Дракон из пепла

Эшланд лежал на холодном камне и чувствовал нестерпимую боль в груди. Светло-серая рубашка быстро сделалась тёмной, пропитавшись кровью. Молодому человеку стало тяжело дышать. На глазах выступили предательские слезы, но они были вызваны не болью. Он проиграл! Проиграл в самом важном и итоговом сражении. Стал вторым. Вторым быть еще хуже, чем третьим. Тот, кто получил «бронзу», добыл её победой. Здесь же победил первый, сильнейший…

Многолетние тренировки, столько времени и усилий, чтобы всё это сейчас пошло прахом. Эшланд в данную минуту даже не думал о том, что может умереть от полученных тяжелых ран, нет, его в большей степени терзали ненависть и обида. Он не слышал рядом с собой знакомых голосов. Неужели все свои его забыли? Запросто. Его наставник – сэр Равен – был человеком жестким и суровым. Он уважал только силу и с проигравшими не церемонился. Он, вообще, ни с кем не был добрым и понимающим, разве что с членами своей семьи, ученики же его всегда боялись. Одно имя наставника вызывало у многих страх и благоговейное уважение.

При мысли о Равене Эшланду стало ещё хуже. Глаза его застилала какая-то пелена. То ли слезы, то ли пот с кровью. А, впрочем, какая разница? Ему было уже неважно. Молодой человек проваливался в небытие, и ему было уже всё равно, даже если он не сможет проснуться и выпутаться из паутины этого мрачного сна…

Но Эшланда периодически будила сильная боль, как будто противник снова наносил ему удары ножом, один за другим. Молодой человек ощутил, как его подняли, положили на носилки, что с него зачем-то пытаются снять рубашку. Эшланду все эти действия причиняли неимоверные страдания. Он застонал, пытаясь отмахнуться, но у него не было сил даже поднять руку. Жизненная энергия утекла из его тела, как вытекает желток из разбитого яйца.

– Потерпи, потерпи, – сказал чей-то успокаивающий голос. – Сейчас станет легче.

Молодой человек почувствовал, как к его груди приложили что-то холодное. Этот холод, как будто, немного унял боль и успокоил кровоточащую рану. Кто говорит с ним? Голос был Эшланду незнаком. Да и никто из своих не стал бы разговаривать с ним столь ласково. Молодому человеку сделалось немного лучше, и он смог полноценно уснуть.

Он не помнил, что происходило с ним дальше. Когда он открыл глаза, вокруг царил полумрак, но уже не было так холодно. Эшланд понял, что кто-то забрал его с поля брани, и теперь он находится в каком-то помещении, слабо освещавшимся тревожным алым пламенем свечей. У молодого человека по-прежнему не было сил. Ему хотелось оглядеться по сторонам, но слабость навалилась такая, что он не мог повернуть голову. Эшланд скосил глаза вправо и увидел, что рядом с кроватью, на которой он лежит, стоят два силуэта. Это были какие-то незнакомые девушки. Одна из них встревоженно говорила другой:

– Зачем ты принесла его сюда?! Это же «дракон»! Ты понимаешь, что он может сделать?!

Неизвестная говорила шёпотом, но молодой человек обладал прекрасным слухом и хорошо расслышал каждое слово.

– И что? – беспечно отвечала её собеседница. – Ты посмотри, в каком он состоянии! Боюсь, как бы он сегодня ночью не отправился прямиком к своим драконьим предкам. У него тяжелейшие раны, даже магия мисс Элис не смогла целиком его вылечить. Кому он может причинить вред? Такого выхаживать и выхаживать…

– А когда выходишь, что будешь делать? Что если он снова вернёт себе свою силу? – с сомнением хмыкнула первая девушка.

– Как только ему станет лучше, мисс Элис велела сразу же его выписать и отправить домой. Никто с ним нянчиться не будет! Нам и так его хоронить своими силами, если умрёт…Где мы найдём его родственников?

– Ага, свои то его бросили, – девица недобро хихикнула. – Разбежались. Не драконы, а шакалы какие-то.

– Вот-вот! Кто бы ему помог, если не мы?

– Ты слишком сердобольная, Алиция…

– А почему их, вообще, зовут драконами? Обычные люди на вид…Мы с Ленэ, когда его переодевали, чтобы снять окровавленную одежду, ничего необычного не заметили, – она не удержалась и рассмеялась. – Никакой чешуи там…

– Да, чешую вы смотрели, как же! – перебила её собеседница. – Их так называют в переносном смысле. Но тебя это никак не касается. Много будешь знать – скоро на пенсию выйдешь!

– Ну, расскажи! – не унималась любопытная Алиция.

Эшланд услышал звук удаляющихся шагов, голоса стали звучать ещё тише. Незнакомые девушки куда-то ушли. Молодой человек вновь предпринял попытку привстать или хотя бы повернуть голову, чтобы оглядеться по сторонам и понять, где он находится. Он был готов поклясться, что не встречал раньше своих загадочных спасительниц. Но в глазах снова потемнело, а всё тело охватила свинцовая слабость. Эшланд вновь провалился в небытие.

Молодому человеку снился Драконий остров. Он бывал там несколько раз в детстве и потом, когда готовился к битве, но поначалу это место его жутко пугало. И сейчас во сне он вновь чувствовал себя тем маленьким пятилетним мальчишкой, которого, чтобы проверить насколько он смелый, отправили на остров отнести драконам кристалл-артефакт.

Вокруг были чёрные, как уголь, камни и возвышались скалистые горы. Даже песок возле моря казался похожим на пепел из-за своего цвета. Тёмные волны бились об скалы и с шумом опадали обратно в океан. А ещё ветер. Ветер здесь был неимоверно пронизывающим и суровым. Мрачное место. Маленькому Эшланду хотелось поскорее его покинуть и вернуться обратно. Даже в далеко не роскошной приютской спальне было намного комфортнее, чем здесь, там хотя бы было тепло и нестрашно. Мальчик заскучал и по суровым наставникам-учителям, сейчас они показались ему родными и хорошими…

Эшланд собрал всю свою детскую волю в кулак и подошёл к нужному камню. Дрожащей рукой он положил на него алый кристалл, который сверкал всеми своими гранями, отражавшими с трудом пробивавшиеся сквозь тяжелые облака, солнечные лучи. Мальчик сделал всё, как ему велели. Значит, теперь можно было идти, а точнее бежать обратно. Эшланд уже хотел развернуться, как вдруг…

Небольшая скала, рядом с которой он стоял, неожиданно пришла в движение. У мальчика буквально открылся рот от страха и изумления. Это была не гора, перед ним оказался…дракон! Он был чёрным, его, похожая на змеиную, чешуя ловко сливалась с окружающей местностью. Только два зелёных глаза, напоминавшие изумруды, ярко горели, и сейчас они с любопытством глядели на маленького напуганного гостя. Пасть дракона могла испугать кого угодно, один только зуб был, наверное, размером со взрослого человека…

В голове Эшланда вдруг возник голос его тогдашнего наставника:

– Не бойся драконов, ведь в прошлом это люди. Они сохраняют свой разум, всё видят и знают, зачем ты пришёл. Они никогда не причинят вреда своим.

Эти детские воспоминания были настолько яркими и так отпечатались в сознании молодого человека, что сейчас, будучи тяжело раненым, он вновь увидел их во сне.

– Драконы – это люди…– бормотал он. – Это люди…

– Что ты говоришь? – неожиданно перебил его чей-то женский голос.

Он звучал мягко, в нём слышались нотки искренней заботы.

– Он бредит, – категорически отрезал какой-то мужчина. – Сейчас я сделаю ему укол, а ты проследи за его самочувствием.

Эшланд почувствовал лёгкую боль в плече и поморщился. Кажется, ему, действительно, делали укол. Это заставило молодого человека окончательно пробудиться к реальности. Своего доктора он разглядеть не успел, лишь сумел заметить удалявшуюся спину в белом халате. Зато отчётливо увидел склонившуюся над ним молодую девушку с белокурыми вьющимися волосами, выбивающимися из-под медицинской шапочки. У неё были большие светло-карие глаза и приятные мягкие черты лица.

– О! Вам легче! – радостно воскликнула неизвестная.

Эшланд был уверен, что никогда прежде её не видел, но голос девушки показался ему знакомым, кажется, это была та самая Алиция, которая недавно беседовала с кем-то рядом с его больничной койкой. Молодой человек обладал очень хорошей памятью.

– Где я? – с трудом спросил Эшланд.

Голос его звучал непривычно хрипло.

– В больнице на Северном Фьорде, – пожала плечами девушка в белом длинном медицинском халате-платье. – И как Вас сюда занесло? Скажите спасибо, что у мисс Элис превосходная магическая интуиция. Она почувствовала странные всполохи магии и отправила нас с девчонками аккуратно выяснить, что там такое происходит. А я нашла Вас лежащим прямиком на каменном утёсе посреди океана. С ума сойти! Хорошо, что я немного умею левитировать! Но одна бы я Вас точно не дотащила. Пришлось звать на помощь коллег и перегружать Вас на носилки…

– Кто такая мисс Элис? – машинально переспросил молодой человек, хотя по факту это сейчас не имело для него особого значения.

– Главная целительница и колдунья в нашей больнице. Мы все её ученицы, – охотно пояснила его спасительница. – По нашим законам медицинскими науками могут заниматься только мужчины, поэтому они здесь доктора. Зато женщины имеют право быть колдуньями-лекарями, ну, заодно и сестрами милосердия…Вот я одна из них.

– Несправедливо…

– Ага, я уверена, что когда-нибудь эта несправедливость и неравенство будут побеждены! – активно поддержала эту идею его собеседница. – Но так что Вы делали на том утёсе? Мне так любопытно! А я боюсь, что Вы еще слишком слабы и скоро вновь уснёте, так ничего и не рассказав. Мисс Элис, конечно, «убьёт» меня за то, что я мучаю Вас своими разговорами, но она бы сама сделала тоже самое! И, в конце концов, именно я Вас спасла, а не кто-нибудь другой!

– Там была битва…финальная битва…– нехотя произнёс Эшланд. – Я проиграл, меня ранили. Я должен был умереть там…

– Неужели ваши…хм…люди совсем друг другу не помогают? – блондинка недоумённо вскинула брови. – Это же так…жестоко!

– У нас никто не уважает слабых. Слабый должен погибнуть. А ещё у нас все свято чтят культ судьбы. Если тебе суждено выжить, значит ты не настолько слаб и с тобой потом можно хоть как-то иметь дело, хоть ты и проиграл.

Молодой человек отвечал вполне честно. Кого ему было стесняться? Этой медсестры? Она ничего в его жизни не решала. И потом…она ведь всего лишь женщина. А они даже не могут быть «драконами».

– Так значит я помогаю Вам восстановить репутацию! – оптимистично улыбнулась девушка. – Спасла не только Вашу судьбу, но и имидж!

Но Эшланду сейчас было не до юмора.

– Ты Алиция? – поинтересовался он.

– Как Вы узнали? – искренне удивилась медсестра. – На мне же не написано!

– Я слышал ваш разговор, когда приходил в себя ночью.

– Какой Вы наблюдательный, – покачала головой Алиция. – Только это было не прошлой ночью, а позапрошлой. Вы у нас тут уже пять дней лежите. А разговаривала я со своей коллегой Флоренс. Она мне помогала за Вами ухаживать. Она очень добрая и милая.

– Что-то непохоже, – слабо улыбнулся молодой человек, вспоминая детали той беседы. – Кажется, она отговаривала тебя от того, чтобы меня спасать.

– Не обращайте внимания, – поморщилась девушка. – Просто о вас…о «драконах» сложилось множество предрассудков. Что вы злые хладнокровные убийцы. Но это же, наверное, не так…

– Конечно, так, – не стал разубеждать её «дракон». – Мы самый жестокий клан магов-убийц. Ты же видишь, что мы даже друг с другом не церемонимся.

– Ой…– глаза Алиции буквально округлились. – Но меня то Вы убивать не будете?

– Зачем? – если бы у Эшланда было больше сил, он бы пожал плечами. – Мы не убиваем просто так, мы делаем это на заказ за большие деньги. И так, что не оставляем никаких следов и улик. Сам король благословил наше существование много веков назад, потому что мы выполняем и его заказы, точнее теперь уже его потомков. Я не думаю, что кому-то захочется платить столько денег за убийство простой сестры милосердия.

– Не такой уж и простой, – поджала губы девушка. – Я из знатного рода.

– Что же ты тогда тут делаешь? – скептически поинтересовался молодой человек. – Девицы из знатных родов занимаются чем-то красивым. Музицируют там, ходят на балы, читают утончённые любовные романы. И уж точно не переодевают окровавленных мужчин и не выносят судна за тяжелобольными. Это слишком грязная и неприятная работа для благородной дамы.

– Зато сам труд благородней некуда! – упрямо заявила Алиция. – Но, если честно говорить, то мой род обеднел и денег на балы у моей семьи нет. Поэтому, узнав, что у меня есть хоть какие-то магические способности, меня отдали учиться целительству. С такой профессией я всегда смогу себя прокормить, а на выгодный брак в моём случае рассчитывать не приходится, – она тяжело вздохнула.

Эшланд охотно ей поверил, таких мелких обедневших родов было немало. И, несмотря на аристократическое происхождение, их представители вынуждены были заниматься иногда и довольно тяжёлой работой.

– Не переживай. Я и сам из благородных, но мне это не помогло…– слабо произнёс молодой человек.

– Я знаю! – охотно поддержала разговор девушка. – Я слышала, что «драконами» могут стать только аристократы, да и то избранные! А Вы расскажите мне, почему вас так называют…ой…

Медсестра умолкла, заметив, что глаза её пациента буквально слипаются. Эшланд ещё был слишком слаб для долгих бесед. Алиция испугалась, что ей сейчас достанется от мисс Элис и потихонечку выскользнула из палаты. Молодой человек лежал здесь один, но вовсе не из-за его благородного происхождения и особого статуса, просто руководство больницы боялось класть его к другим пациентам, опасаясь каких-то непредвиденных ситуаций. Кто-то мог устроить и банальную истерику, узнав, что на соседней с ним койке лежит представитель клана убийц. А старейшему госпиталю в стране не нужна была плохая репутация.

Эшланду вновь снилась прошлая жизнь. На этот раз его память подкинула ему воспоминания о бесконечных изнуряющих тренировках.

– Дракон должен уметь ходить бесшумно! Так, чтобы не только человек не услышал, но даже опытный маг ничего не заподозрил! – строго вещал наставник Равен.

Это был очень крепкий мужчина с тёмными волосами, в которые уже прокралась проседь, и небольшой искусно оформленной бородкой. Черты лица его были достаточно симпатичными, но маленькие, «колючие», чёрные глаза, которые, казалось, заглядывали в самую душу собеседника, несколько портили красивый и благородный облик.

Сэра Равена все боялись. И немудрено. С учениками он обращался строго, добиваясь от них идеальных результатов. Непослушных мог запросто выгнать зимой босиком на мороз, заставить стоять коленями на гречке, которая неприятно и мучительно впивалась в кожу, или облить прямо в постели ледяной водой из ведра.

Немногие, к кому строгий учитель относился хорошо, были его родственниками. У мистера Равена родилось три дочери, и никто из них ни о какой жёсткой дисциплине никогда не слыхивал. Это были типичные избалованные заботой и деньгами девицы, которые могли себе позволить купить новое платье по цене, равной ежемесячному доходу обычного человека. А старший сын наставника Эшланда уже давно занимал солидный пост в министерстве и сделал для своего не самого зрелого возраста просто головокружительную карьеру.

Жена же сэра Равена пропала много лет назад при невыясненных обстоятельствах. Официальной версией стало то, что бедняжка провалилась под лёд и утонула. Но злые языки поговаривали, что здесь замешан криминал и даже прямиком указывали на деспота мужа. Правды же никто толком не знал, а если и знал, то предпочитал молчать, опасаясь гнева влиятельного человека.

К Эшланду его наставник относился довольно неплохо. Он никогда сильно его не хвалил, но и практически не подвергал наказаниям, впрочем, молодого человека и наказывать то с детства было особо не за что. Он рос на редкость дисциплинированным, строго соблюдал распорядок дня, зубрил все положенные заклятия, посещал тренировки. И когда однажды Эшланд случайно подслушал разговор учителя, где тот говорил своему помощнику о том, кого видит в будущем Первым Драконом в новой смене, он был приятно поражён, услышав своё имя.

В определённый период старшие наставники выпускали в жизнь новых подготовленных служителей клана. И каждый бывший ученик занимал своё место во внутренней иерархии согласно собственным способностям. Первый Дракон имел право принимать заказы лично от короля и представителей аристократии. Он же мог сам распределять «работу» среди представителей своей мини-ячейки. Также имел полномочия применять к остальным различные штрафы и наказания, а в крайнем случае даже обратиться к старейшинам с просьбой изгнать недостойного из клана или убить.

Конечно же, Эшланда крайне манила мечта стать Первым. За время обучения он уже порядком устал находиться в чьём-то подчинении. Ему хотелось свободы и самостоятельности. Но он понимал, что полная свобода и независимость для него уже никогда невозможны, он не сможет развязаться с кланом. Его никто не отпустит, скорее убьют за неповиновение. А вот став Первым, он может получить хоть какую-то власть и хорошую жизнь…

Конкурентом на эту роль ему стал настойчивый парень с созвучным именем Эдмунд. Он обладал жёстким и злым нравом, так что его даже за глаза сравнивали с учителем Равеном, и был готов на всё ради достижения собственных целей. Вот и сейчас, узнав, кто станет его финальным противником, Эшланд понял, что бой будет непростым и кровавым. Конкурент наверняка постарается сразу его убить, чтобы не иметь в будущем тайного врага, мечтавшего занять его место. Так оно и вышло.

Но теперь молодому человеку снилась не та кровавая битва, а бесконечные тренировки в ходе подготовки к ней. Во сне он вспоминал, как долго учился коронному трюку «драконов» – способности исчезать мгновенно без всяких громких заклятий, чтобы за пару секунд телепортироваться в совершенно другое место. Для наёмного убийцы это был крайне полезный навык.

У Эшланда он никак не получался и вдруг однажды, когда учитель за что-то на него разозлился, молодой человек мгновенно исчез, превратившись в чёрный дым, а затем появился в собственной комнате. Сэр Равен тогда оценил такой прорыв в обучении и даже перестал злиться, скупо похвалив своего ученика. С тех пор мгновенные перемещения давались Эшланду лучше всех. И его противник Эдмунд так и не смог его в этом превзойти. Зато в плане физической силы он очень опережал худощавого от природы молодого человека…

Эшланд поморщился во сне, погруженный в неприятные воспоминания.

А в это время Алиция выскользнула в больничный коридор, наткнувшись там на свою подружку-коллегу. Флоренс была заметно крупнее и выше ростом, у неё были длинные густые русые волосы, которые она обычно закалывала или заплетала в косы. На ней также было надето длинное белое платье в пол с застежками на спине – традиционная форма сестер-целительниц в данной больнице.

– Ну как там твой «дракон»? – скептически поинтересовалась Фло у своей подружки.

– Т-с-с! – Алиция приложила палец к губам, призывая собеседницу к тишине. – Пациент уснул! Не шуми!

– Да он такой слабый, что его и пушкой не разбудишь, – хмыкнула Флоренс. – Может так ещё неделю продрыхнуть. Пусть скажет спасибо, что не стал инвалидом, навсегда прикованным к кровати. Правда, не знаю, сможет ли он теперь так лихо сражаться…Но и к лучшему! Пусть будет поменьше таких вот!

– Ты жестока, – укоризненно покачала головой девушка.

Они чуть прошли по коридору и остановились у большого витражного окна, сквозь которое проникали лучи скупого зимнего солнца. Больница была построена очень давно и изначально являлась замком богатого рыцаря-мецената, который затем передал своё имение докторам и целительницам, чтобы они лечили здесь простых людей и солдат. По его задумке с больных не должны были брать деньги, но этот обычай быстро забылся. И сейчас пациенты в обязательном порядке благодарили своих лекарей, просто каждый по мере своих возможностей.

– Нашла кого жалеть! – пожала плечами прямолинейная Фло. – Парня из клана убийц! На самом деле, чем таких вот бандитов будет меньше – тем лучше!

– Прекрати, – упорно не соглашалась с ней Алиция. – Вспомни, какую клятву мы давали? Помогать всем, независимо от сословия, звания, денежного состояния…

– Только вот наши доктора не особо то спешат к беднякам, – едко заметила подружка.

– Но даже сам король официально разрешил существование «драконов»! Чего уж нам спорить с этим?

– Потому что король сам не без греха! Чтобы удержать власть, иногда нужно пролить много крови, – покачала головой Флоренс. – Трое братьев отца нашего нынешнего монарха погибли при очень странных обстоятельствах. Не удивлюсь, что эти самые «драконы» приложили к этому руку.

– В любом случае не нам об этом судить, – поморщилась Алиция. – Наше дело – лечить и помогать, а не рассуждать о политике и философствовать.

– Ага, а ещё тапочки в зубах носить будущему мужу и быть покорной женой, – демонстративно закивала подружка.

– Никто тебя не заставляет заключать брак. В этом вопросе мы, к счастью, сейчас куда более свободны, чем даже наши матери, не говоря уж о бабушках, которых выдавали замуж без всякого их согласия и желания.

– Ты ещё совсем древние времена вспомни!

– Не знаю, – не желала соглашаться со своей напористой коллегой девушка. – Мне этот парень показался…довольно милым.

– А вы уже успели пообщаться? – искренне удивилась Флоренс. – Вот ты даёшь! Времени даром не теряла!

– Да ну что ты, – поспешно отмахнулась Алиция. – Он совсем ненадолго приходил в себя. Сказал только, что проиграл в какой-то важной битве и получил все эти ранения. Не понимаю, почему их зовут «драконами»? С виду обычный парень. Ничего в нём нет грозного и страшного! Обыкновенный человек, наоборот, даже пожалеть хочется! Такой замученный, видно, что с тяжелой судьбой!

– Тебе всех пожалеть хочется, – усмехнулась её собеседница. – Ты даже назойливую муху прихлопнуть не сможешь, потому что тебе её станет жалко. А про «драконов» – сама у него спроси. Может, что интересное расскажет. Будет хоть какое-то развлечение. Тоска зелёная в этом замке, каждый день одно и то же! Только и слушай бесконечные приказы и поручения докторов и старших целительниц!

– Ну, судя по этому парню, у них там тоже жизнь не сахар, – резонно заметила девушка.

– А! Кстати! Тебе же письмо просили передать! – спохватилась Флоренс.

Она достала из широкого кармана платья белоснежный конверт с печатями королевской почтовой службы. Алиция с любопытством взяла его, поспешно вскрыла и принялась читать. По мере прочтения лицо её принимало всё более мрачное и сосредоточенное выражение.

– Что такое? – забеспокоилась её подруга, тоже пытаясь заглянуть в послание.

– Мой дядя погиб. Получил тяжёлое ранение во время боевых действий и скончался в военном госпитале несколько дней назад.

– Ой…сочувствую! – искренне произнесла Флоренс. – Понимаю, как тебе тяжело…

– Не волнуйся, мы практически не общались, – поспешила заверить её Алиция. – Это был старший брат моего отца, они плохо ладили с самого детства. Ведь по традициям титул и все земли и деньги достаются старшему сыну. Мой же отец всегда чувствовал себя обделённым и считал это несправедливым. Он так и не смог нормально устроиться в жизни и зарабатывать достаточно…Собственно, поэтому я и здесь. А у дяди был свой сын – мой двоюродный брат. Сейчас всё это перейдет к нему.

– Жаль, что тебе ничего не положено, – покачала головой практичная подружка.

– Да что ты такое говоришь! Я ни на что и не претендую, – заявила девушка. – За отца мне, конечно, обидно, но ведь все так живут. Этот закон действует уже многие века. И, конечно же, я никогда не желала дяди смерти! Он был очень достойным человеком! Умным, серьёзным и сделал неплохую военную карьеру!

– Мог бы и тебе хоть как-то помочь!

– Ты слишком меркантильная, – вздохнула Алиция.

– А ты слишком наивная и простая! Если ничего в жизни не просить, то ничего и не дадут! Никто сам ничего не предложит!

– Философия у нас разная, но находимся мы всё равно в одинаковых условиях, – примирительно улыбнулась девушка. – В этом замечательном госпитале. Пойдём попьём горячего чая, пока мисс Элис не нагрузила нас новой работой? А то на улице так холодно, я прямо слышу, как за окном задувает ветер, да и в палатах не очень тепло.

– Доктор Чейн говорит, что такая температура лучше для больных, мол иначе больше вероятность, что раны начнут преть под повязками и гноиться, но, сдаётся мне, он просто экономит на отоплении, ведь ему нужны денежки, чтобы развлекать свою новую юную пассию!

Медсёстры, хихикая, направились прочь по коридору в сторону комнаты отдыха. Алиция была рада, что здесь в больнице у неё есть такая близкая и преданная подружка, иначе жизнь тут казалась бы совсем серой и унылой. Изо дня в день она только и делала, что меняла повязки, выносила утки, переодевала и кормила пациентов.

Старшие целительницы по правилам должны были учить их магии и лечебным заклятиям, но они практически этим не занимались, ссылаясь на занятость. Девушка же была уверена, что им просто не хотелось раньше времени выращивать себе конкурентов. А доктора вообще смотрели на юных медсестёр с лёгким пренебрежением, считая, что те способны лишь на выполнение самой грязной работы. Хорошо хоть не приставали. Алиции хотелось бы меньше всего столкнуться с домогательствами. Но в старейшей больнице на Северном Фьорде всё-таки старались следить за дисциплиной и репутацией.

Пока его спасительница пила свой чай, довольствуясь из сладкого разве что ложкой сахара, Эшланд вновь проснулся. Его разбудил ворон, приземлившийся за окном. Молодой человек открыл глаза и увидел огромную птицу с иссиня-чёрным оперением, которая расхаживала по подоконнику и неестественно громко каркала, словно нарочно желая разбудить больного. Эшланду стало не по себе. Он догадался, что это означает. На семейном гербе и личной печати сэра Равена был изображён ворон. Значит сейчас наставник с помощью колдовства решил разузнать, в каком состоянии находится его бывший ученик.

Молодой человек встревожился не на шутку. Ему было стыдно, что он так слаб и не может даже встать с постели, ему не хотелось, чтобы учитель видел его в такой момент. Но самым ужасным могло стать то, что сэр Равен примет жестокое решение добить непутевого «дракона», чтобы не позорить весь клан. Такие случаи тоже имели место быть. Проигравших никто не любит…

Эшланд хотел подняться с кровати, подойти к окну, но у него не хватило сил, а в груди снова мучительно заболело. Рана ещё не успела толком зажить.

– Эй…кто-нибудь, – слабым голосом позвал он.

Молодой человек даже не рассчитывал, что его кто-то услышит, но в комнату вдруг заглянула немолодая женщина в форме сестры милосердия. Из-под белой медицинской шапочки выбивались седые волосы. Она взглянула на Эшланда строго и встревоженно одновременно.

– Что случилось?

– Я…я хочу пить, – соврал молодой человек.

Не мог же он признаться, что испугался ворона. Но пожилая медсестра сама его заметила. Она неожиданно быстро подошла к окну, распахнула оконную раму, после чего произнесла короткое незнакомое заклятие. В воздухе полыхнула яркая белая вспышка и мрачная птица исчезла, растворившись в воздухе.

– Ишь! Летает всякая нечисть, – недовольно проговорила женщина. – Нечего им делать рядом с больницей. Я сейчас позову Вашу сиделку, – добавила она, обращаясь к Эшланду. – Она принесёт всё, что нужно, и позаботится о Вас.

Молодой человек так и не понял, догадалась ли целительница, что за ворон сюда прилетал, но Эшланд был ей чрезмерно благодарен за то, что она применила защитное заклинание. Возможно, представители клана теперь не захотят в открытую убивать своего бывшего ученика прямо в больнице. А когда он выпишется отсюда, то уже наберётся сил, встанет на ноги и будет в состоянии за себя постоять или хотя бы надёжно скрыться.

Эшланд продолжал тревожно поглядывать в сторону окна, он опасался, что ворон, испугавшись охранного заклятия, может привести сюда кого-то пострашнее. С другой стороны, зачем им так отчаянно на него нападать? Он ведь не представляет сейчас никакой прямой угрозы для клана. Пожалуй, если его всё же решат добить, то не сегодня, а позже…

Молодой человек порадовался про себя, что местные целительницы владеют магией и могут обеспечить ему хоть какую-то защиту. Эшланд почувствовал приближение своей сиделки. Для этого ему даже не нужно было слышать шагов, он прекрасно различал ауру людей. Алиция была ещё в самом начале коридора, а её пациент уже точно знал, что она скоро появится.

Так и вышло. Через пару минут дверь с лёгким скрипом приоткрылась и в дверном проёме показалась растрёпанная белокурая голова медсестрички. Девушка с некоторой тревогой покосилась на Эшланда. Убедившись, что он точно не спит, Алиция вошла в палату.

– Ох, я испугалась, что Вам стало хуже, – с искренним беспокойством заметила она.

– Нет, я проснулся и захотел пить, – приглушённо произнёс молодой человек. – А тут мимо проходила какая-то пожилая медсестра. Она сказала, что позовёт тебя. Кстати, меня зовут Эшланд. Сэр Эшланд Норкс.

– Такой молодой и уже сэр, – весело усмехнулась девушка, усаживаясь на табурет рядом с кроватью. – Сколько Вам…тебе лет?

– Двадцать. Но у меня день рождения в конце декабря, так что можно считать, что мне уже двадцать один.

– А мне девятнадцать, – откликнулась его собеседница. – Кстати, та пожилая медсестра – это и есть наша наставница мисс Элис.

– Наверное, она строго к вам относится, не удивлюсь, если тебе достаётся от неё, – с пониманием заметил Эшланд, вспоминая своих учителей. – С моими наставниками тоже приходилось непросто. Они могли наказать и физически, и с помощью магии, и даже словесно отчитать так, что потом полночи заснуть не сможешь, вспоминая все эти унижения, – он невольно поморщился.

– Да, тяжело быть у кого-то в подчинении, – вздохнула Алиция. – Но что поделать? Мисс Элис – ещё не самый плохой вариант. Она, конечно, особо церемониться не будет, но зато справедливо ко всем относится. Никого без причин не обижает. А в больнице нужно соблюдать порядок, это ведь серьёзное учреждение.

– У неё достаточно сильная магическая аура, – отметил молодой человек. – Я почувствовал.

– Да, она неплохая колдунья, – кивнула девушка. – Жаль только, что она неохотно делится своими знаниями. Добиться её уроков практически невозможно.

– А тебе хотелось бы колдовать? – Эшланд задумчиво посмотрел на свою сиделку.

– Конечно! Спрашиваешь ещё, – фыркнула она. – Это бы сильно облегчило мне жизнь. Да и говорят, у меня есть кое-какие способности.

Молодой человек прислушался к своим ощущениям, к его искреннему удивлению, аура медсестры, действительно, оказалась достаточно сильной и яркой. При должном обучении девушка, пожалуй, смогла бы неплохо колдовать.

– Это правда, – подтвердил он. – Я чувствую. Тебе бы надо к королевскому двору, там ценят способных фрейлин-колдуний. Лучше такая карьера, чем быть просто медсестрой.

– Ага, так меня там и ждут, – невесело улыбнулась Алиция. – Способных много, всех фрейлинами не сделают. Боюсь, что конкуренцию за такие перспективные профессии мне пока не выдержать. Но если я подучусь, то кто знает…Может, смогу сама открыть свою практику как целительница или научусь изготавливать зелья. Есть много вариантов…

– Самой без учителя будет трудновато.

– На наставника денег нет, – пожала плечами девушка. – Какой колдун захочет делиться своими знаниями за бесплатно? Ты и сам не стал бы.

Эшланд был с ней согласен. Если бы он взял кого-то в ученики, то явно не из альтруистских соображений.

– Ой! – спохватилась Алиция. – Ты же хотел пить! Сейчас я принесу! – она вскочила с табуретки, собираясь мчаться за водой.

– Не надо, – вяло попытался остановить её молодой человек. – Я уже перехотел. Мне просто скучно лежать здесь одному. Когда ты приходишь, становится повеселее.

Это было практически правдой. Но, конечно же, честно рассказывать про ворона и свои опасения насчет преследований со стороны клана Эшланду не хотелось. Он не желал выглядеть трусом, да и к чему этой медсестре знать такие подробности? Помочь она всё равно ему ничем не сможет. Ещё растреплет всем, кому надо и не надо…

– Ну, тогда я принесу Вам…тебе горячий суп, – решила девушка.

Она никак не могла определиться, как ей обращаться к своему пациенту? На Вы или на ты?

С одной стороны, нужно было соблюдать этику общения, ведь они не являлись приятелями или друзьями, а с другой – молодой человек был фактически её ровесником, и сейчас выглядел таким несчастным и слабым, что у Алиции не получалось воспринимать его как солидного взрослого мужчину, а уж тем более как аристократа!

– Я не хочу есть, – замотал головой Эшланд.

– А чтобы силы вернулись, хочешь? Или так и планируешь всю жизнь валяться на больничной койке? – строго поинтересовалась девушка. – Учти, мисс Элис и мистер Чейн не особо в восторге от твоего нахождения здесь. Сам знаешь, какая у таких, как ты, установилась репутация…

– Я бы на их месте вообще не стал выхаживать «дракона», а сделал вид, что они меня не видели, и оставил истекать кровью. Всё равно никто бы не хватился, – мрачно заметил молодой человек.

– Они же не звери, чтобы так поступать, – покачала головой Алиция. – И целительницы, и врачи дают особую клятву помогать всем. Но ты, зная о своём непростом положении, должен наоборот стремиться поскорее набраться сил и выздороветь. А на одних капельницах и зельях это невозможно. Нужна еда.

Эшланд не стал с ней спорить. Медсестричка была права. Будучи слабым и больным, он становился слишком уязвимой мишенью. Не стоило забывать, что у его клана было и немало недругов, и кто-то мог просто ради бахвальства убить слабого «дракона», чтобы поднять свой авторитет. Дескать, вот они какие наши хвалёные неуязвимые маги! Возможно поэтому наставники сами предпочитали избавляться от непригодных, во избежание таких ситуаций…Но для Эшланда это всё сути не меняло. Ему сейчас, действительно, следовало побеспокоиться о себе и собственной безопасности.

Алиция скрылась за дверью, умчавшись за обещанным супом. Молодой человек задумчиво посмотрел ей вслед. Девушка была миловидной и приятной. От природы светлые густые волосы сами ложились в красивые волны, а ещё большие карие глаза, тонкие черты лица…Приодень такую и накрась – будет красотка, пользующаяся огромным успехом в свете. Но как всё-таки много решают деньги! В рабочем белом халате Алиция вряд ли приглянется состоятельному жениху, тот скорее выберет менее красивую, но более перспективную в плане выгодного брака, девицу.

Эшланд вспомнил и о своей подруге – Лизе. Девушка тоже была молодой блондинкой, хоть и, объективно говоря, не такой милой и симпатичной, как Алиция. Но она приходилась племянницей самому сэру Равену. Поэтому, когда молодой человек почувствовал её заинтересованность, избегать подобного общения для него было бы опасно.

Лиза охотно кокетничала с Эшландом и ходила с ним на прогулки по столице, ради такого дела наставник даже любезно отпускал своего ученика. Но в любви молодому человеку блондинка не клялась и ничего не обещала. Оно и понятно. Лизе хотелось быть женой Первого дракона, а не абы кого…

А теперь, когда Эшланд провалил экзамен, проиграл в финальной битве, неизвестно, захочет ли вообще бывшая подружка взглянуть в его сторону. Молодой человек даже не думал о том, чтобы попытаться выйти с ней на связь. Боялся грубого и насмешливого отказа, да и вообще ему было стыдно. Кроме того, Лиза наверняка расскажет сэру Равену, где сейчас находится её несостоявшийся жених, а было ли это нужно в данной ситуации?

– О чём задумался? – к реальности его вернул бойкий голос Алиции.

– О своём здоровье, как ты и советовала, – понуро ответил молодой человек.

– Ой, а как же твои родные? Они же, наверное, волнуются! Может быть, отправить им телеграмму? – словно прочитав его мысли, предложила девушка.

– У меня нет родных, – холодно произнёс Эшланд. – Мать умерла при родах, отец пропал без вести во время тогдашних боевых действий. Очевидно, что его тоже нет в живых. Я рано стал сиротой, а учитывая мои способности к магии и родовитость, из меня вышла идеальная кандидатура на роль «дракона». Наставники любят брать на воспитание таких детей. Маленькому мальчику проще внушить нужные идеалы, а с сиротой можно делать всё, что угодно, родители не заступятся, и никто не хватится в случае чего.

– Прости…я не знала, – искренне смутилась Алиция, но затем не удержалась и добавила. – Но, может быть, у тебя есть жена?

– Нет у меня никакой жены, – отрезал молодой человек. – И суп я не хочу, – добавил он уже чисто из вредности.

– Тогда придётся кормит тебя с ложки, – пожала плечами девушка. – Если мисс Элис велела тебя накормить, то я не могу ослушаться.

Но такого Эшланд уже вынести не мог. Он призвал все свои силы и, превозмогая давящую боль в груди, кое-как уселся, подложив под спину подушку, и принялся самостоятельно хлебать куриный бульон с лапшой. Алиция внимательно за ним следила, опасаясь как бы больной не подавился или не потерял сознание. Она, разумеется, не стала говорить молодому человеку, что, когда его доставили сюда, все врачи были уверены в том, что он не жилец.

– Никогда не чувствовал себя так паршиво, – пожаловался Эшланд, расправившись с супом и вернув миску заботливой медсестре. – Когда силы ко мне вернутся?

– Ох, не знаю, – вздохнула девушка. – Тебя так тяжело ранили. Восстановление будет непростым. Надеюсь, что ты сможешь колдовать, как раньше. Так бывает, что организм самопроизвольно затрачивает весь свой магический ресурс на то, чтобы выжить, и потом колдун теряет свои способности.

Молодой человек тоже слышал о подобном, но ему, конечно же, не хотелось столкнуться с таким печальным фактом лично. «Дракон», лишившийся всех своих сил и магии, превратившийся в обычного человека, что может быть хуже и позорнее? Видя, как Эшланд совсем помрачнел, Алиция попыталась отвлечь его разговором.

– Слушай, а почему вас называют «драконами»? – в который раз задала она интересующий её вопрос. – Вы же…ну…обычные люди на вид! Или это просто традиция?

– Драконы – наши покровители, – неохотно ответил молодой человек.

– В смысле? Настоящие? – глаза медсестры буквально округлились. – И ты их видел?!

– Да, они хранители нашей магии, – рассказал Эшланд. – Считается, что, пока жив хоть один дракон, наш клан будет существовать и процветать. Они живут на своём острове, а мы приносим им дары: разные магические артефакты, кристаллы, которые они любят. Это подпитывает их. В общем, это такой взаимообмен энергией. Уже многие столетия они являются нашими покровителями и в тяжелых ситуациях приходят к нам на помощь. Сама понимаешь, что драконы способны защитить от целой армии врагов. Но их редко стараются звать. Если дракон будет ранен или умрет, у клана настанут тяжёлые времена.

– Я не знала об этом, – девушка слушала, едва ли не открыв рот. – Значит они живут только на этом острове, поэтому их мало кто может увидеть…Понятно…но откуда они там тогда взялись изначально?!

– Драконы – это люди, – повторил молодой человек ту же фразу, что недавно выкрикивал во сне.

– Как это? – не поняла Алиция.

– Ими может стать каждый из представителей клана. Это с одной стороны почётно, а другой…Драконы – настоящие изгнанники. Если кто-то из нас подвёл остальных, не справился с важным заданием, утратил свои силы и способности, чтобы избежать позора он может уйти и добровольно стать настоящим драконом. Пройти особый обряд. Но желающих мало. Обычно провинившиеся пускаются в бега, их находят и убивают, чтобы сохранить нашу честь.

– С ума сойти! – только и смогла ответить девушка. – Но, наверное, стать драконом лучше, чем быть убитым.

– Не знаю, – с сомнением заметил Эшланд. – Ты ведь перестаёшь быть человеком! Быть личностью! Какого это стать какой-то гигантской ящерицей, пусть даже почитаемой? Что они чувствуют при этом? Они ведь даже не могут говорить! Нет, по мне так это жутко! Вдруг ты навсегда потеряешь свой разум, свои воспоминания? – молодого человека аж передернуло. – Лучше умереть сразу, но оставаясь самим собой…

– Успокойся, – Алиция тихонько коснулась его плеча.

Она уже сама была не рада, что затронула такую волнительную для больного тему, нервничать ему сейчас было совсем ни к чему.

– Никто тебя не заставляет ни умирать, ни становиться драконом. Здесь ты в безопасности. Главное, поправляйся, а потом что-нибудь придумаем. Мистер Чейн и мисс Элис поймут, что ты не такой, как остальные в твоём клане, что ты не жестокий и не злой, и, может быть, позволят тебе остаться у нас. Подыщут для тебя какую-нибудь работу или замолвят о тебе словечко где-то в городе.

Девушка была абсолютно уверена, что юноша, которого она спасла, никак не может быть плохим. О чём тут даже думать, если его насильно забрали в этот клан, когда он был ребёнком? Заставляли учиться боевой магии, участвовать в каких-то жестоких сражениях. Нет, конечно же, если бы были живы его родители, Эшланд и не подумал бы становиться «драконом». Алиции стало искренне его жаль, он был лишён всякого выбора.

– А кофе у вас тут нет? Я его очень люблю, – неожиданно заявил её пациент.

– Ага, конечно, есть! – рассмеялась медсестра. – Тебе какой? Со сливками или молоком? А, может быть, с особым сиропом и корицей?

– А что так можно? – немного усомнился молодой человек.

– Разумеется, нет, – засмеялась девушка. – Тут не ресторан, а больница. Условия довольно скромные, если, конечно, кто-нибудь не проплатит тебе палату-люкс и дорогой уход. Тогда – пожалуйста. А так кофе даже я не пью. Только по праздникам, когда бываю в городе с подружками, – она с сожалением вздохнула.

Эшланду это было непривычно. Его отец оставил ему неплохое состояние, поэтому нужды в деньгах он никогда не знал, да и проживал он в самом сердце королевства – его столице. Ему даже не приходило ранее в голову, что кто-то может пить кофе только по праздникам.

– Как-то ты грустно живёшь, – машинально заметил он.

– Да ты тоже не особо весело, – не удержалась и хихикнула Алиция.

– Я бы угостил тебя кофе, если бы мы сейчас были в моём городе, – серьёзно заявил молодой человек.

– Не слишком большая благодарность за спасение жизни, но я непривередлива, – насмешливо улыбнулась девушка. – Я бы согласилась. Но, кажется мне, что это не особо-то реалистично. По крайней мере, в ближайшее время.

Эшланд был с ней согласен. Конечно, наставники вряд ли прибрали к рукам его деньги, им это было попросту без надобности. Но если молодой человек сейчас решит сделать запрос в банк, чтобы те прислали поверенного и оплатили ему особую палату, то это точно привлечёт внимание клана. А ему хотелось пока быть как можно менее заметным.

Эшланд представил, как его противник, наверное, сейчас ликует и празднует свою победу, и снова поморщился.

– Расскажи мне ещё что-нибудь про драконов, – попросила любопытная Алиция.

Ей, действительно, было интересно узнать что-нибудь новенькое.

– Нет, я и так тебе много сказал, – категорически отказался молодой человек. – Ни к чему тебе знать все эти секреты.

– Подумаешь, – обиженно поджала губы девушка. – Не такие уж вы и особенные! У меня тоже свои тайны есть!

– Какие? – невольно улыбнулся Эшланд. – Прячешь под подушкой новый томик любовного романа? Или, может быть, ты оборотень и превращаешься ночью в лягушку?

Ему показалось крайне сомнительным, что у этой милой медсестры могут быть серьёзные и страшные секреты.

– Вовсе нет, – покачала головой Алиция, а затем не удержалась и всё рассказала. – Я тайком сама учусь магии! Только ты никому не говори! – строго попросила она. – Когда у меня появляется свободное время, а иногда даже по ночам, я хожу в нашу библиотеку и зубрю там заклятия, ищу полезные книги, переписываю себе рецепты зелий!

– Да кому я скажу? – пожал плечами молодой человек. – Если я когда-нибудь вернусь к своим наставникам, им это вряд ли станет интересно. А что вам разве запрещают самим заниматься? – слегка удивился он.

– Вообще-то, нет. Прямого такого запрета никто никогда не вводил, просто другим девчонкам интереснее в свободное время пить чай и сплетничать, или посылать письма своим потенциальным женихам и кавалерам. А я вот такая скучная, сижу в библиотеке!

– Я бы не назвал магию скучной, – заметил Эшланд. – Да и с тобой приятно разговаривать. Считай, я рад, что моя сиделка именно ты.

Алиция слегка покраснела от комплимента, но ей было однозначно приятно это слышать.

– Ты что-нибудь ещё хочешь? – спросила она, спохватившись и поглядывая на маленькие наручные часы на своём запястье. – Извини, но мне надо идти. Скоро у нас собрание и обход. Врачи дадут новые распоряжения и указания насчёт пациентов, это пропускать нельзя.

– Иди, конечно, – с лёгким сожалением отозвался молодой человек.

Вдвоём с девушкой ему было веселее и спокойнее. «Драконы» не любят нападать при свидетелях, они предпочитают, чтобы их жертва находилась одна, а ещё они никогда не оставляют никаких следов. Поэтому в чьей-то компании Эшланд чувствовал себя в большей безопасности. Он мечтал поскорее встать на ноги и вернуть прежние силы. Тогда далеко и не каждый представитель клана сможет с ним совладать. А наставники не всегда желают сами марать руки.

На молодого человека вновь накатила слабость, к тому же без Алиции ему было довольно скучно. Он подумал, что стоит потом попросить медсестру принести ему свежих газет или каких-нибудь книг, чтобы можно было хоть чем-то заняться.

А пока что его снова сморил сон, который был прерывистым и тяжёлым. Сквозь дрёму Эшланду мерещилось, что на подоконник опять опустился огромный чёрный ворон. Казалось, что тот смотрит человеческим взглядом – пристально и пронзительно, словно внимательно наблюдает и изучает, желая убедиться, насколько бывший «дракон» ослаб. А затем ворон вдруг разразился не карканьем, а настоящим, похожим на людской, смехом. Смехом жутким и неприятным. От неожиданности Эшланд вздрогнул и проснулся.

Сердце его бешено билось, но это был лишь сон. Подоконник оказался пуст. Мрачная птица больше не прилетала. Пока молодой человек спал, уже начало смеркаться. Зимние дни были короткими. В палате стало темно, свет проникал лишь сквозь наполовину застеклённые двери. В коридоре горели немного тусклые жёлтые лампы. Эшланд протянул руку к тумбочке, пытаясь нашарить выключатель, должен же был быть рядом с его кроватью какой-нибудь ночник или хотя бы подсвечник и спички.

В это время дверь в палату распахнулась. Молодой человек зажмурился от ударившего ему в глаза света, он уже привык к темноте. В комнату вошла медсестра. Эшланд толком не разглядел её лица, но это точно была не Алиция. Возможно, смена девушки закончилась и её заменил кто-то другой. Эта целительница оказалась одета в такое же белое платье-халат до пола, у неё были иссиня-чёрные волосы, выбивавшиеся из-под медицинской шапочки. Длинная густая чёлка закрывала половину лица, но видно было, что глаза у девушки такие же тёмные, а кожа, наоборот, очень бледная. Перед собой она толкала штатив с капельницей. В стеклянной бутылке плескалась какая-то ярко-красная жидкость.

– Добрый вечер, Вы вместо Алиции? – слабым голосом спросил Эшланд.

– Да, – коротко ответила медсестра.

– Что это за капельница?

Молодому человеку почему-то не понравилась эта новенькая. Она была какая-то неприветливая и недружелюбная.

– Вам её сегодня врач прописал после осмотра, – холодно произнесла целительница.

– Но ко мне сегодня не заходил доктор, – вспомнил Эшланд. – Я спал. Со мной была только Ваша коллега Алиция. Вы ничего не перепутали? Может быть, эта капельница для другого пациента?

Молодому человеку не хотелось, чтобы ему вводили ненужное лекарство, да ещё и такое жутковатое на вид.

– Потерпите немного, – тем же тоном ответила медсестра.

Она склонилась над постелью Эшланда и тот вдруг увидел, что у неё нет зрачков, да и белков тоже. Просто пустые чёрные глазницы. Молодому человеку стало жутко.

– Нет! Алиция!! – попытался закричать он.

Но неожиданно сильная целительница ловко зажала ему рот рукой. Руки её по силе были не как у хрупкой девушки, а словно у крепкого мужчины. А ещё они были буквально ледяными, будто у покойника. Ослабший Эшланд не мог высвободиться из её железной хватки. Не имея возможности кричать, он замычал, пытаясь вырваться. Но жуткая медсестра буквально навалилась не него, не давая освободиться. Выражение лица её при этом оставалось таким же невозмутимым, как маска.

– Надо лишь немного потерпеть и всё закончится, – бесстрастным тоном повторила она.

Теперь уже не оставалось никаких сомнений, что в капельнице было не лекарство, а яд. Эшланд умрёт, а кошмарная медсестра скроется. И в его смерти представители клана ещё и обвинят ни в чем не повинных целительниц. Скажут, что те по халатности перепутали флаконы для капельниц. Наставникам даже, пожалуй, хватит наглости подать на больницу в суд. А мистер Равен будет демонстративно утирать скупые мужские слезы, сожалея о том, как трагически погиб его самый «любимый» ученик. Ещё и Лиза придёт на похороны, а потом примется строить из себя деву печального образа, пережившую трагическую любовь.

Все эти картинки молниеносно пронеслись перед глазами Эшланда, он собрал последние силы в кулак, чтобы оттолкнуть убийцу. Но битва была неравной. Медсестра на миг ослабила хватку, а затем принялась за дело с настоящим неистовством, вцепившись своему несчастному пациенту в горло. Молодой человек почувствовал, как на его руке больно затягивают тугой жгут. Потусторонняя девица умудрялась и удерживать жертву, и выполнять свою мрачную работу. Эшланд понял, что это конец…

Но вдруг он едва не ослеп от ударившего ему в глаза яркого света. Кто-то ворвался в палату и, щелкнув выключателем, зажёг лампу под потолком.

– Эшланд, ты кричал? – взволнованно спросила Алиция, подбегая к кровати.

От пережитого шока у молодого человека на время пропал голос. После того как убийца своей «стальной» рукой сжимала его шею, он мог только невразумительно хрипеть.

– Это ещё что такое?! – удивлённо воскликнула девушка, заметив странную капельницу.

Жуткая медсестра буквально растворилась в воздухе, как только зажегся свет, а вот штатив остался на месте.

– Откуда это взялось? – строго повторила Алиция, как будто Эшланд вдруг сам вздумал сделать себе инъекцию.

Это его изрядно возмутило.

– Если ты думаешь, что у меня хватило сил подняться с вашей проклятой койки, чтобы самостоятельно поставить себе укол с ядом, то ты ошибаешься, – недовольно проговорил он.

– С ядом?! – глаза девушки округлились, она даже невольно отшатнулась от злополучной капельницы. – Я ничего не понимаю! Что тут происходит?

– Меня пытались убить, – тяжело вздохнув, ответил молодой человек, он уже немного пришёл в себя.

Что ж, после пережитой финальной битвы и всего ужаса, которого он натерпелся, ему легко было «переварить» и нынешнее происшествие. Эшланд подробно и в деталях пересказал события последних десяти минут. Алицию его слова повергли в настоящий шок.

– Но как? Как же это возможно? Чтобы потом вот так вот запросто…раствориться в воздухе!

Если бы она сама не видела штатив и бутыль со странной красной жидкостью, то ни за что бы не поверила в происходящее.

– Мои коллеги настоящие профессионалы, – криво улыбнулся молодой человек. – Это был морок. Кто-то создал фантома-убийцу и управлял его действиями на расстоянии. Поэтому он так быстро исчез, едва появился посторонний. Ты вовремя пришла и зажгла свет. В очередной раз спасла мне жизнь. Спасибо.

– Я услышала какой-то шум, даже, кажется, крики, – машинально ответила девушка. – Я испугалась, что тебе плохо и сразу побежала посмотреть, что происходит…

– Ты просто отличная медсестра.

– Ох, да не об этом сейчас речь, – взволнованно отмахнулась Алиция. – Надо как можно скорее рассказать обо всём мисс Элис!

– Нет!! – Эшланд неожиданно закричал так громко, что девушка даже вздрогнула.

– Ты с ума сошёл? Чего так кричишь? – недоуменно уставилась на него медсестра.

– Я не хочу, чтобы ты говорила об этом своему руководству! – поспешно пояснил молодой человек.

– Но почему? – Алиция озадаченно хлопала ресницами. – Иначе нельзя…

– Можно! Выкинь эту бутылку, вылей её содержимое куда-нибудь! – властно велел Эшланд, в нём просыпался прежний характер.

– Объясни…я не понимаю, – девушка присела на край постели своего пациента и встревоженно приложила свою ладонь к его лбу, словно желая убедиться, что у него нет жара.

– Потому что, как только твоя мисс Элис или этот мистер Чейн узнают, что по моей вине в больнице появились мороки-убийцы, они тут же вышвырнут меня на улицу! Сама подумай, какой крик поднимут пациенты, если до них дойдёт такая информация! Да никто никогда не захочет здесь лечиться! Отвратительная репутация! – нервно пояснил молодой человек. – А я не смогу сейчас остаться без твоей помощи! Я ещё не оклемался! Мне нужно ещё хоть немного времени, иначе я просто погибну…

– Ты весь мокрый, надо переодеться и перестелить постель. Наверное, вспотел пока пытался драться и сопротивляться, – машинально отметила Алиция, которая не переставала помнить о своих профессиональных обязанностях. – Но что же ты предлагаешь делать? Ты говоришь очень логично, но…

– Умоляю, уничтожь эту бутылку! Вылей её куда угодно! – попросил Эшланд.

– Ладно-ладно! – сдалась девушка. – Но дальше то что?

– О чём ты?

– Как о чём? Если кто-то уже подослал этого морока, то где гарантия, что убийца не явится снова?

Молодой человек молчал, он и сам не знал, что с этим делать.

– После такого фиаско они возьмут паузу, – не слишком уверенно заявил он. – Не будут сразу повторно нападать. А я, может быть, успею немного прийти в себя.

– Так быстро ты не поправишься, – задумчиво произнесла Алиция. – А доктор Чейн и мисс Элис не выделяют на тебя дорогих зелий и лекарств. Ты получаешь необходимый минимум. На таком «пайке» выздоровления придётся ждать месяц, а то и дольше…

– Месяц?! – возмущенно воскликнул Эшланд. – У меня нет столько времени!

– А на меня то ты что кричишь? – разобиделась девушка. – Можно подумать, это я так решила!

– Прости…просто ситуация такая…– извинился молодой человек.

Алиция немного обиделась на него. Она и так постоянно спасает ему жизнь, а в ответ ещё какое-то недовольство! Девушка услышала в коридоре знакомый голос.

– О нет! – испуганно воскликнула она. – Это мисс Элис! Она идёт на обход! Если она увидит эту капельницу, то наверняка спросит, что это такое! И так просто нам будет не отвертеться!

– Так выброси её поскорее! – тоже забеспокоился Эшланд.

Он также, прислушавшись к своему магическому чутью, ощутил, что в их сторону движется целая группа целительниц и врачей. Да, вряд ли они захотят слушать робкие оправдания Алиции…Девушка подскочила к штативу, но сообразила, что если сейчас потащит его по коридору, то, наоборот, привлечёт к себе лишнее внимание. Поэтому она поспешно вытащила бутылку с раствором и, кое-как спрятав её в карман платья, выскользнула из палаты.

Это было сделано весьма своевременно. Буквально через пару минут дверь распахнулась и на пороге показалась уже знакомая Эшланду немолодая медсестра с седеющими волосами, заколотыми в строгий пучок, и яркими, несмотря на возраст, голубыми глазами. Она шла в сопровождении высокого мужчины в очках, которому можно было дать около пятидесяти лет на вид. На нём были длинный белый халат и строгие чёрные брюки. Молодой человек понял, что это тот самый доктор Чейн. Следом за ними, с любопытством выглядывая из-за спин старших коллег, тянулась стайка медсестёр-целительниц. Похоже, им было крайне интересно взглянуть на загадочного «дракона», которого нашли на утёсе и спасли от неминуемой гибели.

– Добрый вечер, – сухо произнесла мисс Элис. – Где Ваша сиделка?

– Она ушла, – ответил Эшланд, но заметив недоумённо вскинутые брови старшей целительницы, поспешно добавил. – Это я попросил её принести мне ещё воды. Мне что-то жарко.

– Да, Вы весь мокрый, – заметил доктор Чейн, усаживаясь на табурет рядом с постелью больного. – Какая была сегодня температура у пациента?

– В пределах нормы, – откликнулась его коллега.

– Измерьте повторно после обхода, – велел врач.

Одна из медсестричек сделала какую-то пометку в большой тетради, которую она держала в руках. Судя по всему, там были назначения по разным палатам.

– Как Ваше самочувствие? – поинтересовался доктор Чейн. – Что-нибудь болит? Беспокоит сейчас?

– Да, в груди давит и дышать немного тяжело, – честно ответил Эшланд. – А ещё слабость просто жуткая. Нет сил встать с постели.

– Неудивительно. Вы потеряли очень много крови, мы приложили неимоверные усилия, чтобы Вас спасти, Вам провели две операции, – кивнул врач. – Что с Вами произошло? Вы поступили к нам без сознания, поэтому собрать какой-либо анамнез не представлялось возможным.

– Я не помню, – быстро заявил молодой человек.

Брови его собеседника недоумённо поползли вверх. Он переглянулся со своей коллегой-целительницей.

– Как это понимать? Вы не помните, кем были ранены? Не знаете, почему оказались на том утёсе? – строго спросила мисс Элис.

– Нет…не только…– Эшланд старался говорить максимально убедительно. – Мне стыдно в этом признаться, но я не знаю, где я нахожусь и кто я. То есть я понимаю, что это какая-то больница, но почему я здесь? Как меня зовут? Что произошло? Вы можете дать мне ответы на эти вопросы? – молодой человек попытался как можно жалостливее взглянуть на медсестру.

Идея изобразить потерю памяти пришла ему в голову абсолютно спонтанно, но Эшланду показалось, что сейчас это может сыграть ему на руку. Беспомощного пациента, который даже не помнит, кто он такой, не рискнут выставить на улицу. А ещё, зная его имя, мисс Элис может попытаться сразу же найти его наставников и знакомых. Так она, конечно, тоже может попробовать, но это уже будет сложнее, всё-таки «драконов» не так уж и мало.

Молодой человек с радостью скрыл бы и свою принадлежность к клану, но её выдавала характерная татуировка на внутренней стороне запястья: чёрный крылатый змей с распахнутой пастью. Такие «метки» имели все его собраться. И медсёстры, когда переодевали раненого, никак не могли не заметить такую деталь.

– А кто Вы по профессии? – неожиданно поинтересовался доктор Чейн.

Эшланд понял, что такими наводящими вопросами врач хочет либо заставить его что-то вспомнить, либо проверить, насколько реальна эта амнезия. Молодой человек старательно наморщил лоб.

– Не могу точно сказать, – с трудом проговорил он. – Но я много учился, мне так кажется…да.

– В институте? – тут же уточнил его собеседник.

– Не знаю…наверное. Обычно ведь много учатся в институтах, правда? – взгляд «дракона» был сама невинность.

– По-разному бывает, – сухо ответил мистер Чейн. – Сколько Вам лет?

– Ох…тоже не могу сказать наверняка, но, думаю, я ещё молод. Наверное, мне около двадцати. Должно быть, Вам проще определить мой возраст со стороны…

– Кто Ваши родители?

– Простите, доктор, я, правда, не могу сейчас дать ответы на все эти вопросы! – с трагизмом в голосе заявил Эшланд. – Я уверен, что у меня есть родные, как и у любого человека. Но вот как их зовут…клянусь, не помню!

После его признаний среди медсестёр пронёсся любопытный шёпоток. Кажется, их крайне заинтересовал таинственный молодой пациент с такой загадочной и необычной судьбой. Тайны всегда кажутся притягательными, особенно юным девицам, которые целыми сутка�