Я не люблю убивать

Глава 1

Глава 1. Новый оруженосец – быть или не быть

На июльскую Москву медленно спускался вечер. Днём город прожарил свою бетонную кожу и прогрел стальной скелет. Даже в тени размашистых тополей было душно. И нет покоя от знойного солнца ни москвичам, ни вампирам в древней столице.

Я встретился с Зоей у метро «Сходненская».

Она неожиданно вынырнула из толпы, словно вышла из магического морока. Зоя нарядилась в джинсы и кофточку с длинными рукавами.

Сняв тёмные очки, она передала мне ключи от квартиры и назвала адрес:

– От метро до явочной идти минут семь. Однушка находится на десятом этаже. Там не идеально, но рабочая обстановка. Всё как ты любишь, Гриша.

– В ванной гора расчленённых вампиров? – пошутил я.

Зоя смутилась, поскольку – кто такая она, а кто я? Если вкратце – то она вампирша, а я охотник на вампиров.

– Балкон оставила открытым, холодильник для тебя пивом забила, – не знала, куда деть руки Зоя, потому размахивала ими, изображая или размер холодильника, или количество пива. – В морозилку я запихнула три кило говядины. Есть ещё подсолнечное масло, соль, перец, а чугунная сковородка в верхнем ящике над плитой. Так что, Гриша, ты без ужина не останешься.

– Прямо какой-то завхоз кровососущий. Всякой вещи нашла применение, – небрежно подтрунивал я над ней.

Зойка всегда мне нравилась. Очень дорожу нашей дружбой. Потому вампирша ещё жива и без ограничений перемещается по городу, в отличие от прочих тварей.

Выглядела Зоя двадцатипятилетней девушкой, но если честно, то она настоящая древняя бабка, поскольку ей далеко за триста. Но задница у Зои – просто отпад! И Зоя прекрасно знала, что её аппетитный зад дико меня возбуждает.

Я познакомился с ней в конце девятнадцатого века. Познакомился и с ней, и с её круглыми ягодицами. Уверен, что первая ночь нашей близости запомнилась Зое навсегда.

– Гриша, может, я пойду? – смотрела на меня собачьими глазами вампирша.

– Только без фокусов… хорошо? – на всякий случай скомандовал я, мысленно лапая её фигуру; хотелось зайти за спину, чтобы звучно шлёпнуть ей по пятой точке.

– Да что ты, Гриша, как я могу подвести тебя? – прятала руки в задних карманах Зоя.

Вампирша всегда так делала, когда чувствовала моё возбуждение.

Я пронзительно посмотрел вампирше в глаза. Люблю, когда она шарахается моего прямого взгляда.

– Могу положиться на тебя? – вкрадчиво спросил я.

– Гриш! – она прижала руку к груди, сделав взгляд милым и доверительным. – Через пятнадцать минут я затаюсь на балконе в коробке. Спать не буду. Не волнуйся… Первый раз, что ли?

Я кивнул и добавил:

– И чтобы тихо сидела! Не спугни его до времени!

– Как скажешь, Гриша! Как скажешь! – уверяла меня Зоя.

Она попятилась назад и смешалась с толпой. Через мгновение исчезла.

Вампирши умеют становиться невидимыми для простых людей; не для меня, конечно, а только для обычных людей. От Григория Вершинского сбежать невозможно. А Зоя – это другое дело, она фронтовая подруга. Работает на меня больше сотни лет. Можно сказать – я успешно перевоспитал злобного кровососа в юбке, превратив её в своего союзника.

Между прочим, потратил уйму времени. Если вспомнить и сосчитать, сколько раз проводил сеанс проникновения, который коротко называю ЛКН, что расшифровывается как Ликвидация Кровососущего Нетерпения, то из смачных сеансов можно сложить тысячу бессонных ночей. Для меня рабочих ночей и в какой-то мере ублажающих, а для Зои Вратовой ночи всегда были неотвратимым наказанием и промывали мозги почище буржуйской пропаганды.

С чистокровной вампиршей, рождённой где-то на Балканах, я всегда работал с утроенным энтузиазмом. Бывало, она пыталась сбежать от меня. Переходила границы, пряталась на Тибете; даже отказывалась от питания и меняла личину. А однажды пришлось снять её с парохода в Константинополе – это ещё в Гражданскую…

Уж больно мне её зад нравился. Отпускать такую аппетитную вампиршу за океан вовсе не было никакого желания. И если бы у всех вампирш была такая привлекательная попка, то, возможно, на земле вообще не осталось бы упырей. Хотя надо признаться честно: времени и моих скромных сил на всех кровососов не хватит. Я один, а их сотни тысяч – как здесь успеть? А сколько ещё на свете вампиров мужского пола и бесполых тварей? Да их миллионы! А с мужиками ЛКН я категорически не практикую. Они не залетают, как бабы. К ним у меня другой подход.

Вообще, я не люблю убивать. Ни малую таракашку, ни вампиров.

Кто-то скажет: да он чистюля, слабак!

Нет, господа, ошибочка.

Раньше убивал сотню за день и столько же ночью. Но шаг за шагом я изменился. И убийство земных тварей теперь считаю чрезмерным наказанием.

Лишь в редких случаях мои встречи с вампирами заканчиваются вырванными сердцами, расчленением или испепелением. Иногда обхожусь разъяснительной работой, чаще угрозами. Вампиры тоже ценят свою жизнь, потому прислушиваются. К тому же человеческий прогресс не стоит на месте. Учёные мужи (и не только мужи) придумали специальные смеси, подкрашивая их в красный цвет. На вкус и по химическому составу эти энергетические напитки мало чем отличаются от человеческой крови… Но как и в любом народе, среди кровососущих найдётся паршивая овца, которая не желает подчиняться правилам.

Я посмотрел на часы.

Стрелки показывали 21:21.

Фотография человека, которого я поджидал возле выхода из метро, светилась на экране моего телефона. Зоя предупредила, что этот парень может оказаться очень агрессивным. Но мне такой и нужен. Я ищу оруженосца, а не балетную неженку.

В Москве проживают миллионы мужчин, но Зоя выбрала именно его. Звали этого парня Игорь Праскурин. Работал он рядовым электриком, чрезмерно любил пиво и не только пиво; был не женат, без детей – возраст двадцать семь полных лет. На фотографии он выглядел высоким, плотным или, скорее, толстым. В такого влезет много магической энергии. Мне не нужен флакон или фляга – мне необходима передвижная цистерна для хранения запасов энергии… Внешне Игорёк меня устраивал, но что внутри, способен ли он стать частью единого фронта против зла – мне предстояло выяснить на явочной квартире.

Я узнал его сразу.

Шёл Игорёк с бутылочкой пива. Не смущала его ни духота, ни московская полиция.

Парень достал сигарету, закурил.

Я решительно пошёл на него.

– Игорь? Ты? – будто случайно столкнулся я с ним. – Игорь Праскурин?

Он лениво выпускал табачный дым. Играл желваками. Вспоминал. Но невозможно вспомнить то, чего никогда не было. Но Игорь вспомнил. Моя магия работала безотказно. Заставить поверить, что я тот самый Гриша, с которым он познакомился в Геленджике, очень просто.

– Геленджик. Набережная? Август двадцать второго? Мы с тобой ещё с девочками из Питера познакомились? – бегал глазами Игорь.

– Так точно, старина! И вино, и девочки, и кафе! Вот были же времена! – хлопал я его по плечу; а потом задал неожиданный вопрос: – Может, обмоем? Я здесь, на Фабрициуса живу.

Он заводил глазами. Но как отказать?

Мимолётная дружба, которой между нами никогда не было, заставила принять приглашение.

– Я вроде не против… Но надо бы закупиться, – соображал на двоих Игорёк.

– У меня уже комплект! – весело ответил я. – В холодильнике пива под завязку, и мясца зажарим. Угощаю!

Игорь крепко затянулся, потом метко швырнул окурок, попав точно в урну.

– Чёрт с ней, с работой… Завтра будет выходной. Пошли!

Квартира оказалась спартанской. Никаких тебе ремонтов: старая мебель, ещё доикеевская; выцветшие обои, ободранный котами раскладной диван, комп на отдельном столике, телек на стене, пара стульев, пара табуреток. Санузел был совместный, но чистый. На кухне порядок, но какое-то всё дряхлое и скрипучее. Короче, советский раритет… Явочная квартира была непрезентабельной. Но в данном случае – идеальной.

– Ты погляди! А у тебя приличная машина! – оценивал компьютер Игорёк. – Я присяду?

– Будь как дома, старик, – щедро разрешил я. – Ты хозяйничай, а я пока пожарю говядины. Подождёшь?

– Да не вопрос!

Игорь присел за столик, включил комп. Водил мышкой, хмурился.

На вечер у него были планы, но совсем не отличающиеся от того, чем он занимался сейчас. Любил Игорь резаться в ФИФУ, гоняться за монстрами, лупить из всех стволов по танкам из танка и пить, пить да выпивать… Человечество, твою мать!

Мясо я разделал ножом, как положено. Плиту включил только для вида. Готовил, посылая на сковородку магический импульс. Через пять минут всё было готово.

Я притащил из кухни стол. Заставил его бутылками. Полная сковорода мяса стояла по центру.

– Налетай! – предложил я.

Игорь подкатился к столу на офисном кресле.

– За нашу нерушимую дружбу! – торжественно произнёс он, подняв бутылку.

Я согласился, хотя в дружбу давно не верил.

Пили прямо из горлышка. Курили в комнате. Дверь на балкон была распахнута.

На улице уже стемнело и посвежело. Стелясь прохладной, вечерняя свежесть всё-таки соизволила посетить и нашу пивную.

Я чувствовал Зою. Она не обманула. Вампирша трансформировалась и ждала своей минуты где-то в коробках. Зойка очень ответственная.

Найти хорошего оруженосца – сложная задача. Мой прежний стал совсем стар. Виктору уже под семьдесят. Он магический пенсионер с изменённой памятью; деньгами обеспечен, живёт припеваючи, но хранилище энергии из него совсем никудышное. Там течёт, здесь струится и сыплется. А мне нужен надёжный источник силы.

Игорёк всё трепался о своей работе. Он то хвастался, то жаловался на клиентов, которых находил на «Авито». Рассказы его были примитивны. Но он оказался весёлым парнем. Часто шутил. Или пытался шутить. Но весёлый парень не означает, что Игорь Праскурин стопроцентно подходит на роль оруженосца.

Дав ему наговориться, я завёл свою пластинку:

– Мы с тобой знакомы всего ничего, а словно братья. Сидим, болтаем душа в душу. Но настроение всё равно дрянь.

– У тебя что-то случилось? – спросил Игорь.

– С девушкой разошёлся. Тяжко мне. Обида душит, – сказал я и будто загрустил.

– Чего так?

– Даже не знаю… И деньги у меня есть, и любил её. И был внимателен…

– У всех одно и тоже, – махнул рукой Игорь. – Мужики о породистых девках мечтают, а длинноногих и умных на всех не хватает. Плюнь!

Он уже хотел переключиться на себя и поведать невероятно трогательную историю о своей неразделённой любви, но я настойчиво перебил:

– Всё бы ничего, но думаю, что она настоящая ведьма!

– Да ладно! Да хорош! – улыбнулся Игорь.

– Говорю, как есть, – щёлкнул по зубу я. – Изводит меня… Или по бабкам ходит, или сама ворожит.

– Обоснуй? – засомневался Игорь.

Я открыл ещё одну бутылку, уже третью.

– Ячмень! – ткнул я пальцем в свой глаз. – Хотел расстаться, уйти без скандала по своей воле, так она сказала – никуда не денешься, будешь страдать и помнить обо мне до самой смерти! Я только рассмеялся и домой с чистой совестью потопал. А на утро у меня голова чуть не треснула, и глаз опух. Никогда не опухал, а тут надулась зудящая шишка. А ещё ночью змеи снились и волосатые пауки.

Игорёк не спеша пил пиво, слушал внимательно.

– Мой тебе совет: пошли ты её на хуй, братан! А лучше на хуй и в задницу! – заключил он.

Услышав слово «задница», я усилено закивал, вспомнив Зойку.

– Ну её к лешему. Найди другую! – дал простой совет Игорь.

Я оживился и осторожно осведомился:

– Так ты веришь в вампиров и прочую кровососущую нечисть? Думаешь, они существуют?

– Конечно, верю! Вот мой бригадир, к примеру… Так он – редкая сволочь…

– Да погоди ты со своим бригадиром! – снова перебил я. – Меня интересуют настоящие вампиры, оборотни, вурдалаки… Как думаешь, много их среди нас? Среди людей?

Игорь закурил.

Он будто чувствовал, что мир вокруг полон злобными тварями, а на балконе затаилась вампирша Зоя. Мне на миг показалось, что пьёт со мной пиво мой настоящий и несокрушимый оруженосец. Пусть он много матерится, но мне нужен боец, а не вежливая тряпка!

– Гриш, – наконец-то выдохнул Игорь. – Я успокою тебя… Никаких вампиров не существует. Как нет инопланетян, рептилоидов, масонов и грузинской мафии. Всё в нашем мире достаточно прозаично. Мне уже двадцать семь – и неужели за столько лет я ни разу не мог повстречать ну хотя бы одну нечистую? Вот тебе мой ответ, дружище – упырей не су-щес-тву-ет! Хитрожопого бригадира я встречал, неверных баб тоже… и в армии у нас был один псих с раздвоением личности, который считал себя подполковником в запасе. Других чудес я не видал. Так что давай выпьем и «Спартак» обкашляем. Как тебе, кстати, новый тренер красно-белых?

Я разочаровался. Зоя уверяла, что он подходит идеально.

Уже трижды я встречался с потенциальными оруженосцами, но всё ушло в пустоту. Оставался последний аргумент, которым я и воспользовался.

На балконе послышался шум, будто в распахнутое окно влетела приличных размеров птица.

Игорь осоловело посмотрел в проём открытой двери, и в ту же секунду в комнату с писком и свистом ворвалась летучая мышь.

– Блять! Что за херня! – вскрикнул Игорёк. – Что это, чувак? Откуда мыши в Москве да на десятом этаже?

Трансформированная Зоя звучно била крыльями, совершая полёт по периметру небольшой комнаты.

Летучая мышь сделала с пять кругов, а затем, уцепившись лапками за железку, повисла на люстре, и чёрными глазюками уставилась на ошарашенного человека.

Зоя постаралась.

Летучая мышь была крупной, со среднюю собаку. Таких мышей в природе не существует.

Знал ли о размерах мышей Игорь – доподлинно неизвестно, но его челюсть задрожала – и от страха, и от неожиданности. Он так и сидел с трясущейся сигаретой в зубах.

Зоя расправила крылья и негромко захихикала. Она удивляла его. Пробуждала животные инстинкты.

– Я ж говорил… Видишь, это она… – тихо сказал я.

– Блять! Кто… она? – бормотал Игорёк.

– Моя бывшая. Ведьма, вот кто!

Он обомлел. Почти обмяк.

Бывает так, что в стрессовые минуты чары с человека спадают, словно он обученный маг низкого уровня – где-то, примерно, седьмого. Так устроено природой. Люди должны уметь защищаться. И Игорёк защищался. Причём умело.

– Слышь, Гриша… а ты ведь не был в Геленджике, – понял он.

Я сидел на диване и жевал мясо. Наблюдал за его реакцией. Реакция была положительная.

Он сбросил с себя наведённый мною морок, приходя в обычное состояние. Ему заметно мешал хмель, но Игорь боролся и сражался, словно его загнали в смертельную ловушку.

– Моё имя Григорий Вершинский. Я охотник на вампиров, – сказал я, глотнув пивка.

Я улыбался и наблюдал.

Человек продолжал сражаться, отгоняя навязчивое видение.

– Вот ты ж гад… А в морду не хочешь? – покраснел Игорь.

Он хотел подняться, чтобы разбить мне нос и устроить бойцовский клуб на явочной квартире. Игорь – довольно сильный человек. Может дать отпор любому. Очевидно, не трус. Но со мной ему ни за что не справиться.

Я лишь провёл рукой, направив энергию сдерживания в его сторону.

Игорь вмиг замер, словно его опутали верёвками и цепями, а Зоя сложила крылья и камнем упала с люстры на пол.

Не долетев всего ничего, она трансформировалась в привычный образ.

Не было сценического пара, не слышно магических заклинаний, но она стала прежней девушкой, с упругим, вечно заводящим меня задом, с красивым лицом и распущенными волосами. Её волосы были будто живыми. Каждый волосок сам по себе. В такие минуты она меня зачаровывала. А как её чары действовали на простых людей, у которых горячая кровь бурлила в венах – даже представить сложно!

– Можно я его укушу? – игриво спросила Зойка. – Всего один укольчик… Ему будет не больно.

Игорь ёрзал на стуле. Он всё слышал, всё понимал, но встать был не в силах.

– Нравится он мне, – сказал я. – Потому оставим ему шанс.

Зоя медленно кивнула, приглаживая волосы.

– Если через три дня не вспомнит о нас, придётся искать другого, – немного расстроилась вампирша.

Зоя стояла к нему лицом, ко мне боком.

Я сделал глоток, уничтожив сразу половину бутылки, и вожделенно посмотрел на её зад. Затем лишь взмахнул рукой, отправив Игоря в глубокий сон.

Он так и уснул в кресле.

Поза была не самая подходящая для отдыха, но немного сладкого дурмана, который я подарил ему – избавит парня от неудобств. Человек выспится и через пару часов отправится к себе домой, благо топать ему минут десять. Он будет бодр и ничего не вспомнит в ближайшие сутки. А если и через трое суток к нему не вернётся воспоминание о нашей встрече, то это означает лишь одно – Зоя ошиблась, а я напрасно потратил время. Хотя почему напрасно?

– Иди ко мне, моя ведьмочка, – ласково позвал я.

Зоя присела рядом на диван. Она лукаво улыбнулась.

Я увидел её клыки и почувствовал запах. Чёрт возьми, как же она восхитительно пахнет! А её зад – он снова и снова меня возбуждал!

Она скинула с себя одежду, встала на колени, выгнула спину, упёрлась для устойчивости локтями на диван, и страстно произнесла:

– Ну, исцели же меня, Григорий!

Моя любимая поза…

Всё как мне нравится…

Я снял штаны и приступил к проникновению, чтобы утолить личный сексуальный голод и избавить её от желания кусать людей на месяц или даже на пару месяцев. ЛКН, или Ликвидация Кровососущего Нетерпения, действует на вампиров с гарантией!

В течение получаса я был неудержим, а Зоя томно стонала. Она по-кошачьи впилась звериными когтями в покрывало, которое было чистым и приличного качества. Это Зоя позаботилась о новом покрывале. Знала, чертовка, чем закончится вечерок. Потому что охота на вампиров и постельное проникновение – это мой дар. Это моё предназначение!

После бурного секса мы как солдаты встали, оправились. Затем выпили по бутылочке пива.

У Зои разыгрался аппетит. Она жадно проглотила три больших куска жареного мяса.

Игорёк блаженно дремал, накрытый с головой скатертью со стола. Сегодняшний вечер стал для него заметно короче.

А моя семенная плазма действовала на вампирш своеобразным образом… На земле сотни охотников на вампиров, но ни у кого из них нет всепроникающей силы, как у меня. Я уникальный охотник. Я не только умею убивать кровососов, но и могу нейтрализовывать их без боя – пусть и на короткое время, ограждая людей от животного инстинкта.

Глава 2

Глава 2. И снова злой вампир – Драгуш Арделин

Явочную квартиру я покинул после полуночи. Сначала проводил Зою, упорхнувшую в темноту с балкона, затем пробудил Игоря, дав ему установку шагать к домой и не задавать лишних вопросов. В довесок вручил ему четыре бутылки пива – всё, что осталось от нашей попойки.

Он ушёл не прощаясь, в полной уверенности, что я какой-то его старый дружбан, почти родственник.

Ну а я вызвал такси, чтобы добраться до своего жилища.

Путь был не близким. Живу я в окрестностях Домодедово. У меня двухэтажный дом, две яблони, парник для помидоров без помидоров, скромная столярная мастерская и много-много защитных артефактов. Не люблю убивать, но терпеть не могу, когда в мой дом лезут чужие.

Желающих навестить меня немного. Те, за кем я охочусь, обходят моих владений за версту. Было очень смешно узнать, что вампиры практически не летают пассажирскими рейсами из аэропорта Домодедово. Честно сказать, у меня точных данных нет, но думаю, что слухи не беспочвенны. А значит, меня боятся – и это замечательно!

Выйдя из такси у ворот своего дома, я получил сообщение от куратора; молодого парня, которого зовут Влад Зощенко. В свою очередь, он оповещался из различных источников – от полицейских, военных, пожарных и от наших наблюдателей, замечающих след тёмной нечисти. В данном случае тревожный сигнал поступил из полиции по месту находки трупа.

Мой дом, как говорится, моя крепость.

Открыв входную дверь, я проанализировал показания магических охранных устройств и лишь затем прочитал сухой текст послания.

Куратор сообщил, что в подмосковном городе найдут труп. В следующей строке написано время и место нашей встречи со специальным агентом. Время встречи 14:00.

Сейчас было около трёх ночи. Я прямиком направился в спальню.

Скинув обувь, завалился на кровать и сразу уснул.

Спал спокойно, отрешённо от всех проблем. За сотни лет привык к работе и плохим новостям.

Проснулся в девять. Принял холодный душ, сделал кофе, съел бутерброд с докторской колбасой и, собрав кое-какие магические вещички, вызвал такси. В конторе, на которую я работаю, огромные связи и почти безграничные возможности. Но я предпочитаю такси…

Путь был не близкий. Ехать до места встречи не меньше двух часов. Дорога оказалась порядком загружена, но всё-таки больших пробок удалось избежать.

Я знал, что придётся задержаться в городе. Потому в интернете снял квартиру. Не люблю гостиницы. При заселении обязательно требуют паспорт, и десятки камер изучают лицо. А наводить морок на всех, с кем сталкиваешься во время службы, неразумно и расточительно. Любое воздействие или на горничную, или на администратора, или на соседей по коридору влечёт за собой цепочку весьма непредсказуемых последствий.

А если быть откровенным, то просто жаль человеческий мозг. Когда я был помоложе, то пользовался магией, не стесняясь. Но с годами остыл.

Мне досталась трёхкомнатная квартира на улице Восьмого марта. Квартира была приличной, в центре города.

Выставив магическую защиту, я отправился в назначенное место, к фонтану у местного Дома культуры.

Было жарко. Я купил мороженое, присел на лавочку.

Мимо ходили бабушки, носились люди на самокатах. Совсем юные самокатчики отчаянно толкали двухколёсные аппараты ногами, водители постарше – нажимали специальную ручку. И те и другие мне не мешали. Было уютно в этом маленьком городе. Люди казались уравновешенными и мудрыми. Даже самокатчики не выжимали все соки из своих электромашин. Ехали они с достоинством, сосредоточенно, не торопясь.

Я заметил на соседней лавочке двух пышногрудых девушек лет двадцати. Глаза у них были ярко накрашены. Причёски пышные. Юбки короткие. На ногах шлёпанцы с резинкой между пальцев. Ну просто королевы двора!

Девушки косились в мою сторону. Очевидно, я им приглянулся. Как без этого? И полагаю, не мороженое они хотели лизнуть из моих рук… Хотя… кто поймёт современных девиц?

В покорении женских сердец, даже весьма строптивых и алчных, равных мне не найти. И только я собрался завести с девчулями беседу, чтобы скоротать вечерок, если такой выпадет сегодня-завтра, как ко мне подсел молодой человек в форме лейтенанта полиции.

– Вы Григорий Вершинский? – спросил он.

Парень был симпатичный. Глазами светел.

Мне всегда было интересно знать, как в контору, отслеживающую преступления вампиров, попадают молодые люди.

Иногда их вербуют в специализированных училищах или институтах, за острый ум и выдающиеся качества; чаще – они являются родственниками уже матёрых следопытов. Я их всех называю именно следопытами. Я охотник – они следопыты. Они находят след, а я как пёс иду по оставленным магическим печатям, каплям крови и трупам. Потому что вампиры не стесняются убивать. Эти твари тоже считают себя охотниками.

– Так точно, я Григорий, – ответил я, провожая взглядом девушек с соседней лавочки.

«Лейтенант прогнал мою сисястую добычу и растоптал будущую любовь! Ну и следопыты пошли, вашу мать!» – подумал я, но на молодого человека не обиделся.

А лейтенант, который был чуть старше девиц в шлёпках, заметно волновался. От него исходило вдохновение и осторожное восхищение – и как ни странно, беспокойство. Он меня побаивался. Выглядел я как ровесник лейтенанта; хотя, конечно, вру! Выглядел я на лет десять старше… Ну хрен с ним… пусть на пятнадцать! Но всё-таки я не старик!

Моя популярность в среде следопытов вызывала двоякое чувство. Такое уже случалось и ранее. И вроде свой, и не монстр, и веду себя по-дружески, но легенды о моих победах вызывали у посвящённой молодёжи душещипательный трепет.

– Имя у тебя есть, лейтенант? – спросил я.

– Андрей, – смущённо ответил он. – Я следователь.

Следователь – следопыт. Знакомо.

– Выкладывай, Андрей, что у нас с трупом.

Он взял себя в руки. Собрался и даже вскинул подбородок.

А я посмотрел на его пульсирующую вену на шее.

Я не вампир, но вожделенное место укуса манило всегда. Кровь по вене бежала горячая, быстрая, молодая. Этот лейтенант был весьма аппетитным человечком.

Я дёрнул кадыком. Отвёл взгляд.

Он продолжил:

– Три дня назад обнаружен труп гражданина Ивакина, 1981-го года рождения… Сердечный приступ, – тихо говорил лейтенант.

– Зачем вызвали? Обнаружены следы укуса вампира? Или в крови яд нашли? Или он высушен и похож на египетскую мумию? – помогал я следователю.

– Ничего такого. Но я покопался в переписке Ивакина. В соцсетях…

– Да брось, лейтенант, пустой номер, – сказал я. – Если его убил вампир, а твари могут имитировать сердечный приступ, то он, несомненно, задал бы вопрос перед тем, как убить… Если предположить, что вампир отправил на тот свет потерпевшего, то кровопийца в обязательном порядке ввёл бы человека в состояние откровенного признания. И труп, когда ещё не был трупом, сообщил бы: с кем, когда и по каким причинам поделился своими знаниями о вампире.

А следователь наоборот оживился. Он явно что-то раскопал. Вот ведь следопыт!

– Возможно, всё так и было. Но! – воодушевлённо говорил Андрей. – Я тоже так подумал. Вернее, хотел думать, как вампир думает. Ведь вампир существо умное, осторожное… Вот, к примеру, он спрашивает: господин Ивакин, кому ты рассказал обо мне? А Ивакин, находясь под гипнотическим воздействием, отвечает: да что вы, как я мог!.. конечно, никому не рассказал! И не соврал Ивакин, потому что создал две личных странички в ВК и писал о своих измышлениях самому себе. Таким образом вёл дневник… И я нашёл эту переписку…

– Уже кое-что, – закивал я. – Продолжай, лейтенант.

Парень мне нравился. Работал он с огоньком. А ему нравилось, что я обращаюсь к нему «лейтенант».

Я знал, как расположить человека. Опыт…

– Он прикреплял к сообщениям фотографии и ссылки: какие-то медицинские статьи, заметки, историю болезней, но не своих пациентов, поскольку не было у него пациентов. Гражданин Ивакин работал в отделении переливания крови в местном ЦРБ…

Вот она зацепка! Пункт переливания крови! Где, как не в этом тёпленьком местечке пастись вампиру? Свежая кровь, плазма на выбор. И женская, и мужская. И группы крови разнообразные. Не отделение переливания, а шикарный ресторан!

Андрей достал телефон и показал на экране фотографию не самого хорошего качества.

– Вам знакомо это лицо?

Ебать его кусать! Это же Драгуш Арделин! Я сразу узнал его.

Снимок был размытым. Видно лишь часть лица. Но этого персонажа я помнил прекрасно – знал не первый десяток лет.

Я охотился на Драгуша в 46-м. Уверен, что имя Драгуш он взял чужое. Клыкастых господ кровью не пои, только дай встать на одну ступень с Великим Дракулой из Трансильвании.

Родом Драгуш с юга Италии. Сицилиец. Возраст его неизвестен. Думаю, ему не меньше трёх или даже четырёх сотен лет. Как-то я расспрашивал Зою – знакома ли она с этим выродком? Она говорила, что не знает его лично, но много слышала о нём, как о вампире весьма хитром и кровожадном.

Интересно, что он забыл в Москве… ну, или в Подмосковье; а если смотреть шире, то и в самой России?

***

В августе 1946-го я прибыл в Бухарест.

Город почти не пострадал в войне. Его бомбили союзники, но без энтузиазма. Бухарест практически без боя был оккупирован советскими войсками.

Администрацию назначили более чем лояльную к русским. Румыны не геройствовали. Они отважны только на приличном расстоянии от врага. Вшивые окопы не про них. Говорливая и нежная нация, с весьма темпераментными женщинами.

В Бухаресте продолжали работать магазины. Люди чувствовали себя униженными и побеждёнными, но в безопасности.

В городе мне пришлось задержаться на несколько месяцев. Работы было много. Вампиров я убивал сотнями, как клопов, без сожаления и не церемонясь. Убивал даже женщин, поскольку на войне – прочь условности, – и не было времени сортировать кровожадный мусор.

Об исцелении моей волшебно семенной плазмой пришлось забыть. Проникновение – это не только секс – это очищение и доверие в самом глубоком смысле. Не было у меня желания возиться с обезумевшими от вольницы тварями. Территория была враждебная, язык чужой, люди недоверчивые, вампиры несговорчивые и голодные.

Хорошо помню одичалую стаю кровососов, инициированных за несколько месяцев до советского освобождения. В паре со мной загонял дичь охотник из венгров. Имя его Бенце Вайда. Он был младше меня, наверное, вдвое, – и методы борьбы с нечистью у нас радикально разнились. Но Бенце – боец сильный и отважный. Это надо признать.

Четыре молоденькие вампирши наводили ужас на весь город. Русских солдат девицы не трогали, а вот в крови своих соотечественников они буквально купались, омывая гнилую душу красным цветом. Они охотились утром и ночью, не пожирая бывших фашистов, а убивая обычных людей. У них был свой особенный почерк. С тех пор я называю его румынским. После укуса и высушивания тел – вампирши резали горло от уха до уха.

Через три дня поиска вышли на след банды. Вампирши проживали в старой усадьбе, которую оставила семья бывшего министра, бежавшего к англичанам.

Мы устроили засаду и стали ждать.

В одну из ночей вампирши вернулись с охоты. Настроение у девиц было замечательное – опьянённое смертью и властью над слабыми людьми. Вампирши крутили на граммофоне пластинки, танцевали, выли полночные песни. С собой они притащили ещё живых, но уже обречённых брата и сестру. Девочке было восемь лет, мальчишке семнадцать.

Три вампирши развлекались в постели с юношей, который совсем не отдавал отчёта, что происходит с ним и кто терзает его, и кто ласкает его худощавое тело. Парень был полностью подчинён власти нечисти. А девицы занимались с ним сексом, выпивая последние капли из вен. Они кусали мальчишке шею, впивались клыками в пах и запястья, а парень лишь стонал, пребывая в волшебной неге, будто его целовали небесные ангелы.

Четвёртая, совсем молоденькая вампирша, которой было лет шестнадцать, – ухаживала за младшей сестрой несчастного парня. Она перевязала девочке раны, обрызгала духами укусы на шее. Но лицо и руки малышки вздулись, щёки потеряли свой цвет, а тело дитя бил жаркий озноб.

Отравленному ребёнку не суждено дожить и до утра. Такова участь укушенного человека. Человек должен быть испит до дна, пока сам не умер от ран.

Мы зашли в спальню в привычном образе охотников. Бенце в длинном кожаном плаще, в широкополой шляпе, на ногах грубого сукна штаны и тяжёлые сапоги на высоком каблуке – классический образ охотника на вампиров. А я успел полюбить другую одежду. Стиль чекиста: кожанка и маузер мне понравился ещё в Гражданскую. От одного моего вида, если я позволял видеть себя, люди бежали, словно от чумы, а вампиры буквально тряслись от злобы и бессилия.

Троих убийц мы ликвидировали на месте преступления… И всё-таки судьба бывает непредсказуема, потому что в этот раз покусанная добыча пережила бессмертных монстров…

Мальчишка видел, как мы мстим за него, за его сестру и родителей.

Первой вампирше я вырвал сердце, орудуя ножом с серебряной рукоятью; второй безбожнице я отрезал голову всё тем же ножом.

Бенце тоже предпочёл обезглавить существо. Сработал быстро. Он не имел привычку мучить нечистую. Профессионал!

Растерзанные тела мы оставили на полу в спальне. Мальчишка лишь на секунду пришёл в себя, но расставленные тварями сети топили его в тёмном омуте смерти. Он снова впал в сладкое безумие. Схватив голову мёртвой мучительницы, парнишка продолжал целовать её губы, искренне удивляясь, почему красивая женщина перестала его ласкать.

На расправу с тремя тварями ушло не больше минуты. Потом мы зашли в соседнюю комнату.

Четвёртая вампирша держала на руках ребёнка и плакала. Я никогда не видел, чтобы кровососы рыдали над телом убитого им человека. Наверное, потому и сжалился.

Я остановил Бенце. Он согласился и лишь кивнул в ответ.

Венгр знал о моих талантах сексуального проникновения. Возможно, даже завидовал мне. Да точно завидовал!

Той ночью мы договорились не убивать вампиршу. А Бенце забрал девочку в агонии и вышел из комнаты.

Ну а что оставалось мне? Как всегда, я делал то, что умею делать только я.

Всюду была кровь…

Всюду пахло смертью…

Моя кожаная куртка заляпана красным…

Мою ранимую душу душило тошнотворное чувство, но я привык быть решительным. Скинув галифе, я снова и снова брал молодую вампиршу сзади.

Широко расставив ноги, она упёрлась тонкими руками в стену и сходила с ума от боли, от страха и наслаждения. Я работал с ней несколько часов. Я был неудержим! Я хлестал её ягодицы и шептал заклинания! Всё оттого, что не люблю убивать…

Командировка в Бухарест подходила к концу. Я знал, что моего семенного заряда проникновения в молоденькую вампиршу хватит лишь на пару месяцев. Потому пришлось уговорить Бенце, чтобы он проследил за дамочкой.

Знаете, так случается, что после чрезмерно активного сеанса «Ликвидация Кровососущего Нетерпения» вампирши кардинально менялись. Конечно, пьющему кровь уже не стать прежним человеком, но иногда моя плазма убивала жажду кровавой охоты, иссушая желания загонять дичь. Я не проводил исследований, не вёл статистику, но мне известны случаи, когда вампирши, получив гигантскую дозу семенной плазмы, отказывались от нападений навсегда и даже брезговали человеческой кровью…

Рыдающую девушку из Бухареста, с которой я провёл чрезмерно активный сеанс, звали Валентина Руа…

Уже проживая в Москве, я неоднократно связывался по телефону со своим коллегой из Венгрии. Он уверял, что Валентина излечилась, что она больше не представляет опасности… Но дьявол в деталях.

Инициировал тех четырёх девиц некий старый вампир с огромным опытом, по имени Драгуш Арделин. Мы искали этого зверя всеми известными способами, но, к сожалению, найти так и не удалось.

Уже в 1954-м я посетил конгресс охотников в Варшаве. Один из докладчиков, как пример ненасытности, хитрости и ярости кровососущего племени, говорил о Драгуше. Этот вампир считался весьма коварным.

И вот он снова попал в поле моего внимания.

– Ты отлично сработал, юноша, – похвалил я лейтенанта. – Этого вампира зовут Драгуш Арделин. Знакомое мне животное.

Андрей обрадовался. Он потирал руки, словно уже изловил вампира и тащил его на цепи в клетку охотника.

– А я боялся, что это только моя фантазия, – улыбался лейтенант. – Всё-таки я оказался прав. И никакой Ивакин не шизофреник, переписывающий сам с собой. Он действительно вёл дневник. Но только вопрос, для чего? Может быть, страховался? Надеялся, что если с ним произойдёт что-то непоправимое, то какой-нибудь внимательный следователь вроде меня докопается до истины?

– Может, и так… А, возможно, он очень щепетильный педант? Ивакин собирал медицинские статьи, фотографии голых баб и заодно хранил снимок своего учителя, – размышлял я.

– Почему учителя? – не понял лейтенант.

– А ты прикинь, Андрюха, – лизнул я мороженое, а следователь глотнул слюну; вот именно так глотают слюни вампиры, когда чуют человеческую кровь.

– Драгуш – вампир умный. Это факт. Чтобы подобраться к хранилищу крови, ему нужно быть предельно осторожным. А следовательно, он будет искать помощников. Ну, во-первых, можно выйти на медсестёр или врачей, работающих в пункте переливания крови. Второе – выйдя на них, можно их подкупить, запугать или влюбить-обворожить… или сделать своими прислужниками. Не слугами или рабами, а прислужниками.

Лейтенант слушал меня внимательно. Ничего нового я не сказал. О прислужниках он знал из учебников для следопытов. Вот только сталкивался впервые с таким явлением.

– Прислужнику дано заверение, что по истечении проверки и после удачно выполненных поручений его обязательно инициируют, а то есть? – спросил я, словно принимал экзамен.

– То есть сделают его бессмертным… То есть превратят в вампира, – ответил следователь.

Ответ был правильным.

– А теперь слушай мой приказ, – сказал я, доставая из сумки, которую носил через плечо, тонкий цилиндрический флакон, похожий на пробник духов, только запаянный. – Сейчас поедешь в пункт переливания крови. Задашь стандартные вопросы персоналу: что за человек был Ивакин, были ли у него враги, жаловался ли он на здоровье?

– Так я уже того, – виновато заулыбался лейтенант. – Я уже был на месте его прежней работы.

– Был… И ещё раз съездишь, – передавая флакончик с прозрачной жидкостью, поучал я. – Этот тестер выявляет присутствие вампиров. Если жидкость окрасится в красный цвет, значит, кровосос был рядом. Купи в аптеке обычный пластырь и прикрепи флакон под стул. Есть в отделении переливания крови стулья?

– Стульев полно! – кивнул лейтенант. – Только сейчас там никого нет. Они до 12:00 принимают.

– Хорошо, – согласился я. – Завтра в восемь утра поставишь маяк. Понял?

– С первого раза понял, – заулыбался лейтенант, пряча флакончик во внутренний карман. – Я слышал о таких штуковинах. Настоящая магия! Но никогда бы не подумал, что встречу именно вас, и вы будете давать мне задание! Я думал, что приедет рядовой специалист с приборами… или вообще мне не поверят. Скажут: ну посылал потерпевший сам себе сообщения, ну что в том особенного? Разве это повод?

– Не скромничай, лейтенант, – в очередной раз похвалил я его. – А фотография из ВК? А твоя смекалка? Ты молодец, Андрюха! Ловко сработал! Всё… давай до завтра. Шуруй куда-нибудь, и я тоже прогуляюсь.

Лейтенант засобирался. Он встал с лавочки, но вдруг остановился и пристально посмотрел на меня.

Я сжалился. Взгляд у следователя был как у щеночка.

– Не тяни, Андрюха, спрашивай, что хотел.

Лейтенант почесал подбородок.

– Если не секрет, конечно… А сколько вам лет, Григорий? Нет, я понимаю, что вопрос звучит глупо… Но всё же ответьте: вам больше тысячи лет или меньше? Например, пятьсот или шестьсот…

Моя работа – защищать людей от вампиров. Я убивал тварей сколько себя помню. А память у меня дай бог каждому.

– Я ещё князя Владимира застал. Крестителя, – не соврал я. – Больше тысячи мне уже. Не намного, но больше.

Лейтенант закивал, поддерживая фуражку за козырёк. Он расплылся в улыбке и, браво отдав честь, быстро пошёл прочь от лавочки, где сидел самый знаменитый охотник на вампиров.

Я не идеален, но гуманен. И работаю оригинальным методом.

Мой метод борьбы с кровопийцами считаю уникальным.

Лучше предупреждать преступление, чем отнимать чью-то жизнь. И всё оттого, что я просто не люблю убивать.

Выглядит это признание странно, когда речь идёт о нечисти. Но такова моя сущность, друзья.

Глава 3

Глава 3. Клизмы к бою или охота началась

Откладывать на завтра посещение пункта переливания крови я не стал.

Григорий Вершинский – не волшебник, но пользоваться магией я научился превосходно.

Заходя на территорию довольно приличных размеров больничного комплекса, я был невидим как для охранников, так и для камер видеонаблюдения. Моей энергии хватит на весь день, чтобы бродить невидимкой от неврологии до второго хирургического отделения. Но если бы со мной был оруженосец, под завязку наполненный магической энергией, то я мог стать призраком сразу на пару месяцев. К тому же оруженосец мог исполнять различные поручения, избавляя меня от обязанности снимать квартиру и покупать сигареты. Успеть везде и всюду одному – весьма сложная задача.

Пока я прогуливался по городу, направляясь в пункт переливания крови, нашёл номер телефона охотника Бенце. У меня был уговор с венгерским другом.

Присев на лавку, я написал тому короткое сообщение. Я вызывал не демона или подмогу, я вызывал верного друга и боевого товарища. Если бы Бенце первым обнаружил Драгуша, то несомненно, он тоже выполнил часть сделки. Мы договорились поймать Драгуша вместе и казнить его вместе.

Но хитрый вампир будто играл с нами. Вот и сейчас в воздухе висели резонные вопросы.

Вампиры – это существа со своим виденьем мира. Люди для них лишь источник пищи. И если бы не охотники, то эти ребята порезвились всласть.

Среди тварей есть свои лидеры, которые избегают войны между людьми и кровососами. Вампиры объединяются в кланы, устанавливают свои правила, подчиняются этим правилам и поддерживают контакты с охотниками, чтобы узаконить проживание в больших городах.

Но Драгуш не признавал ни клановых собраний, ни целей охотников, ни право человека на безопасность. Договоры вампиров с конторами для него лишь пустой звук. С ним невозможно договориться, как невозможно найти общий язык с комарами – они всё равно отыщут лазейку и высосут свой малый грамм, чтобы жить и размножаться. Драгуш охотился, где хотел, убивал, кого хотел. Остановить его мог исключительно страх потерять собственную голову. Но судя по тому, что сицилиец объявился точно у меня под носом, его не пугал даже самый отмороженный охотник на Земле – Григорий Вершинский.

Я знаю один более чем оригинальный способ борьбы не с вампиршами, а с вампирами.

Я знаю, что об этом способе осведомлён и Драгуш Арделин.

Последнюю сотню лет я защищаю людей в Москве и в городах Подмосковья. Но приходилось работать и у Чёрного моря, и у Белого, и у Средиземного, и в соседних губерниях. Во время Второй мировой дошёл до Берлина. Я вам скажу, что именно в Берлине собрались самые прожорливые твари.

Там я не щадил никого. Даже женщин. Особенно тяжело убивать детей вампиров, которых иным способом уже не остановить.

В послевоенные годы появились первые конторы. Безусловно, без помощи охотников эти организации, сражающиеся с вампирами, были бы бесполезны. И именно мы – охотники помогли организоваться и окрепнуть подобным структурам.

В московскую контору я вступил, даже не видя договора. Меня заинтересовали люди, работающие здесь. Их было немного – всего десяток человек, но зато каких человек!

Был такой Анатолий Водопьянов, бывший военный без левой руки, оказавшийся выдающимся химиком своего времени. Возможно, у него вышло случайно, но Анатолию удалось создать вязкую жижу по своей структуре и воздействию, напоминающую моё волшебное семя. Но только моя семенная плазма действовала исключительно на вампирш, а чудодейственная жидкость Водопьянова, на вампиров. Честно сказать, я был шокирован, когда узнал, что, залив в задницу жижу, можно успокоить вампира на пару месяцев.

И тогда я придумал грандиозный и вполне гуманный план перевоспитания кровососов. Мой план выглядел новаторским и чрезвычайно смелым… Если схватить вампира, подвесить его вниз головой, и сковав цепями или верёвками, влить в задний проход два литра Водопьяновской жижи, то чудодейственная субстанция могла превратить кровососа в дисциплинированного гражданина, который совсем не хотел кусаться.

Я проделывал такой фокус десятки раз. В среднем процент выздоровевших равнялся шестидесяти. Другие сорок процентов не выживали. У некоторых разрывалось на части двужильное сердце, а у иных выжигало пищеварительную систему, словно я заливал в кишки серную кислоту. Но в целом, если положить руку на моё сердобольное сердце – результат оказался впечатляющим. Я давал шанс исправиться.

Да, метод не идеален. Но я не ставил клизмы обычным преступникам, я излечивал только кровавых убийц, которые с особой жестокостью пожирали детей и женщин.

Если быть откровенным, то я редко жалел вампиров. Но мой однорукий друг и коллега, Анатолий Водопьянов неожиданно улетел на небеса, унеся в могилу секрет изготовления жидкости. К сожалению, после его кончины остались лишь сущие капли.

Жижу Водопьянова пытались воспроизвести в более поздние времена. Нынешние учёные не чета прошлым. Ничего у них так и не вышло и по сей день, – и потому в подвале моего дома я храню последние семь литров вожделенного вещества. Но отдельно в сейфе, всё в том же подвале, я припрятал трёхлитровую банку с надписью «Бухарест 46». Эти три литра предназначались исключительно для одной задницы. Имя хозяина этой задницы – Драгуш Арделин.

Старый вампир-сицилиец знал, что я практикую экзекуцию жижей Водопьянова. Он знал и не боялся меня. Вероятно, в его сердце закипала личная обида, которая сильнее страха.

По какой причине Драгуш Арделин объявился в московском регионе, мне предстояло решить в ближайшие дни.

***

Всё-таки магия – великая штука! Я мысленно даю команду, и происходит волшебство. Я становлюсь невидимым. Моя одежда не видима; мой телефон, мои часы – тоже не видимы. Но я могу достать телефон из кармана и позвонить. Я могу смотреть на невидимые часы и видеть бегущие стрелки. Ну разве это не чудо?

Невидимкой я проплыл мимо входа в травмпункт, у дверей которого деловито дымили три человека. Пожилой доктор, огромный медбрат и щуплый узбек не могли видеть меня, но прекрасно слышали звонкий сигнал из пустоты, потому что в моём кармане неожиданно запиликал телефон.

Курящие, кто удивлённо, кто безразлично, провожали взглядом прозрачный воздух, из которого доносился сигнальный писк. Доктору было плевать на звуки, поскольку хирурга сложно чем-нибудь удивить. Здоровенный медбрат сжимал кулаки, желая к чему-нибудь и к кому-нибудь приложить неуёмную силу. Узбек напугано шевелил губами, бормоча: «У-у, шайтан…»

Отключив сигнал, я прочёл сообщение.

Бенце Вайда обещал прилететь в Москву завтра. Точно время не сообщал.

«Ну, завтра и завтра», – подумал я, заметив тот самый пункт.

На двери отделения переливания крови висела табличка: время приёма с 8:00 до 12:00.

Я посмотрел на часы. Сейчас было 16:53.

Сегодня я работал один. Потому необходимо сохранять хладнокровие, когда в городе орудует опытный вампир.

Я посмотрел на дверь. Почувствовал, что сейчас она распахнётся. И не ошибся.

По ступенькам отдельного входа спускалась женщина. Ей было не больше тридцати пяти. Она не доктор, она медсестра.

Женщина о чём-то думала. Мысли её витали далеко от больничного комплекса.

Я сгорбился, чуть присел, дав ей возможность врезаться, но самой не пострадать.

Она коленями ударила меня в спину и испугалась.

– Девушка, ну что же вы так неосторожны?! – вскрикнул я, выйдя из морока.

Я шарил по асфальту, поднимая свой телефон, а дама не могла понять, как так вышло, что она не заметила симпатичного мужчину. Женщина даже представить себе не могла, кто перед ней.

– Простите… Я после работы… Я устала… – невпопад извинялась она.

– Вы телефон мой разбили! – встав в полный рост, строго отчитал я и включил магию, чтобы обворожить её.

Женщина была ниже меня на голову. Я виделся ей божественным красавцем. У меня рост, стать, фигура, мышцы! Моё лицо благородное. Мой взгляд разумен и дерзок.

А женщина была в теле. Ей не мешало бы похудеть килограммов на сорок. Но чебуреки, колбаска, свежий хлебушек, семечки, квас и газировка – сильнее, вкуснее и притягательнее железных тренажёров и беговой дорожки…

Но было в её взгляде что-то таинственное и терпеливое. Будто знала она секрет, который в один прекрасный час непременно сотворит из неё молодую и стройную лань. И её нос картошкой станет вздёрнутым, её губы будут всегда улыбаться, а щёки куда-то исчезнут, а также сбегут морщины и складки с лица. И останется только одна романтичная ямочка на подбородке.

Я не читал её мысли, но явственно видел, что она сильнее, чем казалась на первый взгляд.

Она улыбнулась, хорошо помня, что я назвал её девушкой. Ей это нравилось.

Я умею расположить к себе слабый пол. Моё оружие – опыт и мужской шарм, прошу не путать со шрамами, хотя и этого добра у меня хватает.

– Извините, я не заметила вас. Будто пелена перед глазами, – сбивчиво говорила женщина. – Вы знаете, я так устаю на работе, сил не остаётся быть внимательной…

Мне стало жаль её. Я сам подставился под удар, сам организовал столкновение. С моим телефоном всё было в порядке, потому что он не падал на асфальт.

– Авария произошла исключительно по моей вине. Вы должны меня простить, – честно сказал я.

Она засмущалась. Щёчки её порозовели. Женщина врезалась в шикарного мужчину, словно выиграла лотерею. Есть повод для радости.

И появился повод для знакомства.

– Я хочу пригласить вас в гости, – сказал я тихо. – Могу рассчитывать на вашу милость?

Она кокетливо заводила глазами, будто валлийская принцесса, осматривая толпы влюблённых простолюдин, – и уже куда-то улетучились лишние сорок килограммов, и носик заблестел, и губки улыбнулись озорными уголками.

– Да я не знаю… – пожимала она плечами.

– Но имя… Хотя бы скажите ваше имя! – не сдавался я.

Женщина расцветала. С ней давно не знакомились на улице. С ней никогда не знакомились на улице!

Со студенческих времён на неё вообще не смотрели, как на вожделенную симпотяжку, от которой требуются жаркие поцелуи и широко расставленные ноги. Последние годы ей доставались лишь кончики трясущихся пальцев, чтобы она втыкала в них острый ланцет, в поисках гепатита и сифилиса.

– Меня зовут Наташа, – хлопала плохо прокрашенными ресницами медсестра. – Я работаю в отделении переливания крови… Мне кажется, что мы с вами встречались… Признайтесь, вы донор? Вы уже бывали у нас?

– Нет, что вы… Какой я донор? – ответил я.

Она опережала события, отвечая на ещё не заданные мною вопросы, и задавала свои вопросы, которые должна задать, но чуть позже. Но судя по откровенности, Наташа – она же Наталья Владимировна Глотова – готова принять моё предложение и посетить съёмную трёшку на улице Восьмого марта.

– Давайте встретимся у Дома культуры. У фонтана… Я буду ждать вас ровно в 20:00, – предложил я.

И она согласилась – сразу и без сомнений.

Но я не торжествовал, поскольку нагло воспользовался магией.

Конечно, это нечестно – влюблять в себя женщину, и, наверное, я смог бы познакомиться с ней и без магических действий, но в моём арсенале не было лишнего времени.

Следователь Андрей поставит маяк завтра утром, а к вечеру, на что я очень надеялся, вечером приедет мой венгерский друг Бенце, который сейчас находился в Харбине. Вероятно, он помогает нашим китайским товарищам – между прочим, охотникам с тысячелетней историей.

– Я непременно приду к фонтану, чтобы увидеть вас снова, – говорила Наташа, не поднимая глаз.

Я посмотрел на часы и спросил:

– Наташа, вы любите розы? А вино?

Услышав вопрос, она вспорхнула в небеса от счастья.

– Я люблю… – томно говорила Наташа, – я вообще люблю жить…

Мне оставалось только улыбнуться и сказать:

– Тогда до вечера…

– До вечера, – прошептала она.

***

Вернувшись на съёмную квартиру, я обошёл владения. Комнат было три, и во всех порядок, но без изысков. Особенно понравились спальня и кухня.

Обследовав пустой холодильник, я решил посетить магазин. Всё-таки такая плотная женщина любит не только розы.

В ближайшем супермаркете, за деньги и без магии, я приобрёл: помидоры, огурцы, триста граммов майонеза, палку копчёной колбасы, две хрустящие булки, банку красной икры, банку кабачковой икры, два литра новоявленной колы, бутылку самого дорого красного вина и бутылку русской водки – 0,7.

В 20:00 я снова был у фонтана.

Жара уже не душила. Народу прибавилось.

На пятачке тусовались юные велосипедисты и носились отчаянные самокатчики. Все лавочки по периметру были заняты городскими пенсионерками. Бабушки терпеливо посматривали на молодёжь и совсем не грызли семечки. Иные старухи курили трубки.

Я заметил её сразу. Наташа стояла в обтягивающей юбке по колено, на высоких каблуках и в красной кофточке.

«Нарядилась, моя куколка!» – подумал я тогда.

– Цветы прекрасной даме, – соригинальничал я, протягивая ей букет, который купил по дороге к фонтану.

– Розы… – мечтательно и протяжно обрадовалась она букету. – Как же я люблю розы… Это так романтично…

Я взял её за руку и без лишних слов повёл на съёмную квартиру. Шёл не торопясь, а Наташа не сводила с меня глаз. Ей было всё равно, куда мы идём. Она влюбилась в меня как девчонка!

Наташа готовила салат, нарезала колбасу и хлеб. Я возился с бутылкой вина.

Обшарив всю кухню, не нашёл штопор.

Я мог бы открыть бутылку мизинцем, но варварская подача изысканного напитка выглядела неэстетично. В этот вечер всё должно быть красиво, иначе может случиться непоправимый промах.

А я не привык к промахам, потому попросил сделать мне бутерброд и, отвернувшись, натужно втянул губами упрямую пробку, словно выудил чаинку из чашки.

– Хочешь вина? – спросил я.

– Лучше водочки, – смутилась она, и её щёчки снова порозовели.

«Водочки, значит, водочки», – согласился я, доставая из морозилки бутылку беленькой.

В одной из комнат была приличная спальня. Большая кровать, чистое бельё, журнальный столик, тумба, торшер, телевизор на стене. Мы переместились именно в ту комнату.

Столик был заставлен тарелками, бокалами и бутылками. Мы сидели на кровати. Я шутил, что-то рассказывал. Наташа много смеялась, глаза у неё сверкали.

Вспомнилась одна история, которая произошла со мной лет двести назад, и я хотел пересказать её, изменив лишь имена героев, но Наташа страстно схватила меня и притянула на свою грудь…

Я не растерялся. Без сантиментов задрал юбку, забрался в трусы, потом расстёгнул крючки на бюстгальтере.

Я работал ловко, как вор на ярмарке.

Всего немного магии, и я тоже влюбился в неё. Мне приходилось так поступать и ранее. Всё ради одной цели – защита людей!

Перевернув Наташу на живот, я сражался с вампирами. Я отражал их атаки, совершал выпад за выпадом. Атаковал я резко и глубоко. Иногда останавливался, давая ей немного отдышаться, и снова бросался в бой!

Так прошёл час.

Со стороны казалось, что ничего не происходит, что все это действо в спальне всего лишь обыденный разврат ради похоти, но я знал, что разгадка нашей встречи близка.

– Хочу пить, малыш! – требовательно сказала Наташа, раскинув руки на всю ширину кровати.

У неё, наверное, был размер пятый. Грудь большая… или, скорее, огромная.

– Пошли на кухню, Наталья. Кола в холодильнике, – предложил я.

Хотелось отворить нараспашку окно и закурить. Хотелось надышаться прохладой вечера и перевести дух.

Я одёрнул штору и открыл окно.

Моя съёмная квартира была на третьем этаже. Чуть правее виден торец соседней пятиэтажки. Огромные тополя, растущие близко к моему окну, прятали балконы и окна дома напротив. Но я пригляделся и заметил через листву девушку лет двадцати пяти, которая то ли сидела, то ли стояла, облокотившись на перила балкона четвёртого этажа.

В свете горящей лампочки, освещающей мою кухню, она прекрасно видела меня по пояс и ниже. А я курил и совсем не стеснялся… Точно сказать нельзя, сколько ей было лет, но она представлялась мне невероятной красавицей.

«Да и хер с ней! Пусть смотрит!» – подумал я, не скрывая свои прелести.

– Любимый, а кола-то где? – услышал я за спиной голос.

Наташа присела на стул левее меня. Получилось так, что девушка на балконе, если это была действительно девушка, не видела мою тяжеловесную гостью, что,