Странница

Глава 1

Сентябрьское небо густого синего цвета было ясным, и ничто не предвещало, что оттуда вот-вот посыплются люди. Точнее, всего лишь один человек; зато какой колоритный! Но по порядку.

Первая неделя моего честно заслуженного отпуска подходила к концу. Настроение сегодня не то чтобы располагало носиться по парку, однако Люсиль, к сожалению, мало интересовали эти тонкости: овчарка требовала вывести её на прогулку, в противном случае угрожая свести меня с ума жалобным скулежом. Выбор был невелик, пришлось натягивать джинсы и двигать на улицу. Яркое солнышко попыталось милосердно разогнать сгустившиеся в душе полупрозрачные тени воспоминаний, и нельзя сказать, что совсем уж не преуспело в этом благом начинании.

Недавнее расставание с Серёжей уже не то чтобы сильно тревожило, но обломки разрушенных планов провести отпуск вдвоём, валяясь где-нибудь на солнечных пляжах с золотистым песком и потягивая холодные коктейли, по-прежнему больно покалывали где-то под рёбрами. Альтернатива, впрочем, оказалась не такой уж печальной, местами даже лирической. Вместо курорта пришлось обходиться стопкой хороших книг с содержанием легкомысленным, точно мечты выпускницы четвёртого класса, ежедневными экспериментами со старенькой медной туркой, прогулками по московским паркам да долгими вечерами на пару с шестиструнной подругой. Не так уж плохо, честно говоря, тем более никто не запрещает мне вырваться куда-нибудь одной – благо, времени ещё хватит, было бы желание…

– Люська!.. – в отчаянии завопила я, увидев наконец, что овчарка с блаженным видом валяется в пыли, совершенно не разделяя задумчивого настроения хозяйки. Поняв, что её заметили, Люсиль вскочила и с виноватым видом прискакала ко мне на трёх имеющихся в наличии лапах, отчаянно вертя хвостом и преданно заглядывая в глаза. – Ну что мне с тобой делать! Снова сегодня час будем отмываться. Пойдём уж, коряга моя любимая.

Зацепив поводок, я уже намеревалась развернуться и двигаться в сторону дома, как где-то в высоте захрустели ломаемые чем-то тяжёлым ветки. Секунду спустя у моих ног распластался незнакомец.

Я с изумлением разглядывала парня лет двадцати четырёх. Он казался очень уставшим и потрёпанным, на высоком лбу блестели едва заметные капельки пота. Длинные светлые волосы небрежно связаны в хвост, одет во что-то невразумительное, вдобавок закутан в плащ. Нечто подобное можно увидеть в фильмах про мушкетёров или Зорро. Удивительно холодные ярко-синие глаза смотрели на меня без каких-либо признаков эмоций.

– Если хочешь произвести впечатление на девушку, отработай спуск. Продемонстрированный тобой только что недостаточно грациозен, – ехидно заметила я.

Вообще-то я довольно скромная, и фамильярности с незнакомцами не входят в список моих недостатков, и без того весьма внушительный. Но далеко не самое солнечное настроение вкупе с шоковым состоянием – всё-таки не каждый день мне чуть не на голову мужчины падают – сделали своё чёрное дело. Незнакомец моего скверного юмора явно не оценил.

– Что?.. – словно очнувшись ото сна, он соизволил-таки принять вертикальное положение.

За несколько мгновений на его лице отразилась целая гамма чувств: недоумение сменилось гневом, затем непониманием, и завершилась вся эта игра лицевых мускулов полной беспомощностью. Он с надеждой уставился на меня, словно ожидая чего-то.

– Ну и что ты на меня так смотришь, – пытаясь скрыть смущение, сердито проворчала я. – Вообще-то это ты свалился мне на голову, так что задавать вопросы – моя прерогатива.

– Задавай, – с готовностью кивнул он. Потом задумался на секунду и вдруг выдал: – Только скажи, пожалуйста, где мы находимся и как я сюда попал. И… кто я?..

– Смешно, – с каменным лицом произнесла я.

Однако он лишь с несчастным видом опустил глаза.

Ещё раз прокрутив в голове события последних пяти минут и оценив по достоинству весь идиотизм сложившейся ситуации, я вдруг криво улыбнулась, а потом расхохоталась неудержимым истеричным смехом. Незнакомец посмотрел на меня с плохо скрываемым упрёком в ясных васильковых очах, но, заразившись, по-видимому, моим весельем, тоже нерешительно улыбнулся в ответ.

– Ладно, – отсмеявшись, я сменила гнев на милость. – Возможно, ты просто сильно приложился головой, когда упал. Не в моих правилах приглашать в гости незнакомцев, но… Идти тебе сейчас, похоже, некуда, а я уже две недели как живу совершенно одна. Не считая Люськи, конечно. Пойдём, посидим у меня, чаю попьём, попытаемся восстановить твою покалеченную память. Только предупреждаю сразу: псина вполне может перегрызть тебе глотку, если твоё поведение не впишется в рамки её представлений о благополучии хозяйки.

До дома было минут пять ходьбы, и за всё это время мы не обмолвились ни словом. У подъезда я вежливо поздоровалась с уже успевшими занять наблюдательный пост старушками и немало удивилась, когда вместо ответа они, как по команде, уставились мне за спину. Недоумённо пожав плечами, зашла в дом и только здесь сообразила, что спутник мой одет, мягко говоря, не по моде. Не сдержав усмешку, я повернула в замке ключ и пропустила гостя, натянув при этом самый милый из своих оскалов. Люсиль, вертя хвостом, первая заскочила в квартиру и заученно отправилась прямиком в ванную комнату.

– Тапочек нет, так что проходи босиком. Кухня прямо по курсу, можешь двигаться, пока я Люське лапы сполосну, – не дожидаясь ответа, я прошествовала вслед за собакой.

Спустя пару минут поставила на плиту чайник и уселась напротив своего гостя, критически оглядев его с ног до головы: простые коричневые штаны слегка заужены книзу, свободная белая рубашка небрежно подпоясана тесьмой, да ещё плащ этот дурацкий…

– Сними ты, наконец, свой плащ! – начала я непринуждённую дружескую беседу. – Как тебя зовут, помнишь?

Незнакомец аккуратно расстегнул пряжку, стягивающую материю под горлом. Тяжёлая ткань сама сползла на спинку стула. Задумавшись на пару секунд, он взглянул на меня и покачал головой:

– Нет.

Я недоверчиво разглядывала его. Притворяется? Или вправду память потерял?.. Но в таком случае его нужно немедленно отправить в больницу! Не оставлять же у себя, в самом деле! Хотя он, конечно, милашка, пусть и одевается весьма экстравагантно…

– Поищи по карманам, может, телефон где найдёшь, – посоветовала я. – Уж он-то наверняка должен валяться где-то под рукой. Вызвоним твоих родственников для начала.

– Телефон?.. – не понял он.

– Н-да, очевидно, ты сильно ударился, – задумчиво произнесла я, демонстрируя ему свою старую кнопочную неубиваемую Нокиа, любовно именуемую мною «кирпичом». – У тебя наверняка не такой: плоский и побольше раза в три. Просто я очень старомодная и терпеть не могу сенсорные экраны в целом и смартфоны в частности.

– Кажется, на моей одежде не предусмотрены карманы… – досадливо поморщился мой собеседник, уже успевший обшарить свой костюм.

– Ясно, – разочарованно вздохнула я. – Про плащ и спрашивать бесполезно.

Но тут, к моему немалому удивлению, парень вдруг восхищённо улыбнулся, словно вспомнил о чём-то важном, и быстро обшарил плащ. На стол прямо передо мной упала небольшая подвеска на цепочке. Небесно-голубой камень, очень похожий на любимый мною аквамарин, в скромной оправе из играющего в лучах солнца металла.

– Пока мы шли из парка, я обнаружил небольшой потайной карманчик в плаще, прямо на груди, около сердца. Это лежало там.

С трудом оторвав взгляд от украшения, я выключила протяжно засвистевший чайник.

– Чёрный, зелёный?

– Что? – опять не понял этот ясноглазый красавчик.

– Чай, говорю, какой будешь?

В ответ он лишь недоумённо пожал плечами. Вздохнув, я засыпала во френч-пресс молочный улун и залила кипятком, после чего обратилась к своему неразговорчивому гостю:

– Я слышала, что, если человек, потерявший память, увидит или услышит что-то из прошлого, это может помочь ему восстановить постепенно все события своей жизни. Поэтому давай для начала попробуем вернуть тебе имя, – с этими словами я вышла из кухни и вернулась в обнимку со старым школьным орфографическим словарём, где в конце по какой-то неведомой причине приводился список имён. – Пойдём по порядку. Так, что тут у нас… Абрам. Нет, ты не очень-то похож на еврея. Аввакум. Не самое распространённое имя в наши дни. Авдей, Аверьян, Авксентий, Агап, Агафон… – перечисляла я, всё больше сомневаясь в правильности своей затеи.

Парень лишь отрицательно качал головой, сосредоточенно вслушиваясь в мои слова.

– Может, Адам? А что, вполне подходящее имя для человека, который падает с деревьев и теряет память. Тебя тоже, поди, из Рая выперли за плохое поведение… Адриан. Да кто ж такие имена придумывает?! Что у нас дальше… Нет, вряд ли твои родители были настолько бездушны, чтоб назвать тебя Акакий, – расхохоталась я.

Так мы перебрали пару-тройку сотен имён, но сдалась я лишь на Ярославе.

– Что ж, следует признать, что затея с треском провалилась, – грустно констатировала я, наслаждаясь вкусом и ароматом успевшего поостыть чая. – Либо у тебя чересчур экзотическое имя, либо – что хуже – ты стукнулся очень сильно. Давай ты пока что-нибудь выберешь из предложенных вариантов, чтобы хоть как-то к тебе обращаться.

– Сергей, – не раздумывая ответил парень.

– Замечательно, – сквозь зубы процедила я.

Ну почему из нескольких сотен имён ему понравилось именно то, которое причиняло мне боль? Как бы философски с некоторых пор я не относилась к романтическим отношениям в целом и их закономерным окончаниям в частности, мы с Серёжей довольно долгое время были близки. В какие-то моменты мне даже начинало казаться, что это и есть любовь, так что просто взять и выкинуть мысли о нём из своей головы не получалось.

– Тебе не нравится? – встревожился «Сергей». – Я могу выбрать что-то другое.

– Нет, всё в порядке, – осклабилась я. – Поехали дальше. Твоя одежда.

– Да, я заметил, что люди на улице как-то странно на меня оглядывались, и пришёл к выводу, что всё дело именно в ней.

– Что ж, Сергей, – с трудом выдавила я до боли родное имя, – сейчас посмотрим, во что тебя можно нарядить. Пойдём.

Порывшись в шкафу, извлекла на свет белую, испещрённую чёрными узорами рубашку с длинным рукавом и немного потрёпанные тёмно-серые джинсы. Подумав, присовокупила к этому новую пару носков и новые же чёрные ботинки – тот, кому они предназначались в подарок, не влез в них, пожаловавшись на слишком узкий нос.

– Меряй, – бросила я, тактично выходя из комнаты.

Плюхнувшись на диван, попыталась проанализировать сложившуюся ситуацию. В том что парень действительно ничего не помнит, я почти не сомневалась: слишком уж достоверно выглядела растерянность на его лице, когда он смотрел на меня там, в парке. Да и вообще, зачем ему притворяться? Маньяки предпочитают действовать сразу, вор ни за что не стал бы оставлять без присмотра явно дорогой кулон, который до сих пор валялся на кухне.

Допустим, с этим разобрались. У него и впрямь амнезия. А что он делал в парке в таком виде? Не лазил же по деревьям, в самом деле! Разве что из ролевиков… Разоделся каким-нибудь Робин Гудом и выслеживал врагов, пока случайно не упал и не лишился памяти. Я тепло улыбнулась, вспомнив свою бурную молодость, когда сама примерно в таком же виде бегала по лесам и паркам, размахивая саблей и пугая мирно прогуливающихся прохожих пролетающими мимо стрелами.

Решив по данному вопросу придерживаться пока именно этой версии, оглянулась на распахнувшуюся дверь, из которой как раз показался Сергей.

– Неплохо. Совсем неплохо, – я с восхищением подметила, что рубашка на новом Сергее не топорщится в районе живота, зато в плечах явно узковата. Джинсы немного болтались, но тут спас ремень. Дабы усилить впечатление, я потребовала, чтобы он распустил волосы. Шелковистые блестящие локоны чуть ниже плеч превратили его во что-то неземное. «Ну точно, в эльфов поди игрался. Но как же он чертовки красив!» – я невольно залюбовалась, а Сергей начал нервно осматривать себя в поисках какой-нибудь небрежности. В конце концов он не выдержал:

– Что-то не так?

– Угу, – хихикнув над его вопросительным взглядом, я продолжила: – Ты чересчур красив.

Он смутился, быстро скрутил свой пучок обратно и прошёл в кухню.

«Как мальчишка, честное слово!» – весело думала я, последовав за ним. Уселась напротив и как ни в чём не бывало пододвинула ему кружку с чаем.

– Пефеньки бери, – дружелюбно кивнула на вазочку со сладостями, с удовольствием жуя песочное лакомство.

Он благодарно кивнул и погрузился в какие-то свои мысли, задумчиво пережёвывая добычу. Но моя вечная неуёмная жажда деятельности, конечно, не дала нам посидеть спокойно.

– Слушай, давай развесим по району объявления с твоей фоткой! Наверняка у тебя здесь куча друзей и родственников, в крайнем случае, знакомых, которые скоро начнут суматошно обзванивать местные больницы и морги. А мы сидим тут, плюшками балуемся…

Не допив чай, я протопала за фотоаппаратом. Минут пять поносившись по квартире и распугав всех тараканов из самых дальних углов, наконец-то обнаружила пропажу. Оказалось, цифровик, как ему и положено, мирно лежал в чехле, мимо которого я успела пробежать раз десять. Чертыхнувшись, прошла обратно в кухню.

– Вот! – я гордо помахала своим трофеем у Сергея перед носом.

Он, надо сказать, на этот факт не отреагировал вообще, лишь флегматично пожал плечами:

– Если честно, у меня впечатление, что я впервые в жизни вижу такую штуковину и абсолютно не в курсе, для чего она предназначена.

Я поразилась, как спокойно он это всё говорит. Ну и выдержка! Или это после падения совсем беда с головой приключилась?..

– В общем так, – начала я командовать процессом, – посмотри вот сюда, голову чуть набок… Хорошо, а теперь скажи волшебное слово «лыба»!

– Лы-ы-ыба, – послушно протянул мой новый знакомый.

От смеха я чуть не выронила фотоаппарат, но всё же успела запечатлеть его лицо в довольно удачном ракурсе.

– И ничего смешного, – обиженно отвернулся Сергей. – Я же сказал, что не помню ничего про этот агрегат, вот и сделал, как ты просила.

– Извини, – покаянно вздохнула я. – Ты прав, но это было так мило и так забавно, что я не удержалась. А теперь нам нужно добавить пару строк и распечатать в ста экземплярах. Пойдём, поможешь сочинить.

Скинув фото, я призадумалась. А что, собственно, можно написать в такой ситуации? Найден человек?.. Смешно.

– Ну и что мы про тебя хорошего можем сказать?.. – протянула я, обращаясь больше к самой себе. – Чтобы твои друзья в случае чего не прошли мимо, не обратив внимания. Что-то вроде «Верну красивого парня. Только в хорошие руки».

– Может, как-нибудь по-другому, а? – нерешительно возразил он. – А то вдруг не те заберут, я ж всё равно ничего не помню.

– Тогда давай я начну, а ты продолжи.

И я вывела главное слово, не пожалев на него чуть не четверть листа: «ВНИМАНИЕ!!!». Ниже вставила фотографию и, посчитав свою миссию выполненной, повернулась к Сергею.

– Всё, дальше сам сочиняй, самое важное я сделала!

Он воздел очи к небу: не то задумался, не то советовался – поди разбери. Потом покосился недоверчиво на экран, понял, что ничего там не меняется, и с тяжким вздохом начал диктовать.

– «Молодой господин, утративший память при весьма скорбных обстоятельствах, просит помощи у неравнодушных к чужим страданиям! Если родные сумеют опознать его по приведённому портрету…» – на этом месте я не выдержала и хихикнула. Поток слов тут же прекратился, Сергей уставился на меня с обречённым видом. – Я снова что-то не то сказал?

– Нет, всё в порядке, – ехидно отозвалась я. – Если не считать того, что ты говоришь, как герой какой-то лирической баллады века этак XVI! Если люди прочтут это, они решат, что мы прикалываемся, и, даже опознав тебя, звонить точно не станут. Ладно уж, давай-ка лучше остановимся на таком варианте…

Мои пальцы выбивали на клавиатуре неровный ритм, и по белому экрану бежали чёрные строчки. Сергей зачитал вслух:

– Молодой человек потерял память, ищет своих родственников, знакомых. Вероятнее всего, был на прогулке в парке, где и заработал амнезию вследствие сильного удара головой. Обращаться по телефону… Лея. Ой. Я ведь до сих пор не удосужился узнать твоё имя. Прости, – смущённо пробормотал этот красавчик.

– Ничего, – успокоила я нового знакомого. – Имя – всего лишь формальность. Сочетание звуков, которое не даёт никакой информации о человеке, лишь подтверждает факт его существования. А ты в реальности моего существования уже убедился, так что, если бы я назвалась, скажем, Наташей, ничего бы не изменилось.

– Ну нет! – вдруг горячо заспорил Сергей. – Имя – это часть души, часть тебя. Потеряв его, ты теряешь своё прошлое. Может, если бы мне удалось узнать своё настоящее имя, я бы и всё остальное вспомнил… Но, главное, истинное имя имеет огромную власть над человеком. А ты так вот запросто хочешь взять и сообщить его всем желающим?!

– Ты, похоже, книжек по прикладной магии перечитал, – я удивлённо покачала головой, отправляя документ в печать. Принтер покорно загудел, заглатывая один за другим листы. – Пойдём лучше скотч поищем, он наверняка завалялся где-то на одной из самых пыльных полок. А потом – на свежий воздух, продлять жизнь сборщикам макулатуры.

– Хорошо, только можно тебя попросить об одной услуге? Мне бы очень не хотелось потерять кулон, который я тебе показывал, я чувствую – даже физически ощущаю – исходящую от него мощь. Мало ли, что может случиться… У тебя не найдётся надёжного тайника для его хранения?

Я призадумалась. Шкатулки-то есть, да вот только вряд ли их можно назвать надёжными. Разве что…

– Есть тут у меня один тайничок. Ещё с детства, мне его отец сконструировал.

Я прошла на кухню, Сергей последовал за мной. Склонившись над одним из стульев, откинула сиденье и расстегнула расположенную с обратной стороны неприметную молнию.

– Вот! – с гордостью продемонстрировала я «сейф». – Мы с папой читали Ильфа и Петрова, когда мне едва исполнилось десять. Книга меня не впечатлила, да и не поняла я толком ничего, но идея со стульями показалась мне настолько блестящей, что за неделю в доме не осталось ни одного сколько-нибудь приличного. Терпеливо перенося телесные наказания и стояния в углу, я с маниакальным упорством потрошила несчастную мебель в поисках сокровищ. Когда запас стульев и маминого терпения истощился, папа специально для меня купил новый стул и сделал в нём этот тайничок, сказав, что теперь я сама могу прятать здесь что пожелаю. С того момента он стал моим персональным складом сладостей, – улыбнулась я, извлекая на свет шоколадную конфету.

Сергей скептически оглядел самодельную конструкцию, перевёл взгляд на изрядно помятую конфету и наконец уставился на меня:

– А ты уверенна в надёжности своего тайника?

– Ну знаешь! У меня вообще-то не швейцарский банк, и персональных катакомб со свинцовыми дверями и десятком охранников, к сожалению, не имеется. Не нравится – можешь пойти обратно в парк и закопать свою безделушку под сосной. А спустя год я с удовольствием посмотрю, как ты перекопаешь гектар земли в поисках нужного дерева.

– Извини, я не хотел тебя обидеть, – покаялся Сергей. – Делать нечего, придётся с собой носить… Надеюсь, на нас никто не нападёт.

– Посреди белого дня в спальном районе? Всякое, конечно, бывает, но шансы, честно говоря, стремятся к нулю, – хмыкнув, я аккуратно вернула конфету в тайник, застегнула молнию и вернула стул в нормальное положение.

– А теперь пойдём расклеим по окрестностям твою физиономию, пока не стемнело.

И мы пошли.

Когда стопка листовок подошла к концу, я разочарованно вздохнула:

– Похоже, у тебя здесь не так много знакомых. Честно говоря, я надеялась расстаться с тобой где-то на середине пачки, – в этот момент я немного покривила душой: расставаться с этим странным парнем вот прямо сейчас без шанса встретиться снова хотелось не слишком. Откровенно говоря, совершенно не хотелось. – Выходит, сегодня ты ночуешь у меня.

Конечно, самым логичным в сложившихся обстоятельствах было бы переложить это дело на крепкие плечи нашей доблестной полиции. Следует признать, эта мысль первой пришла мне в голову, но… Но. Вряд ли я смогу в будущем продолжить общение с человеком, которого самолично сбагрила стражам порядка. К тому же, как выяснилось, даже обменяться номерами у нас не получится. Поэтому наиболее очевидное решение я отложила на крайний случай, если память так и не вернётся, а на объявление никто не откликнется, что было, в общем-то, маловероятно.

– Очень великодушное предложение с твоей стороны, – официально кивнул он. И добавил гораздо теплее и искреннее: – Спасибо.

– Да было бы за что! – отмахнулась я. – Давай только в магазин зайдём, купим чего-нибудь пожевать, а то с моей новой диетой в холодильнике мышь повесилась, давно пора послать её к чертям собачьим…

Моё скромное «пожевать» обернулось в итоге тремя большими пакетами, которые я торжественно вручила Сергею.

– Живём, – констатировала я, оглядев сию живописную композицию.

– Жуём, – согласился Сергей, проглатывая последний кусочек божественно вкусного пончика.

– У тебя как, проблесков памяти не наблюдается? – осторожно спросила я по дороге.

– Вроде бы нет, – он задумался на секунду, и я словно услышала, как гудит его мозг, силясь воскресить события прошлого. – Глухо.

– А как мы с тобой сегодня встретились, хорошо помнишь?

– Отлично и до мельчайших деталей. Сначала я заметил, как ворона взлетает на сосну, а потом увидел тебя. Ты смотрела на меня сверху вниз, в зелёных глазах плескались волны удивления. Я ещё подумал, что после смерти ты, должно быть, обернёшься морской пеной…

– Стоп, стоп, стоп! – запротестовала я. – Ты меня с Русалочкой спутал! Ну и мысли в твоей голове копошатся. А мне-то, наивной, казалось, что у меня мышление нестандартное… В общем, главное я уяснила: с краткосрочной памятью всё в порядке, уже неплохо.

Сергей в ответ лишь пожал плечами, дескать, тебе виднее.

– Значит так, сейчас что-нибудь приготовим на скорую руку и попробуем вызвать у тебя какие-нибудь ассоциации на заданные темы.

– Это как? – подозрительно глянуло на меня это длинноволосое растрёпанное чудо.

– Ну вот с чем у тебя ассоциируется морская волна? Кроме моих глаз, конечно.

– Замок, – не раздумывая ответил он. – Скалы. Одинокое дерево. Кровь…

– Эк тебя на поворотах заносит, – одобрила я. – Ты, видать, исключительный книголюб и законченный романтик. А если я скажу дом?..

– Камин. Покой. Друг.

С лёту усвоив правила игры, спутник мой начал наслаждаться самим процессом, не зацикливаясь на целительных свойствах. Оно и к лучшему, конечно.

– Ролевики?.. – видя его заминку, перечислила другие варианты, памятуя о необычных обстоятельствах нашего знакомства и пытаясь найти зацепку там. – Толкиенисты, реконструкторы. Неужели совсем ничего?

– Эти слова мне совершенно ни о чём не говорят. Если честно, они кажутся мне бессмысленным набором звуков, – поколебавшись, ответил Сергей.

Сказать, что я была разочарована, – ничего не сказать. Уж не знаю, с чего, но мне мнилось, стоит только произнести эти волшебные слова, как он с радостным воплем «Вспомнил!» повиснет у меня на шее, и наше приятное знакомство потечёт в более привычном русле. Ан нет, не получился фокус.

Вскоре мы подошли к подъезду. Пришлось лезть в сумку, добрые пять минут искать там связку ключей, которая в итоге обнаружилась в кармане джинсов, чертыхаясь, подниматься в кромешном мраке до лифта. Тут я с удивлением обнаружила, что знакомый мой не испытывает никаких трудностей с передвижением в темноте. Сказать точнее, он двигался намного увереннее меня, прожившей в этом доме больше пяти лет.

Решив пока не грузиться по этому поводу и списать всё на собственную поломанную систему ориентации в пространстве, я толкнула наконец входную дверь.

– С возвращением нас, что ли… Люська! – дико взвыла я под жалобный скулёж едва не раздавленного мною в темноте животного, мирно дрыхнувшего посреди прихожей. – Чёрт, тебя ж ещё выгуливать надо. Пойдём уж, коровка моя… Серёж, ты с нами или дома посидишь?

– Вы ведь ненадолго?

– Да нет, минут на двадцать, чуть больше может.

– Тогда, с твоего разрешения, я останусь здесь. Только покажи, пожалуйста, как ты сегодня огонь под чайником зажгла, я не очень хорошо запомнил.

– Хочешь сказать, ты и плитой пользоваться разучился? – недоверчиво спросила я, но всё же прошла в кухню и доходчиво – как когда-то мне самой родители – объяснила.

Блеснувшая в последнюю секунду искра разума намекнула, что неплохо бы закрыть дверь на ключ. Но не сможет же он взломать оба замка и за полчаса вынести из дома всё сколько-нибудь ценное?.. К тому же, у меня есть его фотография, так что обворовывать меня сейчас не самая умная затея.

Успокоив этим аргументом свою запоздало приподнявшую голову паранойю, я всё же ушла на прогулку с Люсиль. В ходе вечернего променада мы с верной подругой загнали на дерево пару котов, раскидали заботливо кем-то собранную кучу листьев и напугали молодых ребят, мирно попивавших на лавочке пиво, громогласным «Гав!». Домой возвращались уже по темноте, вполне довольные друг другом. В обещанные двадцать минут, естественно, не уложились. Да что уж там, мы и в час-то не уложились, так что волей-неволей пришлось совершить короткую пробежку.

Первое, что я уловила, едва приоткрыв дверь, – божественный аромат жареного мяса. Из кухни выглянул Сергей с ложкой в руках.

– Яичница готова, мясо сейчас дожарится. Я позволил себе приготовить ужин, ничего?

– Ты шутишь? Как это ничего?! Да это же просто замечательно! Я уж и не помню, когда последний раз мужчина готовил мне ужин. Наверное, когда мама уезжала в командировку, а я была ещё слишком маленькой, чтобы готовить самостоятельно.

– Тогда мойте лапы-руки и за стол, – как-то уютно, совсем по-домашнему улыбнулся Сергей.

Ужин прошёл просто великолепно. Покончив с едой, я достала турку и с наслаждением взялась варить ароматный кофе. Кто-то может посчитать, что пить кофе на ночь не слишком удачная идея. Но на меня сей волшебный напиток, сваренный на молоке из мелкомолотых зёрен арабики тёмной прожарки, оказывает самое умиротворяющее воздействие. Выкинув из головы дневные заботы, я наслаждалась ненавязчивой, немного странной в силу обстоятельств беседой и нежно-терпким вкусом хорошего кофе. Кажется, сваренный мною напиток пришёлся моему гостю по вкусу ничуть не меньше, чем мне – приготовленный им ужин.

– Теперь можно и за знакомство выпить, – я извлекла из бара бутылку хорошего красного вина, дожидавшегося подходящего для него случая вот уже пару лет.

– Это что? – с самым серьёзным видом уточнил этот потрясающий тип уже после того, как я наполнила его бокал.

– Вино красное десертное, из Абхазии привезла когда-то.

– Алкоголь?

– Ну да, а ты не пьёшь что ли?

– Н-не помню… – неуверенно протянул он, принюхиваясь к содержимому бокала. – Пахнет вкусно.

– Ещё бы, это тебе не какой-нибудь разведённый в подвале виноматериал, а настоящий заводской продукт. Давай, что ли, за сегодняшнюю неожиданную встречу, – с этими словами я приподняла свою порцию.

– За приятное знакомство со столь очаровательной дамой, – галантно поддержал Сергей, и мы чокнулись.

Бутылка уже подходила к концу, я увлечённо рассказывала очередную историю, коих после путешествий с отцом-географом имела в запасе великое множество. Однако кавалер мой уже минут десять как перестал задавать уточняющие вопросы и вообще подавать признаки жизни, а в данный момент начал настолько очевидно клевать носом, что это смутило его самого.

– Извини, – пробормотал он, подавляя зевок. – Могу я где-нибудь здесь лечь?

– На кухне? – попыталась я пошутить.

– Ага, – сонно ответил Сергей, безуспешно пытаясь разлепить веки.

– Ладно уж, пойдём, постелю тебе в зале, – разочарованно вздохнула я.

– Извини, что меня так сморило после ужина. Честно говоря, весь вечер чувствую себя разбитым и уставшим, как будто целый день землю пахал. Удивительно, что раньше не отключился. Лея, спасибо тебе за всё, ты такая хорошая… – с этими словами Сергей рухнул на разложенный диван и ровно задышал.

– Вот вечно так. На самом интересном месте, – пробормотала я себе под нос и побрела на кухню мыть посуду.

Глава 2

Утро было омерзительно солнечным, а Сергей – отвратительно бодрым. Я хмуро отметила про себя, что выглядит он вовсе не заспанным, а вполне довольным жизнью, даже улыбается вон, в отличие от меня. Терпеть не могу утра, которые начинаются до обеда, тем более – во время отпуска. Даже верная овчарка научилась терпеливо ждать моего пробуждения, поскуливая у дверей, а не у меня под ухом. А этот, гляди-ка, без всяких угрызений совести самым подлым образом раздвинул шторы, напустив на меня дикую орду солнечных лучиков. Хоть бы извинился за такие дела. Гад.

– Доброе утро! – радостно провозгласил мой мучитель.

– Добрым оно могло бы быть после одиннадцати дня, – проворчала я, пытаясь залезть с головой под одеяло. – Задёрни шторы, будь добр. А если тебе не спится, можешь погулять с Люсиль – уверена, она будет в восторге. И вообще, кто-то вчера обещал спать до обеда…

– С собакой я уже погулял, а встал почему-то рано, при этом замечательно выспался, – бодро отрапортовал Сергей.

– Рада за тебя. А от меня-то ты чего хотел?

– Да вроде ничего конкретного, – смущённо признался он. – Просто страсть как скучно, и так уже больше часа слоняюсь из угла в угол. Газеты пробовал почитать – одни объявления разноцветные; Люся, как погуляла, до миски сходила и тоже спит. Я уже и завтрак приготовил…

– Завтрак? – оживилась я. – С этого начинать надо было! Тогда бы я уже давно тебе компанию за столом составила. А что, кстати, нас ждёт за пресловутым столом?

– Горячие бутерброды с ветчиной и сыром и кофе со сливками – я вчера постарался запомнить, как ты готовила этот божественный напиток. Кажется, получилось довольно сносно…

– Всё, уболтал, уже встаю! – с этими словами я выползла из-под одеяла, не дожидаясь ухода Сергея, и потянулась за своим махровым халатом.

Сделав пару глотков довольно крепкого кофе и откусив горячий бутерброд, поняла, что точно не зря встала.

– И где ты так наловчился готовить? Вроде ничего особенного, а как вкусно!

– Тут всё дело в заклинаниях, – без тени иронии пояснил он. – Они вроде специй, только пользы куда как больше. Но здесь тоже не переборщить важно. Да что я тебе объясняю, ты сама поди лучше меня всё это знаешь, я-то с магией на Вы.

– Ага. Точно. Заклинания. Не переборщить. И как я сама не догадалась?..

– Чем сегодня займёмся? – Сергей явно посчитал тему магии недостойной нашего обсуждения. – Я бы с удовольствием прогулялся, если, конечно, у тебя нет других планов.

– Планов нет и не предвидится, – согласилась я. – И всё же что ты там говорил про заклинания? Если это была шутка, то слишком для меня тонкая.

– Да ну, какие шутки. Это ж обычный авронус, по два раза над каждой посудиной. Неужели не практикуешь? Я не кулинар… кажется… так что только его и знаю.

– Извини, я тебя огорчу, – до меня начало доходить, что происходит, – но ты вспомнил, вероятно, эпизоды из какой-то книги, приправил их крепко въевшимися в тебя мечтами, и вот результат: вместо реальных воспоминаний – мнимые. Так что забудь все свои абракадабры, иначе, чего доброго, в психи запишут, если найдутся всё же твои родственники.

– Авронус, а не «абракадабры», – насупившись, поправил Сергей. – И вообще, ничего я не выдумываю. Я же говорить и ходить не разучился, почему же ты думаешь, что я разучился колдовать? Мои умения – подчеркну: все умения – до сих пор при мне.

– Да не разучился ты колдовать, ты просто никогда не умел этого!

– Откуда тебе знать, что я умею? Мы знакомы со вчерашнего дня, если помнишь. Или, на твой взгляд, я непроходимый тупица? – похоже, он всерьёз обиделся. – Конечно, вчера я был не в лучшей форме, как ты, наверное, заметила… Но, возможно, это всего лишь последствия моего не слишком удачного падения. Или чего-то другого, я ведь даже не помню, что со мной происходило за секунду до нашей встречи. Зато сегодня я уже в полном порядке!

– Дело не в этом. Не в твоём состоянии или умениях. Ты не умеешь колдовать, потому что магии не существует. Это миф, сказка, – терпеливо, как неразумному ребёнку, ждущему до утра Деда Мороза, объяснила я.

– Шутишь? – настороженно уточнил Сергей, вглядываясь в мою серьёзную мину. – У тебя же на лбу написано, что магия – твоя стихия, волшебство для тебя – что вода для рыбы. Положим, в себе я подобной мощи не ощущаю, но кое-что всё-таки умею.

Я не знала, смеяться мне или плакать. Ну и как теперь убедить это чудо природы, что память у него восстанавливается не с того конца? А то он уже и меня в ведьмы готов записать. А ну как завтра опять что выдумает и на костёр потащит?..

– Ну хорошо, положим, магия есть. И ты с успехом её применяешь. Ведь есть какие-то заклинания, которые можно увидеть, пощупать – короче, прочувствовать?

– Проверяешь, – вздохнул горе-колдун, истолковав мой вопрос по-своему. – Хорошо, смотри.

С этими словами он быстро начал вращать кистями рук, словно крутя в ладонях невидимый шарик, потом тихо прошептал что-то, дунул и… Естественно, ничего не произошло.

– Убедился? – спросила я, едва сдерживая самодовольную улыбку.

Сергей залился румянцем, но упрямо покачал головой. Ничего не сказав, он повторил давешний трюк. На сей раз дуновение сопровождалось раскрытием ладоней. Такого удивления и трепета я не испытывала с того дня, когда держала в руках зачётку и глазела на коряво начертанный «отл.» по физике, которую абсолютно не понимала, а потому даже не соизволила открыть вопросы перед экзаменом, дескать, это мне всё равно не поможет.

В руках молодого человека выплясывал дикий танец крохотный огненный мотылёк. Он бился о невидимую преграду, судорожно трепетал крылышками, точно живой. Длилось сие зрелище не более минуты, в течение которой я безуспешно пыталась придумать происходящему хоть сколько-нибудь разумное объяснение. Версий было несколько: гипноз, галлюцинация, на худой конец – сон, но мотылёк оказался вполне реален, так что отрицать очевидное дальше не имело смысла.

– Теперь веришь? – Сергей не без гордости улыбнулся. – Первый раз я немного со словами напутал, вот и не вышло ничего. Что ты на меня так смотришь?..

– Послушай меня внимательно, – с трудом преодолевая шок, начала я. – В нашем мире магии нет, а другие миры большинство людей считают выдумкой. Не знаю, кто ты и откуда, но мне здорово не по себе от происходящего – настолько, что хочется выгнать тебя за пределы квартиры и забыть, как страшный сон. С другой стороны, в глубине души, как всякий, наверное, человек, я всегда мечтала о какой-то особенной жизни, о настоящих приключениях или чём-то в этом роде; но до вчерашнего дня всё это было просто глупыми фантазиями выросшей, но не повзрослевшей девчонки. И вот теперь, когда началось что-то действительно необычное, я буду последней дурой, если захлопну дверь перед носом чудес и укроюсь в своей спокойной, до тошноты скучной реальности. Итог: добро пожаловать в мой мир, чудо!

– Из твоей сумбурной речи сложно было что-то понять, – флегматично сказал этот потрясающий парень, ставший для меня символом начала чего-то совершенно нового. – Объясни, пожалуйста, почему простейший фокус вызвал у тебя такую реакцию? И прекрати уже бормотать насчёт того, что магии не существует. В твоём случае это выглядит так же, как если ты будешь утверждать, что воздуха не существует: ты ведь дышишь магией, это видно даже мне.

– Да о чём ты вообще толкуешь?.. Ладно, давай по порядку. Видишь ли, в нашем мире магией действительно не пользуются, то есть принято считать, что её вообще нет. Обратное утверждают только сумасшедшие или шарлатаны; по крайней мере, таково общественное мнение. Так что я не просто в растерянности, но даже и приблизительно не понимаю, что происходит, каких мыслей на этот счёт придерживаться и как следует поступить.

– Стоп, – теперь пришла его пора удивляться, – ты хочешь сказать, что вы живёте без магии?.. Или хуже того: всегда так жили и считаете это нормой?

– Фактически, – я виновато пожала плечами, словно бы несла личную ответственность за такое непростительное упущение в устройстве мироздания. – Хотя раньше, довольно давно, напротив, в колдовство верили поголовно и сжигали всех, кого хоть как-то можно было заподозрить в злоупотреблении сверхъестественными способностями.

– Тогда всё более-менее ясно, – понимающе хмыкнул Сергей. – Магам пришлось бежать от гонений, и с тех пор они не показываются обычным людям, опасаясь повторения событий. Но какая глупость – устраивать охоту на тех, кто может принести столько пользы! Ведь возможности магии практически безграничны, точнее, ограничены лишь способностями самого человека… Но это неважно, теперь мы почти наверняка знаем, кто я. Уверен, скоро за мной придут собратья, помогут восстановить память, и я обязательно познакомлю тебя с ними. Тебе ещё не поздно учится, нельзя, чтобы такие способности пропадали понапрасну!

– Это всё очень мило, – я криво улыбнулась, не в силах поверить в реальность происходящего, – но есть ещё один вариант. А, может, даже не один, не знаю, я довольно давно увлекалась фантастикой. Так вот, судя по одежде, в которой ты вчера свалился мне на голову, ты не из этого мира. Ну подумай сам, если бы маги скрывались среди обычных людей, стали бы они носить одежду, которая привлекает столько внимания? Кроме того, ты довольно неплохо ориентируешься, знаешь практически всё, что знает с детства любой человек, однако некоторые такие же повседневные предметы словно бы в первый раз видишь, значит, раньше ты их не встречал. А знаешь почему? Потому что их нет в вашем мире! Конечно, звучит это всё нелепо, но других идей у меня нет. Разве что это какая-нибудь дурацкая программа «Розыгрыш», сейчас из моего шкафа вылезет дядька с камерой и скажет, что ты не терял память, а этот трюк с мотыльком – элементарный фокус и ничего более… Но ведь в моём шкафу нет ничего, кроме того, что я сама туда положила, так?

– Скорее всего. И это точно никакой не розыгрыш, а твоя идея насчёт другого мира кажется мне вполне реальной. Хотя обрывки знаний и опыта настойчиво твердят, что учение о множественности миров – неподтверждённый миф.

– Наверное, сегодня день доказательства мифов, – беспомощно улыбнулась я.

Помолчали. Мой разум судорожно выдумывал разумное объяснение происходящему, ища какой-то подвох и лихорадочно прокручивая события последних суток. А вот менее логичное, но куда более мудрое сердце уже знало всё наверняка и, как это ни парадоксально, было абсолютно спокойно, ибо наконец-то жизнь моя разворачивалась в нужном направлении. В итоге я поняла, что в данный момент меня по-настоящему занимает всего-навсего один вопрос:

– И что мы теперь будем делать? Из этого ты мира или нет, но память так или иначе тебе возвращать нужно. Есть идеи, как это сделать?

– Вообще-то есть одна, – он нерешительно взглянул на меня. – Как я уже говорил, у тебя большой магический потенциал, так что ты могла бы помочь мне…

– Я же не умею! – слова вырвались раньше, чем он успел закончить мысль.

– Смотри, – Сергей явно оживился и начал объяснять, – Сила – она везде, разлита вокруг вроде неосязаемой субстанции, всё зависит только от нашего умения пользоваться ею. Многим это вообще не дано, они не чувствуют Силу, а, значит, не могут её применить. Как бы тебе объяснить… Есть люди, очень восприимчивые к запахам, а есть те, кто не уловит аромата розы, поднеси ты её хоть к самому носу. Грубо говоря, с магией то же самое, и ты относишься к категории людей, очень чувствительных к её малейшим проявлениям. Наверняка у тебя развита интуиция, знакомые небезосновательно считают тебя чертовски удачливой. Возможны довольно частые беспричинные головокружения в определённых местах, но самое главное – сны. Каждую ночь, очень красочные и реальные, события которых изобилуют чудесными подробностями, начиная от банальных полётов и заканчивая стихийными бедствиями, которые, как ты узнаёшь на другой день, действительно имели место быть. Я ведь прав?

– Н-ну, – я замялась, ошеломлённая его осведомлённостью относительно моей скромной персоны, – есть в этом доля правды. Но вот со стихийными бедствиями ты загнул. Один раз мне и правда приснилось, будто я в каком-то незнакомом поселении, гуляю по его широким улицам, любуюсь небольшими коттеджами и ровно подстриженными, совсем как в кино, газонами. Чудесное место. И тут со мной решил познакомиться, очевидно, местный житель. Я далеко не в совершенстве владею английским, но во сне чётко поняла его похабные намерения, так что поспешила уйти, не ответив, за что услышала массу ругательств и проклятий в свой адрес. Дальше сон расплывался в завесе гнева, но что-то я там и правда творила с природой, а наутро в новостях показали, что какой-то небольшой американский посёлок разрушен смерчем, пришедшим неизвестно откуда и так внезапно, что никого не успели эвакуировать. Было много жертв. Но это всего лишь совпадение!

– Да, именно поэтому ты так переживала, что до сих пор помнишь всё в подробностях, – скептически хмыкнул мой собеседник. – Спешу тебя огорчить: именно ты вызвала тот смерч, и наверняка не только его. Просто остальные сны либо не запомнила, либо боялась сопоставлять с реальной жизнью, дабы не найти пугающих совпадений. Но не вини себя: дело в том, что волшебник, имеющий большой потенциал, как у тебя, и не пользующийся им сознательно, волей-неволей изливает его в неосознанной форме. А так как разрушение, в отличие от созидания, не требует больших усилий и умений, черпаемая тобой Сила шла именно на него. Но забудь об этом. Повторюсь: это не твоя вина, да и не исправить уже ничего. А вот избегать таких событий в будущем вполне в твоей власти.

Я молча переваривала полученную информацию. Прокручивала обрывки подобных реальных снов, частенько посещавших меня, и вспоминала те подробности, которые и впрямь сознательно старалась забыть. Получалось довольно трагично: по самым скромным подсчётам, ещё пара-тройка моих снов окончилась катастрофой, зато остальные были довольно безобидные, а порой и весьма полезные для окружающих. Например, отлично помню, как однажды моя хорошая подруга в течение двух месяцев при каждой встрече рассказывала мне о своей безответной любви к «замечательному, умному, красивому, как из сказки» мужчине, который, к сожалению, совершенно не хотел замечать все её намеки и менять сложившиеся деловые отношения на что-то большее. Однажды она даже показала мне его фотографию – к слову сказать, самое обыкновенное, ничем не примечательное лицо, – и в ту же ночь мне приснилось, будто я в образе ангелочка, навроде Купидона, поражаю предмет обожания подруги в самое сердце метким, лишь мне видимым выстрелом. Проснувшись, долго размышляла на тему бредовых видений и подруг, которые почему-то именно меня всегда считали лучшим хранилищем их сердечных тайн, что само по себе довольно странно: в личной жизни мне стабильно не везло, так что дать совет я не могла, да и утешать толком никогда не умела. Каково же было моё удивление, когда на следующую ночь, бессовестно вырвав меня из сладких объятий сновидений, позвонила счастливая Дашка и сообщила, что дело сдвинулась с мёртвой точки и они мило гуляли до полуночи.

Очевидно, все эти воспоминания транслировались крупным планом на моём лице, так что Сергей, вздохнув, продолжил:

– Видишь, ты и сама всё прекрасно знала, просто боялась в этом признаться. Но к чему я, собственно, веду. Я могу обучить тебя всему, что знаю, а дальше ты начнёшь действовать сама, интуитивно. Это как постигать азы любого искусства. Взять, к примеру, танцы. Сначала самые элементарные движения кажутся тебе сложными, долго разучиваешь простейшие позиции, переходы и с трудом соединяешь их воедино. Дальше получается всё лучше и лучше, ноги твои уже сами просятся в пляс, едва зазвучит музыка. И наконец, как вершина мастерства, ты на лету сплетаешь из хорошо знакомых па совершенно новый узор, почти не анализируя движения собственного тела.

– Ты хочешь сказать, – его метафора с танцем показалась мне чрезвычайно удачной, – что научишь меня азам, а дальше я смогу сама сплетать совершенно новые заклинания? И тогда мы сможем вернуть твою память, так?

– Ага, – он жизнерадостно кивнул.

– Кажется довольно просто. На словах. Но у меня есть вопрос: почему ты, в таком случае, сам не можешь этого сделать? Или просто хочешь продлить удовольствие пребывания в неведении относительно своего тёмного прошлого? – я лукаво подмигнула, но не увидела ответной улыбки и тоже посерьёзнела.

– Уже попробовал – не получается. Думаю, я просто не очень хороший колдун. А может… не знаю. Я чувствую, что умею гораздо больше, но сейчас даже самые простые заклинания даются мне с большим трудом.

Мне стало жаль своего нового приятеля, ибо говорил он с явной горечью, словно потерял что-то очень ценное. Так что я сразу преисполнилась благородного желания помочь ему и сделать всё, что в моих силах. Даже чуть больше, если моих сил вдруг окажется недостаточно.

– Когда начнём? Я готова! – бодро отрапортовала я, вскакивая из-за стола.

Чашка с напрочь остывшим кофе картинно взлетела и со звоном опустилась на пол. Осколки фарфора вперемешку с тёмно-молочными брызгами напитка разлетелись по всей кухне. Из комнаты гавкнула Люсиль, но прийти и проверить, в чём дело, поленилась.

– Добрый знак, сейчас всё быстренько уберу, – легкомысленно отмахнулась я от выразившего желание помочь Сергея.

Вооружившись помывочным инструментом и вернувшись на кухню, растерянно остановилась в дверях. Спустя секунду мокрая тряпка шлёпнулась на пол, а я уставилась на своего гостя, взглядом требуя объяснений. На столе как ни в чём не бывало стояла целая и невредимая кружка.

– Элементарно, – пожал он плечами, прихлёбывая кофе. – Я просто вернул всё в состояние пятиминутной давности; предметы мелкие, так что особых трудностей не возникло. Можешь спокойно пить свой кофе: он холодный, но мусора с пола нахватать не успел, как и было пять минут назад. Да садись уже, скоро ещё и не такое вытворять научу. А пока предлагаю всё-таки позавтракать. Еда, конечно, давно остыла, но на голодный желудок даже магия не впрок.

И как тут возразишь?!

– Где-нибудь неподалёку есть безлюдные места? Лишние свидетели нам ни к чему, полагаю. Естественно, всё равно придётся отгородиться завесой, но всё же.

Я задумалась. Найти в Москве безлюдные места не так уж легко, точнее – это попросту невозможно. Значит, остаётся только придумать, где нам будут мешать поменьше.

– А у меня дома?.. – начала было я.

– Не получится, – тут же обрубил Сергей. – Во-первых, ты пока абсолютно не контролируешь свою силу, можешь выкинуть любой фокус. Во-вторых, требуется большое свободное пространство, что-то вроде поляны. В-третьих…

– Всё, я поняла, что это не вариант, можешь не продолжать. Пожалуй, есть одно место. Не могу сказать, что там совершенно нет людей, но придумать что-то лучше вряд ли смогу. В парке, где мы вчера встретились, есть низина с замечательной полянкой. По вечерам там нередко сидят нетрезвые подростки, а вот днём она чаще всего пустует. Мы с Люськой иногда гуляем там, не слишком часто. Это довольно далеко от дорог, потому и народу мало.

– Что ж, пойдём поглядим на твою полянку, – он отправил в рот последний кусок и нетерпеливо покосился на мой едва надкусанный бутерброд.

– Пожалуй, обойдусь сегодня без завтрака, – вздохнула я, отрывая свой зад от нагретого места.

Грех было заставлять ждать человека, так рвущегося приступить к тяжкому труду, ибо учить меня чему-то – дело хлопотное и неблагодарное. Да и самой мне, если честно, не терпелось с головой нырнуть в омут чудес, пусть даже выплыть оттуда будет уже невозможно.

Глава 3

Прошло чуть больше часа, и мы наконец оказались на месте. Люсиль восторженно скакала вокруг, я рассеянно отмахивалась от неё, а Сергей скептически оглядывал разрекламированную мною по пути полянку. В итоге вынес вердикт:

– Не так уж она велика, да и люди тут бывают довольно часто. Но за неимением лучшего…

Спутник мой картинно взмахнул рукой, затем чуть ли не бегом обогнул всю полянку и вернулся на прежнее место. Я почувствовала лёгкий толчок в грудь, овчарка жалобно заскулила.

– Зайдите в круг! – рявкнул Сергей.

Я послушно сделала несколько шагов, собака попрыгала вслед за мной.

– Ты почувствовала? Я не учёл, что здесь большая концентрация негатива, поэтому замкнуть круг ровно не получилось. В любом случае уже всё в порядке.

– Теперь мы невидимы для всех остальных? – с трепетом осведомилась я.

– Нет, что ты, я не такой уж великий колдун, чтобы вот так запросто ставить щит невидимости. Но если кто-то любопытный решит посмотреть, чем мы тут занимаемся, то увидит самую безобидную картину идиллической игры с собакой. Главное, успеть переключиться именно на это занятие, потому что, войдя в круг, любой человек узрит всё как есть.

– Ясно. Люська предупредит, если кто-то появится в пределах видимости, так что за это можешь не беспокоиться… – я растерянно огляделась, боясь просить начать.

– Можно приступать! – жизнерадостно заявил этот тип, будто не замечая моих душевных мук. – Прежде всего запомни: концентрация и ещё раз концентрация. Когда колдуешь, любая мелкая ошибка или невнимательность могут привести к нежелательным и даже опасным для окружающих и самого мага последствиям.

Я судорожно сглотнула: концентрация никогда не была моей сильной стороной. В голове постоянно роились сотни посторонних мыслей, навязчиво жужжа то в одном, то в другом ухе и мешая сосредоточиться.

– Перво-наперво тебе нужно научиться чувствовать Силу. Она в тебе, вокруг – везде. Попробуй уловить её.

Честно попытавшись, я отрицательно покачала головой, дескать, ничего не получилось.

– Сейчас, постой… – он быстро начал растирать руки, словно пытаясь согреться, затем медленно разъединил их и… запустил в меня чем-то невидимым. – Лови!

Подставив руки как при игре в пионербол, я мгновенно уловила нечто нематериальное, вызвавшее, однако, тянущее напряжение в ладошках. К сожалению, нет в нашем языке слов, точно описывающих эти ощущения: я чувствовала в руках плотно сжатый концентрат воздуха, наполненный колоссальной энергией. Единственное сравнение, которое приходит мне на ум, – пение на опоре. Кажется, тот же самый воздух, которым дышит всё человечество, но вокалистам каким-то непостижимым образом удаётся при помощи собственного тела превратить его в упругий мостик, помогающий удерживать хрустальные нотки… Одним словом, ощущение непередаваемое!

– Это сгусток чистой Силы. Его ты можешь преобразовать во что угодно, но для начала нужно научиться создавать такие сгустки самой, а для этого необходимо почувствовать Силу, научиться с ней взаимодействовать. Сейчас ты примерно поняла, что это такое; теперь отпусти этот «шарик» и постарайся создать нечто похожее, использовав скрытую в тебе энергию и разлитую кругом Силу.

Может быть, я слишком разволновалась и не поняла, что конкретно от меня требуется, а, может, просто решила пошутить – не помню, о чём я в тот момент думала. Но вместо того, чтобы просто раскрыть ладони и дать Силе снова разлиться, я сконцентрировалась, прицелилась и, точно снежок, метнула сгусток в ближайшее дерево.

До сих пор удивляюсь, как у меня хватило ума ограничиться деревом, а не стоящим напротив человеком! Ибо несчастная сосна мгновенно покрылась толстенным слоем льда, промёрзнув насквозь от моей милой шутки.

– Ты с ума сошла! – раздался возмущённо-восхищённый голос моего учителя прикладной магии. – Зачем ты это сделала, а самое главное – как?! Нельзя научиться управлять Силой раньше, чем ты научишься взаимодействовать с ней. Это просто невозможно!

– Сама не знаю, как так вышло, – начала оправдываться я. – Просто хотела пошутить…

– Шуточки у тебя… – проворчал Сергей. – Может, ты и писать выучилась раньше, чем узнала буквы? А, впрочем, сейчас это не так уж важно; куда важнее поскорее научить тебя контролировать свои способности, а то натворишь ещё чего-нибудь, так что давай всё же вернёмся к началу. Постарайся почувствовать Силу, сконцентрируйся…

Дальнейшие его слова я уже не слышала. Вокруг меня вдруг разлилось бурлящее море кипящей Силы. К потокам её примешивались грязные волны чего-то лишнего, так что приходилось выбирать чистейшие капли среди этого хлама. Едва успев подумать о том, как это можно сделать, я почувствовала, что пространство вокруг очищается, и ненужный мусор отступает дальше и дальше. Прошло всего несколько секунд, а я уже купалась в стремительном водовороте незамутнённой Силы, могла черпать её хоть вёдрами. Осторожно взяла ладошками вязкую, мерцающую, пребывающую в постоянном движении субстанцию и…

Всё вдруг вернулось на свои места. Я увидела перед собой Сергея, с любопытством заглядывающего мне в глаза, спокойно отметила, что всё у меня получилось: уже знакомое ощущение в руках не могло быть миражом.

– Фантастика!.. Я даже не рассчитывал, что дело пойдёт так быстро. Ты ведь сейчас выходила на Нижний уровень, да?

– Не знаю, что ты имеешь в виду, – ответила я и описала ему, как смогла, произошедшее.

– Всё верно. Это так называемый Нижний уровень, когда меняется не окружающее пространство, но твоё восприятие. Ты видишь то, что не могут видеть остальные. Сила окружает нас везде, это действительно немного похоже на погружение в океан. В зависимости от природной склонности маг по-разному воспринимает Нижний уровень: кто-то просто черпает в нём Силу, кому-то открываются видения будущего, некоторые умудряются увлекать с собой других людей и излечивать их там от самых страшных болезней в считанные минуты – в общем, по-разному. С тобой пока всё понятно, но кто знает, что будет со временем…

– Ладно, с этим более-менее разобрались. Но что мне делать дальше? Повторюсь: я абсолютно уверена, что предыдущий фокус с деревом вышел совершенно случайно, и уж точно не возьмусь повторить нечто подобное, так что придётся тебе ещё поработать языком.

– Для начала следует усвоить главное, – менторский тон из уст этого парня заставил меня глупо хихикнуть, – с Силой нельзя играть, как ты сделала это несколько минут назад. Это опасно, в первую очередь – для тебя самой. Теперь о заклинаниях. Сила пластична; она подобна глине: ты можешь создать из неё что угодно. Где-то нужны слова; как правило, не обходится без жестов; но иногда достаточно мысли – это уже высший класс. Начать следует с азов. Повествование будет долгим, так что по ходу сразу пытайся воспроизвести всё это.

– Окей, только не делай такое серьёзное лицо, пожалуйста. А то я, чего доброго, проникнусь значимостью момента, начну волноваться, и всё пойдёт наперекосяк.

– Хорошо, не буду, – улыбнулся Сергей. – Тем более, всё не так уж сложно, по крайней мере, для тебя. Итак, ты зачерпнула Силу. Далее твоя задача – контролировать её. К примеру, разомкни руки… Да не бойся ты, она не улетит!.. Теперь заставь её перейти из левой руки в правую. Отлично! Далее. Это немного сложнее, но принцип тот же: сконцентрируй Силу в себе, не знаю, как выразиться точнее. Часто заклинания требуют одномоментной затраты большого количества энергии, так что лучше всегда иметь резерв – на всякий случай. Выйди на Нижний уровень и постарайся, словно сосуд, наполнить себя…

Когда мучитель мой произнёс долгожданное «На сегодня, пожалуй, хватит», я еле держалась на ногах. Почти закатившееся солнце посылало нам прощальные поцелуи, Люсиль успела выспаться под тёплым сентябрьским солнышком и теперь с упоением копалась в листве; призвать её к порядку просто не было сил. На полном автомате я переставляла ноги, говорить не хотелось – осталось лишь нестерпимое желание плюхнуться на мягкие и такие манящие опавшие листья и уснуть.

День пролетел совершенно незаметно. Пару раз мимо проходили люди, но никто не задерживался рядом с нашей укромной полянкой. Удивительно, но я оказалась на редкость способной ученицей и чувствовала по этому поводу законную гордость. Сергей тоже был доволен моими успехами, так что по пути домой оживлённо болтал за двоих. То, что в ответ он неизменно встречал тишину, его совершенно не смущало.

– Потрясающе, ты за день умудрилась практически полностью усвоить азы, основную базу, на которой строятся все простенькие �