Даника

Глава 1. Вторник

Седой мужчина в сером костюме внимательно и очень долго изучал документы. Он восседал в массивном кресле за большим столом, добрая половина которого была завалена папками и бумагами. Обстановка кабинета выглядела немного архаичной – шкафы с книгами, длинный ряд стульев, железный сейф в углу. Всё необходимое для работы и ничего лишнего, старая добрая классика, нечета новомодным опенспейсам. Инородным предметом на столе выглядела зеркальная табличка с объёмными чёрными буквами: «Бажаевский комбинат Эласто-композит. Буров Леонид Ильич. Главный инженер».

– У нас уже была проверка. Совсем недавно, – сказал он, отложив бумаги в сторону, и взглянул на Олега поверх очков. – Что-то ваше ведомство к нам зачастило.

– Вопрос не ко мне, – ответил Олег. – Так начальство решило.

Он немного слукавил, эта инспекция была для него первой, и начальник отдела подобрал хорошо знакомое предприятие. Этакий своеобразный тест на готовность к самостоятельной работе.

Главный инженер взял из пачки сигарету, бросил задумчивый взгляд в окно и прикурил. С каким-то упоительным наслаждением он выпустил струю дыма в потолок.

– Извините, я не спросил разрешения закурить, – сказал он, улыбнувшись, – просто время ровно одиннадцать и…

– Ничего страшного, – ответил Олег, хотя сам не переносил запах табачного дыма. – Я вас понимаю, бросаете курить?

– Да, решил для начала ограничить количество сигарет в день. Кстати, я вам не предложил, не желаете подымить?

– Нет, спасибо, я не курю, стараюсь вести здоровый образ жизни.

– Это правильно, вы ещё совсем молодой, лучше не гробить здоровье смолоду, кстати, сколько вам лет?

– Двадцать пять, – ответил Олег, хотя до дня рождения оставалось больше месяца, но двадцать четыре звучало бы как-то несолидно, словно у вчерашнего студента.

– Отличный возраст, – одобрительно кивнул главный инженер. – Я в двадцать пять как раз пришёл стажёром на производство. Сорок лет назад это было, а помню, как вчера. А вы, значит, решили работать в надзорный органах? Интересно почему? Молодёжь сейчас предпочитает другие направления.

– Мой отец всю жизнь проработал в технадзоре.

– Может я его знаю? Как ваша фамилия? – Леонид Ильич взял бумаги со стола и надел очки, – Константинов… Константинов… нет, не припоминаю.

– Он недавно перевёлся в Московскую область из Ивановской, а год назад вышел на пенсию.

– Понятно, – усмехнулся главный инженер, – подготовил себе замену и на заслуженный отдых?

– Наверно можно и так сказать, – смутился Олег, ему вдруг перестал нравиться разговор. Собеседник ловко выудил о нём всю информацию, а сам про себя ничего не раскрыл, кроме возраста, но об этом и так можно было догадаться.

– На самом деле в этом нет ничего плохого, – примирительно сказал Леонид Ильич, потянувшись к пачке сигарет и резко отдёрнув руку. – Вот ведь зараза!

Он открыл ящик стола и бросил туда сигареты вместе с зажигалкой.

– Теперь только в двенадцать можно… так о чём я? Ах да, это очень хорошо, когда сын продолжает дело отца. Работа конечно не сахар – инспекторов недолюбливают, но к этому можно привыкнуть. Кстати, я понимаю, почему вас направили к нам. Это ваша первая самостоятельная проверка?

Олег утвердительно кивнул.

– Наш комбинат хорошо знают в вашем ведомстве. Серьёзных нарушений у нас нет, мы стараемся соблюдать все правила. Конечно, вы найдёте какие-то недостатки, но мы их быстро исправим и отчитаемся. Волки будут сыты и овцы целы.

На столе с дребезжащим звуком проснулся телефон. Главный инженер взял трубку:

– Алло… Дима, ты как раз вовремя. Давай-ка зайди ко мне, надо проводить инспектора на производство… ну конечно прямо сейчас, – немного раздражённо буркнул Леонид Ильич.

– Я не очень понял про волков и овец, – холодно произнёс Олег. – Это моя первая самостоятельная работа, но я провёл несколько проверок в качестве стажёра и получил все допуски, поэтому относиться буду строго.

– Не сомневаюсь, – кивнул главный инженер. – Я на своём веку повидал много инспекторов, и тяжелее всего приходилось с молодыми. Приступайте к работе, а дальше видно будет. Знаете, как говорят – театр начинается с вешалки, а наш комбинат начинается с подготовительного цеха. И вы тоже начните с него.

Он взял постановление о проведении проверки и размашистым почерком написал вверху резолюцию:       «Мирер Д.Д., для исполнения».

Входная дверь приоткрылась, в кабинет заглянул высокий молодой парень с папкой.

– Разрешите?

– Входи, Дима!

Тяжёлая дверь захлопнулась у парня за спиной, он неуверенным шагом направился к столу.

– Я оставлю вам отчёт… ознакомиться…

– Оставляй, я посмотрю, а ты проводи этого симпатичного молодого человека в цех подготовки смесей.

Главный инженер встал из-за стола и протянул руку:

– Удачи, инспектор! Пора вам познакомиться с Даникой.

– С кем? – переспросил Олег, пожимая протянутую руку.

– С начальником цеха.

В последних словах Бурова явно крылся какой-то подвох, он хитро улыбнулся, как будто знакомство с начальником цеха предполагало некий сюрприз. Однако Олег решил, что ему показалось. Что тут может быть необычного?

Два молодых человека покинули кабинет и, пойдя через приёмную, провожаемые взглядом секретарши, оказались в коридоре.

– Тебя как зовут? – спросил Дима, поворачивая на лестницу.

– Олег, – ответил молодой инспектор, которому не понравилось обращение сразу «на ты», но он решил не заострять.

– А меня – Дмитрий, можно просто Дима, я недавно здесь работаю, но всё знаю, так что спрашивай если что. Пока идём в цех, могу тебе по дороге небольшую экскурсию провести.

– Спасибо, было бы не плохо, тут всё так запутано на территории.

Они вышли на улицу в объятья жаркого июльского воздуха, погода уже почти месяц стояла сухая и жаркая. Последние два дня температура перевалила за тридцать пять.

– Ну и жарища, – наморщился Дмитрий. – Это тебе не в начальственном кабинете с кондиционером, а в цеху вообще пекло.

– Да уж, – согласился Олег, ощущая, как рубашка прилипает к спине.

Футболка с шортами в такую погоду были бы намного комфортнее, но одеться пришлось официально – в брюки и светло-голубую рубашку. Узкий галстук был подобран в тон к брюкам, а кожаная папка идеально подходила к ботинкам. Выходя утром из дома, Олег остался доволен своим имиджем, всё-таки он официальное лицо, работник надзорного органа. Вот только погода слегка спутала карты, ехать на электричке пришлось больше часа, потом добираться на автобусе, везде душно и пыльно, поэтому внешний лоск оказался слегка подпорчен.

– Вон там котельная, там подстанция, в той стороне склады, – показывал Дима с видом хозяина, шагая впереди Олега. – Там производственные корпуса начинаются. Вот этот новенький – это основной формовочный цех, там всё оборудование современное импортное. Левее него – каркасный цех, там делают корды, каркасы и прочую арматуру из синтетических нитей или металла. Вон тот – это старый цех РТИ – резино-технических изделий, он давно не работает, там какие-то арендаторы. Ты вообще знаешь, что мы тут производим? Да на самом деле те же самые РТИ, только название красивое. Эластомеры – это та же резина, а композит, потому что армированная чем-то. В общем, ассортимент большой – шланги, патрубки, уплотнительные кольца, транспортёры и даже гусеницы для снегоходов. А вон тот облезлый, это и есть цех, который тебе нужен – подготовительный. Он самый старый. Там собственно и делают резиновые смеси, которые потом идут на формовку.

– Почему он старый? – спросил Олег, оглядываясь по сторонам и стараясь запомнить расположение зданий.

– А на фига его модернизировать? – усмехнулся Дима. – Чтоб выпускать хорошие изделия, нужны современные технологии – экструдеры, термопласт-автоматы, формовочные машины и прочее. А каучук парить, да резину месить можно и на старом чермете.

– Да? А как же условия труда, техника безопасности?

Дмитрий засмеялся:

– Ну ты даёшь, инспектор! Это капитализм… хотя ты знаешь, а вдруг твой визит окажется полезным.

– В смысле?

– Может по результатам проверки акулам бизнеса придётся вкладываться в модернизацию.

– Дима, а начальника подготовительного цеха ты знаешь? Что за женщина?

– Женщина? – идущий впереди парень обернулся, на лице его мелькнула хитрая улыбка, – Не уверен, что это слово к ней подходит.

– В смысле? Она что, старая бабушка? Или… а, я понял, она просто больше на мужика похожа, да?

Парень громко рассмеялся, затем хитро подмигнул и спросил:

– Что, боишься не сработаться? Не бойся, она не кусается.

Олег не ответил, а Дима меж тем потянул на себя большую железную дверь и жестом пригласил собеседника пройти вперёд. В нос сразу ударил резкий запах, в цехе было очень душно.

– Коробочка, открывай! – крикнул Дима, постучав в старую деревянную дверь с табличкой «Кладовка».

– Какая я тебе Коробочка? – ответила полная низкорослая женщина, выглянув из-за двери, – Я вот нажалуюсь на тебя, нахала…

– Принимай инспектора, Коробочка, – усмехнулся парень, – выдай ему каску и проводи к начальнице, а я откланиваюсь. Удачи, инспектор!

– Спасибо, – ответил Олег, ему не понравилось, как Дима разговаривал с женщиной, но он всё же решил воздержаться от замечаний. В чужой монастырь со своим уставом не лезут.

– Проходите, молодой человек, – улыбнулась женщина. – Присядьте вот тут, сейчас я вам подберу каску, у нас в цехе это обязательно. Кстати, меня Людмила Ивановна зовут, я здешний кладовщик.

– Очень приятно, а меня – Олег Константинович.

Женщина достала с полки потёртую оранжевую каску:

– Вот, примерьте, мне кажется это ваш размер.

– Спасибо, подходит, – ответил Олег, водрузив каску на голову.

– Может вам ещё спецовку подобрать? Новых у меня нет, зато все чистые, только сегодня из прачечной привезли, а то запачкаете одежду.

– Да нет, спасибо, пока не надо.

– Тогда скажите Данике Денисовне, что я вам предлагала, а вы сами отказались.

– Хорошо, скажу. Так зовут начальника цеха?

– Да, – женщина странно улыбнулась и как будто хотела ещё что-то сказать, но не решилась.

– Вы проводите меня к ней?

– Ой, извините, молодой человек, не смогу. У меня инвентаризация, до конца дня надо отчёт сдать, да вы сами найдёте, я сейчас расскажу как.

Из путаных объяснений кладовщицы Олег мало чего понял, но решил, что разберётся или спросит кого-нибудь по дороге. Он вышел из кладовки, прошёл через небольшой тамбур, и оказался в цехе.

Здесь было жарко, пыльно и загазованно, кругом гудело какое-то оборудование, под потолком висели огромные вентиляционные короба. Олег шёл по широкому центральному проходу, навстречу попадались рабочие в спецодежде из грубой синей ткани, в тяжёлых чёрных ботинках и оранжевых касках. Впереди шустро орудовал погрузчик, моргая жёлтым маячком. Олег остановился посмотреть, как водитель лихо управляется с ним, вращая рулевое колесо за набалдашник. Он собирал в штабель поддоны, загруженные какими-то чёрными пластинами, пересыпанными тальком.

Это сырая резиновая смесь – догадался Олег, хотя никогда раньше её не видел – полуфабрикат, который производит подготовительный цех.

Женщина, одетая в такую же спецовку и каску подошла, прикрепила на штабель табличку и сделала какую-то отметку в журнале. Сунув ручку в нагрудный карман, она повернулась и пошла навстречу инспектору.

– Извините, пожалуйста, как мне найти Данику Денисовну?

– Её кабинет вон там, – женщина показала рукой в сторону дальней стены. – Там дверь на лестницу и на второй этаж надо подняться.

– Спасибо, – ответил Олег, стараясь перекричать звук внезапно заработавшего рядом аппарата.

– Но в кабинете её, скорее всего, нет. Она, где-то в цехе, я её пять минут назад видела. Посмотрите там у смесителей.

Олег пошёл в указанную сторону мимо вальцев, на которых перемешивалась чёрная масса. Высокий худощавый рабочий ловко орудовал ножом, помогая процессу, два вращающихся диска вырезали полосу смеси, убегающую куда-то по конвейеру. Работа оборудования сопровождалась гулом и грохотом, вверху монотонно гудели вентиляторы, но справлялись они плохо – под потолком висела дымка.

Олег внимательно осмотрелся по сторонам. Ну и атмосфера! Как вообще люди здесь могут работать? И как женщина может руководить всем этим бедламом? Наверняка это какая-то старая грымза или «мужик в юбке» с замашками тюремного надзирателя. Спасибо начальнику отдела! Подогнал непыльную работёнку.

Впереди показались два человека – высокий мужчина богатырского телосложения и женщина, выглядевшая на его фоне просто лилипутом. Впрочем, насчёт женщины была лишь догадка – она стояла спиной, из-под каски свисал хвост светлых волос.

Пока Олег подходил к этой парочке, разговор их видимо закончился, мужчина свернул куда-то в сторону, а женщина осталась на месте. Подойдя ближе, инспектор немного удивился – оказалась, что это молодая девушка с тонкими чертами лица. На ней был такой же рабочий костюм только с расстёгнутой курткой. Его обладательница обмахивала себя полами словно веером, приоткрывая взгляду белый кружевной бюстгальтер. На её ногах вместо тяжёлых рабочих ботинок красовались босоножки из тонких кожаных ремешков.

– Что? – спросила девушка, поймав недоумённый взгляд инспектора. – Жара в цехе просто невыносимая.

– Здравствуйте, – кивнул Олег, стараясь выглядеть деловым и уверенным в себе. – Я ищу начальника цеха, не подскажите, в какую мне сторону?

Девушка широко улыбнулась, показав ряд белоснежных зубов. В её глазах сверкнула какая-то озорная искорка.

– Пойдёмте, провожу.

– Спасибо, – ответил Олег, последовав за собеседницей.

– Вы первый раз у нас? – спросила девушка, уверенно вышагивая по извилистым проходам межу оборудованием. – Как ощущения?

– Духота невыносимая! Как здесь люди работают? Никакие нормы по микроклимату и близко не выполняются.

– Летом здесь филиал ада, зимой сосульки на носу вырастают, зато весной и осенью вполне сносно.

– Это первое о чём я поговорю с начальницей цеха… кстати, что она за человек вообще?

Девушка остановилась перед дверью, и заговорщицки посмотрев на инспектора, шепнула:

– Ужасная стерва! Просто ведьма!

– Я так и подумал, – кивнул Олег. – И имя у неё соответствующее. Надеюсь, она не питается инспекторами?

– Нет, но пару литров крови она из вас выпьет, – шепнула девушка, постаравшись придать лицу страшное выражение, но не сдержалась и засмеялась.

– Так себе перспектива. А вы кем работаете, если не секрет?

– Не секрет. Начальником.

– Начальником чего? Отдела или может быть… лаборатории? Не угадал?

– Нет. Начальником цеха. Даника Денисовна – это я!

Олег растерялся, он смотрел на улыбающуюся молодую девушку и не понимал, как реагировать на шутку. Она между тем открыла дверь и жестом пригласила пройти за ней. За дверью оказался небольшой тамбур и лестничная клетка в два пролёта. На втором этаже от лестницы шёл длинный коридор с несколькими дверями без табличек.

Девушка открыла ключом одну из них и вошла в большой кабинет. Здесь было не так жарко, запах и шум из цеха не ощущались, наоборот, из открытого окна шёл свежий воздух.

– Прошу вас, располагайтесь, – хозяйка кабинета указала на длинный ряд стульев, стоявших вдоль стены. Сама она села за большой стол и откинулась на спинку кресла, полы расстёгнутой куртки сползли в стороны, опять слегка приоткрывая нижнее бельё.

– Слушайте, у меня не так много времени, – ответил Олег, присев на ближайший стул. – Я люблю шутки, но пора уже заняться делом. Где начальник цеха?

Девушка не ответила, она сняла каску, положив её на краешек стола, несколько светлых локонов упали при этом на лоб. Внимательно глядя в глаза собеседника, она уже открыла было рот, но тут в дверь постучали. В проёме появилась кудрявая голова крупного мужчины.

– Денисовна, на пару слов бы…

– Вить, давай чуть позже, я занята, – ответила девушка, не отводя глаз от инспектора.

– Угу, – буркнул посетитель и скрылся за дверью.

– Денисовна? – переспросил Олег, – так значит вы на самом деле…

– Да. Мирер Даника Денисовна, к вашим услугам.

Вот тут молодой инспектор растерялся по-настоящему. Он ожидал увидеть чего угодно, только не это! Начальник вредного и опасного производства – девчонка! Совсем молодая и… симпатичная. Только теперь, сидя напротив, он мог хорошо рассмотреть её черты – правильный овал лица, аккуратный носик, губы чуть тонковаты, но это её не портит, серо-голубые глаза в обрамлении длинных светлых ресниц. Косметики на лице не было, и брови такие же светлые как волосы смотрелись непривычно, но по-своему привлекательно. Вообще всё её лицо казалось светлым и чистым.

– Неожиданно, да? – улыбнулась девушка, убирая рукой пряди волос со лба.

– Да уж! Я на самом деле ожидал увидеть какую-нибудь старую грымзу…

– А увидели блондинку.

– Да нет, не в том смысле… просто…

– Всё нормально, я уже привыкла. Давайте знакомиться, инспектор.

– Да, конечно! Вот… – Олег протянул постановление о проведении проверки с резолюцией главного инженера. – Моя фамилия Константинов, я из управления технадзора по Московской области…

– Очень приятно, Олег Константинович, – ответила начальница цеха, откладывая бумаги в сторону. – Что ж, это будет моя первая проверка в этой должности, постараемся не ударить в грязь лицом.

– Проверка займёт несколько дней, мне нужно где-то разместиться – стол, или кабинет… чтобы изучать документы.

– Без проблем, – ответила Даника, не задумываясь. – Можете расположиться здесь, это наш общий кабинет, здесь же почти все документы, но если хотите, выделим вам отдельный.

– Не надо, – покачал головой Олег, оглядывая большое пространство кабинета. – Здесь и правда будет удобнее.

– Тогда располагайтесь вон за тем столом в углу, он свободен. Правда здесь бывает иногда шумно, люди ходят, ну и вообще… работа кипит.

– Ничего страшного, так даже интереснее – посмотрю свежим взглядом на вашу работу.

Даника неопределённо пожала плечами, будто говоря: «ну я предупредила».

– Можно я начну с технологических регламентов и должностных инструкций инженерно-технических работников? – спросил Олег, посмотрев на часы. – Сегодня до конца рабочего дня ещё есть время.

Девушка подошла к шкафу, достала из него несколько увесистых папок и положила на стол.

– Начинайте, а я ненадолго отлучусь. Кстати, запишите номер моего мобильника.

Олег открыл первую папку и начал читать, но работа не шла, в голову постоянно лезли разные мысли. Худенькая блондинка в грубой рабочей спецовке с широкой улыбкой на открытом лице никак не выходила из головы. А может она над ним всё-таки пошутила? Просто у неё с начальником цеха отчества одинаковые? Тогда он попадёт в ужасно глупую ситуацию. С другой стороны, что он мог сделать? Паспорт у неё спросить? Совсем неловко получилось бы. Размышления прервал звук ключа в замочной скважине, кто-то пытался открыть замок, но он был не заперт. Поняв это, человек по ту сторону двери толкнул её вперёд и вошёл. Им оказался пожилой худощавый мужчина с обветренным морщинистым лицом, одетый в такой же рабочий комбинезон с оранжевой каской под мышкой. Левую руку он не достал из кармана, даже когда положил каску и ключи на стол.

– Здрасьте, – кивнул он Олегу. – Какое-то новое лицо, вот почему дверь не заперта. У нас если кто-то есть в кабинете, то дверь не закрываем.

– Добрый день, – ответил Олег, вставая и протягивая вошедшему руку, – я из технадзора, вот мои документы.

– Это начальница пусть изучает, – махнул рукой мужчина, показывая, что не желает смотреть бумаги. – Мне своих забот хватает. Кстати, а где она?

Олег пожал плечами, вспомнив о своих сомнениях и решил, что можно провести небольшую разведку, задав несколько вопросов.

– А вы тоже здесь работаете?

– Да, я замначальника, Летов моя фамилия, Юрий Львович.

– Очень приятно, а я Олег Константинович.

– Что инспектору приятно, рабочему человеку – не очень, – усмехнулся мужчина, добавив: – Не принимайте на свой счёт, просто с каждой проверкой мы получаем по шее и прощаемся с премией. Уж извиняюсь за прямоту, но я на своём веку столько проверок повидал…

– Я обещаю быть объективным, – ответил Олег, стараясь придать голосу уверенности и немного строгости. – Кстати, вы наверно один из самых опытных работников здесь, может, расскажете немного о производстве, о людях… ну так, для первого знакомства.

– Вот он, мой опыт, – усмехнулся Летов, вытаскивая из кармана левую руку, точнее перемотанную эластичным бинтом культю, – да ещё бронхит хронический.

У молодого инспектора слегка округлились глаза:

– Вы потеряли руку здесь? На производстве?

– Да, молодой ещё был. У меня в вальцах смесь застряла, ну я и помог ей рукой. Сначала просто пальцы зажало, думал, всё обойдётся, врачи соберут, а потом осложнения начались, несколько операций и вот…

– Вы наверно получили хорошую компенсацию? – спросил немного ошарашенный инспектор.

– Получил. Машину купил, в квартире ремонт сделал, ну и всё.

– А дальше?

– А дальше, что со мной делать? Увольнять по закону нельзя, а без руки какой я работник? Вызывает меня главный инженер и говорит – учиться пойдёшь. Дали мне направление в институт, потом вернулся сюда же мастером, потом начальником смены и вот… Меня хотели в отдел охраны труда, но я руками-ногами упёрся! Что я там буду как наглядное пособие? Лучше уж здесь в цехе. Привычнее.

– И давно вы в замах?

– Да уж порядком… лет десять наверно.

– А в начальники цеха вас не выдвигали?

– Ну уж нет, увольте. Какой из меня начальник? Я сам рабочий и из рабочей семьи, институт еле-еле на тройки закончил, и то пожалели инвалида профессоры. Я и в замы-то сопротивлялся.

– Просто как-то необычно выглядит, когда старый опытный человек работает замом у…

– Девчонки? – усмехнулся Летов. – Нет ничего необычного, молодым везде у нас дорога, да и девчонка она только с виду, ты её плохо знаешь.

– Возможно, – задумчиво ответил Олег, теперь он понял, что его не разыграли и от этого испытал облегчение. – Но всё равно не понятно, работа-то вроде не женская.

– Ты про то, почему Данику начальником цеха назначили? Это отдельная история. Была у нас раньше начальница Чайкина Нина Ивановна, год назад на пенсию проводили. Она долго начальником цеха проработала, ещё с тех времён, когда я молодым рабочим в цех пришёл. Характер у неё ужасный был! Все кругом виноваты, все без премии, старые-то работники привыкшие, а молодые приходили и увольнялись через полгода.

– Вы про рабочих или ИТР?

– Да и тех и других, в основном инженеров. А уж если кто-то перечить ей начнёт или спорить, так пиши пропало, со свету сживёт. Все думали – на пенсию не хочет, а ей уж давно пора пришла, но тут вдруг приходит стажёром мастера девчонка новая. Никто и внимания-то не обратил, думали – Чайкина сожрёт её через пару месяцев. Да не тут-то было, девка бойкая такая оказалась, разобралась во всём быстро, и рабочие её начали слушаться, но главное начальница полюбила её вдруг.

– То есть как, полюбила? – переспросил Олег, стараясь ничего не упустить.

– А так! Сразу после стажировки поставила её мастером, перевела ей в смену лучшего технолога, чтобы та её в технологии поднатаскала. Потом начальник смены заболел, она её исполнять обязанности назначает, потом через полгодика совсем в начальники смен перевела. На других орёт, и злость срывает, а с этой как с родной дочерью. Не знаю почему. Много пересудов на этот счёт было, но… так никто точно и не узнал.

– А дальше? Чайкина ушла на пенсию, оставив её вместо себя?

– В общем, да. Не сразу, конечно. Но она её сама и к главному инженеру водила и к директору тоже. Говорят, головой ручалась. Ну а тем куда деваться? Давай, говорят, попробуем. Вот так и стала Даника Денисовна в двадцать шесть лет начальником цеха.

– Двадцать шесть? – переспросил удивлённый Олег. – И не дашь вроде.

– Сейчас двадцать семь, уже. Эта история почти год назад была. А сколько дашь, этого я не знаю. По мне всё, что меньше сорока – молодёжь.

– Ну и как она справляется?

– Да вроде ничего. Вот побудешь здесь несколько дней, сам увидишь. А по мне, так хоть сам чёрт, лишь бы не Чайкина.

– Да… интересные дела… – задумчиво протянул Олег, отодвигая папку, читать должностные инструкции окончательно расхотелось.

– Это правильно, инспектор, – улыбнулся Летов. – Не спеши с бумажной волокитой, завтра сутра начнёшь. Может чаю поставить? Или кофе?

– Нет, спасибо, и так жарко. Чего-нибудь холодненького бы…

В коридоре послышались быстрые шаги, хлопнула дверь. В кабинет буквально влетела Даника, успевшая сменить рабочий костюм на гражданские футболку и шорты.

– Вы уже познакомились? Отлично! Львович, я улетаю! Мне маму надо в больницу отвезти. Буров в курсе.

– Улетай, – кивнул Летов. – Смотри аккуратнее, не гоняй на машине.

– Львович, собери завтра планёрку на десять и займись пока с человеком, а вы, инспектор, извините, пожалуйста. Завтра сутра я в полном вашем распоряжении, – торопливо проговорила девушка, складывая в сумочку вещи со стола, и ветром вылетела за дверь.

Глава 2. Среда.

Тридцать минут на метро, потом пересадка на электричку, полтора часа по железной дороге и ещё минут двадцать на автобусе. Для жителей российской провинции это целое путешествие, а для москвичей – обычный путь на работу и обратно. За время жизни в Москве Олег привык к её ритмам и долгим поездкам, в конце концов, это время тоже можно проводить с пользой. Для этого изобрели мобильный интернет и такой замечательный ресурс как ютуб с огромным количеством популярных лекций. Последнее время Олег самостоятельно изучал экономику и в его подборке стояли десятки лекций про фондовые рынки, фьючерсы, котировки и аккредитивы. Но сегодня что-то пошло не так. Лекция оказалась неинтересной, интернет подвисал, а голову занимали совсем другие мысли. Как только электричка отошла от вокзала, Олег остановил видео и снял наушники.

Из приоткрытого окна тянуло свежим воздухом, за стеклом мелькали дома и эстакады, но телефон видимо не захотел надолго отправляться в карман, и пиликнул, оповестив о сообщении. Молодой человек бросил взгляд на экран:

Телеграм. Настя Покровская.

«Привет»

Что бы это значило? Настя не разговаривала с ним уже почти месяц, не отвечала ни на звонки, ни на сообщения.

«Привет» – после некоторой паузы набрал Олег.

«Как дела? Надо поговорить» – в ту же секунду пришёл ответ.

Олег задумался. Что же случилось? Они ведь расстались, вернее Олегу показалось, что это просто небольшая ссора, через какое-то время они помирятся и всё опять станет как прежде. Но Настя видимо решила иначе, она не желала слышать извинений, холодно и однозначно дав понять – всё кончено! В памяти отпечатались её последние слова: «у нас с тобой слишком мало общего, всё равно ничего хорошего из наших отношений не выйдет, лучше расстаться сейчас…»

«Давай поговорим. Спрашивай» – напечатал Олег после недолгих раздумий.

«Нет. При встрече»

Вот те раз! Если бы это случилось недели две назад он, не задумываясь, ринулся бы к ней на встречу. Но теперь что-то изменилось, может гордость взяла верх над чувствами, или просто время успело вылечить душевную рану…

«У меня сейчас очень много работы»

«Давай вечером. Во сколько ты возвращаешься домой? Я подъеду»

Что? Нет, тут определённо что-то не так!

«Я буду поздно. Что-то случилось?»

«Нет. Ничего. Поздно это во сколько?»

Олег в смятении отложил в сторону телефон, появилось огромное желание ответить грубо, или напомнить ей её же слова… или просто не отвечать, как это делала она…

«Я не знаю. Возможно очень поздно»

«Ок. Напиши мне сразу же. В любое время»

Абонент был в сети секунду назад.

Ничего себе! Олег почувствовал себя немного ошарашенным, в голову сразу же полезли разные мысли – у неё не сложилось с другим парнем, и она решила вернуться… нет, она хочет над ним пошутить… или… просто по старой дружбе попросить об услуге…

Размышления прервал телефон – звонила мама. С ней одну минуту не поговоришь, а электричка уже приближалась к нужной станции.

Пыльный перрон. Новенькая вывеска «РЖД станция Бажаевск» – единственная вещь, относящаяся к 21 веку, если бы не она, могло бы показаться, что попал в прошлое. Бетонная лестница. Остановка, у которой уже поджидает, тарахтя дизелем, старенький автобус. Ухабистая дорога отделяет район безликих панельных пятиэтажек от бесконечной промзоны с бетонными заборами, железными воротами, ангарами, цехами, трубами котельных. От Москвы не так уж далеко, но пейзаж здесь меняется кардинально.

Олег миновал проходную, прошёл знакомым уже путём от административного здания к подготовительному цеху, получил у Коробочки каску и через минуту оказался у двери в общий кабинет. Здесь уже начали собираться люди: на стульях вдоль стены сидели несколько незнакомых мужчин в спецодежде, Летов курил у окна, выпуская дым в форточку. Даника присев на угол стола разговаривала с кем-то по мобильному телефону. На ней был всё тот же рабочий костюм, только застёгнутый на все пуговицы.

– Доброе утро, инспектор, – сказала она, прикрыв на секунду телефон ладонью, – входите, располагайтесь.

Олег прошёл через кабинет и сел за стол в углу. На нём со вчерашнего дня оставались лежать папки с регламентами. Следом вошли ещё несколько человек, кабинет постепенно заполнялся людьми.

– Львович, хватит дымить, – строгим голосом сказала Даника, усаживаясь за большой стол. – Все собрались?

– Француза нет, – ответил кто-то из собравшихся, – и Белова.

– Белов тут, – послышался голос худощавого мужчины в очках, который только что вошёл в кабинет.

– Львович, где Французов? – спросила Даника.

– Звоню, – ответил Летов, плечом он прижимал к уху телефон, – говорит, через минуту будет.

– Хорошо, тогда начинаем, – кивнула начальница, – Тамара Борисовна, давайте остатки.

– Пожилая женщина в больших роговых очках открыла лежащий на коленях журнал и начала свой отчёт:

– «Бэ-эс сорок пятый» на остатке – двадцать восемь тонн, завтра завозим тридцать и в пятницу тридцать. Каолина – тридцать три тонны, пока хватит, в пятницу возьмём ещё двадцать. «Эс-ка шестьдесят пятого» – пятнадцать тонн, завозим двадцать завтра и двадцать в пятницу. СЕРБ на остатках восемь тонн, но его сейчас идёт мало, брать пока не будем.

– Чья смена утренняя? – Даника окинула взглядом собравшихся. – Морозов? Вопросы есть?

– Каучуков надо бы побольше, – ответил круглолицый мужчина средних лет. – В понедельник если завозка чуть задержится – простой будет.

– Хорошо. Тамара Борисовна, добавьте в пятницу по десять тонн каждого, – кивнула начальник цеха. – Если будут какие-то проблемы с завозкой – сразу звоните мне. Простои по сырью нам совсем ни к чему.

– Хорошо, Даника Денисовна, – ответила женщина в очках, сделав отметки в своём журнале. – Я подготовлю заявку в отдел снабжения и принесу на подпись.

– По сырью ещё есть вопросы? Морозов, спрашивайте сейчас, чтобы потом не звонить мне в десять вечера.

Круглолицый мужчина отрицательно покачал головой.

– Хорошо. Механики, что у вас?

– Всё нормально, – ответил пожилой мужчина с растрёпанными седыми волосами. – С пятыми вальцами заканчиваем, потом будем выводить в ремонт седьмые. Там подшипник сильно гремит, но пару дней продержится. А в остальном… так текучка.

– Андреич, на твою службу жалоб всё больше и больше, – Даника взяла со стола ежедневник и, полистав, продолжила: – Первый интенсивник – текут сальницы, четвёртый тоже, на шестых вальцах текут, на двенадцатых, на семнадцатых.

– Так ведь мы их каждую ночную смену набиваем, а толку что? – возразил механик. – На три-четыре дня хватает. Сальницы изношенные, менять надо.

– Меняй, Андреич! Где заявки? Я не видела ни одной.

– Главный механик сказал, что сами будем точить, а у меня один токарь на разрыв и тот увольняться собирается.

– Сказал! – усмехнулась Диника. – А потом скажет, что не говорил. А спрос с тебя будет. Пиши заявку, я завизирую. Если в рабочем порядке не решается вопрос, то пойдём официальным путём. Надоели уже лужи под оборудованием.

– Механик тяжело вздохнул, как будто хотел ещё что-то возразить, но не стал.

– Не работает восьмой тельфер, на второй распарочной камере перекошена дверь, заедающие транспортёры, – продолжила Даника, листая ежедневник, – Андреич, почему до меня вся эта мелочёвка должна доходить? Это должен исправлять сменный механик по звонку начальника смены.

Делаем, Даника Денисовна, – попытался оправдаться механик, – людей не хватает, в сменах некомплект…

– Чего вы делаете? Вот журнал передачи смен… Тельфер номер восемь… раз, два, три… семь дней подряд из смены в смену – неисправен. Вторая камера… тоже. В общем, Андреич, давай разберись. Не сделаешь, я сама пойду ваши журналы проверять, кто там чем занимается. Потом не обижайся, если будет докладная, и без премии останешься.

Механик цеха густо покраснел и ничего не ответил.

– Дальше вопрос по распарочным камерам, – продолжила Даника, переведя взгляд с механика на Летова, – когда у нас там будет нормальная температура? Львович, ты занимался этим вопросом?

– Да, – ответил замначальника, – энергетики говорят, что у них давление пара нормальное – три и пять, а у нас уже меньше трёх. Потому камеры на режим очень долго выходят.

– Ну и? Что дальше? Так и будем работать? – строго спросила Даника. – У нас перерасход пара из-за этого.

– А чего мы с ними сделаем? Там ведь теперь уже другая фирма, они и слышать ничего не хотят. Тыкают пальцем в манометр, на мол смотри…

– Что значит не хотят? От трёх до трёх с половиной атмосфер должно быть на нашем коллекторе, а не на ихнем. Это технологический регламент. И не важно, что фирма теперь другая, есть договор, там всё прописано. Подключай юристов, давай готовить претензию.

– Забюрократили всё с этим разделением на разные фирмы, – вздохнул Летов, – раньше такой вопрос решался звонком в котельную. И зачем только…

– Раньше было так, теперь по другому, – перебила его начальница, – Львович, ты решишь вопрос или мне подключаться?

– Решу. Сегодня этим займусь. О результатах доложу.

– Вот это деловой разговор, – широко улыбнулась Даника и, перевернув страницу ежедневника, продолжила: – КИП и автоматика… Владимир Петрович, опять жалобы по манометрам на вальцах.

– Даника Денисовна, мы не успеваем их менять! – горячо возразил один из собравшихся, – сальницы закусывает, вся гребёнка трясётся как сумасшедшая, какие манометры там выдержат?

– Петрович, не говори не дело! – вмешался механик. – Течь, да текут, но не закусывают. Ты бы лучше напинал своим сменным, чем заступаться! Вообще ни черта не делают…

– Как это не делают, Андреич? Пойдём покажу целую гору сломанных манометров, мы их ремонтируем по возможности, но с поверкой беда…

– Да ладно, уж мне-то не заливай! Я знаю, как вы делаете! В поверку одни и те же манометры сдаёте, только стёкла меняете.

– А ты сам попробуй по-другому! Ты с ЦСМ никогда не работал?

– Так! Стоп, господа, – перебила Даника, виноватым взглядом покосившись на инспектора. – Потом продолжите свою полемику! Владимир Петрович, на оборудовании должны стоять исправные манометры, прошедшие поверку! Это не обсуждается, это регламент. Львович, запиши себе задание – на следующей неделе всё проверить и составить акт.

– Записал, – ответил Летов, – проверю, доложу.

– К киповцам есть ещё вопросы? – спросила Даника, окинув взглядом собравшихся. – Нет? Хорошо, едем дальше. Французов подошёл?

– Я здесь, – отозвался высокий краснолицый мужчина, сидевший на стуле у самого входа.

– Вопрос с бородой – пятнадцатая вентустановка когда заработает?

– Там раму варить надо, я же говорил, Даника Денисовна…

– Ты хочешь, чтобы я приварила?

– У нас сварщика нет, а Андреич не даёт…

– Как это не даю? – возразил механик. – Я же сказал, что дам, как только разрешение оформишь.

– Так ведь там это…

– Всё! – Даника хлопнула по столу ладонью. – Вы оба прекрасно знаете, как решаются такие вопросы. Оформите временный перевод работника в другую службу и разрешение на сварочные работы. Валентин Андреевич, пожалуйста, выделите человека. Господин Французов, на следующей неделе пятнадцатая должна заработать. Там сильная загазованность на участке, а у нас технадзор с проверкой.

– И плана ППР по вентиляции до сих пор нет, – добавил Летов, – но за этим я сам прослежу.

– Хорошо, – кивнула Даника. – Ещё вопросы у кого-нибудь есть? Нет? Тогда планёрка закончена, всем спасибо. А вас, Французов, я попрошу остаться.

В кабинете всё пришло в движение, люди начали вставать со своих мест и потянулись к выходу. Вскоре остались только начальник цеха с замом и Олег, наблюдавший за происходящим со своего места. Начальник отдела вентиляции так и держался неподалёку от выхода. Даника жестом попросила его подойти поближе, но он сдвинулся всего на пару шагов.

– Ну смелее, не укушу, – сказала она тяжело вздохнув. – Думаешь, я не замечу, что ты вчера пил?

Французов ничего не ответил. Он стоял, понурив голову, словно провинившийся школьник у доски.

– Опять критические дни начались? Ты же мне обещал…

– Я больше не буду, Даника Денисовна, просто… година… пять месяцев.

– Ни хрена себе! – вмешался Летов, – Вить, это ты теперь раз в месяц отмаз будешь иметь?

– Простите, товарищи начальники, я больше ни грамма на работе.

– Львович, твоё мнение? – спросила Даника.

– Да гнать его в шею, этих последних разов уже сколько было.

– Я доложу главному инженеру, пусть он решает. Сегодня иди домой, завтра в девять ко мне, и не дай бог хоть малейший запах будет!

Летов подошёл к окну и прикурил сигарету, выпустив дым в открытую форточку:

– Видишь, инспектор, с какими кадрами приходится работать.

– Вижу, – ответил Олег, – а почему вы его не увольняете?

– Во-первых, он напрямую начальнику цеха не подчиняется, а во-вторых специалист-то он хороший, замену ему не так просто найти.

– Ещё у него беда случилась, – добавила Даника, – сына убили. Он крутой был, в Питере чего-то с таможней мутил, ну и… из калаша прямо у дома.

– А давайте-ка чайку поставим, – предложил Летов, – на обед ещё рановато. Инспектор, как насчёт чая?

Олег только сейчас сообразил, что увлёкся происходящим и совсем забыл про свои регламенты.

– Нет, спасибо, мне работать надо.

Он открыл папку и начал читать, стараясь не обращать внимания на начальницу цеха и её зама, продолжавших что-то обсуждать. Идти в столовую он тоже отказался, перекусив бутербродами, пока был в кабинете один.

После обеда всё пошло как-то буднично. Олег остался в кабинете один, только время от времени заглядывали какие-то люди, что-то спрашивали, приносили какие-то документы. Летов появился уже в конце рабочего дня, закурив сигарету, он привычно выпустил струю дыма в окно и вытер рукавом пот со лба.

– Когда уже кончится эта жара? – спросил он, ни к кому не обращаясь. – И ведь как по закону подлости – в августе в отпуск идти, так дожди зальют.

Олег не нашёл что ответить и продолжил перебирать документы, а потом в кабинете появилась она… Молодой человек даже поймал себя на мысли, что ждёт этого. С появлением Даники скучный казённый кабинет будто преобразился. Она полила цветы, расставила стулья, перебрала бумаги на столе, отругала зама за «его бесконечное курево», всё это казалось каким-то лёгким и естественным.

– Задерживаться сегодня не будем? – спросил Летов, по примеру начальницы прибираясь на столе.

– Нет, срочные дела сделали, – ответила Даника, потягиваясь в своём кресле. – Никогда не делай сегодня то, что можно отложить на завтра. А вы как, инспектор?

– Я тоже могу всё остальное отложить на завтра, – улыбнулся Олег, пытаясь поддержать шутку.

– Тогда собираемся и по домам, – подытожила начальница, захлопнув ежедневник.

Дневная жара после пяти вечера и не думала спадать, из-за безветрия горячий воздух промзоны резал нос и глаза, хотелось поскорее покинуть это не очень дружелюбное место. Знакомым маршрутом Олег прошёл по территории предприятия и оказался на проходной. Пропуск нужно было отмечать каждый день у начальника караула, которого как назло не оказалось на месте. Его пришлось ждать минут двадцать, наблюдая из окна, как один за другим от остановки отъехали два автобуса, битком набитые рабочими. Теперь ждать придётся долго, местный транспорт не отличается строгим расписанием…

– Я жутко извиняюсь, – сходу проговорил начальник караула, вбегая в помещение проходной. – У нас там воришку поймали, пришлось разбираться. Давайте я вас отмечу.

Олег молча протянул пропуск и получив заветный штампик наконец покинул душную проходную. На автобусной остановке скучали несколько человек, можно было догадаться, что они не рассчитывают скоро уехать. Справа от проходной на парковке стояли несколько машин, рядом с которыми о чём-то увлечённо болтали три девушки. Скользнув по ним взглядом, Олег уже двинулся было к остановке, но неожиданно для самого себя обернулся – у той, что стояла к нему спиной, были распущенные светлые волосы. Это же… Даника! В таком виде её было и не узнать – короткий голубой сарафан не скрывал красивые загорелые ноги. Струящиеся по плечам волосы, солнечные очки в тонкой серебристой оправе – ничего общего со строгой начальницей цеха в каске и спецовке.

– А, инспектор, это ты? – послышался сзади голос.

Олег обернулся. Со стороны проходной шёл, протягивая руку Дима, тот самый, который провожал его в первый день?

– Автобус ушёл уже? – спросил он после рукопожатия.

– Да. Сразу два, почти друг за другом, – ответил Олег, – пока я на проходной парился.

– Это плохо, теперь ждать до второго пришествия. Ну ладно, я пешком двину, тут есть короткая дорога через овраг.

Олег приподнял руку в прощальном жесте и вздохнул с облегчением, болтать с этим парнем почему-то не хотелось. В это время попрощались и стоявшие поодаль девушки, двое из них нырнули в маленький красный автомобильчик. Даника же обернулась, поймав на себе взгляд молодого человека.

– Инспектор? – удивлённо воскликнула она. – Почему вы задержались?

– Так получилось, – ответил Олег, решив не рассказывать про неловкую заминку на проходной.

– Вы не на машине?

– Нет, я на автобус чуть-чуть не успел.

– Может вас подвезти? Вам наверно на электричку?

– Да… но, неудобно как-то, – смутился Олег.

– Неудобно спать на стенке, одеяло сваливается, – широко улыбнулась Даника, открыв ряд голливудских зубов, – и вообще нам по пути.

Девушка нажала на брелок. Стоявший рядом коричневый Фольксваген мигнул оранжевыми огнями.

– Садитесь, инспектор…

Олег разместился на переднем кресле, положив папку себе на колени. Заурчал двигатель, включились приборы, загудел кондиционер. Даника смотрела на него, улыбаясь, отчего молодому человеку опять стало немножко неловко.

– У вас очень красивое платье, – невпопад сказал он.

– Да? Вообще-то это сарафан, – ответила девушка, потянув подол немного вниз. – Я недавно купила. Мама сказала, что слишком открытый, но мне очень понравился.

– Да нет… не слишком… то есть я хотел сказать… в общем вам идёт… к вашим глазам…

– Спасибо, очень приятно, – снова улыбнулась Даника, переключая селектор коробки передач в «драйв». – Ну что, поехали?

Олег кивнул, сосредоточенно думая о том насколько густо он покраснел. Машина выехала на дорогу и быстро набрала скорость. Мимо замелькали знакомые уже заборы предприятий и серые пятиэтажки.

– Вы в Москве живёте? – спросила Даника, заполняя неловкую паузу.

– Да, – кивнул Олег, – на Беломорской.

– Здорово… я бы тоже хотела в Москву перебраться.

– Но там ведь нет вредных и опасных производств.

Девушка засмеялась:

– Разве я только для них подхожу?

– Нет, но у вас так здорово получается.

– Просто я очень быстро учусь. Я ведь окончила университет нефти и газа, потом пришлось переучиться, чтобы работать поближе к дому… и вот…

– А почему в Москве не остались работать?

Даника ответила не сразу, с её лица пропала улыбка, ресницы дрогнули:

– Так получилось.

Олег опять почувствовал неловкость и собрался извиниться, но ему на выручку пришёл телефон.

– Алло, – ответила девушка. – Да, Леонид Ильич… но ведь… хорошо, я поняла. Хорошо, до свидания.

– Главный инженер? – догадался Олег.

– Да, к нему Француз приходил каяться, ну и вроде как вымолил прощение… последний раз.

Олег хотел было сказать, что не одобряет прощение алкоголиков, все их обещания очень ненадолго, но впереди уже показалась железнодорожная платформа.

– Большое спасибо, что подвезли.

– Не за что, – ответила девушка, останавливая машину у обочины.

– Тогда, до завтра?

– До завтра.

Олег открыл дверь, собираясь выйти из машины, но на мгновение замешкался, ему показалось, что Даника хочет ещё что-то сказать. Она смотрела с лёгкой улыбкой, но глаза оставались немного грустными. Пауза затянулась на несколько долгих секунд.

– Бон вояж, инспектор.

Олег кивнул и поспешно вышел из машины.

Глава 3. Четверг.

Весь предыдущий вечер Олег думал о ней, вспоминал каждую её фразу, жесты, волосы цвета спелой пшеницы. Влюбился? Нет, ему всегда нравились другие девушки, такие как Настя, высокие, стройные, он ведь и сам не маленького роста. К тому же брюнетки раньше казались более яркими и привлекательными, но за последние два дня всё поменялось.

Утром на долгие размышления времени не было, нужно пораньше выехать и постараться успеть к началу рабочей смены. Зато Олег точно знал, чем займётся в метро и электричке. Интернет хранит о каждом из нас кучу информации и если хорошо поискать, то можно заочно познакомиться с человеком поближе. Так кто же ты, Даника Мирер?

Однако сведений удалось найти совсем не много. День рождения – двадцатое июня, двадцать семь лет только что исполнилось. Не замужем. Образование – школа, университет. Группы – рецепты, фильмы, скидки. В общем-то, всё стандартно. Фотографий в соцсетях не много, некоторые явно профессиональные, а есть и довольно смелые. Несколько фото запечатлели девушку в очках с тонкой серебристой оправой, несколько чёрно-белых с мастерски поставленным светом.

Фамилия и имя редкие, но поисковики не выдали ничего интересного, какие-то официальные сведения из университета, какие-то ещё со школы. Самая обычная биография, самая обычная девушка и… самая необыкновенная! Не такая как все!

Приехать к началу смены не получилось, опять подвёл автобус. Потом пришлось постоять около кладовки – Коробочка куда-то отлучилась, впрочем, не очень долго.

– Ой, извините, пожалуйста, Олег Константинович, – на бегу проговорила кладовщица, появившись из дверей цеха, – меня начальники вызывали, эх и переполох у них там!

– Переполох? – переспросил Олег. – А что случилось?

– Да я и сама толком не поняла, какую-то пломбу вроде нарушили, все кричат, ругаются! Может вам здесь у меня лучше подождать?

– Нет, спасибо, давайте каску, сейчас разберёмся.

То, что разразился скандал, было слышно уже с лестницы. В кабинете с понурым видом стоял механик цеха и ещё какой-то бородатый мужчина в спецовке. Даника ходила из стороны в сторону с раскрасневшимся лицом и громко ругалась:

– … я вообще не понимаю как так можно! Ладно слесаря идиоты, а механик смены, что, тоже идиот?

– Не досмотрел, – робко попытался оправдаться бородач.

– А на кой чёрт он тогда вообще нужен? Чтобы смотреть за своими дебилами! Выдал задание и ушёл в слесарку? Я сама спрошу слесарей, как он их инструктировал! Он вообще предупредил их, что там пломба?

– Должен был предупредить, – буркнул механик цеха.

– Что это за дела, Андреич? Должен был? А ты сам у него не поинтересовался? Я должна это сделать?

Механик тяжело вздохнул и ещё ниже понурил голову.

– Он написал объяснительную?

– Пишет…

– Как закончит, сразу ко мне в кабинет вместе со сменным журналом и объяснительной.

– Хорошо.

– Да чего уж хорошего! Подставил нас всех! Чего ты про меня говорил? Бестолковая девка, из-за которой без премии будем сидеть?

– Не было такого, Даника Денисовна!

– Да ладно! Мне разведка донесла. Так из-за кого без премии будем сидеть?

Механик опять вздохнул и промолчал.

– Всё! Идите с глаз долой! Все объяснительные чтобы были до обеда. Не дай бог кто-то не напишет!

Механики друг за другом быстро покинули кабинет, а Даника тяжело опустилась в кресло. Летов прикурил сигарету и отвернулся к форточке. Олег вошёл в кабинет и направился к своему столу:

– Хотел сказать добрый день, но он, похоже, недобрый. Может объясните, что случилось?

– Ночная смена слесарей случайно сорвала пломбу на дифманометре, – ответил Летов, выпуская струю дыма в окно.

– Это большая проблема?

– Да. Раньше котельная входила в состав предприятия, но уже около года идёт какая-то реорганизация, разделение, потом объединение в холдинг. В общем, чёрт его знает, что там руководство с юристами творят. По мне так всё проще обстоит – продали котельную и замаскировали это какими-то хитрыми схемами.

– И что? – спросил Олег, всё ещё плохо понимавший происходящее.

– Теперь мы пар получаем по договору от другой фирмы. На вводе в цех установили новый прибор учёта и опломбировали, а эти дураки, механики ночной смены, набивали сальницу на задвижке и зацепили её случайно ключом.

– За это предусмотрены штрафные санкции?

– Да, теперь нам расход пара посчитают по сечению трубы с начала месяца.

Олег присвистнул:

– Большая сумма получится?

– Даже представить себе боюсь. Вот видишь, инспектор, как получается – пломбу сорвали, нам сразу штраф, а как у них давление низкое, так мы добиться ничего не можем…

– Это ты не можешь, – перебила Даника, вид у неё был расстроенный, – я сколько раз уже говорила: Львович, займись! Львович, займись! Может, сам вместо меня к Бурову пойдёшь? Ему и расскажешь!

Летов промолчал и полез в карман за новой сигаретой.

– Слушайте, а может как-то удастся всё уладить полюбовно? – спросил Олег, – никто ведь пар не воровал, прибор целый, ну а про пломбу объяснить можно.

– Пытались, бесполезно, – махнула рукой Даника. – Корсаков уже сидит и строчит бумаги. Улыбка до ушей. Ещё бы! Выслужился!

– Откуда он так быстро взялся? – спросил Летов, выпуская дым в форточку.

– Я вызвала. Сразу как только мне сообщили. Чем быстрее устраним, тем меньше безучётное потребление. Даже странно от тебя такие вопросы слышать, Львович!

– А ты по-хорошему с ним или как?

– По-всякому. Даже соблазнить пыталась.

Летов усмехнулся.

– Мне совсем не смешно, Львович! Я не знаю, что Бурову говорить. Он из меня котлету сделает. Хорошо, если не уволит, а переведёт куда-нибудь в мастера или лаборанты.

– Может, я поговорю с этим Корсаковым? – предложил Олег. – Вдруг получиться? С нашим ведомством не любят связываться.

Начальница с замом переглянулись.

– Неудобно как-то, – ответила Даника после длинной паузы.

– Как вы вчера сказали? Неудобно спать на стенке?

– А к Бурову на ковёр тебе удобно идти? – добавил Летов.

– Так где он, этот ваш Корсаков?

– Там на первом этаже под нами, – Летов ткнул пальцем вниз, – рядом с лабораторией.

Олег молча кивнул и вышел из кабинета. Спустившись по лестнице, он сразу увидел комнату с несколькими стульями и большим столом, за которым сидел молодой парень. Олегу он не понравился с первого взгляда – лицо вроде привлекательное, но какое-то надменное, волнистые тёмные волосы будто после укладки, одет в синий летний пиджак и светлые брюки на манер студента английского колледжа. Сразу видно, что мнит из себя крутого спеца и покорителя женских сердец.

Поздоровавшись, Олег занял стул напротив:

– Вы представитель энергоснабжающей организации? Корсаков?

Парень молча кивнул и продолжил что-то писать.

– Я – инспектор технадзора Константинов, – медленно проговорил Олег, стараясь придать голосу побольше уверенности, – хочу поговорить с вами о сегодняшнем инциденте.

– А о чём тут говорить-то? – ответил Корсаков, перестав писать и откинувшись на стуле. – Пломба нарушена, значит прибор не удовлетворяет требованиям, предъявляемым к коммерческим узлам учёта. Вы не хуже меня знаете.

– Допустим, но вопрос в последствиях.

– А всё прописано в договоре. Пункт восемь точка двенадцать, расход пара рассчитывается исходя из пропускной способности подающего трубопровода, работающего непрерывно при максимальной нагрузке с момента последнего обследования узла учёта до момента обнаружения безучётного потребления.

– И сколько это в днях?

– Двадцать два. Со времени как показания снимали последний раз.

– Послушайте, господин Корсаков, я сам сторонник строгого выполнения всех правил, пунктов и так далее, хотя бы в силу моей профессии, но то, что вы сейчас делаете, это неправильно. К работе можно относиться формально, но не до такой степени.

– А почему?

– Люди, там на производстве, они ни в чём не виноваты, просто слесарь случайно задел ключом. За что они должны пострадать? Их накажут, кого-то даже уволят…

– Да и ради бога! Может уволят эту сумасшедшую блондинку, которая возомнила из себя великого начальника. А как жареным запахло, так и юбку готова задирать!

«Врезать бы тебе сейчас по роже» – подумал Олег, но сдержался.

– Послушайте меня! Вы прекрасно знаете, сколько реально прошло пара, и знаете, что вчера пломба была на месте. Напишите, что безучётное потребление было в течении суток и это будет правильно. Не думаю, что ваше руководство…

– Да зачем мне это надо? – перебил Корсаков.

– Затем, что я вам предлагаю не портить отношения с нашим ведомством. Следующая проверка может прийти к вам и быть очень пристрастной.

– Это не мои проблемы. Я отвечаю только за учёт, тем более, что… может быть, когда-нибудь… не убедительно.

– А что же может вас убедить?

– За те штрафные санкции, что будут выставлены, мне полагается хорошая премия, между прочим, в процентах! И даже перекрывающая сумма не поможет – мне моя работа очень нравится.

– Я вас услышал, надеюсь, вы меня тоже, – холодно проговорил Олег, вставая со стула.

Возвращаться наверх пришлось ни с чем. Хотя с другой стороны, на что он рассчитывал? На душе было нехорошо, разговор оставил неприятный осадок. В кабинете он застал усталого вида мужчину с сухим обветренным лицом, стоящего напротив начальственного стола. Нетрудно было догадаться, что это и есть механик ночной смены. Даника держала в руках лист бумаги, исписанный мелким почерком.

– Никто не виноват, – грустно сказала она, откладывая листок. – Задание выдал, проинструктировал… трагическая случайность. Инспектор! Может у вас хорошие новости?

Олег отрицательно покачал головой.

– Мне бы это… домой бы, – виновато сказал механик, – я с ночной смены… можно?

Даника тяжело вздохнула и безразлично махнула рукой.

Механик спешно вышел, а начальница откинулась в кресле, обняв голову руками.

– Господи, что же за день-то сегодня такой? Львович, давай хоть напьёмся что ли?

– Сегодня только четверг, до завтра придётся потерпеть, – ответил Летов, привычно пуская клубы дыма в окно. – Да не вешай нос-то, может всё ещё рассосётся?

– Тебе-то хорошо рассуждать, тебя по закону нельзя уволить. Может мне тоже руку куда-нибудь сунуть?

– Типун тебе на язык! Да и вообще хватит себя винить, мы все одинаково виноваты.

– Да нет, Львович, если корабль не может плыть, то виноват капитан.

В дверь заглянула худенькая девушка с веснушчатым лицом в коричневом рабочем халате.

– Можно к вам, Даника Денисовна?

– Марин, давай потом, – поморщилась начальница цеха, – у нас тут Че Пэ.

– Да, я знаю. Я именно поэтому и пришла. Мне кажется, я могу помочь.

– И как же?

– Мы знакомы с Сашей Корсаковым. Я могла бы поговорить с ним.

– Спасибо, Марин, но…

– Поговори, поговори, – вмешался Летов, – чем чёрт не шутит. Сумеешь этого ирода разжалобить – родина тебя не забудет.

– Хорошо, – улыбнулась девушка и исчезла за дверью.

– Кто это? – спросил Олег.

– Марина Лапина, наша лаборантка, – ответила Даника,

– Недавно институт закончила, просится стажёром к технологу, – добавил Летов.

– Ладно, сейчас не до этого. Львович, пошли проверять журналы, и будем писать акты. Это первое о чём Буров спросит. Инспектор, извините, мы вас оставим.

Олег остался в кабинете один. Копаться в регламентах и инструкциях не было никакого желания. День казался испорченным окончательно и затишье, установившееся в кабинете, действовало угнетающе.

Даника и Летов появились только под конец смены усталые и расстроенные. Зам бросил на стол папку с торчащими из неё помятыми бумагами.

– К Бурову завтра пойдём? – спросил он, привычно закуривая.

– Да, – тяжело вздохнула девушка. – Сейчас мне домой надо, с мамой опять проблемы. Вечером подумаю ещё.

Уже сидя в электричке, как следует поразмыслив над случившимся, Олег принял решение – во что бы то ни стало вмешаться в решение конфликта. Нет смысла разговаривать с рядовыми сотрудниками, надо посетить руководство этой фирмы-котельной. Пришло время проявить себя. Работа инспектора не только в бумагах копаться.

Глава 4 Пятница.

Сутра пришлось заехать в управление – начальник потребовал предварительный отчёт, плюс ещё несколько мелких дел, да и от разговоров с коллегами тоже никуда не денешься. В итоге выехать в Бажаевск получилось только после обеда. Олег несколько раз брался за телефон, собираясь позвонить Данике, попросить дождаться его, но так и не решился.

Проходная, знакомый путь до цеха, каска в кладовке у Коробочки – всё уже казалось привычным делом. Олег чётко представлял себе план действий – спросить у Даники о том, как найти руководство фирмы-котельной и сразу направиться туда. Предстоящий разговор тоже был хорошо продуман.

Однако в кабинете его ждал очередной сюрприз – там, где ещё вчера в воздухе витала беда, сегодня царило настоящее веселье. На одном из столов лежали коробки с пиццей, стояли бутылки с лимонадом и баночки с соусом, из небольшого приёмника доносилась музыка. Вокруг стола вместе с Даникой и Летовым сидели механик цеха и девушка-лаборантка, кажется… Марина. Из всех четверых только механик был в спецовке. Летов выглядел очень непривычно, одетый в спортивные трико и разноцветную футболку, лаборантка вместо халата была в майке и коротких джинсовых шортах, а Даника в знакомом уже голубом сарафане.

– О, инспектор, вы как раз во время, – воскликнула начальница вместо приветствия. – Пиццу только что доставили, присоединяйтесь!

– Похоже, вопрос с пломбой как-то решился? – спросил Олег, от неожиданности забыв поздороваться.

– Да, – ответила Даника, разливая лимонад по стаканам. – Герой дня сегодня – наш новый технолог-стажёр Марина Александровна Лапина! Прошу любить и жаловать! Это она помогла решить наш непростой вопрос.

– Н�