было ощущение, что он стоит здесь с давних пор, чем-то старым овеяны его фасады… Возле него располагалась маленькая грядка с морковью, капустой, свёклой и тыквой. Ни одного животного ковбой не увидел.

– «Вегетарианец что ли»? – задал себе риторический вопрос Мартин, переводя взгляд на чёрный силуэт, находившийся возле дома.

На террасе стоял мужчина и курил сигару, вглядываясь в даль. Одет он был элегантно и, в соответствии с этикетом, строго. Чёрный пиджак из дорогого шёлка, тёмные брюки, белая, как снег рубашка, высокие ботинки из кожи, подчёркивавшие образ. На руках красовались белые перчатки из качественной ткани.

Джентльмен медленно, без лишних движений, повернул голову в сторону Мартина, словно уже видел его.

– Уважаемый, думаю вам не стоит так стоять под дождём, простудитесь же. Зайдите ко мне в дом, переждём вместе этот страшный ливень. – сказал мужчина спокойным, но проносившемся в голове эхом голосом.

Охотник явно не ожидал такого поворота, он потупился. В это время господин уже выкинул сигару и зашёл в дом. Выйдя, из недоумения ковбой слез и привязал коня к забору, погладив его по гриве.

– Постой, отдохни немного, друг… – сказал Мартин, накинув своё пальто на коня.

Жеребец фыркнул в ответ. Адамс, как зачарованный, поспешил в дом, но опасаясь чего-то непонятного, чего-то с чем, казалось, не надо было сталкиваться. Хотя судьба и не дала бы выбора, так стоит ли ей противиться?

Зайдя в хижину, Мартина уже ждал странный мужчина за столом и с чашечкой горячего чая. Повеяло уютом, небольшая гостиная выполненная из кедра, стала словно новым миром, где царит полный покой на фоне страшной бури, кричащей за окнами. Тёплый камин согревал не только тело, но и душу, мебель, сделанная из дорогих материалов, а также фарфоровые фигурки, стоящие на полках рядом с книгами, дополняли этот образ комфорта и порядка.

– Прошу вас. – улыбался джентльмен, указывая на напиток, а также, положив свои белые перчатки рядом с часами, тикающими слишком медленно.

– Спасибо, что пригласили в дом, думаю я там замёрз если бы не вы… – поблагодарил путник, усаживаясь за стол, пододвигая скрипучий и неудобный стол, на котором охотник никак не мог принять удобное положение.

– Не стоит благодарности, я рад помогать всем, кто в этом нуждается. Видимо вы не привыкли к здешнему раннему лету, откуда вы? – спросил господин, сделав глоток свежезаваренного чая и смакуя каждый глоток так, словно сам уже давно не пил чая.

– Я жил раньше за пределами этих трёх долин, но там погода была почти абсолютно такая же, как и здесь. Везде бывают и сильно тёплые дни, и сильно холодные дни. – взяв в руки чашку чая, Мартин поднёс её к губам. Почувствовался чарующий запах напитка, так и хотелось выпить всё до последней капли.

– Значит вы тут не местный. А что же вы тут делаете мистер, позвольте поинтересоваться? Вы явно куда-то торопились. – спросил мужчина, захотевши посмотреть на реакцию парня. – Вы же охотник за головами.

Ароматный запах пропал, а ковбой просто уставился на чай, рассматривая своё отражение. Настала гробовая, гнетущая тишина. Джентльмен пристально смотрел на Мартина, словно пытаясь открыть ворота в его разум. Охотнику стало некомфортно, смутные мысли лезли в голову Адамса.

– Как вы догадались, что я охотник? – перебирая пальцами под столом спросил Мартин, всё также продолжая ёрзать на стуле.

– В этом нет ничего сложного, когда видел и общался с огромным количеством людей порой понимаешь, кто он такой, а что насчёт вас, то тут и ребёнок бы додумался. Так, кого же вы тут ищите? Не меня ли случаем? – посмеялся джентльмен, откинув одну руку на спинку кресла, а другую положив на стол, начал стучать пальцами. Так ритмично, что можно было бы спеть песню.

– Одну преступницу… Девка ограбила магазин и убила продавца. – Мартин сам того не осознавая, говорил ему всё, что тот хотел знать. На ковбоя словно наложили какие-то чары, он пытался контролировать свои слова, но у него ничего не получалось.

– И сколько же вам за неё причитается?

– Немало… – ответил Мартин, пытаясь отойти немного от этих вопросов и пытаясь отвлечься, он рассматривал комнату ещё раз, фокусируя свой взгляд на более мелких деталях.

Странный человек сделал ещё глоток чая. Мартин к напитку так и не притронулся. Теперь ранее чарующий запах, превратился в отвратительный, от которого тошнило. Такое чувство, что начинало болеть всё тело.

– Опасная же у вас работа, в любой момент можете умереть, что же интересно вас подтолкнуло заняться таким ремеслом? – спросил джентльмен с едва заметной улыбкой, смотрев на ковбоя. Как будто тот знает всё и специально задаёт все эти вопроса для развлечения.

Разговор охотнику явно не нравился. Слишком много странных вопросов для человека, которого он впервые видит. Но, как и прежде, слова Мартин не контролировал.

– Просто, я, к сожалению, раб обстоятельств, вот и всё… – Мартин наклонил голову, снова уставившись на уже остывший чай, видя в отражении будто не себя…

Ветер стал реветь ещё больше. А огонь в камине разгорелся, более ярким пламенем. Голова ковбоя начала раскалываться от боли. Что за странные ощущения играли в его теле? Он не понимал.

– Все мы рабы чего-то… Кто-то принципов, кто-то совести, кто-то обстоятельств, кто-то раб собственной цели, кто-то мести, а кто-то может сочетать всё это в себе одном. – пояснил господин, уставившись исподлобья на своего гостя. Хитрая улыбка играла на его лице, он облизывал губы, пытаясь услышать ответ Мартина.

– К чему вы клоните…? – держался за голову Мартин из-за боли в ней.

Злостный взгляд джентльмена, снова стал спокойным и хладнокровным. Его глаза снова ничего не отражали, впрочем, как и всегда.

Неожиданно, боль в голове прошла, странные ощущение в теле Мартина испарились. Он смог снова нормально разговаривать. А на улице смолк и необузданный ветер, и могучий ливень, словно их вообще не было и быть не должно.

– Мне просто было интересно, выслеживание преступников – это ваш смысл жизни или вы хотели бы пойти другой дорогой?

Мартин молчал и невольно, но в этот раз вполне осознанно сказал:

– Я охотник, можно сказать, на монстров, отбросов общества… Поэтому… не знаю… Тяжело сказать…

Джентльмен ехидно улыбнулся:

– Тем, кто борется с монстрами следует следить за тем, чтобы самому не стать монстром…

Этот голос пронёсся лезвием по ушам Мартина, словно он слышал ненужную ему правду, о которой и не хотел знать. Такое чувство было уже, но давно, достаточно давно…

– Видимо мне пора идти, дождь уже прошёл. – встал с рывком из-за стола Мартин, бегая бешенными глазами по силуэту джентльмена.

– Ну хорошо, наш разговор получился не столь длинным, но достаточно интересным. – хлопнул в ладоши странный мужчина и, надевая перчатки, встал из-за стола, идя за своим новым знакомым.

Джентльмен проводил ковбоя до забора. Путник надел своё промокшее насквозь пальто и сел на коня. Тот недовольно покосилась на своего наездника, Мартин погладил его по шелковистой гриве, но конь принципиально не отреагировал, хотя в основном, издавал звук, походивший на мурлыканье кота.

– Удачного вам пути, мистер. Надеюсь мы ещё встретимся. – произнёс с холодной улыбкой джентльмен и, помахав ему, распрощался.

Мартин невольно кивнул и отправился в дорогу. Обернувшись, чтобы ещё раз посмотреть на этого странного человека, охотник никого не увидел, а вместо нового дома стояла прогнившая хижина. Ковбой сглотнул, а холодок пробежал по его спине.

– Надеюсь, мы никогда больше не встретимся…

Глава 6

До шахты оставалась совсем немного, около часу пути. На улице прояснилось, облаков не было, а солнечная колесница уезжала за горизонт, скрываясь от взгляда людей за огромными холмами. На её место восходила королева ночи со своими вассалами.

– Наконец-то ночь… Отдохну немного… – произнёс Мартин, выдохнув. Пар, который вылетал из его рта, поднимался далеко в небо.

Мартин добрался до шахты. Заваленная и никому не нужная она стояла здесь лет сорок, олицетворяя собой что-то забытое в жизни, то что порой забывают абсолютно все.

Стемнело окончательно. Ковбой, собрав веток и листьев развёл костёр и сел рядом с ним. Закурил сигарету, открыл банку с тушёнкой и смотрел в даль, любуясь ночной игрой. Небесное полотно с сияющими осколками далеких звезд, таинственная луна, окутанная пеленой приближающегося тумана, тихий шепот ветерка, ласково колышущего траву, мерцающее зеркало пруда , ночное небо было точно иссиня-черный холст, на который некий художник случайно пролил краску, разливавшуюся частичками мерцающих звезд – таких далеких и таких холодных, умиротворяющая гармония ночной симфонии шелеста травы, редких птичьих пролетов, перекликающихся сверчков, едва уловимое движение водного зеркала – все это было дыханием природы, проникающим в душу и вносящим в нее спокойствие и тепло.

Мартин заплакал, слёзы текли по его щекам точно ручейки. А холод сковывал его тело, точно хроническая простуда, что проявилась у стрелка не так давно.

Ночь единственное время суток, когда люди наконец-то снимают свои маски и показывают своё истинное лицо. Ты готов раскрыть все свои потайные уголки души, а днём тебе становится стыдно за это. Просто за то, что ты стал искренним человеком…

Глава 7

Шмель сидел на лице Мартина и будил его. Ковбой даже и не заметил, как внезапно, ещё с сигаретой в руках, заснул. Продрав глаза, он встал и потянулся. Послышался хруст костей. Солнце уже слепило глаза, а природа снова проснулась.

– Господи, сколько же я спал? – произнёс охотник, зевающим голосом и красными глазами. – Надо уже отправляться в путь.

Мартин подошёл к коню. Тот неторопливо и так безобидно жевал траву, не замечая ничего вокруг, порой казалось, что он самое спокойное животное во вселенной.

– Надо бы тебя расчесать, Гермес, а то грива совсем растрепалась.

Мартин достал из седельной сумки расчёску и начал нежно, ласково гладить коня по гриве. Жеребец был единственным другом путника и единственным кого ковбой любил., Мартин мог поговорить со своим любимчиком по душам. С людьми, незнакомцами из баров так не получалось, ведь каждый из них в основном даже не слушал о проблемах человека. И это фраза: «Не переживай, всё будет хорошо…» Ух, аж до дрожи противна и банальна эта фраза, её обычно говорят, тем кто особо не хочет вникать в положение человека. Главное ведь выскажись и отстань.

Охотник подошёл к речке, протекавшей внизу на лужайке и умылся. Такая прохладная вода помогала взбодриться и пополнить запасы, чтобы продолжать свой путь. Мартин подошёл обратно к коню и отправился в дорогу.

Большая-большая тропинка уходила далеко вперёд, показывая путь всем странникам. Слева простиралось поле, ограждаемое огромными хвойными деревьями. На той поляне протекала речка, бежавшая весело, играя и шаля, она то разольётся в пруд, то устремится быстрой нитью. На том поле не было ни кустарничка, а лишь просторы самых разных цветов: яркая армерия, высокие люпины, роскошный рослый дельфиниум во всех оттенках лазурного и сиренного, тёмно-синие колокольчики. Справа же возвышались горы. Это ряд холмов, с которых приятно кататься, резвясь, на спине или, сидя на них, смотреть в раздумье на заходящее солнце.

– Хотел бы я здесь жить когда-нибудь, построить дом, разводить овец и … Нет, всё это потом… – покачал головой Мартин, стряхивая эти мысли, как перхоть с волос.

Проехав минут тридцать, на горизонте показался дом. Обычный, ничем не примечательная хижина, по своей натуре больше напоминавшая более просторный сарай.

– «Видимо охотничий дом. Может там человек знает, что-нибудь об этой девчонке?»

Подъехав к территории охотника, Мартин привязал Гермеса к стойке для лошадей, рядом с жеребцом стоял другой конь. Полностью бурый и неопрятный.

Ковбой постучался в дверь. Вышел старик, лет семидесяти пяти, с огромной серой бородой. На его лице уже были видные морщины, а голова почти облысела. Одет он был домашний костюм красного цвета.

– Извиняюсь, сэр, вы, наверное, только проснулись. – вежливо обратился к старику Мартин, попутно уже заглядывая в дом, намекая, что хотел бы войти.

– Нет, я уже вернулся с охоты. Так чего тебе надобно? – быстро, почти скороговоркой сказал старик, подтянув костюм у самой задницы, а затем почесал бороду, из неё выпал маленький жучок, божья коровка.

– Я охотник за головами и хотел спросить насчёт одной преступницы. – вежливо протянул руку Мартин для приветствия.

Дед пристально, прищурив глаза посмотрел на Адамса. Руки пожимать не стал, лишь прокашлялся и пошёл садиться на стул.

– Ты давай проходи, чего стоять-то на пороге то, как нищий какой-то! – прокряхтел своим старческим с мокротой голосом и уселся, как король на сиденье своё, положив одну ногу на другую.

– Спасибо. – прошептал Мартин, почти неслышным голосом. Вместо этого он осматривал этот скудный домишко, что был построен, наверное, ещё до войны. Всё было достаточно скромно, каменный камин, возле него стоял стол с различными продуктами, напротив огня находилась кровать, шкаф, где лежали одежда, ружьё и другое, непримечательное барахло. Украшали комнату охотничьи трофеи.

– Присаживайся давай, предлагать ничего не буду, у меня самого почти ничего нет. – принципиально съев со стола последний кусок ржаного хлеба.

– Ладно, я всё равно на 10 минут зашёл. – сказал Мартин, достав из потёртой кожаной сумки, обёрнутой в мех какой-то лисицы плакат с преступницей и дал в руки мужичку. – Вы что-нибудь знаете об этой девушке, может она тут проходила?

Мужик тёр своё бороду, и прищурив глаза рассматривал плакат. Ковбой продолжав рассматривать дом, заметил брошь с узором, лежавшую на столе. Женская, целёхонькая, поэтому скорее всего не старая. Без узоров, но с небольшими камушками зелёными, такие в основном любят девушки по моложе.

– Знаешь, я много кого видал в моей местности, но такой красивой барышни нет. Да если бы видал, вам бы такую даму не сдал, вам охотникам за наживой, лишь бы людей поубивать, да лёгких денег нажить. – с таким возмущением произнёс мужичок.

– Как скажете…а можете сказать, что это за брошь на столе у вас? – спросил Мартин.

– Брошь… Она от моей внученьки, приезжает моё золотце меня иногда проповедовать. Вот приезжала в последний раз и забыла глупенькая Она ещё маленькая и память у неё тоже, как у рыбки! – ответил мужик, облизав губы. – Да и чего ты решил спросить, никогда брошь не видывал что ль?

Старик почувствовал сухость во рту. Он подошёл к столу налил себе воды и выпил, дабы промочить горло. Мартин сомнительно поглядел на старика.

– Да нет, видел… а можно будет просмотреть дом? Я просто всё-таки хотел бы убедиться, что вы мне не врёте.

– Да Бог с тобой! Обыскивай, коль не веришь! Проходимец чёртов, я в жизни никому не врал, могу поклясться, чем угодно! – громким и возбуждённым голосом сказал старик, видя, как Мартин ходит туда-сюда, осматривая каждый уголок комнаты.

Мартин пытался разглядеть всё на наличие женской одежды, заглядывал под самые потайные уголки, в шкафу, за шкафом, на шкафу, под кроватью, под матрасом, в печке, пытался искать какие-то следы подвала. Но так и ничего не нашёл.

– «Видимо и правда внучка оставила…» – подумал Мартин, разочаровывавшись, что его подозрения не сбылись.

Ну как там? – спросил старик, потирая свои руки с мозолями на них.

– Ну видимо чисты… Вы точно её не видели? – переспросил Мартин, нервно вздыхая в ожидании чуда о том, что старик её всё-таки замечал.

– Да, не видел я её! Не видел! Всё, давай, мне надоели эти вопросы, а в особенности ты, проваливай! Нечего мне пол проминать! – силой выталкивал охотник Мартина, тот конечно не сопротивлялся, но стоило бы отметить, что у старика ещё силёнки остались для его то годов.

Мартин вышел на улицу, сел на лошадь, и махнув рукой охотнику, отправился дальше в путь.

Глава 8

Ковбой проезжал мимо лесопилки. Работа шла полным ходом. В воздухе висел прекрасный запах скошенной травы и рубленных деревьев. Солнце стояло в зените и ярко светило.

– «Может тут кто-нибудь знает о ней?» – подумал Мартин, прикрывая кобуру своим пальто и закуривая сигарету, её дым действовал, как лучшие в мире успокоительное для Мартина.

Адамс спешился и привязал поводья коня к дереву. Это заметил один из мужичков охранников, что с самого начала косился на стрелка, когда тот только подъезжал к лесопилке. Возможно его смутило бледное испорченное лицо Мартина.

– Мужик, тебе здесь нельзя находиться. Это частная территория предприятия «Chamberlain's Tree». – послышался голос одного из охранников.

К Мартину подошёл человек с огромным шрамом на лице оставленный от когтей какого-нибудь опасного животного, вдобавок видимо ещё и огромного.

– Я охотник за головами и разыскиваю преступницу, видевшую здесь неподалёку. Меня прислал шериф Миллер, поэтому в целях следствия, я должен расспросить работников. – спокойно и с начальным уважением объяснил всю ситуацию Адамс. Но охраннику этот голос показался раздражительным и нахальным.

– Ты меня не понял, проваливай! А то не поздоровиться! – мужчина снял ружьё с предохранителя.

Мартин пришёл в ярость. Кроме того, что его этот идиот ни хера не понимает и посылает его три буквы, так ещё и он был очень сильно похож, на одного из ублюдков Кинга, которого Мартин утопил пятнадцать лет назад. Сердце и душа ковбоя бушевали, хотелось выплеснуть всю злость на охранника.

– Я тебе объяснил же, что я охотник за головами, как можно быть таким тупым! – рявкнул Мартин.

– Тем более тебе здесь не рады. Считаю до трёх. Убирайся или твоя голова разлетится на мелкие куски. – мужчина навёл на ковбоя винтовку. – один…

Все работники заворожённо смотрели на перепалку, пытаясь угадать исход конфликта. В воздухе висело напряжение, вот-вот грянет, так сказать, гром. Мартин был уже наготове сам быстро выхватить пистолет и пристрелить этого сына шлю…

– Два…

Неожиданно вмешался прилизанный мужчина в очках и дал леща своему подчинённому.

– Убери оружие сейчас же! Не хватало нам следственного разбирательства тут! – наорал начальник своим тоненьким писклявым голоском. С виду это звучало даже смешно, но охранник явно за переживал, видимо этот прилизанный был тут большого босса. – Живо! Или я позабочусь, о том, чтобы тебя вышвырнули отсюда к чёртовой матери, придурок!

Вся смехотворная гордость охранника испарилась, и он ушёл, возмущаясь себе под нос. Все работники вернулись к своему повседневному труду, посвистывая, покуривая, распивая легкий разбавленный алкоголь, в простонародье «бадяга», как будто ничего и не было.

Перед Мартином стоял мужчина лет пятидесяти, в очках, с морщинами и в повседневном для интеллигенции костюме. У него был очень смешной крысиный нос и такой же голос.

– Извиняюсь, сэр, за этот балаган. К моему несчастью, я назначен руководить этой псарней. Так, что же вы хотели? – голос перешёл из злого тона, в уставший. Он был видимо их тех, как подумал Мартин, кто любил жить в городе и сидеть у себя в кабинете, расписывать различного рода бумажки. Но стоит отдать ему должное, навести порядок он умеет, хотя думаю, люди его тут не любят и только и мечтают, как устроить саботаж. Злость Мартина ушла, выплёскивать её на адекватного с виду человека желания не было.

– Я ищу преступницу. Ханну Арчибальд. По слухам, она скрывается, где-то неподалёку от деревни Хоуленд. – достал листовку с преступницей Мартин, докуривая сигарету. Начальник поправил руками душку очков и внимательно рассмотрел портрет.

– Давайте присядем и поговорим. – предложил интеллигент, показывая газетой, которую он держал в руках, куда нужно проходить.

Мартин и мужчина отошли к небольшому обеденному столу. Интеллигент прогнал рабочих, которые наяривали тушёнку, словно не ели несколько дней.

– Да, я слышал о какой-то там преступнице. Но вам лучше расспросить об этом рабочих. Я сюда всего неделю назад приехал. Поэтому ничего вам сказать не могу. Многие за моих подчинённых тут работают очень давно, некоторые себе даже дома состроить успели неподалёку, поэтому они точно должны что-то знать. – сказал начальник, попросив вежливо две штучки сигарет. Мартин отказывать не стал.

– Мне сказали, что её видели возле деревни Хоуленд, вам что-нибудь о ней известно?

– Ну насколько я помню эта просто деревня верующих фанатиков, я, конечно, не хочу оскорбить их чувства. Я сам верующий, но у них это перебор конкретный. – почесал в ухе интеллигент и вытер палец о газету. – Насколько я знаю они агрессивны к чужакам, поэтому возможно её уже и нет… Но я правда ничего такого не знаю… Можете спросить моего помощника, он вон там…

Послышался звук упавшего дерева, и неистовый крик одного из рабочих. Когда рубили дерево, оно упало не так, как задумывалось и приземлилось прямо на ногу рабочему мужику.

– АААА! Сука, сука, сука!!!Бля, бля, блять! Поднимите уже это конченное дерево! Поднимите его! – орал всеми нотами бедный рабочий.

Мартин вместе с очкариком подбежали к месту происшествия, расталкивая, скопившихся вокруг, других работяг, которые как зеваки столпились вокруг.

– Так, так, так, успокойся, не суетись, дерево небольшое, сейчас мужики поднимут его и мигом твою ногу вытащим. – произнёс руководитель, пытаясь хлопками привести рабочего в чувства. – Мистер охотник помогите им, чего стоите в сторонке!

Шестеро мужиков вместе с охотником приподняли дерево, седьмой вытащил раненного. Нога пострадавшего была всмятку, костей в этой части уже не было, скорее просто болтающаяся кожа.

– О господи! Ему ногу чем-то прокололо! Перебинтуйте вы его уже быстрее! – отвернулся руководитель, закрыв рот рукой.

Рабочие принесли бинты и водку. Один из охранников продезинфицировал и перебинтовал ногу. Калека лежал и до сих пор корчился от боли. Навряд ли он скоро сможет ходить, если вообще сможет. Мартину стало даже немного жалко его.

– Уважаемый, – обратился начальник к Мартину, – не могли бы вы отвезти нашего пострадавшего домой, это как раз из тех, кто мог бы что-то знать про эту вашу преступницу.

– Хорошо… куда его только везти? – спросил Мартин, недовольно вздохнувши.

– В ту сторону куда ты и ехал, не сворачивая с дороги!– крикнул один из мужичков, стоявший рядом с калекой.

Руководитель подошёл ближе к ковбою и отвёл его в сторонку, приказав оставшимся положить работягу на круп коня Адамса.

– Вот тебе двадцатка, скажешь его жене, что он сам виноват, чтобы с меня компенсации и больничных его не просили. Прошу. – аккуратно и медленно протягивал он Мартину деньги, так чтобы никто этого не увидел.

– А ты видимо из тех, кто хочет брать на себя ответственность за своего подчинённого… Ведь эта твои обязанности. – на секунду презрительно посмотрел Мартин сначала на деньги, а затем на интеллигента.

– Слушай, не тебе говорить о моих обязанностях, я за этих ослов не в ответе, хотя многие считают, что моя вина, когда у них появляются какие-то травмы на работе. Но не входит в мои обязанности брать ответственность за их рукожопость, пойми. – объяснил начальник Мартину. – Давай я тебе ещё десятку накину, только не будь таким принципиальными, увези его пожалуйста.

– Ладно, ладно… скажу. – вздохнул Мартин, принципы у него были слабые, хотя они и были. Но тридцать долларов на дороге не валяются.

Начальник достал из своего кошелька ещё десять долларов и положил их в боковой карман пальто Мартина.

Мужики уже положили на круп лошади раненного, следующим, уже на седло, сел Адамс. Калека перестал корчиться, а просто смотрел на землю, поникшей головой и молчал.

– Хорошей вам дороги, поправляйся Джеймс! – крикнул вслед руководитель. – Так, чего встали? Быстро за работу! – крикнул начальник уже здоровым рабочим.

Глава 9

Мартин вёз калеку к его дому. Солнце уже клонилось вниз. Молчание между людьми перебивали звуки, голоса природы. Трель соловья, монотонное кукование, стук дятла, разносившийся по всему лесу, стрекотание кузнечиков. Под тихий плеск ручейка слышно, как плачет иволга.

– Что же мне теперь делать… – застонал работник. В миг природа замолчала, словно подслушивая разговор двух людей.

– Ничего… Лежать дома. Больше ты ни на что не годен. – резковато ответил ему Мартин, хоть это и было абсолютной правдой.

– Моя жена домохозяйка, она у меня не работает, так ещё маленькая дочка. Как я их кормить буду? – послышался плач.

– Будешь ныть, выкину тебя и будешь стонать уже на земле, по крайней мере пока тебя не найдёт стая волков. – охотник усмехнулся. Хоть Мартин и не любил тех, кто жалуется на свои беды, в душе же он понимал калеку, понимал какого это быть бесполезным. Ничего не смочь делать. Это больно…

– Хорошо, хорошо… Вы всё равно никогда меня не поймёте, у вас то жизнь беззаботная. Счастливая, наверное… – махнул рукой калека, шмыгая носом.

– Ага… Очень…

Ехать оставалось минут пять. На небе уже начала появляться королева ночи. Послышались волки.

– Мистер, вы это слышали!? – встревоженно, и поворачивая туда-сюда голову, спросил бедолага.

– Не дрейф, они далеко. До нас не дойдут, возможно… – Мартин нахмурился. Волки лютые хищники, могли бы выследить запах крови.

И вот на небольшом холмике показался синий домик. В окнах горел свет: Похоже дом бедолаги. Жить в такой глуши… Видимо семья хотела уединения от людей, соединения с природой.

– Твой дом? – спросил Адамс.

– Да, да, мой! – с облечённой улыбкой произнёс калека.

Мартин привязал Гермеса к дереву, положил работника на плечо и постучался в дверь. Вход отворился, его встретила светлая женщина с округлыми формами. Бровей почти не было, на щеках пробивался румянец.

– Здравствуйте, с вашим мужем произошёл неприятный инцидент на работе. Мне сказали…

– О, господи! Заноси его скорей и клади на диван. – с испуганным лицом приказала дама.

Мартин положил работника на бледно-зелёный диван. Жена уже тащила одеяло, средство первой помощи и кувшин с водой.

– Ой любимая, не надо всё это. Можно было просто стакан воды. Всё не так плохо, как звучит. Мне надо…

– Не говори ничего, глупенький, тебе нужен покой, а я тут сам о тебе позабочусь. – перебила женщина, пригрозив своему муженьку бедолаге пальцем.

Жена, сняв старые бинты с ноги мужчины, перебинтовала снова, накрыла тёплым белым одеялом, подала ему стакан с водой, чтобы тот попил. Мартин вспоминал, как мама также заботилась о нём, когда он приболел в возрасте восьми лет, такое тёплое чувство, когда он понимал, что её любовь к нему самая сильная. Как же это было приятно…

– Прости, я не смог заработать денег… Не знаю, как вы протянете. – грустным, подавленным голосом сказал работник.

– Не волнуйся об этом, выберемся из этой ситуации. Главное, что ты жив здоров! – приободрила его жена. – Ну все, спи дорогой, тебе нужен отдых.

Калека начал закрывать глаза, дама гладила его по голове. Вскоре мужчина заснул крепким сном. Женщина повернулась к стрелку:

– Как мне вас отблагодарить? – обняла Мартина жена. – Вы же ему жизнь спасли.

– Да ладно вам, меня уже можно сказать отблагодарили. Единственное, что вы могли бы сделать, так это ответить на мои вопросы. – Мартин подошёл ближе к женщине, достав листок с портретом Ханны Арчибальд.

– Конечно, конечно, задавайте всё, что угодно, на всё отвечу!

В дверях небольшой, которая находилась справа от гостиной показался маленький силуэт. Это была девочка. Видимо их дочка, о которой говорил мужчина.

– Тина! Ты почему не спишь? – удивлённо спросила дама и немного с жёсткостью.

– Я услышала какие-то звуки и решила проверить, что это. Прости, пожалуйста мама. – тихим голоском произнесла девочка.

На вид ей было лет семь. Шелковистые светло-русые волосы были заплетены в две косы. Зелёные большие глаза пристально смотрели то на маму, то на Мартина. На ней был беленький спальный костюмчик.

– Ладно, подойди поближе, поздоровайся с нашим гостем, он помог твоему папе сегодня. – женщина жестами подозвала Тину.

Девочка подходила аккуратно, можно даже сказать осторожно. Тина посмотрела на отца, уже спящего, как убитый. Сердце Мартина, почему-то, билось всё быстрее.

– Здравствуйте, спасибо вам что помогли моему отцу, правда не знаю за что, но спасибо, вы видимо добрый человек! – не отводя взгляда, с улыбкой на лице поблагодарила ковбоя Тина.

– Да не за что… Рад был помочь…

Сердце Мартина сжалось. Девочка выглядела точно также, как и Оливия. Ей было столько же лет. Такая же ангельская улыбка, такие же большие глаза. Снова жизнь накидывала ему воспоминания о прошлом, они не покидали его. Охотник закрыл глаза и пустил слезу.

– Мистер, вы что, плачете? – спросила его женщина, её улыбка испарилась, когда она посмотрела на Адамса.

– Нет, просто глаз зачесался… – Мартин убрал руку от своих очей. Слеза пропала, словно её и правда не было.

Стрелок протянул даме листовку с преступницей.

– Я ищу данную преступницу, её замечали возле Хоуленда, может быть и вы её видели?

Женщина вместе со своей дочкой внимательно осматривали портрет Ханны Арчибальд. На лице женщины, впрочем, как и на лице девочки была гримаса незнания.

– Нет, честно вам скажу впервые её вижу. – произнесла жена, Тина подтвердила слова мамы.

– Жаль… Мне говорили, что её заметил один рыбак, здесь, неподалёку, вы знаете о ком идёт речь? – Мартин достал маленький клочок бумаги и карандаш, чтобы записать, если они есть, некоторые сведения.

– Да конечно, его зовут Оуэн, он тут единственный рыбак, во всей округе. – сказал женщина, вспоминая этого чудаковатого старичка.

– Да, да, дядя Оуэн тоже очень добрый, правда странноватый, он нам иногда дарит много вкусной рыбки. – добавила вслед за мамой Тина.

– Полезная информация… Может вы тогда знаете, где его искать? – уже записал некоторые пометки Адамс.

– Он как раз живёт в этой деревне, Хоуленд. Жители там, все религиозные фанатики. Чужаков они не любят, но Оуэн каким-то образом наладил с ними контакт. – проинформировала женщина. – Если в деревне его нет, то скорее всего он на озере, к востоку от деревни, туда идти пять минут. В основном он рыбачит там, но точно будет он там или нет, этого уже сказать не могу. Я же не ясновидящая всё-таки. – женщина усмехнулась

– Спасибо вам большое, помогли. – поблагодарил Мартин, дописывая последнюю информацию.

– Рада была помочь. – улыбнулась дама.

Мартин посмотрел в окно. На улице было совсем темно, так, что ничего не было видно. Ехать было небезопасно, волки всё равно не дремлют, да и кого-то там искать было бы уже бесполезно.

– Не могли бы вы меня приютить на ночь, пожалуйста. – попросил женщину Мартин. – Простите за такую нескромную просьбу.

Жена посмотрела на Тину, та ей в ответ улыбнулась. Взгляд снова перевели на ковбоя. Их глаза говорили сами за себя.

– Хорошо, можете переночевать у нас. – ещё раз улыбнулась дама. – У нас, к сожалению, нет свободный кроватей, поэтому вам придётся спать на полу, но я вам принесу одеяло.

– Да, хорошо, о большем не смею просить…

Мартину принесли старый порванный плед и такую же старую грязную подушку.

– Можете лечь прям тут, ничего страшного. – женщина положила на пол подушку, а рядом плед.

– Спасибо, вам ещё раз. – поблагодарил Мартин. Глаза его же начали постепенно закрываться.

– Отдыхайте, вижу вы очень устали…

Дама затушила все лампы в комнате и ушла в комнату к дочке. Охотник, снова прикоснувшись к подушке, сразу же заснул.

Глава 10

Мартин проснулся на кровати, возле него сидела собака, явно ждавшая его пробуждения. Голова ужасно раскалывалась, а в руках и ногах чувствовалась слабость. Солнце, свет которого падал в комнату, слепил глаза. Пёс начал лаять, создавая раздражающий звук.

– Заткнись, шавка. – парень закрыл уши руками, дабы хоть немного заглушить лай.

Собака не переставала звать кого-то. Не выдержав, Мартин, встал с кровати и уже хотел чем-то заткнуть пса. Но тут же раздражающие звуки прекратились и в комнату вошёл человек. Это был мужик лет сорока с небольшими клочками седых волос на голове. Одет он был в грубые рабочие штаны, поверх которых были чапсы, державшиеся на подтяжках, серую рубашку, кожаный жилет с многочисленным количеством карманов. На руках были грубые перчатки из козлиной кожи, на ногах сапоги на каблуках с высоким голенищем. На шее мужик носил платок.

– Ну что, проснулся, парень? – низким голосом спросил фермер. Он улыбался, глядя на то что на парня поправился и очнулся наконец.

– Ваш пёс меня разбудил… -злостно поглядывая на пса, ответил мальчик.

Собака, прижав уши опустила голову. И в тот же момент заскулила.

Хах! Не сердись на него, он за тебя волновался. Всю ночь возле дивана просидел. – посмеялся мужик.

Туман в глазах Мартина постепенно проходит. Казалось он спал больше года, такой слабости во всём теле он никогда не чувствовал до этого.

– Где я вообще…? – спрашивает парень, осматривая помещение.

– У меня дома. – ответил мужчина, присаживаясь рядом с мальчиком.

Мартин сидел на простой, белой кровати. Напротив, стоял каменный камин. Над огнём висел большой портрет красивой женщины в красном платье и чёрной шляпке. Под картиной на подставках лежало ружьё, а рядом с ним патроны. Слева от кровати стоял небольшой обеденный столик, выполненный из кедра. Справа же был уголок для готовки еды, на нём лежал кусок оленьего мяса. Рядом же шкаф, с различными консервами, соленьями, фруктами и овощами. Рядом с дверью на улицу также стоял шкафчик с различным барахлом: различные сувениры, гармошка, какой-то амулет и чётки.

– Зачем ты меня сюда притащил? – спросил мальчик, погружаясь в воспоминания о трагедии. – Вся моя семья умерла… Почему же, сука, я не сдох… Остался гнить в этом мире…

Слёзы начали капать на пол с лица парня. Мужчина дал холодной воды Мартину, но мальчик не сделал ни глотка. Мужик молчал, не зная, как успокоить его, не знал, что нужно сказать. Такое горе…, его так просто не забыть.

– Слушай, парень, не знаю поможет тебе это или нет… Но я знаю, что твои родители и сестра похоронены недалеко от вашего дома. Если хочешь мы могли бы съездить туда, попрощаться… – предложил фермер.

Слёзы прекратили капать, но глаза Мартина продолжали блестеть. Парень сомневался… Стоит ли туда ехать? Туда, где в миг оборвалась вся его жизнь… Он не знал… Но тут же желание попрощаться с родными, которых так и не успел он спасти, взяло верх.

– Да, я хочу. Отвезите меня туда, прошу вас… – ответил Мартин.

Фермер кивнул головой и сказал идти умыться для начала. Ведро с водой стояло на улице возле входа в дом. Мартин вышел на улицу и увидел перед собой небольшое, скорее даже малюсенькое ранчо, посреди степи. Широкая бесконечная равнина, перехваченная цепью холмов. С утра пробегает первый утренний ветерок по серебристой полыни. На траве, отдохнувшей ночью, блестит роса. Шелест листвы создаёт мелодию, подобную Бетховену, столь прекрасную. Всё дышит бодростью и свежестью. Когда почувствуешь эту гармонию, мысли очищаются, и ты словно перерождаешься. Подходя к ведёрку, Мартин увидел, что животный на этой маленькой ферме очень мало: 2 коровы,4 овцы, несколько свиней и кур. Около дома, на огороде, росли картофель, морковь, кукуруза, гречиха и кукуруза. Хозяйство небольшое, на невероятно уютное.

Мартин умылся прохладной водой из колодца, который стоял также возле дома. Вода освежила чувства, а слёзы пропали.

– Ну что, готов ехать? – прокричал фермер, уже запрягая лошадь.

– Да, сейчас. – ответил Мартин, вытирая капли воды о свой рукав.

Парень подошёл к лошади фермера. Золотистая, с