Судьба Некроманта

…Вальфиры давно стали частью легенд, но мне лично удалось увидеть лишь одного из них. То была белая девушка с жёлтыми глазами, но если опираться на истории древности, то вальфиры выглядят по-разному. Внешне их почти нельзя отличить от обычного человека, но они обладают такой силой, что один удар рукой в грудь способен сломать все кости в этой области и повредить внутренние органы вплоть до летального исхода.

Вальфиры также отличаются скоростью движений, реакции, способны видеть в темноте. Их глаза строением напоминают глаза ферволей, они также способны отражать свет. На самом деле всё вышеперечисленное присуще и ферволям, но вальфиры, в отличие от последних, не способны изменять своё тело. Подробнее о ферволях (людях-волках) можете найти в разделе: «Пограничные существа Северных Королевств».

Важным отличием является срок жизни: вальфиры способны жить столетиями, к сожалению, их точный возраст определить невозможно. Все источники указывают на то, что вальфиры не способны стареть.

Но самым главным отличием вальфиров является их рацион питания, якобы они не едят человеческую пищу, а только пьют кровь…

Из работ волшебника Нотью Каас

Глава 1

После нападения чёрных псов на Йор, Мелур уехал первым же кораблём. Его одолевали противоречивые эмоции, наверное, ещё не мог до конца прийти в себя. Во-первых, пришлось столкнуться с настоящими чёрными псами, героями страшилок прошлого. Во-вторых, его спасли феи, а Ко узнала бывшего пленника, но отпустила. Почему она так поступила? Ко пусть и общалась с ним в замке, но явно делала это из скуки, да и помогать она не планировала. При следующей встрече логичным было с её стороны убить сбежавшего повстанца, но она отпустила.

Мелур стоял на корме корабля, смотрел на беспокойную реку и чувствовал себя невероятно одиноким. Хотя, казалось бы, у него была цель, позади полный корабль людей, а внизу знакомый человек ― Старый Пит. Но как же сильно Мелуру не хватало прежней жизни, лучшего друга, времени, когда всё было куда проще!

Но какой смысл горевать о прошлом? Сейчас для Мелура оставалось только следовать выбранному пути. А иначе какой в этом всём был смысл? Только если у Мелура получится достать вторую часть артефакта, только в этом случае он сможет продолжить дело Ранта.

Мелур глубоко вдохнул свежий воздух. На обратный путь у него не было денег, однако с этим можно было разобраться позже. Например, продать что-то из своего оружия, хотя и не хотелось. Лук из красного дерева был подарен в качестве награды в конкурсе лучших стрелков, а меч из ильинской стали он купил сам, накопив за два года службы. Родись он высокородным, то было бы проще, но Мелур был простым деревенским парнем, который переехал в Йор и пошёл в стражу.

Корабль быстро нёс их по Чёрной Аде туда, где река соединялась с Малой Адой и превращалась в Великую Аду. Перед этим в Чёрную Аду также впадала Белая Ада. Мелур иногда гадал, кто вообще придумывал эти названия? Они поленились назвать притоки Ады как-то иначе?

Он слышал, что Чёрную Аду назвали так за тёмную воду, кроме того течение на севере реки куда более бурное. Если в низовьях Великой Ады спокойно занимались рыбалкой, то тут это опасное занятие. Чёрная Ада, к слову, возникала при соединении двух рек, однако эти реки бежали по территории Северных Земель и, кажется, даже не имели названий.

– Сложно будет на обратном пути… ― послышался незнакомый женский голос.

Мелур обернулся. Красивая и стройная, она словно явилась из королевского дворца. Мелур не был знаком с дворцовой модой, но такие откровенные облегающие платья явно могли себе позволить только городские модницы, и то если это столицы вроде Фартаата и Таморы.

Женщина повернулась к Мелуру и улыбнулась губами такими же алыми, как её платье.

– На улице стремительно теплеет. Вчера лил сильный дождь, сегодня, возможно, тоже будет. Из-за дождей скоро передвигаться по реке станет сложно.

– Я слышал, что они используют магов, когда Ада разливается, ― сказал Мелур. ― Ну, чтобы удерживать корабль.

Женщина кивнула.

– Всё так. И всё же будет опасно. Когда ты планируешь возвращаться обратно в Йор?

Мелур не знал, с чего эта женщина взяла, что он будет возвращаться. И вообще чувствовалось в ней что-то странное.

– Надеюсь, как можно скорее. А с чего вы решили, что я…

– Смотрите! Там пожар! ― закричал матрос.

Мелур и собеседница обернулись в сторону другого борта. Действительно, корабль уносимый попутным течением проносился возле горевшего городка или деревни, отсюда сложно было понять. Лишь столбы дыма зловеще нависали над отблесками алого.

– Идут опасные времена. Удача, конечно, всегда с тобой, Мелур. Но рисковать лишний раз глупо, ― и женщина отошла от борта.

Тут он сообразил, что не называл своего имени и так и не спросил, кто эта незнакомка. Обернулся, но женщина словно растворилась в воздухе.

***

Путешествие выдалось сложным, часто лил дождь, качка усиливалась, а Мелур понял, что у него морская болезнь. Потому оставшееся время на корабле пришлось провести с ведром в обнимку. Лишь ближе к пересечению с Белой Адой течение стало поспокойнее, да и дождь прекратился. Потому Мелур и Старый Пит без особых проблем сошли с корабля.

– Слишком стар я стал для таких путешествий, все кости болят, ― ворчал Пит, но он вечно что-то бубнил, Мелур научился не обращать внимания.

Йор в целом был весьма похож на некоторые города Ильинса, и всё же Шарц его поразил. Город расположился на стыке двух рек, здесь то и дело падал и поднимался уровень воды, а потому прибрежные дома стояли на сваях, словно огромные птицы на длинных ногах. Мелур даже боялся, как бы эти дома не снесло, конструкции вовсе не выглядели крепкими, хотя впечатление было обманчиво. Он знал, что даже весной, когда Ада особенно сильно разливалась, а течение наиболее быстрое, даже самые хлипкие на вид здания, оставались на месте.

Наверное, когда снег окончательно сойдёт, вода будет доходить до самых плинтусов. Хотел бы Мелур на это посмотреть. Город на бурно текущей реке. Ранту бы это точно понравилось. При мысли о мёртвом друге настроение резко упало.

Мелур и Старый Пит шли по длинному пирсу. Корабли раскачивались на волнах, кричали птицы, были здесь и небольшие рыбацкие лодки, однако те благоразумно вытащили из воды ― весной здесь, как и в Йоре, ловля рыбы представляла собой опасное занятие.

Мелур взглянул вниз, вода находилась ещё достаточно низко относительно высоты пирса. После чего перевёл взгляд дальше вдоль берега на странные, похожие на мельницы, сооружения.

– Это те самые знаменитые камнеловки?

Старый Пит кивнул, а Мелур присмотрелся к домикам вдоль реки с причудливыми деревянными и металлическими конструкциями. Мелур не знал, как именно устроены механизмы по сбору камней, но ему было известно, что благодаря таким вот сооружениям Шарц процветает. Всё дело в том, что из Северных Земель все притоки Ады несут особые минералы, также называемые кристаллами сарфита. Маги используют сарфит для своих магических штучек, а Ильинс вылавливает их в реках, собирает, очищает, затем отправляет кораблями ниже по течению через озеро Еол в Нирф, а далее те попадают в Город Кристаллов к магам.

– Хватит уже таращиться, ― опять ворчал Старый Пит. ― Идём, у меня всё болит. Если я упаду, то потащишь меня прямо на спине.

Мелур молча кивнул и пошёл вместе со стариком.

– Как придём к Сороке, будь вежлив, попытайся произвести хорошее впечатление.

Подобные слова от ворчливого Старого Пита звучали комично, но Мелур не стал ничего говорить. Старый Пит был из тех людей, с кем лучше не спорить и не ссориться.

– Хорошо.

На самом деле впечатление Мелур производить умел. Люди часто отзывались о нём, как о простом парне с доброй улыбкой, и он старался не разрушать этот образ, хотя не любил улыбаться, и вовсе не хотел выглядеть в глазах других деревенским простачком. Но, увы, рыжие кудрявые волосы и веснушки ассоциировались у других именно с такими людьми.

Мелур не считал себя гением, но он поднялся с самых низов, пошёл в стражи, медленно и уверенно продвигался в звании. Даже в сопротивление Мелур пошёл осознанно: он был недоволен текущим режимом и верил, что недовольство в обществе будет только расти, что люди взбунтуются, и всё изменится. А в таком случае нужно быть на стороне победителей, и желательно в числе первых. Уже после он ближе узнал Ранта, и они стали лучшими друзьями. Настолько, что сейчас, потеряв всё, Мелур не жалел о сделанном выборе, а цеплялся за соломинку. В память о Ранте он должен был добыть вторую часть артефакта.

Мелур машинально коснулся своей сумки. Часть Прыжка Бога практически не излучала магической энергии, что было на руку. И всё же рискованно носить такую вещь с собой, вот только ещё более рискованно спрятать её где-нибудь, а после обнаружить пустой тайник.

В скором времени они уже шли уже по твёрдой каменной брусчатке. Старый Пит вначале вёл его по оживлённым улочкам, потом завернул на полупустую.

– Жди тут, пока не позову.

И Мелур ждал, он ничего не спрашивал. Пит был с секретами. Говорили, у него тёмное прошлое. Через несколько минут старик поманил Мелура за собой.

За забором раскинулись ветвистые деревья, а также двухэтажный дом и несколько построек пониже. И прямо на дорожке стояла женщина, ожидая гостей. Мелур подобрался. Судя по всему, это была та самая Сорока, что помогала им доставлять вести из Ильвинса, та самая соломинка, за которую он так отчаянно цеплялся.

Глава 2

Сорока, пожалуй, оправдывала своё имя. Деревья перед домом мало напоминали сад, на голых ветвях, словно жуткие цветы, там и тут были натыканы гнёзда сорок, а последи этого «великолепия» стояла женщина с белой прядью в волосах, которые тоже в каком-то роде напоминали сорочье гнездо.

Мелур заранее знал, что отправились они к ведьме, и сейчас его магическое виденье это подтвердило.

– Добро пожаловать, я вас ждала.

– Ты, как всегда, всё и обо всём знаешь, да, Шай? ― с лёгкой улыбкой спросил Старый Пит.

Значит, это было её настоящее имя или его сокращение, однако все называли её просто Сорокой.

Женщина повернулась к Мелуру, метнув в него острый взгляд.

– А это тот самый Мелур?

Он кивнул и постарался приветливо улыбнуться. Разумеется, они передали ей весточку ранее, что заместитель Ранта и Авира собирается прибыть и обговорить дело, связанное с барьером Ледяного Замка.

– А ты не староват для всего этого? ― теперь уже Сорока повернулась к Питу.

– Ничуть. Но давай к делу.

– Ты же знаешь, что я не могу так сразу вести дела. А как же посидеть и поговорить за чашкой чая?

Он не расслышал ответа Пита. Сороки стрекотали в вышине деревьев, голые ветви зловеще тянулись к небу. Создавалось ощущение, словно они оказались в другом городе. До того Шарц был таким оживлённым, наполненным людьми, а здесь деревья, тишина, не считая птичьих криков, и пустое пространство. Краем глаза Мелур заметил, что не все птицы одинаковые: оказалось, среди сорок были также и вороны.

– Нравятся птицы? ― спросила Сорока.

Раньше он не задавался этим вопросом. Но сороки и вороны ему никогда особо не нравились.

– Да, ваш дом производит сильное впечатление, ― вполне искренне отозвался он, только добавил в голос положительных эмоций.

– В таком случае давайте пройдём в дом и обсудим ваши дела. Насколько я знаю, они у вас не очень. Рант попал во власть Морвиля, ваши силы разгромлены.

Сорока продолжала говорить, заходя внутрь. Дом был тёмным и мрачным, словно действительно гнездо Сороки. На столе уже дымился чайник.

– К сожалению, это так, ― согласился Мелур, заметив, что Пит замолчал. ― Однако, если вы нам поможете, всё может резко измениться. Но для этого нам нужна помощь вашей родственницы.

Они втроём сели за стол. Сорока заботливо наполнила кружки чаем.

– Она не совсем мне родственница. Не в таком смысле, какой вы вкладываете. И о чём же вы хотите её попросить?

– Не хочу показаться грубым, но, может быть, стоит обсудить это с ней лично?

– Вначале ― со мной, ― отрезала Сорока.

Мелур замялся, но всё же ответил:

– Существует артефакт под названием Прыжок Бога, вы о нём раньше слышали?

– Да, хоть и не очень много. Я, конечно, не какая-нибудь Этисса и никогда не была в Совете Магов, ― Сорока фыркнула. ― Но знания ― моя стихия. Существует несколько Прыжков, один из которых, говорят, в последний раз видели где-то в Лотсаате, один ― у королевской семьи в Фартаате, один хранился у Совета Магов, пока, по слухам, его не украли. А, точно! Я слышала, что вы перехватили Прыжок Бога, который везли к Морвилю. Однако затем феи Иссорга вас атаковали. ― Она сделала паузу, словно Мелур должен был восхититься её знаниями. ― Я слышала, что тебя пленили, а Прыжок у вас забрали.

– Не совсем так, ― ответил Мелур, сделав глоток чая. Ему нравилось, что Сорока тоже не знает всего. ― Прыжок разделился, у Морвиля его половина, у нас вторая.

– А, так это он у тебя в сумке?

Значит, Сорока тоже обладала магическим виденьем. Рискованно, очень. Мелур напрягся, ведь совсем ей не доверял, тем не менее кивнул.

– Вы хоть знаете, как он работает? ― хмыкнула Сорока.

– Да, но я бы хотел сверить информацию.

Сорока рассказала почти то же самое, что он знал. Прыжок Бога могут активировать только двое и только один раз, он способен доставить в любое известное место или к любому человеку.

– А тебе кто рассказал? ― спросила Сорока, закончив рассказ. ― Эту информацию не так легко найти.

– Авир. А ему ― Рант. Не знаю, откуда он узнал, ― нехотя ответил Мелур.

– Хорошо, я устрою вам встречу с моей родственницей, а ты расскажешь, что случилось с Рантом. Что-то здесь не сходится. Мне известно лишь о его смерти и о том, что он пытался спасти тебя, но где был в остальное время?

– Случайно воспользовался Прыжком, попал в Аданак, затем вернулся и спас меня.

– А сам погиб.

Мелур сжал зубы. Да, всё так и было. Потому он теперь должен сделать всё возможное, чтобы его последнее дело не пропало зря.

– А что ты будешь делать с самим Рантом, когда встретишь?

Об этом Мелур думать не хотел. Теперь Рант во власти Морвиля, он был мёртвой марионеткой. Ключевой смысл тут именно в том, что Рант уже мёртв. Потому Мелур намерен был избегать этой встречи столько, сколько возможно.

– Не знаю, ― честно ответил Мелур, выдохнув.

– Ладно, Ворона, ты всё слышала?

– Ага, ― послышался новый голос. После чего вниз по тёмной лестнице спустилась девушка в чёрной одежде. Мелур почувствовал, что она тоже была ведьмой. Ранее он отвлёкся на свои эмоции, а нужно было в первую очередь обратить внимание на дом Сороки, есть ли здесь ещё ведьмы или ведуны, а, может быть, и магические артефакты.

Ворона вышла на свет, и Мелур едва не рассмеялся: выглядела она действительно как ворона. Сорока и Ворона ― они тут решили специально собрать птичник? Девушка была примерно возвраста Мелура, вся в чёрном, с белой кожей и чёрными волосами до плеч. Часть волос убрана за ухо, благодаря чему хорошо видна была серьга с чёрным пером и шрам, пересекающий уголок тонких губ.

– Значит, вы хотите, чтобы я украла вам артефакт у могущественного чародея? ― Она усмехнулась, словно видела здесь какую-то шутку или, возможно, просто считала эту затею глупой. ― А мне какой смысл лезть в столь опасное дело?

– А что ты хочешь? ― спросил Мелур.

– Прыжок Бога. Хочу воспользоваться им.

– Он нам тоже нужен, ― возразил Мелур.

– Мне один раз. Найти одного человека.

Мелур взглянул на Сороку, её лицо было непроницаемым, потом на Пита, тот пил чай и молча слушал, словно не его это дело. Мелур вновь посмотрел на девушку в чёрном и кивнул.

– Хорошо.

Ворона улыбнулась уголком губ, тем, на котором красовался шрам.

Глава 3

В тот день Виоль устала и физически, и эмоционально, наверное, именно потому не вспомнила недавнее происшествие с Карлотом Вэн. Чародей тогда едва не убил Кая, а Виоль едва не убила Карлота. Тогда маги просто оставили эту проблему и отправились в путь, ведомые знаниями. К сожалению, эти знания привели к смертям двух и уходу одного из них к Морвилю.

Перед перемещением обратно они забрали тела с собой. Очутившись посреди Академии с мёртвыми телами, уставшие и измученные, они переполошили и учеников, и преподавателей с наставниками, и, конечно, Совет. В итоге буквально через час Виоль, Хельга, Фриар и Тил оказались перед Советом Магов.

Комната была небольшая и тёмная, перед ними на возвышении стоял стол, где и заседали шесть членов Совета Магов. Виоль с остальными пришлось стоять, хотя после всего произошедшего бывшая фея с трудом оставалась в сознании. Хельга тоже едва не падала, но уже от горя, Фриар часто её придерживал и шептал что-то успокаивающее. Тил молча стояла рядом с Виоль.

Виоль ещё раз окинула взглядом Совет Магов. Все они словно замерли на границе со старостью, но почему-то никак не хотели её переступать и окончательно становиться стариками. Разве что выделялась Кораль Тир ― ведьма была куда моложе всех остальных. Чуть скользнув взглядом в сторону, Ви поймала гневный взгляд Карлота Вэн. Тогда она и осознала свою ошибку: сама вернулась в место, которое теперь может стать новой ловушкой. Нести ответственность за произошедшее с Карлотом Вэн ей одной, ведь Кая с ними больше нет.

– Рассказывайте, что произошло. Откуда у вас Прыжок Бога? Как погиб Ваэм и Ильвия? И где Кайвиль? ― разнёсся строгий голос одного из магов. Его голова напоминала квадрат, особенно благодаря короткой чёрной бороде, очерчивающей челюсть, на висках виднелись седые пряди. Острый взгляд словно пытался прожечь дыру, но Виоль так устала, что ей было совершенно всё равно.

Фриар выступил вперёд и с лёгким поклоном начал:

– Уважаемый чародей Малиас Орт, ― ещё один кивок-поклон. ― Совет Магов. ― Ещё пауза. Фриар выглядел уверенным и собранным, словно ничего и не случилось. ― Прыжок Бога принадлежит королевской семье, потому вынужден попросить его вернуть. Что каса…

– Кому вернуть? Тебе? ― хмыкнул Малиас, перебив.

– Нет, королевской семье. Я, как вам известно, больше ей не принадлежу, ― спокойно ответил Фриар. ― Что касается нашего перемещения, признаю, что мы поступили необдуманно. Знаю, Совет Магов на запросы Хельги и Ваэма о гибели родителей, отвечал отказом, но, поймите, незнание невыносимо, тем более для магов, всегда жаждущих знаний.

– Да-да, ты складно говоришь, Фриар Лаорс, но ближе к делу. Ты не у себя во дворце, а мы не твоя публика. Как погибли Ваэм и Ильвия?!

Виоль заметила, как у Фриара дёрнулась рука, тем не менее он также спокойно продолжил:

– Мы узнали, где погибли родители Ваэма и Хельги, отправились в Волчью, а там на нас напали. Из Чёрного Камня вышла женщина, назвавшаяся Стеллессой, она убила Ваэма и Ильвию, вместе с ней были чёрные псы.

Совет Магов охватило волнение, они стали перешёптываться. Но тут Малиас ударил рукой по столу, и все умолкли.

– Как вы узнали о Волчьей?

– С нами две из трёх Вестниц, с их помощью смогли узнать. Но само по себе присутствие Вестниц явный знак. Три Вестницы всегда направляют, и мы просто направились по пути, указанному Судьбой.

Взгляд Малиаса метнулся к Тил и Виоль, но, словно их статус Вестниц не имел значения, он тут же продолжил.

– То есть ты хочешь сказать, что во всём виновата сама Судьба? ― хмыкнул Малиас.

– Я не утверждал этого, лишь указал на то, что мы восприняли Вестниц как её указание.

– Он что-то недоговаривает, ― сказала Кораль Тир. ― Позвольте, применю дар.

– Позволяю, ― кивнул Малиас.

Фриар вновь непроизвольно сжал руку и посмотрел на ведьму. Та едва улыбнулась, после чего Виоль почувствовала магическое воздействие. Это напоминало паука, который вытянул свои лапы и схватил жертву. Прежде, когда Кораль ощупывала эмоции других, ничего подобного не было, сейчас же Ви явно заметила прямое воздействие на Фриара.

– А теперь говори, что ты скрываешь. Как вы узнали о Волчьей?

И Фриар рассказал о дневнике Морвиля. Совет Магов зашептался. Они спросили, как они его получили. И Фриар рассказал о человеке в Городе Кристаллов по прозвищу Старьёвщик. Виоль смотрела на это с нескрываемым ужасом. Чем воздействие Кораль Тир отличалось от магии Морвиля? Ведь он сам применял подобные силы к бывшей фее.

– А что с Кайвилем? ― спросил Малиас Орт.

– Он ушёл с Морвилем. Во время битвы Морвиль появился вместе со своими феями и сражался со Стеллессой.

– Ха, я так и знал! ― воскликнул Карлот Вэн. ― Позвольте, теперь я выскажусь.

Малиас кивнул, а безумный чародей Карлот Вэн жутко улыбнулся.

– Уважаемый Совет Магов, я уже рассказывал, как Кайвиль и Виоль на меня напали и чуть не убили. Я был ранен и едва не умер, к счастью, видимо, наш Ваэм смог отговорить их от моего убийства, потому как очнулся я уже исцелённым. Сейчас мы услышали, как Кайвиль ушёл с Морвилем, то есть со своим отцом. Здесь не нужно больше лишних слов. Но ведьма Виоль перед нами, вот только она не ведьма вовсе, я сам видел, как она использовала стихию льда. Испытал эту магию на собственном теле!

Ви перевела на него уставший взгляд, жалея, что тогда не убила этого мерзкого старика. Ведь не будь его, не было бы и свидетеля, что подтвердил бы использование магии льда. Да, разумеется, глупые мысли, нельзя было его убивать, Кай был прав, но как же она устала… Как же проще было бы просто убить всех неугодных…

– Она ведьма, ― возразила Кораль Тир.

– Значит, она использовала какой-то неизвестный нам артефакт. Я не видел у неё кристаллов, а то, как она двигалась и сражалась, совсем не соответствует нашим данным!

– Я могу проверить, если позволите, ― сказала Кораль Тир.

Совет Магов согласно закивал, а Виоль в ужасе поняла, что с ней сейчас поступят, как с Фриаром, как до того делал Морвиль, а потому шагнула вперёд и громко заявила:

– Карлот Вэн лжёт!

Эта фраза произвела огромное впечатление. Маги явно были шокированы таким поведением, а Карлот Вэн вскочил со стула и воскликнул:

– Да как ты смеешь?!

– Смею, потому что не могу терпеть ложь и несправедливость! ― воскликнула она и, видя красное лицо Карлота, быстро продолжила: ― Я спасла от него Кая! Этот чародей хотел его убить просто за то, кем он являлся. Разве можно убивать других людей без доказательств? Просто за то, что они приходятся кому-то родственниками? Карлот Вэн ― член Совета Магов, и не имел права поступать столь беззаконным образом!

Виоль сама удивилась, откуда у неё появилось столько сил, но она в каком-то виде просто подражала Фриару, только в отличие от него, сил сдерживать эмоции у неё сегодня не было, а потому она не только давала им волю, но и вкладывала другие. Те, что накопились за этот долгий день. И, к счастью, её речь достигла цели.

– Как ты смеешь? Это ложь! ― закричал Карлот.

– Нет, ― ответила ведьма Кораль Тир. ― Она говорит правду.

Совет Магов зашептался, поглядывая теперь на Карлота, потом на Виоль. А Ви чувствовала себя победительницей, ей удалось убедить Совет, что среди них есть лжец и безумец.

– И всё же, что ты использовала? ― спросил чародей Малиас Орт, в его глазах мелькало подозрение.

Виоль замолчала, что она могла придумать? Да и какой смысл, ведь Кораль Тир всё равно могла распознавать ложь. Виоль не успела придумать выход из ситуации.

– Кораль, прошу тебя, ― сказал Малиас Орт.

Виоль напряглась, ожидая, что будет говорить против своей воли, она собиралась сопротивляться, но… Всё было иначе, внезапно Виоль сама почувствовала необходимость обо всём рассказать, она ощущала, что это наилучший выход из ситуации, просто рассказать правду. И бывшая фея начала рассказывать.

– Дерьмо… ― прошептал Фриар.

Виоль рассказала, как служила Морвилю, как во время миссии случайно перенеслась в другое королевство и подружилась с врагом, как хотела помочь, но по итогу друга убили, а фея лишилась крыльев. История получилась быстрой и сухой, но иного от неё и не требовали.

– То есть как? ― спросил кто-то из Совета, когда рассказ был закончен. ― Как это ты была феей?

– Ты и сейчас ему служишь? ― истерично воскликнула какая-то женщина.

– Нет, я предала Морвиля, он лишил меня крыльев. Однако у меня осталась возможность использовать силу фей, ― повторила Виоль, совершенно не понимая, как Совет мог прослушать такую важную часть её рассказа.

– Но одновременно ты и ведьма, верно? ― спросила Кораль Тир.

– Да.

– Ясно, ― вздохнул Малиас. ― Думаю, все со мной согласятся. Хельгу и Фриара выгнать из Академии, у них есть дипломы, не пропадут, но они подвели нас и не имеют права больше здесь находиться. Тил может поступать, как хочет. Она ещё ребёнок. Впрочем, Кораль, ты как раз можешь заняться перевоспитанием. Что же касается Виоль, она останется у Совета Магов.

К этому моменту Виоль уже пришла в себя, чары спали, и она чувствовала невероятную злость на Кораль Тир. Но та была спокойна, словно ничего и не сделала. Виоль мечтала, чтобы однажды кто-то применил подобные чары против самой Кораль.

– Вы оставите её у себя, как диковинку для изучения? ― возмутился Фриар. ― Она же тоже человек! Такой же маг, и не её вина, что попала под влияние Морвиля.

Только после слов Фриара Виоль поняла, что её ждёт. Нахождение взаперти, пристальное изучение этими неприятными людьми, возможно эксперименты не лучше, чем у Морвиля. И никто в том не виноват, кроме неё самой.

– Совет Магов заботится о всеобщей безопасности. Она может быть опасна, Фриар Лаорс, ― сказал Малиас. ― Кораль Тир, прошу тебя, уладь это. Нам не нужно, чтобы они противились и навредили сами себе.

Виоль отступила назад, в её руках уже начал формироваться лёд, хотя те почти не слушались, но в тот же момент пришло спокойствие, смирение, она перестала сопротивляться и была готова идти, куда скажут… Чары тут же исчезли, как только Тил взяла её за руку, второй рукой девочка ухватилась за Фриара. Гнев и усталость вновь накатили на Ви холодной волной. Отвратительная магия!

– Прекратите, ― прошептала Тил, крепче сжимая руки Фриара и Виоль. ― Прекратите! Хватит отнимать моих друзей!

– Тил, послушай, ты ещё мала, чтобы понять… ― начала Кораль Тир и даже приподнялась с кресла.

– Я достаточно взрослая, чтобы понять, что вы поступаете несправедливо!

– Кораль, успокой её, ― прорычал Малиас.

– Я не могу, ― Кораль покачала головой. ― Она обладает защитой от любых магических воздействий.

– Не ребёнку диктовать Совету Магов, ― начал Малиас, плохо сдерживая раздражение. ― Не приятно это говорить, но мы должны…

Раздался стук в дверь, и в комнату забежал запыхавшийся маг. Он подбежал к Малиасу и тихо что-то прошептал. Глаза Малиаса Орт расширились.

– Она уже здесь? ― спросил он. И в ответ ему кивнули.

В следующий момент дверь открылась. В комнату зашла темноволосая женщина со змеёй на плечах. Виоль далеко не сразу её узнала.

– Здравствуйте, уважаемые члены Совета Магов. ― Этисса кивком головы поприветствовала всех присутствующих. После чего направилась прямо к Виоль с остальными, а затем встала чуть в стороне, так, чтобы оказаться между ними и Советом Магов, как третья сторона.

– Этисса… ― произнёс Малиас, голос его больше не был грозным, скорее растерянным и недовольным.

Этисса Аэс Лас ничуть не изменилась, разве что теперь была одета в чёрное длинное платье, и выглядела словно моложе. В прошлый раз она показалась старше, сейчас же Виоль поняла, что ей, наверное, около тридцати пяти. Вестница Будущего стояла прямо и гордо, её тёмные волосы были убраны назад и струились по спине тяжёлыми волнами, а руку и шею обвивала чёрная змея. Именно Этиссса когда-то сказала Виоль взять Тил с собой, именно она знала о том, что Виоль тоже ведьма ещё до того, как та узнала об этом сама. Вестница Будущего явно заранее предвидела их с Ваэмом путешествие, но почему же она не видела его смерть? Этисса предупредила, чтобы он позаботился о Тил, но почему не предупредила его о смерти?

– Рада видеть вас всех в добром здравии. ― Этисса заскользила глазами по членам Совета Магов. Особенно долго она смотрела на Кораль Тир, ведьма из Совета потупилась.

– Что ты тут делаешь? ― спросил Карлот Вэн.

– Согласно законам Совета Магов, бывший член Совета, ушедший по своей инициативе, может прийти в Академию Кристаллов в любой момент. Если выразиться точнее, нет закона, который бы мне это запрещал.

– Допустим. Но… Должно быть, у тебя есть веские причины прерывать нас в такой момент? ― спросил Малиас.

– Разумеется, ― Этисса уверенно кивнула. ― Я здесь по вопросу Вестниц. Как вам известно, я самая старшая из Вестниц, а две другие прямо перед вами. Я лично хочу стать их наставницей и далее буду нести ответственность за все действия Вестницы Прошлого и Вестницы Настоящего.

Совет Магов зашептался, а Этисса обернулась к Виоль с Тил и улыбнулась. Её чёрная змея лизнула воздух, продолжая смотреть на Совет.

– Этисса Аэс Лас, это невозможно, ― начал Малиас. ― Ты отсутствовала несколько лет, а Виоль и Тил находятся в наставничестве Кораль Тир, кроме того, обе уже успели попасть в весьма неприятную историю.

– Я знаю, что случилось. И оно должно было случиться, к сожалению. Это неприятное происшествие сможет обеспечить успех в будущем.

Совет Магов явно был встревожен.

– Расскажи подробнее, ― попросил Малиас.

Только сейчас Виоль поняла, что Совет Магов уважал Этиссу и её видения. Даже Малиас Орт, до того уверенный и резкий, сейчас стал заметно тише. Виоль взглянула на Тил, та тоже подняла голову. Интересно, а они смогут влиять своими видениями на людей вокруг также, как Этисса? Скорее всего, нет, потому что больше всего людей страшило именно будущее.

– К сожалению, не могу, ― Этисса вновь медленно кивнула, видимо, это был какой-то знак уважения. ― Однако Тил и Виоль должны исполнить свою роль. Вестницы должны рассказывать, что видят, и направлять людей. Мы не вправе сдерживать эти силы, они выше любого из нас.

– Мы посоветуемся и примем решением путём голосования, ― сказал Малиас.

– Однако Карлот Вэн принимать решение не может, он предвзят, ― заявила Этисса.

Виоль удивилась. Значит, Этисса знала и об этом?

– Хорошо, ― нехотя ответил Малиас.

– Кроме того, прошу пересмотреть ваше мнение относительно Хельги и Фриара и также вынести это на голосование. Потому как теперь у них личные счёты со Стеллессой. Двое амбициозных магов не повредят в грядущей войне.

– Этисса, мы тебя услышали. Попрошу вас освободить Круглую комнату.

После чего Виоль, Тил, Фриара и Хельгу перевели в другое помещение, а Этисса вышла следом.

– Не волнуйтесь, идите отдыхайте в свои комнаты, это затянется. Но я сделаю всё, что в моих силах, обещаю.

В конце Этисса одобряюще улыбнулась. Виоль никак не отреагировала, как и Хельга с Фриаром, они все устали. Но вот Тил резко подняла голову и с вызовом посмотрела на Вестницу Будущего.

– Зачем ты это делаешь?

– Вестницы должны оберегать друг друга, ― ответила Этисса, вновь мягко улыбнувшись.

– Херня! Ничего мы друг другу не должны. И вот эти двое вообще не Вестницы!

Тил была весьма резка, и Виоль не очень её понимала. Зачем провоцировать единственного человека, который на их стороне?

Вестница Будущего тяжело вздохнула и чуть наклонилась к Тил.

– Ты больше всех должна понимать. Иногда мы сильно привязываемся к тем, кого видим в видениях, ― последние слова Этисса прошептала. Затем выпрямилась, из-за чего чёрная змея с недовольством зашевелилась. ― Должен же хоть кто-то о вас позаботиться. Идите отдыхайте уже.

Глава 4

Хельга думала, что их вышвырнут из Академии, но этого не случилось: внезапно явилось спасение в лице Этиссы Аэс Лас. Впрочем, Хельга была в таком состоянии, что всё это припоминалось смутно. Следующий день она не вставала с кровати. За окном лил дождь, затапливая улочки, её же глаза, напротив, высохли и больше не были способны на слёзы. Новый день чародейка тоже хотела провести в постели, но заявился Фриар и бесцеремонно вытащил её из комнаты.

– Я не вижу смысла, ― честно призналась она, медленно шагая по знакомым коридорам.

– В чём?

– Во всём. Мы проиграли, нужно признать поражение.

– И двигаться дальше, ― добавил Фриар.

– Куда? После всего путь в Совет Магов нам заказан. Я не понимаю, зачем они вообще оставили нас тут. Или стать очередным придворным магом? Ага, ты ещё попробуй. Все места заняты. Да и какой в этом смысл? Я не вижу ни в чём смысла.

Фриар промолчал, а они ещё немного погуляли.

– Пойдём в комнату Ваэма, ― вдруг сказала Хельга. ― Его вещи же не выкинули?

– Нет, я попросил пока ничего не трогать.

– А когда… ― Хельга сглотнула. ― Когда его будут…

Она вновь замолчала, не зная, как подобрать слова.

– Завтра, ― ответил Фриар.

Они молчали, пока не добрались до комнаты. Хельга зашла внутрь и застыла, Фриар тоже. Но он всё же двинулся первым, подобрал со стула чёрный плащ, каких у Ваэма было штук десять, и долго держал в руках. Хельга вспомнила, как Ваэм недавно укрывал её плащом в библиотеке. Это был этот плащ или тот, в котором волшебник погиб?

Потом она перевела взгляд на Фриара и поняла, что не одной ей тяжело. Да, он держался лучше, но сейчас на его лице отражалась такая же буря эмоций: печаль, тоска и что-то ещё. Хельга подошла ближе и приобняла его за руку, тоже уставившись на плащ.

– Они всё равно всё здесь уничтожат, возьми его себе, ― сказала Хельга.

– А ты?

Она потянулась к кристаллу связи, но быстро одёрнула руку. Увы, но заклинание теперь бесполезно. Хельга сделала его в то время, когда они с Ваэмом пытались построить отношения, такие вещи могут заработать только из-за сильных чувств между двумя людьми. Нередки случаи, когда кристаллы связи переставали работать со временем, но их сарфиты работали, даже когда они расстались. А теперь они бесполезны.

Хельга и Фриар пробыли в комнате Ваэма до темноты, вспоминая волшебника и иногда дотрагиваясь до каких-то его вещей. Хельга взяла со стола пачку агиса, когда появился лунный лис.

– Ваэм был бы вами недоволен, ― покачал головой Алок. ― Почему вы так долго тут сидите? Будь Ваэм здесь, он бы предложил вам напиться. А ещё забрать как можно больше вещей, что вам нужны, всё равно это сожгут. Или вам нужен только этот жалкий плащ?

– А тебе откуда знать, чего хотел бы Ваэм? ― резко отозвалась Хельга.

Алок посмотрел на неё своими жёлтыми глазами, а потом отвернулся и исчез.

Зачем вообще Ваэм передал ей контракт? Теперь Алок будет вечным напоминанием о том дне. Хельга опустила взгляд на руку, там красовалась метка в виде полумесяца. Но через несколько секунд она осознала, что всё же была не права. Ваэм и Алок в чём-то были похожи, и лунный лис провёл с волшебником достаточно времени, чтобы знать, что сказал бы Ваэм в такой ситуации.

– Пошли отсюда, ― сказала Хельга со вздохом.

Фриар кивнул, взял с собой плащ. Хельга вышла без вещей, лишь продолжала сжимать в руке пачку агиса, за который она так часто ругала Ваэма.

***

На следующий день опять лил дождь. Хельга открыла окно и медленно курила агис. Вначале ей было неприятно, но сейчас, благодаря запаху дыма и чувству расслабленности, создавалось ощущение, словно Ваэм где-то рядом. Как же сильно она жалела, что была столь строга к себе и к нему. Да, Ваэм ей изменял, поэтому они расстались. Но пусть уж так, чем его смерть.

Раздался стук в дверь, Хельга затушила агис, пошла ближе, но прежде чем открыть, спросила:

– Кто?

– Я.

Голос Фриара. Хельга открыла.

– Как ты? ― спросил он.

Она пожала плечами.

– Идём прогуляемся?

Хельга вновь пожала плечами. Но согласилась выйти.

– Я всё ещё не понимаю, зачем всё это… Лучше бы нас просто выгнали.

«И я погибла бы в какой-нибудь канаве», ― про себя закончила она предложение.

Хельга нервно захихикала. Как же эти мысли были недостойны мага!

Фриар с опаской остановился и придержал её за руку.

– Хельга… посмотри на меня.

Она с неохотой повернулась и устало встретила его яркие фиолетовые глаза.

– Смотрю.

Но что бы ни собирался сказать Фриар, он не успел. Из-за угла показались две знакомые ведьмы.

– А вы куда? ― спросила Хельга, словно если она потеряла смысл жить, то и все остальные тоже.

– К Этиссе, потом будем доказывать свою полезность перед Советом Магов, ― ответила Виоль.

– А ещё они хотят заставить Виоль пройти какие-то процедуры… Жуть, ― произнесла Тил.

– Ничего страшного, Этисса сказала, что это мне не навредит.

Хельга заметила, как другие маги косились на них, а двое откровенно перешёптывались. Она вспомнила, что нечто похожее случалось с ней в прошлом. Когда погибла её мать, Хельге было тринадцать и жила она в Городе Кристаллов. Её забрали из дома и отправили в специальный приют для детей магов. Хельга пыталась держаться, делать всё правильно, но в результате дети в приюте сплетничали и сторонились её, повторяя за взрослыми. А как иначе, когда мать Хельги погибла при столь необычных обстоятельствах? Чародейка делала вид, что не замечает. Может быть, поэтому подружиться там ни с кем не вышло. Даже когда пересуды утихли, всё время Хельга проводила за книгами в одиночестве.

В пятнадцать она попала в Академию Магии. Здесь тоже первые недели преподаватели и ученики перешёптывались, но не так сильно, как раньше. Проблема была в том, что чародейка совсем разучилась общаться с людьми. И Хельга просто старалась изо всех сил быть лучшей, быть как её мать. Спустя неделю Хельга познакомилась с Фриаром, он был таким же чужим и одиноким. Общение завязалось случайно, и ещё неделю они обменивались лишь несколькими фразами в день. А потом в Академии появился Ваэм, и это было подобно урагану. Он присоединился к Хельге с Фриаром, потому как у него в том происшествии погиб отец. Позже Хельга узнала, что буквально через год Ваэм потерял и мать, но, вместо того чтобы пойти в приют, сбежал и жил на улице. Однако на нём горести жизни словно не оставляли отпечатка, Ваэм всегда был весёлым и каждый раз оживлял их с Фриаром компанию. С тех пор они трое так и держались вместе, а теперь…

Хельга оглянулась. Остался только Фриар и две ведьмы, которых она практически не знала, которые никогда не заменят им Ваэма.

***

Вечером провели церемонию прощания. На церемонию они пошли все вместе, их небольшой и такой разной компанией. На входе в зал по обе стороны стояли вазы с цветами акшамора. Этот цветок с давних времён считался погребальным. Состоящий из множества лепестков и с сердцевиной цвета этих лепестков, акшамор бывал чёрный и белый. По обеим сторонам входа как раз и расположились одна ваза с чёрными цветами, другая ― с белыми. Хельга взяла белый и первая направилась к гробу. Компания за её спиной задержалась, были слышны шепотки, но чародейка не обращала внимания.

Ваэм лежал в гробу, непривычно бледный и спокойный. Вокруг уже было множество белых и чёрных цветков. Она опустила свой цветок рядом с его лицом и чуть коснулась щеки, вздрогнула от жуткого холода и сразу обрала руку. Хельга глубоко вдохнула, стараясь не заплакать вновь, сосредоточила внимание на цветах. Чёрные акшаморы от тех, кто почти не знал умершего. Белые ― от близких и друзей.

Мельком Хельга подумала, что слишком много здесь белых, кто их сюда положил? Белые акшаморы могли принести только они с Фриаром, больше никто. А потом нервно усмехнулась. Ваэм не любил белый, он обожал чёрный, и если бы сам организовывал свои похороны, то запретил бы белые вообще.

О чём она думала? Сейчас ей предполагалось мысленно прощаться с умершим, а затем отойти, чтобы не задерживать очередь, маги не любили долгих прощаний. Но ей не хотелось уходить, чародейке хотелось, чтобы Ваэм ожил.

Почему она тогда не позволила Каю его вернуть? Да, Ваэм бы злился, но он был бы по-прежнему с ней!

Хельга не запомнила, как отошла от гроба и уселась на скамью. Мельком видела, как подходили опускать цветы Фриар, Виоль и Тил, как садились рядом. Не слышала, как выходил кто-то из членов Света. Были слова, кто-то даже заплакал, а она ― нет. Кажется, Хельга превратилась в мёртвый камень. Лишь однажды она ожила, когда почувствовала тёплую руку Фриара и ободряющий кивок.

А после церемонии Хельга ушла в библиотеку. Она открыла одну книгу, потом вторую, но смысл слов ускользал. Тогда чародейка подошла к знакомому стеллажу и прощупала тайник Ваэма, там оказалась ещё коробка агиса. Хельга достала сарфит с заклинанием специально для курения агиса и затянулась. И впервые за последние дни, смотря за ливень за окном, Хельга смогла расплакаться.

Глава 5

С тех пор как Фортуна рассказала Ранту о том, что случилось возле Чёрного Камня, она больше не появлялась. Иногда он смиренно ждал, иногда окликал богиню в пустоту, но ничего не менялось. Ко тоже не приходила, судьба брата оставалась для него неизвестной.

Как там Авир? Наверняка сходил с ума! Рант уже давно мёртв, Авиру же это в новинку.

Дни тянулись медленно, а недожизнь в этой комнате казалась всё нестерпимее. Ранту оставалось только прокручивать раз за разом события смерти брата, а потом всё, что он видел вместе с Фортуной, и последний её рассказ о появлении Стеллессы и столкновении её с Морвилем. Всё чаще он думал о некроманте не как о практически всемогущем враге, а как о человеке с человеческими слабостями.

Иногда Рант старался отвлечься, брал в руки книги, которые читал уже несколько раз. В те моменты мысли его уносились в чужие истории, временами в давно знакомые. Особенно часто он думал про Ледяную Королеву, раз уж теперь выяснилось, что она была реальной. Раньше Рант любил эту сказку, но сейчас история омрачалась существованием её персонажей в реальности. Иногда Рант гадал, почему в историях про Ледяную Королеву не было Белой Королевы? В серии сказок было много женских персонажей, начиная с самой знаменитой ― предательницы Герды. На втором месте находилась Маленькая Разбойница. В одном из приключений своевольная девчонка приглянулась королеве, и Разбойница стала её помощницей. На третьем месте была Синевласка ― ведьма с синими волосами, способная понимать животных, советница и помощница Ледяной Королевы. На третьем месте шла Злодейка-Чародейка с лунной лисой, у неё не было другого имени. Рант мог бы предположить, что это могла быть Белая Королева, но не слышал, чтобы у Стеллессы была лунная лиса, да и чёрные псы в этих историях были никак не связаны со Злодейкой-Чародейкой. Чёрные псы выступали отдельным жутким врагом, что взялся словно из ниоткуда. Так куда же пропала Белая Королева, если они с Ледяной были сёстрами?

В тот день за окном вновь лил дождь, а в небе сверкали молнии. Казалось, Норг просто тонул в воде и грязи. Рант как раз смотрел в окно, погрузившись в странное состояние, когда послышались шаги. Бывший принц обернулся, заметил, как мимо двери прошёл какой-то парень. Потом остановился, вернулся обратно, взгляд его остановился на Ранте.

Рант с удивлением узнал Кая. По правде говоря, он не понимал, как относиться к этому парню, но уж точно не воспринимал его как врага. Наверное, сказалось то, что Кай был вместе с Виоль и Ваэмом в той небольшой команде магов. Вот только, если он здесь свободно разгуливал, что это могло означать?

– Здравствуй, ― сказал бывший принц, немного растерявшись. А потом он вспомнил слова Фортуны.

Как она говорила? «Нужно немного удачи, чтобы он тебя нашёл». Или вроде того. Значит, этот момент настал, а потому Ранту ни в коем случае нельзя было упустить выпавший шанс. Если этот маг всё же не враг, значит, мог стать союзником.

– Здравствуй, ― эхом откликнулся Кай. ― А ты кто?

– Рантариэл, ― не подумав ответил он. Видимо, Фортуна столь часто называла его полным именем, что теперь он сам стал так представляться. ― Рант, просто Рант. Можешь звать меня так.

– А я Кай. Кайвиль, если полностью, но не очень люблю полное имя. Ты тоже? ― Кай всё ещё стоял в коридоре, опасаясь неизвестно чего.

Скорее наоборот, Ранту нравилось полное имя, но он вынужденно его отбросил.

– Не совсем. Ты можешь зайти, я не могу навредить обитателям этого замка. Я пленник Морвиля и полностью в его власти, ― с горечью сказал он.

Кай приподнял бровь, осмотрел Ранта, потом нерешительно зашёл внутрь.

– То есть ты мёртв, я правильно понял? ― уточнил он.

– Да.

– Оу… ― Кай ещё раз скользнул взглядом и остановил его на руке.

– Ах, это… ― Рант приподнял руку, ладонь которой больше не скрывала перчатка. ― Это проклятье чёрного пса.

Рантариэл старался быть открытым и дружелюбным, и, кажется, пока это работало.

– Ого! ― Кай не скрывал своего удивления.

А теперь нужно сменить тему, не меняя тона, перейти к сути, узнать, что знал этот юный некромант.

– Ты не знаешь, долго ли мне ещё ждать своей окончательной смерти? ― спросил бывший принц. ― Одному в пустой комнате можно сойти с ума.

Кай окинул взглядом комнату и явно заметил стопку книг на столе, но ничего не сказал.

– Я могу приходить, чтобы тебе не было скучно.

– Я бы лучше предпочёл свободу, ― честно ответил Рант и сам удивился. Обычно его мысли были лишь о смерти, окончательной, а тут он вспомнил о свободе. Наверное, это Фортуна подарила ему призрачную надежду, как бы сильно он не ненавидел её за бездействие в нужный момент. Тем более не зря же она направила сюда Кая. Шанс должен быть. Для него и для брата.

Кай на несколько секунд задумался.

– И всё же кто ты? Может быть, самый ужасный из преступников?

«Самый ужасный из преступников твой отец», ― мысленно ответил Рантариэл голосом полным яда.

– Сын короля Финлина мудрого, ― спокойно продолжил он вслух. ― Морвиль ненавидит мою семью и хочет стереть все её следы. Он убил моего отца, а сейчас убил и меня с братом. Авир, мой брат, тоже где-то здесь.

– Я поищу твоего брата.

– Спасибо.

– Ты хочешь ему отомстить? Морвилю.

Кай спросил это спокойно, с долей сочувствия, внимательно наблюдая за реакцией Ранта. Бывший принц быстро вспомнил, что вначале Кай тесно общался с магами и Ви, которые также мечтали отомстить Морвилю. А сейчас он в замке, разгуливал, как у себя дома, значит, Морвилю не враг. Но при этом словно бы с пониманием относился к ненависти Рантариэла.

«Да что же творится в твоей голове?» ― мысленно спросил бывший принц.

– Хотел. Теперь это невозможно, ― ответил Рант, после небольшой паузы.

– Возможно, я могу тебе помочь, ― вдруг сказал Кай. ― Давай заключим сделку. Ты поможешь мне с одним делом, а я после этого помогу тебе освободиться, если это дело удастся.

– Что за дело?

На секунду Кай отвёл взгляд, и Рант понял, что ему самому нелегко озвучить решение.

– Видишь ли, я тоже некромант, и я хочу научиться забирать людей из-под власти другого некроманта. А в идеале сделать так, чтобы они вовсе не зависели от воли возродившего их некроманта, то есть практически полностью оживлять людей. Если у меня получится, ты можешь быть свободен, однако… Это риск, ты можешь даже погибнуть.

– Я уже мёртв, ― привычно ответил Рант. ― Хорошо, я согласен. Но если у тебя получится, то ты освободишь и моего брата. А если у тебя не получится, и я окончательно умру, то ты всё равно сделаешь всё возможное, чтобы его освободить.

– Хорошо.

Он сомневался, что этот парень сможет полностью его оживить. В конце концов, Рант о таком прежде не слышал, и если уж Морвиль этого не умел, то у Кая и подавно не получится. Что же касается перехода мертвеца от некроманта к некроманту, это казалось более вероятным и пусть всё ещё неприятным, но если выбирать между Морвилем и Каем, то уж лучше второй.

Глава 6

Малиас Орт сделал аккуратный порез на её бледной руке.

– Больно? ― спросил он.

Виоль смотрела на алую кровь. Такую, как у всех людей.

– Да, феи чувствуют боль, ― ответила она.

– Хорошо, а так?

Затем Малиас провёл ножом по одному из её шрамов. Виоль показалось, словно её облили кипятком. Не совладав с рефлексом, она выдернула руку и сама удивилась собственной реакции. Почему сетка шрамов, что осталась от её крыльев, столь нежна?

– Вижу, ― сказал Малиас, а Ви уловила в его взгляде блеск удовлетворения.

Она бы многое хотела сказать. Например, что у фей нет таких же шрамов, так зачем он это проверил? Но Виоль молчала. Кажется, она прекрасно научилась видеть людей. Малиас ненавидел Морвиля почти так же, как Карлот Вэн, но если ненависть Карлота походила на шторм, то у Малиаса это были тлеющие угли.

Орика Нор, женщина с южным разрезом глаз и чёрными волосами до плеч, передала Виоль стакан с бирюзовой жидкостью. Бывшая фея подняла взгляд, надеясь, что Орика ответит на незаданный вопрос.

– Это яд, ― сказала она.

Виоль молчала. Яд, разумеется, пить она не собиралась. Хотелось вскочить, перевернуть стол, разбить каждую склянку и сломать каждый стул, а затем нанести несколько колотых ран членам Совета Магов, но бывшая фея лишь прикрыла глаза, а затем холодно спросила:

– И зачем он?

– Выпей, у нас есть противоядие. Но мы должны узнать, как на вас действуют яды.

Разумеется, Виоль не хотелось, но Этисса обещала, что Совет Магов не причинит ей вреда, а потому она выпила. Яд подействовал только через полчаса, Ви почувствовала головокружение и потеряла сознание.

Когда она очнулась, то пытки продолжились. Виоль рассказывала о собственной магии, показывала. Рассказывала о других феях, Морвиле. Её вновь травили. В итоге вернулась Ви совершенно разбитая и с желанием убивать.

В комнате Тил Виоль нашла Этиссу. Женщина тут же подошла к бывшей фее и мягко обняла.

– Извини, но иначе они соглашаться не хотели.

Бывшая фея отстранилась, ей не хотелось жалости от этой женщины. Всё она понимала, Совет Магов был слишком похож на того Морвиля, которого Ви знала сейчас. Виоль буквально променяла одну клетку на другую, но дальше это продолжаться не могло.

Виоль вытянула руку перед собой, на ней красовался металлический браслет с синим сарфитом. Совет Магов согласился дать отчасти свободную жизнь Ви только на трёх условиях: во-первых, участие в экспериментах, они хотели разгадать все секреты фей, во-вторых, не покидать Город Кристаллов без разрешения, в-третьих, ношение браслета, что указывал Совету Магов её местоположение. И довольно быстро Виоль поняла, что основная проблема заключалась в третьем пункте: созданный ими артефакт не снимался.

– Как это снять? ― спросила Виоль.

– Извини, ― сказала Этисса, опустив глаза. ― Я здесь бессильна. Думаю, даже Хельга не справится. Но даже если справится. Этого Совет ей точно не простит.

Виоль опустила руку и молча направилась к окну. Стремительно темнело, сверкнула молния. Погода за окном отлично отражала её настроение, и, если бы Этисса сегодня вела себя, как до этого, высокомерно и уверенно, Виоль бы точно сорвалась.

– Сёстры… ― произнесла Этисса. ― Некогда Вестницы называли друг друга сёстрами. Они всегда находили друг друга и заботились. Я, как старшая, должна была найти вас и позаботиться, извините меня. Это моя ошибка. Я сделала недостаточно.

– Сёстры, ― фыркнула Виоль. ― Ты нам в матери годишься.

– Этисса, ты сделала всё, что смогла, ― сказала Элки, прыгнув из пустоты на прикроватный столик. ― Бывают времена, как сейчас, когда невозможно сделать больше. А Виоль просто злится.

– Спасибо, Элки, ― в голосе Этиссы послышалась улыбка. ― Виоль, Тил, я буду всегда на вашей стороне, помните это. А вы просто будьте собой и, разумеется, Вестницами.

В голосе вновь послышалась мягкая улыбка. Виоль медленно выдохнула и развернулась. Бывшая фея прекрасно понимала, что Этисса их выручила и действительно заботилась. Но для Ви это было странно, они друг друга не знали, так откуда же здесь взяться доверию, откуда взяться тёплым чувствам? И всё же если на её стороне столь могущественный человек, к которому прислушивается даже Совет Магов, этим надо воспользоваться.

– Этисса, у меня есть план. И если у меня получится осуществить одну его деталь, если ты мне поможешь… Если уговоришь Совет Магов отпустить меня против их злейшего врага…

Виоль остановилась. Слишком много «если», она сама это прекрасно понимала. Но каждое «если» ― это возможность.

Этисса кивнула.

– Мои двери для вас всегда открыты, и я всегда выслушаю любую вашу инициативу. Приходи, как будешь готова, ― Этисса развернулась и вышла.

Виоль вздохнула, понимая, что совсем недавно осуждала Тил за резкость с Этиссой, а сама только что поступила также.

Глава 7

Ледяной Замок мало изменился за эти годы, Виоль его быстро узнала, как и Ильвиена, а вот темноволосого подростка признать было практически невозможно.

Ильвиен чуть толкнул его вперёд, улыбнулся, мол, смелее.

Перед ними в комнате стояли ещё трое подростков. Брата и сестру Виоль узнала по красноватому цвету глаз, как у Ильвиена, как у Кая. А тот, кто был рядом с Нариэт и Сильвером тоже кого-то сильно напоминал, но Виоль не успела зацепиться за эту мысль.

― Ваше высочество, ― поприветствовал Ильвиен. После чего обратился сразу к троим: ― Это Морвиль, ― представил он темноволосого юношу. ― Позаботьтесь о нём, он потерял своих родителей, так что теперь будет с нами, ― Ильвиен взглянул на брата и сестру, те заинтересованно смотрели в ответ. ― Морвиль, мои дети ― Нариэт и Сильвер. И его высочество наследный принц Финлин. Надеюсь на вас, не обижайте его.

Ильвиен удалился, а потерянный Морвиль остался стоять в проходе. Как же сильно он не был похож на того, кого Виоль видела прежде. Это был не тот амбициозный юный маг времён его учёбы, и уж тем более не величественный король. Этот темноволосый юноша выглядел потерянным и разбитым ребёнком, готовым сбежать в любой момент.

― А что случилось с твоими родителями? ― спросила Нариэт.

Морвиль не ответил. Финлин сделал несколько шагов к нему. Он выделялся на фоне остальных, кажется, был старше и выше, да и держался величественно, как подобает принцу.

― Если не хочешь, не отвечай. Идём, мы играли в шахматы. Умеешь?

― Нет, ― ответил Морвиль, но пошёл следом за Финлином.

Виоль вспоминала утренний сон, поднимаясь по лестнице. Теперь видения преследовали её даже во снах. Если те длились слишком долго, то состояние бывшей феи ухудшалось. Вот только Виоль не могла контролировать длительность видений, а со слов Этиссы и Тил Ви знала, что иногда они могут быть очень длинными. Виоль предполагала, что длинное видение однажды может её убить. Но пока ей везло, да и организм феи восстанавливался быстро.

Впрочем, сейчас Виоль больше заботило другое. Этисса спасла её от Совета Магов насколько смогла, но бывшая фея всё равно оказалась в клетке. Она попыталась покрутить металический браслет, но он сидел так плотно, что почти не двигался.

А ещё она ловила на себе чужие взгляды. Явно пошли слухи, но какие точно, Виоль не знала. Возможно, за ней следили и без браслета, Виоль этого не исключала.

Её волосы ещё не высохли после утреннего мытья, она попросила Фриара достать ей магические кристаллы способные смыть краску, о которых прочитала в газете Ака�