Роль и место ядерного оружия в современном мире. Достижения СССР в освоении космоса. Сборник материалов научной конференции 13 апреля 2023 года
© Общероссийская общественная организация «Российские учёные социалистической ориентации» (РУСО), 2023
© ООО «Издательство Родина», 2023
Вместо предисловия Перед нами враг: чем ответим? К вопросу о стратегическом ракетно-ядерном сдерживании вероятного противника России
В лице «коллективного Запада» во главе с Соединенными Штатами Америки перед Россией стоит вооруженный до зубов враг. Он вобрал в себя все потаенное и открытое зло и все земные пороки и стремится вырвать с корнем наличное добро, освященное духовно-нравственными ценностями русского и всех многочисленных народов нашей страны, корнями уходящими в глубь истории. Этот враг, вселившись в разум и души наших противников, одновременно незрим и в то же время вполне реален.
Исчерпав возможности прогрессивного движения вперед, то есть лишившись «образа будущего» (А. А. Зиновьев), но продолжая следовать своей цели – сохранить господство «золотого миллиарда» над эксплуатируемой периферией, он был и остается смертельной угрозой для всего человечества.
Факты свидетельствуют, что правящая западная элита в любом ее обличии – республиканском или демократическом (США), лейбористском или консервативном (Англия), «зеленом» (Германия) или каким-то «серо-буро-малиновом» и т. д. никогда не изменит своего желания убрать Россию с геополитического поля (также в любой форме ее жизнеустройства – советской, либо периферийно-капиталистической). Запад без сантиментов уничтожает всех тех, кто мешает ему быть мировым гегемоном или хотя бы пытается это сделать. Так, только в прошлом столетии после Второй Мировой войны Соединенные Штаты участвовали в 215 международных кризисах, вооруженных конфликтах и локальных войнах в различных регионах мира. Среди них: кровопролитная трехлетняя корейская война в Восточной Азии (1950–1953); восьмилетняя вьетнамская война в Юго-Восточной Азии (1964–1972); «Буря в пустыне» в 1991 году (вместе с союзниками); агрессия против Югославии в 1992 году; Новая война «Шок и трепет» против Ирака (2003); уничтожение Ливии (руками европейских союзников); агрессивные действия в Сирии, Афганистане и т. д. и т. п. Сохраняется маниакальное стремление североамериканцев к «достижению непревзойденного военного превосходства». Отсюда вывод: империалистические США никогда не были нашими партнерами (за исключением отдельных эпизодов Второй Мировой войны, которые можно считать ситуационными), но всегда оставались противниками.
И могут ли у кого-нибудь в России или за рубежом возникнуть сомнения в том, что развернувшиеся в 2022 году события на Украине стали лишь поводом для проведения генеральной репетиции горячей фазы Третьей мировой войны? Фактически же речь идет о вытеснении экономических противоречий капитализма в сферу мировой политики, которая, как известно, всегда осуществляется не только мирными, но и военными средствами. В этом случае глобалистские притязания никем не «избранного меньшинства» обосновываются откровенно по-расистски: как законные права колонизаторов, считающих себя наиболее приспособленными и имеющими мужество, отказавшись от каких бы то ни было гуманистических ценностей, спасать «туземцев» от невежества. По существу, они – эти притязания, выступают вызовом социал-дарвинистского преступного сообщества всему человечеству, способным привести планету к взрыву значительно скорее тех сроков, о которых предупреждает небезызвестная теория «естественных пределов роста». Основная цель, которая при этом преследуется, – установить контроль над человеческим материалом планеты, уничтожив его излишнюю часть (примерно 5–6 млрд. человек).
Фактически же речь идет о непримиримом, тотальном и беспощадном конфликте между «старым» рабовладельческим, варварским миром и миром «новым». Надо ли говорить, что старый мир – это мир всего отжившего, гнилого, затягивающего человечество в пучину погибели, а новый – это мир знания, нравственной гармонии, суверенного равенства и «осознанной» свободы. И что бы там ни говорили, но именно американцы, затянув в свою орбиту классово близкие им западноевропейские элиты и поставив во главе Украины пройдоху и афериста, окруженного такими же, как и он сам подельниками, развязали «чужими руками» войну на территории бывшей советской республики – неотъемлемой части Большой России. И именно ответом на это явилась СВО, поставившая своей целью демилитаризацию и денацификацию многострадальной Украины. Рано или поздно, но Соединенным Штатам придется уйти оттуда с позором, как они не солоно хлебавши, уходили из Вьетнама, Ливии, Сирии и Афганистана. И это будет началом конца самих Соединенных Штатов как мирового гегемона.
Однако и в этом случае угроза для России и других стран (Китая, например) останется, поскольку нет ничего более опасного раненного зверя. Поэтому, к большому сожалению, нам и впредь придется жить в напряжении и держать «порох сухим» и быть готовым к войне, если мы хотим мира. Говоря военным языком, нам следует держать в полной боевой готовности средства вооруженной борьбы, в первую очередь, ядерное оружие и системы его доставки в нужные точки Земного шара. Тем более, что современная военно-политическая обстановка развивается в условиях нарастания напряженности и разрушения фундаментальных основ стратегической стабильности.
Ядерное оружие остается для России основным средством обеспечения национальной безопасности и сдерживания вероятного противника (коалиции вероятных противников) от широкомасштабной агрессии. Вряд ли есть основания предполагать, что в ближайшие 20–30 лет отношение к ракетно-ядерному оружию кардинально изменится. Совсем не случайно США, осуществляя свою ядерную политику и экстраполируя ее на военные действия в будущем, рассматривают ядерное оружие в качестве ключевого инструмента, гарантирующего им глобальное превосходство. Изменяются лишь формы и способы его применения. «В обозримом будущем, – говорится в „Обзоре состояния и перспектив развития ядерных сил США-2022“, – ядерное оружие будет продолжать обеспечивать уникальный эффект сдерживания, который не сможет заменить ни один другой элемент военной мощи Соединенных Штатов» (Стратегия национальной безопасности США – Biden-Harris-Administrations-National-security-10.2022.pdf).
В долгосрочной программе модернизации ядерного оружейного комплекса Соединенные Штаты планируют создание новой МБР «Сентинел», перспективных авиационных и морских носителей ядерного оружия: стратегического бомбардировщика В-21 «Рейдер» и стратегической подводной лодки типа «Колумбия», крылатой ракеты воздушного базирования LRSO в ядерном оснащении. Модернизируются бомбардировщики B-52H в ядерном оснащении, боеголовки Мк-5 баллистических ракет подводных лодок (БРПЛ) Trident-2, продлеваются сроки эксплуатации и осуществляется их модернизация без наращивания боевых возможностей. Намечено также создание новых ядерных боеголовок для новой межконтинентальной баллистической ракеты (МБР), БРПЛ «Trident» и перспективной крылатой ракеты. Массированные или ограниченные ядерные удары, наносимые первыми, остаются основной формой применения стратегических наступательных сил США. При этом и в военных конфликтах будущего предусматривается достижение безусловного превосходства межвидовых формирований над противником. Учитывается, что применение вооруженных сил будет носить комплексный характер, подразумевающий привлечение Сухопутных войск, ВВС, ВМС и задействование наступательных (оборонительных) сил по единому замыслу и плану.
Подтверждением этого служит концепция США «мгновенного глобального удара» (предполагается его осуществить в течение одного часа с момента принятия решения). Эта концепция занимает особое место в системе военных мер Соединенных Штатов, направленных на завоевание и сохранение статуса сверхдержавы, главенствующей в однополярном мире. Обеспечение стратегического превосходства США над вероятным противником (последовательно над Россией и КНР) мыслится посредством краткосрочного проведения военных действий глобального масштаба с применением ядерных и высокоточных обычных средств поражения, а также космических, информационных и специальных операций в интересах уничтожения наиболее важных объектов противника. Этим янки предполагают завоевать свое стратегическое превосходство.
По мнению американских стратегов, практическое развитие названной выше концепции предполагает совершенствование, главным образом, системы ПРО, а также ударных средств передового базирования в неядерном исполнении, систем гиперзвукового оружия и многоразовых космических аппаратов (как здесь не вспомнить бездумно, а возможно и намеренно уничтоженный «Буран», затопленную станцию «Мир» и многие другие преступления, намеренно совершенные либералами по указке из-за океана).
Наращивая потенциал стратегических наступательных сил Соединенные Штаты планируют «обезглавливающий удар» по пунктам управления группировки РВСН и т. н. «контрсиловой» удар по шахтным и автономным пусковым установкам, которые находятся на боевых стартовых позициях в пунктах постоянной дислокации. Однако такой их подход опасен только государствам, не обладающим ядерным оружием и тем самым не имеющим возможности ответить агрессору.
В Стратегии национальной безопасности Российской Федерации и в ее военной доктрине подчеркивается, что «… в современных условиях Российская Федерация исходит из необходимости обладать ядерным потенциалом, способным гарантированно обеспечить нанесение заданного ущерба любому агрессору (государству или коалиции государств) в любых условиях. При этом ядерное оружие, которым оснащены вооруженные силы Российской Федерации, рассматривается Российской Федерацией как фактор сдерживания агрессии, обеспечения военной безопасности Российской Федерации и ее союзников, поддержания международной стабильности и мира».
Представленные в настоящем сборнике материалы адресованы широкому кругу читателей – тем, кто интересуется прошлым нашей страны, кому не безразлично ее будущее, всем, стремящимся сделать это будущее поистине «светлым и прекрасным».
Президиум ЦС РУСО
И. И. Никитчук
Ядерное оружие – гарантия мира или инструмент войны?
Тема конференции посвящается ядерному оружию, его месту и роли в современном мире, а также достижениям СССР в освоении космоса. Только вчера мы отмечали день космонавтики, день, когда советский человек Ю. А. Гагарин первым прорвался в космос. За плечами Гагарина был многотысячный коллектив ученых, инженеров, рабочих во главе с гениальным ученым и конструктором С. П. Королевым. Еще раз всех с этим праздником, с этим триумфом советской науки.
Эти две темы сегодня тесно переплетены, т. к. космос стал одним из объектов ядерного противостояния.
Ядерное оружие – неотъемлемая часть современного мирового существования, та реальность, которая определяет очень многое в нынешних судьбах человечества и его будущем. Чего больше принесла человеку разгадка тайн атомного ядра? Могущества или бед? Всесилия или фатальной беспомощности перед той внутренней логикой развития, которую обрела ожившая атомная энергия?
На эти вопросы люди, сведущие и абсолютно незнакомые с проблемой, отвечают по-разному. Было ли оно неизбежностью, вызванной железной поступью общечеловеческого прогресса или люди не ведали, что творили, попав в конце концов в западню собственной безответственности?
Наверное, ни один из ровесников ХХ века, даже самый прозорливый, вначале не предполагал, что, перешагнув рубеж XIX и XX веков, мир начал отсчет не просто нового столетия, а новой эры.
Массовое и шоковое прозрение наступило много позже, в августе 1945 года, когда в результате американского применения нового всепожирающего оружия два японских города – Хиросима и Нагасаки – стали пепелищами. Прошло всего 90 дней после 9 мая, отмеченного знаком Великой Победы над фашизмом, и вновь над миром нависла тень безумия, теперь ядерного кошмара. Отныне все, что связано с атомной энергией, человеческая память хранит там, где таятся эти кошмары. Но справедливо ли это? И не связано ли неотвратимо и накрепко будущее человечества с этим джинном?
На данный момент ядерное оружие есть у России, США, Франции, Великобритании, КНР, КНДР, Индии, Пакистана и Израиля. Кроме того, на территории нескольких государств, которые являются членами НАТО, может находиться ядерное оружие США. Некоторые эксперты считают, что в определенных обстоятельствах эти страны могут им воспользоваться.
5 марта 1970 года вступил в силу договор о нераспространении ядерного оружия. Таким образом, страны, обладающие ядерными технологиями, договорились сохранять в секрете материалы по созданию самого оружия и компонентов для него. Договор не подписали КНДР, Индия, Пакистан и Израиль. Кроме того, на данный момент многие страны, такие как Иран, Германия, Япония и другие уже близки к созданию ядерного оружия и могут изготовить его в кратчайшие сроки.
Так что же представляет собой ядерное вооружение страны – опасность или безопасность, вселенское зло, или гарантия мира? С одной стороны, это определенные гарантии и защита для самого государства и его граждан, с другой – колоссальная угроза безопасности любого другого государства и его граждан. Чем больше становится стран, обладающих ядерным оружием, тем больше становится возможность бесконтрольного его использования. Также существует угроза, что ядерное оружие попадет в руки экстремально настроенных радикалов или террористов.
Эти вопросы стали занимать как военных, так и ученых с самого момента появления ядерного оружия. Возникла целая наука о сдерживании со всеми присущими любой науке атрибутами, включая математический аппарат. В этой статье мы не будем погружать читателя в эти дебри, которые, к тому же часто меняют свой облик в зависимости от граничных условий, а остановимся на общих представлениях.
Одно очевидно, что появление ядерного фактора сделало практически невероятным прямое военное столкновение между великими державами. С 1945 года и до наших дней основным типом ведущихся войн стали локальные и внутренние конфликты. В значительной степени изменился и сам характер вооружённой борьбы. Войны не стали менее жестокими, но перестали быть тотальными. Так возникло важнейшее понятие взаимного сдерживания.
Под ядерным сдерживанием подразумевается, что обладание ядерным оружием каким-либо государством вызывает страх остальных и, следовательно, гарантирует ей безопасность и защиту от нападения агрессоров.
Феномен ядерного сдерживания существует, по сути, с момента появления в СССР ядерного оружия. Этот феномен возник как результат преодоления ядерной монополии США после испытания первой советской атомной бомбы РДС-1, осуществленного группой советских ученых во главе с И. В. Курчатовым и Ю. Б. Харитоном под руководством И. В. Сталина и Л. П. Берия.
До середины 1980-х годов сдерживающий потенциал советского ядерного оружия постоянно возрастал. По мере усиления позиций СССР угроза реального ядерного конфликта постоянно снижалась, и к концу 1980-х годов она превратилась в исчезающе малую вероятность.
Отрицание роли ядерного оружия в сдерживании агрессивных посягательств глупо, как глупо отрицать объективные законы природы. В то же время, абсолютизация роли ядерного оружия тоже не может быть признана полностью верной. Ядерный оружейный фактор – необходимое, но недостаточное условие стратегической стабильности, по крайней мере, между основными носителями этого оружия – США и СССР (ныне Россией). Ядерный оружейный фактор главенствует абсолютно, но только лишь в военно-политическом аспекте стабильности. Впрочем, поскольку сам этот аспект является ключевым, то будет более разумным скорее абсолютизировать роль ядерного оружия, чем недооценивать ее. Что касается России, то здесь не может быть двух компетентных мнений. Возможность ядерной и неядерной агрессии против России надежно исключает именно и только ядерный фактор. При этом ядерное оружие следует рассматривать не как средство ведения боевых действий, а как средство их предотвращения, в чем, собственно, и заключается функция сдерживания агрессора.
Атомные бомбардировки городов Японии породили в США эйфорию от обретения атомной монополии. Основным концептуальным тезисом для США стала идея превосходства США над СССР, и как минимум – массированного ядерного удара по Советскому Союзу. Политическое руководство США оценивало время появления ядерного оружия в СССР примерно через десять лет. При этом ядерная война концептуально не только допускалась, но и считалась необходимой в ближайшей перспективе.
Весьма неожиданный для США факт появления в СССР собственного атомного аргумента снизил угрозу планируемого атомного нападения на нашу страну. Вместо этого началась холодная война.
В течение этих лет в США произошла смена нескольких антисоветских доктрин: «отбрасывания коммунизма», «сдерживание коммунизма», «балансирование на грани войны», «гибкого реагирования» и т. д. Причем все эти концепции базировались на идее возможности и желательности для США превентивного использования ядерного оружия против СССР.
В СССР разрабатывались концепции ядерного сдерживания, которые базировались на тезисе о неотвратимости ответного удара. И. В. Сталин и Л. П. Берия рассматривали отечественное ядерное оружие именно с точки зрения угрозы ядерного ответа.
И все же, взаимное наращивание ядерных вооружений СССР и США исключало любой серьезный авантюризм как со стороны этих двух держав, так и остальных субъектов мирового политического процесса. К 1986 году мировой ядерный арсенал складывался из 40723 боезарядов СССР, 23254 боезарядов США, 424 боезарядов Китая, 355 боезарядов Франции и 300 боезарядов Великобритании. Ясно, что все определялось соотношением арсеналов СССР и США, как и сегодня определяется арсеналами России и США. Существенное превышение советского арсенала объясняется наличием в СССР значительного количества тактического ядерного оружия.
Так или иначе, но к середине 1980-х годов режим ядерного сдерживания приобрел устойчивый характер, вероятность ядерной войны понизилась до практически перманентного ноля. Однако в 1990-е годы в результате договоренностей новых властей России, ядерные арсеналы РФ и США подверглись крупнейшим сокращениям. К 2016 году по условиям ныне действующего договора о стратегических наступательных ядерных вооружениях СНВ-3 число развернутых боезарядов РФ и США ограничивается 1550 единицами с каждой стороны. Подобная ситуация явно нарушает существовавшую стабильность сдерживания. Особенно это стало опасным для РФ на фоне перспективы развертывания США национальной противоракетной обороны (НПРО), чья эффективность возрастает с уменьшением числа боезарядов и их носителей.
Возникает с неизбежностью вопрос: насколько обеспечивается эффективность сдерживания в условиях резкого снижения количественных характеристик Стратегических ядерных сил (СЯС) России? Сохраняется ли паритет ядерного сдерживания?
В принципе можно говорить о трех сторонах ядерного паритета сдерживания:
– количественной;
– качественной;
– системной.
Количественный паритет наиболее очевиден и предполагает примерное равенство количества ядерных боеприпасов, доставляемых на территорию агрессора. Но при равенстве ядерных боеприпасов может возникнуть несоответствие между количеством носителей и количеством боеприпасов. Это присуще российским СЯС России вследствие частичной утраты возможности воспроизводства носителей на мощностях Украины.
В целом можно сказать, что количественный паритет имеет полноценное сдерживающее значение при любых количества ядерных боеприпасов, если:
– полностью отсутствует у сторон возможности нанести обезоруживающий удар по средствам ответного удара;
– полностью отсутствуют у сторон средств противодействия силам ответного удара.
Качественный паритет не обязательно жестко связан с количественным паритетом. Качественный паритет заключается в примерном равенстве тактико-технических характеристик ядерного арсенала, в частности:
– точности доставки ядерных боеприпасов к цели;
– соотношение массово-габаритных параметров ядерных боеприпасов к их энерговыделению;
– стойкость ядерного оружия к поражающим факторам;
– живучесть средств ответного удара при нанесении по ним первого удара агрессором.
Системный паритет является наиболее хрупкой, но и наиболее эффективной характеристикой ядерного сдерживания.
Системному паритету присущи следующие факторы:
– эффективность ядерного вооружения агрессора поражать в первом ударе мобильные межконтинентальные баллистические ракет (МБР) и шахтные МБР;
– устойчивость СЯС России к первому удару, в том числе наличие или отсутствие систем защиты стартов;
– уровень способности достигать заданной цели (прорывные качества) ядерных боеприпасов ответного удара;
– наличие или отсутствие у агрессора средств противодействия ответному удару, т. е. широкомасштабной ПРО.
Последний фактор является определяющим в системном паритете. Если первые три фактора каждая из сторон может повышать за счет собственных научно-технических и экономических усилий, то ослабить или нейтрализовать значение последнего можно практически только политически – например, заключением договора по типу Договора по ПРО 1972 года, из которого США объявили о выходе.
Подготовка США к развертыванию ПРО на своей территории создает условия для новой ядерной монополии на гарантированную безнаказанность своей агрессии, утраченную США с появлением у СССР ядерного оружия и ракетных средств его доставки к цели. Фактически, в XXI веке острота проблемы сохранения ядерного сдерживания начинает приближаться к остроте ядерной проблемы для СССР конца 40-х годов ХХ века. Сегодня со стороны России не будет преувеличением официально расценивать проект национальной ПРО США как угрозу не только для РФ, но и всему мировому сообществу. Отсюда следует вывод, что лучший метод избежать ядерной войны заключается в том, чтобы обе стороны (и США, и Россия) оставались полностью незащищенными от ядерного нападения. Результатом подготовки США к развертыванию национальной ПРО стало развитие в России собственных средств, неподучетных существующей системе договоров о сокращении ядерных арсеналов. Речь идет, в частности, о системах, оснащенных гиперзвуковыми планирующими блоками, которые не попадают под определение баллистических ракет, а также о подводных беспилотниках и ряде других систем. Набирает обороты и возобновление воспроизводства головных частей с разделяющимися блоками, имеющие, кроме ядерных зарядов, фальшивые цели, что значительно снижает эффективность ПРО. Так что, что-нибудь да долетит до заданного объекта в любом случае будь это территория США или любого другого агрессора. Исходя из сказанного, можно заключить, что пока паритет в сдерживании использования ядерного оружия между Россией и США существует.
Но ситуация продолжает усугубляться. Кризис в отношениях России и Запада отсчитывают по-разному, кто с мюнхенской речи Владимира Путина, кто с ливийских событий 2011-го и последующей вспышки войны в Сирии, кто вообще начинает с Крыма в 2014 году. Однако на самом деле переворот в отношениях к Западу в головах значительной части российского руководства состоялся на рубеже 1990-2000-х годов и был вызван совокупным действием нескольких факторов – агрессией США и их союзников на Балканах, включением в НАТО бывших стран Восточной Европы, а затем и прибалтийских республик, активной политикой на Украине и в других постсоветских республиках, направленной на вытеснение Москвы с занимаемых позиций, и, наконец, выходом из договора по ПРО. Всё это наблюдалось и осмысливалось в сочетании с продолжающимися попытками вмешательства западных стран уже и во внутреннюю политику России.
В связи с этим важным является заявление Путина о приостановке нашего участия в договоре СНВ-3 и о возможности возобновления ядерных испытаний. Последнее даже более важно, чем договор СНВ-3.
Главная проблема в том, что Россия находится в режиме Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ), который блокирует возможность эффективной ядерной оборонной работы. При этом, наиболее критической и значащей в настоящее время является уже, пожалуй, даже не проблема аттестации имеющегося боезапаса, не проблема совершенствования оружия в части ещё более высокой надёжности и безопасности, а проблема аттестации кадров оружейников.
Ну, в самом деле! Последнее натурное ядерное испытание (ЯИ) было проведено СССР в 1990 году, РФ ЯИ не проводила вообще. С тех пор выросло уже не менее трёх поколений оружейников, которые ни разу в жизни на практике не проверяли сами ядерного или термоядерного заряда, разработанного ими же. Соответственно, многие тонкие моменты, связанные с разработкой ядерных зарядов, не могут быть усвоены молодыми учёными и конструкторами так полно и глубоко, как это было раньше в условиях испытаний. А это – крайне опасное обстоятельство. Прибегая к образному сравнению, можно сказать, что сегодня молодой разработчик оружия уподобляется пилоту авиалайнера, который отработал технику пилотирования лишь на наземных тренажёрах и должен поднять в воздух машину, отработанную поэлементно на стендах без единого испытательного полёта. Можно ли говорить о полноценности такой техники и таких специалистов? Те заряды, которые сегодня составляют реальный ядерный арсенал, разработаны старшими товарищами предыдущих поколений.
Полноценного профессионала не может быть без испытаний. Для того, чтобы уметь плавать, надо плавать. Для того, чтобы не давать «петуха», солист распевается каждый день! А оружейники уже тридцать лет лишь «перелистывают ноты», не издавая звука! И модельные эксперименты, которые сегодня проводятся, в данном случае – паллиатив. В итоге у ядерного оружия неизбежно оказываются всё менее профессиональные специалисты.
Что толку в возможности «виртуально» проверить работоспособность заряда? Человеческий фактор – он ведь существует. И если ослабевает это «звено», то никуда не годной оказывается в перспективе вся «цепь». Одного этого факта достаточно для того, чтобы ставить вопрос о необходимости выхода РФ из ДВЗЯИ (особенно с учётом того, что США и Китай договор не ратифицировали).
В условиях сегодняшнего, явно неадекватного состояния диалога между Россией и США по большинству стратегических вопросов и наличия ряда зон всё более жесткого столкновения интересов двух стран, в сочетании с превращением «русского вопроса» в фактор американской внутренней политики, складывающаяся ситуация не внушает оптимизма.
В первую очередь это касается специальной военной операции на Украине. Происходящее там надо рассматривать не как спонтанное участие Запада во главе с США в развернувшихся боевых действиях, а как часть продуманного плана решения того самого «русского вопроса». Этот план, вероятно, состоит из нескольких этапов, первым из которых является втягивание России в военный конфликт. Это уже случилось.
Следующим будет, вероятно, подталкивание России к использованию на Украине тактического ядерного оружия. Ведь не случайно на Западе, да и в России, вновь заговорили о возможности применения Россией тактического ядерного оружия для завершения спецоперации. К этому Россию вынудят через поставки на Украину новейших образцов западного вооружения, включая авиацию, и нанесения российской армии существенного ущерба с потерей территорий не только на Украине, но и в самой России.
И это уже очень серьезно. Может ли Россия использовать тактическое ядерное оружие в таких условиях? Может! Это позволяет ядерная доктрина России. Но России пока незачем применять тактическое ядерное оружие пока нет угрозы существованию нашего государства. Какие угрозы? Это могут быть ракетные удары по системам стратегического управления, глубокое вторжение украинской армии на российскую территорию или окружение и разгром крупной группировки наших войск, или в случае поставки Украине ракет большой дальности и последующего масштабного удара по Москве или ядерным объектам России, поставки оружия с обедненным ураном и т. п.
Но применение тактического ядерного оружия будет тем спусковым крючком, который вызовет непредсказуемые негативные последствия для России, начиная с полной изоляции в мире, как страны варварской. Если Россия применит тактическое ядерное оружие с целью тактического выигрыша над Украиной, многие страны Азии и Африки, которые активно развивают с нами сотрудничество, могут изменить свое отношение к России. Закончится этот эпизод может или ядерной атакой западных союзников во главе со США или угрозой таковой с требованием ядерного разоружения России, репараций для восстановления разрушенной экономики и инфраструктуры Украины и т. д. Это и будет решением «русского вопроса». Россия может перестать существовать как суверенное государство, ее богатства приберут к рукам победители, к тому же расчленив Россию на ряд марионеточных псевдогосударств.
Чтобы этого не случилось, российскому руководству пора давно перестать играть на Украине в войнушку по правилам олигархов, а перейти к решительным действиям, используя максимально имеющийся военный потенциал. Войну надо закончить как можно скорее с победным достижением поставленных целей, не допустив любого варианта использования ядерного оружия.
Если дойдет дело до серьезного столкновения с применением всех видов ядерного оружия, победителей ведь не будет. Думаю и в России, и на Западе политики слышали о «ядерной зиме». Напомню, что это состояние климата Земли в результате широкомасштабной ядерной войны. Предполагается, что в результате выноса в стратосферу большого количества дыма и сажи, вызванного обширными пожарами при взрыве нескольких сотен ядерных боезарядов, температура на планете повсеместно снизится до арктической в результате существенного возрастания отражения солнечных лучей от верхних слоёв атмосферы. Это может продолжаться до 10 лет. Земная поверхность покроется толстым слоем льда. Все живое умрет. Выжившие люди будут завидовать мертвым. Часть из них просто умрет, а часть попадут в рай по мысли Путина, но поскольку рая не существует, то и они просто умрут от холода и голода, других болезней. Возможность возникновения ядерной зимы впервые была предсказана советским ученым Г. С. Голицыным, впоследствии и многими зарубежными учеными. Надо будет снова начинать этап эволюции.
Теория сдерживания предполагает и оптимальную рациональность со стороны государственных лиц, принимающих решения. Т. е. люди, держащие пальцы на красных кнопках, должны быть максимально рассудительны. Они должны будут оставаться спокойными и здравомыслящими в условиях крайней стрессовой ситуации. При этом лидеры всегда должны контролировать свои армии, и более того, контролировать свои эмоции и принимать решения, основанные исключительно на хладнокровном взвешивании стратегических последствий. Короче говоря, каждая сторона должна вести себя с предельной рациональностью. Но если учесть всё, что нам известно о человеческой психологии, это очень проблематично.
Не нужно обладать тайным знанием, чтобы понимать: в своих поступках люди часто руководствуются непониманием, яростью, отчаянием, безумием, упрямством, местью, гордостью и догматическими убеждениями. Более того, в определённых условиях – когда обе стороны уверены, что война неизбежна, или когда страх потерять лицо особенно силен – иррациональное решение (даже летальное) может показаться единственно верным.
Представим, к примеру, американского президент Байдена, который демонстрирует все признаки психического заболевания. Его заявления и твиты пугающе напоминают симптомы деменции или настоящего психоза. Государственные деятели, не важно, есть у них ядерное оружие или нет, не застрахованы от психических заболеваний.
Все это может сыграть свою роль в развязывании губительной катастрофы для земной цивилизации.
И все же инстинкт самосохранения, хотя и не без сомнений, у человечества не исчез, разум, кажется, тоже. Почему кажется? Потому что, если бы с этими двумя элементами человеческой психики было все в порядке, то, исходя из разумных соображений и накопленного опыта, человечество должно было давно договориться о полном уничтожении сначала обычного вооружения, а потом и ядерного. Именно в такой последовательности, исходя из соображений и логики сдерживания. После этого огромные средства можно было направить на решение массы проблем – с голодом, холодом, болезнями, детской смертностью и т. д. Увы, происходит все с точностью до наоборот – человечество с каждым годом тратит на вооружения все больше средств ради уничтожения себе подобных, чтобы отнять у них материальные ценности и саму жизнь для своей более красивой жизни.
Такова реальность и суть капиталистического мироустройства. Но реальностью является и то, что именно наличие ядерного оружия под страхом смерти и собственного уничтожения сдерживает пока агрессоров от разжигания глобальных конфликтов и мирового ядерного пожара. Вот почему ядерное оружие – гарант мира, а не инструмент войны. Хотелось бы, чтобы и в XXI столетии «абсолютное оружие» продолжило играть сдерживающую роль. Подчиняясь парадоксальной логике, наиболее смертоносное порождение человеческого гения и далее должно служить гуманистическим идеалам, ограждая цивилизацию от ужасов тотальной ядерной войны и взаимного истребления.
В. И. Соболев
Оружие нужно совершенствовать
Трудно не согласиться с Иваном Игнатьевичем о сдерживающей роли ядерного оружия. Но я всё же в своем выступлении хочу некоторые моменты уточнить. С момента появления ядерного оружия в Соединенных Штатах, когда у них была монополия на это оружие, американцы постоянно планировали войну с применением ядерного оружия против Советского Союза, а позже и против других стран социалистического лагеря.
Вот этот план войны против Советского Союза с применением ядерного оружия первоначально назывался «Дропшот». Вот такой план существовал, и он сдерживал американцев, у нас еще не было ядерного оружия. Такой план существовал до 29 августа 1949 года, но он так и не был реализован, были определенные сдерживающие факторы. Мы имели на территории Германии, Венгрии достаточную группировку своих войска, и американцы, каждый раз планируя войну с применением ядерного оружия против Советского Союза, в своих расчетах видели, что наши танковые армии быстрее доберутся до стратегических баз Соединенных Штатов и уничтожат их, а они нанесут неприемлемый для Советского Союза ядерный удар.
Ну а 29 августа 1949 года прошло первое испытание на полигоне № 2 вблизи города Семипалатинска, это даже был не боеприпас, это было ядерное устройство, которое монтировалось на специальной вышке. Когда я учился в Военной академии имени Фрунзе, было такое научное общество, то решил именно конкретно изучить ядерное оружие. И тех, кто занимался этой темой, нас возили в Академию радиационной, химической и биологической защиты, где мы встречались с доктором химических наук, доктором физических наук, полковником Ивановым, он непосредственно участвовал в испытаниях ядерного оружия с первого по 39 взрывы. Он рассказывал, как это было в самом начале. Я уже говорил, что сначала это было просто устройство, не боеприпас. Зная время, они отъезжали на «полуторке» на безопасное удаление, ставили машину в укрытие и, зная время, ложились на данную сторону взрыва, как это и положено, говорит: всегда все равно было видно световое излучение, что бы как ни закрывал, воротником шинели и так далее. А после этого – он говорит – мы вставали, любовались этой картиной взрыва, как растет гриб, и сами считали до 40 и через 40 секунд будет ударная волна. Она, оказывается, не один раз проходит, несколько раз. После этого еще не знали всех факторов, не знали, как измерить эти факторы, сами разрабатывали приборы и ставили какие-то макеты или просто технику для того, чтобы изучить радиусы выхода из строя бронетанковой техники, автомобильной, различных инженерных сооружений, зданий и так далее. И мы – говорит – садились после взрыва на эту же машину, ехали в эпицентр взрыва и этим шагомером измеряли, что на этом расстоянии танки вышли из строя, а на этом они остаются, на этом автомобили, животные в том числе, и так далее. И те таблицы, которые сейчас разработаны, я – говорит – шагомером измерял, я за каждую цифру достоверно отвечаю.
Какие средства защиты были. Респиратор обязательно, соответствующий плащ, после этого они возвращались в свой лагерь, где обязательно принимали душ, всё то, что было на них, обязательно сжигалось, и, конечно, обязательно красное вино пили. Я хочу сказать, что это был 1980 год, когда мы встречались. Первое испытание было в 1949 году, и полковник Иванов 39 раз был в эпицентре ядерного взрыва. 39 раз! Он нормально выглядит, я с ним беседовал, он отвечал на все вопросы и так далее. Вот такие люди были, которые действительно прошли через всё, были в эпицентре ядерного взрыва после буквально нескольких часов или даже меньше – 39 раз!
После того, как у нас появилось ядерное оружие, американцы разработали другую стратегию – стратегию массированного возмездия. Она основывалась на том, что да, мы испытали ядерное оружие, оно у нас есть, но у американцев к тому времени было значительно больше ядерных боеприпасов. И оно основывалось на том, что вот они все равно применят, они уже планировали глобальную ядерную войну с целью уничтожения Советского Союза и стран социалистического лагеря как жизнеспособных государств. В стратегии так было написано. Каждый год они это планировали. И здесь на помощь пришли к нам наши ракетчики. Когда мы стали средствами доставки использовать баллистические ракеты, которые были созданы нашими выдающимися конструкторами под руководством Сергея Павловича Королёва, американцы поняли, что их ждёт возмездие в любом случае, меньше или больше, но, применив ядерное оружие, они не останутся безнаказанными.
Главным средством ведения такой войны была стратегическая авиация Соединенных Штатов. Они делали ставку на неё, ракетные войска у них в меньшей степени развивались, вообще вначале были не развиты. А мы вот как раз пошли по пути, что средствами доставки (тем более до Соединенных Штатов мы вынуждены были это делать) стали наши баллистические ракеты. И вот тогда стратегия Соединенных Штатов Америки изменилась. В начале 60-х годов они приняли новую стратегию – стратегию гибкого реагирования. Вот тогда, в 60-е годы, они стали планировать массово размещать на передовых рубежах, прежде всего в странах Западной Европы, своё ядерное оружие с тем, чтобы нанести Советскому Союзу максимальный урон до того, как он применит свои баллистические ракеты, и другие ракеты у нас тоже были, авиационная составляющая нашей ядерной триады, морская. Именно такая стратегия.
Я еще раз хочу обратить внимание, что, несмотря на здравомыслие, что-то еще, они каждый год планировали ведение войны с применением ядерного оружия против Советского Союза и стран социалистического содружества. Каждый год! Это третья стратегия 60-х годов.
В начале 70-ых годов они поняли (и Иван Игнатьевич доложил), что у Советского Союза возможностей стало больше, возможностей у социалистической экономики значительно больше, чем у капиталистической экономики, мы создали больше ядерных боеприпасов и чувствовали себя довольно спокойно. Вот тогда после этого, в начале 70-ых годов, они приняли четвертую стратегию – стратегию реалистического устрашения. Что это имеется в виду? Они стали говорить о том, что слишком много боеприпасов, их количество нужно уменьшить. И вы знаете, в 1972 году был подписан Договор ОСВ-1, который предполагал два направления.
Первое. Сокращение средств противоракетной обороны, мы оставим по одному району, мы Москву защитили ракетой против баллистических ракет. Они свой тот ядерный центр, который они с самого начала создавали. Это стратегия реалистического устрашения.
Второе. Далее, развивая эту стратегию реалистического устрашения, они пытались всеми способами сделать так, чтобы уравнять сначала количество ядерных боеприпасов, а затем сделать так, чтобы было их как можно меньше. Они поняли, что соревноваться с экономикой Советского Союза, даже всем капиталистическим миром, они не способны выиграть в этом соревновании. И в 1972 году был заключен этот договор, мы значительно сократили средства противоракетной обороны. В 1979 году был подписан Договор ОСВ-2, но в принципе выполнение его Соединенные Штаты Америки сорвали, решив, что они всё же способны в гонке вооружений выиграть у Советского Союза. Вот у них был такой момент выиграть, после чего поняли, что это тоже невозможно. И тогда всеми своими способами, средствами и так далее, тем более после уже развала Советского Союза был принят целый ряд договоров – СНВ-1, СНВ-2, СНВ-3, по которым, как правильно сказал Иван Игнатьевич, у нас осталось 1500 боеприпасов в ядерном снаряжении различного базирования. Это и шахтные установки, и подвижные установки, мобильные ракетные установки на подводных лодках и на наших стратегических бомбардировщиках, которые существуют еще с 50-ых годов.
И когда мы дошли до этой цифры, 1500 ядерных боеприпасов у каждой стороны, вот у американцев созрела совершенно новая мысль и новая стратегия, как они говорят «вырвать ядерные зубы у русского медведя». Их не так много осталось. Если раньше в СССР было 40 тысяч, потом до 12 тысяч, до 10 тысяч, а сейчас у нас до 1500 ядерных боеприпасов. Это стратегия первого глобального обезоруживающего удара по нашим ядерным силам. Они планируют, придерживаются этого плана и считают, что если они внезапно нанесут такой первый глобальный обезоруживающий удар по нашим ядерным силам, то, по мнению американских военных аналитиков, у нас останется где-то 15–20 % ракет с ядерным снаряжением различного базирования. Вот эти ракеты они и планируют перехватить средствами противоракетной обороны, которые они выстраивают в несколько поясов в Европе, даже на морских стратегических направлениях и на территории самих Соединенных Штатов. Они планируют перехватить средствами противоракетной обороны еще до разделения боевых частей на боевые блоки. Вот сейчас такая стратегия. И она в принципе как бы работает на сознание тех нормальных, ненормальных глав государств, которые время от времени высказываются по этому поводу. Вы слышали эти высказывания и от премьер-министра Великобритании, и Байден там иногда срывается или кто-то из его окружения, что в принципе ядерное оружие, ядерное оружие – пусть, типа, русский применит тактическое ядерное оружие, а мы тогда будем…
Что необходимо делать в этой ситуации? Первое. Мы приостановили Договор СНВ-3 и намерены выйти из Договора о запрещении испытаний ядерного оружия. Это необходимость. Действительно оружие нужно совершенствовать. Действительно его нужно испытать, ну и, может быть, не настолько увеличивая количество ядерных боеприпасов, но нужно восстановить главное – наши дивизии боевых железнодорожных ракетных комплексов, которые являются наиболее неуязвимыми для противника. Наиболее неуязвимыми! Если шахтные установки, тем более мобильные, лодки подводные, стратегические бомбардировщики уязвимы вот для первого глобального обезоруживающего удара, то боевые железнодорожные ракетные комплексы являются наиболее неуязвимыми, их нужно восстановить. И в принципе этим вопросом занимаются сейчас.
Надо испытать ядерное оружие, разобраться, как оно действует. Я вам хочу сказать, что, изучая ядерное оружие, вижу, что не до конца оно изучено. В чем страшная сила ядерного оружия? В том, что в большей степени будет страдать мирное население. Мирное население от ядерного оружия практически почти не защищено. Если военные, находясь в боевой технике, на позициях, в каких-то инженерных сооружениях, в принципе защищены, и такой пример приведу: чтобы увеличить радиус выхода из строя танков от ядерного оружия, нужно мощность ядерного боеприпаса увеличить в тысячу раз. В тысячу раз! То есть, кто такой боеприпас будет создавать? То есть танкисты, другие наши войска, находящиеся в бронетехнике, они защищены и в наименьшей степени будут страдать. А вот крупные города, мегаполисы и так далее, конечно, будут разрушены, огромный ущерб будет нанесён инфраструктуре, но самое главное – массово будут гибнуть люди.
Поэтому это, конечно, очень страшная война, если дойдет до этого. Мы ни в коем случае не применим ни тактическое, ни какое ядерное оружие первыми. Но мы должны быть готовы к ответно встречному удару по всем тем государствам, тем странам, которые посмеют применить против нас ядерное оружие.
И, безусловно, необходимо дальнейшее развитие нашей ракетной техники, она долго время оставалась в небытие, вы знаете, и программа «Бурана» была уничтожена, и многие технологии были утрачены. Но сейчас эти заводы в принципе восстановлены. Я бываю в Омске на ракетном заводе, на полёте, я скажу, они трудятся в три смены, трудятся так, что действительно создают чудо-оружие, такого нет у наших противников сегодня. И этим заводом вообще можно гордиться. И здесь в Москве Центр имени Хруничева и так далее создают такие ракеты, которые способны надёжно защитить нашу страну от воздействия каких-либо поползновений со стороны, как сейчас принято говорить, недружественных стран.
Поэтому есть над чем работать, есть что нужно сделать. Это в принципе делается. Но чтобы это делать, делать эффективно, конечно, нельзя использовать тот способ производства – капитализм, тем более который есть у нас сейчас. Нужно сосредотачивать ресурсы именно на наиболее важных направлениях. Это восстановление экономики, восстановление наших Вооружённых Сил, восстановление науки, образования, здравоохранения и так далее. А у нас 300 млрд. долларов только за прошлый год просто украли и 264 млрд. долларов вывез из страны наш крупный бизнес. Фактически мы могли увеличить свой бюджет в три раза. Вот тогда бы были решены все задачи. Люди в принципе на заводах, оборонно-промышленных комплексах, на которых я бываю, всё это понимают, работают, еще раз говорю, не щадя себя, надо остаться на 3–4 часа ночью и т. д., остаются без всяких отговорок и т. д. Люди у нас хорошие, я еще раз убедился, что нормальные люди. Вот только нужно убрать «пятую колонну» из нашего руководства, которая есть у нас, и убрать тех людей, которые вывозят капитал. Кстати, вывозят капитал на вполне законных основаниях. Государственная Дума седьмого созыва на своем последнем пленарном заседании приняла закон, разрешающий из страны вывозить золото, металлы и зерно, и при этом не возвращать выручку в Россию. Если до принятия этого закона, до 1 июля 2021 года, за это полагалось заплатить штраф в объеме выручки и сесть в тюрьму на 5 лет, то сейчас это законопослушные граждане и так могут вывозить капитал. Наша фракция КПРФ в марте месяце пыталась отменить действие этого закона, разработали законопроект, отменяющий действие этого закона № 223-«Единая Россия» не голосовала.
Поэтому есть направление, есть возможности. И нужно только сделать всё, чтобы действительно наше богатство, наши ресурсы работали на Россию, на развитие России. Люди у нас нормальные, они сделают всё.
И. М. Братищев
Советский ракетно-ядерный заслон на пути агрессора: основа создания и ключ к укреплению
Советский атомный проект воплотился в жизнь в далекие 40-е-50-е годы прошлого века в стране, обескровленной мировой (для нас – Великой Отечественной) войной. Это было равнозначно подвигу всего народа, руководителей страны и ее ученых. Сегодня об истории атомных проектов (в мире их было несколько) известно если не все, то очень многое. Важные документы уже рассекретили, их публикация началась после 1996 года, когда в Дубне прошел Международный симпозиум на тему: «Наука и общество: история советского атомного проекта (40-е-50-е годы)». На этом симпозиуме были представлены доклады российских и зарубежных ученых, в которых раскрывалась история развития атомного проекта в Советском союзе и аналогичных проектов в других странах, в частности в США. Все представленные на научной дискуссии работы позднее были опубликованы в трех томах.
Росатом, Курчатовский институт, Саров и Снежинск (раньше он назывался «Челябинск-70») опубликовали в общей сложности около 30 томов. В них можно найти рассекреченные документы, воспоминания непосредственных многочисленных создателей советского атомного проекта. Уже в наше время неким С. Кашеницким был запущен грязный пасквиль, претендующий на сенсацию, что будто бы американцы в конце войны нашли в Германии четыре атомные бомбы, которые и помогли им создать атомное оружие. Заявил он, кстати, что в Сухуми работали немецкие специалисты, открытия которых якобы помогли это сделать и нам. Факты, подтвержденные документально, свидетельствуют, что все это не более, чем ложь. Немцы не могли создать атомную бомбу к концу войны. Никакая атомная бомба в Сухуми не доставлялась. Там действительно работали немецкие специалисты, но занимались они созданием технологии разделения изотопов. Одному из них Манфреду фон Арденне – физику, исследователю и изобретателю была даже присуждена Сталинская премия, а затем и Национальная премия ГДР.
История отечественного атомного проекта и создания первого в нашей стране атомного города Арзамас-16, героического подвига коллектива ученых во главе с И. В. Курчатовым и Ю. Б. Харитоном, сумевших в невероятно трудных условиях в сжатые сроки решить сложнейшую задачу – создать первую советскую атомную бомбу РДС-1, положив тем самым конец монополии США на ядерное оружие, подробно описана в книге И. И. Никитчука «Преодоление. Арзамас-16: как это было. Историко-аналитическое исследование» [1].
Не могу не отметить, что параллельно с разработкой и реализацией атомного проекта в Советском Союзе создавались и первые отечественные баллистические ракеты дальнего действия (1946–1959 гг.). Основные направления отечественного ракетостроения возглавили С. П. Королев, В. П. Глушко, И. А. Пилюгин, В. П. Мишин, В. И. Кузнецов, М. С. Рязанская, В. П. Бармин, М. К. Тихонравов и др. Уже в ноябре 1950 г. на вооружение Советской Армии был принят ракетный комплекс Р-1, а в октябре 1960 г. на вооружение была поставлена новая отечественная ракета Р-2 с дальностью 600 км.
В сентябре 1945 г. в Военной артиллерийской академии им. Ф. Э. Дзержинского создается факультет реактивного вооружения. С 1951 г. начинается подготовка ракетчиков-инженеров в Ростовском высшем артиллерийском инженерном училище, а в 1953 г. – в Камышинском артиллерийском техническом училище.
С 1952–1953 гг. в СССР начинается серийное производство ракет Р-1 и Р-2 на заводе в г. Днепропетровске, в 1953 г. – проводятся лётные испытания ракет Р-5 и Р-11 на полигоне Капустин Яр, а в декабре 1955 г. – испытания ракет Р-11М с ядерными зарядами. Наконец, 31 декабря 1959 г. выходит приказ министра обороны СССР о создании Ракетных войск стратегического назначения. С того времени основой ракетно-ядерного щита страны стали боевые ракетные комплексы: первого поколения (1959–1965 гг.), второго (1965–1973 гг.), третьего (1973–1991), четвертого (1991–2001), пятого (2001-н/вр). Одновременно с этим, что важно подчеркнуть, создавалась система автоматизированного управления РВСН.
Первое поколение этой системы было принято на вооружение в 1969 году. Благодаря автоматизированному управлению целым видом Вооруженных сил резко повысилась оперативность и эффективность РВСН. Впервые были реализованы основные требования к АСУ РВСН: высокая надежность, оперативность, «скрытность» управления. Тем самым обеспечивались: передача в войска команд, регламентирующих осуществление различных режимов работы, перевод войск в различные степени готовности, планирование применения, включая приказы о пуске и отмене пуска ракет. Стал осуществляться сбор информации о состоянии готовности ракет и войск, о задержках в выполнении задач.
Проект АСУ был разработан и предложен Т. М. Соколовым (ЛПИ), а руководил им А. М. Яшин. В его реализации участвовали А. П. Волков, В. И. Лебедев, В. И. Лазуткин и многие другие. Надо ли говорить, что все работы осуществлялись на отечественной программной, научно-технологической и производственной базе, позволившей в дальнейшем внедрить систему управления РВСН второго, третьего, четвертого и наконец, интегрированную АСБУ РВСН пятого поколения (середина 90-х годов). Кстати, и она основывается на применении современной исключительно отечественной радиационно-стойкой компонентной базы и материалов, позволяющих выполнять задаваемые Минобороны РФ требования по надежности и устойчивости управления во всех условиях эксплуатации аппаратуры, рассчитанные не только на текущую эксплуатацию, но и на перспективу [2].
Возникает вопрос: чем был обеспечен в прошлом и может обеспечиваться в перспективе успех в создании и эксплуатации надежного ракетно-ядерного заслона, способного гарантированно осуществить нанесение заданного ущерба любому агрессору (государству либо коалиции государств) и в любых условиях. На мой взгляд, главную роль здесь сыграли и могут играть три основных фактора.
Первый фактор. Он касается наличия в Большой России, после Великой Октябрьской социалистической революции утвердившейся в форме СССР на 1/6 части Планеты, идеологии общего дела на общее благо. Она впитала в себя исторически сложившуюся в России систему духовно-нравственных ценностей, а именно:
▶ приоритет духовного над материальным;
▶ принятие тех или иных значимых решений, исходя из внутренне присущих многонациональному русскому народу представлений о правде и справедливости;
▶ специфическое понимание материальной выгоды, при котором последняя не фетишизируется, то есть не обожествляется и не ставится во главу угла;
▶ своеобразное отношение (в большей степени отрицательное) к мелочной расчетливости, торгашеству;
▶ превалирование в системе интересов общественного и коллективного начала;
▶ особое восприятие государства, как органа, создаваемого для решения четко конституируемых задач и наделенного регулятивными и патерналистскими функциями.
Советская практика показала, что страна может развиваться и решать в короткие сроки грандиозные (казалось бы, неразрешимые задачи) только тогда, когда руководство, которое общество выдвигает из себя, действует в народных интересах.
И действительно, неоспоримый успех Советского Союза в создании мощного ракетно-ядерного заслона на пути любого агрессора обеспечивался не только уникальной экономической моделью (о ней ниже), а, главным образом, удивительной сплоченностью большинства советских людей, осваивающих новые территории, строящих тысячи и тысячи заводов и фабрик, новые города, работающих в поте лица ради общего и личного блага, укрепляющих свою страну и свое государство и верящих в них. Результат известен – к середине 50-х годов, несмотря на гигантские потери в Великой Отечественной войне, наша держава заняла первое место в Европе и второе в мире по основным социально-экономическим показателям.
Народ созидал социализм и одновременно преобразовывал свою человеческую натуру, покорял природу, не нарушая ее гармонии, старался победить равнодушие, косность, корысть. Он строил новое общество, основанное на откровенности, искренности, правде и социальной справедливости. Его идеалом утверждалось всемирное товарищество братьев и сестер, мир без эксплуатации и войн. На этом фоне апофеозом пошлости, невыносимого лицемерия и притворства стала современная Россия с ее чиновничеством, коррупцией, показной религиозностью, карьеризмом, сребролюбием, мечтами о благополучии, возникающими из ничего, но воспеваемыми антисоветчиками, антикоммунистами и русофобами всех мастей и оттенков. Они не приемлют социализм и коммунизм, соразмерный христианству, дающий людям надежду на счастливую жизнь, материализующий их устремленность в «космическую ширь» (А. П. Платонов), философски осмысленную в трудах русских космистов Н. Ф. Федорова, К. Э. Циолковского, А. Л. Чижевского, В. И. Вернадского и других.
В этом контексте нельзя обойти вниманием проблему социального доверия (главным образом, к властвующим элитам, институтам государственной власти, политическим и общественным организациям, семейным ценностям и др.), которое по мнению ученых, погруженных в проблему, играет определяющую роль в изменяющейся социальной реальности [3]. Думаю, не выглядит преувеличением вывод, что в период реализации атомного проекта и создания ракетно-ядерного щита Советского Союза среди различных типов общественных отношений те, которые были проникнуты доверием к властным структурам страны явились самым сильным средством, способствующим достижению цели, а, следовательно, и самым ценным ресурсом.
В социально справедливом социалистическом обществе его критериями (отличительными признаками) становятся идеи:
▶ товарищества, братства, солидарности, то есть всего того, что обеспечивается коллективным владением, пользованием и распоряжением общественной собственностью на средства производства;
▶ действительной свободы, выступающей альтернативой непосредственной зависимости человека от капитала и социального отчуждения и проявляющей себя в различных формах общественной жизни (производственной, социальной, культурной);
▶ равенства и демократии, понимаемых как «власть трудящихся, для трудящихся и посредством трудящихся», то есть как действительное самоуправление;
▶ отказа от догм советского прошлого и его демонизации;
▶ естественной преемственности исторических этапов становления российской государственности, а вместе с ней и права как связующего и цементирующего звена всей правовой системы;
▶ «научного управления обществом» (перспективное планирование народного хозяйства, прогнозирование НТП, государственная поддержка и развитие социальной сферы, культуры, науки и образования, регулирование структуры потребления);
▶ утверждения статуса страны-победителя и освободителя и, вместе с тем, носителя гуманистических ценностей;
▶ русского «миродержавия», отстаивающего во внешних пределах национально-культурную идентичность, духовно-нравственную самобытность.
Второй фактор. Неоспоримым фактом является то, что именно Россия (в форме СССР) впервые в человеческой истории сумела осуществить грандиозный социальный эксперимент (1917–1985) на шестой части Земли и одновременно обеспечить живучесть национальной экономики, ее способность воспрепятствовать любым военным угрозам.
Более 75 лет назад в Советском Союзе уже была хорошо известна аббревиатура ОГАС, означающая «Общегосударственная автоматизированная система управления народным хозяйством». Она была основана на новой системе макроуровневого управления и тесно связана с достижениями отечественной вычислительной математики и созданием электронно-вычислительных машин, без которых ОГАС была бы попросту невозможна.
Надо ли удивляться тому, что в далеком 1948 году через два с лишним года после окончания Великой Отечественной войны, И. В. Сталиным было подписано постановление Совмина СССР о создании в АН СССР Института точной механики и вычислительной техники. Во всех университетах были сформированы факультеты прикладной математики, позволившие вывести Советский Союз к созданию новой отрасли экономики – электронной промышленности. Руководство державы понимало, что современное управление как самостоятельная наука и практика нуждается в наличии трех составляющих: вычислительной математики, программирования (т. е. процесса подготовки задач для решения их на ЭВМ) и конструирования самих ЭВМ.
В результате вплоть до 90-х годов прошлого века страна устойчиво занимала второе место в мире по выпуску базовых компонентов электронных изделий. Созданное в 1965 году Министерство электронной промышленности руководило отраслью, в которую входило 160 предприятий (в наши дни часть из них сохранилась только в Беларуси). В считанные годы (1963–1970) в подмосковном Зеленограде было создано 9 НИИ и 5 опытно-промышленных предприятий. Было налажено конструирование и производство ЭВМ сначала на радиолампах, а затем на интегральных схемах полупроводников. Затем появились знаменитые АСУ, АСТП, АСУ с ЧПУ, ОАСУ. В 1983 году был создан Ленинградский научный центр (ЛНЦ АН СССР), возглавил который в 1989 году лауреат Нобелевской премии по физике академик Ж. И. Алферов. Свою награду он получил за разработку полупроводниковых гетероструктур, используемых в высокочастотных схемах и в оптоэлектронике.
Непревзойденным проектом, имеющим самое прямое отношение к обороне, стало создание АСУ (А+9+1000). Он включил в себя систему «Алмаз» Госплана СССР и АСУ девяти министерств ВПК (объединений, НИИ, КБ, заводов и организаций этих министерств). В рамках этого проекта были созданы: автоматизированная система цехового управления предприятия ВПК (АСУ-цех), АСУ главного производственного управления; автоматизированные рабочие места специалистов (АРМ) [4].
Все это позволило внести в отечественное промышленное производство моделирование, превратив его в общее свойство технологических процессов, вбирающих в себя огромное количество мыслительных операций. А эту задачу можно решать, только используя суперкомпьютеры. Напомню, что первые советские вычислительные машины (они, как известно, собирались в Киеве и Москве) могли осуществлять только до двух тысяч операций в секунду. Около 30 лет в создании более мощных по быстродействию ЭВМ мы были с американцами на одном уровне, а наши серийные ЭВМ – БЭСМ-6 на больших интегральных схемах обеспечивали до миллиона операций в секунду.
В начале 60-х годов академик В. М. Глушков – организатор и первый директор Института кибернетики УССР (1962) стал инициатором применения кибернетических методов в едином народнохозяйственном комплексе страны, предложив автоматизировать само проектирование ЭВМ. Разработанная им концепция ОГАС вошла в стадию директивного рассмотрения вплоть до Президиума ЦК КПСС. Однако до конкретных шагов дело так и не дошло. У проекта нашлись противники, в основном из числа критиков реформ А. Н. Косыгина,