По своим следам
Глава 1
Пробуждение было странным, диван, на котором я спал, покачивался в такт равномерному стуку колес. Прикольный сон, или уже не сон? Вставать категорически не хотелось, только вот мочевой пузырь заставлял меня действовать. Скинув в сторону одеяло, и не открывая глаз, сел, спать хотелось ужасно, только с природой, увы, не поспоришь. Странно, а куда подевался пол, ноги зависли в воздухе, что за фигня? Сон продолжается? Нет, так не пойдет, нужно срочно проснуться иначе поход в туалет уже не потребуется. С огромным усилием заставил себя открыть глаза. Ой. … Ну, нет, что за сон такой дебильный. Попробую другой метод. Я не сплю, мне срочно нужно в туалет, раз, два, открываю я глаза. Открыл, зря… Действительность мне не понравилась, от слова, совсем. То, что это не сон, стало понятно почти сразу. Для порядка ущипнул себя, больно, но это еще не доказательство, так, что мы имеем? Теперь понятно, почему при пробуждении, мой слух уловил стук колес. Я еду в поезде, интересно, куда и зачем? Спать лег дома, а проснулся. … Это, что перенос сознания произошел? Бред какой-то, хотя почему бред? Я сам писатель-фантаст, мне легче поверить в альтернативную реальность, и прочую лабуду, чем другим людям. Придется провести небольшое расследование, но все потом. Сейчас срочно в туалет. Нашарив в изголовье светильник, включил его. Понятно, я в купейном вагоне, сижу на верхней полке. Обе нижние полки заняты, кто-то там спит. Тихонько, чтобы не разбудить соседей спустился вниз, с трудом нащупал обувь. Не понял, это не моя обувь, ну и ладно. Потом разберусь. Выйдя в коридор, осмотрелся, поезд, стуча колесами на стыках рельс, вез меня в неизвестном направлении, за окнами темно, лишь изредка вдали мелькали редкие огни. Поскольку купе, в котором я проснулся, находилось в центре вагона, пошел в дальний туалет. Надеюсь, он не закрыт. Так и оказалось. Зашел, заперев за собой дверь, и тут меня поджидал сюрприз. Ёшкин кот, вот это я попал, в зеркале отражался молодой парень. Твою ж дивизию, да это же я. Любой здравомыслящий человек скажет, что так и должно быть. Кого ты в зеркале кроме себя можешь увидеть? И он будет прав. И я прав, увидев в зеркале себя, только помолодевшего лет этак на пятьдесят. Да… Ситуёвина! Любит жизнь подкидывать нам сюрпризы, но это уже перебор. Я даже поначалу забыл, зачем сюда пришел. На ситуацию повлиять не могу, придется ее принять такой, какая она есть. Разберусь, потихоньку, как тут все устроено. Только сейчас сообразил, какие заманчивые перспективы передо мной открываются! Память прожитых лет сохранилась. Вот это я теперь развернусь, ух…
Время на часах три ночи. Можно еще немного поспать. До меня постепенно стало доходить куда еду и зачем, а это уже не мало.
Вот попадос, я не знаю номер купе, в котором мое место, пришлось действовать наобум. Ближайшее купе, которое я хотел открыть, оказалось запертым изнутри, не страшно идем дальше. Бинго, нашел. Тихонько закрыв за собой дверь, внимательно осмотрелся, в купе нас трое, другая полка напротив меня пустует. Скорее всего, это я шиканул, выкупив все купе. Случались со мной иногда такие моменты в прошлой жизни. А на нижних полках, беззаботно спали мои однокурсницы. Две Ирины. Сняв обувь, забрался на свою полку. Какое сейчас время года? судя по верхней одежде, брошенной на соседнюю полку, а это была болоньевая куртка, осень. Не факт, может быть и весна. Мне собственно без разницы. Поспать бы еще, только после такого потрясения, которое я пережил, вряд ли получится заснуть. Сон бессовестным образом сбежал от меня.
Интересно, что со мной произошло там в две тысячи двадцать четвертом году? Умер во сне? Если так, то это легкая смерть, в то же время и неожиданная. Хватятся меня не скоро, соседям по многоквартирному дому, в котором я проживал последнее время, пофиг, живой я или нет. Я практически ни с кем и не общался. Здравствуйте, привет, вот и все общение. Квартиру эту, получил по программе переселения из ветхого жилья полгода назад. Вот в том, старом доме и прошла практически вся моя жизнь. Вообще я всегда считал себя баловнем судьбы. Возможно, многие себя причисляли к таковым, особенно те, у кого водились деньги и не просто водились, а еще и размножались с невероятной скоростью. К таким людям я не относился, ну и ладно. Здоровье меня не никогда не подводило, интеллект в какой-то степени развит. Мое хобби последних лет этак десяти, написание песенных текстов, а после превращения их в песни. К сожалению, сам я пел плохо, поэтому приходилось искать людей, кто мог бы мои тексты озвучить, соответственно и музыку написать. В последний год пристрастился к написанию книг, фантастику любил с детского возраста. Решил попробовать себя на этом поприще. Постепенно стало получаться. И вот теперь в связи с переносом сознания, все, чем я занимался раньше, осталось в голове. Необходимо все переосмыслить, разложить по полочкам и выпустить, словно джина из бутылки наружу. Вот это будет фурор. Держись страна, я подъезжаю. Заснуть так и не смог…
Постучав, в дверь проводница сонным голосом сообщила, через тридцать минут поезд прибудет в Грубов. Спрыгнув с полки, надел обувь, как оказалось это были мои ботинки, и пошел в тамбур подышать воздухом давно прошедшей юности. В тамбуре никого не было. Никакого шевеления возле других купе не наблюдалось, видимо остальные пассажиры ехали до Москвы. Удачи им, мне она тоже не помешает. Теперь можно подбить промежуточные итоги, я в своем молодом теле и на календаре осень семьдесят пятого года. Вряд ли, что весна семьдесят шестого, да какая разница, что есть, то есть. Обратного пути все равно нет. Даже если и был, не воспользоваться представившейся возможностью, исправить ошибки юности, это полный дебилизм. У кого этих ошибок не было? У меня они точно были, за других людей, ручаться не буду. Юношеский максимализм, вот то от чего нужно в срочном порядке избавляться. Иначе можно будет наломать новых дров, а оно мне надо? У меня еще старые полностью не перегорели в топке жизни. Пока стоял в тамбуре и думал, мои соседки привели себя в порядок и были готовы, покинут вагон, как только поезд остановиться.
– Саш, ты, где был? Мы уже подъезжаем – услышал я голос своей бывшей симпатии Ирины Скворцовой, как только вошел в купе. Как же давно я не видел тебя Ира. Юношеская влюбленность, в те года, затмевала все на свете. Теперь, глядя на мир с учетом прожитых лет, воспринимал происходящее совсем не так как раньше. Я глядел на своих однокурсниц, и тупил по полной программе, не зная, что ответить.
– Саш, ты чего? – дернула меня за рукав Ирина – спишь на ходу. Одевайся, пора на выход.
– Да иду я, иду. Курить выходил, че вы переживаете? – ляпнул япервое, что пришло на ум.
– Курить? – Обе Ирины посмотрели на меня как на заморское чудо.
– Да курить, а что такого? Ирины, вы вообще-то в курсе, чем мужчины отличаются от большинства женщин, нет? Так я вам разъясню, большая часть мужского населения, народ курящий.
Девчонки переглянулись между собой, а Ирина Сокол спросила
– Саш, с тобой все в порядке, выглядишь так, словно тебя подменили, давно ли курить начал? Вчера был некурящим, когда успел пристраститься?
Да попадос, и, что им теперь ответить? Улыбнувшись, обнял обеих девчонок за плечи, и сказал
– Да шучу я девочки, шучу. Шутка ранним утром поднимает настроение примерно в два раза.
Тут поезд дернулся и остановился.
– Милые дамы – продолжал я паясничать – прошу за мной на выход. Нас ждут великие дела.
– Иди паяц – толкнула меня в спину Скворцова.
– Выдумал настроение поднимать в шесть утра.
– А когда нужно? в три часа ночи? Не получиться, мы с тобой в месте не живем, а дистанционно поднимать настроение я не умею.
– Дурак – фыркнула Ирина, и молча, проследовала на выход. Процессию замыкала Сокол, внимательно вслушиваясь в нашу перипетию. Пройдя через вокзал, мы вышли на привокзальную площадь. Да, я оказался прав, на дворе была поздняя осень, легкий, робкий снежок, слегка припорошил землю. Осень как бы извинялась перед людьми за то, что уходит на покой, передавая зиме бразды правления. Осталось определиться со всем остальным, и можно приступать к реализации грандиозных планов, в первую очередь музыкальных. И обучение забывать не нужно. Радиотехническое образование в жизни пригодится. С другой стороны оно у меня и так есть. Как его легализовать? Вариант один. Повторно закончить училище.
Сразу скажу, спасать страну я не собираюсь, дураков нет, что бы соваться в политику, где меня непременно проглотят и даже не подавятся. Запущенный процесс уже не остановить. Сейчас я знаю весь расклад своей жизни, и страны в частности, а если что-то изменить, как дела дальше пойдут? Неизвестно.
–Девочки, ариведерчи, я на автобус, увидимся в училище.
Девчонки посмотрели на меня ошалевшим взглядом, а Скворцова покрутила пальцем у виска.
– Ира, чего это с ним сегодня, как будто совсем другим человеком стал – спросила Сокол.
– Да я откуда знаю? сама поражена, ты же в курсе, вчера нормальным был, тихим, а теперь что? – Здесь Ирина замолчала, глядя в след отъезжающему автобусу, который увозил меня.
– Ириш, может он влюбился? – робко произнесла Сокол.
– Влюбился? В кого? Ты меня имеешь в виду? Хотя, все может быть, парни народ непредсказуемый. Вон наш автобус, поехали. Время пожимает. Через час в училище собираться.
Желтый «Икарус» медленно двигался по центральной улице города, нехотя покачиваясь на неровностях дороги. В салоне, почти никого не было, двое работяг, да пожилая женщина с маленькой девочкой. Я сидел у окна и с любопытством смотрел на окружающий меня мир, в котором снова предстоит жить. Тревожила лишь одна мысль, память моего молодого тела не спешила со мной делиться информацией и полученными знаниями, видимо офигевая от того, что ее кто-то немного потеснил. Самозванцев никто не любит, надеюсь все образумиться. Проехали площадь Ленина, мост через реку Грильку, и впереди показалась нужная мне остановка, надеюсь, что не ошибся. Подсказок памяти молодого тела пока не наблюдалось, приходилось на ходу вспоминать, что и где находится. Так, теперь нужно подняться в горку, потом выйти к продуктовому магазину, а за ним находится нужная мне улица. Магазин открывался в восемь утра. Молочная продукция привозилась раньше, и сиротливо стояла, дожидаясь своей участи у дверей. Впервые увидев такое дело, я просто завис в изумлении, вот она молочка, стоит под открытым небом и без охраны. Никто даже не помышлял о том, что бы хапнуть себе бутылочку на халяву. Возможно, были инциденты, только мне об этом не известно. Я первое время не переставал офигевать такими обстоятельствами, а потом привык. Вдали показался нужный мне дом, вот так память, спи дальше, без тебя дорогу нашел. Дом, был маленьким, но уютным, на две половины. В одной половине я и квартировал, хозяйка пожилая женщина работала уборщицей в ветлечебнице. Пенсия маленькая, зарплата тоже, вот она и приспособилась сдавать комнату в доме студентам за пять рублей с человека. Деньги никогда лишними не бывают. Раньше у бабы Шуры, квартировали двое, мой друг Николай Борин и его однокурсник Олег Сатин. После окончание учебы оба загремели в армию. Не было в училище военной кафедры. Рылом не вышло. Пока вспоминал события прошедших лет, не заметил, как подошел к калитке. В жилище меня все устраивало, маленькая кухня с таким же маленьким холодильником, в комнате кровать, диван, шифоньер. Все как у людей. Поставив чайник на электроплитку, переоделся, любопытно, какие сегодня уроки. Полистал записи в ежедневнике, так, так. Первый урок радиотехника, потом спецтехнология, техническое черчение, и это все? Странно, не может быть в понедельник три урока. Вспомнил, вот в чем дело! Предметы всегда парами шли. Моя молодая память видимо подсуетилась, любезно предоставив мне нужную информацию. Не иначе совесть ее заела. Пока разогревался чайник, закинул в папку нужные учебники и тетради, не забыв готовальню и пластмассовый трафарет. Чай с привезенными бутербродами заточил за пару минут. Пора на выход, приключения, я иду к вам! Путь мой пролегал мимо завода Тяжмаш вдоль реки Грильки. Кто такое название придумал? Дальше можно пойти двумя путями, я выбрал тот, который приведет прямо к училищу, гордо именуемым как ГУРЭП. Чем ближе подходил, тем сильнее стучало мое сердце. Только еще разреветься не хватало для разнообразия и понимания всей ситуации. Молодость again, вот так и никак иначе. Сегодня я нарисовался рано, в половине восьмого, нужно немного адаптироваться к реалиям жизни, старая память, видимо смирившись с неизбежностью, старалась загладить свою вину. Спустился в подвал, именно там находилась раздевалка, разделся. Теперь мой путь лежал в кабинет радиотехники, на третий этаж. Дверь была открыта и я, зашел внутрь.
– Сегодня Сани Шубнина не будет, заболел – удачно подсказала память. Он сидел один, за последним столом, теперь и я здесь поселюсь. Вообще-то я должен был сесть за первым столом вместе с моими спутницами по купе. Теперь же зная наперед весь жизненный путь, решил эту традицию изменить. Аудитория постепенно начала заполняться, ребята, сколько лет я вас не видел. Все молодые, красивые, особенно девчонки. И каждый входящий непременно спешил узнать, почему я сижу не на своем месте, общественность взволнована. Осталось только пропесочить меня на комсомольском собрании, для полного счастья. Одними из последних, в класс вошли Ирины, и в растерянности замерли на пороге, увидев меня за другим столом. Наступила полная тишина, народ недоуменно переводил взгляды, с девчонок на меня и обратно. Неизвестно сколько времени длилась бы эта перестрелка взглядов, только ситуацию спас прозвеневший звонок. Преподаватель радиотехники имела привычку приходить рано, сегодняшний день не был исключением из устоявшихся правил. Ну, вот Саня, с первым тебя уроком в новой жизни, поздравил я себя. Инесса Михайловна, так звали преподавателя, периодически посматривала в мою сторону и ее взгляд мне не нравился. Задумавшись о том, что нас ожидает впереди, не сразу услышал свою фамилию.
– Махров, ты чем занимаешься на уроке, второй раз к тебе обращаюсь.
– Инесса Михайловна, я вас внимательно слушал. – Народ язвительно захихикал.
– То, что слушал, молодец, а теперь будь любезен выйти к доске и объяснить работу триода – пришлось идти.
– Инесса Михайловна, триод нарисовать в виде лампы или транзистора. Могу и то и другое изобразить и объяснить принцип работы.
Преподаватель на время зависла, еще бы, транзисторы мы пока не изучали. Пауза длилась не долго, и тут меня словно током ударило, вспомнился текст песни, которую исполнял Осин, «Студентка практикантка». До него эту песню исполняли «Самоцветы» и текст там был немного другой. Сейчас вспомню, что-то такое про мел у доски было.
– Махров, мне долго еще ждать, садись два.
– Почему два? Инесса Михайловна, сейчас все нарисую в лучшем виде и поясню. Вот, пожалуйста, лампа триод. Она представляет собой стеклянный баллон с октальным цоколем, внутри баллона вакуум, вот катод, вот управляющая сетка, вот анод. Схему питания рисовать?
Преподаватель посмотрела сначала на доску, потом на меня.
– Садись Махров, пять, вижу, домашнее задание выучил.
– Инесса Михайловна, транзистор рисовать?
– Нет, не нужно, транзисторы начнем изучать после Нового Года.
Спрашивается, зачем вообще лампы изучать, что-то я ни одного ВКУ (видеоконтрольное устройство) на лампах не встречал, а именно их выпускал завод, которому это училище принадлежало. И нас готовили с учетом того, что ВКУ будут поставляться на телецентры страны. Государство стремительными шагами приближалось к Московской олимпиаде. Сейчас транзисторы силу набирают, микросхемы им в спину дышат, а мы все лампы изучаем, пентоды, гептоды и прочую лабуда. Тьфу ты…
И тут я вспомнил текст песни Самоцветов, пока не весь, а только часть.
– Ее встречали, молча, следя за речью главной,
– И у доски робели, ломая мел в руках – вполголоса пропел я, отходя от доски.
– Махров, что за безобразие, это ты про меня?
– Инесса Михайловна, я тут песню случайно вспомнил, вот и напел на радостях.
– Песню говоришь?
– Да, песню, спеть? Только я плохо пою.
– У нас не урок пения, если ты не забыл.
– Я быстро, два куплета и припев.
– Ладно, уговорил, пой свою песню.
– Спасибо Инесса Михайловна, вам понравится.
Я повернулся к ребятам, окинул их взглядом, потом посмотрел на преподавателя, вдохнул полной грудью и запел, слегка фальшивя. На ходу придумывая симбиоз текстов, пытаясь объединить два в один.
– Студентка-практикантка входила в класс несмело
–Урок вела краснея как будто в первый раз
– И почерком красивым оценки выводили
– Ведь перед ней был первый ее десятый класс
– Она стихи читала торжественно и гордо,
– И млели от восторга мальчишки и не раз
– И тут к столу подходит с запискою Егоркин,
– А в ней – прошу, не смейтесь, жить не могу без Вас.
Хорошо еще преподаватель не Татьяна, мелькнуло в голове, а то бы такие разговоры потом пошли не дай бог. Думал я, начиная петь припев.
– Вы не смотрите Таня, что я yчyсь в десятом,
–И что я еще гоняю по крышам голубей.
–Вы извините Таня что, нагрубил когда-то
– А теперь люблю Вас Таня, люблю Вас, хоть убей
Дальше петь не стал, и так учебный процесс был полностью нарушен, а сейчас еще откат пойдет от благодарных зрителей. Сначала стояла полная тишина, преподаватель, ошалело смотрела на меня непонимающим взглядом, а потом взрыв эмоций и ураган страстей. Кот-то кричал от восторга, кто-то громко хлопал в ладоши. Инесса Михайловна настолько растерялась, что видимо, забыла про урок. Я же говорю, учебный процесс сорван, и за это мне может влететь от директората училища. Ну вот, накаркал на свою голову. Дверь кабинета открылась, и в нее вошел зам. по воспитательной работе Дмитрий Дмитриевич Сорока. Ребята не сразу среагировали на его появление. За это время Сорока успел дойти до преподавательского стола, только тогда шум в классе быстро прекратился.
– Инесса Михайловна, что здесь происходит? Будьте любезны объяснить.
Да, попала Михайловна из-за меня в переплет. Если руководство надумает, могут и с работы выгнать или еще чего хлеще, партбилет отберут, если она в партии состоит. Тут как партбюро решит.
– Дмитрий Дмитриевич, мне Инесса Михайловне пятерку поставила за презентацию домашней работы, вот ребята и радуются.
– Презентацию? – переспросил Сорока – это, что за слово такое? никогда не слышал.
Упс. … Вот и первый прокол в новой жизни, нужно как-то выкручиваться.
– Презентация это особый документ с мультимедийным содержимым, демонстрация которого управляется пользователем.
Да уж, по виду здесь присутствующих, в ауте пребывали все. Опять не то говорю. Капец. Попробую проще объяснить.
– Презентация это доклад, в процессе которого используется проектор или магнитофон, или все вместе.
– Понятно – произнес Сорока.
– Махров, на перемене зайди ко мне, поговорим о твоей презентации в другом месте. Хотя… урок скоро закончится, пойдем сейчас. Инесса Михайловна возражать не будет?
– Нет, нет Дмитрий Дмитриевич, иди Махров.
Идти, так идти. Подхватив свою сумку с учебными принадлежностями, поплелся за Сорокой, спиной чувствуя взгляды ребят. Проходя мимо Ирининого стола, услышал вслед.
– Ни пуха Саш, а песня замечательная.
Песня замечательная, сам знаю. Самоцветы свою версию впервые исполнят в семьдесят шестом, а мы их опередим. И под мелодию Осина как задвинем, народ с ума будет сходить. На эстраду попса только начинает входить и то не у нас, а у буржуев. У нас, что ни песня, то везде одни ЛА, ЛА. «Практикантка» не исключение. Мы прошли мимо кабинета, в котором обосновался Сорока, и стали спускаться дальше. Странно, куда он меня ведет? Остановились около дверей в актовый зал, на первом этаже. Что ему здесь потребовалось? Непонятно. Дверь была заперта, достав из кармана пиджака ключ, Сорока отпер замок.
– Заходи Махров, побеседуем по душам – зашел деваться все равно некуда.
– Присаживайся, разговор у нас будет долгим, а может, и нет, все будет зависеть от твоего ответа.
– Спрашивайте Дмитрий Дмитриевич, отвечу максимально честно.
– Интересно, значит, твои ответы могут быть не совсем правдивыми?
– Честное комсомольское, готов говорить правду и ничего кроме правды.
– Ишь ты, готов он. Хорошо, ответь мне для начала, что за представление ты устроил на уроке? И не надо мне врать про какую-то презентацию, кстати, где ты такое слово услышал?
– О презентации я читал в журнале «Наука и жизнь» вот и запомнил. А насчет сорванного урока – тут я немного замялся. – Я по просьбе Инессы Михайловны песню спел собственного сочинения. Глупая ситуация, случайно все получилось. Когда я отходил от доски, пропел две строчки новой песни, думал, про себя пою, а оказалось вслух, забылся немного. Инесса Михайловна, не разобравшись в ситуации, приняла все на свой счет и рассердилась. Пришлось предложить урегулировать недоразумение и доказать, что я никого не обижал. Инесса Михайловна, не сразу, но согласилась. Вот я и спел, как умею. Ну, а реакцию невольных слушателей вы и сами слышали. Кто же мог знать, что ребята так отреагируют.
– Молодец, честно ответил, я не был до конца уверен, что правду скажешь. Можешь мне эту песню исполнить? Интересно узнать, почему такая реакция последовала?
– Вам спеть песню?
– Что ты удивляешься Махров, я тоже люблю эстрадные песни.
Ага, любит он, знаем типа Партия наш рулевой или, Во поле березка стояла и им подобные.
– Хорошо я спою, только голос у меня плохой. Дмитрий Дмитриевич, у вас в кладовке аппаратура хранится, можно гитару на время позаимствовать?
– Гитару?
– Ну да. Под аккомпанемент песня совсем по-другому будет слушаться.
– Хорошо, пойдем, посмотрим, что в наличие имеется
Отперев дверь за сценой, мы вошли внутрь. Комната была разделена на две части. Во втором помещении находилась столярная мастерская. В первом, стоял древний шкаф, рядом с ним стол и два стула. Около шкафа вдоль стены была сложена аппаратура, два усилителя «Венец» с четырьмя колонками. «Венец»? я сплю? Откуда такая роскошь? просто супер. И как всегда бывает, в бочке меда не обошлось без ложки дегтя. Речь о барабанах, сиротливо лежащих на шкафу, а бас-бочка, под столом, Без слез не взглянешь. Там же пылились тарелки. Стоек для них я не увидел. Гитары отдельно хранились в том самом шкафу. Увидев их, я впал в ступор. Гитары классные, у нас таких не было. Это, что случился сдвиг пространственно- временного континуума? И это не мой мир? Лидер гитара, просто песня «Музима» бас гитара «Орфей», акустическая гитара Ленинградской фабрики. Пианолы я не увидел. И как без нее играть?
– Дмитрий Дмитриевич, а синтезатор где?
– Какой еще синтезатор Махров?
Упс, промашечка вышла, опять спалился. Нужно следить за своим языком.
– Я имел в виду пианолу, Дмитрий Дмитриевич.
– А нет пианолы.
– Как это? Как же без пианолы играли?
– В ремонте она, на следующей неделе должны отремонтировать.
Взяв в руки гитару, провел пальцами по струнам, проверив строй. Пришлось немного подтянуть третью струну. Встав рядом со сценой, глубоко вздохнул и после короткого вступления, запел. Постепенно повышая звучание голоса. Сорока стоял рядом со мной и внимательно слушал. Когда прозвучал последний аккорд он, словно очнулся.
– Ну как вам Дмитрий Дмитриевич песня, понравилась?
Если скажет, нет, то мы не сможем потом ее исполнять, разве только вне стен училища втихаря. Ответил он не сразу, видимо размышляя о чем-то своем.
– Не ожидал я от тебя Махров такого.
Ну, все, писец, зарубил песню на корню.
– Ты можешь не поверить моим словам, но твоя песня всколыхнула что-то во мне. Молодость свою вспомнил. Замечательная песня, сам ее написал?
Ни хрена себе поворот судьбы, неожиданно, но чертовски приятно.
– Сам Дмитрий Дмитриевич, причем в двух разных вариантах, потом лучшее объединил в единое целое.
Мне лично было не стыдно присвоить авторство этого произведения, тем более я не планировал получить авторское свидетельство и права на песню.
– Молодец Махров, хвалю, успеете ее подготовить к новогоднему выступлению?
– Дмитрий Дмитриевич, как вы себе это представляете? Отдать песню «старшакам?». Я на такое не пойду.
– Махров, ты меня не понял, я предлагаю тебе создать свой ансамбль, у вас есть толковые ребята, они уже подходили ко мне с такой просьбой. «Старшаки» как ты выразился, с нового года уходят на практику, и училище остается без ансамбля. Улавливаешь суть? Весной следующего года будет районный смотр самодеятельных коллективов. Понимаешь теперь ситуацию?
Только сейчас до меня стало доходить, что ему от нас нужно. Я прекрасно помню, что прошлый раз на районном смотре мы заняли первое место. Как сейчас будут обстоять дела? Не знает никто. Одно можно с уверенностью сказать, все теперь будет не как раньше. Блин, даже страшно становиться. Прорвемся, других вариантов нет.
– Дмитрий Дмитриевич, на роль руководителя я не претендую и не гожусь, у меня нет музыкального образования. Вон у Сереги Смирнова за плечами музыкальная школа. Вот пусть и рулит.
– После уроков зайдете оба ко мне, обговорим все детально. Времени на раскачку, мало осталось.
В группу я вернулся в конце первого урока. Все вопросительно посмотрели на меня, в том числе и Инесса Михайловна. Решил всех успокоить.
– Ребята не нужно меня хоронить раньше времени. У меня все в порядке, даже лучше чем ожидалось. Перешёптывания среди ребят прекратились и учебный процесс возобновился. Я сидел и думал, слишком быстро все завертелось. Не к добру это. Хотя чего мне бояться? В моем настоящем меня уже нет, умер. Во второй раз умереть не скоро предстоит. И не факт что получится. Перенос может повторяться из раза в раз. Даже если и нет, прожить две жизни это уже круто.
Вскоре прозвенел звонок, и тут началось паломничество. Ребята обступили меня со всех сторон. Ну, прямо как дети. По факту так и есть, вчерашние школьники, ставшие сегодня студентами Грубовского училища радиоэлектронной промышленности. Были среди нас двое ребят постарше, отслужившие в армии. Меня всегда поражал такой факт, девчонок в училище было больше чем парней. В нашей 10 группе точно больше. Какие из них получаться радиотехники? Предметы конечно можно вызубрить, но вот для того что бы стать настоящими специалистами своего дела этого мало. Такими становятся те, кто с детских лет занимался радиотехникой. И добивался на этом поприще приемлемых результатов. Когда мне было пять лет, я помог отцу отремонтировать приемник. Забавно? Да, но это состоявшийся факт. Была у нас дома радиола «Урал 57» И вот в один прекрасный момент она сломалась. Отец мой телемастер самоучка, никак не мог понять, в чем дело. Будь он на тот момент трезвый, неисправность нашел бы за пару минут. Мне было интересно, как это говорящее чудо выглядит изнутри. Светящиеся лампы, невиданные ранее детали завораживали детское сознание. Я сидел рядом на стуле и смотрел, что делает отец. И вот когда в очередной раз папа обматерил всех на свете, я спросил.
– Пап, а что это за проводок болтается? Так и должно быть?
Оказалось, что нет, проводок должен был быть припаян в определенном месте. После всех манипуляций отца с паяльником, бинго, радиола заработала. И вот кто теперь мне может сказать, что я выбрал не ту профессию? Свой первый стерео усилитель мы с другом собрали, когда нам исполнилось семнадцать. И он работал. Не в ту степь меня понесло однозначно, вон ребята уже тормошат меня.
Глава 2
– Санек, ты че заснул? – дернул меня за рукав Серега Гагура – чего тебе Сорока сказал?
– Саш, а это точно ты песню написал? спой еще раз – это наш профорг Ольга Вольта. Серега Смирнов усевшись рядом со мной, произнес.
– Санек ну ты и выдал сегодня, надо было додуматься урок радиотехники превратить в урок пения., а песня отличная. Мы все в шоке. Вот бы эту песню на танцах исполнить, настоящий шедевр. Жаль не получится.
– Народ, ну чего вы расшумелись, дайте человеку в себя прийти, не каждый день нас к начальству на ковер вызывают.
Староста наш за меня заступился, молодец Александр, не зря в армии служил.
– Серый, – обратился я к Смирнову – Сорока ждет нас после уроков у себя в кабинете. Мечтательная улыбка моментально исчезла с лица офигевшего Сереги.
– Сань, а он говорил, зачем мы ему потребовались?
– Говорил, тебе понравиться, не переживай.
– Санек, не томи душу, скажи.
От дальнейших расспросов, меня спас звонок и Инесса Михайловна собственной персоной. Время на уроке пролетело быстро. И теперь нам предстоит покинуть эту аудиторию. И перебраться в кабинет спецтехнологии, или по простому «спецуху» Этот предмет вел мастер нашей группы Владимир Яковлевич Самойлов. Естественно наш путь пролегал мимо кабинета Сороки, а поскольку Серега не унимался, пытаясь выудить тайну века, я предложил зайти к Сороке сейчас. Если того нет на месте, пойдем своей дорогой. Сорока был у себя и разговаривал по телефону, заметив нас, кивнул, приглашая пройти.
– Что Махров, не терпится начать?
– Дмитрий Дмитриевич, что собственно тянуть, вы сами говорили, время поджимает.– Серега смотрел на нас и не понимал о чем идет речь.
– Вот и Сергея сразу привел. Давайте перейдем к делу.
– Вот ты, какой прыткий, хорошо, к делу так к делу.
– Начну сначала, чтобы тебе Смирнов было понятно. С Нового Года, старшие группы уходят на практику, и училище остается без самодеятельности, улавливаешь Смирнов? – тот промолчал.
– Весной следующего года, будет проходить смотр самодеятельных коллективов района. В соответствии с этим, нашему училищу нужно постараться занять призовое место. Тот коллектив, который получит первое место, автоматически попадает на областной смотр, остальные нет. Вы понимаете ребята, какая ответственность ляжет на ваши плечи?
– Дмитрий Дмитриевич, а мы здесь причем?
– А при том Смирнов, вам в короткий срок предстоит создать музыкальный коллектив. Первостепенная ваша задача, Новогоднее выступление в ДК Сокол тридцатого декабря. Кроме вас, выступят еще два коллектива, Авиамоторный завод, и Седмаш. От каждого коллектива, по пять, шесть песен. После Нового Года приступаете к подготовке к районному смотру.
– Дмитрий Дмитриевич, когда же мы все успеем, у нас еще учеба?
– Директор принял решение поступить следующим образом. Участники коллектива, по субботам будут освобождаться от занятий, по воскресеньям при желании можете приходить на репетицию, сторож будет оповещен. В другие дни, для вас учебный процесс будет сокращен на два часа. Не надейтесь на поблажки, все зачеты по учебной программе вам все равно предстоит сдавать. Не подведите меня ребята. К концу недели подготовьте список участников, репертуар ваш обсудим через неделю.
Мы вышли из кабинета слегка обалдевшими.
– Саня, скажи, что я сплю?
– У меня такие же ощущения Серег. Какие перед нами перспективы открываются, это непостижимо. Кстати Серый, я предложил Сороке твою кандидатуру в качестве руководителя ансамбля.
– И зачем ты это сделал, тебя просили?
– Серег, а кого тогда предложить? Ты один у нас с музыкальным образованием. Больше никого нет. Или ты хочешь объединиться с ребятами из одиннадцатой группы? Я лично не хочу.
– Я вообще-то тоже.
– Ну, так и не тупи, вместе будем крутиться, не боись, прорвемся.
В кабинет спецтехнологии мы зашли, когда половина первого урока осталась позади.
– И где вы ребята столько времени пропадали?
– Владимир Яковлевич, нас Сорока к себе вызывал.
– Хорошо, проходите. Поскольку вы задержались, а все остальные заняты делом, у меня будет для вас персональное задание, оно в некотором роде не по теме. В общем, вот вам материал, краски и кисточки, нужно сделать дежурным десять повязок, надеюсь, до конца второго урока управитесь?
– Постараемся, а куда столько много?
– Много не мало, пусть будут. Не теряйте время даром.
Так и хотелось добавить – похмеляйтесь Солнцедаром – но вовремя опомнился. Мало мне одного скандала? Могут и второй устроить и до ансамбля не допустить, а оно мне надо? С энтузиазмом взялись за дело, только нарезали полосок нужного размера, как прозвенел звонок.
– Серег, пойдем в столовку перекусим. Заодно и обмозгуем, что и как.
– Мысль хорошая, надо парней позвать, пусть в тему въезжают.
– Ты кого хочешь пригласить?
– Сань, а ты сам, на чем играть планируешь?
– Я на бас гитаре, у меня дома своя есть, правда самодельная, но, тем не менее, опыт кое-какой имеется.
– Тогда тут и гадать нечего. Леху Тарана на гитару, Володю Хазова на барабаны, а я на клавиши.
– Нам еще вокалистка будет нужна.
– Подумаем, кого-нибудь найдем. Парни, Володь, Лех, пойдемте в столовую перекусим, заодно тему важную обсудим.
– Серег, что за тема? спросил Леха – поглощение рассольника и бефстроганов в неограниченном размере?
– Не угадал Лех, лучше.
– Лучше? ну тогда пойдемте.
– Володь, не тормози, пошли быстрей.
Глава 3
Столовая располагалась в подвале рядом с гардеробом и встретила нас шумом голосов. Встав в очередь и заплатив за комплексный обед по семьдесят копеек, расселись за одним из столов в углу около пальмы. Разговор решили начать после еды. На сытый желудок и мысли сытые рождаются. Серега заговорил первым.
– Парни, в общем, тут такая ситуация, нам с вами нужно в срочном порядке организовать ВИА. Списки участников должны находиться у Сороки на столе в конце недели.
– Нам организовать ВИА? – уточнил Хазов – Серый, это, что за бред.
– Никакого бреда Володя тут нет. Мы сегодня с Саньком были у Сороки, и он озвучил нам интересную перспективу. Первое, экстренным порядком необходимо подготовить небольшую Новогоднюю программу, далее, после Нового Года, начинаем, готовится к районному смотру музыкальных коллективов. Если займем первое место, то автоматически проходим на областной смотр. Как вам такой расклад?
– Это точно не пуля? Вы не придумали?
– Леха, зачем нам это нужно, если не верите, пойдите к Сороке, сами спросите. И это еще не все новости. Приказом директора, мы от занятий по субботам освобождаемся, кроме этого, на неделе у нас будут сокращенные на два часа занятия. Вот теперь все.
– Нет, не все Серый, нам нужно в срочном порядке найти певицу. Вот теперь все.
– Ну, что парни, вы согласны?
– Серега, если это не развод, то можно попробовать.
– Вова, какой развод, все на полном серьёзе, зачем нам придумывать?
– Я согласен, хуже все равно не будет.
– Правильно Леха, хуже не будет, а лучше сколько угодно. Мы обязательно займем первое место на районе. Вот увидите.
– Ну, ты Санек как оратор шпаришь, а с твоей песней мы сможем выступать?
– Володя, мы с ней обязательно выступим, эта песня будет нашей визитной карточкой. Я могу предложить для рассмотрения еще несколько песен. Выберем самые лучшие. Лишь бы начальство их одобрило.
– Парни, нам нужно пару патриотических песен обязательно разучить, можно и больше. Без них нас не поймут.
Из столовой мы вышли сытые и довольные, каждый думал о своем. Все у нас парни получится, мне ли это не знать. После занятий решили собраться все вместе и обсудить вопросы, которых у ребят было много. Обсудим, какие проблемы. На то они и вопросы, чтобы их обсуждать. Техническое черчение пролетело быстро, его вела Ираида Марковна Фельдман. Женщина преклонного возраста. Очень простая в общении и довольно забывчивая, чем впоследствии народ бессовестно пользовался, выставляя себе оценки в журнал, пока Ираида отсутствовала в кабинете. Она отсутствовала, а журнал, присутствовал, и ребята этим иногда пользовались. При желании можно было оценки выставить и по другим дисциплинам, тут главное не наглеть. В моей прошлой жизни произошел один курьезный случай, было это на уроке эстетического воспитания, по-простому, эстетика. Был конец года, и преподаватель сообщила нам, сегодня будет спрашивать тех учащихся, у кого оценка промежуточная и можно ее улучшить. У меня на тот момент такой оценкой являлась четверка. Отвечу правильно, выставит годовую пятерку, а нет, ну тут все и так понятно, торояк и будь здоров. Вызывает одного учащегося, другого, и вот добралась до меня.
– К доске идет Махров. – Ну, уж нет нафиг, нафиг мне такое счастье. Я согласен на четверку, сижу, молчу, прикинулся ветошью. Препод снова называет мою фамилию, тут я ей и говорю
– Махрова сегодня нет, он заболел.
Ребята мгновенно просекли эту фишку, а кто-то из них подтвердил мои слова.
– Нет его, он болеет. – Преподаватель недавно влилась в пед. коллектив, и всех учащихся в лицо не знала. Мировые ребята в то время учились, все за всех. Вот таким образом у меня и вышла четверка за год. На красный диплом я все равно не метил. Учиться особо некогда было, по причине постоянных освобождений от занятий, в связи с необходимостью. А необходимостью являлся вокально-инструментальный ансамбль под названием «Зигзаг» Плюс общественные нагрузки, мне выпала нелегкая честь стать ко всему прочему еще и штатным киномехаником. После занятий все желающие могли посмотреть какой-нибудь художественный фильм, плюс документальные фильмы по той или иной специализации. Приходилось самому ездить на автобусе в конец города в фильмопрокат. Это было в предыдущей жизни, как будет в этой, покажет время. Киномехаником я точно становиться не хочу. Дернул меня в прошлый раз черт за язык, сообщив всему миру, что мне знакома киноустановка под названием «Украина» Во Дворце пионеров ее досконально изучили и фильмы показывали. Теперь, я буду глух и нем. Типа, не знаю, не видел, не привлекался. Вот как-то так.
Для наших внеурочных посиделок, которыми должны будут стать репетиции, нужна была спокойная обстановка, ничто не должно было отвлекать нас от творческого процесса, пусть пока и теоретического. Собираться коллективом у кого-нибудь дома? Так себе перспектива.
– Серый, давно мы с тобой у Сороки не были, нужно его срочно навестить.
– Сань, ты чего? Перегрелся? Сегодня у него были.
– Помню, были. Где нам еще собираться кроме актового зала? Тем более скоро приступим к репетициям, пора обживаться на местности.
– Так-то да, тогда пошли.
– Махров, Смирнов? Опять вы? что-то случилось? Или просто так в гости зашли? Вот ни за, что не поверю.
– И правильно сделаете Дмитрий Дмитриевич, мы к вам по делу.
– Кто бы сомневался, слушаю вас молодые люди.
– Дмитрий Дмитриевич, нашему коллективу необходимо помещение для сборов. Пока еще организационных, но тем не менее.
– Коллективу? У вас уже появился коллектив? Быстро вы начали действовать, молодцы. Список фамилий, уже подготовили?
– Да чего его подготавливать, четверо нас, пока. Нужна еще будет певица.
– Неправ ты Смирнов, список нужен не мне и не вам, а директору училища. На кого он приказ составлять об освобождении будет, на мертвых душ? Во всем порядок требуется. Помещение, конечно, выделим, актовый зал подойдет? Там и аппаратура рядом, и мешать никому не будете, да и сцена имеется. Так, список быстренько напишите и пойдемте вниз, дам распоряжение вахтеру, что бы ни препятствовал вам, и ключ выдавал, когда нужно.
– Дмитрий Дмитриевич, какими судьбами? Что-то случилось? Я дежурство исправно несу, нарушений не выявлено, пьяных нет.
– Коваленко, какие могут быть пьяные в стенах училища, тем более, когда ты на боевом посту находишься?
– И то верно Дмитрич говоришь, у меня мышь без разрешения не забалует, а ученики и тем более.
– В общем, так Юрий Иванович, видишь этих ребят? Запомни их и всегда выдавай им ключ от актового зала. Сменщика тоже предупреди, они и по воскресеньям приходить будут и после занятий оставаться. До конца недели приказ от Левицкого, с поименным списком учащихся, будет лежать у вас под стеклом.
– Дмитрич, а кто они такие будут?
– Артисты мы Юрий Иванович, артисты.
– Ладно, артисты, берите ключ и пошли – рассмеялся Сорока.
– Дмитрий Дмитриевич, а как на счет ключа от шкафа, где деньги лежат?
– Махров, какие деньги? – удивился Сорока.
– Самые настоящие. Гитары, они же денег стоят приличных.
– Вон ты о чем, вот вам ключ вымогатели, завтра сделаете себе дубликат, а этот вернете мне.
– Дмитрий Дмитриевич, к чему такие сложности? Проще другой замок повесить, а ключи поровну разделить. Вам, и нам.
– Нет у нас сейчас другого замка.
– Так это не проблема, я сегодня новый в магазине куплю, и вам завтра ключ отдам.
– Ты пойми Махров, для бухгалтерии кроме чека, еще и товарный чек потребуется. Да и деньги они тебе смогут вернуть через неделю не раньше.
– Ничего страшного, я подожду.
– Тогда тебе придется два замка покупать.
– А второй зачем? – удивился я.
– А затем Махров, как вы в помещение, где аппаратура находится, попадать будете?
– Об этом я не подумал, хорошо куплю два замка.
Глава 4
Сегодня у нас весь день практика. Будем собирать радиоприемники. В прошлой жизни, их мы начали собирать весной семьдесят шестого. Имеются все же небольшие отличия от моего прошлого. И скорее всего изменения будут еще. Поживем, увидим. Замки я вчера купил, зашел по пути домой в хозтовары. Обошлось мне это удовольствие в четыре рубля восемьдесят копеек. Дело нужное, тем более деньги мне вернут. Я ничем не рисковал.
– Ребята, минуточку внимания – произнес мастер
– С двадцать пятого октября и до особого распоряжения, названные мной ученики, будут освобождены от посещения занятий по субботам. Это Смирнов, Махров, Хазов и Таран. Кроме того в остальные дни у них будут сокращенные на два часа занятия. – Народ возмущенно зашумел.
– Мы тоже так учиться хотим – произнесла Светка Волкова
– За, что им такие привилегии? – возмущалась Галя Касьянова.
– Владимир Яковлевич, объясните нам, что такого выдающегося они сделали? – спросил наш староста Александр Пименов – Не за простые глазки такие им послабления. – Мастер пожал плечами.
– Ничего они не сделали. Пока не сделали, все еще впереди.
– Да как, же так Владимир Яковлевич – возмущалась Ольга Вольта – Так не честно, одним все другим ничего.
– Владимир Яковлевич, можно я все объясню, пока нас в диссиденты не записали.
–Объясни Махров, ребятам интересно будет послушать.
– Ребята прошу тишины, сейчас я вам все объясню. Руководством училища перед нами поставлена сложная задача. В самый короткий срок нам необходимо возродить вокально-инструментальный ансамбль.
– Так в училище уже есть ансамбль – сказал Витя Теологов – Зачем еще один нужен – ребята опять зашумели.
– Витя, нет больше в училище ансамбля, понимаешь теперь ситуацию?
– Как нет? – опешил Витек – в прошлом году был, мне ребята рассказывали.
– В прошлом был, теперь нет. С нового года «старшаки» уходят на практику.
– Вот это да. Значит, теперь вы играть на Новый Год будете? Здорово – ребята опять зашумели.
– Народ, я еще не все новости вам рассказал – Чего тогда тянешь? – спросила Света Волкова.
– Вы сами мне не даете рот открыть.
– Народ, дайте Саньку до конца все рассказать – прикрикнул на всех Серега Гагура.
– Спасибо Серег. Как я вам уже говорил, первоочередная наша задача, выступление с Новогодней программой в ДК «Сокол». Далее, в апреле следующего года будет проходить районный смотр музыкальных коллективов. Коллектив, занявший первое место, автоматически отбирается на областной смотр. Теперь вам понятно для чего все это делается? Нам предстоит по нескольку часов в день репетировать, в том числе по воскресеньям и после учебы. Когда программа будет сверстана и одобрена руководством, станет немного легче. К тому же учебную программу никто не отменял, и зачеты мы будем сдавать наравне со всеми. Теперь остались еще желающие завидовать нам?
– Саш, ну ты чего? Никто вам не завидует, хотели только узнать, что и как – это Таня Крылова, местная модница.
– И это еще не все, нашему коллективу в срочном порядке требуется певица. Есть желающие прославить себя на века?
– Саш, а петь много придется?
– Тань, пока этого никто не знает. Все будет зависеть от репертуара, а его как вы сами понимаете, пока нет. Что? нет желающих? Ира, а ты, что молчишь? ты раньше пела и неплохо.
– Я? – удивленно спросила Скворцова. – Интересно где ты мог слышать, как я пою? Я никому об этом не говорила.
Упс. … Вот и еще один прокол, это ты в этой реальности никому не говорила, не успела еще рассказать.
– Неважно Ира, будем считать, что я пошутил – ребята с интересом наблюдали за нами, кое-кто начали шептаться, при этом кивая в мою сторону.
– Как говорил один киногерой «Будем искать»
– Санек, мне Юрка Губин из одиннадцатой группы говорил, есть у них две перспективные девчонки. Нужно будет поговорить с ними, возможно, кто-то и согласиться.
– Дельная мысль Серый, затягивать не будем, в понедельник и поговорим с ними.
– Да они ради послабления в учебе передерутся между собой за право стать участником коллектива, к тому же популярность. Парни за ними табунами бегать начнут.
– Леха, сначала передерутся, а когда узнают, что их ждет, быстро интерес потеряют.
– Это точно, легко никому не будет, но тем и интересней.
– Это ты правильно Вовчик сказал. Планы у нас грандиозные.
Ребята еще немного пошумели и занялись делом. Сразу стало скучно, ну ничего, сейчас я вас развеселю. Весело будет всем, фирма гарантирует. Своеобразную игру «Поле чудес», которая была распространена у нас на уроках практики, я решил возровить и в этой жизни. Взял конденсатор МБМ, выкинул из него все внутренности, оставив лишь корпус. Вставил внутрь этого корпуса небольшой электролитический конденсатор и стал выжидать подходящего момента. Первым, курить отправился Саня Громов, с него и начну. Я быстро добрался до его стола, на котором лежал собранный приемник, откусил бокорезами конденсатор, служащий фильтром от помех на входе питания и припаял свой. Дело сделано, осталось дождаться, фейерверка. Его сосед по столу, Коля Пивоваров, хотел, что-то спросить, но я прижал указательный палец к губам. Скоро сам все поймет. Громик вернулся через десять минут. Перекинулся парой слов с Галей Ефремовой и «вуаля». Небольшой БУМС и едкий дымок, ознаменовали начало увлекательной игры. Санек стоял с задумчивым видом, не зная, что предпринять. Полчаса назад, все было в порядке, оставалось только настроить гетеродин и можно сдавать работу мастеру. Вокруг злополучного агрегата, стал собираться народ. Послышались разнообразные советы, один абсурдней другого. Мастер с интересом наблюдал за нами сидя за своим столом. Он видел, что я произвел какие-то манипуляции с платой и сразу просек фишку. Начало положено, дальше начнется цепная реакция. Я с невинным видом подошел к ребятам.
– Сань, что случилось?
– А ты не видишь? недовольным голосом произнес Громов – взорвалось, что-то.
– Ну, так найди неисправность и включай снова.
– Говорить легко, попробуй сам найти, а я посмотрю, как это у тебя получится. Это тебе не на гитаре тренькать.
– Да я и искать не буду. – С этими словами, включил тумблер питания, девчонки дернулись с испуга в стороны, но ничего не произошло. Питание весело побежало по проводам, приемник заработал.
– И, что это было?
– Конденсатор фильтра разнесло, вот и вся неисправность. Замени его и будет тебе счастье.
Когда Громов выпаял мой новодел, то сразу все понял и посмотрел в мою сторону, а я, что? я ничего, белый и пушистый. Ничего ни знаю, не видел, не привлекался.
Вариантов в этой своеобразной игре было огромное количество. Можно было вообще ничего не делать, а лишь дождаться, когда очередной претендент на пакость, появится в кабинете после перекура, и с загадочным видом наблюдать за ним. Парень видит, как на него ребята смотрят, и догадывается, какую-то гадость ему подстроили. Садится и начинает внимательно осматривать все детали своего детища. Прямо как сапер перед неразорвавшимся снарядом. Убедившись, что подвоха нет, включал питание. Мастер нас за такое не ругал. Он прекрасно понимал, эти игры повышают у ребят образное мышление и эрудицию. Вместе с тем ребята сами того еще не ведая, через эти игры начинали запоминать возможные неисправности и способы их устранения. Пусть это были всего лишь радиоприемники, но дело за малым. Основная точка намечена, дальше дело за личностным развитием.
Перед большой, получасовой переменой, ко мне подошла Скворцова.
– Саш, откуда ты узнал, что я в музыкальной школе в хор ходила? Я никому об этом не рассказывала.
– Да не помню я, кто-то из девчонок про тебя говорил, вот я случайно и услышал. Ты действительно в музыкалке училась? Круто. Меня тоже родители в детстве хотели туда пристроить, а я дурак отказался. На каком отделении ты училась?
– На баян ходила, когда подросла, бросила, надоело все. Не успеешь из одной школы придти, пора в другую собираться. Спокойной жизни не было. Саш, я тут подумала, в общем, я согласна.
– Я не понял, на что ты согласна? На то, чтобы я тебе настроение поднимал в три часа ночи?
– Дурак ты Махров. Тебя точно кто-то подменил, совсем ты другим стал.
Ох уж эти женщины, все они видят и чувствуют, а если и этого окажется мало, сами все придумают и выдадут за действительность.
– Ира ты не поверишь, буквально несколько дней назад одна молодая и к тому же симпатичная особа, говорила мне тоже самое. И была она как две капли воды похожа на тебя.
– Я согласна петь в вашем ансамбле – ни сколько не обидевшись, произнесла Ирина. – Не нужно вам больше никого искать, я справлюсь.
– Вот это дело, это ты правильно решила, сейчас я схожу к Сороке, и он все организует. Тем более человек в курсе, что нам певица требуется. Через два часа первый сор ансамбля в актовом зале, не опаздывай. Владимир Яковлевич, нашли мы певицу, Скворцова дала свое согласие. Внесите ее в наш список, а я сейчас до Дим Димыча схожу, предупрежу его.
– Как хочешь, могу и я к нему зайти, все равно в учительскую пойду.
– Владимир Яковлевич, так даже лучше будет. Ребята, пойдемте в столовку, поедим, когда потом придется нормально поесть. В этот раз за столом в столовой сидели все вместе. Ирина тоже к нам присоединилась. Правильно, нужно поскорее притереться друг к другу. Мы должны быть как одна семья. Это конечно в идеале, а на деле все бывает по-другому. Музыканты они народ своенравный, каждый величина, хорошо, что нам это не грозит. Мы музыканты любители и надеюсь, на нас не распространится мания величия. Откуда ей взяться среди музыкантов-радиотехников?
– Юрий Иванович добрый день, нам бы ключ от красного уголка.
– А, музыканты пожаловали, ну привет, вот держите ключ. Если долго задержитесь, отдадите его сменщику, он в курсе. Идите, несите добро в массы и берегите его. Добра с каждым годом все меньше становится. Зло постепенно начинает доминировать.
– Вот это мужик завернул, заслушаешься право.
– Да Серег, это точно, придется взвалить на наши хрупкие плечи, непосильную ношу, и творить назло врагам – произнес Таран.
В красном уголке за время нашего отсутствия, ничего не изменилось, да и, что тут изменится? Разве мышь, какая внепланово сдохнет и то не факт.
– Ребята, давайте сначала определимся с названием группы и отпустим Ирину, она нам пока не потребуется, хотя есть одна задумка. Песня, которую я спел на радиотехнике, станет нашей визитной карточкой. Ее мы будем исполнять на всех концертах, она будет своеобразной песней занавесом. Народ к тому времени уже разогреется и станет принимать песню на Ура. У всех солидных ансамблей для таких случаев имеются группы разогрева. Сначала выступают они, а потом на сцене появляется звезда эстрады. Мы не звезды и поэтому будем делать все сами. Задумка состоит в том, что после последнего куплета припев исполним четыре раза. Вот в третьем повторении припева ты Ира будешь петь вместе с ребятами.
– Сань, а зачем столько раз припев повторять, народу слушать надоест.
– Леха ты не прав, главное как правильно все это в массы подать. Если сделаем, так как нам нужно, то нас еще упрашивать будут исполнить еще и еще.
– Саш, так ведь песня мужская, что я в ней петь буду?
– Сейчас все объясню и примитивно покажу.
– Володь принеси бочку, а я акустику возьму. Вот какая задумка. Подвинув к себе бочку, устроился удобнее и спел первые два куплета и припев.
– Теперь поехали дальше.
–Студентка-практикантка входила в класс исправно,
–Студентка как студентка, на тонких каблучках.
–Ее встречали, молча, следя за речью главной,
–И у доски робели, ломая мел в руках.
–Вы не смотрите Таня, что я yчyсь в десятом,
–И что я еще гоняю по крышам голубей.
–Вы извините Таня что, нагрубил когда-то
–А теперь люблю Вас Таня, люблю Вас, хоть убей
– Второй раз припев поется так, первые две строки исполняются только под бочку, вот таким образом. После чего вступает Леха, со своим соло. Вовчик ты продолжаешь стучать бочкой. На третий раз после Серегиного нижнего глиссандо, вступают все инструменты и исполнители, ты Ира тоже. Это необходимо для лучшей экспрессии. Такая вот у меня задумка.
– Сань, я не буду спрашивать, как ты до такого додумался, но мне нравиться твоя идея.
– Молоток Володя с первого раза все схватил.
– А в четвертый раз как исполнять?
– А в четвертый раз играем все вместе, а Серега вместо пения декламирует слова. На этом все, но расслабляться не будем, народ потребует еще раз исполнить. Тогда исполняем пару раз третий вариант и вот тогда уже все, занавес.
– Вот это ты Санек навертел, но будет круто.
– Для этой задумки, да и не только для нее, нам потребуется четыре микрофона, мы пока не видели ни одного. Три микрофона для солистов, четвертый для бочки. Теперь выкладывайте варианты названия ансамбля. У кого какие предложения?
– «Меломаны», «Играй гитара» – предложил Леха.
– Может «Эдельвейс?» – продолжила Ирина. Ира так не честно, это я вам в будущем предложу так назвать вашу комнату в стройотряде, когда будет объявлен конкурс на лучшее название, и вы согласитесь с моей идеей. Теперь это уже не моя идея будет. Придется снова, что-то придумывать. До лета не так и далеко. Вслух конечно ничего говорить не стал.
– Давайте ансамбль, назовем «Наши гитары».
– Название не плохое, за основу можно принять, если других предложений не последует.
– Серый, за тобой последнее слово.
– Ты сам еще ничего не предложил.
– Могу предложить, сколько угодно. «Карусель» «Святозар» «Радуга» «Кинескоп» «Акванавты». Лишь бы от начальства вопросов в будущем не возникло, если одно из этих названий примем.
– «Кинескоп» интересное название.
– Серега, ты чего можешь предложить?
– Я вот какие названия придумал «Друзья» «Зигзаг» «Удача» «Аудит».
– «Аудит» интересное название и непонятное. Серег, что это значит?
– Аудит – Леха, это финансовая проверка. А название ансамбля тут, каким боком?
– Если перефразировать, то можно сказать так, аудит это проверка наших возможностей на реакцию зрителей.
– Серый, ты случайно не родственник вахтеру? Он, как и ты, витиеватыми фразами выражается.
– Давайте голосовать, сначала выбираем три лучших варианта. Далее из этих вариантов выбираем одно понравившееся название, потом считаем голоса.
Удивительно, за название ансамбля «Зигзаг» проголосовали единодушно. Я понятно почему, нечего изобретать велосипед, раньше был «Зигзаг» будет и теперь, а остальной коллектив, почему так решил? Загадка века. Возможно на уровне подсознания ребята, что-то чувствуют. Не спросишь их и в голову не заглянешь.
– Вот и ладушки, будем теперь называться ВИА «Зигзаг». Емко, красиво и непонятно. Пусть народ голову ломает, почему такое название. Теперь предстоит выбрать репертуар. На сегодня, все, пойдемте по домам. Завтра суббота как вы уже знаете, мы освобождены от учебы, а от всего остального нет. Встречаемся завтра в восемь здесь. Тетради и учебники нам не нужны.
*****
– Вот и Ириша пришла, переодевайся. Кушать сейчас будем, я как раз салат к твоему приходу успела сделать. Как ваша первая репетиция прошла? Сашкину песню будете петь? Она мне очень понравилась.
– Да мы ее обязательно будем исполнять, Саша на уроке песню не полностью спел. Как он выразился, «Практикантка» станет визитной карточкой нашего ансамбля «Зигзаг». Там такая обработка будет, это, что-то с чем-то. Как он до такого додумался? Музыкального образования у него нет.
– Ира, ты Сашке про меня ничего случайно не рассказывала?
– А, что я должна была рассказать?
– Ну, я не знаю. Откуда тогда он узнал про хор, в который я ходила? Кроме тебя по это никто не знал.
– И ты теперь решила меня подозревать? – Обиделась Сокол.
– Спасибо тебе большое подруга за это. Никак от тебя Ира я такого не ожидала.
– Ириш, не обижайся, я просто поинтересовалась. Сашка сказал, что от наших девчонок про меня слышал. Я точно знаю, никому про себя не рассказывала. Про музыкальную школу и хор, точно никому. Нечего людям знать подробности чужой жизни.
– Кто тогда мог сказать?
– Вот я и теряюсь в догадках, получается кроме тебя некому.
– Еще раз тебе говорю, никому я ничего не говорила, я, что дура?
– Да верю я тебе, не обижайся. И вообще Сашка в последнее время сильно изменился, словно его подменили. По виду так не скажешь, а стоит только копнуть глубже, не он это, точно. Слова всякие непонятные, песня. Откуда у него это все?
– Ира, лично я не удивлена, у парней развитие, в отличие от нас, запаздывает. На мой взгляд, разгадка в этом заключается. Песню он вполне мог и сам написать. Влюбился в школе в молоденькую учительницу, вот и посвятил ей эту песню. Ничего у них, в отличие от песенного героя не получилось. Сашка уехал в Грубов зализывать раны, а песня осталась и как ты говоришь, станет теперь визитной карточкой вашего «Зигзага». Все закономерно и справедливо.
– Хорошо если все так.
– Везунчик ты Ирина, в ансамбле теперь петь будешь, парни за тобой толпами бегать начнут. Выбирай любого.
– Да нужны они мне, тебе легко рассуждать со своей колокольни, а нам теперь двойная нагрузка выпала. И репетировать нужно и учиться, а время как ты сама знаешь не резиновое. Послаблений для нас никто делать ни будет. Со стороны может казаться, что все легко и просто, но это не так. Ладно, рассуждать, нужно уроки делать. Знания сами в голову не постучат.
Глава 5
– Нас утро встречает прохладой
– Нас снегом встречает зима
– Но, что-то вот люди не рады
– Его навалило сполна
Шел я, проваливаясь в снег по щиколотки, и напевал про себя переделанную песню. Настроение отличное, ни, что его испортить не сможет. Напрасно так думал, испортили, да еще как. Только я зашел в актовый зал и снял куртку, в помещении появился Сорока.
– М�