Не Боги

Глава 1

12 месяцев назад.

Лик обернулся, вглядываясь в темные пятна слабо освещённой улицы. Патруль проезжал через улицу примерно каждые десять минут. За ним плелся Майк, один из немногих настоящих друзей, который был на два года старше. Лик – это прозвище он получил еще в детстве – вчера отпраздновал шестнадцатилетние. Хотя слово отпраздновал в его случае сложно применимо. Мать откупилась от него двадцатидолларовой купюрой, предпочитая вечер в компании нового сожителя, (который, кстати, не остался в стороне и сунул Лику десятку) и наркотических веществ. Лик провел весь день у Майка за пиццей и видеоиграми, предпочитая не видеть трипы своего родителя. Несмотря на это мать нельзя обвинить в полном безразличии. В доме всегда было убрано, еда в холодильнике свежая, вещи, которых было хоть и не так много систематически стирались. Мать Лика старалась в равной степени уделять свое свободное время сыну и наркотической зависимости. Хотя последнее чаще оттягивало одеяло на свою сторону.

Свет от фар брызнул на улицу. Лик отошел от забора, в котором несколько дней назад предусмотрительно сделал дыру, перекусив сетку так, чтобы они с Майком пролезли без особых проблем. Машина проехала вверх по улице оставив друзей снова наедине с тусклым, желтым светом фонарей.

– Ты уверен, – спросил Майк, пролезая за Ликом.

– Да, зачем ему врать?

– Потому что он наркоман? – Майк оттряхнул колени и тщательно осмотрел рукав, которым, как ему показалось, зацепился за кончик перерезанной сетки.

– Моя мать тоже наркоман. – они шли по газону, усыпанному пеплом, которых взмывал вверх от каждого шага. Газон рядом со зданием был выжжен, но характерный запах гари успел ослабнуть со времени пожара.

– Но ты знаешь ее не две неделе.

Лик фыркнул нечто не внятное себе поднос. И осторожно спустился к двери в задней части здания. За дверью по рассказам очередного сожителя матери, находился резервный генератор.

– Он здесь работал. Медбратом. Уволился, когда заподозрили в краже медикаментов, но не смогли доказать.

Лик надел тканевые перчатки и достал болторез из портфеля.

– А что насчет охраны?

– Успокойся. Когда из больницы вывезли все оборудование и медикаменты остался один патруль, который периодически осматривает здание на следы взлома. Эту дверь с улицы не видно, а копы редко выходят из тачки.

Они уперлись в ручки болтореза с двух сторон и надавили всем корпусом. Навесной замок на двери, который явно не ожидал таких нагрузок повис на оставшийся целой части душки. Лик быстро вынул его из проушин и дернул просевшую дверь. Через пару секунд оба взломщика оказались в темном помещении, плотно закрыв дверь. Майк включил фонарь, который часом ранее ему выдал Лик.

– Они хотят ограбить больницу завтра. Он сказал матери, что в подвале есть еще одно крыло. Туда пускали только по пропускам, даже обслуживающий персонал приезжал отдельно.

– И почему он так уверен, что там могло остаться нечто ценное?

Лучи фонарей шарили по небольшой комнате с опечатанными генераторами. Пожар сюда не добрался. Они осмотрели внимательно комнату на возможное присутствие чего-то ценного.

– Не уверен. Он говорит его друг учувствовал в погрузке оборудовании и, судя по всему, он утверждает, что подвальном крыле осталось много интересного.

Они остановились у двери в противоположному конце комнаты. Небольшое матовое стекло в центре двери не позволяло разглядеть помещение за ним.

– Слушай, – Лик перешел на серьезный тон. – Я не утверждаю, что мы найдем что-то ценное или что нас не поймают, но это шанс заработать деньги. Они нужны моей матери. Она была в бесплатной клинике уже два раза и ничего не изменилось. В любом случае завтра сюда наведается ее новый хахаль и он точно не станет ей помогать. Продаст все что найдет и обделается снова, как в последний раз.

– Ладно, – согласился Майк. – Я все понимаю, но в следующий раз предупреждай о подобный делах заранее, а не за час.

– Я постараюсь, – улыбнулся Лик.

– И в любом случае, мне кажется, если там все так секретно внутри должна быть охрана.

Лик нажал на ручку, повезло, язычок замка без сопротивления ушёл в сторону, открыв ночным посетителям доступ в коридор. Похоже не все двери были заперты. Майк проверил несколько палат, большая часть из которых пустовали. В некоторых оставались прикроватные тумбочки и каталки. Одна из комнат была заставлена стеллажами с моющими средствами.

– Тут ничего не будет, – на всякий случай Лик говорил полушёпотом. – Нужно найти лифт, за ним служебная лестница.

У одной из палат на стене висел план эвакуации первого этажа. Майк направил луч от фонаря на схему, пока Лик запоминал нужные повороты. Удостоверившись у себя в голове, что он все запомнил правильно, Лик направился дальше по коридору. Под ногами захрустели первые, мелкие осколки вылетевших от высокой температуры дверных стёкол. Куски почерневшей, вздувшейся краски, опухолями украшали стены. Луч Майка пролетел по оплавленной табличке у очередной двери – «Ординаторс…» – гласили оставшиеся целыми буквы.

«Мы прошли половину «Терапевтического отделения» по направлению к центральному холлу» – заключил в голове Лик.

– Осторожно, – замедлил шаг Лик. – Эта часть больницы прилично выгорела.

Через минуту они оказались напротив центрального входа. Два лифта, которые имелись в здании были оклеены желтой лентой.

Главный холл пострадал намного меньше. Сохранив все остерегающие и предупреждающие плакаты на своих стенах, вдоль которых столпились каталки и кресла для перевозки больных. За лифтами, как и говорил новый временный «муж» матери, Лик обнаружил дверь ведущую к лестнице.

Дверь висела на одной нижней петле, опираясь на стену для большей устойчивости. Лестница была усыпана пеплом, спрессованным в следы десятками ног. Часть пролетов ведущих вниз так же покрывались темными осадками, занесёнными с верхних этажей. Но с меньшим количеством оставленных следов.

– Видишь, – Лик указал пальцем на пол коридора.

– Следов почти нет, – кивнул Майк. – Но может тут есть другой вход, через который они все вывезли.

– Не думаю, тогда бы Билл не возлагал на эту больницу таких надежд.

– Ты первый раз назвал его по имени.

– Если это место ни пустышка и мы поднимем денег, я ему и руку пожму.

– Главное мне позолотить не забудь.

– 50 на 40, – сухо ответил Лик.

– Остальное на расходные материалы, – согласно кивнул Майк.

Они спустились на нулевой этаж, где потрескавшаяся краска стенс менила свой цвет на синий. Дверь украшал магнитный замок, с небольшим плоским разрезом, ожидающим ключ-карту. А на случай отсутствия электричества в больнице, ниже был врезан обычный, цилиндровый замок.

– Судя по виду не самый надежный, – заключил Лик осмотрев цилиндр замка.

– Ничего, – Майк направил фонарь на часы, которые ему еще в детстве подарила бабушка. Классический вид которых делал их универсальными для ношения в любом возрасте. – Почти полночь, есть время.

Лик почувствовал в голосе Майка нотки дружеской издевки, отсылающей к его деятельности взломщика замков в одной из средних школ города. Дело было на прошлых летних каникулах. Лик задумал обнести класс информатики. Специально выбрав школу на другом конце города, в которой учился в младших классах. И все было успешно ровно до того момента, как Лик принялся за взлом. Его попытки открыть замок отмычками затянулись почти на двадцать минут. А скрежет и шепот привлекли внимание охранника, совершавшего внеочередной обход территории. Майк часто вспоминал эту ситуацию, когда Лик планировал очередное проникновение.

– В этот раз план проще.

Лик расстегнул сумку, выложил на пол зубило и молоток.

– Не боишься, что услышат? – заволновался Майк.

– Будем надеяться.

Лик обмотал куском плотной ткани ручку зубила и приложил рабочую часть инструмента к цилиндру замка. Громко, выдохнув, он несколько раз насколько мог сильно ударил молотком по зубилу. Цилиндр с хрустом ушел в глубь двери выйдя с противоположной стороны. Лик подождал пока больничные коридоры окончательно проглотят звук его работы. Еще пара ударов и цилиндр загремел по полу с обратной стороны двери.

Майк поднялся в главный холл. Выключив фонарь, он вслушивался в ночную тишину за главными дверьми больницы. Лик тем временем достал отмычку похожую на длинную букву «Г», просунул в образовавшуюся дыру и повернул механизм замка. Щелчок заставил Майка включить фонарь и поспешить вернуться к другу.

Внимательно осматривая открывшийся коридор, Лик тихо спрятал инструменты. Сразу за дверью их встречала стена. Влево уходил коридор, в конце которого по правой стороне Лик насчитал три палаты.

Майк закрыл дверь и быстро направился за другом. Он, почувствовав, как приступы паники накатывают волна за волной. Если кто-то услышал их шум и вызвал копов бежать будет некуда. Лучше бы Лик просидел час за отмычкой.

Двери в конце коридора так же были оборудованы магнитными замками, но без дополнительных замков снизу. Поэтому без электричества двери в палаты, как предполагал Лик, – это были палаты, оставались открыты.

С первого взгляда палата представлялась операционной, из которой вырвали все оборудование, оставив покрытый кожей операционный стол с креплениями для рук и ног, окруженный торчащими из пола, обрезанными проводами. Лик, достав из сумки небольшой лом, сразу принялся за стоящий у стены стол, каждый ящик которого был оборудован слабым мебельным замком. Несмотря на то, что лом делал процедуру взлома довольно громкой, Лику все же удавалось открывать ящики с минимальным количеством усилий, движений и шума. Как он и предполагал большинство полок пустовали. Только два последних ящика отъехав загремели кюветами с инструментами. Среди которых из знакомых лику были зажимы, скальпели и что-то похожее на щипцы, которыми стоматологи удаляют зубы. С остальным инструментом, как ему казалось причудливых форм, Лик был не знаком. Самое главное, как он думал, за медицинские инструменты можно не плохо выручить.

Майк осматривал остальные шкафы в палате. К сожалению для него, ничего годного не подвернулось. Он нашел лишь несколько упаковок ваты и пару бинтов, которые он за неимение иного решил пока припрятать в сумке. Как раз в том момент, когда его позвал Лик активно жестикулируя свободной от лома рукой.

Последний ящик преподнес еще больший сюрприз.

– Это… Похоже на строительный пистолет? – задумчиво предположил Майк, заглядывая Лику через плечо.

– Сшивающие аппараты. Я такие в документалке видел. Могут пару сотен стоить, а то и дороже, уточним позже.

Лик сгрузил пять сшивающих аппаратов в сумку, а вместе с ними две коробки со сменными кассетами. Одна была почти пустой, поэтому он высыпал кассеты в сумку и положил пустую коробку на стол.

– Ну что, – улыбнулся Лик. – Первая палата не плохо, продолжим осмотр.

– Пара сотен за штуку, – повторил Майк. – И они это оставили.

– Ну эти «они» не знали же, что мы вломимся. Билл трепал о том, что здесь проводили какие-то сложные операции, по его мнению, возможно, не совсем легальные, так что я думаю для «них» это не большой удар по карману.

Они вышли в коридор, в котором по-прежнему хозяйствовали мрак и тишина. Вторая палата у обоих вызвала одинаковую реакцию.

– Дерьмо, – сквозь зубы выругался Лик. Майк разочарованно обводил пустую комнату лучом фонаря. Стены «второй» палаты в отличие от первой были оббиты металлическими пластинами, а не плиткой. Легкие начало жечь. Пары едкого хлора, скопившиеся за время простоя закрытого помещения, вытолкнули гостей заставив быстро закрыть дверь.

– Кто-то явно был повернут на стерильности, – Лик сделал несколько глубоких вдохов стараясь «отчистить» легкие от едкого запаха и двинулся к последней видимой двери в данной части коридора.

– Стой, – Майк замешкался. – Кажется слышал шаги.

Парни как по команде выключили фонари и замерли. Они вглядывались в начало коридора почти привыкшими к темноте глазами. Одновременно модулируя в голове ситуацию побега из замкнутого пространства с прегражденным единственным выходом. Лик начал действовать первым. Он ткнул фонариком уставившегося в темноту Майка и кивком головы указал на третью дверь. Они двинулись спиной вперед. Медленными, тихими шагами. Лик аккуратно, стараясь избежать лишних звуков повернул ручку двери, очень надеясь, что петли не ошарашат молчаливый коридор предательским скрипом.

Когда оба оказались внутри комнаты, Лик бесшумно закрыл дверь и повернул небольшую завертку в центре круглой ручки.

– Ты уверен, что слышал шаги? – насколько возможно тихо спросил Лик.

– Как будто кто-то шаркнул подошвой по полу, – отозвался Майк.

– Ты услышал шорох из-за двери в другом конце коридора или это снова твои нервы, – судя по раздражительному шепоту, Лик начинал злиться.

– Мои нервы в порядке, – обижено кинул Майк.

– Ладно, спокойно, ждем пять минут. Если все тихо – продолжаем.

Майк согласно кивнул головой.

Исходя из того, что Лик смог разглядеть в тусклом свете смартфона, который прикрывал частью куртки – это была смотровая комната. Небольшой стол в центре, наощупь из металла. Большое окно в противоположной стене за которым находилась еще одна палата. Майк в свою очередь следил за обстановкой в коридоре, через прямоугольное окошко в двери.

Через пять минут тишины Лик решился включить фонарь. Луч света ярко отразился в стекле, которое как оказалось было смещено на левую часть стены. Справа от смотрового окна блестела ручка. Единственное что выдавало так называемую скрытую дверь.

Отражавшийся свет бил по привыкшим к темноте глазам позволяя разглядеть лишь силуэты вещей в соседней палате. Майк нажал на блестящий кусок металла и дернул дверь на себя. Скрытое полотно оказалось толще и тяжелее, чем он ожидал.

– Это нормально? – удивился Лик – Она сантиметров десять.

–Наверн…оеее, – последнюю часть слова Майк больше простонал, чем произнес.

Через секунду Лик вошел в тот же стопор, что и его друг. Их фонари медленно перемещались по металлическим стенам палаты испещрённым десятком вмятин. Оплавленные внутри и по краям, обрамленные черной гарью. Осколки от лопнувших ламп украшали пол, хрустя под ногами и впиваясь в подошву. Парни медленно обходили комнату. Один из заваленных на бок металлических шкафов опирался на небольшой столик у противоположней стены. В эпицентре данного «действия» находился операционный стол. Оплавленная кожа плотной коркой покрывала его большую часть. В центральной части стола зияла дыра, на дне которой расплавленный металл сливался с обгоревшим наполнителем. Создавалось ощущение словно стол был эпицентром взрыва. Но кроме стекла и разбросанных хирургических инструментов на полу не было никаких осколков способных подобным образом разукрасить стены.

– Похоже на следы молнии, – неуверенно произнес Майк.

– Возможно, – Лик уже осматривал палату на наличие ценных вещей. Инструменты, валявшиеся на полу, были непригодны. Изогнутые и оплавленные, больше не представляли интереса. -Интересно кого тут оперировали.

– Знаешь, а мне нет, – Майка потряхивало, мозг начинал паниковать, тело послушно поддавалось первым делом затрудняя дыхание.

– Успокойся, – Лик старался звучать как можно менее раздражительно. Майк паниковал практически на каждом их деле. – Какая-то медицинская хрень разлетелась. Не стоит создавать сущностей сверх необходимого.

Лик открыл дверцу поваленного шкафа. Осколки оставшегося внутри стекла высыпались на пол. Груда мелких банок с таблетками и коробки с ампулами, сваленные в нижний угол по очереди, оказывались в руках Лика.

– М2, М3, R5 – это что за препараты такие?

– Берем, пока не нашли лучше, – Майк поднес раскрытую сумку.

Лик начал сгребать контейнеры. Майк напрягался каждый раз, когда новая порция добычи падала в сумку, гремя своим наполнением вперемешку с периодически хрустящим и лопающимся стеклом под подошвами. Следующий шкаф стоял самостоятельно и даже сохранил целой одну из дверей. У второй по периметру торчали осколки, которые Лик ловко доставал и аккуратно складывал на пол. Майк тем временем осматривал нижние полки столов, периодически всматриваясь в черные следы на стенах. Фантазия Майка работала на полную, представляя первопричину такого погрома. Не найдя ничего стоящего, он заглянул под заваленный шкаф. Удостоверившись, что ни один из препаратов не был упущен из виду он резко замер.

– Лик, – в отличии от друга, Майк до сих пор не мог себе позволить перейти с шепота на обычную громкость.

– А, – отозвался тот доставая последнее стекло.

– Тут еще одна дверь, – Майк, не дожидаясь Лика начал поднимать шкаф. Он уперся ногами в пол стараясь как можно медленнее опустить на пол металлическую конструкцию. Лик бросился на помощь придержав шкаф, с другой стороны. Когда процесс был закончен он увидел полу-оплавленную ручку скрытой двери. Наподобие той, через которую они вошли.

Лик нажал на ручку.

– Заперто, – выдохнул он разочаровано.

– Сможешь вскрыть?

– Если она такая же как та – нет, – он кивком головы указал на дверь, через которую они вошли.

– Попробовать стоит, – пожал плечами Майк.

– Давай с начала заберем что осталось, – он уставшим взглядом посмотрел на Майка.

Друзья работали по привычной схеме. Лик осматривал емкости с препаратами, а Майк, держа сумку наскоро утрамбовывал добычу.

Каждая ёмкость по-прежнему была подписана по принципу «буква»-«цифра». Не позволяя Лику, знание медицинских препаратов которого, к слову, была на уровень выше, чем у многих людей, не связанных с медицинским делом, определить хотя бы примерную стоимость краденного.

Последняя упаковка, заполненная капсулами с прозрачной жидкостью, лежала на нижней полке, за уцелевшей дверцей. Лик аккуратно вытянул ее передал в руки Майку.

– Вроде все, давай… – он не успел договорить. Его прервало нечто, что никто из них ранее не заметил. Зеленная точка, отразившаяся в уцелевшем стекле, на которое был направлен луч его фонаря. Лик замер «молясь» чтобы ему всего лишь показалось. Через пару секунд зеленная точка вновь появилась в отражении.

– Майк, – шикнул он на друга

– Я все, переходи к двери, я проверю первый этаж.

–Подожди, – Лик схватил его за руку, краем глаза осмотрев потолок палаты. – Не оборачивайся, смотри куда свечу.

Зеленая точка появлялась каждые пять секунд. У Майка внутри все похолодело.

– Где она? – еле слышно спросил он.

– На потолке, над хирургическим креслом.

– Как мы могли не заметить.

– Я думаю она включилась не давно, пару минут назад.

– Думаешь кто-то прямо сейчас на нас смотрит? – Майк медленно повернулся, делая вид, что осматривает оставшуюся часть палаты.

– Или просто запись. В любом случае мы в дерьме. – Лик последовал за другом. – Надо убираться, как можно быстрее.

Они повторно обошли комнату лучами фонарей. Делая вид, что плоской камеры на потолке и зеленой точки, оповещающего о ее работе, не существует. Вернувшись в помещение с обзорным окном, они плотно закрыли дверь и притаились, вслушиваясь в тёмную тишину коридора. Лик снова действовал первым. Посветив фонариком через окно в двери и убедившись, что коридор по-прежнему пуст он быстро открыл дверь и направился к лестнице. Их быстрые шаги эхом разносились по коридору заставляя друзей еще больше волноваться и спешить.

– Давай быстрее, – Майк обогнал Лика, постоянно поправляя сползающую с плеча сумку.

– Как могу, – ответил Лик в тот момент, когда Майк уже распахнул дверь и вышел к лестнице.

Последнее что увидел Лик этой ночью – упавшее тело Майка и яркий, ослепивший его встречный луч фонаря. Сразу за светом последовал жгучий, болезненный удар холодным металлом в область челюсти и темнота… темнота больничного коридора, сливающаяся с его сознанием, погружая в себя Лика на долгие часы.

Сегодня.

–Ди. ДИ!

Старик в который раз терялся в глубине предоставленных его сознанием образов и возвращался лишь после настойчивого обращения к нему партнера по игре.

– Ди, твой ход, – напомнил ему Итан.

Старику, казалось, с трудом дается понимание происходящего. Это был высохший, высокий мужчина лет семидесяти, и, хотя ноги могли еще держать его в вертикальном положении, передвигался он на коляске.

– Шах, -произнес Ди скрипучим, тихим голосом.

Итан задумался. Его бесило проигрывать старику. Но это был единственный более-менее интересный способ время препровождения в клинике, где спектр досуга был крайне ограничен. Он предпочел бы карты, но азартные игры не разрешали. Лишние эмоции, связанные с азартом, не шли пациентам на пользу.

Брошенный им пульт проехался по доске, сбив половину фигурок. Старик, казалось, не обратил на это ни малейшего внимания. Медленно взяв пульт, он как обычно начал искать канал с мультфильмами. Игра в шахматы не приносила Ди удовольствие, играл он только ради того, чтобы Итан вернул контроль над телевизором.

Итан давно потерял надежду обыграть Ди, но периодически пытался, в перерывах между чтением. Ему не было особого дела до других пациентов, он общался только со стариком, хотя тот в свою очередь редко обращал на него внимание.

Старика звали просто Ди, из-за буквы D, которую он постоянно рисовал у себя на груди и, если не находил никаких пишущих предметов, рисовал всем, что попадалось под руку, считая себя супергероем. В лечебнице он оказался после попытки остановить угоняемый автомобиль, прыгнув точно на лобовое стекло вперед головой. Как ни странно, свою машину от угона он спас, угонщик сбежал, а для родных это стало последней каплей. Теперь старик ждет своего часа у маленького телевизора, с черепно-мозговой травмой, периодически выдавая какой-то сумбур за мудрые фразы. Возможно, именно это и привлекло Итана, старик был идеальным слушателем и подопытным.

Сам Итан оказался в клинике благодаря связям своего дяди, который позаботился, о том, чтобы его племянник прошел курс терапии вместо обитания в тюремной камере. Минимизируя тем самым излишнее внимание и последствия, которые могли возникнуть в случае уголовного преследования. Причиной такого жизненного поворота стали несколько драк, которые по словам очевидцев и потерпевших начал сам Итан.

Последняя произошла в баре не далеко от его дома, мимо проезжающий патруль быстро среагировал на вызов и на всякий случай задержал всех, кто был в заведении. На медицинском освидетельствовании с легкой руки дяди – Итану прописали глубокую депрессию. Объясняя данное состояние потерей семьи в раннем детстве, от которой он так и не оправился, в совокупности с опьяняющими веществами, которые, к слову, он никогда не принимал.

На деле все было намного сложнее. Примерная, семейная идиллия, рассыпавшаяся за несколько дней, вырвала его из детских, беззаботных иллюзий. Заставляя ребенка испытывать вполне себе взрослые оттенки привычных чувств. Злость, ненависть, бессилие и осознание потери съедали неподготовленную для них детскую психику. Несмотря на это, он редко бросался в крайности и произошедшие нарушения закона были скорее исключением, чем системой.

Размышления Итана прервал санитар:

– Итан, – позвал он парня через всю комнату. – Вставай, пора к доктору Льюису на исповедь.

– О, наконец-то, думал выйду отсюда без пары психо-советов и прощальных слез, – улыбнулся Итан.

Все уже привыкли к его шутливой дерзости и не обращали внимания, тем более что с ним никогда не было проблем. С виду Итан не представлял никакой угрозы. Он был чуть выше среднего роста, худой, его темные волосы были короче, чем им требовалось для того, чтобы начать виться. Широко открытые карие глаза отражали уверенность с небольшой долей хитрости, густые черные брови украшали широкий лоб и узкий нос и губы окруженные не большой растительность, которую в обычно, он имел привычку сбривать. Немного впавшие щеки, придавали лицу остроту, а раковины ушей, выступавшие немного вперед до определенного возраста, скрывали кудри. Завершала картину всегда открытая и дружелюбная улыбка. Итан легко сходился с незнакомыми людьми, если, конечно, этого хотел.

Естественно, общение с кем-нибудь кроме молчаливого старика Ди доставляло ему удовольствие. С кем-нибудь адекватным. И Доктор Льюис не редко доставлял ему это удовольствие, как истинный врач, пытая выяснить причину разрушительного поведения его пациента.

– Здравствуй, Итан, – поприветствовал его Доктор Льюис. – Как сегодня твои дела?

– Старик Ди снова выиграл, а медсестра отказалась выдать таблетки, – Итан лег на кушетку, – я могу сорваться в любой момент.

Санитар, проводивший его в кабинет, вышел, но оставался максимально близко к двери, готовый в любой момент ворваться и успокоить разбушевавшегося пациента.

Кабинет главного врача был немного больше одиночной палаты Итана, без излишеств, в центре стоял стол, на котором между стопок бумаг теснилась пара мониторов, за ним находились два шкафа, один с набором препаратов, назначение которых для Итана оставалось неизвестным. Второй шкаф был забит любимыми книгами доктора, которые он периодически давал читать своим пациентам. Напротив стола занимал место небольшой стул, но Итан всегда выбирал кушетку в углу кабинета, стоящую у окна, в которое он часто засматривался. Иногда доктор Льюис проверял слушают ли его вообще, но Итан без проблем проходил незатейливые проверки мгновенно отвечая на поставленные вопросы, показывая, что серьезно относится к сеансам с доктором.

– Итан, завтра твой срок пребывания в нашем заведении подходит к концу, – начал доктор Льюис, не отрываясь от заполнения бумаг. – Надеюсь эти месяцы не пройдут зря.

– Да, док, спасибо, чем-то похоже на мой детский лагерь, только воспитатели строже, – Итан кивнул в сторону двери, за которой стоял санитар.

– Хмм, я рад, что тебе понравилось, – улыбнулся доктор Льюис.

– Я не говорил, что мне понравилось! – возразил Итан.

– Итан, – доктор отложил бумаги и снял очки. – К сожалению, люди не всегда выбирают, где им быть и что делать, но в это место тебя привели конкретные действия. Ты довольно умен, как и многие здесь. Им просто не повезло. Будь то несчастный случай или осознанный выбор, у каждого свои причины, но что-то сломало их. И большинство, так и не смогли оправиться.

Доктор развернул в сторону Итана крайний монитор, поделенный на 16 небольших квадратов, каждый из которых показывал определённые места больницы. В основном общие комнаты и палаты особо буйных пациентов.

– Посмотри, – Итан повернул голову. – Все люди заперты здесь не по свой воле, у них нет выбора, одни опасны прежде всего для себя, другие для общества, некоторые просто не могут в нем существовать. Мы оба знаем с чьей подачи тебя отправили именно к нам. Не подведи его. – доктор Льюис откинулся в кресле. – Подведем итоги. За время твоей реабилитации мы выяснили, что у тебя нет никаких зависимостей от запрещенных веществ и алкоголя. Также не было выявлено психических отклонений. За тобой не было замечено агрессивное или любое другое, выходящее за рамки норм, поведение. Надеюсь, твой, так скажем, небольшой кризис не заведет тебя в заведения по хуже. – он снова указал на монитор. – Подумай, что все эти люди могли дать миру. У тебя есть шанс Итан, шанс, за который большинство их них отдали бы все.

– Вы правы доктор Льюис, полностью с Вами согласен. Я действительно благодарен за ваш труд и вижу, как им тяжело. К сожалению, не всех можно починить, – грустно улыбнулся Итан. – Совершенно точно, у меня не лежит душа потратить свои годы сидя взаперти. И обещаю постараться не обосрать все что имею. Надеюсь, мы больше не увидимся в данных условиях.

– Я тоже на это надеюсь, Итан, приятно, когда твои пациенты больше не возвращаются, – доктор Льюис встал из-за стола и подошел к двери.

Итан поднялся вслед за доктором.

– Завтра утром твой дядя заедет за тобой, думаю сон будет лучшим помощником скоротать время. Прощай Итан, – доктор Льюис протянул ему руку.

– Доброй ночи, Док, – крепко пожав руку врача Итан вышел из кабинета. Наконец терапия была окончена и завтра он уже будет ночевать в своей уютной комнате в далеке от старика Ди и остальных обитателей лечебницы, возможно, застаревших здесь до конца дней.

– Еще один вечер, – улыбнулся он санитару и отправился в палату.

Примерно пару часов, прежде чем уснуть, он провел за книгой. Это было данное ему доктором Льюисом издание совместной работы Нила Геймана и Терри Пратчетта под названием «Благие знамения». Ангел и Демон объединили усилия в попытке спасти мир от конца света. Произведение затягивало с первых страниц, и дочитав последнюю, Итан удовлетворенно отложил книгу и уставился в изрытый неровностями потолок.

Итан знал многое о так называемых ангелах, демонах и еще множестве существ, населявших мир и не только этот. Тем не менее, ему всегда было интересно как люди описывали, сохраняли и проносили сквозь тысячелетия образы существ, являвшихся его «родственниками».

Сам он представлял из себя нечто среднее. Не обычную генетическую комбинацию, встречающуюся крайне редко и ранее считавшуюся ошибкой, сбоем в программе репродукции двух представителей разных видов.

Нечто, что обладало силой, которую презирали и боялись, считали не допустимой, стремились запереть, исследовать и присвоить.

***

Итан проснулся в два часа ночи. Приняв сидячее положение, он начал вслушиваться, вспоминая ритмичный стук, услышанный сквозь сон. Через несколько секунд звук повторился, кто-то бил по стеклу острым предметом. Итан потер глаза, крепко моргнул сбрасывая остатки сна и подошел к окну. За стеклом на подоконнике сидел черный как смоль ворон, довольно крупный в сравнении с собратьями, обитающими на улице. Наверное, поэтому хозяин назвал его Кронос.

Благодаря наличию в клинике свободных мест, Итан жил в палате один. Поэтому можно было не переживать что ворон потревожить кого-то еще. Итан сел на пустующую у окна кровать и отворил деревянную створку.

Со стороны улицы его встретил прохладный весенний ветер, неся за собой приятный запах ночной свежести. Ворон, несмотря на габариты, без труда протиснулся между прутьями оконной решетки, сел на подоконник внутри палаты, открыл клюв и выплюнул перед Итаном перстень.

– Тебе, – сказал ворон – Срочно надень.

Если быть точным, то Кронос не говорил в привычном для человека смысле. Итан слышал его у себя в голове. Громкий и четкий голос протискивался сквозь мысли выходя на передний план.

– Для чего? – Итан поднял золотой перстень, на передней части были выгравированы два крыла, разделенные мечем.

– Мне откуда знать, я ворон.

– Для ворона ты многое знаешь, – возразил Итан – К чему такая спешка?

– Не знаю, говорю же, последнее время Дензел стал каким-то нервным, все время уезжает. Да и в мире становится не очень спокойно, – ворон смотрел Итану в глаза.

– Он всю жизнь в разъездах, ничего необычного, – ответил Итан и закончив рассматривать перстень, надел его на безымянный палец левой руки. – Что значит становится не спокойно?

– Ты мне скажи, ты у нас особенный, – ворон вновь протиснулся сквозь решетку. – Бывай, Итан, и прекращай уже бежать от этого мира.

Ворон выпорхнул в окно громко гаркнув, чем привлек внимание стаи ворон, сидевших недалеко на дереве, “сородичи” тут же ответили беспорядочным криком и еще долго не успокаивались.

Итан закрыл окно и лег в кровать рассматривая перстень и думая о словах ворона. Затем резко поднялся, скрестил ноги, будто собираясь медитировать и сделал глубокий вдох.

Выдыхая, он будто вырвался из своего тела поднимаясь над клиникой и «осматривая» ночную темноту, тишину которой разрывала стая ворон. Используя свойственное некоторым организмам, так называемое – шестое чувство, разогнанное до невероятного уровня. Итан ощутил смазанные, мерцающие огни со стороны города. Тяжелые тела туч, собиравшиеся воедино и планировавшие излить все что накопили за долгие дни на сонную землю.

И тут он понял, о чем говорил ворон. Нечто давило на его открывшееся сознание. Словно за ним наблюдали из дальнего угла тёмной комнаты. Беспричинный, призрачный страх волнами пробегал по телу. Появляясь на пару секунд и сразу же отступая. Новый вдох. Не открывая глаз, Итан лег на успевшую остыть подушку. Приятная прохлада пробежала по лицу.

Перстень немного жег палец, но Итан не обращал внимания. Завтра он узнает обо всем из первых уст, а пока стоит последовать совету доктора Льюиса. Сон моментально затуманил разум, позволив последнему наслаждаться грезами.

Глава 2

12 месяце спустя.

Пустыни… Хранители множества секретов, с каждым годом, зарывающие их глубже в свои пески. Редко кто может добраться до сокрытого, а тем более унести с собой. Одному в пустыне крайне опасно, особенно если не знать, что ищешь.

Но он знал. Это не первая пустыня, в которой пришлось побывать. Сейчас, как и два месяца назад в Египте, он знал, что ищет. Только сегодня пришлось идти ночью. Человек, по крайне мерее с виду он однозначно выглядел как человек, направлялся на восток, через пустыню на юге штата Нью-Мексико в нескольких километрах от Мексиканской границы. Одет он был совсем не как полагается человеку, решившему пересечь пустыню. Темно-серое поло, застегнутое на одну пуговицу и черные джинсы, заправленные в черные полувоенные ботинки. Расталкивая волны песчинок быстрым шагом, он двигался не на секунду не сбавляя темпа.

Через полчаса вдали показался слабый свет. Пришлось взять немного левее. Еще минут через двадцать идущий достиг источника. У небольшого костра, чьи дрожащие языки пламени интенсивно перемещали по паре только что брошенных в огонь поленьев, грелся старик, замотанный в нечто похожее на одеяло. Слева от старика находились три криво сколотые доски в виде небольших ворот, покрытые непонятными символами, значение большей части которых уже давно никто не понимал.

Старик поднял глаза, осмотрел гостя и снова уставился на огонь. Через несколько секунд он поднял руку в направлении ворот:

– Ну и чего ждешь? – сказал он.

Гость удовлетворительно кивнул и направился к воротам.

– Прекрасная ночь, не стоит ее омрачать, – добавил старик вслед.

Пройдя сквозь ворота, он обернулся, на месте костра теперь находилась небольшая палатка, внутри которой сидели местные жители. Дальше за палаткой на несколько сотен метров простиралось нечто похожее на деревню. Из палатки донесся голос:

– Если есть оружие, оставь тут. Я присмотрю за ним, – обладатель голоса приподнялся, он был чуть больше двух метров ростом и явно с переизбытком мышечной массы, как и волосяного покрова, из-за его длинных черных волос на голове и лице виднелись только глаза. Натянутая, облегающая футболка, явно сшитая по таким размерам на заказ, затрещала, когда он потянулся к блокноту в штанах с множеством перегруженных карманов.

– Нет оружия, – ответил гость.

Великан раскрыл блокнот на нужной странице:

– А имя есть? Тут своего рода пограничный пункт, – он дружелюбно улыбнулся.

– Адам, ударение на первую букву.

– Хмм… так… – великан старательно выводил буквы, – Несколько правил. Насилие запрещено в любой форме, как и воровство. Это нейтральная земля, сюда приходят за помощью и укрытием, так что не нарушай и чувствуй себя как дома.

– Я ищу Торговца, – ответил Адам.

– Тут их много, каждый готов продать-купить, только человеческие деньги не в ходу. – великан усмехнулся. – Я, кстати, Зоон.

– Будем знакомы Зоон. Ты ведь понимаешь о ком я, к нему идут за покровительством, а не товаром.

– Понимаю. Торговец в конце улицы, его дом самый большой не пропустишь. Но предупреждаю, он не любит чужих и может быть вспыльчив.

– Я тоже, – ответил Адам.

Хмм… – Зоон поджал нижнюю губу, ответ ему явно не понравился. – Удачи, – добавил великан в след уходящему гостю.

Адам двинулся вверх по улице. Сопровождавшие ее по всей длине дома, казалось, были перенесены сюда из разных эпох. Американские дома времен 18 века чередовались с Китайскими пагодами, в которых проходили различные церемонии. Глиняные хижины рассыпались в пересмешку с палатками и шатрами, часть из которых была обвешана различным товаром. В конце площади стоял единственный четырехэтажный дом из красного кирпича, укрытый скошенной зеленной крышей.

Никаких элементов декора, окна завешаны плотными занавесками, практически не пропускающими свет. По центру здания крыльцо – главный вход, окруженный парой охранников.

Адам прошел сквозь площадь, не обращая внимания на предлагаемый разнообразный ассортимент товаров, основой которого являлись одежда, посуда и инструменты. Последние по заверениям владельцев обладали редкими для этого мира свойствами и были практически бесценны.

Подойдя к главному входу, где как ожидалось придется вести еще один диалог объясняя причину своего визита, Адам, к своему удивлению, обнаружил, что охрана не обращала на него никакого внимания.

Из прихожей наверх вела обычная деревянная лестница, по которой медленно спускалась тихая мелодия. На каждом этаже слева и справа от лестницы встречались запертые двери, без номеров, такие же красные, как стены дома. Источник звука оказался на последнем этаже, за единственной открытой дверью. Музыка с каждым шагом сильнее наполняла Адама, гипнотизировала, дарила спокойствие, просила забыться. Прежде чем зайти он сильно зажмурился и сосредоточился, заглушая в голове манящий поток нот. “Детские фокусы” подумал Адам и шагнул внутрь на теплый свет от нескольких роскошных золотых люстр, висевших под расписным потолком, с изображением караванов и путей на разных частях карты, кусками собранных в одну композицию. Стены украшали зеленые обои с золотистыми лианами, спускающимися от потолка к полу и распускавшимися в некоторых местах цветками, похожими на розы. Картин не было, только несколько подсвечников с электрическими лампами в чьи функции больше входило создание антуража, чем освещение комнаты. У противоположной стены стоял массивный стол из красного дерева, за которым сидело два человека за безопасность которых отвечали два охранника стоящих неподалеку.

Девушка, сидевшая за столом спиной к Адаму, встала. Высокая брюнетка в черном, длинном, платье идеально сшитым и лежащим на ее фигуре так, словно оно подстраивалось под каждое движение. Не оборачиваясь, она обошла стол и скрылась за дверью, которая полностью сливалась со стеной. За столом, в клубах сигаретного дыма остался сидеть человек в снежно-белом пиджаке, из-под которого виднелась красная рубашка с двумя расстёгнутыми пуговицами. Смольная, матовая лысина морщилась при попытке рассмотреть гостя. Под широким носом толстые губы с явным красным оттенком, в подобном освещении казались накрашенными.

Он развел руками, улыбнулся и произнес:

– Приветствую, проходи, присаживайся, – он указал на стул. – Ты кажется Адам? Мне передали ты искал Торговца. Вот я. Надеюсь у тебя есть чем платить? Если так, я слушаю?

Адам подошел ближе, подвинул к себе стул и сел, откинувшись на спинку. Сидения, обшитые зеленой кожей, были набиты чем-то очень мягким, а резные подлокотники и ножки, как и стол были выполнены в едином стиле из красного дерева.

– Ищу одного мастера, знакомого с системой безопасности «Олимпа». Слышал Вы были друзьями, – прямо перешёл к делу Адам.

– Интересно, – ответил Торговец, – Скажем я знаю одного. Возможно, он даже у меня в долгу. Уместно ли в таком случае употреблять слово дружба? Не скажешь зачем тебе?

– Думаю ты догадываешься.

– Ооо, еще интересней, – Торговец опустил руки на стол и взяв тонкую золотую ручку застучал по столу. – Пробраться на «Олимп» незамеченным можно только ради одной цели. Знаешь, скажу честно, таких желающих было не много и все они пропали без вести. А с олимпийцами я не конкурирую, даже сотрудничаю временами, так зачем мне помогать тебе у них красть? – торговец положил ручку, скрестил между собой пальцы рук и внимательно посмотрел на Адама.

Последний в свою очередь спокойно сидел на стуле, не выказывая никаких эмоций.

– Тебя так волнуют кражи? А как насчет контрабанды, которую ты помогаешь перевезти через границу или людей, которые гибнут в оплату твоих услуг?

Лицо Торговца сделалось серьезным, в глазах появились заметные отблески злости. Он достал из верхнего ящика стола сигару, быстрым движением гильотины обрезал кончик и вставил в рот. Через пару секунд сигара задымилась, красные точки тлеющего табака забегали наперегонки. Торговец глубоко затянулся и выдохнул густой клуб дыма.

– Что касается людей, я только указываю безопасный путь. Что и куда везти они решают сами. Цена известна. Одна жизнь, одна тропа, по которой можно пройти лишь раз. Убить себе подобного ради выгоды? За тысячи лет не многие отказывались. Многие достигали в этом деле мастерства, к примеру, можем вспомнить ацтеков, – он зло улыбнулся – О, эти сукины дети любили это дело. Одни скажут, культ, вера – а может одним просто нравилось убивать, ощущать власть над жизнью себе подобного, а другие с удовольствием наблюдали. И даже сейчас, в так называемом, цивилизованном мире, желающих не убавилось. Благодаря этому, я и мои люди получили в свое время достаточно энергии, чтобы спокойно существовать в новых реалиях. К тому же все эти люди были не из безгрешных.

– Ты даешь им покровительство и безнаказанность, – ответил Адам.

– Может и так, в любом случае, уплатить цену они решают сами. Разве кто-то был против? Олимп? Эдем? Где были раньше их хваленные законы о невмешательстве? – очередное облако разнесло по кабинету приторный запах табака. – Может и мы не будем прощупывать границы нашей морали. Меня больше интересует на что готов ты ради моей помощи? – Торговец внимательно посмотрел на собеседника.

Адам привстал вынув из левого кармана штанов небольшой прямоугольный предмет песочного цвета, по размерам чуть больше обычной флешки и положил в центр стола.

– Данное устройство хранит координаты, всех брешей, созданных олимпийцами для незаметного перемещения на материке.

– Откуда оно у тебя? – Торговец встал, усердно туша сигару, которая вопреки продолжала дымить и плевать сгоревшим табаком. Он явно был заинтересован и взволнован.

– Забрал у одного из твоих старых приятелей, – честно ответил Адам. – Два месяца назад.

Теперь в глазах торговца отчетливо читался страх.

– Вот как? Я понимаю, о чем ты. Большое горе для «Олимпа». – Торговец не спускал глаз с Адама. – Они не простят убийство одного из членов Совета.

– Я не убивал Гермеса. Найдя его, я предложил сделку, как сейчас предлагаю тебе. – Лицо Адама не выражало эмоций. Оно казалось Торговцу отстранённым, временами не живым – холодным.

– А что, если я откажусь? – Торговец взглянул на охранников, которые следили за каждым действием Адама.

– Ничего, – холодно ответил Адам. – Знаешь, многие, кто живет в этом месте, считают его безопасным. Не хочу лишать их этой иллюзии. Просто заберу это, – Адам потянулся за устройством, Торговец быстрым движением руки накрыл его.

– Подожди, я не сказал нет, – он взял «флешку» и начал рассматривать. – Ты же понимаешь, что олимпийцы давно ищут тебя. Получается ты последний кто видел Гермеса. И не просто видел, а кое-что прихватил с собой. Наверняка они могут отследить свое устройство,

– К тому времени получишь всю нужную тебе информацию. Потом можешь уничтожить. Мне в общем-то плевать.

Торговец молчал, взвешивая все за и против.

– Хорошо, – он спрятал устройство в карман пиджака, – Я устрою встречу, думаю он будет рад.

Торговец вышел из комнаты через ту же дверь, которой ранее воспользовалась его собеседница и на несколько минут оставил Адама наедине с каменными лицами своих охранников. Вернувшись, он поставил на стол небольшую черную шкатулку, украшенную золотой патиной в виде ромба. Приложил к ромбу палец и повернул к Адаму, шкатулка беззвучно открылась. Внутри находился блестящий прямоугольник, похожий на зажигалку с крышкой, но в разы тоньше. По оценке Адама, на вид, устройство было изготовлено из олимпийского сплава.

– Бери, – сказал торговец. – Это маяк. Второй, подобный, у нашего друга. Выбери людное место и активируй. Просто оттяни верхнюю часть. Это не сложно. Думаю, разберешься. Придется подождать, когда ты в розыске не так просто перемещаться, даже через бреши. По завершении он заберет устройство. Долг передо мной будет погашен. А моя часть сделки выполнена в полном объёме. – Торговец протянул смоляную руку. – Я бы пожелал тебе удачи, но честно – это не в моих интересах.

Адам пожал слегка влажную руку и через минуту снова стоял на крыльце дома вдыхая благовония близ стоящего рынка. Пахло варенной рыбой вперемешку с горьким запахом незнакомых ему трав, развешанных внутри многих палаток. Теперь владельцы не зазывали приобретать товары исключительного качества, а все как один пристально смотрели и провожали Адама взглядом, отворачиваясь и косясь, если он смотрел в ответ. Складывалось впечатление что поселение работает как единый организм пытающийся понять, что за чужеродное тело в нем находится. Адам чувствовал, как Торговец следил за каждым его шагом, провожая до границы своих владений, чтобы вздохнуть с облегчением, когда тот покинет его маленький мир. Адам сделал вид, что не замечает объявившейся к нему интерес.

Выйдя за самодельные, криво сколоченные ворота он снова оказался посреди пустыни. Костер слабо тлел. Старик, кажется, спал и не обратил на вернувшегося гостя никакого внимания. Сжав в руке блестящий маяк, Адам двинулся на встречу остывшему пустынному ветру. Сделка прошла, как нельзя лучше. На холодном лице мелькнула улыбка.

Часа через пол он шел уже по абсолютно другой пустыне на другом континенте.

***

Утром Итан снова проснулся от стука, на этот раз в дверь. Уставший после ночного дежурства санитар пришел сообщить, что время вставать, к тому же, за ним уже приехали. На часах было ровно 7:30.

Пациенты тянулись друг за другом в столовую, Итан обогнал их, следуя за санитаром, который вел его в комнату хранения, куда убирали вещи пациентов при поступлении. Через пару минут бумажной волокиты перед Итаном положили пакет, в котором хранились его потертые темные джинсы, синяя футболка с принтом какого-то города и надписью «Welcome», и тонкая, тканевая, черная куртка с капюшоном. Под стопкой одежды находились ключи и несколько мятых долларов. Он распихал все по карманам, расписался за полученные вещи и направился к выходу, где на ресепшене ему выдали оставшиеся документы о его состоянии и отбытом наказании. Выйдя на улицу, Итан глубоко затянулся свежим воздухом подражая героям многочисленных фильмов, которые после длительных заключений делали первый свободный вдох будто пробуя свободу на вкус, усмехнулся самому себе и направился по территории клиники к главным воротам.

Напротив главного корпуса лечебницы выстроили не большой хостел, в котором, в основном, жили приезжавшие на время родственники или друзья пациентов. Сейчас стоянка перед хостелом практически пустовала, за исключением пары не примечательных семейных седанов и зеленого Chrysler Voyager. Рядом с машиной стоял мужчина и похоже с кем-то разговаривал. Из-за спины Итан не мог понять с кем именно, но подойдя ближе, он увидел девушку, одетую в форму отеля. Мужчина явно ее заинтересовал, милая улыбка скользила по ее губам, а на некоторые из его реплик она отвечала искренним смехом.

– Дензел, – подойдя сзади Итан положил руку ему на плечо. – Вижу ты нашел мне замену, выходит я зря скучал?

– Итан! – дядя отвлекся от интересного диалога и обнял племянника, – Наконец-то! Подумываю скрасить свое одиночество настоящей красотой. – Он улыбнулся девушке. – Рад тебя видеть, подожди в машине, буквально минуту.

Итан похлопал его по плечу, улыбнулся на прощание девушке и сел в машину. В салоне стоял запах сигарет вперемешку с освежителем, чем-то похожим на ель, по крайне мерее по задумке производителя. Его внимание привлек проигрыватель, тихо шумевший из передних колонок, задние, судя по всему, не работали. Итан покрутил ручку поиска станций, но без особого успеха. До города около 20 километров, странно, что радио не ловит. Водительская дверь резко открылась, Дензел ловко запрыгнул в кресло, закрыл дверь, сунул какой-то листок в пепельницу, повернул ключ в зажигании и резво выехал на дорогу.

– Как провел время? – спросил, не отвлекаясь от дороги Дензел. Теперь Итан мог подробнее разглядеть родственника и вид его был далек от идеального. Седые волосы беспорядочно разбросаны на голове, не большие мешки под карими глазами, которых в последнюю их встречу не было, каналы морщин, идущие от прямого, тонкого носа к краям губ, казалось, стали глубже, и даже его обычная хитрая белоснежная улыбка выдавала усталость. Темно-серый костюм местами был сильно измят, складывалось ощущение, что он не раз спал, не снимая его.

– Отлично, – ухмыльнулся Итан. – Что за девушка у мотеля?

– Зои? Обслуживала мой номер. Пришлось заночевать в этом месте, она была довольно обходительной.

– Рад за тебя, – Итан посмотрел в боковое окно. В нескольких метрах над машиной летел тот самый ворон, что навестил его этой ночью.

– А Кронос? – спросил он, снова повернувшись к дяде. – Если ты приехал еще вчера мог и сам передать кольцо.

– Я приехал почти ночью, меня бы не пустили. Да и не хотел привлекать лишнего внимания, – Дензел крутанул ручку громкости магнитофона, переключил пару станций, шипение с треском превратилось в голос ведущей местной новостной радиостанции, предупреждавший об аномальном усилении ветра и советовавший оставаться в ближайшие дни дома.

– Выглядишь не очень, – Итан покрутил перстень на пальце, – для чего он.

– Это перстень твоего отца, – Дензел прервался, повернул на право и выехал на шоссе ведущему прямо к городу. – С его помощью он скрывался от поисковых систем, не только чужих, но и своих.

– Имеешь ввиду поиск по энергетическому телу? Зачем он мне сейчас?

– Да, ты верно понял. Слушай, до этого дня никто не искал тебя целенаправленно. Многие знают о способностях Адама, но что касательно тебя подтверждений нет и за последние годы не появилось. – Дензел посмотрел на Итана, который в подтверждении слов дяди показательно поджал губы и развел руками. – Тебе ничего не угрожало, но сейчас, возможно, ситуация изменится. К слову, я мало что знаю о технологии в перстне, но на долго его не хватит. Если поймешь, как зарядить будет здорово.

– Почему именно сейчас, это связанно с тем… – Итан вспомнил прошлую ночь. – Что я почувствовал перед сном, когда…

– Использовал свое «шестое» чувство? – перебил его дядя – Не знаю. Не забывай, у меня нет твоих способностей.

– По ощущениям, за мной наблюдали, внимательно, целенаправленно. Когда я это заметил тело словно парализовало от страха, но это чувство было не моим, а тех, кто наблюдал – ответил Итан, – Я подумал, возможно поэтому ты прислал Кроноса и так… – он сделал паузу указывая Дензелу на костюм, – выглядишь помятым?

– Да уж, – не стал возражать дядя, – не много запустил себя. Ты сказал «тех», наблюдавшие за тобой, их было много?

– Не знаю, не успел понять. Все кончилось так же быстро, как и началось. – Итан дернул за ручку под креслом и привел сидение в полу лежачее положение.

– Даже не знаю, что с подобным делать, не сталкивался, в любом случае будь острожен. Если получиться, попробуй понять, что к чему. – Дензел подался не много вперед и присмотрелся к небу, оно было темно-серым, тучи будто слились в однородную густую массу, накрывшую город и его окрестности. Он щелкнул переключателем и по стеклу из стороны в сторону быстро забегали дворники. Буквально через пару секунд на лобовое стекло упали первые капли, глухими ударами они забарабанили со всей силы по машине. Их размер явно указывал на то, что легких весенним дождем тут не обойдется.

– Если не против, перейдем к актуальным новостям, – продолжил Дензел немного приглушив радио, – Несколько дней назад нашли тело. Думаю, ты слышал легенды о Наблюдателях. Если кратко, они прибывают на планеты в период начала развития чего-то близкого к разумной жизни, ведут записи и регистрируют все эволюционные изменения, все исторические детали, в общем весь путь развития до самого конца. По преданиям ищут идеальную формулу эволюции или что-то в этом роде. Даже в нашем обществе, многие в них верят, ищут подтверждения, того, что они есть и на Земле.

– Ты сказал нашли тело, то есть легенда оказалась правдой? – Итан заерзал на сидении постукивая пальцами по ручке двери. – И у кого сейчас тело? Уверен все готовы разорвать друг друга за образец.

– За образец, по слухам, бессмертного тела? Конечно. – Дензел усмехнулся. – Насколько я понимаю источник достоверный, раз вызвал столько шумихи наверху. Похоже кто-то не захотел, чтобы у олимпийцев появился козырь – он сбавил скорость перед въездом вгород. – Эдем требует проведение совместных исследований. Олимп, в свою очередь отрицает, что у них есть подобный экземпляр. До рядовых граждан пока эта информация не дошла, но не думаю, что она вызовет сильный резонанс без реальных доказательств.

Городские улицы опустели, ливень разогнал людей по домам, лишь редкие машины сверлили водяную стену светом фар, пытаясь хоть что-то разобрать впереди себя. Ветер уже разметал по дворам все то, что люди в спешке не успевали заносить в дома. И судя по завываниям грозился нанести еще больший ущерб, особенно летним кафе, кучно расположившимся на центральной улице.

– Значит олимпийцы вырываются вперед, – Дензел слегка кивнул, соглашаясь с словами племянника.

– Проблема в том, что вместе с телом они могли получить доступ к кораблю, как-то же Наблюдатель прибыл на Землю, а вместе с тем и к его данным. Волнует даже не столько его историко-биологический архив, а абсолютно новые технологии, которые могут дать не слабый толчок к развитию и превосходству. Не говоря уже о исследовании бессмертного тела.

– Я понимаю суть проблемы, но возможно благодаря этим технологиям им больше не понадобиться Адам, – ответил Итан пытаясь разглядеть куда делся ворон, может стоило пустить его в салон подумал он, погода на улице становилась все хуже.

– Мы не можем на это просто надеется. К тому же, мне кажется, твой отец спрятал Адама именно у Наблюдателя. В свое время он сказал, что нашел для сына самое защищенное место на Земле, где твой брать всегда будет под наблюдением. – Дензел грустно усмехнулся, – Какой глупый каламбур. Хотя, возможно, я лишь притягиваю факты друг к другу, но не мешало бы узнать точно. В придачу ко всему, Олимп объявил о смерти Гермеса, говорят его энергетическое тело поглотили около двух месяцев назад во время каких-то исследований – он остановил машину у дома, который снимал уже около года. Заглушив двигатель, Дензел откинулся в кресле повернувшись к Итану, – Сам понимаешь мало кто может впитать столько энергии и не оставить следов. Но если Гермес нашел Адама, он мог защищаться. А теперь олимпийцы, проведя расследования пришли к той же точке.

Итан переваривал новую информацию, надеясь, что слухи, если и окажутся правдой, то на самую малую из возможных частей. В ином случае мир слишком быстро изменится и скорее всего не в лучшую сторону для Эдема и людей.

– Я очень сомневаюсь, что Адам стал бы убивать таким способом, но мои мысли вряд ли разделят олимпийцы, знающие о нем и его природе, продолжил Дензел. – В особенности те, по чьей указке действовали люди, напавшие на ваш дом десять лет назад. Слухи о выжившем нефилиме и его способностях расползутся в любом случае. Весь это ком только начинает путь, – Дензел глубоко вздохнул. Итан смотрел на искривленный потоком воды на стекле пейзаж дома. Он крайне не хотел вписываться в подобные события. Слишком большая ответственность, слишком высокие ставки и потенциальные тысячелетние противники, которым он, по его мнению, не годился в сравнение. В конце концов, его подростковые желания вели в сторону беззаботного познания мира таким, какой он есть сейчас.

– Тебе надо сегодня выспаться дядя Дензел, – заботливо произнес Итан. – Попросим Джерома сделать тебе ванну и перенести все встречи. Для всего мира, кроме нас, Адам мертв, и я не думаю, что он раскроет себя в ближайшее время.

– Габриель был одним из сильнейших эдемцев после… – Дензел замялся, – после его командира. Меня волнует, что, если, Адам решит испытать свой передел? В таком случае он быстро станет целю номер один для всего мира.

– Энергии, которую Адам получил от отца должно быть достаточно для защиты. Он не станет переполнять чашу, – возразил Итан.

– Надеюсь мы оба правы в своих светлых надеждах, – Дензел достал ключ из скважины замка зажигания и теперь потирал теплую сталь в руке. – Мы должны найти Адама. Он так и не вышел на связь. Боюсь, если я прав и его нашли, долго он бегать не сможет. Настал момент, когда вместе вам, возможно, будет безопаснее.

– Подозреваю проблема одна – отец даже тебе не сказал куда его отправил, а Адам послушно выполнял требования и не раскрывал свое место жительства даже мне. Да я и не пытался узнать, прекрасно все понимал.

– Все получится, а пока отдохни. -Дензел вновь подбадривающе заулыбался. – Рад сменить больничную койку на родную кровать?

Дождь с ветром начал усиливаться, но двое сидящих в машине, кажется, этого не замечали. Они вышли из теплого, сухого салона и бегом перебрались в дом. Никто из них не заметил размазанный ливнем силуэт, наблюдавший за ними с соседского крыльца дома