Потрясающие истории из жизни

История знакомства

После долгого перерыва, связанного с болезней, я приступил, наконец, к активной жизни: устроился на работу слесарем в одну небольшую фирму, которая делала из металла разные детали и изделия для заказчиков. С металлом я умел обращаться, но не любил, так как жалел свои руки,– их резали не только охотничьи ножи, но и врачи. И мне было их жалко. Но деваться было некуда, так как в стране была безработица, и трудно было найти хорошо оплачиваемую работу – даже профессора были безработными в это нелегкое время.

В нашем цехе стояло несколько прессов, сверлильный станок и гильотина. Со всеми этими станками я подружился, только не любил работать на гильотине – там надо было резать заготовки и постоянно мерять их штангенциркулем, потому что можно было допустить брак. А я носил очки, когда читал, а в остальное время старался их не надевать. Но как можно работать с штангециркулем, без них – это было просто невозможно: разглядеть тонкие черточки на этой железной линейке было даже в очках трудно.

Теперь, когда мне стали платить зарплату, можно было заняться личной жизнью: познакомиться с подружкой. Так как я ездил на работу через весь город, с тремя пересадками, то у меня выработался такой график – в электричке я ехал стоя, потому что в ней было много народу, в метро тоже, а вот в трамваях и автобусах можно было вздремнуть, или познакомиться с какой-нибудь молодой девушкой. Зимой это сделать было трудно. а вот когда настала весна, то почти каждый день знакомился в транспорте. Но продолжать знакомство не старался – работа и дорога на нее занимало много времени и сил, поэтому в выходные я отдыхал – и от транспорта и от работы. На свидания не было времени, особенно ранней весной, когда еще в городе лежал снег.

Потом, когда я открыл для себя знакомства по газетам , то иногда стал ходить на встречи. На эту встречу и пришел в пятницу, после того, как обменял в библиотеке книги на французском языке, и встреча с очередной подружкой должна состояться недалеко от библиотеки. Когда я шел по улице, то заметил небольшое кафе, типа кафетерия – там можно было поговорить , или договориться о следующих встречах с одинокой женщиной, с которой я и шел на свидание.

Она была молодой, лет тридцати, симпатичной и хорошо одетой. Ее звали Яной. и она работала инженером где недалеко. Мы шли вместе по вечерним улицам, разговаривали на разные темы. Было еще достаточно холодно, а вечером стал дуть сильный ветер и я предложил посидеть за чашкой чая в этом небольшом кафе, где стояло всего четыре столика.

Все началось хорошо. мы зашли в кафе, сняли куртки, повесили их на вешалку рядом со столиком, сели на стулья, и сразу к нам подошла официантка, с меню в руках. Я попросил зеленого чая, а Яна – кофе и пирожное. Просидели мы там минут тридцать. Рассказывали о себе, работе и доме, в общем, никто за язык никого не тащил, и с распросами друг к другу не лез. Потом, когда уже шел девятый час, собрались домой. К нам подошла официантка с счетом, и началось самое интересное.

У меня в кошельке, кончно были деньги, но их оказалось недостаточно. Мы поели и попили на двести пятьдесять рублей, а у меня в кошельке оказалось только пятьдесят. Откровенно говоря, я не рассчитывал, что чай с кофе могут быть такими дорогими. Я стоял с кошельком и понимал, что сел в лужу – я не мог заплатить. В общем, ситуация сложилась не очень красивая. Выручила меня Яна. Она достала из сумочки триста рублей, протянула их мне и я заплатил.

После этого она надулась, я тоже чувствовал себя неловко, и оба молчали всю дорогу – когда ехали несколько остановок в трамвае, и когда шли к ее дому, который находился в районе дворца молодежи. Когда пришли к ее дому, я предлжил встретиться на следующий день, после работы, чтобы вернуть ей эти триста рублей и поехал домой. Транспорт уже ходил плохо, и я добрался домой уже в полночь. На следующий день я приехал, дождался ее на том месте, где мы расстались, протянул ей в конверте деньги. Но мы не стали ни общаться, ни договариваться о новой встрече – все было кончено. Она взяла конверт, я выдохнул, и поехал домой, спокойный. но немного виноватый.

Сейчас. когда я живу один, понимаю, что судьба меня берегла от очередной долгосрочной связи с женщинами и благодарен ей за это.

Изумрудик

С детства я собирал красивые камни, где только мог – на дорогах, в весенних ручьях, на помойках, куда какая-то камнерезная мастерская, а может фабрика, выкидывала отходы от своего производства, – хотел составить себе большую коллекцию из минералов и кристаллов. Минералы и поделочные камни, таких как яшма, авантюрин, оникс или лиственит еще можно было найти, а вот с кристаллами дело обстояло плохо – они не валялись на дороге, и найти их можно было только на старых, забытых и заброшенных теперь месторождениях драгоценных камней, а на новые месторождения попасть было трудно и их было мало.

Эти старые, мелкие по масштабам, месторождения давным-давно были известны, но за прошедшие с их разработки, по ним прошли так много любителей камня, что собрали все, что представляло какую-либо ценность. К этому можно добавить, что даже отвалы их неоднократно перемывались, с начала века, и приличный кристалл аметиста, берилла, топаза и изумруда найти на этих отвалах было уже нереальным, и для находки кристаллов надо было иметь чутье и удачу, в этом нелегком, но интересном деле.

Но я все-таки нашел кристалл настоящего изумруда. Где, – я не помню, так как я тогда учился в школе и никуда не ездил, а искал минералы для своей коллекции в основном в городе, и на его окраинах. Изумрудик был совсем маленький – сантиметра полтора длиной, и толщиной в сантиметр. Он был настоящим – цвета весенней травы, совершенно прозрачный и очень красивый. Я носил его всегда с собой – в спичечной коробке. Однажды, в гостях у моего закадычного друга, я достал его из коробки и показал Лехе. Он, когда рассматривал его несколько секунд, вертел его в пальцах, а потом выронил. Мы не успели заметить, куда он упал – так все быстро произошло.

В полу его маленькой комнаты были щели, и, он, наверное, провалился в одну из них, потому что на полу его не было. Начались поиски – я залез в подполье с фонариком и долго там искал этот маленький зеленый кристалл, но так и не нашел. Через полчаса, весь в паутине, и в земле, я вылез из подвала, очень огорченный своей пропажей. Наверное, он и сейчас там лежит, в полном одиночестве, потерянный для всех навсегда. Очень печально.

Однофамилец

У меня все шло по плану, как мне и надо было. Неожиданные поступки и случайные события в моей жизни мне уже не стали нравиться – сейчас я старался все обдумать, просчитать, а лишь потом действовать. Так было для меня нормально и естественно. В конце октября я начал писать рассказы, потом, когда их накопилось достаточно много, они нашли себе место в интернете – в виде электронных книг. Прошел месяц, как я поместил там первую электронную книжку, – с одним рассказом. Но за этот прошедший месяц я проделал целую кучу работы – написал много рассказов, и опубликовал их на разных издательских платформах. Сначала я публиковал по одному, по два рассказа, но потом стал объединять их в сборники, страниц по двести, чтобы из них можно было напечатать книжку в бумажном формате.

Их, этих сборников было уже около двадцати, – некоторые я сам любил почитать, так как на экране смартфона они казались другими, – не моими произведениями, а другого, не знакомого мне писателя, который писал так, как мне нравилось, а озвученные версии я любил слушать перед сном. В читалке eReader Prestigio я выбрал чтеца с нормальным голосом, и слушал свои рассказы перед сном, отмечая неудачные фразы, которые можно потом исправить.

Когда я все свои рассказы разместил по разным платформам, мне можно было начинать следующий этап – отправлять рукописи в книжные издательства, которые могли их напечатать, за свой счет, и заплатить мне гонорар. Рассказы и сборники, которые были в электронном формате, смотрели некоторые читатели, но покупать не спешили,– это можно было предвидеть, и я к этому относился спокойно.

Дня три назад я отослал в несколько крупных издательства свои три сборника рассказов, и успокоился, – на время: мне надо было подождать несколько месяцев до ответа из редакции. А пока я ждал ответа, продолжая писать новые рассказы. А мой ангел хранитель выкинул очередной фортель: у меня оказался тезка, который жил, по-моему, где-то в Сибири, и тоже писал повести и романы. Жанр их был фантастика, с элементами мистики и триллера.

Я пишу в основном прозу, но несколько десятков фантастические рассказов написал – мне было интересно писать о вещах и событиях, о которых нормальному человеку можно только мечтать: о чудесах, инопланетянах и тому подобном. Это было мне интересно, – сочинять такие для взрослых – сказки, сбывшие детские мечты, – в классической фантастической манере.

Этот факт, что чужие фантастические произведения находятся в интернете под моей фамилией, выглядело неожиданно и странно для меня, и я пока еще не определился, как к этому относиться. На одной сайте наши книги были вместе, и если не знать, что это мой однофамилец, то все его произведения относились ко мне. А он попал в такую же ситуацию, ведь на обложке книги нет отчества, просто имя и фамилия, и мои фантастические рассказы можно было приписать ему.

Когда я захотел посмотреть, как чувствуют себя в интернете мои рассказы, то напечатал в поисковой строке свою фамилию и имя. Появилось масса сайтов с фантастикой, и везде была моя фамилия, но в некоторых были не мои рассказы, а произведения моего тезки.

Чудеса, да и только.

Я ехал домой в автобусе. На моих коленях была кожаная сумка с книгами, которые я решил увести из квартиры в свой загородный дом. На одной остановке в автобус зашла моя двоюродная сестра, Людмила, дом которой был по соседству. Когда я с ней поздоровался, она пересела ко мне поближе, и мы устроили переговоры на злободневные темы – погода, пенсия и так далее.

Я убрал свой уже не нужный мне смартфон в сумку, и она заметила там книги. Спросила у меня, «что читаешь?», а я в ответ сказал, что в основном пишу, и уже написал несколько книг. Она попросила дать книжку – почитать. Но все мои книги были электронными, и я сказал, что если она хочет, то пусть наберет в поисковой строке браузера слово книги и мою фамилию. Достал свой смартфон, и показал несколько своих книг на одном сайте. Она сказала, хорошо.

Представляю, как она будет читать вместо моих рассказов романы и повести моего однофамильца…

Вот такая почти фантастическая история, с моими фантастическими рассказами. «Удивительно, но факт», как сказал наш президент.

Наглый голубь

После того, как я ушел из геологоразведочной экспедиции, в которой проработал много лет геологом, мне надо было еще проработать несколько лет до пенсии. Не мудрствуя лукаво, я сходил в службу занятости и встал на учет, как безработный. Мне дали два направления, одно в геологическую организацию, а второе в кадастровую палату. Геологом я быть уже не хотел – слишком много времени в жизни я провел в палатках, и кроме того, моя старая мама жила одна в частном доме, и ей надо было помогать. Так что, когда я узнал в геологической организации, что работа была связана с командировками, я направился в кадастровую палату.

Чем она занималась, я не знал, но устроиться инженером был готов, хоть черту в зубы. В отделе кадров посмотрели мои документы и направили в один из отделов, которому были нужны работники. Начальник отдела, молодая, стройная и симпатичная женщина рассказала мне, чем занимается этот отдел, и дала свое согласие. Через день я сидел в отделе за письменным столом, за компьютером и глядел в монитор на многочисленные документы, с которыми мне надо было работать.

Я сидел спиной к выходу, а передо мной было окно, в котором была видна красивая панорама города, а на подоконнике прыгали голодные воробьи. Мне стало жалко этих серых, вечно голодных разбойников, и через несколько дней я сделал на подоконнике кормушку. Насыпал туда крошек и когда работал, поглядывал на обедающих воробьев. Через несколько дней к воробьям присоединился голубь. Он с трудом уместился на узком подоконнике, а потом прогнал воробьев и начал клевать хлебные крошки с такой скоростью, что скоро от них ничего не осталось.

Потом, съев все в кормушке, он стал заглядывать в окно, словно хотел мне сказать, что пища в кормушке закончилась, а я как был голодным, так и остался,– мол, насыпьте мне еще хлеба, да побольше. Я смотрел на это большого, наглого и голодного голубя и хотел сказать ему, что ему тут не место, а кормушку сделал для воробьев и синиц. А тебе надо искать крошки и крупу на тротуарах и площадях, где много сердобольных старушек, которые подкармливают стаи тебе подобных, наглых, вечно голодных птиц. Но он притворился старым, голодным и больным, чтобы выпросить у меня хлебных крошек.

Я ему не поверил – слишком много я повидал таких птиц, а некоторых я съел, когда жил в деревне, недалеко от зернохранилища. Там было так много голубей, что мой водитель не вытерпел, поймал некоторых, особенно упитанных, ощипал и сварил. Сейчас я и не помню, вкусные они были, эти голуби, но костей в них было много, и мы больше их не ели.

Голубь сидел около пустой кормушки до самого конца рабочего дня. Я ушел вместе со всеми домой, а когда на следующий день пришел, то первым делом открыл окно и переделал кормушку, чтобы крошки клевали только воробьи и синицы, а таким огромным птицам, как голуби, не было никакой возможности добраться до крошек.

Ночная темнота на улице закончилась, настало серое зимнее утро, и на завтрак к кормушке стали слетаться воробьи и синицы. Они весело клевали семечки, крупу и хлебные крошки, которые насыпали сотрудники нашего отдела, а тем, кому не хватило места, ждали своей очереди на ветке, которую я повесил над кормушкой.

Привлеченный запахом семечек и толпой оживленных воробьев, прилетел вчерашний наглый голубь. Он тоже был голодным, как и воробьи, но позавтракать ему не удалось: он даже не мог подойти к кормушке, не говоря о том, чтобы поклевать находивший там корм. Голубь ходил по узкому подоконнику, смотрел на пиршество, истекал слюной и завидовал веселым воробьям.

Потом он угнездился на краю подоконника и просидел там часа три, пока кормушка не опустела. Утренний завтрак закончился, воробьи разлетелись по своим делам, и он тоже слетел с подоконника: улетел искать, где ему можно поесть – на тротуарах, где старушки иногда бросали крошки хлебы, сыпали крупу для многочисленных и вечно голодных наглых городских голубей.

Настало время моего обеда. Я достал из холодильника банку с супом, оделся и отправился на улицу. Сидеть целый день перед монитором компьютера я еще не привык, потому что у меня всегда раньше была более активная работа – я ходил в геологические маршруты по тайге и горам Полярного Урала с радиометром в руках, и рюкзаком за плечами – искал урановое месторождение. Мне удавалось посидеть только вечером в своей палатке, когда я разбирался с записями в своей полевой книжке и строил планы на следующий день для себя и всех своих подчиненных, – геофизиков, геологов и рабочих.

Я отправился на обеденную прогулку в парк. Среди многочисленных прохожих летали и ходили голуби. Их было много и они не обращали на людей никакого внимания, – забыли, кто в городе настоящие хозяева. Один особенно наглый голубь шагал по тротуару передо мной, нисколько не обращая на меня внимания. Мне пришлось сбавить скорость, чтобы не наступить на него. Обед мой был короткий – всего сорок восемь минут. Чтобы погулять, размять свои ноги и успеть пообедать, мне надо было спешить.

Я сделал шаг побольше, и пнул этого наглого голубя. Он закричал от неожиданности и полетел от меня подальше. Мне показалось, что это был тот самый голубь, который сидел голодный и злой на подоконнике.

Душа дома

Старый небольшой барак на четыре семьи, в котором я прожил с молодой женой почти три года, остался в моей прошлой жизни. В течение этих лет я постоянно что-то там чинил, ремонтировал и устраивал. Мне и в голову не приходило, что это не мое жилище, но я, как всегда ошибался. Нет, не в этом старом бараке, а в женщинах. Моя подруга, с которой я прожил все эти несколько лет, пришла к мысли, что я отнюдь не успешный мужчина, и когда я привел квартиру и приусадебный участок в порядок, решила со мной расстаться.

Мне было обидно слушать от нее слова, что это мой дом, моя квартира, и я предложил ей самой подать на развод, чтобы потом начать свою жизнь с чистого листа и найти более достойного ее мужчину. Кто это будет, я понятия не имел, а так я делал все, что требовалось в семье от мужчины – иногда приносил деньги, ремонтировал и чинил то, что сломалось и попадалось мне на глаза, боролся с сорняками на даче и на усадебном участке. Может, я слишком много времени и сил отдавал этому своему жилищу? Но мне надо было сейчас освободить его для другого мужчины, который обладал другими качествами и достоинствами, которых я не имел.

Подруга подала на развод сама, и вскоре я съехал с этого уже не моего дома – к своим родителям. Они уже были на пенсии, но здоровые, полные сил, и я перестал заниматься домашним хозяйством в своей жизни, – судьба дала мне краткосрочный отпуск от этой деятельности, и время, чтобы я привел свое здоровье в порядок. Я, конечно, помогал отцу, когда это было необходимо, но сам никуда не лез, потому что это был не мой, а родительский дом.

Следующие годы моей жизни текли медленно, но неумолимо. Отец умер, а мама сломала себе шейку бедра, и это перевернуло ее и мою жизнь. Хозяйничали теперь в родительском доме мы с братом, а мама только наблюдала за нами и отдыхала. Мне приходилось изображать из себя хозяина дома больше, чем мой брат, потому что я постоянно в нем жил – мне просто некуда было податься, а у брата была своя квартира и семья. Он приезжал по выходным, помогал мне, но от работы в огороде отказался сразу, и эта обязанность следить за яблонями, кустами смородины и сорняками перешла ко мне автоматически навсегда.

Дом, который построили мой дед и отец, почти не требовал в это время ни ремонта, ни особой заботы. Он словно чувствовал, что нам с братом надо было время на свою жизнь, работу и отдых. Брат после своей работы любил сходить на рыбалку, а я любил просто побродить по лесу, или съездить в небольшое путешествие, – отдохнуть от огорода и деревенского образа жизни. Я уезжал, и всегда говорил этому, все понимающему старому дому «до свидания», а когда приезжал, говорил ему «привет».

У меня уже была своя квартира, и я проводил там больше времени – ездил оттуда на работу, отдыхал по вечерам, но все выходные всегда проводил в родительском доме, а летом старался бывать там почаще. И дом и мама старели, и требовали от нас с братом большего внимания. Мы с ним ухаживали за домом и за мамой постоянно. Когда приходил в гости мой брат, он всегда здоровался с мамой и домом, а уходя, говорил им «пока-пока». У меня была привычка говорить громко «привет», когда я приходил, а когда уходил, говорил им «я пошел».

И дом и мама понимали, что остаются без нас ненадолго, и не обижались на нас, – у нас была своя жизнь, и мы должны были заниматься прежде всего собой, своими делами и своими квартирами.

Мама прожила долгую жизнь, но однажды ушла – навсегда, а в этом доме кто-то обязательно жить, иначе он бы тоже заболел и умер, как это случается с брошенными деревенскими домами. Я уже не работал, и переехал в родительский дом навсегда. В нем было хорошо дышать, тихо и спокойно, не то, что в моей квартире, где был очень сухой воздух, иногда доносился шум от дрели, ссорились соседи или лаяла собака.

Сейчас я ездил в свою квартиру только отдохнуть от деревенской жизни, которой я жил в родительском, а сейчас моем доме. Она была очень насыщенной, особенно весной, летом и осенью. Зимой можно было отдохнуть от домашних дел, от ремонта и огорода, но одиночество ощущалось сильнее, и я, когда приезжал в свою квартиру, смотрел на человеческие муравейники напротив моего дома и понимал, что здесь невозможно чувствовать себя одиноким – слишком много жило здесь народа.

Потом я ехал в частный дом, открывал дверь, говорил дому «привет», здоровался с домовым, который, наверное, жил где-то здесь, может быть за русской печкой на первом этаже, а может в подвале. Я спускался на первый этаж, благодарил за службу газовый котел, который меня грел зимой и шел проверять огород, кормить воробьев, синиц и смотрел, все ли там в порядке.

Деревенская спокойная и размеренная жизнь продолжалась, как и положено.

Воробей – несун

Рабочие дни шли один за другим. Устав сидеть перед компьютером на работе, я дожидался обеда и шел погулять на улицу. Обед я готовил по вечерам дома: варил суп с мясом, наливал его в банку и нес его на работу. Второго блюда у меня не было,– я привык, что на обед у меня только суп, а если я ел еще котлету с гарниром, то потом просто засыпал. На третье у меня был компот, который варил дома и нес его на работу в армейской фляжке, которую привез из армии несколько десятков лет назад. К компоту я покупал пряники, и этого обеда мне хватало вполне.

Обед у меня проходил в разных местах – в скверах, на лужайках или просто на скамейке перед любым домом, до которого я добирался в ходе моей обеденной прогулки. Как только я устраивался и доставал свой обед, тут же появлялись нахлебники – воробьи. Они любили поесть, и я им иногда кидал крошки и кусочки пряников. Однажды я не мог съесть все пряники, потому что взял их много, и решил узнать, сможет ли обычный воробей унести в клюве пряник, или только его часть. Обычно, когда я кидал крошку хлеба, воробей хватал ее и летел подальше от своих конкурентов, чтобы в одиночку съесть свою добычу.

Я отломил от пряника кусочек и кинул его в стаю воробьев. Самый нахальный воробей схватил его и улетел. За вторым кусочком пряника, который был больше, чем первый, погнался не менее голодный серый разбойник, схватив его на лету, и тоже улетел на обед. Мне стало интересно, утащит ли воробей большой кусок пряника. Отломил половину пряника, размером почти с половину воробья, и бросил на землю.

К нему сразу бросился командир этой воробьиной стаи, схватил его своим клювом и с трудом взлетел. Он летел в нескольких сантиметрах от земли, а за ним летела его свита – хотела отобрать и поделить на всех этот большой кусок пряника. Но командир с большим куском пряника в своем клюве постепенно набрал высоту и долетел до большого куста. Там, среди многочисленных переплетенных веток, подальше от своих подчиненных, он и приземлился, а потом принялся за свой вкусный обед. Воробьиная стая не решилась лезть в эти заросли и отправилась назад, надеясь, что я брошу им еще крошек хлеба, или пряник.

Но я уже все съел – и хлеб, и пряники, поэтому мне было нечего им дать. Воробьи потолкались на площадке, куда я бросал крошки хлеба, ничего не нашли, посовещались и полетели дальше – искать, где можно поесть. А я отправился на работу – обеденный перерыв подходил к концу.

Агаты

Началась весна, снег растаял, и все студенты потянулись в походы. Просто так, чтобы залезть на какую-то гору, или прогуляться по незнакомым местам, я стараюсь не путешествовать. Но в случае, когда идет о походе за камнями, я всегда «за».

Нас собралось человека четыре, и мы отправились за агатами. Я обычно ездил за хрусталем, бериллом, но агатовых мест не посещал раньше никогда. Чтобы наслаждаться агатом, надо было сначала его найти, а потом еще распилить, и отполировать. Это не кристалл, с который ничего не надо делать. Нашел кристалл, или щетку, помыл в воде и поставил на полку, чтобы любоваться гранями.

После обеда наша компания высадилась в селе на берегу реки Синара. Перешли по подвесному мосту на противоположный берег, немного прошли по березовому лесу и подошли к участку, который весь был покрыт шурфами, канавами. Видно было, что тут происходили большие поиски и раскопки. Их проводили любители агатов. Агатоносный слой находился на глубине около трех или четырех метров. Он был небольшой – мощностью до полуметра. Тут миллионы лет назад изливалась лава, пузырьки в которой заполнялись разными по составу гидротермальными растворами. Потом базальт стал выветриваться, а пузырьки, заполненные кремнеземом, стали накапливаться на поверхности еще невыветрелого базальта, образуя россыпь. Любители камня добирались до него шурфом, а потом закладывали штрек, или копались в шурфе на дне.

Повсюду в глине валялись обломки яшмы и агатов. Мы не стали копать шурф, а разбрелись по отвалам, в надежде найти агат, или красивую яшму, которые оставили, любители, которые выкопали все эти шурфы.

Стемнело и становилось холодно. Мы разожгли огромный костер, сварили ужин. Часа через три, когда прогорели все березовые дрова, убрали угли и на место костра поставили палатку, забрались в нее всей толпой. Там оказалось тепло, и мы проспали до самого утра. Утром поели, часа два проходили по отвалам, и пошли на автобус. Мне попалось совсем немного агатов. И у меня не было алмазного круга, чтобы их распилить и посмотреть, какие они внутри. Это я поделал позже, когда поехали снова на это место с парнями из нашей институтской группы.

Нас собралось человек десять. Набрали вина, приехали на тоже самое место и начали поиски. Трудились до самого вечера. Обошли все отвалы и разворошили глину около них. Вечером разожгли костер, и начали пить вино, которое взяли с собою.

Утром мы Николаем, студентом из моей группы, создали товарищество по добыче агатов, и отправились на окраину этого агатового проявления. Там был узкий и глубокий лог, по которому протекал маленький ручеек. Я размышлял утром, как бы безо всякого труда найти большое количество агатов и пришел к выводу, что на дне этого лога, в ручье должны быть агаты, ведь он был глубокий – до шести метров, и был обязан размыть агатовый слой.

Так и оказалось. Мы с Николаем начали добычу агатов у самой реки, в которую впадал ручей. И продвигались вверх, складывая все найденные агаты сначала в карманы, а потом, когда карманы не могли вместить нашу добычу, достали мешки и стали их складывать туда. Трудились в этом логу часа до самого обеда. У каждого добыча занимала весь мешок, и весила около пяти килограммов. В ручье агаты было видно хорошо – вода их отмыла, и превратила разноцветные полосы агатов в полоски, которые было видно даже без распиловки.

Вот что может сделать нежелание копать глину в шурфах. Приходиться шевелить мозгами, чтобы найти хороший агат, не утруждая себя тяжелым физическим трудом.

Я привез домой десятка три хороших и крупных агатов, и летом я их все распилил, так как у меня уже был алмазный круг. Шлифовать и полировать я не стал. Не было у меня таких станков. Часть их я дарил, а часть осталась у меня. Но разрезанные тогда агаты я то и дело встречаю сейчас в ящиках мастерской.

***

Но история с агатами на этом появлении не закончилась. После окончания учебы в институте, уже работая в геофизической партии геологом и начальником отряда, я побывал снова в этих уже знакомых местах.

В мае и в начале июня наш отряд работал в Челябинской области. Наши самолеты летали на одном участке с геофизической аппаратурой на борту, и я приехал в Магнитогорск, к главному геологу, чтобы получить у него дополнительный объём работ. Неожиданно выяснилось, что надо ехать к реке Синаре, чтобы там проверить ряд аномалий.

Мы собрали лагерь, и отправились в дорогу. Доехали до будущего лагеря, на берегу реки, около этого проявления агатов. Пока рабочие трудились на установке палаток, я с геофизиком пошел посмотреть на знакомые места. Они были там, в полной сохранности. И шурфы, и ямы, и даже знакомый лог – все они были на месте. Я встретил там целый класс из какой-то школы – их было человек двадцать, представился, потом стал пытать вожатого этого отряда, кто ему разрешил тут лазить, на нашей площади. До смерти запугав это парня, я потом разрешил ему со своими пионерами дальше искать агаты и поинтересовался, что они нашли.

Нашли они немного, и я отстал от этих пионеров с вожатым во главе. Дальше мы стали работать на аномалиях, но каждый вечер все рабочие ходили искать агаты. Мне повезло найти огромный агат – он был около пятнадцати сантиметров в поперечнике – заметил его в одном шурфе и выковырял из глины.

Когда мы закончили поверку всех аномалий в этом районе – это случилось через месяц, то вся моя палатка была обложена агатами. Их было там около тысячи. В нашу машину они все не вошли, пришлось большую часть их оставить на берегу реки, где был разбит наш палаточный городок. И мне пришлось долго выбирать из них самые большие и красивые, чтобы увезти домой.

Вскоре мы приехали в Екатеринбург. Полевой сезон закончился, и все привезли в качестве сувениров агаты, даже водитель захватил с собою несколько штук. Когда после отгулов я вышел на работу, то подарил главному геологу и начальнику срезы с агатов, которые я привез. И они были очень довольны.

В будущем я еще наведаюсь в эти места. Пороюсь в этом ручье, похожу по отвалам и загляну на другой берег реки, где на одной из аномалий я встретил кору выветривания базальтов, в которых была масса агатов. Их можно собирать там вёдрами, но они были мелкими – до двух сантиметров в поперечнике.

Аметист

Работа была интересной – мы ездили по району, который в прошлом славился своими месторождениями самоцветов, и я смотрел на проплывающие мимо пейзажи с березовыми колками и старыми ямами, в которых ждали аметисты, горный хрусталь, или аквамарины.

Одна гамма аномалия оказалась рядом с затопленным старым карьером, в отвалах которого было много пегматита. Значит, находка этих камней для моей коллекции зависела только от моей удачи.

Когда закончил ходить с радиометром по всему лесу и нашел эпицентр аномалии, геофизик принес спектрометр и стал мерять концентрации урана, тория и калия, а я отправился к этому старому карьеру. У воды стоял наш уазик, водитель достал удочку и пытался поймать рыбу. У него, как обычно, не клевало, и он печально смотрел на неподвижный поплавок. Мне пришлось ему напомнить, что по обоюдному нашему уговору он был обязан выкопать шурф. За это получал добавку к своей зарплате. Он сменил удочку на лопату и покорно отправился за мной копать яму. Убедившись, что все подчиненные заняты делом, вернулся к карьеру и на отвалах его развернул поиски минералов. Но мне не везло в этот день. Ни одной, заслуживающей внимания находки. В конце концов, мне надоели безрезультатные поиски, и я вспомнил о работе. Шурф уже был выкопан, и геофизик заканчивал контрольные измерения на своем профиле.

С радиометром я спустился в шурф, померял гамма активность на забое. Она была не очень высокая. Ураном, во всяком случае, тут и не пахло. Оставалась слабая надежда, что в пробах обнаружиться геохимическая аномалия на какой-либо полезный химический элемент. На описание шурфа, замер стенок радиометром и отбор проб у меня ушло немного времени. Потом на аэрофотоснимке сделал прокол, и с обратной стороны нарисовал значок шурфа. Моя работа на этом была почти закончена. Оставалось вечером вычертить изолинии гамма поля и заполнить паспорт этой аномалии. Мы вместе закидали шурф землей, на березе около него я сделал затес и на нем написал карандашом номер аномалии и год.

Можно было ехать домой. Перед отъездом решил проверить, вернулась ко мне удача, и вылез из уазика. Водитель, поспешил узнать, что за остановка. Я ему объяснил, что ищу. Когда он понял, то сказал, что перед самой рыбалкой он выкинул с места, на которое хотел сесть, какую-то пирамидку синего цвета, с гранями. Это был аметист, который я не мог найти. Пришлось ему объяснить, что он выкинул камень, который потом можно было продать за сумму, которую он получал за два, как минимум, месяца работы.

Начались поиски этого аметиста. Водитель лишь приблизительно помнил направление, в котором его выкинул. Втроем за каких-то полчаса мы обыскали все отвалы в этом направлении, но обиженная Серегой фортуна так и не повернулась к нам лицом. Поехали домой, и всю дорогу водитель слушал мои упреки и нравоучения. Наконец, ему надоело, и он пообещал мне, что больше не будет. И лишь тогда я замолчал. Мне было очень жаль аметиста.

Ангел – хранитель

Наверное, у всех есть ангел – хранитель, только не все замечают его присутствие и способность его влияния на повседневную жизнь.

Но я точно знаю, что у меня он есть, и его поступки меня радуют, иногда удивляют, и доводят до смеха. Он иногда шутит. Но это такие добрые и забавные шутки. Как говорится, хоть стой, хоть падай.

Электронные игрушки

Когда я купил себе квартиру в только что построенной многоэтажке, то свою аудиосистему перевез туда – это были еще советского производства колонки высшего класса, проигрыватель винила первого класса, усилитель тоже высшего класса, и магнитофонная приставка. Все было притерто друг к другу, и я слушал как виниловые пластинки, так и магнитофонные записи в отличном качестве. В частном отцовском доме остались лишь радиоприемники Океан и ВЭФ, да колонки от старых проигрывателей винила.

Я пользовался в квартире в основном лишь усилителем и проигрывателем виниловых пластинок – их у меня их около пятисот, и подавляющая часть это рок и классическая музыка. Орган и клавесин составляет примерно половину моей скромной коллекции. Слушал музыку, когда вязал себе очередной джемпер – по вечерам. А для квартиры моя аудиосистема была очень мощной, и я не мог позволить себе включить ее на максимум – меня бы соседи съели бы через день.

Когда через три-четыре года все соседи закончили устраиваться в новых квартирах, и не надо было делать встречный шум, чтобы заглушить звуки от работающих у соседей перфораторов, или дрелей, то я все реже и реже стал включать свою аудиосистему. Надо было просто активную колонку, чтобы туда подключить смартфон или радио.

Все что включается в розетку, кроме холодильника, стиральной машины, электрочайника и микроволновки для меня относится к категории электронных игрушек. Туда попадает и проигрыватель, усилитель, и телевизор и DVD плеер.

Игрушки я никогда для себя не покупаю. Их дарит мне мой ангел-хранитель.

Как-то раз выношу мусор и вижу, что рядом с баками стоит колонка от аудиосистемы. Я, естественно, весь внимание. Когда поднял ее, то оказалось, что их две. Понес домой. Поставил, включил в сеть, ничего не происходит. Кто его знает, может, сгорел трансформатор, или какая – либо электронная цепь, или сдохли динамики. Ну, возиться и выяснять в чем была причина, было некогда. Так и стояли они несколько месяцев, как декоративное украшение на подоконнике.

В течение этого времени ангел – хранитель не спал, и до него дошло, что колонки трудно починить, или они ремонту просто не подлежат. И подкинул мне еще колонку, тоже активную. На то же самое место. Я на кухне ее включил, и она оказалась живая. Просто подпаял сетевой шнур в одном месте за пять минут, и сразу подключил к ней свой смартфон. Все работало. Ее я поставил на тумбочку рядом с кроватью и теперь учил английские слова через колонку. Хоть сам смартфон довольно громко звучит, но рабочие частоты у него беднее, чем у этой активной колонки. Слушать стало гораздо приятней. Потом я поразмышлял, и пришел к выводу, что ангел-хранитель смотрел на мои действия с первыми колонками, и решил подарить вторую аудиосистему, так как первую я не стал даже чинить. Мне стало смешно.

Первый его подарок я все-таки сделал:– когда устал смотреть, как нерабочая электронная игрушка занимает пространство на подоконнике. Дело оказалось в неработающем резисторе, и один из больших динамиков не работал. Так как он был так хорошо помещен в корпус, я не стал его доставать. Пусть там и сидит, а сигнал подал на вторую колонку. Теперь стало две пищалки и один бас. Я аккуратно связал эти колонки скотчем и отвез в родительский дом.

Там они и живут, в комнате для гостей. И эксплуатирую их я постоянно. Начиная с мая по октябрь, включаю их на целый день. К ним я подключил колонку и повесил ее в теплице. Стало очень хорошо и весело работать в огороде под музыку. У меня есть маленькие магнитофонный плеер, и плеер, который крутит диски. Оба мне достались мне абсолютно бесплатно. Правда последний может читать только простые CD диски, а формат МП-3 не умеет. Это неудобно. Так что пришлось подключить еще DVD плеер, который тоже достался мне даром давно, и теперь все почти в порядке.

Одно меня смущало – а если я хочу посмотреть вечером фильм на диске? Таскать туда-сюда этот аппарат надоест. Тогда мой ангел хранитель подарил мне еще один DVD плеер. Как-то раз я вынес мусор на улицу – у нас машина ездит и забирает его по три дня в неделю и вижу, что соседи среди мусора выкидывают DVD плеер. Ну, конечно, я забрал этот аппарат, сейчас же включил и удостоверился, что с ним все в порядке. Он был китайского производства фирмы BBК, и у меня в квартире был пульт от похожего аппарата. Я его принес и стал прямо на аппарате писать, какая кнопка за что отвечает. Когда я все узнал, то все было готово к тому, чтобы смотреть фильм на диске. Это лучше, чем очередную рекламу пережидать, когда один из телевизионных каналов передает хороший зарубежный боевик.

Мне нравиться, что все работает и не надо ничего с игрушками ничего делать. Просто знаю, что иногда требуется время, чтобы соединенные в одно целое электронные игрушки привыкли друг к другу. Это я уже проходил. А здесь все было прекрасно. Они сразу же сдружились.

Когда я пишу эти строки, и между делом думаю, стоит с ними обращаться в книжное издательство, или в начале ограничиваться тем, чтобы отпечатать их самому, то вспомнил, что у меня есть принтер, на котором это можно сделать – в домашних условиях, и совершенно бесплатно.

Еще летом соседи, которые поселились напротив меня, решили выкинуть матричный принтер. Ангел – хранитель мне шепнул, что мне надо выйти на улицу. Я вышел, там и обнаружил этот принтер.

Он был в рабочем состоянии, я его включил, и он заработал. К нему были нужны драйверы и кабель для подключения к компьютеру. Драйверы потом я скачал с интернета, а кабель для компьютера нашел в интернет – магазине. Но не стал покупать – он стоил около двух тысяч рублей, это дорого.

Сейчас, когда я решил отпечатать текст моих рассказов, настало время для покупки этого шнура. В квартире сохранилась пачка бумаги формата А-5 , которая мне досталась года три совершенно бесплатно, и пять пачек бумаги А-4. На ней я буду заниматься издательством своей книги ограниченным тиражом. Пока не разберусь, стоит ли печатать мой литературный шедевр в издательстве, или нет.

Светодиоды

Основное место жительство у меня сейчас, на пенсии, это частный родительский дом на окраине Екатеринбурга. Тут лес в двухстах метрах, до пруда тридцать минут ходьбы, рядом магазин, в котором можно купить соль, сахар и хлеб. В доме два этажа. Чтобы не зажигать много ламп, особенно по вечерам, когда вдруг находит жажда деятельности и приходиться бегать из комнаты в комнату, с этажа на этаж, то за одним то за другим, я решил установить такие маленькие светильники. Чтобы можно было без труда найти выключатели для верхнего света, ходить из кухни в спальню, из гостиной в кабинет с их помощью, или, не включая света спуститься на первый этаж.

У меня были разноцветные трехвольтовые светодиоды. И поэкспериментировав с ними, понял, что мне надо светодиоды белого цвета. Заехал в один магазин и купил таких двадцать штук. Так как я не собирался тратиться на покупку батареек, то начал искать батарейки, бывшие в употреблении. Нашел их в этом же магазине электроники. Там около кассы стояла такая коробка, в которую законопослушные граждане складывали старые аккумуляторы и батарейки. Работники магазина раньше их отвозили в места приема. Я их избавил от этой работы и стал забирать себе батарейки. Как правило, в них оставался ток, который мне и был нужен. Чтобы зажечь светодиод надо было две использованных полутора вольтовых батарейки. А чтобы увеличить емкость, и яркость горения светодиода я спаивал несколько и получался такой блок питания для светодиодной лампы. Один из светильников у меня работает от такого блока уже год. Читать книгу при таком освещении конечно трудно. Но мне это и не надо было.

Когда занимаешься такой работой, как сборка блока питания из старых батареек, нужны провода. У меня их не было. Поэтому я пораскинул мозгами и понадеялся на то, что мне повезет, и найду какой-нибудь электронный блок, выдеру из него провода. Но в действительности получилось все иначе, и даже лучше, чем я ожидал.

В районе, где находиться моя квартира, я обнаружил в кустах около трамвайной остановки большую сумку. Такие использовали когда-то челноки. Она была битком набита проводами, кабелями и переходниками. Когда проходил мимо нее, то просто пнул ее, и чуть не сломал себе ногу. Такая она была тяжелая. Я заглянул в нее, и сразу понял, что это подарок от моего ангела хранителя. Притащил эту сумку в квартиру и стал разбираться, что в ней.

Там оказались провода, с сечением, которое мне и надо было, целый ворох всяких адаптеров, куча всяких кабелей и переходников. Я понял, что обеспечен этими адаптерами, переходниками до самой смерти. Вес этого богатства был под сорок килограммов. Больше мне не надо было заботиться о такой ерунде, как переходники, адаптеры и провода.

За три – четыре месяца я сделал около семи светильников на светодиодах. Разных по форме и размеру. Не стал даже думать, куда и какой поместить. Они потом сами разобрались, где им лучше находиться. Сейчас, по ночам они мне светят, куда я не пойду. Один стоит на тумбочке для обуви у входа, другой в гостиной на столе, а один, самый удачный – на столе в спальне.

После того, как они разобрались, где им стоять, я начал думать о перепроизводстве светильников, ангел хранитель подарил мне еще два готовых. Первый работал от четырех пальчиковых батареек и когда я с ним закончил (там пришлось перепаивать клеммы), он стал висеть над моим креслом в гостиной – чтобы можно было пользоваться в полной темноте пультом от телевизора. Второй оказался довольно мощной лампой. В нем было порядка пятидесяти светодиодов. Причем разных. Сначала не знал, от чего он работает. Но на проводе от него был штекер USB и я безо всякого раздумья подключил его к компьютеру.

Светильник был в форме кольца. И когда это кольцо зажглось, я зажмурился. Он светил так ярко, как маленькое солнце. На его кабеле был маленький пульт. Когда я с ним разобрался, оказалось, что можно было управлять типом свечения – холодный, теплый и нейтральный свет, и можно было управлять яркостью. Его я повесил над своей кроватью. Для чтения в постели, в основном, зимой. На прикроватную тумбочку поставил для него модем Ростелекома. Этот модем работал от сети, и в нем было несколько USB выходов.

Все получилось как нельзя лучше. Я пробовал недели две назад над кроватью повесить обычный ночник, который до этого висел над термометром, который показывал, какая температура воды в отоплении, но было неудобно. Сейчас ночник вернулся на свое место, а его место занял подарок ангела – хранителя. Я не нарадуюсь – можно при этом свете читать, а если уменьшить яркость, то можно спать, как при обычном ночнике. Держатель от этого светильника пригодился для изготовления держателя для смартфона. Его я приклеил к стеклянной банке из-под красной икры, и насыпал туда для веса мелких винтов.

На этом история и не думала заканчиваться. Я из любопытства обошел то место, где нашел сумку с проводами и нашел еще два подарка от своего ангела – в двух коробках оказались видеокамеры наружного наблюдения, их было примерно пятьдесят штук, а еще в двух картонных коробках обнаружились видеорегистраторы для автомобилей. Я понял, что мне предстоит провести увлекательную зиму.

Телефоны и смартфоны

Никогда не покупал мобильные телефоны, начиная с их появлением в России, примерно в 90-е годы.

Смартфон я купил после этих мобильных трубок. Долго искал, прежде чем купил то, что мне было надо. В это время я активно путешествовал по западной части России, и в Удмуртии нашел то, что искал. Отличная вещь, до сих пор мне служит верой и правдой, несмотря на то, что я поставил в него карту памяти на шестьдесят гигабайт. Хотя максимум на что он рассчитан по паспорту это тридцать два гигабайт. От такой моей наглости он начал капризничать, но я был непреклонен, и он смирился.

Я как раз стал интенсивно учить иностранные языки, и у меня был бесплатный доступ к обучающим материалам иностранного отдела публичной библиотеки Белинского. Этим грех было не воспользоваться, и я копировал все, что считал нужным – обучающие программы, диски, книги – все, что меня интересовало. Это было интересно и нужно. Сейчас это мне бы не удалось. Но тогда я знал, что к этим материалам вернусь позже, а пока накачивал ими свой смартфон. Сейчас уже более сорок гигабайт на карте памяти уже занято и я активно пользуюсь тем, что раньше скачивал. И смартфон забыл свои обиды.

Правда, он помнит место, где я его когда-то купил, и у него пропадает интернет, когда приезжаю в этот город. Раза два я обращался в салон, где он был куплен и мне там его приводили в чувство. Потом к этому привык и перестал обращать на это внимание. Ну, смартфон так отмечает свой приезд в родной салон связи. Я его понимаю.

Первый мобильный телефон Сименс мне отдал отец. Он нашел его в какой-то канаве рядом с домом. Мне он здорово облегчил жизнь. Но время идет, появляются новые аппараты, лучше и удобнее. А у него, этого Сименса, наверное, имелась душа. Как-то мне рассказывали, что он звонил сам – какой-то даме… Я как раз ехал на работу в электричке – это я потом установил по времени, когда он звонил.

Прошло несколько лет, и у меня уже было три таких аппарата фирмы Сименс, которые находил в самых разных местах, но мне хотелось более современного мобильника. Я буквально заклинился на новом аппарате, и настала неделя, в течение которой только и думал об этом. Любой нормальный человек пошел в ближайший салон связи и купил новый телефон. Но, по-видимому, я ненормальный, потому-что желал обзавестись новой электронной игрушкой бесплатно. В это я верил на сто процентов.

Иду по старой лесной дорожке, размышляю о том, о сем, и вижу на краю огромной лужи телефон, о котором я мечтал. Дома аккуратно его почистил, высушил, и вот, у меня появился такой телефон, какой мне и был нужен. Зарядное устройство к нему я купил, конечно.

Когда же началась эпоха коммуникаторов и потом смартфонов, мой ангел-хранитель прямо рядом со мною положил этот аппарат. Пока я не мог прийти в себя от такой неслыханной щедрости, прошло минут пять, и вернулась девушка, которая забыла этот смартфон. А я к нему даже еще не прикоснулся. Так что подарок не состоялся. Если бы был более расторопней, то сумел бы за считанные секунды вытащить из смартфона аккумулятор, чтобы он не позван на помощь свою хозяйку. Но меня так поразил сам факт появления ничьего смартфона буквально в моем кармане, что я сидел и думал о обо всем сразу – о своем ангеле, его возможности угадывать и исполнять мои заветные желания, и о скорости, с которой мне был сделан такой королевский подарок.

Я немного попечалился, самую малость, и перестал. Через месяц, или два, в одном швейном ателье рылся в сундуке с CD дисками. Их туда складывали сотрудники для привлечения клиентов. И на дне сундука меня ждал классный телефон – раскладушка фирмы LG с цветным дисплеем, интернетом и картой памяти на один гигабайт. Он до сих пор мне служит. И я на него не нарадуюсь. В нем стоит моя основная телефонная симка, номер которой я указываю в банках, библиотеках, организациях, – везде, где меня просят оставить контактный телефон.

Единственный минус состоит в том, что для него не мог купить наушники – там они нужны со штекером типа микроUSB. Все телефоны имеют выход для аудио типа джек (аналоговый сигнал), а тип микроUSB это цифровой канал, и у нас нет аппаратов с таким цифровым аудиовыходом. Но в телефоне есть громкая связь, и я использую динамик вместо наушников для прослушивания музыки.

Как сказал один из философов, даже в природе нет совершенства, поэтому не стоит искать его в повседневной жизни. Особенно в бесплатных телефонных аппаратах.

Так мне ангел – хранитель помогает с телефонами. Он добрый, иногда способен на забавные поступки. Один из них меня здорово рассмешил.

Компьютеры

Иногда случались совсем невероятные случаи. Когда мне понадобился новый компьютер, то я набрел в лесу на целую кучу компьютеров и всяких принадлежностей, и деталей к ним. Какая-то фирма решила избавиться от своей компьютерной техники. Я все самое нужное для меня перенес домой и собрал несколько системных блоков. Потом два самых лучших и современных отнес в фирму, которая за пару тысяч рублей привела их в рабочий вид. Один из них живет в квартире, другой в родительском доме. А третий лежит про запас.

Баки и краска

Давным-давно мой отец для сбора дождевой воды приспособил для этого пару железных баков примерно по восемьсот литров каждый. Любой садовод знает, как важна вода для полива многочисленных грядок и прочих полезных растений в весенне-летний период. Особенно бесплатная дождевая вода. Потому что качать воду из скважины для полива огорода это просто расточительно и непрактично, когда хороший дождь может избавить от проблем с поливом грядок на долгое время. У меня в огороде стоит один такой бак, две ванны и двухсотлитровая бочка. Перед поливочным сезоном они полные – это примерно в середине мая. В апреле я их заполняю водой из снега, или дождевой, когда идут первые дожди. Но последние два года емкостей для воды не хватает, и мне приходится пользоваться скважиной.

Из двух баков один из толстого железа, и почти не проржавел, тогда, как другой проржавел настолько сильно, что его по идее надо было уже выкинуть. Об этом и мама мне не раз говорила. Но проблема была в том, что он очень большой – примерно куб с ребрами до метра и его сразу не выкинуть – в мусороуборочную машину, которая собирает у нас бытовой мусор, он не войдет, а распилить его на части было некогда и лень.

И вот, я просто залил дно у него бетоном, а стенки выкрасил старой краской, которую я нашел в сарае. Поставил у теплицы, где уже жила пережившая такую же операцию бочка и стал наблюдать за ходом наполнения этого бака дождевою водой. Вода же в нем не задерживалась и вытекала через многочисленные дырки и отверстия. Надо было их заделать. Нужна была краска. Но купить такое количество краски я не мог – это обошлось бы мне в круглую сумму. И я отправился искать бесплатной краски по окрестностям коллективных садов.

Раньше при социализме загустевшую краску просто выкидывали на каждом шагу, но сейчас я не смог найти ни одной банки. Стал призывать на помощь ангела-хранителя и при его помощи нашел пять банок краски в окрестностях одного из садов. Может, хватить? – думал я, замазывая бока этого бака белой, а потом красной краской.

И вот пошел первый долгожданный дождь. Краска уже высохла, и бак приобрел вполне приличный и рабочий вид. Он начал наполняться водой, которая по желобу стекал с крыши. Я сбежал от дождя в дом и через окно стал наблюдать за этим процессом. Он оказалось долгим. Емкость бака около восьмисот литров – почти тонна воды. Я надеялся, что за ночь бак заполнится.

Настало утро. Я выспался и отправился в огород узнать как дела с баком. Дождь как раз уже закончился. Но он наполнился лишь на четверть, и уровень воды в нем постепенно падал. Увы. Не все отверстия я закрасил – не хватило краски.

Мне уже стали надоедать эти попытки привести бак в порядок. И я оставил эту работу на потом.

Через неделю, или две, я решил привести пару древесностружечных плит из квартиры в частный дом – надо было сделать тумбочки в спальню и кабинет. Я как раз разобрал какую-то мебель, от которой кто-то отказался, и этот кто-то поставил останки мебели около мусорных баков. С парой этих небольших мебельных плит под мышкой я шел к ближайшей трамвайной остановке, через автозаправку, перед которой стоял рабочий.

Он спросил, не нужна ли мне краска. Я тотчас ему ответствовал, что краска мне очень нужна, потому что я затеял ремонт в загородном доме. Ну, сказал он, тогда забирай. И кивнул на груду банок, которые лежали рядом. Их было десятка два. И каждая весила около двух – трех килограммов, а кроме того были просто огромные банки, и я не знал, сколько в них веса.

Я вернулся в квартиру, взял свой большой и крепкий геологический рюкзак, и начал таскать банки с краской в квартиру. Пришлось мебельные плиты пока оставить в прихожей. После трех или четырех рейсов я перетаскал все банки с краской в ванную и сел у входа, с изумлением глядя на количество банок. Все они были полными. Краска была эмалью желтого, синего, красного и белого цвета. А три банки с белой краской были по семь килограммов. Всего в моем распоряжении оказалось семнадцать банок. Прикинув цену их в магазине, понял, что мне бесплатно отдали эмаль на сумму примерно сорок тысяч рублей.

Как говориться, хотите верьте, хотите нет. Я оказался в нужном месте и в нужное время. Конечно, от всей души я благодарил этого мужика, который работал на заправке и своего ангела хранителя, который направил меня в это время и в нужное место. Потом в течение месяца, или двух, как муравей, захватывал по банке-другой и увозил в родительский дом.

Три семилитровых банки с белой краской оказались для дорожной разметки, остальные с очень качественной эмалью. Я в течение месяца иногда красил стенки бака краской для дорожной разметки и, в конце концов, выкрасил бак снизу до верха на несколько раз. Ушло на это две банки по семь килограммов. В конце лета наполнил бак до краев. Он не бежал, все было нормально. Но так как поливочный сезон закончился, а в полном разгаре была борьба с урожаем, я его положил на бок около теплицы до следующей весны.

Остальную часть краски я потратил с большой пользой – выкрасил ворота, все двери, в общем, красил все что мог. Но так как зеленой краски не оказалось, стал смешивать синюю краску с желтой и получал краску зеленого цвета. Можно краски смешивать в любых пропорциях и получался зеленый цвет разных оттенков.

Жаль, что лето кончилось, можно было еще что-то покрасить, так как мне понравилось это занятие. Но впереди еще ремонт кухни…

Неожиданные подарки

Со своим ангелом хранителем я живу как у Христа за пазухой. Он меня защищает, делает подарки, подкидывает вещи и предметы, в которых нуждаюсь.

Как-то раз я отправился купаться на пруд. Был июль, и очень жарко. Но после обеда погода резко испортилась – небо заволокло тучами, и пошел сначала ливень, а потом град. Пришлось залезть под гранитные плиты, спасаясь от дождя с градом и холода. Когда глаза привыкли к темноте, я увидел рядом с собой толстый ватный халат. Сразу надел его на себя и мигом согрелся. Когда непогода закончилась, вылез из укрытия и продолжил загорать до вечера, когда уже начало темнеть, и надо было идти домой. Но этот халат я захватил с собой. И прохладные летние вечера я проводил в нем – было тепло и уютно.

В другой раз я отправился на разведку на несколько дней в тайгу под город Серов, где когда-то работал – искал мрамор. Было лето, и не взял с собою теплых вещей. И по приезде на место стал мерзнуть. Решил устроить привал и поесть. Когда выбрал место для костра, то на этом месте лежала приготовленная для меня ангелом-хранителем теплая и легкая куртка. Вернее, пуховый утеплитель для нее. Когда я его надел, то жизнь снова показалась мне раем. Этот утеплитель мне очень пригодился, когда ночевал в тайге несколько дней. Кроме того, он был очень легкий и практически ничего не весил. А в походе тяжелый рюкзак никому не нужен.

Конец ноября в этом году выдался очень холодный. Но это было только начало морозов, которые наступили в начале декабря.

Как раз в ноябре я начал заготавливать дрова для бани – искал в лесу валежник, пилил его и на санках увозил домой. Хотел пополнить запасы дров, которые сжег в течение года. В один из дней пошел в лес и по дороге наткнулся на пакет с чем-то мягким. В нем оказался совершенно новый джемпер из пуха, даже с этикеткой. Очень красивый и теплый. Я, конечно его забрал с собой, постирал дома, а когда он высох, примерил. Он оказался немного длинный. Но я знал, как укорачивать вязаные вещи, потому что когда увлекался вязанием, один очень теплый джемпер в азарте перевязал на целых десять сантиметров в длину. Ходить в нем было очень неудобно. Тогда я отрезал его до нужной длины, и связал резинку. Все получилось хорошо.

На этот джемпер я стал уже поглядывать и думать, что было бы неплохо его укоротить. Но было некогда, и я отложил это на потом. И правильно сделал. Когда наступили морозы, стал одевать его по вечерам, когда смотрел телевизор, или сидел с книгой. Он как раз был для этого – закрывал колени. И вообще было в нем удобно – легко и тепло. Видимо, ангел – хранитель знал, что впереди морозы, и заранее позаботился о том, чтобы мне было тепло.

Вот так мне помогает мой ангел – хранитель. И я ему очень благодарен. Как только я начинаю заниматься каким-то новым делом, он предоставляет мне для этого все почти нужные материалы. Заканчивая новый проект, я больше не нуждаюсь в материалах для него, и ангел – хранитель мне не подкидывает мне ткань, когда мне уже не надо, или запчасти для компьютера, или фурнитуру с мебельными плитами, когда я закончил мастерить мебель.

Но есть вещи, которые я могу сделать только сам – без его непосредственного участия. Я давно это понял, и не беспокою его понапрасну

Изготовление мебели

Наконец я заплатил за строящуюся квартиру. Она уже строилась, и мне осталось жить в родительском доме несколько месяцев. Уже началось долгожданное малоснежное уральское лето, и каждый день становилось все теплее, начались посадки лука и зелени. После уплаты за квартиру почти двух миллионов, у меня остались крохи, на которые я жил, покупал семена и отраву для вредителей. Но мне предстояло еще обставить квартиру мебелью и бытовой техникой. Я начал думать, как мне быть.

Бытовую технику сам не сделаешь. Ее надо купить. С этим я согласился. А вот мебель.… У меня отец был плотник и столяр, и сам делал мебель для дома. Ничуть не хуже, чем в мебельных магазинах. Может, даже лучше. Все инструменты у него были – и они остались после его кончины. Материал для всяких тумбочек и столов для него не было проблемой – всегда можно воспользоваться отходами производства. Это у меня, геолога по основной специальности, были постоянные проблемы с поисками куска фанеры, или древесностружечной плиты. Зато у меня не было проблем с камнями и идеями. Кроме того, у меня есть помощник – ангел-хранитель.

Я начал с самого нужного и актуального. С постели и постельных принадлежностей. У меня был почти кубический метр прессованной ваты, который мне достался даром очень давно. Из него я изготовил за неделю два матраса. Один основной, и другой – запасной. По размерам моей будущей кровати я на отрез ткани наложил пласты ваты, накрыл другой тканью. Сшил по краям эту ткань, а потом прошил этот матрас, как прошивают их на производстве. На это у меня ушло два дня. Шил я во дворе, на улице, было уже лето, тепло.

Одеяло у меня уже было – так как под магазинными одеялами мне было холодно зимой, я однажды изготовил большое и теплое ватное одеяло. Немного тяжелое получилось, но я его не поднимал, а залезал под него. Как мышь в свою норку. И там я чувствовал себя очень комфортно.

Итак, осталось сделать письменный стол, стол на кухню, какой-нибудь диван и тумбочку. Однажды я пошел за грибами, и обнаружил около своего грибного места целую гору мебели. Там было несколько гарнитуров мягкой мебели. Я принялся за работу. Там, в лесу все разобрал на деревянные детали и нарезал кусками обивочную ткань. Перетащил все домой, и начал конструировать диван. Было очень интересно конструировать и заниматься дизайном. Когда я, наконец, собрал деревянную основу, то из поролона начал делать подушки и большое сиденье. Потом все обтянул тканью, которую содрал со старых диванов. Постирал и разобрал ее по цвету. На швейной машине сшил сиденье и подушки для дивана. В итоге после недельной работы во дворе красовался диван, изготовл