Королева в кедах
Королева в кедах.
Юлия Ивлиева
Глава 1. Наследный принц Зябродола
– Ну посмотри, как ты выглядишь? Ты же девочка! Разве девочки так ходят? – тётка визжала, словно пожарная сирена.
Её громоздкая фигура, обмотанная километрами ткани, густо пахла пудрой и тряслась от возмущения. С родственницы, как с театральной люстры, свисали гирлянды бус и страз. А неизменную высокую причёску украшало перо. Юлька знала, что на самом деле тётка носит парик, под которым скрывается блестящая лысина. Когда-то обилие средств для укладки и сложные конструкции из волос напрочь вывели растительность с её головы. Большую часть времени тётка проводила перед зеркалом. Как и три её родных дочери, похожих на три кремовых тортика. Таких же розовых, многоярусных, в цветочках и бантиках. При первой встрече с ними у Юльки сразу же возникла аллергия на пыль и сладкое.
– Она татушку сделала! – из-за двери показалась Наташка, одна из дочурок.
Тетка захлебнулась воздухом. Как рыба, выброшенная на берег, она открывала и закрывала рот. Юлька сомневалась, что рисунок на её теле сильно беспокоил родственницу, но та обязательно воспользуется этим поводом, чтобы самозабвенно поорать.
Орать было любимое занятие тётки. Юлька давно к этому привыкла и даже перестала вздрагивать, только удивлялась, почему три её девицы не оглохли.
– Ты бесишь меня одним своим видом!
Иногда Юльке казалось, что от дикого ора родственницу хватит удар, она рухнет на пол и забьётся в предсмертных конвульсиях.
Девочка на ходу застегнула помочи потёртого джинсового комбинезона, сунула ноги в кеды, безразлично заметив, что носки надела разные. Через мгновенье уже хлопнула входной дверью, приглушив крик разъярённой женщины и визг её дочурок. Юлька осторожно почесала шею чуть ниже уха, где красовалась татуировка – две руны из выдуманного эльфийского языка. Шкурка с рисунка уже сошла, и теперь он чесался. Значит, заживает.
Когда Юлька давала отцу согласие пожить у родной тёти до его возвращения из командировки, то понятия не имела, куда попадёт и как надолго. Гигантская квартира, заваленная антиквариатом, картинами, статуэтками и прочими бесполезными вещицами фантастической, в глазах тётки, значимости и ценности, по сути оказалась местом, где копилась пыль, и процветало высокомерие. Впрочем, тётка вспоминала о племяннице только, когда та попадалась на глаза, и всё остальное время Юлька была предоставлена самой себе.
Командировка отца длилась уже не первый год, на связь он выходил редко, и Юлька почти перестала его ждать.
С рюкзаком на плече она шла по пустой улице и размышляла о жизни.
Впереди маячили летние каникулы, и проводить их в пыльной тёмной квартире под аккомпанемент крика не хотелось. Здесь её совсем ничего не держит. Может, школьный лагерь? Эта перспектива тоже не обрадовала. Физиономии одноклассников порядком надоели за учебный год.
Девочка тряхнула густой чёлкой с одной серебряной прядью, и две тугие каштановые косички дёрнулись в разные стороны. Юльке так сильно хотелось свалить с этой планеты куда-нибудь подальше, что она стиснула зубы и сжала кулаки.
На парапете, отгораживающем дамбу реки и пешеходный тротуар, лежала забытая кем-то палка для селфи.
Юлька оглянулась на совершенно пустую улицу, подсоединила свой смартфон к палке и уселась на парапет.
– Как там Наташка говорила? – хихикнула девочка. Вчера она слышала, как тёткина дочка учила сестёр правильно делать селфи.
– Губки надуть и слегка сложить трубочкой, – Юлька выпятила губы. – Щеки втянуть… И вдохнуть носом, что бы носик поуже стал…
Юлька не выдержала и захохотала. Наташка при этих манипуляциях становилась похожей на больную обезьянку. Юлька, сейчас, наверное, тоже.
– Так. Ещё раз. Губы, щеки, нос…
ЩЁЛК!
Юльку дернуло и куда-то поволокло. Её тело то сужалось, то раздувалось, подвластное чьей-то воле. Перед глазами потемнело, потом замелькали радужные круги. Сердце подскочило к горлу.
– А-а-а-а!
– Ну чего ты орёшь? Рот закрой! Услышат же! – Юльку сильно трясли за плечи. Ей казалось, что голова сейчас оторвётся и укатится. Она открыла глаза.
Розовощёкое лицо с выпученными синими глазёнками и длинными бесцветным ресницами смотрело на неё любопытно и восхищённо.
– Ого! Получилось! – пухлый белобрысый мальчишка в камзоле с золотыми пуговицами и коротких штанишках-шариках всплеснул руками, отодвигаясь от Юльки.
Несуразный и смешной на вид, они казался примерно ровесником Юльки, может, чуть младше. Мальчишка беззастенчиво её разглядывал.
– Вообще, я мальчика звал! А ты, хоть и в штанах, а совсем не мальчик! – промямлил незнакомец.
– Очень дельное наблюдение, – Юлька поднялась с пола какого-то сарая. Из кучи сена торчали вилы, по стенам висели оглобли, хомуты, колёса от телеги и прочие нужные в хозяйстве вещи. Резко пахло животными и прелой травой.
– Ну, тоже хорошо! – умилённо продолжил мальчишка. Он оказался на полголовы ниже Юльки. – Могло вообще не получиться. Нянюшка старая уже, а колдовала в молодости. В её тетрадках теперь тяжело разобраться. Почерк у неё хуже, чем скомканная паутина. Напутал бы чего-нибудь, и самого могло бы унести…
– Ты кто? – Юлька, привлекая внимание, пощёлкала пальцами перед физиономией разговорчивого толстяка. – И где я?
– Я – Козябр двадцать восьмой! – важно вскинув голову и широким жестом поведя рукой в сторону, представился мальчишка. – Наследный принц Козябрского королевства Зябродола, простирающегося от подножия Фиолетовых гор до Золотого…
Юлька не выдержала и захохотала. Толстяк сбился, покраснел, залепетал:
– Нянюшки и учителя зовут меня Козяшем, потому что думают, я ещё маленький, ну, не очень большой…
Юлька даже за живот схватилась:
– Тяжело, наверное, быть наследным принцем с таким именем?
– Нормальное имя! У меня папеньку так зовут, и дедулю, и всех мужчин в роду… Тебя саму-то как звать? – надулся наследный принц.
– Юлькой. Меня зовут Юлия!
– Совсем дурацкое имя, – Козяш пожал плечами. – Нормальных девчонок зовут или Злапочка, или Крысинда, или Храпелия, в крайнем случае Трындяша.
Юлька хохотала, пока слёзы из глаз не брызнули.
– Ой, всё, не могу больше! Храпелия! Всё! – она немного успокоилась и поинтересовалась: – Слушай, Козяш. Где я? Как? Как ты меня сюда приволок? И зачем? Что тебе надо?
Парнишка сразу стал серьёзным и объявил:
– Ты в Козябрском королевстве! – И опять взвился, заметив, что Юлька сдерживает смешок. – Не смей хихикать! Всё очень серьёзно. Я, между прочим, колдовал, чтобы доставить тебя сюда. Пространственный ход открыл! Ужасно сложное дело! Непонятно, что из такого хода вывалится может. Чудище какое или полчища несметные тёмных злодеев, которые воевать пойдут или, того гляди, меня покусают. А уж если папенькины смотрители за порядком поймают, то накажут! Не посмотрят, что наследный принц! Так что рисковал я сильно! Ага! – Козяш настороженно посмотрел по сторонам, схватил Юльку за руку и потянул к себе. От мальчишки так пахло малиной и сахарной пудрой, что Юлька едва сдержала чих. Козяш громко зашептал ей в самое ухо: – Запрещено у нас колдовство. А у меня дело очень важное. Мне жениться надо!
Юлька попятилась и замотала головой.
– Не на тебе! Размечталась! – фыркнул наследный принц. – На принцессе! Так папенька велел, а иначе не видать мне престола, как поросёнку своего хвостика.
– Ну а я при чём?
– Так принцессу ещё добыть надо! Для этого придётся в странствие отправится, найти эту самую принцессу, подвиг ради неё совершить, – Козяш смотрел на Юльку, как на глупую и недалёкую особу, с лёгким презрением, – дракона прибить или людоеда, и украсть будущую супругу. Вот только потом можно жениться!
Юлька тоже уставилась на него как на болвана и молчала, ехидно улыбалась.
– А нянюшка говорит, что уже в Фиолетовых горах много всяких опасностей встретить можно. И оползни бывают, и камнепад, и даже разбойники нападают. Ещё ведьм видимо-невидимо! А с ними вообще лучше не встречаться. И это всё только на пути к дракону. А про людоеда вообще молчу! В общем, шансов вернуться мало. На её памяти ещё никто не возвращался. А она знаешь какая старая! И вообще, пока за принцессой ходишь, королевство умыкнуть могут!
– И все равно, – не понимала Юлька, – я-то при чём?
– Какая-то ты не очень умная, – нахмурился Козяш. – Впрочем, может быть это и кстати. Говорю же: странствие, подвиг, опасности, принцесса, женитьба. Вот в таком порядке. А мне только принцессу и женитьбу надо.
Юлька безошибочно догадалась, что неприятная и опасная часть возлагается на неё.
– Ну и зачем тебе принцесса? – девочка ткнула пальцев в пузо принца. – Тебе бы пирожок какой или мороженое!
– Я тоже папеньке так сказал. Рано, дескать, мне молодую жизнь браком портить. А он свое твердит: «Пришло твоё время! Пора! Неженатому престол не оставлю!» Пророчество, дескать, было, что неженатый отпрыск королевство погубит.
– Пророчество?
– Я тоже думаю, что папенька брешет, но против слова его пойти не могу, – вздохнул принц.
– Ты же ещё маленький женится-то, разве нет?
Юлька не сомневалась, что они ровесники, Правда, себя она считала довольно взрослой, вполне могла самостоятельно пожарить яичницу и хлеб, справлялась со стиральной машинкой и утюгом. Но не замуж же выходить! Впрочем, наследный принц вряд ли мог похвастаться подобными хозяйственными подвигами. У него наверняка прислуга, которая ему даже нос утирает, целая толпа.
– Я королевство хочу! В моём возрасте папенька уже правил, – Козяш тяжело вздохнул. – Хотя престол неженатым занял. Правда, он дедулю отравил, а старшего братца в колодец скинул.
«Кровожадная семейка», – подумала Юлька, но не стала спрашивать, отчего Козяш не повторит мероприятия по устранению соперников.
– В общем, кто-то должен пойти туда, в Фиолетовые горы, и привести мне принцессу. А я пока у нянюшки в деревне укроюсь. Отосплюсь, отъемся!
– Ты не выглядишь голодным, – буркнула Юлька.
В её сознание всё основательней укреплялась мысль, что это ей уготована роль героя, который отправится за принцессой. Но скачки на коне, бои на мечах, дракон! Дракон? В это верилось с трудом.
– А если принцесса не согласится? Не глянешься ты ей. Не захочет выходить за тебя замуж? – провоцировала Юлька. – Любовь – вещь непредсказуемая. Может и не возникнуть.
– Я наследник самого большого королевства! – отмахнулся Козяш. – И самого богатого! Ты хоть раз видела принцессу, которая откажется стать королевой?
Строго говоря, Юлька и никаких принцесс не встречала, не то, что с характером.
– А потом я хорошо обучен искусству обольщения, – самодовольно заметил Козяш. – Наверняка знаю, что нравится женщинам. Так что принцесса не устоит.
Козяш внезапно схватил Юльку за руку, закрыл глаза и, смешно сложив губы трубочкой, потянулся к девочке.
Юлька настороженно покосилась на принца и отодвинулась.
– Это тебя маменька научила или нянюшка? – невнятно пробормотала она.
– Не-а, это я в журнале одном вычитал, специальном, – покачал головой Козяш, не открывая глаз.
– Немедленно отправь меня домой! – рявкнула на принца Юлька и нависла над ним с занесённым для удара кулаком.
Козяш втянул голову в плечи, быстро-быстро заморгал глазёнками и пробормотал:
– Не могу! Самому погибать знаешь как неохота!
– Жена – это такая ответственность! Торопишься ты, – посочувствовала Юлька.
– Ерунда! Я после свадьбы её в монастырь упеку, подальше от столицы. А со временем, может, её дракон сожрёт. Зато я стану королём! Не жизнь, а сказка.
Юлька открыла было рот, но гадкий мальчишка угадал её мысли:
– А ты, если не пойдёшь, в подземелье окажешься, – и увидев злой Юлькин взгляд, пояснил: – Ну я же не могу тебя людям показать и рассказать, откуда ты взялась. Придётся спрятать подальше. Сама подумай, долго ли ты в подземелье протянешь без еды, воды и белого света.
Козяш насупился, внимательно посмотрел на Юльку, потом широко улыбнулся:
– Да ты не бойся! Не с голыми руками на дракона и людоеда оправлю! Я не изверг какой-нибудь!
Вот в этом Юлька очень сильно сомневалась.
– Я подготовился! Лучшие доспехи, острый меч и целый воз провизии. Все самое качественное!
Толстячок покопался в сене и откинул крышку сундука:
– Вот!
– Доспехи мне явно великоваты будут! – Юлька тоже заглянула в сундук.
– Так это мои! По индивидуальным меркам выкованы. Ты же под моим именем, с моим флагом пойдёшь, даже поскачешь.
За сараем действительно стоял конь, Юлька видела его в распахнутую дверь. Белый, с мохнатою рыжею гривой. Он беззаботно жевал зерно из корыта, изредка пофыркивая.
Юлька закрыла глаза и ущипнула себя за руку. Ей казалось, что это кошмарный сон. Сейчас она проснётся и услышит дикий и родной крик тётки. Но перед глазами снова возник сарай, сундук с доспехами и самодовольный толстяк.
– Я тебе для охраны даже свору собак дам, – Козяш опять схватил девочку за руку и потащил в дальний угол сарая.
Там он долго возился с замком и наконец открыл низенькую дверь, которую Юлька вначале не заметила. Они поднялись по небольшой лестнице и оказались в комнате, залитой солнечным светом. Второй этаж сарая, видимо, предназначался для сушки сена, здесь отсутствовала одна стена, гулял ветерок и пахло травой. Само сено, точнее его остатки, были сметены в угол, а на краю стояло два деревянных сундука. Юлька выглянула наружу. Строение окружал довольно высокий забор с крупными прорехами. Двор пустовал, если не считать коня. В соседнем дворе мирно ходили куры и гуси, на крыльце каменного дома сидела девчонка. Дальше один за другим тянулись дворы и каменные дома с крышами, крытыми соломой или досками. Потом улица становилась мощёной булыжником и уходила вверх. Постройки становились выше и солиднее. Женщины в длинных платьях и чепцах нянчили детей, мужчины в плащах приветствовали друг друга поклонами. Цокали подковами лошади, гремели колёсами кареты. Вдалеке в небо упирались острые башни дворца. На самой высокой развевался флаг с такой же эмблемой, что и на доспехах Козяша.
Перед девочкой раскинулся средневековый город, словно сошедший с экрана телевизора или картинки учебника истории. Юлька помотала головой. Так не бывает. Вот как она в это вляпалась? Никакого научного объяснения.
Козяш кряхтел, развязывая верёвку на занавеске, загораживающей противоположную стену. Из-за занавески доносилось тявканье, поскуливание и попискивание. Рядом стоял стол, загромождённый пробирками, банками, графинчиками. Некоторые были наполнены разноцветными жидкостями, другие пусты. Ещё на столе лежала открытая тетрадь, исписанная мелким почерком. На её страницах красовалась женщина в плаще и клякса, видимо, изображающая портал. «Тетрадь няньки Козяша», – догадалась девочка и незаметно сунула её в рюкзак, решив попозже изучить. Вдруг удастся найти, как создать портал и вернуться обратно домой без всех этих подвигов.
Юлька осторожно подняла с пола крышку от какой-то коробки и прочитала:
«У вашей кошки шесть лапок? У собачки две головы? А рыбки задыхаются в воде и пробуют летать? Вы не живодёр – вы заводчик волшебных существ! А этот набор поможет вам развить ваши способности. Творите на здоровье!» За спиной что-то скрипнуло, и Юлька очень осторожно повернулась. Козяш отодвинул занавеску, и девочка обомлела, увидев целый зоопарк жутких существ, заключённых в клетки. Собак с двумя хвостами и крыльями, кошек с окрасом попугаев, тигра с лапами коня и голубей с мышиными мордами. Вся компания орала, скулила и кукарекала. Юльке стало дурно. Ком подкатил к горлу, голова закружилась.
– Это я творческие способности у себя развивал, – пояснил Козяш. – Бери любого зверя. Или давай, лучше всех. Кстати, там за горами можешь их оставить. А то здесь их местные жители боятся, и это плохо влияет на мой имидж как правителя.
Юльке казалось, что она попала в ад, а ей ещё и с бесами хоровод водить приходится.
Доспехи оказались настолько велики Юльке, что ей даже не пришлось снимать свой комбинезон и кеды. Она легко залезла внутрь железного панциря, как в маленький домик. Если целиком спрятаться внутрь, свернувшись калачиком, можно даже поспать.
– Здесь нет специального подъемника, который рыцарей на коня сажает, – сообщил Козяш, удивительно ловко застегивая заклёпки на доспехах. – Я сам тебя подпихну. А ты помогай! За седло держись!
Юный принц подлез между Юлькиных ног и стал её поднимать.
– Ногу! Ногу задирай! На коне никогда не сидела, что ли? – ворчал мальчишка. – Ну и тяжелая ты!
– Не сидела! – честно призналась девочка. – А-а-а!
Видимо, Козяшу очень хотелось стать королём, и он искренне рассчитывал, что Юлька добудет принцессу, потому что ему всё-таки удалось поднять девочку. Он кряхтел, коленки тряслись, а Юлька в доспехах восседала у него на шее. А вот коню не понравились вся эта подозрительная суета, и он отошёл. Козяш двинулся ему вдогонку, ускоряясь под Юлькиным весом. Девочка неслась прямиком на коня, тот фырчал и отодвигался. Козяш дрожал, видимо, подкашивались нетренированные королевские ножки. Падать высоко, впечатываться в стену сарая больно. Юлька изловчилась, подпрыгнула и вцепилась в седло. Козяш рухнул на землю, конь презрительно фыркнул. Девочка повисла, не в силах пошевелится под тяжестью доспехов. Принц упруго, словно неваляшка, вскочил и быстро затащил Юлькину ногу на другой бок коня.
Девочка попыталась поймать равновесие. Она была на коне!
– Шлем не снимай! – велел Козяш, влезая на лестницу, прислонённую к стогу сена, чтобы сравняться с Юлькой ростом. – Чтобы тебя, то есть меня, никто не узнал. Ну, что ты – не я! – Он нахлобучил на девочку железную кастрюлю, которая оказалась рыцарским шлемом. Оказалось, в нём тесно и тяжело дышать. – Почаще произноси своё, то есть моё имя. Чтобы все знали, кого восхвалять за подвиги, которые ты совершишь.
Если бы не мешало забрало, Юлька бы изобразила полный презрения взгляд. А если бы она могла шевелиться и не свалится с коня, то даже пнула бы юного принца.
– Вот тебе колечко, с нашим гербом. Для достоверности. Принцессе отдашь его как символ моего предложения и серьезных намерений, – мальчишка надел на палец ей золотое украшение и проворчал: – Косички эти ещё торчат… Может, отстричь?
– Тогда лучше в подземелье, – решила девочка.
– Ладно! – Козяш запихнул косички в дырочки шлема, прикрепил к седлу флаг и похлопал коня по крупу. – Доброго пути!
Лохматый конь медленно вышел за калитку.
Глава 2 Имперут
Водная гладь шла мелкой рябью. Порыв ветра растревожил деревья, и над головой закружил вихрь из сорвавшихся листьев. Морена не отвлекалась. Воздух был прозрачен и свеж. Пахло мокрой травой.
– Глубже, глубже, – едва слышно шептала она. – Ты смотришь. Ты видишь.
Сорвавшийся лист упал в воду, и пошли круги. Стоять на коленях было совсем неудобно, да и не по рангу одной из самых сильных ведьм Совета. Но другого способа склониться к воде с крутого берега не нашлось. Ладони провалились в мягкую влажную землю. Длинные чёрные волосы касались воды.
– Последний знак, – ведьма вглядывалась в синюю глубь, желая увидеть то, что сокрыто.
Вода замерла, будто кто натянул её, словно скатерть, и в идеальной глади выплыло чёткое изображение. Светлый, звенящий золотом лес. Жёлтый ковер из листьев, и чёрный, уродливый камень, словно выросший из земли, чтобы испортить всю картину.
– Ведьмин менгир! – нахмурилась Морена, быстро поднимаясь с колен и стряхивая руки. На коже остались вмятинки от травы и грязь. Она вытерла руки о тёмный, отливающий синим плащ и ещё раз взглянула в озеро. Вода уже рябила на ветру, и в ней отражалась ведьма, высокая и стройная девочка, красавица, особенно для своего юного возраста. Светлая, фарфоровая кожа, едва заметно отливающая зеленцой, и тонкие благородные черты лица. Огромные, чёрные, как две бездонных пропасти, глаза с золотой искрой магии. Сильная и могущественная ведьма, запертая в юное тело девочки-подростка. Еще каких-нибудь пять лет, и она станет взрослой. Но Морена не желала ждать. Она умнее всех ведьм и сильнее. И она хочет корону! Сейчас! Ей очень пойдёт корона.
Морена так сильно желала власти, что, нарушив все запреты, искала Имперут, цветок могущества.
Словно ищейка, она уже много месяцев шла по следу. От одного указателя к другому, от небесного знамения к шёпоту земли, получая подсказку за подсказкой.
По коже побежали мурашки, едва Морена вспомнила, как пророческое зелье, которое она варила целый месяц, выплёскивалось из котла, прожигая пол насквозь, как дымились стены, забрызганные колдовским варевом, а комната наполнялась зловонным душным дымом. Но она стояла рядом с котлом бесстрашным каменным изваянием, ожидая знака, который указал бы на начало пути к Имперуту. Зелье попало на платье, и прожигая дыры, прорехи ползли вверх, к лицу. На девочке остались одни лохмотья, а на плече до сих пор болел ожег, но Морена получила, что хотела.
Ведьма потёрла плечо и заставила дыхание успокоится.
Она прошла путь, который не под силу ни одному существу на свете. Она добровольно ложилась в земляной гроб, в собственноручно вырытую яму, и корни деревьев сплетались над ней, заключая в ловушку. Её засыпало землей, черви ползли по телу, и крыса шуршала в волосах, но она неподвижно и смирно лежала, ожидая, когда земля шепнёт ей заветное слово
И вот сейчас она была в конце долгого пути, почти у цели.
Девочка накинула на голову капюшон и зашагала прочь.
– Ведьмин менгир вылезает из земли раз в тысячу лет, или если его позвать, – рассуждала она едва слышно. – Жёлтый лес. Осень? Нет. Золотая поляна.
Теперь она точно знала, куда отправиться. Золотая поляна – странный пятачок в горах. Два десятка деревьев, которые никогда не меняют цвет, как будто застряли в вечной осени. Их листья появляются из почки сразу жёлтыми, а когда они облетают с ветвей, на их месте тут же проклёвываются новые, тоже жёлтые.
Она протянула руку, и в неё послушно легла метла с полированным черенком и мягкой подушечкой. Оседлав её, девочка взмыла в воздух.
Морена уже прошла долгий путь. Теперь остался последний шаг. Ничто не сможет её остановить. Совсем скоро она наденет на себя корону и станет самой великой ведьмой! Королевой ведьм. Тогда вся сила этих зажравшихся, толстых старых клуш станет принадлежать ей. У нее будет всё – власть, сила, вечная жизнь и неуязвимость. Радужные мечты зажгли улыбку на её губах и сумасшедший блеск в глазах.
– Ещё немного, – шептала ведьма. – Они увидят, на что способна ненавистная им соплячка. И главное, подчинятся. У них просто не останется выбора.
Когда она спустилась на землю среди золотых деревьев, каменное уродство, менгир ведьм, уже торчал из земли. Абсолютно чёрный, будто обтянутая сухой, потрескавшейся кожей, он доходил девочке примерно до пояса. Странный, инородный и чужой предмет в прекрасном золотом лесу.
– Надеюсь, я не пропустила явление Имперута, – ухмыльнулась Морена.
В чёрном камне спала огромная энергия, но вылезая на свет, породив и отдав цветок власти, он растратит её всю. Потребуется расплата. Энергию нужно будет восполнить. Морена знала, что громадный счёт на оплату будет предъявлен всему колдовскому роду. Каждой ведьме. И этот счёт нельзя оплатить деньгами. Только магической силой. Менгир приносит ведьмам большие неприятности. У кого-то он может отнять магию, набираясь сил для следующего выхода, а на кого-то даже напустить неизлечимые болезни, от которых колдуньи сгорают в жаре, словно мотыльки в огне. Вспыхивают и исчезают, рассеяв свои силы. Именно поэтому ведьмин менгир – редкий гость на земле. Когда-то, безумно давно, ведьмы уже потратили изрядную порцию магии, упекая это чудище в землю. Некоторые из них при этом потеряли все жизненные соки и погибли. А ведьмин менгир всё равно находит в себе силы, чтобы вылезти наружу. Раз в тысячу лет он напоминает ведьмам, что сильнее их и могущественнее. Заставляет трепетать от негодования и страха, гадать, что за несчастье он принёс в этот раз.
Морене было совершенно безразлично, чем расплатятся ведьмы за её власть. Главное, чтобы камень дал ей Имперут, а что он заберет взамен у всего племени ведьм, неважно.
Главное, что он…
– Раскрывается! – девочка замерла рядом с чёрной махиной.
Камень глухо треснул, словно лучики от вершины, разбежались щели. Из самой верхушки полыхнул красный луч, и полез зелёный росток.
Морена даже рот открыла. Всё сработало. Зелёный росток на глазах вытягивался и превращался в цветок. Толстый огромный бутон на слишком хлипкой с виду зелёной ножке открылся, и Морена зажмурилась от яркого света.
– Глупые ведьмы! Никто так и не догадался найти цветок власти. – Она тихо засмеялась, не столько над подругами по магии, сколько радуясь своей удачливости и хитрости.
Морена слегка приоткрыла глаза, защищаясь от яркого света, и сорвала цветок. Он вдруг исчез, только разноцветные блики заиграли на ладонях ведьмы.
Она ахнула, но тут же почувствовала, как что-то скользнуло по её подолу. Оказалось, что это серебряный браслет, который теперь лежал у ног девочки. Изящная гирлянда мелких цветочков делала несколько витков и сплеталась в круглое гнёздышко. На этом уютном ложе лежал огромный сапфир. Прозрачный и сияющий.
Без сомнений, это был браслет ведьмы. Все ведьмы носили подобные на правом плече. Это было сосредоточение их силы. Можно сказать, душа, если допустить, что у ведьмы вообще есть душа. У Морены браслет тоже был, он достался ей от матери, подарив колдовскую силу и место в Совете.
– Мне теперь два носить?
Морена крутила в руках украшение. Наверное, оно даёт особенную силу. То могущество, которого она желала. Девочка скинула плащ, оставшись в простом длинном платье без рукавов, и надела браслет на свободную левую руку, но он соскользнул и упал на землю. Колдовские браслеты обычно так себя не вели. Они плотно сидели на руке, и снять их против воли хозяйки было невозможно. Стащить браслет удавалось только с мёртвой ведьмы.
– Может, они сольются в один? – гадала Морена, и подняв украшение, нацепила его на правую руку. Коснувшись друг друга, колдовские реликвии заискрили, зазвенели, браслет с синим сапфиром слетел с руки, оцарапав кожу, отскочил в сторону и ударился об дерево.
– Ах так! – на глаза ведьмы навернулись слёзы. Она подошла к дереву, села прямо на землю, в ворох жёлтых листьев, тяжело вздохнула и потянула свой браслет вниз. Тело пронзила боль. Морена морщилась и дрожала. В ушах звенел оглушительный крик. Кожа горела, на руке выступили капельки крови. Но браслет, носитель родовой магии и силы, в конце концов оказался в подоле платья. Морена не глядя взяла браслет с сапфиром и надела на правую руку. Тот сверкнул. Сердце ведьмы взвилось от восторга. Она на секунду ощутила себя всемогущей и всезнающей. И тут браслет исчез. Только синяя дымка ненадолго зависла вокруг руки девочки.
Жуткий крик огласил окрестности.
Глава 3. Трое с мешком
Железный панцирь на Юльке скрежетал и покачивался из стороны в сторону. Чтобы не свалиться, она вцепилась в седло и крепко сжала ноги. Где-то наверху развевалось перо, и трепыхался флаг. На бедре брякал меч, а возле седла болтался рюкзак, с которым она отказалась расставаться. Забрало ходило вверх-вниз, поэтому дорогу Юлька не видела, а только воображала. Она рассчитывала, что конь сам знает, куда им нужно. Позади скрипели колёса повозки с жуткими животными, запряжённой не то осликом с павлиньим хвостом и лапами, не то павлином с ослиной мордой. Рядом бежали два пса, один был раскрашен как тигр, другой пытался справиться с шестью лапами. Чтобы сознание не помутилось, Юлька даже не пыталась представить эту картинку со стороны.
Когда впереди замаячили горы, действительно, с фиолетовыми камнями, девочка уже сносно приспособилась сидеть в седле, могла поднять и опустить забрало, видела происходящее впереди, даже планировала научится контролировать лошадь и выхватывать меч. До встречи с драконом у неё были все шансы овладеть техникой боя, и лучше не слезая с коня.
Она въехала в ущелье. Дорожка стала уже и пошла петлять в горы. В животе раскатисто урчало, Девочка отчаянно хотела есть, но боялась, что даже если слезет с коня, ничего себе не повредив, то влезть обратно точно не сумеет.
– Если найти подходящий валун, высотой до стремени, то, может, и получиться, – рассуждала она. – Сначала заберусь на камень, а с него в седло.
Ей очень хотелось вылезти из доспехов хотя бы ненадолго, размяться, пройтись. Она так долго просидела в одной позе, что, казалось, превратилась в статую. В крошечное окошечко забрала она видела кусок горного пейзажа, фиолетовые камни, зелёные деревья, вросшие корнями в камень, травянистые островки и песчаную извилистую дорожку. Слышала оглушающие вопили птиц, не подозревающих, что от громких звуков в горах случаются обвалы.
Вдруг скалы раздвинулись, и перед ней возникла небольшая полянка. Справа вдоль тропинки были навалены камни, за ними возвышалась гора, а слева за невысоким кустарником обрывалась вниз пропасть. Дорожка огибала завал и снова уходила в горы.
Не успела Юлька решить, годится ли полянка для отдыха, как послышались кряхтение, глухие вскрики и удары. Казалось, кто-то мутузит друг друга, стараясь не поднимать шума и не привлекать внимания. За камнем возились трое мальчишек, совсем ещё детей, одетых в простую крестьянскую одежду. Двое тащили мешок, а третий то и дело хлопал по нему лопатой. Мешок отчаянно сопротивлялся, ворочался, брыкался, кряхтел, но громких криков не издавал, а после удара лопатой ненадолго затихал. Мальчишки явно тащили мешок к обрыву.
Юлькина охрана из двух псов зашлась лаем. Ребята остановились, вглядываясь в свидетелей своего преступления.
– Эй! А ну оставьте мешок! – велела Юлька самым хриплым басом, на который только была способна. Потом она подумала, что коверкать голос не обязательно. Сам Козяш говорил тоненьким писклявым голоском, будто изнеженная и капризная девчонка.
Мальчишки смотрели любопытно и внимательно, но не шевелились, видимо, ожидали, что рыцарь предпримет дальше. Растерявшаяся Юлька тоже не спешила. Решение принял её конь. Он, набирая скорость, поскакал на малолетних преступников. Очевидно, предполагал, что наездник выхватит меч и снесёт головы обидчикам мешка. Но все силы Юльки уходили на то, чтобы удержаться в седле, дотянутся до меча она не могла, так что её возможности с планами коня не совпадали. Даже если в мешке, который они сиганули спасать, сидела самая настоящая принцесса, она не стоила риска свалится с коня на полном ходу. Всегда можно поискать другую принцессу.
Но конь её мыслей не прочитал, поэтому Юльке осталось прижаться к своевольному скакуну, обнять его за шею, намертво сцепив руки в металлических перчатках, и с криком «ма-мам-ма-ааа!» скакать на группу мальчишек с мешком. Те пожали плечами и отодвинулись с пути коня. Теперь и сама Юлька, и громыхающая повозка с вопящими животными неслись прямиком к обрыву. Выбора не осталось, полёт в пропасть точно не пережить, а вот при падении с коня шансы уцелеть есть. Но не тут-то было. Рыцарские краги заклинило, и расцепляться они не захотели. Юлька сползла на бок, потом и вовсе повисла на шее коня, словно медаль за глупость, а конь скакал дальше под дробь коленок об железные доспехи. Малышня наблюдала за всем этим цирком со стороны, и даже мешок притих, почуяв что-то любопытное. Животные из повозки оглушающе орали, подгоняя коня ещё сильнее, горное эхо вторило их крику и разносило по горам. Вдруг позади что-то громко треснуло, повозка не выдержала скачки, и от неё отвалилось колесо. Конь вздрогнул, метнулся в сторону от ущелья, со всего маха налетел на камень, прижив к нему Юльку. Девочка глухо ахнула, наконец отцепилась от коня и повалилась на бок. Без колеса повозка накренилась, и птичьи ножки запряженного в неё павлиноослика не выдержали. Клетку занесло, она стукнулась о камень и развалилась. Разномастные животные жутких форм и расцветок кинулись врассыпную. Когда на трёх пацанов с мешком понёсся кукарекающий тигр, полетели рычащие словно львы голуби и побежал страус с тремя головами, те побелели от страха и, бросив мешок, драпанули прочь.
Пыль улеглась, животные разбрелись кто куда, остались только охранные псы. Конь мирно топтался на полянке и пощипывал травку. Юлька с трудом вдохнула и выдохнула воздух. Грудь болела, но рёбра, вроде, были целы. Она встала на четвереньки и отползла от камня подальше.
– Прочные железяки, – выдохнула девочка и осторожно поднялась.
Металлическая броня сослужила ей хорошую службу и не дала расплющиться о камень.
Она медленно, с лязгом доковыляла до мешка. Поддела кончиком меча верёвку, в душе надеясь, что в нём окажется принцесса, поскольку искренне считала, что подвигов с неё уже достаточно. Из мешка показалась ушастая довольная физиономия под шапкой светлых кудрей. Загорелый нос был усыпан веснушками, а чёрные, будто крашенные чернилами глаза смеялись. Это был мальчишка лет двенадцати.
– Даже если ты принц, мне это не поможет, – буркнула Юлька.
– Да какой же я принц! Я Кит, сын деревенского кузнеца! – мальчишка пригладил взъерошенные волосы и оправил простую синюю рубаху. – Спасибо тебе, рыцарь, за моё спасение. – Он подхватил поводья коня и подвёл его к Юльке. – Куда путь держишь?
Юлька указала в сторону поднимавшейся к небу струйки дыма. Она давно её приметила, ещё когда на коне скакала. Дым среди скал. Верный признак логова дракона.
– Если тебе в Загорную деревню, то не обязательно через Драконову впадину идти. Другая дорога есть. Давно уж протоптали. Оно понятно, рыцари бесстрашные, где хочешь пройти могут, а нам, деревенским ребяткам, лучше побезопаснее.
– Да нет, мне не в деревню, мне к самому дракону, – призналась Юлька. Раз уж она оказалась на земле, то решила отобедать. Едва девочка развязала мешок с провизией, мальчишка кинулся помогать. Юлька не возражала. В рыцарских доспехах она всё равно была неуклюжей, к тому же после столкновения с камнем их заедало. Поэтому, скрипя железом, Юлька опустилась на низенький камень и поведала:
– За принцессой я. Жениться надо мне.
– Ну, это ты, брат, погорячился, – поморщился Кит, беззаботно накладывая на ломоть хлеба сыр и помидор. – Девчонки – существа капризные, вредные и мерзкие, так что женитьба – дело пустое и бессмысленное. А когда взрослеют, и вовсе превращаются в крикливых и злобных тёток, к тому же толстеют.
Юлька сразу представила свою тётю. Кит поморщился, видимо, ему тоже было, кого вспомнить.
– А принцесс и вовсе никаких нет. Потому что, хоть о них и говорят, их уже давным-давно никто не видел.
– Я гляжу, ты и с мальчишками не очень ладишь, – Юлька кивнула на валявшейся неподалеку мешок.
– А-а! – отмахнулся Кит. – Это братья мои, меньшие. Безобидные.
Юлька поперхнулась, закашлялась, забрало рухнуло вниз, перерубив едва надкусанный бутерброд.
– Они же тебя в пропасть тащили? – Нравы этой страны никак не укладывались в голове.
– Ну тащили, да не дотащили, – философски заметил Кит. – Они меня и в реке топили, да я выплыл. Еще беленой поили, да её мачеха моя, их мамка, проглотила. Теперь ходит вся в пупырышках, словно жаба, только красная, а мне хоть бы хны.
Юлька не разделяла весёлости нового знакомого. На её взгляд, близкие родственники должны вести себя несколько дружелюбнее. Хотя у неё самой тоже бывали семейные неурядицы.
– Они же братья твои! Зачем они тебя так? – У Юльки возникло чувство, что она лезет не в своё дело, но удержаться девочка не могла.
– Так я старший наследник! Папашка всё мне завещал. И кузню, и дом, и скотину, – мальчишка разломил копчёную курицу.
Юлька понимающе кивнула.
– Кстати, о скотине, – скрипя доспехам, Юлька огляделась.
Странный и пугающий зоопарк Козяша разбежался, кто куда. Рядом с Юлькой остались только псы-охранники. Кит кидал им остатки еды, и те ловили их на лету.
– Я с тобой пойду, – сообщил Кит. – Мне всё равно в деревню надо. А с рыцарем не страшно. А то, говорят, места здесь лютые. И разбойники, и обвалы… А уж если ведьму доведётся встретить, считай всё! Лучше сразу домой поворачивать.
– Это ещё почему?
– Ну, во-первых, ведьма – это к несчастью. А во-вторых, она же оберёт, как сборщику дани только сниться! Ну и примета такая есть, пророчество, – хлопал глазами Кит. – Если встретить ведьму в пути, то дороги тебе не будет.
Юлька решила больше ничего не спрашивать. Она выдавала себя за Козяша и должна была знать местные обычаи.
– Кстати, – Кит на секунду задумался, – ты дракона сразу не убивай. Расспроси его про принцессу. Если кто и знает про них что дельное, то это он.
– Расспросить дракона!? – Юлька вскинула брови и выпучила глаза. Но под шлемом Кит этого не разглядел.
Чтобы не обнаружить своей девчачьей личности, Юлька сняла доспехи, но осталась в громоздком шлеме, закрывающем лицо.
– Во-первых, нет во всём мире существа старше дракона, а значит, он много знает, – мальчишка загнул один палец. – А во-вторых, говорят, у драконов какая-то странная слабость к принцессам. Так что, даже если у него штук пять принцесс в подвале не припрятано, то он наверняка знает, где раздобыть хотя бы одну.
– Ты, думаешь у меня получится с драконом поговорить? – уточнила Юлька.
Она представляла себе дракона большим огнедышащим чудовищем, пожирающим на своем пути всё, что не сгорело в его пламени. И сомневалась, что с ним вообще разговаривают.
– Я думаю, ты и подойти к нему не сможешь, – беззаботно сообщил Кит. – Вообще шансов нет. Видел я как-то коготь дракона. Его папашке вместо серпа втюхать пытались, так что размеры сам представляешь. А эта тварь ещё огнем поливает издалека.
Мальчишка помог Юльке надеть рыцарские латы, застегнул все заклёпки и подсадил её в седло. Пошатываясь и громыхая, конструкция, изображающая рыцаря на коне, пошла по тропинке. Кит топал рядом.
Он рассказал Юльке про свою жизнь. Про злую мачеху и трех её отпрысков. Про хитрость, которую его мамка учинила незадолго до своей смерти, оставив его богатым, по меркам их деревни, наследником. И как теперь родственнички пытаются его извести.
Юлька диву давалась. Она-то думала, что хуже, чем у неё, не бывает. Оказалось, её тётка ещё ангел. Да, орёт, но ядом не травит и утопить не пытается. Хотя Кит не унывал.
– Подмастерьем кузнеца в другой деревне устроюсь, – делился планами спутник. – Подожду, пока мачеха с братьями успокоятся.
– Может, с двух сторон зайдём? – предложила Юлька. – На дракона. У двоих шансов больше.
– Куда зайдём? – Кит удивленно покосился в сторону девочки. – Я к дракону не пойду, подожду тебя на дороге. Очень мне любопытно. Вернёшься – расскажешь, как дело было. Можешь драконий зуб мне принести. Перед пацанами хвастать буду. А не вернёшься, я по своим делам пойду.
Юлька покачала головой. Она же размечталась, что Кит ей в помощники пойдёт.
Вскоре до них начал доноситься рёв. Он становился всё громче и громче, раскатами грохотал между гор. Столб дыма поднимался совсем близко, и уже чувствовался запах гари и серы. Под железной бронёй по телу бегали мурашки. Юлька подумала, что в подземелье, возможно, не так уж плохо – спокойно и безопасно. А если договорится на еду…
– Вот тут я тебя ждать буду, – Кит чуть-чуть свернул с тропинки. За большим валуном оказалась небольшая пещерка. – До завтра подожду.
Юлька смотрела в другую сторону. Между камнями, покрытыми сизой гарью, удобно устроился скелет, самый настоящий – высушенные временем череп и кости. Совсем близко раздался рёв. Откуда-то сверху покатились мелкие камушки. Девочку замутило.
– Далеко, говоришь, до Загорной деревни? – пискнула она.
– Не, не очень, – помотал головой мальчишка. – Если что, я завтра к вечеру доберусь.
– Значит, на коне ещё быстрее получится, – малодушно предположила Юлька.
– Ты, что ли, струсил? – шёпотом спросил Кит. Он помотал головой, попятился и быстро пообещал: – Ты не бойся, я никому не скажу. Вообще, даже думать про это не буду. Может, ты мне и вовсе померещился.
– А ты-то чего трясёшься? – Юлька покосилась на мальчишку. Как-то странно он себя вёл.
– Так где это видано, чтобы рыцарь струсил? Это же страшное дело! К тому же ты, вон, явно королевского рода. Флаг самих Козябров! – мальчик вроде успокоился, но держатся предпочел всё равно подальше. – Байка в народе такая ходит. Жил был чёрный-чёрный рыцарь, и странствовал он на чёрном-чёрном коне. И однажды, прискакал он к стенам чёрного-пречёрного замка, – начал рассказ Кит. – И тут накрыл его страх.
– Тоже, наверное, чёрный-пречёрный, – буркнула Юлька.
– Ага, – подтвердил мальчик. – Сначала рыцарь ускакал прочь. Потом страх его прошёл, и понял он, что честь его теперь под угрозой. Ибо не ведом рыцарям страх, а те, кто испытали его, не могут зваться рыцарями. Загрустил он очень, опечалился.
Юлька тоскливо смотрела то на мальчишку, то на скелет между камней, и очень хорошо понимала черного-пречерного рыцаря, ей тоже ужасно хотелось ускакать отсюда прочь.
– Тогда рыцарь вернулся и перебил всех в чёрном замке, и ещё по соседству две деревни спалил, – просто закончил мальчик свою историю. – Потому что нельзя оставлять в живых свидетелей своего позора.
Юлька покачала головой. Ну и варварские нравы здесь!
– Тьфу! – плюнула она в сердцах. – А снять с себя рыцарские доспехи и где-нибудь в другом месте начать новую жизнь, ну раз уж с рыцарством не заладилось, дом построить, корову завести? В голову не пришло?
На самом деле Юлька изложила нехитрый план, который уже было решила осуществить сама.
– Не-а, рыцарям такого нельзя, – помотал головой мальчик. – Они же знатные, делать ничего не умеют. Да и корову ему никто не продаст, не положено.
Юлька тяжело вздохнула, дояркой или еще кем-нибудь полезным для средневековой деревни она себя не представляла, а стать победительницей огнедышащего чудища шансов у неё не было. Она направила лошадь дальше по тропинке, в сторону логова дракона.
Глава 4. Песня дракона
Дорожка терялась между обгоревших камней. Скелеты людей и животных усеивали обочину. Громогласный рёв эхом раскатывался среди скал и звенел в ушах. В воздухе густой завесой стояла гарь, медленно оседали хлопья пепла. Стало тяжело дышать. Два верных пса преданно следовали за девочкой. Один дрожал, словно суслик по осени, и опасливо озирался по сторонам. Второй сосредоточенно следил за своими шестью ногами и изо всех сил старался не падать.
Когда от внезапного рёва со скалы покатились камни вперемешку с костями, прямо на тропинку вылетела струя чёрного дыма, и обе псины разом сиганули прочь, девочка гордо вскинула голову и дёрнула за поводья. Подземелье показалось радостным и прекрасным местом. Нет! Она точно не желает к дракону, и судьба всех принцесс мира ей безразлична. Конь не послушался – не то действительно оказался рыцарским и храбрым, не то шоры были слишком широкими, и он ничего не видел. Юлька дернула поводья ещё раз и ещё раз, но конь упрямо шёл вперёд в клубах дыма. Доспехи раскалились, девочку жгло, перед ней встала горящая стена. Она заорала, а конь шагнул в пламя. Жар опалил железо и угас. Юлька остолбенела от представшей перед ней картины. Сначала она подняла забрало, потом заморгала и закрыла рот.
Покрытые пеплом каменные стены расступились и открыли просторную зелёную лужайку, где густо росли цветочки и несколько деревьев. Неподалеку возвышалось два фиолетовых столба, между ними перекинулась каменная арка, вверх поднималась струйка дыма. «Пещера дракона», – догадалась Юлька.
Она слезла с коня и медленно пошла к пещере. До неё донеслось какое-то бурчание. Подойдя поближе, она расслышала слова песенки:
Пусть люди обходят мой дом стороной
Пускай не нарушат драконий покой
И рыцари пусть не заходят ко мне
Они непригодны к еде-е-е-е
К еде-е-е, к еде-е-е-е…
Огромный зелёный дракон, сложив за спиной кожистые крылья, сидел перед костром, над которым висел котелок. Чудище, притоптывая одной лапой и покачиваясь в такт песни, крошило морковку в закипающий бульон.
Юлька замерла у входа, не зная, что предпринять. На пути сюда она готовилась к битве, к смерти, ужасам и пожарам, а вот к тому, что увидела, не готовилась. Поэтому она решила для начала тихо удалиться и всё обдумать. Но тут её доспехи предательски лязгнули. Дракон замер и поднял взгляд. Они смотрели друг на друга, и Юлька сразу догадалась, здесь ей не рады.
– Дошёл-таки? – прошипел Дракон человеческим голосом с хорошей дикцией и тяжело вздохнул. – Даже если ты глухой и не слышал рёва, то наверняка не слепой и видел скелеты. Вот зачем притащился?
Юлька мялась, не зная, с чего начать.
– Мне бы поговорить, – робко пролепетала она, подумав, что надо было снять доспехи и не раздражать дракона рыцарским обмундированием. Может быть, тогда и разговор бы склеился. Тем более, оказалось, что животное прекрасно разговаривает. Немного картавит, но в целом отличная дикция. Однако для этого было уже поздно.
– Ещё ни один рыцарь огненную стену не проходил, всё обратно поворачивали, – зелёное чудище встало, отложило ножик на полку, отряхнуло лапы и медленно пошло к дальней стене пещеры.
– Мне вообще-то принцесса нужна, – промямлила Юлька. – Я могу тихо её забрать и уйти. А вы обедайте, не отвлекайтесь.
Дракон сморкнул тонкую струйку огня из правой ноздри. Огонёк упал в каменную ложбинку и побежал по желобку, расположенному змейкой вдоль всей пещеры, освещая помещение. Стены были завешаны арбалетами, мечами и палицами. Встречались доспехи, шлемы с разноцветными перьями и флаги с гербами. На одном из полотен Юлька узнала герб Козябров. В углу расположилась странная конструкция: на крошечном огоньке, Юлька его сразу даже не заметила, стояло что-то наподобие чайника, только с несколькими носиками разной длины и толщины. Внутри кипела вода, и из носиков шёл пар. Струйки уходили в трубы тоже разного диаметра, которые под самым потолком расширялись, словно граммофон, издавая устрашающие звуки разных тонов, похожие на рёв. Именно этот жуткий рёв разносится по всем Фиолетовым горам.
Дракон взвесил в лапе здоровую палицу с торчавшими во все стороны колючками.
– Ну и зачем мне, по-твоему, принцесса? Что мне с ней делать? – Дракон презрительно уставился на Юльку.
Девочка задумалась. А действительно, зачем драконы похищают принцесс?
– То-то и оно! – дракон поднял в воздух указательный палец и, тяжело вздохнув, перекинул палицу в другую лапу. – Вообще они нам не нужны. Готовить еду и пещеру убирать они не обучены, поскольку принцессы. Поговорить с ними не о чём, опять же, потому что принцессы, только в платьях да коронах разбираются, а нам, драконам, это без ненадобности.
Зелёный громила пошарил по стенке и выбрал шлем, слегка поржавевший, но зато с рогами.
– Это принцессы придумали! Ценность свою в глазах рыцарей да принцев повышают. Якобы за них сражаться надо, подвиги в их честь совершать… Глупости, болтовня и враки! – дракон опять поднял вверх палец.
– Ну я так и думала… думал, – призналась Юлька. – Нет так нет. Поищу принцессу в другом месте.
Она развернулась и, громыхая железом, пошла прочь.
– Стоять! – гавкнул дракон и для убедительности полыхнул огнём.
Юлькины железные доспехи сильно подогрелись сзади. Она поморщилась и развернулась.
– Бабуля моя сотен пять рыцарей испепелила, и ещё больше слопала. Потом летала деревни жечь. Это понятно, изжога её мучала после обильного рыцарского застолья. Маменька предпочитала рыцарей сначала камнем давить, для мягкости, а потом уже поглощать. А я не-е-е-т! Я рыцарей терпеть не могу! И на вид, и на вкус! – жалобно захныкал дракон. – Ну, перекормили в детстве. Так бывает.
– Угу! – кивнула Юлька.
– Отгородился от вас горами, скелетами, даже вон, – дракон кивнул в угол пещеры, – музыкальный инструмент, ревущий как дракон, изобрёл! Славу и репутацию моих кровожадных, прожорливых родственников поддерживаю! Страха нагоняю, аж самому иногда боязно! Все должны мою пещеру стороной обходить! Нет! Прутся за своими принцессами, будто я в придачу телегу шоколада даю!
– Я всё понял! – Юлька попятилась. – Не буду больше беспокоить…
– Конечно, не будешь, – кивнул дракон. – Кто ж тебя выпустит? Ты же сразу по всему свету разболтаешь: дракон слаб и труслив, сражаться не любит, рыцарей не жрет, предпочитает морковку. Понабегут всякие железные… – Дракон опять вздохнул. – А мне уже доспехи девать некуда! Я спокойной жизни хочу! Чего стоишь, смотришь? Иди! Сражаться будем.
Чудовище вышло на улицу, встало возле каменной глыбы и кивнуло Юльке на другую сторону полянки.
– Вот вляпалась, – буркнула Юлька. – А ведь могло обойтись.
Она медленно топала к коню. Тот приободрился и даже бил копытом в нетерпении. «Генетически им страх, что ли, убирают? Или Козяш поколдовал? – думала Юлька про коня. – Что он, чудища огнедышащего не видит?»
– Если ты драться не хочешь, могу просто спалить! – предложил дракон миролюбиво. – Но жрать не буду! Мутит меня от вас.
– Нет уж! Давай биться! – крикнула возмущённая Юлька.
– Ну давай, – безразлично пожал плечами дракон.
Юлька поправила доспехи, потом медленно полезла на коня. Дважды падала, поправляла доспехи и снова лезла. Дракон сел в позу йога и терпеливо ждал. Юлька вовсе не была так неуклюжа, как могло показаться, и камень, с которого она заползала на скакуна, был самой подходящей высоты. Девочка тянула время, рассчитывала, что в её запуганном мозгу появится какой-нибудь план.
«Если попробовать сбежать? – размышляла она. – Догонит».
В общем, ничего дельного ей в голову не пришло. Она вытащила меч и пустила коня галопом. Дракон перекинул палицу из одной лапы в другую и ринулся на девочку. Земля содрогалась под его ногами, зелёное пузо колыхалось из стороны в сторону, ветер свистел в ноздрях, и крылья надулись, словно паруса. Юлька почти ничего не видела в щёлочки забрала. Шлем не подходил по размеру, сидеть было неудобно, конь скакал, и картинка дергалась вместе с ним. Девочка всё время вертела головой. Вдруг стало как-то свободнее. Это косички вылезли наружу.
– Фуф, – выдохнула Юлька и даже немного приободрилась, уверенней сжала рукоять меча.
И тут бегущий на неё дракон, который как раз готовился взлететь и полить её огнём, неуклюже запнулся, его лапы ещё бежали вперёд, а тело развернулось назад. Он плюхнулся на четвереньки и, выдирая траву с землёй, сиганул в сторону. Юлька оторопела. Конь огорчился, возмущённо фыркнул и остановился. Девочка слезла и пошла к пещере. Дракон уже забился туда и закрыл вход огромным камнем.
– Эй! Ты чего? – крикнула Юлька в щёлочку.
– Дома никого нет! – донеслось в ответ.
– А кто говорит? – поинтересовалась Юлька. И больше ничего не услышала. – Да что случилось-то?
– Ты девочка! – ответил дракон.
Юлька вздохнула и стащила с головы шлем. Ах, как хорошо без него дышалось.
– Ну да! Я сестрёнка Козябра двадцать восьмого, – соврала Юлька. – Нам позарез принцесса нужна, а сам он её добыть не может!
– Врёшь! – камень отодвинулся, из пещеры выглянула драконья голова. – В роду Козябров девчонок не рождается. И про принцессу всё врёшь! Я сразу неладное почуял.
И камень вновь задвинулся.
Юлька отошла от пещеры. По неизвестным причинам дракон не собирался её жрать и жечь. Она осталась жива после битвы с огнедышащим чудищем. В целом, можно это посчитать за подвиг и отправляться дальше. Вот только куда ехать, она не знала. Никаких следов принцессы пока не обнаружилось. Юлька не сомневалась, дракон что-то знает, и не так прост, как кажется.
Она изловчилась, стащила с себя доспехи и пошла вдоль камней, образующих пещеру. Кеды легкие, удобны и не скользят. Это вам не железные латы. Юлька быстро вскарабкалась на груду камней, и как рассчитывала, обнаружила в потолке пещеры дыру. Она села, свесив ноги вниз, потом сползла внутрь полностью. Когда девочка спрыгнула на пол пещеры и оказалась перед мордой дракона, тот вздрогнул.
– Меч принесла? – поинтересовался зверь, прищурившись и внимательно её разглядывая.
Юлька покачала головой. Дракон попробовал суп, девочка слышала, как хрустнула морковка.
– Морковка жёсткая? – поинтересовалась девочка и посоветовала: – Её или мельче резать надо, или первой в бульон класть.
Дракон заинтересовано посмотрел на гостью и помешал свой суп:
– Есть будешь? Меня Друша зовут.
– А меня Юлька.
Дракон отодвинул камень, и в пещеру плеснул солнечный свет. Девочка сходила за мешком с едой. Они сели за каменную глыбу, служившую дракону столом.
– Мою бабулю прибила бабка Козябра, того, что сейчас на троне сидит, – начал рассказ дракон, отхлебнув супа из большой миски. – Её сынок папеньку утопил, а ей сказал, что дракон сожрал, она мстить ходила. Моего прадеда прибила кузнечиха из Загорной деревни. Какой-то неуч ей поведал, что у драконов кости железные. Моего отца отравила королева соседнего государства. У того шкура была жёлтая, так эта дура решила – золотая. Понимаешь?
– И есть пророчество, что дракона может убить только женщина? – догадалась Юлька, успевшая убедиться, что пророчества тут сыплются, словно горох по столу.
– Пророчества нет, – покачал головой Друша. – Но тенденция же явно угадывается?
Юлька не могла не согласиться.
– Поэтому мы, драконы, от женского пола держимся подальше, – сделал вывод хозяин пещеры.
– Значит, и от принцесс тоже, – печально закончила Юлька.
– Ой, эти хуже всего. Поселится в твоей пещере, розовых ленточек и занавесочек развесит, котяток заведёт! Чуть что не так – в слёзы! А слёзы – это что?
– Горе, печаль, плохое настроение, – предположила Юлька.
– Слёзы – это сырость, плесень и мокрицы! – Друша поднял палец вверх. – Так что с принцессами я бы вообще никому не советовал связываться.
В пещеру осторожно заглянули Юлькины охранники – собака-тигр и шестилапая.
– А! Ути-пуси! Мои хорошие! – залепетал дракон. – Проходите, проходите.
Он встал и налил гостям своей похлёбки, подкинул костей и почесал за ушком. Тут же в пещеру стали сползаться животные, которых Юлька везла в повозке. Видимо, они побродили по горам и всё-таки отыскали девочку. Друша им всем очень радовался. Готов был кормить и гладить.
И тут раздался жуткий крик.
– А-а-а-а-а!
Крик приближался.
Юлька выглянула из пещеры. По прелестной зелёной лужайке к ним бежал Кит, вооруженный копьём. Ещё пара копий торчало у него за спиной.
– Эй! Эй! Стой! – закричала Юлька, размахивая руками.
Глава 5. Рыцари с косичками
Не снижая скорости и совершенно не обращая внимания на Юльку, Кит бежал на дракона.
– Это твой друг? – поинтересовался Друша, на всякий случай прячась за колонну. – Он хорошо копья метает? Попадёт?
– Вряд ли, – пожала плечами девочка. – Он кузнец, сын кузнеца…
– А что, он тебя не видит? Слепой? – дракон щурился, разглядывая бегущего мальчика.
– Ой, он же меня только в доспехах видел! – Юлька хлопнула себя по лбу. – Вот я балбеска!
Но облачаться в железные латы времени не было. Юлька ещё раз попыталась привлечь внимание Кита, но тот ничего не замечал. Когда Кит добежал до входа в пещеру, из-за колонны мелькнула деревянная оглобля, тюкнула его прямо в лоб, и мальчик рухнул на землю.
Очнулся Кит сидящим за столом. Спину ему подпирал большой камень, а перед ним дымилась миска с супом и лежал бутерброд с сыром и помидором.
Мальчик потряс головой, услышал явный звон и решил сначала поесть.
– Сожрали рыцаря и не поперхнулись, – зло прищурившись, выдал он и помешал похлёбку. Видимо, хотел удостовериться, что рыцаря в ней нет. – Не успел я спасти человека!
– Не сожрали, – заверила Юлька. – Это я – рыцарь. Юля меня зовут.
– У тебя две косички, – напомнил мальчик, – значит, ты девчонка и рыцарем быть не можешь.
– Могу, – вздохнула девочка, восхищаясь наблюдательностью Кита. – Меня Козяш заставил в его доспехи обрядиться и за принцессой идти, а иначе в подземелье запереть грозился. Сам он трусит.
Юлька напомнила мальчику, как они встретились, и всё, что он ей рассказал. Так что Киту пришлось поверить, что девчонки бывают рыцарями.
– И это мы сохраним в тайне, – велела девочка и добавила, взглянув на хозяина пещеры: – И что дракон людей не жрёт, тоже никому не скажем.
Кит пристально посмотрел на Юльку немигающими глазами, в которых она разглядела в них интерес и восторг. Он внимательно осмотрел её всю, будто убеждаясь, что она точно девочка. Юлька даже смутилась и покраснела.
– Из тебя настоящий рыцарь получился. И в седле ты хорошо держалась, и под тяжестью лат не пищала. Первый раз встречаю такую девчонку! – восхищался Кит.
– И храбрая как сто, нет, тысяча рыцарей! – добавил Друша и умильно сложил когтистые лапы. – Огненную стену прошла! Все рыцари сворачивали, а она прошла, не побоялась.
Юлька хорошо помнила, как на огненной стене она тоже решила свернуть, но конь её не послушался. Так что это придурковатый конь Козяша, а не она была храброй, как тысяча рыцарей. Но комплименты были так приятны, что она ничего не сказала. Только краснела и отмахивалась.
– А Козяш трус и злодей, если посыла