Пешка в чужой игре. Ход королевы

ГЛАВА 1

Пламя свечи слабо дрожало на ветру, отбрасывая причудливые тени. Оранжевое солнце, сонно закатывающееся за горизонт, еще дарило достаточно света, но вечерний мрак уже начал осторожно заползать в комнату, сливаясь с полом и карабкаясь по стенам. Пройдет еще немного времени и темнота зальет все вокруг, перестав обжигаться о яркий огонек. Впрочем, девушка, с ногами забравшаяся в кресло, даже не замечала наступивших сумерек, все ее внимание было сосредоточено на белеющих листах.

– Амерлин, ты что… Опять читаешь? – заглянувшая в комнату пухлая служанка всплеснула руками. – Сколько раз тебе говорить, что сидеть в темноте вредно.

Услышав голос, девушка поспешно захлопнула книгу и попыталась сделать вид, будто попросту задумалась, но как и раньше, провести старую няню ей не удалось.

– И окно опять не закрыла, еще и огарок свечи, который вот-вот потухнет, взяла, – продолжила ворчать старушка, набрасывая на плечи девушки теплую шаль, – Неужели хочешь, чтобы тебя унес Грозовой Всадник?

– Инте, это обычные суеверия, Грозового Всадника не существует, в него только ты и веришь, – улыбнулась Амерлин. – И мне совсем не холодно, летний ветер теплый и ласковый.

– Это только кажется так, а на деле не успеешь оглянуться, как простынешь. Или забыла, как месяц назад искупалась в речке и потом целую неделю с кровати встать не могла? – напомнила Инте.

Девушка вздохнула. Упрек оказался справедливым, но от этого не менее обидным. День тогда выдался жарким, а водная гладь так призывно блестела, что невозможно было удержаться и не пробежаться босиком по берегу, а после с разбега броситься в прозрачную прохладную воду.

– Ой! – уже потянувшаяся к раме Инте дернулась, словно та обожгла руки и замерла, расширенными глазами глядя на улицу.

– Что такое? – Амерлин соскочила с кресла и поспешила к няне. Отец неоднократно предлагал ей выбрать другую комнату, с окнами, выходящими во двор, но девушке нравилось смотреть на дорогу, первой замечая редких гостей. – Кого ты увидела?

– Грозовой Всадник! Все, как сказывали, на вороном жеребце, в черном плаще и тучи за ним черные тянутся. Вот и пришла в наш дом беда, – еле слышно пробормотала та, а потом махнула рукой на девушку. – Не подходи, может и не увидит он тебя, не тронет.

– Инте, да что ты такое говоришь? – заинтересовавшись, Амерлин ловко увернулась, все – таки выглядывая в окно, а бросив беглый взгляд на мужчину, рассмеялась. – Это обычный путник. Погода начала стремительно портиться, вот видно, он и решил к нам постучаться. Пойду отцу скажу.

И, прежде чем няня успела заметить, что не пристало благовоспитанной леди бегать по лестнице вместо слуг, выскочила из комнаты.

Отец был в кабинете, как всегда в это время, перебирая бумаги и разбираясь с делами.

– А к нам кто-то приехал! Сегодня будут гости, – с порога радостно воскликнула Амерлин.

– Амерлин, где твои манеры? Неужели мама зря столько времени занималась с тобой? – строго взглянув на запыхавшуюся дочь, проговорил мужчина.

Впрочем, уже через мгновение морщинка у него на лбу разгладилась, а взгляд карих глаз из требовательного стал теплым. Наместник, хоть и пытался казаться строгим, ужасно любил единственную дочь и всячески ее баловал.

– Папа, у наших ворот мужчина, его Инте даже за Грозового Всадника приняла и скорее всего не местный, черных жеребцов ни у кого в селении нет, – едва обратив внимание на замечание, возбужденно затараторила девушка.

– Зная Инте, она бы оставила путника за воротами до рассвета, желая точно убедиться, что это человек, а не призрак, – улыбнувшись, наместник отложил письма. – Мы, к счастью, такими суевериями не подвержены. Спроси у мамы, готов ли ужин, а я пока встречу гостя.

– Конечно, – чувствуя на себе взгляд отца, из комнаты Амерлин вышла степенным шагом, как и подобает леди, но стоило закрыться двери, как девушка опять перешла на бег.

Изнывая от любопытства, Амерлин строила догадки, кто же мог посетить их. Соседи предпочитали наведываться утром или после обеда, а по темноте приезжали только те, чье дело не терпело отлагательств. Хотелось надеяться, что ничего серьезного не произошло и вместе с тем ужасно не хватало события, которое смогло бы развеять каждодневную скуку.

«Пусть он окажется королевским гонцом, но привезшим не очередной указ о налогах, а приглашения на бал», – мечтательно подумала Амерлин.

Предположения девушки оказались правдивыми только на половину. Гость действительно оказался гонцом от короля, вот только гонцом не обычным, ведь не каждый день указы привозят маги. И с каждой минутой маг все больше выходил из себя.

Не привыкнув ждать, он все чаще задумывался о том, чтобы сжечь ворота и лишь нежелание тратить драгоценный резерв удерживало его.

Когда же пожилой слуга, одной рукой держась за поясницу, второй с заметным трудом распахнул створки, маг въехал во двор, и даже кивнул на длинное приветствие.

– Расседлать, вычистить, накормить, – спрыгнув с коня, бросил поводья слуге, а сам быстро пошел к дому.

Признаться, поместье произвело на мага гнетущее впечатление. Он и не ожидал увидеть что-то роскошное, на границе жили просто, но здесь бедность граничила с нищетой.

Каменные стены упорно сопротивлялись времени, но кое-где уже виднелись трещины, левое крыло немного просело и только ярко-голубой стяг гордо развевался в воздухе, свидетельствуя, что гордость, в отличие от благополучия, у хозяев еще сохранилась.

Дожидаться слугу маг не пожелал, безошибочно найдя гостиную. Его уже ждали. Наместник с супругой сидели в креслах, но тотчас поднялись, стоило гостю переступить порог.

– Добрый вечер, рады приветствовать вас в нашем доме. Я Берд де Реонти, это моя жена Селма, – мужчина склонил голову в вежливом кивке.

На вид ему было лет пятьдесят, волосы только начинала серебрить седина. Держался же он достаточно уверенно, взгляд был открытым, честным. Селма оказалась невысокой, худощавой, с ярко-голубыми глазами и теплой улыбкой.

Маг несколько минут, не смущаясь, рассматривал их, особое внимание уделив дорогим, но поношенным вещам, гадая, те ли это люди, что ему нужны (впрочем, других поместий на ближайшие сто верст не наблюдалось), а лишь затем представился.

– Даэрен, – сняв плащ, мужчина, не дожидаясь приглашения, сел в кресло. Рукав рубашки приподнялся и яркое пламя отразилось на широком серебряном браслете.

Всего мгновение, но реакция хозяев последовала незамедлительно. Селма сдавленно охнула и прижала руки к лицу, Берд контролировал эмоции лучше, но и его зрачки расширились, выдавая изумление.

– Что привело тэра в наши скромные владения? Последний отбор проводился несколько месяцев назад, других совершеннолетних в поселении нет, – откашлявшись, поинтересовался наместник.

– Отбор меня не волнует, – Даэрен передернул плечами. – Скажите, у вас есть дочь?

– Да, но Амерлин еще не исполнилось восемнадцати, – робко заметила Селма.

– Я же сказал, что не занимаюсь отбором, – в голосе мага послышались раздраженные нотки. Но выплеснуться своему неудовольствию он не позволил, следующую фразу произнеся уже привычным сдержанно-нейтральным тоном. – Амерлин не ваша дочь, не правда ли?

– С чего вы взяли? Какое это вообще имеет значение?! – изменившись в лице, взволнованно воскликнула Селма.

Женщина было собралась продолжить, но супруг сжал ее ладонь, взглядом прося помолчать.

– Уважаемый Даэрен, простите, но мы не станем отвечать на такие вопросы, не зная, чем вызвано подобное любопытство, – сдержанно произнес наместник.

– Конечно, я понимаю ваше нежелание откровенничать с посторонними, – кивнув, маг вытащил из кармана тонкий квадратик бумаги и протянул его наместнику.

– А что мне с этим делать? – Берд недоуменно уставился на белоснежный лист.

– Ах да, простите, – поморщившись, Даэрен дотронулся до квадратика. Тот на мгновение вспыхнул голубоватым светом, а потом на глазах вырос, превратившись в письмо.

По лицу мага прекрасно читалось, он не только не забыл, а сознательно вынудил наместника обратиться с просьбой, не упустив возможности продемонстрировать собственное превосходство. Если же Берда и покоробило подобное поведение, своих чувств он ничем не выдал, вежливо поблагодарив и углубившись в чтение.

Даэрен лениво откинулся на спинку, дожидаясь, пока наместник пробежит глазами по строкам сам и передаст бумагу жене. Сам он о содержимом прекрасно знал, ознакомившись с текстом еще неделю назад, именно тогда магический вестник упал на его стол, ознаменовав новое задание.

– То есть вы должны отвезти Амерлин в столицу? Зачем? – порывисто спросила Селма. Пальцы женщины еле заметно дрожали, румянец сменился бледностью.

– То есть вы не опровергаете того, что Амерлин вам чужая? – Даэрен не изменил позы, но выражение лица стало хищным, словно зверь, почуявший дичь.

– Я… мы… Амерлин не чужая, мы любим ее как родную дочь! – сообразив, что невольно проговорилась, женщина залилась краской.

– Ваши чувства меня мало волнуют, лишь факт родства, – устало напомнил маг.

– Амерлин действительно привезли, когда ей исполнилось всего три месяца. Но ваш коллега говорил, что родители девочки погибли, и она всегда будет жить с нами, – вздохнув, словно собираясь с силами, медленно проговорил Берд.

– На тот момент его слова соответствовали действительности, но ситуация изменилась, – пожал плечами Даэрен.

В комнате было тепло, кресло оказалось удобным и его настроение улучшилось, став, как обычно, нейтральным.

– Но зачем король желает видеть Амерлин? Неужели у нее нашлись родственники? И почему тогда они сами не приехали к девочке? – вновь подала голос Селма.

– На этот вопрос может ответить только Его Величество, – забрав бумагу, Даэрен опять спрятал ее в карман, предварительно уменьшив.

– Как же…

– Где Амерлин? Я хочу ее увидеть, – перебив наместницу, потребовал маг.

– К сожалению, это невозможно. Амерлин уехала на все лето к своей подруге и не вернется еще целый месяц, – бросив быстрый взгляд на дверь, Селма извиняюще улыбнулась. – Боюсь, вы зря проделали такой долгий путь, но надеюсь, горячий ужин немного поднимет ваше настроение? Давайте пройдем в столовую, там уже все готово.

– Селма, вы очень радушная хозяйка, – Даэрен сделал паузу, а потом, хищно улыбнувшись, добавил, – но лгунья, увы, отвратительная. Я слышу ее шаги. И вы тоже.

Амерлин, не подозревая, что речь идет о ней, спешила в гостиную. Девушке очень хотелось встречать гостя вместе с родителями, но мама, сочтя ее платье слишком коротким, велела переодеться. Оказавшись в комнате, Амерлин вытащила первое попавшееся, впервые порадовавшись, что у нее такой скудный гардероб и не из чего выбирать. Девушка уже хотела бежать к родителям, когда столкнулась с Инте.

Няня пожелала сделать ей прическу, а одновременно с этим принялась увещать, как правильно вести себя за столом и о чем можно говорить с гостем, а о чем не следует.

– Инте, ты слишком беспокоишься обо мне! – ойкнув, когда служанка слишком сильно потянула прядь волос, воскликнула Амерлин. – Я ведь уже давно не ребенок.

– Но совершеннолетие еще не отпраздновала, – Инте слегка стукнула девушку расческой, призывая сидеть смирно и не вертеться.

– Оно же совсем скоро! Меньше месяца осталось, – упрямо повторила Амерлин.

– Вот как исполнится, тогда и поговорим. А пока где это видано, чтобы взрослый да разумный человек с ребятами лягушек ловил и в бочку, что для сбора дождевой воды предназначена, садил, – старушка пыталась говорить строго, но глаза у нее смеялись. – Все, иди, егоза, да смотри родителей не позорь.

– Спасибо, Инте, – даже не взглянув в зеркало, девушка выскочила из комнаты.

Поддерживая юбки, пронеслась по коридору, а потом, перепрыгивая через ступеньки, спустилась по лестнице. Нерешительно остановилась перед дверью, боясь дотронуться до железной ручки. Нервное возбуждение сменилось непонятной тревогой. Казалось бы, у Амерлин не было никаких причин для волнения или страха, но внутри поселился холодок.

– Амерлин, входи, мы тебя ждем, – раздался голос отца.

– Добрый вечер, простите, что задержалась, – вежливо проговорила Амерлин, с любопытством глядя на гостя.

Им оказался незнакомый черноволосый мужчина. В простой, лишенной украшений и вышивок, но в тоже время дорогой одежде. В кресле мужчина сидел, расслабленно, по – хозяйски, откинувшись на спинку, будто бы не он в чужом доме, а сам принимает гостей.

– Познакомьтесь, наша дочь Амерлин. Амерлин, это тэр Даэрен, – между тем проговорил отец.

Даэрен повернулся к девушке, и стало видно, что глаза у него прозрачного голубого цвета, чем-то напоминающие речку.

«Тэр… где-то я уже это слышала…. Ах да!» – сообразив, что перед ней маг, Амерлин присела в реверансе, а потом принялась разглядывать мага с удвоенным любопытством.

На протяжении последних пяти лет раз в год их посещал тэр Росэн – невысокий светловолосый мужчина с ярко-зелёными глазами и здоровым румянцем на лице.

Но, несмотря на довольно милую внешность, тэр Росэн практически никогда не улыбался и общался лишь короткими фразами, словно боялся сказать лишнее слово. Сама Амерлин видела его только издалека, хотя чего скрывать, познакомиться очень хотелось.

Тэр Даэрен наоборот, хоть и сдержанно улыбался, совсем не вызывал желания продолжить общение. Напротив, сейчас, как никогда ранее, девушке захотелось оказаться у себя в комнате и не выходить до самого отъезда гостя.

– Значит, ты Амерлин, – задумчиво протянул маг, переплетая пальцы.

Сам Даэрен разглядывал девушку даже внимательнее, переводя оценивающий взгляд с нее на родителей. У Амерлин были длинные пшеничные волосы, заплетенные в косу, глаза что-то среднее между серыми и зелеными, светлая кожа тронута загаром. Изящная, невысокая, в достаточной мере похожая на свою приемную мать, но в тоже время чувствуется какое-то отличие.

Пожалуй, он не ошибся с адресом и Амерлин именно та, кто ему нужен.

– Да, это я. Рада знакомству, – вежливо проговорила девушка, еще пока не зная, действительно ли она рада или лишь отдала долг хорошим манерам.

– Давайте ужинать, блюда остывают, а наша кухарка, обычно ругается, когда приходится разогревать второй раз, считая, что будет не так вкусно, – быстро заметила наместница.

Пожалуй, даже слишком быстро. Амерлин удивленно покосилась на маму, пытаясь понять, неужели та действительно пытается сменить тему разговора и отвлечь тэра Даэрена.

– Не имею ничего против, – улыбнувшись уголками губ, маг поднялся на ноги.

Супружеская чета, обменявшись короткими взглядами, тоже встала. В умения мага не входило чтение мыслей, этот дар был доступен лишь очень немногим, но Даэрен и так догадывался, о чем сейчас думали Берд и Селма. Наверняка гадали, когда он скажет Амерлин о цели своего визита и раскроет ли правду о ее происхождении. Даэрен мог бы успокоить их, но не видел в этом никакой необходимости.

В столовую все последовали в тишине. От внимания мага не укрылось, что Селма постаралась усадить дочь как можно дальше от него, но в итоге ее место оказалось напротив Даэрена.

– Прощу прощения, если ужин покажется вам скромным, мы не ждали гостей и не успели соответствующим образом подготовиться, – дождавшись, пока служанки, две молоденькие девушки скроются за дверью, произнесла Селма.

– Не стоит беспокойства, я не слишком разборчив в еде, – подняв бокал, Даэрен полюбовался рубиновой жидкостью, а потом сделал глоток. – Мне кажется, гости в ваших краях явление редкое?

– К нам в самом деле редко приезжают, все же на границе довольно мало развлечений, поэтому новости обычно доходят с опозданием. Впрочем, мы не жалуемся, – перехватил нить разговора Бернд.

– И чем же вам нравится такая жизнь? – отправив в рот гриб, проявил любопытство маг.

– Здесь тихо и спокойно, у нас дружные соседи, всегда есть к кому обратиться за помощью, – наместник налил вина и себе, но пить не спешил, видно, опасаясь захмелеть и потерять способность мыслить трезво.

– Тэр Даэрен, что вас привело сюда? Вы ведь заехали не просто в гости? – тщательно прожевав картошку и откашлявшись, решилась спросить Амерлин.

– Амерлин, кто тебе разрешал вмешиваться в разговор? Не мешай тэру Даэрену ужинать! – тут же одернула дочь Селма.

Бросила быстрый взгляд на мага, но тот лишь изогнул бровь, прекрасно разобрав истинную причину недовольства наместницы.

– Да, у меня действительно есть дело. Вы на удивление проницательны, Амерлин, – повернувшись к девушке, уклончиво проговорил Даэрен.

– И какое же? – дрогнувшим голосом уточнила Амерлин. Впрочем, несмотря на охватившее ее волнение, взгляда девушка не отвела, что не могло не удивить мага.

Обычно люди предпочитали смотреть куда-то в сторону, пребывая в твердой убежденности, что так уберегут свою душу от проклятий и прочих бед. Откуда пошли такие слухи, Даэрен не знал, но развенчивать их маги не спешили, напротив, предпочитая делать свою репутацию еще более устрашающей.

– Амерлин! – на этот раз голос повысил уже Берд. Судя по тому, как вздрогнула девушка, отец редко ругал ее и сегодняшний день стал исключением из правил. – Воспитанные люди не говорят о делах за ужином, для этого есть другое время.

– О чем же тогда говорить? – тихо пробормотала девушка.

Впрочем, Даэрен расслышал и не замедлил воспользоваться брошенной фразой.

– Амерлин, расскажите о себе, – поставив подбородок на сцепленные ладони, маг внимательно глянул на девушку.

– Обо мне? – Амерлин закашлялась и потянулась за стаканом с соком. – Это не самая интересная тема.

– И все же я настаиваю, – в голосе Даэрена явственно прозвучали металлические нотки.

Несмотря на внешнюю вежливость, просьбой его слова не выглядели совершенно.

Амерлин моргнула, лихорадочно перебирая в памяти скудные факты своей биографии. Родилась, выросла, училась читать, писать, вышивать, кататься на лошади. Один раз чуть не утонула в речке, после чего отец каждый день по несколько часов обучал ее держаться на воде. Что из этого может заинтересовать мага?

Конечно, можно рассказать, как весело бегать наперегонки с ветром или загорать на солнце, а еще, что рыба, запеченная в костре очень вкусная и Амерлин превосходно умеет ее готовить, но обременять такими подробностями тэра тем более не хотелось.

– Ну, я всю жизнь провела здесь, – видя, как с каждой минутой взгляд Даэрена становится все более тяжелым, нерешительно начала девушка. – Ходить научилась в год, первое слово сказала в два. Мама рассказывает мне, как стать хорошей хозяйкой, чтобы в будущем я смогла заботиться о людях.

У мага при этих словах вырвалось сдавленное фырканье. Амерлин тут же замолчала, испуганно глядя на него.

– Ничего, продолжай, – сменив позу, велел Даэрен.

– Это почти все. Я еще не достигла совершеннолетия и магический дар у меня никак не проявлялся, хотя один раз дождь начался, стоило мне помечтать о прохладе, – закончив, девушка сложила руки и опустила взгляд.

«Точь-в-точь примерная ученица, ответившая урок», – вновь фыркнул маг.

Еще больше его позабавило предположение, что погода изменилась по желанию Амерлин. Несколько раз участвуя при проведении отбора в столице, Даэрен прекрасно знал, что магия никак не может проявиться, пока человеку не исполнится восемнадцать, лишь к этому возрасту проявившаяся сила не выжигает ауру, а равномерно распределяется по ней.

В то же время крестьяне продолжали верить, будто бы дар можно обнаружить с рождения, а некоторые самые ушлые даже брались предсказывать магическое будущее детей, разумеется, за отдельную плату.

– Тэр Даэрен, не желаете попробовать жареную утку? Ее подстрелили сегодня в обед, – улыбнувшись, Селма лично потянулась за тарелкой, даже не став звать служанку.

– С удовольствием, – не стал отказываться маг.

В конце концов, у него будет еще предостаточно времени, чтобы узнать Амерлин побольше, но наместница не каждый день станет вызываться прислужить за столом.

Больше Даэрен почти не разговаривал, отделываясь короткими комментариями, когда один из супругов обращался к нему. Периодически, когда служанки приходили сменить блюда и забрать посуду, в столовой повисала тишина, но оказывалась столь гнетущей, что Селма спешила продолжить разговор. Кажется, женщину даже не слишком волновало, интересен ли ее рассказ Даэрену и она перечисляла сделанные покупки и недавний урожай, только чтобы задавать вопросы не стал сам маг.

Даэрен же слушал женщину вполуха, с куда большим вниманием следя за Амерлин. Под его взглядом девушка заметно смущалась и принималась ерзать, кроша хлеб в руках.

В итоге Амерлин едва дождалась окончания ужина, облегченно вздохнув, когда отец позволил ей встать из-за стола. Теперь девушка удивлялась, как могла так ждать и радоваться гостю. Даэрен ей не нравился и Амерлин с каждой минутой все больше убеждалась, что, если Грозовой всадник и существует, то выглядит именно так. Один только взгляд чего стоит! Как посмотрит – мороз по коже.

– Тэр Даэрен, вы переночуете у нас? Я прикажу приготовить комнату в восточном крыле, – предложила наместница.

Маг вряд ли догадывался, но по тому, как мама поджимала губы или едва уловимо хмурилась Амерлин подозревала, что Даэрен не нравится и ей тоже.

– Да, извольте, – кивнул мужчина. – На рассвете мы уедем вместе с Амерлин. И постарайтесь не проспать, я не люблю, когда опаздывают.

– Что? – не сразу сообразив, что последние слова обращены к ней, Амерлин непонимающе уставилась на мага. – Уедем? Я вместе с вами? О чем вы?

– Вы не можете забрать ее! – поспешно воскликнула мама. – Я не разрешаю!

– Смеете спорить с приказами Его Величества? Или думаете, что сможете указывать мне? – Даэрен остался совершенно невозмутимым, лишь изогнул бровь.

– Если это необходимо, мы будем сопровождать Амерлин! – твердо проговорил отец, привставая из-за стола.

– Неужели вы невнимательно читали? Она отправится одна, не беспокойтесь, я вполне смогу гарантировать безопасность Амерлин, – одной улыбки, если можно так назвать гримасу, появившуюся на лице Даэрена, оказалось достаточно, чтобы отец сел на место.

– Послушайте, я ничего не понимаю! Какой приказ? Куда я должна ехать? Что повелел король? – не выдержав неизвестности, нервно протараторила Амерлин.

– Все очень просто. Его Величество Варих Первый дал приказ как можно скорее привезти вас в столицу, поручив мне заняться этим делом. Завтра мы отправляемся, так что советую начать собирать вещи, ждать я не намерен, – Даэрен отвечал лениво, скорее даже неохотно, что окончательно сбило с толку удивленную Амерлин.

– Зачем? – только и смогла проговорить она.

– Об этом тебе расскажет король, – потянувшись, маг сцедил зевок в ладонь.

– А он знает? – Амерлин догадывалась, что должно быть, выглядит не слишком умно, спрашивая какие-то глупости, но ничего другого в голову не лезло, а промолчать она не могла.

– Послушай, девочка, ты задаешь слишком много вопросов, мне надоело отвечать, поэтому, если не хочешь замолчать навсегда, будь любезна слушаться старших и идти собирать вещи, – всю сонливость с Даэрена как рукой сняло, на девушку он смотрел, словно на надоедливое насекомое.

В горле встал комок. Амерлин передернула плечами, стараясь прогнать мурашки, но вместо этого ощутила, как темнеет в глазах. Неужели маг ее заколдовал?!

– Госпожа, комната для тэра готова, – постучав, сообщила служанка.

– Как вовремя, – одним неуловимым движением Даэрен поднялся на ноги.

Быстрым шагом дошел до двери. Уже взявшись за ручку, обернулся.

– И еще одно, не стоит пытаться меня обмануть или одурачить. Я все – равно узнаю, но уже не буду так мирно настроен. Спокойной ночи.

– Если он такой добрый, каким же он становится, когда разозлится, – ошеломленно пробормотала Амерлин ему вслед.

– Помоги нам Пресветлый, – сложив руки в молитвенном жесте, наместница с отрешенным видом смотрела перед собой.

Амерлин еще никогда не видела мать настолько растерянной. Сидя в комнате, мысленно женщина казалась далеко-далеко. Отец напротив, был предельно собран и хмурил брови.

– Мама… – нерешительно позвала Амерлин. – Мама, мне страшно! Почему тэр Даэрен хочет увезти меня?

– Не бойся, я никому не дам тебя в обиду! Ничего не случится, – женщина порывисто обняла дочь, как в детстве, успокаивающе гладя по голове, но движения были суетливыми, а взгляд остался бегающим.

– Амерлин, тэр Даэрен исполняет волю короля, – откашлявшись, негромко произнес отец. – Он показал нам письмо, в котором Его Величество изъявил соответствующее желание.

– Но зачем я королю? – Амерлин повернулась, широко открытыми глазами глядя на отца.

Первой мыслью девушки было, будто Его Величество решил устроить бал в ее честь, но подобное случалось только в сказках. Инте еще могла поверить в волшебное провидение, но Амерлин была слишком взрослой для этого. К тому же тогда привезти приглашение поручили бы гонцу, а не магу.

– Должно быть, у Вариха Первого есть к тебе дело, – поморщившись, отец помассировал переносицу.

– Какое? Тэр Даэрен сказал вам? – не удовлетворившись ответом, повторила Амерлин.

– Мы ничего не знаем! – метнув на мужа красноречивый взгляд, воскликнула мама.

– Селма, ты уверенна? Может быть…? – отец не окончил фразы, но этого и не понадобилась.

– Нет, это исключено! – вскочив из-за стола, мать взмахнула руками.

– Но ведь когда-то она все – равно узнает, мы не сможем скрывать вечно, – мягко, словно ребенку, заметил отец.

– Берд, ты хоть понимаешь, о чем говоришь?! Все изменится и никогда не станет прежним. К тому же, нам обещали! – в голосе женщины послышались истерические нотки. На мужа она теперь смотрела с невысказанным упреком и затаенной обидой.

– Тэр Даэрен же сказал, обстоятельства изменились. И разве у тебя есть другое объяснение происходящему? – жестко заметил отец. Извиняюще улыбнувшись, дотронулся до руки жены. – Я никогда не стал бы ворошить старые тайны, но лучше это сделаем мы.

Амерлин чувствовала, родители спорят из-за нее, но не могла понять, чем вызвана их размолвка. Короткие, обрывистые фразы больше сбивали с толку, чем объясняли что-то. Девушке оставалось лишь наблюдать, как мать, коротко всхлипнув, опускается на стул, закрывая лицо руками, как отец вновь трет переносицу.

Солнце давно скрылось, часть свечей потухла и заливающий столовую полумрак только усиливал ощущение неясной тревоги, заставляя сердце замирать в груди.

– Мама, папа…. – тихо позвала Амерлин.

– Амерлин, прости, возможно, наши слова причинят тебе боль. Я надеялась, что эта часть прошлого навсегда останется похороненной, видит Бог, мы все силы приложили для этого, но видно, судьбе было угодно свернуть именно на такую дорогу, – глухо начала женщина.

Взглянула на Берда, словно прося у него поддержки. И, дождавшись кивка, порывисто произнесла:

– Амерлин, ты не наша дочь.

– Что? – девушка недоуменно моргнула, гадая, уж не ослышалась ли.

– Ты не наша дочь. Тебя, совсем еще крошку, семнадцать лет назад привез маг. Он не стал ничего объяснять, только сказал, что это приказ короля, и мы должны вырастить тебя как родную. Мы с твоим отцом очень хотели детей, незадолго до этого у нас как раз родилась дочь, но, подхватив лихорадку, умерла…. И ты стала для нас настоящим подарком небес….

Кажется, Селма говорила что-то еще, но Амерлин не слушала. Слова долетали до нее сквозь какую-то завесу. Мир перед глазами поплыл, все стало размытым и расплывчатым, словно во сне.

Покачнувшись, Амерлин бы упала со стула, не подхвати ее отец.

– Тебе плохо? Вот, выпей воды. Я понимаю твое состояние, но это ничего не меняет, мы очень любим тебя, больше всех на свете.

Девушка вцепилась в протянутый стакан с такой силой, словно боялась, что и он сейчас рассыплется вдребезги. Так, как только что разлетелась на сверкающие осколки вся ее жизнь.

– Мама, папа… – вода попала не в то горло и Амерлин закашлялась. – Я не верю! Этого не может быть. У меня нет других родителей, кроме вас.

– И мы всегда будем с тобой, – крепко обняв дрожащую дочь, Селма поцеловала ее в макушку. – Кто бы ни ждал тебя во дворце, твой дом всегда будет здесь.

– Вы думаете, там будут мои…мои родственники? – первый шок прошел и к Амерлин начала возвращаться способность мыслить трезво.

– Другого объяснения у нас нет, – развел руками отец. – Тэр Даэрен ясно дал понять, что его интересует твое происхождение и именно этим объясняется визит.

– Не могу поверить…. Я была уверена, что родилась здесь. И совсем ничего не помню о другой жизни. Получается, моя настоящая семья отказалась от меня? – почему-то эти мысли вызвали в душе Амерлин боль.

– Конечно, не помнишь, ты ведь была совсем крохой, – смахнув слезы, улыбнулась мать. – Мы выдали тебя за нашу настоящую дочь, и никто даже не заподозрил о подмене.

– А что касается твоей семьи, к сожалению, тот маг ни словом не обмолвился о ней, – продолжил отец. – Не исключено, что раньше у них были серьезные причины пойти на такой шаг, но теперь никаких преград больше нет. И твои родные, к слову весьма состоятельные, раз могут позволить себе нанять мага.

– Мне все – равно, сколько у них денег! – заметив, как тяжело дались отцу последние слова, сердито воскликнула Амерлин. – Раз так велит король, я поеду, но моя единственная семья – это вы и другого дома мне тоже не надо.

– Мы будем ждать тебя, – улыбнулась мать.

Следующие несколько часов семья провела за разговорами. Предстоящая разлука тяжелым грузом легла на плечи. Только сейчас Амерлин осознала, сколько еще не успела сказать родным и как привыкла к тому, что они всегда рядом.

Собирать вещи в результате она отправилась далеко за полночь. Инте, не знающая, что случилось, но видя погрустневшую воспитанницу, всеми силами старалась подбодрить девушку. Несомненно, няня искренне переживала, но от этого Амерлин становилось только труднее, еще раз напоминая, что уже следующим утром Инте уже не разбудит ее, не заплетет волосы и не станет отгонять от окна, запрещая смотреть на звезды…

В кровать девушка легла, едва сдерживая слезы. Несмотря на то, что Амерлин переполняла усталость, спать совершенно не хотелось. Натянув одеяло по грудь, она смотрела на свою комнату, стараясь запомнить все до мельчайших подробностей.

Вот темнеет дубовый шкаф, в котором ребенком Амерлин любила прятаться от нянюшки, приходившей звать ее на уроки. На столе небрежно сложена стопка книг, которые давно полагалось отнести обратно в библиотеку, но так и не дошли руки. Рядом ваза с букетом васильков. Несмотря на то, что украшение комнат входит в обязанности слуг, Амерлин каждое утро спешила в сад, где подолгу бродила по дорожкам, выбирая самые красивые цветы. А под подушкой лежат яблоки. Хоть Инте и ругалась, считая, что есть следует за столом, Амерлин никак не могла избавиться от привычки грызть фрукты, сидя на подоконнике и глядя в окно. С портрета на стене девушке улыбались родители, нарисованные художником за свадебным столом.

Мысли же о предстоящей дороге Амерлин старательно отгоняла прочь. Девушка любила кататься верхом, но никогда еще не покидала границу, теперь же ей предстояло проделать долгий путь в компании тэра Даэрена. За весь ужин маг почти не проявил никаких эмоций и Амерлин оставалось только гадать, как он относится к своему поручению. Учитывая, как маги любят уединение, Даэрен должно быть, считает ее обузой… А возможно, и вовсе забыл о задании, преспокойно отдыхая и даже не думая, что одним своим приездом перевернул ее мир с ног на голову.

Вопреки мыслям девушки, Даэрен не спал. Мужчина сидел в постели, облокотившись на спинку с посланием в руках. В отличие от прошлого раза, сейчас оно выглядело значительно длиннее, а еще оказалось написано двумя разными почерками. Первый – размашистый, со множеством завитушек, занимающий едва ли не половину бумаги, второй напротив, был аккуратным и сдержанным. Маленькие буквы выстраивались в ровную линию, тесно прижимаясь друг к другу. Чтобы прочитать их, пришлось бы зажечь свет, но у Даэрена такой необходимости не возникало. Он давно уже знал текст наизусть и лишь размышлял о написанном.

Показав наместнику приказ, Даэрен умолчал о приписке, сделанной рукой Верховного Магистра и адресованной уже лично ему. Магистр требовал как можно скорее найти девушку и привезти ее во дворец, подчеркивая, что в дороге с Амерлин не должен упасть ни один волос. Маги редко полагались в чем-либо на людей, предпочитая справляться своими силами, но от благополучия девушки неожиданно стала зависеть судьба целого города, а возможно, целой страны и потому меры были вполне обоснованными. Не желая заранее пугать Амерлин, Даэрен решил ограничиться максимально кратким рассказом. О готовящемся же обряде ей должны были рассказать маги. Девушке все – равно никуда не деться от уготованной судьбы, но зато не станет раньше времени переживать, а возможно, узнав побольше о магии, поймет всю необходимость этого поступка.

Дунув на свиток, маг спрятал уменьшившийся квадратик в карман, а потом повернулся на бок, по обыкновению проваливаясь в лишенный сновидений сон.

ГЛАВА 2

Утром Амерлин разбудила няня. Инте пришлось несколько раз окликнуть девушку, прежде чем та все-таки открыла глаза.

– Инте, представляешь, мне приснился такой необычный сон. Будто бы к нам вчера приехал Грозовой всадник, а переступив порог, превратился в мага и хотел забрать меня к себе в башню, чтобы я ему штопала тучи и чистила молнии, – сладко потянувшись, хихикнула Амерлин.

– Тэр Даэрен велел передать, что через час вы будете отправляться, а еще напомнил, что ждать очень не любит, – няня горестно вздохнула и промокнула передником уголок глаза. – В королевском дворце жизнь-то побогаче будет, там тебе и платья дорогие сошьют, и украшений подарят, будешь уже не с ребятами наперегонки бегать, на балах танцевать. Но кто только о тебе позаботится, кто молока на ужин подогреет, кто сиропу от кашля заварит…

– Что?! – Амерлин резко села в постели, ошеломленно глядя на причитающую старушку.

События вчерашнего вечера с необыкновенной ясностью стали перед глазами, особенно же девушка запомнила взгляд Даэрена – холодный, пронизывающий и совершенно равнодушный.

– Зря я надеялась, будто сплю. Инте, я вернусь, обязательно вернусь. Вы… вы будете по мне скучать? – голос девушки дрогнул, выдавая охватившее ее беспокойство.

– Каждое утро молиться за тебя стану, ни одной службы церковной не пропущу, – заверила Инте, обнимая воспитанницу. – Ума не приложу, как жить теперь станем, опустеет дом без тебя.

– А тэр Даэрен сказал вам, зачем я должна уезжать, кто меня ждет? – отстранившись, спросила Амерлин.

Девушку мучила неизвестность, и хотелось знать, к чему хотя бы готовиться, но вместе с тем было страшно, что теперь все узнают о ее тайне. Пусть Амерлин и оказалась чужой для всех, но сама она по-прежнему считала себя де Реонти и не представляла другой судьбы.

– Ни словечком не обмолвился, только зыркнул глазищами своими и опять в комнате скрылся. Амерлин, ты уж смотри, не серди тэра Даэрена, в спор не вступай, не перечь, ему ведь все – равно, проклянет тебя, аль со свету иным образом сживет, – Инте вновь всхлипнула, осеняя воспитанницу обережным знаком.

На этот раз Амерлин не стала ее высмеивать. Маги редко что рассказывали о себе и едва ли не единственным источником информации были слухи, которые в большинстве своем оказывались похожими на детские страшилки, но пугали гораздо сильнее…

– Ой, совсем я сырость развела, а тебе ведь времени не много отведено. Умывайся, а я пока платье подберу, – засуетилась няня, расставляя на столе принадлежности для умывания и поворачиваясь к шкафу.

Вода оказалась прохладной и пахла лимоном, сок которого Инте, несмотря на просьбы, продолжала добавлять, считая, будто он делает кожу светлее и мягче. Амерлин долго плескала водой в лицо, потом старательно расчесывала волосы, каждую прядку по – отдельности, словно надеясь, что маг исчезнет и ей не придется уезжать.

Наконец, поторапливаемая Инте, девушка облачилась в костюм для верховой езды и спустилась вниз, по дороге взглянув в небольшое окно. Небо было грязно-серого цвета, но горизонт уже начинал наливаться красным. До рассвета оставалось еще больше получаса, обычно в это время все еще спали, но сегодня слуги были на ногах.

Родителей Амерлин застала в столовой. Вид у них был уставший, будто они и вовсе всю ночь не сомкнули глаз, но увидев дочь, улыбнулись.

– Мама, папа, – девушка сделала было шаг, собираясь обнять их, но раздавшиеся шаги за спиной заставили ее подскочить.

– Доброго утра, – сухо пожелал появившийся на пороге маг, а затем сел на стул.

При нем Амерлин уже не рискнула высказывать каких-либо чувств и поспешила занять свое место. На несколько мгновений повисла тишина, но стоило тэру Даэрену негромко кашлянуть, как все тут же вспомнили о манерах.

Мама, позвонив в колокольчик и дав приказ служанкам накрыть на стол, завела вежливую беседу, папа начал разливать по бокалам вино. Служанки, то и дело наталкиваясь друг на друга, спешили скорее подать все блюда и укрыться на безопасной кухне. Почему то при свете дня тэр Даэрен пугал служанок еще больше, черной кляксой выделяясь в светлой столовой. Сам маг взирал на поднявшуюся суету с отрешенным безразличием, через некоторое время он даже прикрыл глаза, будто происходящее раздражало его. Впрочем, когда Лия, споткнувшись, уронила поднос, тэр Даэрен среагировал мгновенно, щелкнув пальцами и заставив фрукты повиснуть в воздухе над его головой. А когда девушка, постоянно бормоча извинения, стала собирать яблоки, и вовсе безучастно отвернулся к окну.

На самом деле мага раздражала не суетливость служанок, а сама необходимость сидеть в столовой и наблюдать за всем. От Даэрена не укрылись ни тени под глазами Амерлин, ни то, как под столом Селма нервно сжимала руку мужа, и как тот качал головой в ответ на каждый ее взгляд. Но если они на что-то и надеялись, сам Даэрен прекрасно знал, что через двадцать минут уедет вместе с Амерлин и ничто ему не помешает. Маг предпочел бы избежать долгих прощаний, которые как известно, лишь растравливают душу, делая неизбежное еще более мучительным, но забрать девушку совсем без объяснений нельзя было по ряду вполне понятных причин.

Единственное, что радовало мага, так это готовность, с которой наместник с супругой поверили вскользь брошенным словам, не став задавать лишних вопросов. Верховный магистр не говорил прямо, но ясно дал понять – об истинной причине вызова Амерлин в столицу должно быть известно как можно меньшему количеству людей, что не составило труда устроить.

Завтрак проходил в гнетущей обстановке. Селма несколько раз начинала разговор, но, каждый раз сбиваясь, в итоге замолчала. Амерлин лишь ковырялась в тарелке, сегодня кухарка приготовила ее любимую кашу с грибами, но девушке кусок не лез в горло. При взгляде на содержимое тарелки желудок скручивался, и приходилось делать короткие вдохи, борясь с дурнотой. Даэрен напротив, ел с аппетитом, сосредоточенно макая мясо в соус и заедая хлебом.

– Нам пора, – допив вино и покосившись на Амерлин, маг поднялся на ноги.

– Как? Уже? Но ведь еще совсем рано! – заволновалась наместница, тоже вскакивая.

– Рассвет, – коротко бросил Даэрен, а затем обернулся к девушке, – жду тебя у конюшни, пять минут, чтобы попрощаться и забрать вещи.

Несколько долгих ударов сердца семья молчала, а потом все заговорили одновременно:

– Я обязательно вернусь!

– Будь осторожна, если возникнет необходимость, пиши!

– Береги себя. Не позволяй страху взять вверх, всегда доверяй сердцу!

Амерлин переводила взгляд с отца на мать, чувствуя, как встают в горле невысказанные слова. Увы, пять минут – слишком короткий срок, чтобы попрощаться перед долгой разлукой, хотя вряд ли девушке бы хватило и целого дня.

– Я принесла твои вещи. Ох, представляю, сколько всего интересного ты расскажешь нам по возвращению, – проговорила вошедшая в комнату Инте.

Старушка уже не плакала, напротив, старательно улыбалась. Наверное, считала, что таким образом поддерживает Амерлин, но девушке стало только хуже.

– Конечно, и даже привезу подарки, постараюсь выбрать что-то модное и красивое, – сглотнув, пообещала Амерлин.

– Ты, главное, себя привези, и помни, чему мы тебя учили, – негромко произнес отец.

Девушка кивнула, а потом повернулась к Инте, забирая сумку.

– Ну, мне наверное, пора?

– Мы проводим тебя! – мама порывисто шагнула вперед.

– Не надо, – Амерлин медленно покачала головой. – Тэр Даэрен будет недоволен, к тому же мы все – равно уже попрощались.

Сказать оказалось гораздо легче, чем сделать. Девушка глубоко вздохнула, стараясь сдержать слезы. Амерлин до сих пор не верилось, что сейчас ей придется перешагнуть порог и покинуть дом. Раньше она мечтала отправиться в путешествие, посмотреть другие города, но никогда не думала, что детское желание исполниться в такой форме.

Тяжело было только сделать первый шаг, осознать, что старая жизнь осталась в прошлом и к ней не будет возврата. Не желая выглядеть трусихой, Амерлин расправила плечи и решительно двинулась к конюшням.

Тэр Даэрен, как и говорил, ждал возле конюшни. Сейчас мужчина шептал что-то огромному жеребцу, ласково гладя его по гриве. При свете дня было видно, что конь не мрачно-черный, а скорее дымчатого окраса.

– Ты вовремя, – даже не повернувшись в ее сторону, несколько удивленно заметил тэр Даэрен.

– Вы ведь сами дали мне лишь пять минут на сборы, я старалась успеть, – опешив, пробормотала девушка.

– Все верно, – не утруждая себя пояснениями, скупо кивнул маг. – Выводи свою лошадь, пора ехать.

Спохватившись, Амерлин скрылась в помещении. Мужчина проводил ее задумчивым взглядом.

Даэрен, как и всякий маг, любому другому предпочитал исключительно свое общество, лишь при необходимости присоединяясь к кому-либо. И если на лице Амерлин крупными буквами читался страх перед предстоящим путешествием, то мужчина относился к этому, как к тягостной обязанности. Ему не терпелось скорее попасть в столицу, где в свете последних событий жизнь буквально кипела, но теперь придется приноравливаться к Амерлин, наверняка не представляющей, что им предстоит.

Не сдержавшись, маг тихо фыркнул и почти сразу услышал шаги девушки. Увидев, какую кобылу Амерлин вела в поводу, Даэрен фыркнул уже громче.

– Неужели у вас не нашлось чего-то получше? – окинув пегую, всю в белых пятнах, лошадь презрительным взглядом, поинтересовался маг.

– Тучка – прекрасная кобыла. Может, у нее и не идеальная масть, зато она очень резвая и понимает меня с полуслова, – заступилась за свою любимицу Амерлин.

– Посмотрим. Но если будешь отставать, в первом же городе сменим тебе лошадь, я не собираюсь плестись подобно черепахе, – договорив, Даэрен легко запрыгнул в седло.

Девушке так же легко повторить прием не удалось. Поднявшаяся в груди обида на то, как легко маг распоряжается ее жизнью заставила руки задрожать и обожгла глаза навернувшимися слезами. Лишь со второй попытки Амерлин взобралась в седло. Тучка вопросительно заржала и девушка тронула ее каблуками.

Ворота уже были распахнуты. Тарий поклонился проезжающим мимо него людям и Амерлин помахала старому слуге рукой. Девушка искренне надеялась, что видит его не в последний раз и пройдет совсем немного времени, как вновь будет проезжать здесь.

Солнце начинало подниматься, постепенно раскрашивая небо золотисто-розовыми лучами и вместе с ним просыпалась жизнь в селении. В конце лета работы было едва ли не больше, чем в любое другое время года и люди спешили успеть переделать все дела. Дети выгоняли скотину пастись, кто постарше – шли работать в поля, занимались поливом и прочими необходимыми вещами.

Всюду, куда бы не падал взгляд Амерлин, были знакомые лица. Девушка часто выбиралась на прогулки, и сейчас все приветливо улыбались Амерлин, желая ей доброго утра, но стоило людям заметить мага, как улыбки из радостных становились вымученными, а в глазах начинало плескаться сочувствие.

Слухи в селении распространялись быстро. Здесь редко случалось что-либо значимое и любая, даже самая незначительная новость надолго завладевала всеобщим вниманием, обсуждаясь в мельчайших подробностях. Что уж говорить о таком из ряда вон выходящем событии, как приезд тэра Даэрена, забравшего с собой будущую наместницу?

О причинах, вынудивших Амерлин покинуть отчий дом, никто не догадывался, но хмурый маг наводил всех на мысль, что ничего хорошего ждать не следует.

Сам Даэрен на бросаемые на него взгляды совершенно не реагировал. Так уж повелось, что маги всегда привлекали к себе внимание, и к подобному приходилось привыкать уже в самом начале обучения. По сторонам Даэрен тоже не смотрел. Вид небольших, грубо сколоченных домов, наводил на него уныние.

Вопреки обыкновению, селение растянулось вдоль границы. Даэрен не слишком хорошо знал историю, интересуясь больше магическими науками, но смутно помнил, что раньше эти земли пустовали. Не сказать, чтобы местность здесь была слишком непригодная для жилья, напротив, при должных усилиях поля давали средний урожай, а небольшой лесок и протянувшаяся речка уже сами по себе являлись источниками пропитания для охотников. Скорее, людей останавливал страх, между двумя королевствами периодически возникали стычки и приграничные территории подвергались набегам в первую очередь, что отпугивало переселенцев.

Самого первого наместника король отправил на границу в наказание, в последний момент заменив смертную казнь ссылкой. Постепенно поселение стало увеличиваться и за несколько десятилетий превратилось в настоящий городок.

К тому времени, как солнце поднялось высоко вверх, селение успело скрыться из виду. Разухабистая петляющая дорога сменилась широким трактом, пыльной лентой стелящимся далеко вперед. День выдался необыкновенно солнечным, на небе не было ни облачка и маг, покачиваясь в седле, дремал в полглаза.

Амерлин тоже смотрела исключительно перед собой, правда, совсем по – другой причине. В былые дни она любила кататься по дороге, пуская Тучку галопом и, дурачась, старалась обогнать то ползущую тень облачка, то проводить закатывающееся за горизонт солнце. Но больше всего Амерлин нравились моменты, когда на тракте показывались купеческие телеги и тогда девушка спешила домой, чтобы первой сообщить о гостях, в результате чего торговцев встречало все селение.

Сегодняшний день был словно создан для прогулки. Наполненная солнечными лучами, трава казалась золотой, в воздухе кружились бабочки, редкие деревья манили к себе, обещая отдых в тени. Тучка то и дело норовила перейти с шага на рысь, искренне недоумевая, почему хозяйка удерживает ее.

Амерлин же, хоть и понимала желание кобылы размяться, сейчас оказалась не в том настроении. Все мысли девушки занимали вчерашние события. Амерлин вспоминала, как ловко маг остановил поднос, фрукты висели в воздухе, словно привязанные невидимыми нитками, даже не думая падать. Наверное, вздумай девушка пойти на поводу у Тучки и доскакать до виднеющегося дерева и тэр Даэрен тоже заставит ее замереть на месте. Расслабленным состоянием мужчины Амерлин не обманывалась, уже зная, насколько быстро при желании маг может применить магию.

О том же, что сейчас происходит дома, девушка запрещала себе думать, но мысли упрямо продолжали возвращаться, воскрешая в памяти все подробности разговора с родителями. Амерлин всегда знала, что внешне совершенно не похожа на отца, черноволосого и темноглазого мужчину, но надеялась, будто бы унаследовала его рассудительный характер и умение всегда чувствовать окружающих людей. А на праздниках летнего равноденствия, когда все собирались на площади, нарядная девушка часто слышала, что такая же красивая, как и наместница Селма. И Амерлин, глядя на маму, каждый жест которой был наполнен грацией, преисполнялась гордостью.

Теперь же оказывается, все это не правда и она не знает, на кого похожа и есть ли у нее братья или сестры. Амерлин пыталась представить свою настоящую семью, но видела лишь туманные силуэты. Да это и неудивительно, ведь как можно вспомнить того, кого никогда не видела.

День подходил к концу и солнце уже наполовину скрылось за горизонт, а Амерлин так и не успела решить, чего хочет она сама и как должна вести себя с новой семьей.

– Остановимся на ночлег.

Голос тэра Даэрена раздался так неожиданно, что Амерлин едва не свалилась с лошади. хотя и держалась в седле превосходно.

– Здесь? – девушка оглянулась, растерянно глядя на простирающуюся поляну с редкими кустами.

– До ближайшего жилья еще два дня пути. Можно конечно, ехать всю ночь, но все – равно не доберемся, – пожав плечами, маг спрыгнул с коня и снял сумки.

Амерлин последовала его примеру. Расседлывать и стреноживать лошадей конюх научил ее в первую очередь, когда девушка лишь начинала учиться ездить верхом, но вот что делать дальше…. Ночевать под открытым небом Амерлин еще не доводилось и она, честно говоря, надеялась, что маг сейчас щелкнет пальцами и наколдует какое-нибудь жилище. Мужчина же, вместо того, чтобы произносить заклинание, деловито обламывал ветки с куста.

– Тэр Даэрен, извините, что отвлекаю, но мне хотелось бы узнать… – нерешительно начала она.

– Даэрен, – перебил ее маг.

– Что Даэрен? – не поняла девушка.

– Называй меня просто Даэрен. Нам предстоит ехать около месяца и если ты каждый раз будешь выкать и произносит длинные вступления, то к сути вопроса доберешься лишь к концу пути, – собрав ветки в охапку, маг обернулся к Амерлин. – Если хочешь спросить что-то, говори прямо.

– Целый месяц? Так долго? – забыв обо всем, ахнула девушка.

– Постараемся поскорее, время поджимает, но точно сказать не могу, – Даэрен неопределенно передернул плечами и, свалив ветки возле сумок, начал обламывать уже второй куст.

Несмотря на то, что маг не сказал ни слова, Амерлин прекрасно поняла, причину возможной задержки мужчина видит в ней. Щеки опалила краска.

Даэрен же, больше не обращая на нее внимания, стал складывать костер. Девушка подошла поближе, собираясь посмотреть, как с рук мага сорвется пламя, но тот по – простому достал из сумки коробок и чиркнул спичкой.

– Тэр… Даэрен, а почему так? Разве магией не проще? – не сдержалась она.

– Нет, – коротко отрезал маг, но, покосившись на расстроившуюся Амерлин, добавил, – ни к чему использовать магию, когда прекрасно можешь обойтись без нее.

– А как же вчерашний ужин? Ты ведь заколдовал яблоки? – нахмурилась Амерлин.

– Заколдовал, потому что я не утка и в фаршировке фруктами не нуждаюсь, – невозмутимо подтвердил Даэрен.

Девушка недоуменно взглянула на него, а потом захихикала, представив мага, лежащего на подносе, украшенного ярко – красными яблоками, зеленью и посыпанного специями.

– Готовь себе постель, – между тем велел Даэрен.

– А как? Мне надо наломать веток и построить шалаш? – Амерлин оглянулась, но больше подходящих материалов не было, а пара деревьев находились так далеко, что казались игрушечными.

– Шалаш? Хотел бы я на это посмотреть, – теперь настал черед мага улыбаться, – но в этом нет необходимости, ночи еще теплые, хватит и обычного одеяла. Кстати, лучше смени рубашку. Батист хорош для столицы, но в дороге нужна более простая и плотная ткань. Не беспокойся, я отвернусь, – заметив, как девушка скрестила руки на груди в защитном жесте, добавил он.

Подтверждая свои слова, Даэрен наклонился к костру, подбрасывая в огонь несколько веточек. Языки пламени несколько раз плюнули искрами, но потом все же соизволили перекинуться на ветки.

– Что? – заметив, что Амерлин продолжает стоять и лишь нерешительно переминается с ноги на ногу, коротко спросил маг.

– У меня все рубашки такие, и одеяла нет, – не решаясь поднять взгляд, призналась девушка.

– Не может быть, – Даэрен повернул голову, бросив взгляд на сумку Амерлин.

Та выглядела полностью забитой, едва не трескаясь по швам. Едва увидев девушку, с заметным усилием тащившую сумку, Даэрен был уверен, что ей не удастся поднять такой груз на лошадь, но видно, помог конюх.

– Здесь столько вещей, что одеяло обязательно должно найтись, – оттеснив пискнувшую девушку в сторону, Даэрен дернул завязки и, не особо заботясь об аккуратности, попросту высыпал содержимое на землю.

– Позволь полюбопытствовать, какая служанка собирала тебе сумку и чем ты так ее разозлила? – в итоге хмыкнул маг.

– Я сама, а еще мне помогала Инте, но она меня очень любит, и хоть часто ворчит, никогда не сердится по – настоящему, – опустившись на колени, Амерлин начала собирать молитвенные образа.

Няня считала, что в дальнюю дорогу нельзя отправляться без благословения Пресветлого и подарила Амерлин все свои иконы, высказав надежду, что те будут хранить девушку и отгонят зло.

– Что-то не похоже, – подобрав одну рамку, Даэрен оценивающе покосился на нее, а потом бросил в огонь.

На этот раз пламя мгновенно вспыхнуло ярче, расцветая на бумаге.

– Что ты делаешь? Это же образ Пресветлого, он поможет в пути! – изменившись в лице, Амерлин бросилась к костру.

Протянула было руку, собираясь вытащить картину, да так и замерла, сверкая глазами.

– Поможешь себе лишь ты сама, а лишняя тяжесть наоборот, будет замедлять нас, – жестко произнес маг. – Книги оставишь здесь. Понятия не имею, зачем тебе вздумалось тащить их с собой?

– Это мои любимые, – опасаясь, как бы мужчина не бросил в огонь и их тоже, Амерлин прижала книги к груди.

– А зачем платье? Ты даже не наденешь его сама, неужели Инте надеялась, что я заменю тебе горничную? – покопавшись в куче вещей, Даэрен с любопытством встряхнул наряд.

Амерлин сглотнула вставший в горле комок. Это платье она надевала очень редко. Пошитое по столичной моде, оно казалось воздушным зеленоватым облачком, и было отделано множеством оборок и кружев. Впервые увидев свое отражение в нем, Амерлин потеряла дар речи, не веря, что видит себя. За единственное бальное платье пришлось заплатить больше, чем за все остальные вместе взятые, но мать очень хотела, чтобы у дочери был достойный наряд. Она заказала материю и собственноручно шила и кроила ее, закончив работу как раз к семнадцатилетию Амерлин.

– Уже скоро ты станешь совсем взрослой, так и вижу, как женихи будут выстраиваться в очередь, чтобы попросить твоей руки, – сказала ей мама.

Следующей осенью семья собиралась отправиться в город, чтобы представить всем Амерлин. Даэрен приехал к ним раньше.

– Инте сказала, что мне нужно предстать перед Его Величеством как подобает, – опасаясь, что маг будет смеяться, девушка гордо вздернула подбородок.

– Королю абсолютно плевать, в каком виде ты появишься, иначе он бы написал об этом, но даже если бы это было не так, одежду можно купить в столице, а не тащить с собой платье, которое занимает пол сумки, – скучающе объяснил Даэрен. – Где вообще сменные рубашки, плащ, гребень, на худой конец?

Неодобрительно покачав головой, маг склонился над вещами, быстро сортируя их. В первую кучу отправилось то, что может пригодится, во вторую – что придется оставить, причем вторая росла буквально на глазах. Что-то Даэрен молча откладывал в сторону, но, замечая вещи совсем уже бесполезные, такие как вышитая скатерть или подсвечник, отпускал ядовитые комментарии.

– И что мне теперь делать? – растерянно покосившись на мага, Амерлин стала складывать вещи в сумку.

Девушке ужасно хотелось вернуться в поместье, но с другой стороны, она боялась, что во второй раз расстаться окажется еще труднее.

– Придется заехать в город, в лавке найдется все необходимое, – нахмурившись, ответил Даэрен.

– Я не взяла с собой денег. Не знаю, дадут ли в долг, – вздохнула девушка.

В селении Амерлин никогда не было нужды платить за что-то. Торговцы фруктами и сладостями сами норовили угостить ее, а все остальные прекрасно знали, что в поместье заплатят по всем счетам. Большинство же вообще обходилось без денег, предпочитая обмен или оказывая необходимые услуги.

– Об этом не переживай, – Даэрен улыбнулся уголками губ.

С собой у мага было два кошеля с золотом, но, даже если бы у него вовсе не оказалось денег, проблемой это бы не стало.

– Понятно. А что делать с моими вещами? Нельзя ведь просто бросить здесь, книги намокнут, да и платье испортится, – девушка с тревогой взглянула на предметы.

– Думаю, у них скоро найдется новый хозяин, – пожав плечами, Даэрен вытащил из своих сумок котелок, флягу и несколько пакетов с продуктами. – Чай-то приготовить сможешь или за тебя и это служанки делали?

– Смогу. Мама учила меня делать работу со слугами наравне, – уязвленная, Амерлин выхватила котелок.

– Учитывая количество ваших слуг, неудивительно, – хмыкнул маг.

– На лето мы отпустили большинство прислуги, оставив лишь тех, без кого не сможем обойтись, – помолчав, призналась девушка. – У них ведь есть свои дома, за которыми нужен присмотр, к тому же скоро сбор урожая, а это тоже требует времени.

Амерлин ожидала, что Даэрен что-то ответит, но маг вернулся к костру. Расстелив полотенце, стал выкладывать вяленое мясо, хлеб и фрукты, в которых девушка с удивлением узнала запасы с их кухни. Оставалось только удивляться, когда маг успел позаботиться обо всех мелочах.

Взяв флягу, девушка отвернула крышку и уже хотела было налить воду, но в последний момент спохватилась.

– Даэрен, а так и надо, что котелок с дыркой? Это для того, чтобы чай заварился особым образом? – предельно серьезно спросила Амерлин. Впрочем, настоящее настроение девушки выдавали пляшущие смешинки в глазах.

– Что? А, проклятье, видно, ударился о камень, – оглядев протянутый котелок, ругнулся маг.

– Значит, заедем и за котелком, а сегодня попьем воду. Тогда его тоже выкидывать? – девушка размахнулась, но Даэрен остановил ее.

Что-то коротко пробормотал, Амерлин показалось, что новое проклятие, но с пальцев мужчины вырвался голубоватый огонек, магической латкой закрывая дырку.

– Теперь не протечет, – уверенно заявил он.

– Ты же не хотел использовать магию без необходимости, – напомнила Амерлин.

Указывать мужчине было неловко, но Амерлин хотелось узнать, что представляет собой работа мага, как они живут и чем руководствуются.

– Я хочу выпить чаю, – просто ответил Даэрен.

Лицо у него при этом было бесстрастным, но девушка отчего-то не сомневалась, свои желания маг будет ставить выше всех правил и запретов.

Амерлин осторожно дотронулась до голубого огонька, постучала по нему ногтем, но ничего необычного не заметила. Если закрыть глаза, даже и не подумаешь, что котелок чем-то отличается от других.

Набрав воды, девушка поставила котелок на огонь, а сама наклонилась за мешочком с заваркой. Развязав завязки, высыпала немного на ладонь и понюхала ее. Заварка оказалась очень мелкой, пахла чем-то сладким, а еще среди травы были засушенные цветы. Амерлин высыпала заварку в закипевшую воду и подала кружку с чаем магу.

Даэрен сделал большой глоток, а потом протянул кружку девушке.

– Спасибо, я не хочу, – Амерлин покачала головой и поспешно схватила хлеб, желая чем-то занять руки.

– Боишься пить после мага? – на