Звёздная Кровь. Изгой IV
158.
Наши клинки со скрежетом и искрами столкнулись. Лицо Таргола, искажённое в отвратительной кровожадной гримасе, подчёркиваемой варварской татуировкой, застыло, словно противника разбил паралич. Вероятно, я и сам выглядел совсем не лучшим образом. Казалось, что это длится долго, но наше сближение было мимолётным. Я лишь в очередной раз убедился в том, что Раг намного сильней меня.
Оттолкнувшись ногой, заскользил по едва накренённой дощатой палубе, уже скользкой от крови. Нужно было разорвать дистанцию, чтобы успеть воспользоваться револьвером.
– Теперь ты мой, тупой маблан! – усмехнулся мой противник.
Но мне было не до разговоров. Вскинув «Головорез», я выстрелил. Раз, другой, третий, не веря, что Таргол успел активировать свою Руну с огненным полем.
– С воздушного корабля никуда не деться, солдатик, – захохотал он. – Я глазам своим не поверил, когда ты сюда заявился сам!
Я продолжил отступать, пока враг кривлялся. Соображать в то время, когда вокруг происходила абордажная схватка, было не с руки, но придумать что-то было просто необходимо. В прошлый раз я победил его, но это стоило мне невероятных усилий.
Мы начали двигаться одновременно. Раг наступал на меня, а я – сунув бесполезный револьвер в кобуру, в обратную сторону к шлюпке, одновременно активируя свою Скрижаль.
– Твой детский набор Рун мне не страшен! – расхохотался он. – Разве ты в этом ещё не убедился сам?
Я активировал Руну Ледяной Звезды.
– Ты ещё тупей, чем я думал!
Вот сейчас и посмотрим, кто из нас тупой. Руна, словно набрав мощь, сорвалась с моей руки. Расстояние нас разделяло не сказать, что большое, всего-то метров шесть. Ничего предпринять он не успел. Рунное заклинание встретилось с его щитом. Я сомневался, что заклинание пробьёт его огненную защиту, но нужно было попробовать, а никакого иного способа получить преимущество в Скрижали не имелось.
Раг не успел сообразить, что я угостил его совсем новым заклинанием, которое он ещё не видел. Опытный восходящий обладал высокой реакцией, сравнимой с моей собственной, может, даже и получше немного, но среагировал на неизвестную опасность чисто рефлекторно, попытавшись принять её на широкий клинок абордажной сабли. И результат превзошёл все самые смелые мои ожидания.
Ледяной заряд заклинания, встретившись с огненной природой щита, вызвал прямо-таки бурную реакцию. Раздался взрыв и шипение. Повалил пар, и на несколько мгновений я увидел огненный щит, пытавшийся блокировать воздействие, но мощность заклинания была несопоставима с его защитными возможностями. Всё вокруг заволокло паром, а когда он рассеялся, то стало видно, что Раг стоит, покачиваясь и держась рукой за грудь.
Мой оглушённый противник отнял руку от раны и не верящим взглядом посмотрел на кровь. Не подставь он саблю, то был бы уже мёртв, а так, получилось что заклинание, разлетелось на части. Пару десятков острых ледяных игл перфорировали грудь Таргола, покрыв её инеем. Он перевёл взгляд на меня, криво усмехнувшись, поднял свою саблю и бросился в атаку. Его лицо перекосило гримасой боли. Удар вышел слабый и смазанный. Мне не оставалось ничего, кроме как парировать.
Покрытая инеем рука моего врага отломилась в районе локтя и, так, не отпустив саблю, грохнулась на доски настила. Ответным ударом я отсёк ему голову от тела. Проанализировать случившееся мне не дал высокий чернокожий противник, для начала выстреливший по мне из револьвера.
Я покачнулся, но кираса выдержала. С пронзительным криком здоровяк-афро кинулся на меня с абордажным топором, живо напомнившим томагавк. Парировать его удар я не стал, просто уклонившись, сделал выпад. Враг попытался отпрыгнуть, но мой полуторный меч косым разрезом вспорол ему живот. На палубу высыпались сизые черви кишков. Удар клинком в грудь остановил попытки посеревшего афро собрать их обратно.
Повсюду звенела сталь, звучали редкие выстрелы, и все кричали. Я, даже не посмотрев, что там с моим врагом, снова бросился вперёд, на следующего арминумца, который пытался перезарядить такой же «Головорез», какой был у меня. Он попытался защититься от удара меча, подставив абордажную саблю, но я резко сменил вектор удара. Меч проскрежетал по стальному лезвию, разбрызгивая искры, и вошёл противнику в шею. Плеснула кровь.
Палуба стала скользкой от крови. Боковым зрением я успел заметить, как Гарри Надиб забивает своего противника, уже лежащего и беспомощного, прикладом. Вошедший в боевой раж легионер совершенно позабыл про свой тесак и штык, примкнутый к винтовке. Несколько других бойцов втроём окружили одного члена команды «Золотого Дрейка» и тыкали его штыками. Безуспешно, впрочем. Мужчина в форме воздушного флота Арминума очень ловко отбивался тонкой саблей со слабым изгибом.
Рядом со мной сидел на одном колене Кюнс, укрывшись за каким-то ящиком, и окровавленными пальцами неловко пытался совладать с обоймой и вставить её в свою винтовку. Гисел Квас яростно тыкал почему-то отомкнутым штыком «снежного человека», он будто обезумел от вида крови. Одна его рука, видимо, переломанная или вывихнутая, не действовала.
– Вам крышка! Сдавайтесь! – проорал я. – Сложите оружие и сдавайтесь! Всем обещаю жизнь!
Вокруг меня стало свободней и поспокойней, оглядевшись, я понял, что мы брали верх, а остатки команды воздушного корабля отступают к носу небесного парусника.
В ответ на моё щедрое предложение в меня выстрелили и снова попали в кирасу. Я пошатнулся, но восстановил равновесие вовремя, чтобы заметить, как на меня бросился один из противников с копьём. Я прекратил вещать, сосредоточившись на бое, но драки не вышло. Наконец, справившийся с перезарядкой винтовки Кюнс, выстрелил почти в упор, вышибив мозги храбрецу. Из-за близкого смертоубийства кровь брызнула в лицо, я инстинктивно зажмурившись, вытерся рукавом, а когда открыл глаза и осмотрелся, оставшиеся в живых враги, бросали оружие и поднимали руки вверх.
Я оглядел своих легионеров. Двое в неестественных позах застыли на палубе, и, видимо, уже навечно. Раненых было много. Все остальные выглядели, словно только что вернулись с Рагнарёка. На нёбе ощущался тошнотворный запах крови, потрохов и пороховой гари.
Корабль был наш, мы победили.
– Ура-а-а! – заорал я, выплёскивая из себя весь накопленный стресс в одном победном кличе.
– Ура! – подхватил мою бурную радость Кюнс.
– Ра-а-а-а! – завопил Гарри.
– Рааа! – подхватили победный клич остальные.
Я осмотрелся по сторонам, кровожадные ухмылки легионеров контрастировали с угрюмым видом побеждённых. В моих жилах было столько адреналина, что кровь была готова вскипеть. Голова слегка кружилась, конечности обрели небывалую лёгкость, бессмысленное существование насытилось красками и обрело ясность. На такое ощущение, пожалуй, можно было и подсесть. Волна эйфории из-за нашей победы захлестнула меня.
Когда Броган просил меня взять его с собой, он ведь именно этого ощущения хотел. Почувствовать то же самое, что и все мы сейчас – испить сладкий мёд победы.
– Надиб, Квас! – крикнул я.
– Здесь, командир! – вывернулся откуда-то сбоку Гисел.
– Возьмите десяток парней покрепче и приготовьте пушки, – оскалился я. – Пора с этим бунтом заканчивать.
– Считайте, уже сделано, первый офицер!
Сам я начал заниматься раненными и пленными. Всех сдавшихся согнали в центр палубы, усадили на корточки и держали их под прицелом. Арминумцы перешёптывались и бросали на нас хмурые взгляды. Ничего удивительного, на их месте я бы тоже опасался забрызганных кровью легионеров, которых я только что обстреливал из бортовой артиллерии, полностью уверенный в своей безопасности и безнаказанности. Их осталось одиннадцать, если не считать троих раненых.
Я собирался их пощадить. «Золотому Дрейку» нужен экипаж. Однако пока оставил хорошенько промариноваться в собственном страхе и неопределённости, чтобы потом договориться с ними было проще. Сам же прошёл к мёртвому телу Таргола Рага, над которым светилось несколько глифов.
159.
Я подобрал тридцать одну каплю Звёздной Крови, Осколок Скрижали, три Руны бронзового качества и одинокое серебро. Пустышку сразу отложил, будет с чем поэкспериментировать, чтобы прокачать Рунное Мастерство. С бронзовым развитием также было всё ясно, а вот два оставшихся глифа удивили.
Руна Псионическая Активность.
Вид: Руна-Навык.
Качество: серебро.
Активация: 24 капли Звёздной Крови (безвозвратно).
Описание: При активации навсегда изменяет строение головного мозга и наделяет Восходящего способностью воспринимать и инициировать ментальные сигналы, вступая в пси-контакт с другими существами. Мощь и дальность восприятия зависит от уровня Атрибутов: Дух, Ментальность, Псионика.
Время действия: одноразовая, при активации исчезает.
Требования: Атрибут Ментальность не ниже 9.
И.
Руна Щит Обжигающего Света
Вид: Руна-Заклинание.
Качество: бронза.
Активация:12капель Звёздной Крови.
Описание: При активации заклинание создаёт вокруг Восходящего защитное энергетическое поле, усиленное огненным и игг-воздействием. Мощь зависит от уровня Атрибутов: Дух, Стихийность, Элементальность.
Время действия: 1 час.
Время перезарядки:6часов.
Требования: Атрибут Дух не ниже 9.
Если «Щит Обжигающего Света» я ожидал увидеть, удивившись только игг-составляющей этого защитного заклинания, то вот «Псионическая Активность» стала для меня полнейшим сюрпризом. Таргол напоминал кого угодно, только не обладателя ментальных способностей. Скорей уж он производил впечатление необузданного варвара.
Отбросив странности в сторону, я занялся ранеными. Причём оказал помощь и своим, и недавним врагам, чем немало обескуражил своих легионеров. Естественно, что на своих я потратил исцеляющую Руну, а недавние враги получили первую помощь. Закончив возню с ранеными, я проследовал на артиллерийскую палубу. Пушки, которые тут стояли, заряжались с казённой части, но не сказать, что конструкция их была какой-то продвинутой. Нарезной ствол и калибр около сорока миллиметров. Было их по пять с каждого борта.
– Разобрались? – задал я вопрос Гиселу.
– Да, первый офицер!
– Давайте-ка обстреляем во-о-он ту вооружённую толпу на площади, – указал я направление через орудийный порт. – Если я хоть что-то понимаю, они там скапливаются, чтобы предпринять ещё одну атаку на Речные Башни.
– Нужно развернуть корабль, командир!
– Понял! – кивнул я и вышел на палубу.
Пленные сидели в центре палубы и неосознанно жались один к другому.
– Внимание! – рявкнул я, подойдя к ним почти вплотную. – Кто хочет получить жизнь и свободу?
Повисло напряжённое молчание.
– Что нужно делать? – напряжённо спросил пропитым голосом здоровенный детина с косым шрамом на лбу.
Я испытующе посмотрел на него и ответил:
– Управлять «Золотым Дрейком».
– Управлять и больше ничего? – настороженно спросил он.
– Да.
– Тогда я согласен, – ответил он. – Куда вам нужно, офицер?
– Встань, подойди ко мне. Кому ещё нужна жизнь и свобода?
Отказались сотрудничать только двое, их я приказал запереть в трюме. Остальных перепоручил Кюнсу, объяснив ему задачу. Сам снова отправился на артиллерийскую палубу. Уже через полчаса мы дали первый залп. Первые выстрелы легли куда угодно, только не туда, куда мы целились. После перезарядки мы повторили уже с поправками, и результат оказался удовлетворительным. Два из пяти выстрелов легли на площадь.
Приблизив картинку в своих очках, я удовлетворённо кивнул. Там метались люди, указывали пальцами на «Золотого Дрейка», один даже в бессильной ярости стрелял по нам из винтовки.
– Перезаряжайтесь! – прикрикнул я, пытаясь переорать заложенность в ушах. – Надо ещё разок-другой дать залп!
Гисел Квас оскалился в счастливой улыбке. На его перемазанной сажей роже выделялись только белые зубы и белки глаз. Он указал мне на легионеров, подносящих снаряды.
– Огонь! – проорал я.
Снова одна за другой рявкнули пять пушек. На площади вспухли взрывы.
– Аа-а-а! – услышал я сквозь звон в ушах.
– Ураа-а-а! – орали артиллеристы.
Усмехнувшись, я показал им жестом, чтобы шевелились быстрей.
– Давайте ещё! – азартно проорал я. – Заряжай!
И вскоре снова лязгнули орудийные затворы.
– Пли! – скомандовал во всю мощь лёгких я.
Раздался бортовой залп.
«Золотой Дрейк» обманчиво неторопливо кружил над Манааном, словно ангел возмездия, до самой темноты. Парусами управляли взятые нами в плен члены экипажа, место у руля судна занял Кюнс. Все остальные легионеры отдыхали и приглядывали за ранеными и пленными. Только когда стало ничего толком не видно, мы прекратили обстрел и легли в дрейф.
Я навестил раненых в кубрике. Осмотрев всех, я в каждом конкретном случае принимал решение, накладывать заклинание Малого Исцеления или нет. Звёздную Кровь требовалось экономить. Больше всех меня беспокоила Леона. Её шея была прострелена, и это сказалось на работоспособности её речевого аппарата. Она не могла произнести ни слова. Всё, что я мог, уже сделал, уколол её регенеративным средством, обезболивающим, снотворным и наложил руническое заклинание. Поэтому оставалось надеяться только на его чудесные свойства. Если вспомнить, каким был Кюнс. Краше в гроб кладут, а сейчас ничего. Все шансы на исцеление у неё были, но я чувствовал своё полнейшее бессилие.
В капитанской каюте я оказался только глубокой ночью. Не сказать, что тут было роскошно, скорей тесно. Но кают на «Золотом Дрейке» было всего четыре штуки, обладание одной из них само по себе роскошь и привилегия. После обыска я с удивлением нашёл судовой журнал.
Сел за стол и… Зачитался. В толстой тетради, заполняемой от руки, было всё.
Журнал был на Едином языке, но с такими оборотами, что я его не сразу понял. А потом, как понял!
Последняя запись гласила, что «Золотой Дрейк» высадил часть команды, выгрузил груз стрелкового оружия и вступил в бой, чтобы поддержать огнём бортовой артиллерии союзные войска борцов за независимость от аркадонской тирании. Против нас вступил в бой! По показаниям пленных, капитаном был тот хлыщ с тонкой сабелькой, которого затыкали штыками мои легионеры.
Были тут сведения и о том, где и когда «Золотой Дрейк» принял на борт оружие для местных «борцов», и о том, как они высаживали агентов под видом списавшихся членов команды, и о том, как возили для них денежное довольствие, и… Много чего ещё очень интересного. Читая эти откровения, я недоумевал. Вроде работа секретная, но о ней зачем-то велись подробные записи. Уму непостижимо. Если бы кто-то из аркадонских власть имущих или просто офицеров вроде меня прочитал это раньше, болтаться бы капитану в петле на рее.
Но главное, что я вычитал в судовом журнале, было то, что Таргол Раг был арминумским агентом, которого забросили в Манаан вести подрывную работу. Откинувшись в кресле, я задумался.
Выходит, что это он организовал нападение на ауксилию Зееса? Тогда и Руна Псионической Активности, поднятая с его бездыханного тела, обретает смысл. Это что-то вроде аналога моего заклинания Ментальной Связи. Только моя руна неудобна тем, что работает строго в ограниченном радиусе, и для того, чтобы вступить с кем-либо в ментальное общение, нужно его согласие. Из описания же Псионической Активности следовало, что навык лишён таких недостатков. Выходит, с его помощью Таргол мог контролировать действия командира диверсионного отряда или даже находиться с пленными диверсантами на связи в то время как они сидели под замком на Замковом Утёсе?
Я открыл судовой журнал и из хулиганского порыва сделал запись поперёк страницы.
«Кирилл Губин, также известный как Кир Кровавый, также известный как Кир из Небесных Людей, младший офицер первой статьи Четырнадцатого легиона, вступил в должность временного исполняющего обязанности капитана "Золотого Дрейка" по праву сильного. Предыдущий капитан убит во время абордажной схватки. Силы бунтовщиков были обстреляны из бортовых орудий и обращены в бегство.»
Поразмыслив, я поставил свою размашистую подпись под запись и закрыл судовой журнал. Сегодня был долгий день, я снял сапоги, кирасу и шлем, скинул сюртук. Оружие положил рядом с собой и завалился спать на капитанский рундук.
160.
Глаза открылись ещё до рассвета. Если вчера я из-за усталости просто провалился в черноту, то сегодня утром проснулся из-за приснившегося кошмара и боли в ранениях. Первым делом я наложил на себя Малое Исцеление. Ранение от шпаги, которой меня ловко ткнули под кирасу, оказалось куда как серьёзней, чем я оценил в горячке абордажного боя.
Лицо пострадало меньше, но шрам от ножа наверняка останется. Я дёрнул щекой, когда разглядывал себя в небольшом зеркале. Умывшись, я вышел на палубу. Прохладный ветер отнёс «Золотого Дрейка», лёгшего в дрейф, за реку. Уже в сумерках мы собрали паруса и позволили кораблю медленно двигаться по воле ветров Единства. Естественно, предварительно мы поставили небесный парусник носом к ветру, который за ночь изменил направление.
Небо начало светлеть, начинался новый древо-день. Я стоял на палубе «Золотого Дрейка», ощущая свежий утренний ветер на своём лице. Прошлый день был наполнен кровью, пороховой гарью и болью, но сейчас, в предрассветной тишине, казалось, что мир обретает новую жизнь. Нужно было возвращаться к командирским обязанностям. У центурий под моим началом есть свои задачи и приказы, медлить с выполнением которых было нельзя. Но это понимал разум, душа моя желала продолжать дальше этот ленивый полёт на борту «Золотого Дрейка».
Мои легионеры постепенно просыпались, выходя на палубу. Их лица были помятыми и усталыми. Раненые отдыхали в кубриках, и я надеялся, что мои усилия по их лечению дадут плоды.
Гисел Квас подошёл ко мне, всё ещё перемазанный сажей после вчерашнего ожесточённого артиллерийского боя.
– Командир, пушки проверены и вычищены, – отрапортовал он, глядя мимо меня на горизонт. – Боеприпасов у нас достаточно, хватит на неделю таких боёв, как вчера.
Я кивнул, продолжая смотреть на далёкое тёмное пятно Манаана.
– Хорошо. Спасибо за службу, легионер. Но надеюсь, что уже сегодня они нам не понадобятся.
Он скептически улыбнулся уголками губ.
– Не могу обещать, что некоторые из наших парней не захотят снова пострелять, – пошутил он.
Я, стараясь не задействовать раненую половину лица, криво усмехнулся ему в ответ, но мои мысли были заняты другим. Накануне я поднял с тела Таргола Рага две новые руны: «Псионическая Активность» и «Щит Обжигающего Света». Последняя была понятна, а вот первая вызывала множество вопросов. Возможно, она могла дать мне серьёзное преимущество в будущем походе и последующими за ним боевыми действиями.
Решив не откладывать, я отправился в свою каюту. Закрыв за собой дверь, открыл Скрижаль и выбрал Руну «Псионическая Активность». Серебряное сияние глифа манило, обещая новые возможности. Я изучил описание ещё раз. Она могла навсегда изменить мой разум, открыв новые горизонты восприятия.
– Атрибут Ментальность не ниже 9, – прочитал я вслух.
К счастью, мои показатели соответствовали требованиям. Решившись, я вложил двадцать четыре капли Звёздной Крови в Руну.
В тот же миг почувствовал, как холодная волна прошла по моему телу, сосредотачиваясь в голове. Лёгкое головокружение заставило меня сесть. Перед глазами замелькали образы, звуки усилились, а голова разболелась так, что я прилёг на кровать и, кажется, потерял сознание.
Очнулся оттого, что меня пытались напоить. Открыв глаза, я увидел перед собой бледное лицо Леоны. Бледность её была объяснима тем, что, пока мы её пытались спасти, она успела потерять много крови. Девушка сидела на моей кровати, приподняв рукой мою голову, и пыталась влить через мои плотно стиснутые зубы немного воды. Её шея была забинтована, а нижняя рубаха залита засохшей кровью, на плечи был небрежно наброшен форменный сюртук.
Как ни крути, а это я повёл её за собой в бой. Разум твердил, не контратакуй я тогда, то раненых и убитых было бы намного больше. Но совесть… Совесть всё равно больно меня уколола. Леона получила серьёзное ранение во вчерашней решительной контратаке.
Я будто услышал шёпот множества мыслей, едва различимый, словно далёкое эхо. В висках и затылке всё ещё пульсировала боль, но ощущения постепенно стабилизировались, и я открыл глаза. Мир вокруг казался таким же, но внутри, кроме усталости, я ощущал подъём.
Я попробовал сосредоточиться на Леоне Мур и уловил обрывки её мыслей: усталость, голод, надежда на отдых, боль и беспокойство за меня. Удивительно, но теперь я мог воспринимать ментальные сигналы. Это открывало новые возможности для коммуникации и разведки, но об этом я подумаю позже.
В дверь постучали.
– Войдите, – крикнул я, отчего в висках снова отозвалась пульсацией боль.
Дверь приоткрылась, и показалась голова Кюнса.
– Командир, мы приближаемся к Манаану. Что прикажете делать?
Я встал.
– Отлично. Собери команду на палубе.
Он кивнул и исчез за дверью.
Когда мы с Леоной появились, на палубе уже собрались легионеры и несколько членов прежней команды «Золотого Дрейка», которые согласились нам помогать. Взгляды последних были насторожены, но, кажется, они уже приняли своё положение.
– Итак, – начал я, обращаясь к собравшимся. – Мы направляемся к Манаану. Нам необходимо завершить этот вооружённый мятеж как можно скорей, потому что у нас другие приказы. Беспорядки начались на Фермерском Острове, над ним мы снизим высоту и спустимся на шлюпке. Кроме того, нам необходимо узнать свежие новости о текущей ситуации.
Гарри Надиб поднял руку.
– Командир, после вчерашнего в нас, скорей всего, будут стрелять из каждого окна. Будет бой.
Я задумался.
– Справедливое опасение, Гарри. Поэтому пойдём небольшой группой, мне нужен десяток добровольцев. Остальные остаются на корабле и поддерживают нас огнём из бортовой артиллерии. Также будьте готовы в любой момент набрать высоту.
Здоровяк со шрамом на лбу, Карл, сделал шаг вперёд.
– Офицер, – начал и замялся он. – Я знаю на Фермерском Острове пару мест, где можно узнать новости.
Я взглянул на него, отчего не кланявшийся вчера пулям здоровяк покраснел от смущения.
– Это ценная информация, Карл. Отправишься с нами?
Он улыбнулся и кивнул.
– Конечно, командир. Запишите меня в группу высадки первым.
– Тогда решено. Карл, подбери ещё девять добровольцев. Остальные остаются на борту. Кюнс, за старшего.
– Считайте, уже выполнено, офицер! – смущённо ответил Карл.
Легионеры закивали, принимая приказ. Я осмотрел раненых и кому было необходимо оказал помощь. Голова всё ещё болела и, вернувшись в капитанскую каюту, я бессовестно завалился вздремнуть, пока «Золотой Дрейк» не достигнет точки назначения.
Оставшись в одиночестве, я решил присоединить осколок Скрижали к своей. Но тут меня ждал сюрприз.
Желаете открыть Осколок сломанной Скрижали с помощью Рунного Мастерства?
Конечно, я желал. И содержимое открылось, заставив меня скрипнуть зубами от досады. Сколько Осколков я присоединил не открыв? Столько же, сколько упустил возможностей усилиться!
Приведя пульс в порядок, я изучил содержимое. Это был Осколок бронзового Восходящего на десять слотов, и все они содержали Руны. Также тут нашлось пять Звёздных Монет. Немного, но это целое состояние, если разменять на обычные уны. Осколок Таргола слился с моей Скрижалью, увеличив её вместимость и окончательно окрасив её в бронзовый цвет. Осмотрел доставшиеся Руны: два деревянных развития,
Руна-Умение Живой Плоти (дерево),
Руна-Предмет Эликсир Антияда (дерево),
Руна-Существо Маблан (дерево),
Руна-Существо Попрыгун (бронза),
Руна-Умение Паразитное Дыхание (бронза),
Руна-Навык Ядовитая Устойчивость (бронза),
Руна-Стихии Аннигиляция (бронза),
Руна Повышения (бронза)
Бронзовое развитие, не задумываясь, вложил в Рунное Искусство, оба деревянных развития – в Прочную Кожу, вместе с этими двумя повышениями, поднявшуюся до семи деревянных звёзд.
161.
После манипуляций с Рунами-Развития, я увеличил свою Скрижаль слиянием, увеличив количество слотов в ней на десять, и начал разбирать добычу.
Руна Живой Плоти
Руна-Умение
Качество: Дерево
Активация: 3 капли Звёздной Крови
Описание: При активации позволяет организму Восходящего значительно ускорить регенерацию и восстановление всех тканей собственного организма.
Время действия: 30 минут
Время перезарядки: 1 древодень
Таймер перезарядки: готово к активации
Руна Эликсир Антияда
Руна-Предмет
Качество: Дерево
Активация: 3 капли Звёздной Крови
Описание: Содержит рунический флакон, наполненный универсальным антидотом, нейтрализующим последствия отравления большинством известных ядов, обеспечивает иммунитет к действию яда сроком на один цикл.
Время действия: нет
Время перезарядки: 1 древодень
Таймер перезарядки: готово к активации
Руна Маблан
Руна-Существо
Качество: Дерево
Активация: 3 капли Звёздной Крови
Описание: Внутри заключён матёрый маблан. Способен встать на след, выслеживая цель по запаху, как ищейка, и искать скрытое. Способен искать и приносить Руны и Звёздную Кровь. Быстрый и выносливый стайный хищник, очень хорошо плавает. Ориентируется в полной темноте за счёт эхолокации. Существо обладает прочной чешуёй, дающей надёжную защиту от режущего и колющего оружия. При укусах впрыскивает в кровь жертвы трупный яд. Для уточнения возможностей активируйте Руну
Время действия: 3 древодня
Время перезарядки: 1 древодень
Усиления: + увеличение времени действия, + увеличение времени действия, + увеличение времени действия.
Руна Ушастый Попрыгун
Руна-Существо
Качество: Бронза
Активация: 12 капель Звёздной Крови
Описание: Внутри заключено небольшое существо ушастый попрыгун. Способен искать и приносить Руны и Звёздную Кровь. Быстрый и миниатюрный грызун, приспособленный к жизни в суровых условиях Кровавой Пустоши. Не имеет глаз, ориентируется за счёт эхолокации, острого слуха и обоняния. Идеален в качестве шпиона и стража. Для уточнения возможностей активируйте Руну.
Время действия: 1 древодень
Время перезарядки: 1 древодень
Руна Паразитное Дыхание
Руна-Умение
Качество: Бронза
Активация: 12 капель Звёздной Крови
Описание: При активации позволяет организму Восходящего, обходится без дыхания.
Время действия: 6 часов
Время перезарядки: 1 древодень
Таймер перезарядки: готово к активации
Руна Ядовитая Устойчивость
Руна-Навык
Качество: Бронза
Активация: 12 капель Звёздной Крови (безвозвратно).
Описание: При активации навсегда изменяет строение организма Восходящего, наделяя его устойчивостью к ядам и токсинам.
Время действия: одноразовая, при активации исчезает.
Требования: Атрибут Тело не ниже 6.
Немного удивили сразу обе Руны-Существ в Осколке Скрижали Таргола, но вчитавшись, я понял, что функции у них немного разные. Маблан являлся скорей ищейкой и охранником, а попрыгун шпионом или даже подслушивающим устройством. Нужно будет призвать оба этих существа, когда Звёздная Кровь восстановится до максимума, и разобраться кто из них что может. Также немало удивили и озадачили усиления на деревянной Руне. Зачем? Увы, ответ мне узнать было уже не суждено. А вообще, я хотел себе заполучить какого-нибудь зверька в помощники, ещё когда только увидел такого у Витории. Помнится, он тогда в форте дигов себя великолепно показал. Мы балдели в горячей купели, а зверёк бегал по сугробам и собирал для нас Звёздную Кровь и Руны.
Без размышлений выучил сразу навык Ядовитой Устойчивости, рассудив, что лишним он не будет точно, и применил на себя Руну Живой Плоти.
Встал вопрос, что бы сделать с Руной-Стихии Аннигиляция и Руной Повышения. Обе были бронзового качества. У меня возникла идея поднять ранг Руны Электромагнитного Метателя до бронзового ранга, а потом его усилить Руной-Стихии. По идее на выходе должно было получиться нечто более мощное, чем моё исходное оружие. И я уже даже выбрал глиф, в котором был запакован мой АКГ-12, но остановился.
А что, если не получится? Лучшее – враг хорошего. Карабин ни раз и ни два меня выручал из таких ситуаций, что и вспоминать страшно. Расстанусь с просто хорошей вещью, а что получу взамен неясно. В каюте капитана в столе я обнаружил револьвер «Головорез» М2 – точную копию моего, только с костяной рукоятью и чернёными узорами на блестящей полированной стали. Никогда этого не понимал. Зачем украшать оружие, да ещё, вот так, безо всякой меры. Назначение оружия – не украшать своего владельца.
Пройдясь до стола, я взял в руки капитанский револьвер и покрутил его, разглядывая, чтобы запомнить , каким он был в начале эксперимента. Решившись, я поместил его в Руну-Пустышку деревянного качества, а потом, стараясь не думать о том, что делаю и сколько это стоит, повысил полученную Руну мусорного ранга до бронзового качества. И почти без перерыва усилил бронзовую руну с револьвером Руной-Стихии, посмотрел на полученный результат.
Руна Аннигилирующая Десница Изгоя.
Вид: Руна-Предмет.
Качество: бронза.
Активация: 6 капель Звёздной Крови.
Описание: улучшенный револьвер производства изгоев. Очень надёжный и простой, прочное и тяжёлое оружие. Ему не страшен лёд, пламя, килосты или отрава Червей. Каждый выстрел инициирует локальный распад материи в месте попадания.
Время действия: шесть часов.
Время перезарядки: один малый цикл.
Текущий таймер перезарядки: готово к активации
Слотов в моей скрижали было теперь пятьдесят четыре, тридцать два слота были заняты Рунами, бронзовой и серебряной нулёвками. Ещё пять были заполнены тоже нулёвками, только деревянного качества, изготовленными мной ещё в Аркадоне в качестве эксперимента.
Общее количество Звёздной Крови: 186 / 437
Атрибуты
Телесность – 10/10 (Ранг: Бронза)
Моторика – 2/10 (Ранг: Бронза)
Физионика – 2/10 (Ранг: Бронза)
Восприятие – 1/10 (Ранг: Бронза)
Мышление – 1/10 (Ранг: Бронза)
Воля – 3/10 (Ранг: Бронза)
Ментальность – 10/10 (Ранг: Бронза)
Предвидение —10/10 (Ранг: Бронза)
Стихийность – 2/10 (Ранг: Бронза)
Предвидение – 3/10 (Ранг: Бронза)
Скрижаль.
Руна Нулёвка – (Ранг: Серебро).
Руна Нулёвка – (Ранг: Бронза).
Руна Феромоны – Руна-Предмет (Ранг: Серебро).
Руна Домен Диких Строителей – Руна-Существо (Качество: Серебро).
Руна Неутомимость – Руна-Заклинание (Ранг: Серебро).
Руна Материя – Руна-Заклинание (Ранг: Серебро).
Руна Некротрансформация – Руна-Умение (Ранг: Серебро).
Руна Ледяная Звезда – Руна-Заклинание (Ранг: Серебро).
Руна Аура Страха – Руна-Заклинание (Ранг: Серебро).
Руна Ментальной Связи – Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).
Руна Сияние – Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).
Руна Огненный Шар – Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).
Руна Зирдиновое Копьё – Руна-Предмет (Ранг: Бронза).
Руна Ментальной Иммунности – Руна-Умение (Ранг: Бронза).
Руна Паразавр – Руна-Существо (Качество: Бронза).
Руна Алого Когтя – Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).
Руна Щит Обжигающего Света – Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).
Руна Малого Исцеления – Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).
Руна Хитинового Щита – Руна-Предмет (Ранг: Дерево).
Руна Фляги с Ядом Имаго – Руна-Предмет (Ранг: Дерево).
Руна Метка Охотника – Руна-Заклинание (Ранг: Дерево).
Руна Ведьмин Корень – Руна-Предмет (Ранг: Дерево).
Руна Электромагнитного Метателя – Руна-Предмет (Ранг: Дерево).
Руна Импульсной Винтовки – Руна-Предмет (Ранг: Дерево).
Руна Кластерной Гранаты – Руна-Предмет (Ранг: Дерево).
Руна Цветочное Бренди – Руна-Предмет (Ранг: Дерево).
Руна Живой Плоти – Руна-Умение (Ранг: Дерево).
Руна Эликсир Антияда – Руна-Предмет (Ранг: Дерево).
Руна Маблан – Руна-Существо (Ранг: Дерево).
Руна Тайна Аюкана – Руна-Сага (Ранг: Бронза).
Руна Паразитное Дыхание – Руна-Умение (Ранг: Бронза).
Руна Ушастый Попрыгун – Руна-Существо (Ранг: Бронза).
Руна Аннигилирующая Десница Изгоя – Руна-Предмет (Ранг: Бронза).
Список Навыков теперь выглядел так:
Мой список навыков дополнился и теперь выглядел так:
Телесная Крепость 3/10 (Ранг: Серебро).
Псионическая Активность 1/10 (Ранг: Серебро).
Рунное Искусство 4/10 (Ранг: Бронза).
Абсолютная Память 4/10 (Ранг: Бронза)
Внушение 2/10 (Ранг: Бронза)
Гипнотизм 1/10 (Ранг: Бронза)
Закрытый Разум 3/10 (Ранг: Бронза)
Ментальный Барьер 3/10 (Ранг: Бронза)
Отключение эмоций 1/10 (Ранг: Бронза)
Адаптивность Организма 3/10 (Ранг: Бронза).
Превосходный Стрелок 4/10 (Ранг: Бронза).
Звериный Инстинкт 2/10 (Ранг: Бронза)
Глава Прайда 2/10 (Ранг: Бронза)
Владение Копьём 1/10 (Ранг: Бронза).
Ядовитая Устойчивость 1/10 (Ранг: Бронза).
Знание единого языка 6/10 (Ранг: Дерево).
Верховая езда 2/10 (Ранг: Дерево).
Таранный Рывок 2/10 (Ранг: Дерево).
Язык Зверей 3/10 (Ранг: Дерево).
Ночное Зрение 3/10 (Ранг: Дерево).
Прочная Кожа 7/10 (Ранг: Дерево).
Чёрная кость 5/10 (Ранг: Дерево).
162.
Спустя приблизительно час в дверь капитанской каюты постучали. Через полтора мы уже спускались на землю в крылатой шлюпке. Улицы Манаана были непривычно пустынны. Повсюду виднелись следы недавних беспорядков: разбитые окна, опрокинутые тележки, обгоревшие фасады зданий.
– Здесь недавно была стычка, – прошептал Гарри оглядываясь.
– Будьте начеку, – предупредил я.
Карл уверенно вёл нас по узким улочкам, избегая главных дорог. Наконец, мы подошли к ничем не примечательному зданию с вывеской «Салон Одинокий Найтволк».
– Здесь мы можем найти то, что нужно, – сказал он, толкая тяжёлую дверь.
Ожидаемо та не поддалась, час был ранний. Но здоровяк забарабанил в дверь кулаком. Мы топтались минуты три, пока нам не открыли.
Внутри было темно, пахло прокисшей карзой и плесенью. Нас впустил худощавый, невысокий и плешивый мужичок с густой бородой.
– Карл? – удивлённо произнёс он. – Давненько тебя не видел…
– Привет, Мори. У нас к тебе дело.
Мори подозрительно оглядел нас.
– Ты и твои друзья легионеры, зря появились тут. У вас, да и у меня могут быть проблемы, после того, что вы тут устроили.
– Мы, значит, устроили? – лицо Карла начало наливаться дурной кровью, – Значит, мы пришли и тут беспорядки учинили в вашем благопристойном ля городке? Скажи спасибо, что не раскатали ваше гнездо изменников из корабельных пушек!
– Зачем вы пришли? – холодно спросил Мори, положив на барную стойку револьвер.
– Я первый офицер Четырнадцатого, – представился я. – Можешь называть меня – Кир из Небесных Людей. Мне нужна информация.
Мори нахмурился.
– Времена сейчас тревожные. Информация стоит дорого.
Я спокойно кивнул.
– Я заплачу.
Он посмотрел мне в глаза, задержав взгляд на мгновение дольше обычного. В этот момент я попытался использовать новую способность. Сосредоточившись, постарался уловить его мысли.
К моему удивлению, образы начали всплывать: недоверие, страх, желание заработать побольше.
– Послушай, Мори. Мы не ищем неприятностей. Не мы это всё тут начали, но хотим закончить, – сказал я мягко. – Для этого мне необходимо знать, что происходит в городе и, в частности, на Фермерском Острове.
Мори, кажется, ощутил мою искренность.
– Хорошо, – вздохнул он. – Город в хаосе. После того как воздушный корабль привёз оружие, рабочие и другая голытьба, как с ума сошли. А потом тот же самый корабль обстрелял центр. Аркадонские войска заперлись в своём форте на Замковом Утёсе и удерживают Речные Башни. Никто не пытается восстановить порядок, но не всем это по душе. Ходят слухи о прибытии подкреплений из Арминума.
Я обменялся взглядами с Гарри.
– Арминумцы? Здесь?
Мори кивнул.
– Да. С «Золотого Дрейка» высадили большую часть экипажа…
– Ха! – воскликнул Карл. – Зря они это сделали! Так нам было легче отобрать их лядскую лоханку…
Я жестом остановил легионера.
– Продолжай, Мори. – мягко сказал я. – Что тебе ещё известно?
– Говорят, что должен прийти ещё один воздушный корабль…
– Зачем он придёт, Мори? – чуть надавил я.
– Они собираются привезти ещё людей, оружия и боеприпасов. Ваши крепко засели на Замковом Утёсе и Речных Башнях. Пока они их не захватят, говорить о взятии города под контроль нельзя.
– И откуда ты это знаешь, Мори? – спокойно спросил я.
– Если вы думаете, что я с арминумскими псами заодно, то ошибаетесь! – внезапно вспылил хозяин салона. – Я оттянул свои двадцать лет в легионе и никогда не переметнусь на сторону врага.
– Чего ж тогда все остальные манаанцы переметнулись?! – возмущённо спросил Карл.
– Это рабочие, Карл! Рабочие и беднота! – ещё более возмущённо ответил трактирщик. – Ван дер Джарны из них вытянули все соки!
– Помолчи, Карл, – осадил я разошедшегося здоровяка. – Мори, бывших легионеров не бывает. Легион – это семья, а все легионеры – это братья.
– Легион навсегда, – ударил себя в грудь кулаком Мори.
– Легион навсегда. – приложил я кулак к кирасе в районе сердца. – Послушай, нам нужно быть уверенными, чтобы навести порядок.
– Вчера ко мне в заведение приходили мятежники, напились и болтали. Они знают лично арминумцев, которые сошли с корабля и начали тут воду мутить.
Я задумался. Ситуация осложнялась. Если Арминум действительно планировал захватить Манаан, нам нужно действовать на опережение.
– Нам нужно вернуться на корабль, – шепнул я Гарри и повернулся к Мори. – Это важные сведения. Спасибо. Будь осторожен.
Я зачерпнул из кошеля примерно четверть всех монет и высыпал на барную стойку.
– Это много, офицер!
– Будь достоин, – бросил я ему через плечо, заметив, как у него блеснули слёзы в уголках глаз.
Представляю, как ему хотелось пойти с нами. Легион – это навсегда…
Мы покинули таверну и быстрым шагом направились обратно к шлюпке. На улицах начали появляться люди. Некоторые бросали на нас подозрительные и опасливые взгляды.
– Не задирайте никого, – прошептал я. – Но и спуску никому не давайте, может именно эти люди вчера стреляли по нам, когда штурмовали Речные Башни.
Но проблемы нас ожидали возле шлюпки. Тут собралась целая группа вооружённых небритых мужиков с винтовками.
– Легионеры ля! – воскликнул один из них, тыча в меня пальцем и стягивая винтовку с плеча.
Я понял, что проблем нам не избежать, и открыл Скрижаль. Что же, вот и случай представился испытать моё творение. Десница Изгоя материализовалась в вихре Звёздной Крови. За секунду до того, как мятежники опомнились, я, не сбавляя хода, открыл огонь. Результат превзошёл все ожидания. Пуля, выпущенная из револьвера, извлечённого из бронзовой Руны, оставила сквозную дыру в груди мужика, куда можно было без напряжения просунуть руку, если бы у кого-нибудь возникло такое желание.
– Пленных не брать! – рявкнул я и выстрелил ещё два раза.
Ещё два попадания. Шок – это по-нашему! Ничего не понимавшие мятежники, тупили ещё одну критическую секунду, за которую я успел произвести результативный выстрел. Только после этого они заорали все разом и принялись разбегаться, но… Но было уже поздно. Легионеры дали залп. Перестрелка была короткой. С нашей стороны потерь не было, так как по нам никто не успел выстрелить. На «Десницу» я после испытаний посмотрел совсем другими глазами. Машинка действительно получилась злая и убойная.
Когда мы добрались на шлюпке до «Золотого Дрейка», на горизонте уже виднелся силуэт одинокого паруса. К гадалке не ходи, это был арминумский воздушный корабль. Легионеры уже заметили приближающийся корабль и суетились на палубе.
– Командир, что нам делать? – спросил Кюнс.
Я собрался с мыслями.
– Нам нужно вывести «Золотой Дрейк» из-под удара. Набираем высоту. Нет, парус не поднимайте!
Пленные моряки бросились выполнять приказ. Корабль начал медленно подниматься, набирая высоту.
– Готовьте орудия, но не открывать огонь без моего приказа! – крикнул я.
Гарри подошёл ко мне.
– Офицер, их слишком много. Против свежего экипажа нам не выстоять.
– Знаю. У нас есть преимущество – мы скроемся в облаках.
Гарри хмыкнул.
– Рискованно. Но у нас нет другого выбора.
– Именно.
Примерно спустя час «Золотой Дрейк» остановил набор высоты, спрятавшись в густом облаке, нависшем над Манааном. В нашей позиции был как плюс, так и минус. Преимущество было в том, что наш корабль видно не было, а слабость заключалась в том, что не только враг нас не видел, но и мы ничего не видели.
Я прикинул скорость с помощью своего вокс и вычислил приблизительное время, когда вражеский корабль окажется под нами. Сражения между воздушными кораблями тут велись или борт в борт, или когда один корабль выше другого.
– Гисел, готовь команду к абордажу, – сказал я, когда время уже почти подошло. – Возьмите все по дополнительной трофейной винтовке, перед тем как лезть в штыковую проредим команду.
– Есть, командир!
Когда я проверил всё у канониров, то снова поднялся на палубу и сосредоточился, пытаясь уловить мысли членов вражеского экипажа, но потерпел фиаско. Тем не менее по моим расчётам воздушный корабль арминумцев должен быть прямо под нами.
– Сейчас, – сказал я, – Кюнс, самое время снижаться.
– Да, кано…
163.
Мы начали стремительно снижаться, прорывая облачный слой. Ветер свистел в ушах, когда нос «Золотого Дрейка» устремился вниз. Вскоре перед нами открылся вид на арминумский воздушный корабль, скользящий по небесам прямо под нами.
– Готовьтесь к бою! – крикнул я, оборачиваясь к легионерам.
Гарри, стоявший рядом со мной, бросил быстрый взгляд вниз.
– Они нас заметили! – воскликнул он, указывая на суету на палубе вражеского корабля.
– Время поджимает, – произнёс я. – Орудия, огонь по готовности!
Наши пушки загремели почти одновременно, и я увидел, как снаряды устремились к цели. Один из них попал в середину палубы врага, вызвав взрыв и панику среди команды. Остальные снаряды прошли мимо, но эффект неожиданности был достигнут.
Грянул ещё один залп. Снаряды из наших орудий на этот раз легли точней. От мест взрывов разлетались острые мелкие щепки и осколки, раня и убивая членов вражеского экипажа.
– Стрелки, огонь! – рявкнул я, вскидывая импульсную винтовку, и выстрелил первым.
Вся прелесть в нашей позиции была в том, что с борта вражеского корабля по нам не могли попасть из пушек. Можно было попытаться достать из пулемётов, которые я заметил на носу и корме, но для пушек мы пока находились высоко.
И мы договорились с Кюнсом, что он попытается удержать «Золотой Дрейк» в мёртвой зоне как можно дольше.
Даже из пулемётов враги не могли эффективно обстреливать нас снизу, тогда как мы вели безнаказанно огонь по ним сверху.
– Держись прямо над ними, Кюнс! – крикнул я штурману.
– Понял, командир! – ответил он, крепко сжимая штурвал.
Арминумцы не сдавались. Я заметил, как они пытаются поворачивать свои орудия, чтобы достать нас, но им это не удавалось. После нашего четвёртого залпа вражеский корабль начал маневрировать, пытаясь выйти из-под нашего удара. Пока они пытались уйти, я сжёг из импульсной винтовки пулемётчиков, хладнокровно выждав, пока они добегут до своих позиций и остановятся.
– Не дайте им уйти! – приказал я. – Гисел, готовь команду к абордажу!
– Есть! – ответил он, собирая легионеров у борта.
– Канониры, стреляйте картечью! Огонь по готовности!
Наши орудия били в упор по вражескому кораблю, словно метлой, смахивая членов экипажа, груз и такелаж. “Золотой Дрейк” приблизился к вражескому кораблю на минимальное расстояние. Крюки и верёвки полетели вниз, цепляясь за релинги, леера и мачты.
– Вперёд! – крикнул я, первым бросаясь вниз по канату.
Прыжок с корабля на корабль был опасным, но мы не могли терять ни секунды. Был ли я уверен в том, что мои люди последуют за мной, когда между кораблями была пропасть? Они легионеры, проще говоря пехота. Их служба топтать Единство своими сапогами, а к абордажам воздушных кораблей их не готовили. Поэтому и уверенности в том, что они прыгнут следом за мной, не было.
Но командир он для того и командир, чтобы быть лучшим во всём, чтобы подавать пример своим бойцам. Только из личного уважения люди могут воодушевиться и пойти за тобой туда, где их запросто могут покалечить, ранить или убить. Поэтому скользя на одних руках на высоте не менее двух километров от поверхности, я не был уверен, что уважение моих легионеров перевесит страх перед этим прыжком через бездонную пропасть, когда на другом крае их ждёт опасный и смертельный бой.
Я ступил на палубу врага и тут же отбил удар сабли. Вокруг меня легионеры скользили по верёвкам и сразу вступали в драку с арминумцами, сталь звенела, выстрелы раздавались со всех сторон.
Моя «Десница» показала себя во всей красе. Каждая пуля оставляла после себя зияющие сквозные дыры в телах противников, деморализуя противников. Я пробивался к мостику, понимая что, обезглавив команду, мы сможем быстрее завершить бой.
Перед кормовой надстройкой меня встретил капитан арминумцев – высокий мужчина с холодным взглядом и шрамом на правой щеке.
– Так это, аркадонские мабланы, решили, что им принадлежит небо? – усмехнулся он, крутнув саблей.
– Сдавайся, и твоим людям будет сохранена жизнь, – ответил я, держа наготове в правой руке иллиумовый меч, а в левой «Десницу».
– Ты думаешь, что это ты нас взял на абордаж?! – рявкнул он, бросаясь на меня. – Сейчас и посмотрим!
Наши клинки встретились с оглушительным звоном. Он был опытным и опасным бойцом, его удары были быстрыми и точными. Но Восходящим он не был, я чувствовал, как мои рефлексы, усиленные Навыками и Атрибутами, дают мне преимущество над ним.
– Ты сильный, – прохрипел он, отступая на шаг. – Но одного этого недостаточно!
В этот момент я открыл Скрижаль и активировал «Ауру Страха», и его глаза на мгновение расширились от неожиданного ужаса. Я воспользовался этим и выбил саблю из его опустившейся руки.
– Твоя война закончится здесь, – холодно сказал я, направляя ему в грудь свой полуторник. – Сдавайся.
Мне не хотелось никого убивать. И так за последние дни я видел слишком много крови, которой можно было избежать. Арминумский капитан тяжело дышал, глядя на меня с ненавистью.
– Делай, что должен, аркадонский маблан… – холодно прошипел он.
– Прикажи своим людям сдаться, – потребовал я. – Так, мы избежим дальнейших жертв.
Капитан колебался, но, посмотрев вокруг и увидев, что его команда проигрывает бой, опустил голову.
– Хорошо. Я приказываю вам сложить оружие! – крикнул он своим людям.
Бой постепенно стихал. Арминумцы бросали оружие и поднимали руки. Легионеры окружили их, собирая пленных в центре палубы.
– Отличная работа, – подошёл ко мне Гарри, вытирая пот со лба.
– Мы ещё не закончили, – ответил я. – Нужно обыскать этот корабль.
Я повернулся к капитану.
– Твоё имя?
– Капитан Ариук. Нат Ариук, – ответил он ровным голосом.
– Капитан Ариук, я ценю твоё решение сдаться. Мы не будем обращаться с вами жестоко, если вы будете сотрудничать.
Он кивнул, но его глаза оставались холодными.
– Что вам нужно?
– Информация, – ответил я. – Сколько ещё кораблей послали сюда из Арминума? Какие у них планы относительно Манаана?
Он замолчал, явно не желая раскрывать секреты.
– Капитан, Ариук, – устало сказал я. – У меня был очень тяжёлый день. И вчера день также выдался не из лёгких. Я видел смерть своих легионеров и не задумываясь выпущу кишки вам и всему вашему экипажу, если буду уверен, что это спасёт хоть ещё одну жизнь моего легионера. Я бы предпочёл расстаться с вами добрыми друзьями.
После короткой паузы он заговорил.
– Это единственный корабль. Нашей задачей было установить контроль над городом.
Я нахмурился.
– Как вы собирались это сделать?
– «Звёздная Душа» должна была совершить посадку на Фермерском Острове, – заговорил Ариук. – Высадить часть команды и раздать оружие повстанцам.
– Часть команды? – задал я очередной вопрос.
– Уже мертвы, первый офицер. Картечь никого не пощадила.
Я пожал плечами. Это не я к ним пришёл раздавать оружие, а они сюда сами заявились.
Гарри, обеспечь охрану капитана и его офицеров. Пленных, кто не пожелает сотрудничать, заприте в трюм под присмотром.
– Считайте уже сделано, командир.
Я направился на мостик, где уже собрались те, кто согласился сотрудничать.
– Нам нужно действовать быстро, – начал я. – Только так у нас есть шанс защитить Манаан. Капитан Ариук, сажайте «Звёздную Душу» на фермерский остров.
– Наши силы ограничены, – услышал я голос в своей голове и обернувшись, встретился взглядом с Леоной Мур. – У нас два корабля, но команды недостаточно для полноценного управления даже одним.
– Верно, – согласился я также по спонтанно установленному ей псионическому каналу. – Поэтому мы используем арминумский корабль как приманку. Отправимся на место встречи и дадим залп из бортовых пушек.
Онемевшая из-за ранения Леона заблестела глазами, полными слёз. Вероятно, она простилась с возможностью общаться.
– Гарри! – крикнул я.
– Здесь, командир!
– Заряжай всю артиллерию картечью! Явимся на место встречи и угостим всех тех, кто пришёл за оружием.
– Рискованно, – сказал Гарри. – Но если получится, это остановит их наступление на Речные Башни.
– У нас нет иного выбора, – сказал я. – Будем действовать дерзко и на опережение. Выполняй приказ.
– Понял, командир.
Я взглянул на залитое золотым сиянием небо. Время поджимало. Древодень уже клонился к вечеру.
164.
Спустя несколько часов мы подготовили оба корабля к финальному аккорду моего плана. Пленных арминумцев разместили под стражей. Некоторые из них, в обмен на обещание свободы, согласились помочь в управлении корабля. Я собрал легионеров на палубе, где они стояли в ожидании моих указаний. Порывистый ветер обдувал наши лица, напоминая об испытаниях, что мы преодолели все вместе. От взгляда в эти простые лица, внутри поднималось чувство вины, словно я сам нёс ответственность за смертельные опасности, выпавшие на долю этих простых людей.
– Слушайте внимательно, – начал я. – Мы приближаемся к Фермерскому Острову, где нас, судя по всему, ждёт ещё одна встреча с мятежниками. Они думают, что получают оружие и помощь от Арминума. Но я не хочу проливать лишнюю кровь.
Несколько моих бойцов зароптали, но я, слегка повысив голос, закончил.
– Не их, не вашу.
Легионеры смотрели на меня с вниманием, некоторые с нескрываемым удивлением.
– Я предлагаю пустить их на борт, – продолжил я. – Мы откроем трюм и предложим им спуститься за оружием. Когда они будут внутри, мы запрём их и отправим на Замковую Скалу. Таким образом, мы избежим ненужных жертв и сможем предотвратить дальнейшие беспорядки.
Гарри нахмурился.
– А если они догадаются о нашей уловке?
– Для этого у нас есть запасной план, – ответил я, ощущая тяжесть в груди. – В крайнем случае мы откроем огонь. Но это последнее, чего я хочу.
Корабль медленно снижался, и вскоре перед нами открылся вид на Фермерский Остров. На поляне собралась огромная толпа мятежников – мужчины и женщины, некоторые с винтовками или револьверами, кое-кто с каким-то невнятным дрекольем, но большинство были безоружны. Капитан Ариук не соврал, мятежники ждали корабля, надеясь на поддержку иностранного государства. Самое трагичное, что я понимал этих людей, решившихся отстаивать свои права. Вот только есть старая как мир аксиома, гласящая: «Кто не хочет кормить свою армию, тот будет кормить чужую». Как это ни странно, но она была актуальна до нас, не утратила смысла в наше время. И так будет после нас. Пока у людей есть оружие, армии кормить придётся.
– Корабль на подходе! – закричал кто-то из толпы, выводя меня из задумчивости.
«Звёздная Душа» опустилась довольно низко, между мятежниками и экипажем началась перекличка.
– Эй там, на борту! – кричали снизу. – Привезли оружие?
– Тебе хватит всему обвешаться! – захохотал Карл.
Это перекрикивание продолжалось до тех пор, пока с борта «Звёздной Души» кто- то: крикнул
– Это ловушка! Не верьте им! Это легионеры! Вас хотят уничтожить!
Сердце сжалось. Я понимал, что сейчас всё может пойти не по плану.
– Заткнись, маблан! – прошипел Гарри.
Я взглянул на легионера, затем на мятежников, которые начали беспокойно переговариваться. Время замедлилось. Я поднял «Десницу» и, скрипя зубами, выстрелил в капитана Ариука – это именно он решил разрушить наш хитрый план. И поплатился, упав на палубу без половины головы, вокруг воцарилась тишина.
Внутри меня разверзлась бездна сомнений. Кто я теперь? Во что превращаюсь? Но у меня не было выбора – жизнь моих легионеров, будущее города и исход боевых действий против Орды Ургов зависели от решительности моих действий.
– Канонирам открыть огонь! – приказал я, чувствуя горечь на языке.
Резко открылись орудийные порты. Артиллерия громыхнула залпом, выпуская картечь в толпу. Я видел, как мятежники внизу падали один за другим. Тела людей рвало словно тряпичные куклы. Некоторые пытались бежать, но на открытом пространстве им негде было укрыться.
– Стрелкам, огонь! – заорал я, перекрикивая звон в ушах.
Легионеры, до этого прятавшиеся за фальшбортом, встали в полный рост и открыли огонь из винтовок. Кюнс, сидевший за расчехлённым пулемётом, выпустил длинную очередь, скосившую ряды первых, кто понял, что твориться что-то неладное.
Звуки выстрелов, крики и дым смешались в хаосе, казалось избиение длится бесконечно. Всё это время я стоял на мостике, наблюдая за происходящим, и чувство опустошения, граничившего с апатией, охватило меня. Внутри имелась твёрдая уверенность, что это необходимо, но от этого не становилось легче.
Когда суматоха улеглась, на поляне остались лежать изломанные тела убитых и умирающих. Пожалуй, что несколько уцелевших мятежников сумели разбежаться в разные стороны, но для нескольких тысяч мятежников путь завершился на этом пустыре.
– Прекратить огонь! – скомандовал я.
Легионеры опустили оружие. Тишина казалась оглушительной после грохота боя.
Я поднял руку и сказал своим людям:
– Это тяжело для всех нас! Но я хочу, чтобы вы знали! Мы спасли больше жизней, чем могли бы потерять в дальнейшем. Как думаете? Кого бы послали подавить этот мятеж?
– Легион! – сказал Гарри, – Чего тут думать?
– Вот именно! Нас или наших товарищей! И когда они бы пришли, то им приказали бы раскатать этот вонючий городок по брёвнам! Сегодня мы оказали услугу всем.
Легионеры закивали, хотя в глазах некоторых я видел те же самые сомнения, что были у меня.
– Поднимайтесь к «Золотому Дрейку», – приказал я. – Пусть оба корабля направляются к форту на Замковой Скале. Там мы разберёмся с пленными и решим, как действовать дальше.
– А вы, командир? – спросил Гисел.
– У меня есть дела в Речных Башнях. Я отправлюсь туда немедленно.
– Как немедленно? – обернувшись, я увидел Леону, обратившуюся ко мне беззвучно. – Это опасно, офицер. Возьмите хотя бы меня.
– Нет, Леона. Ты нужна мне сейчас на борту «Звёздной Души».
Спустившись по сброшенному канату, я активировал Скрижаль и активировал Руну Паразавра. Из сияющего вихря Звёздной Крови появился мой верный скакун – массивный ящер с сильными ногами и прекрасным аппетитом. Я взобрался на Обжору и оглянулся на своих легионеров, провожавших меня взглядами.
– Вы отлично сработали. Теперь выполняйте приказ!
Легионеры вразнобой ударили кулаками в стальные кирасы, а я направил паразавра в сторону переправы в Манаан.
По дороге через хаос улиц Фермерского Острова я видел следы беспорядков: разбитые окна, опрокинутые телеги, сгоревшие здания. Но, несмотря на это, улицы были пустынны. Я ожидал столкнуться с мятежниками, готовился к бою, но люди разбегались при моём приближении.
Часть меня жаждала схватки и ярости боя, возможно, чтобы отвлечься от мыслей о произошедшем. Не дождавшись решительных действий от мятежников, я запел во всю мощь лёгких:
Чёрный ворон, чёрный ворон,
Что ж ты вьёшься надо мной,
Ты добычи не дождёшься,
Чёрный ворон, я не твой.
Ты добычи не дождёшься,
Чёрный ворон, я не твой.
Что ж ты когти распускаешь
Над моею головой,
Ты добычу себе чаешь,
Чёрный ворон, я не твой.
Вестимо, что запел я по-русски. С этими песнопениями из меня выходил стресс. Но и после этого никто не осмеливался напасть. Я видел в глазах попадавшихся мне людей только страх и растерянность.
Так, я подъехал к реке без единого инцидента. Вскоре сыскался старый паром. На плоту стоял седой одноглазый старик в поношенной одежде с дымящейся трубочкой.
– Переправа платная, юноша, – произнёс он хриплым голосом.
Я молча достал из кошеля одну уну и бросил ему. Старик ловко поймал монету и жестом пригласил меня на борт.
Паром медленно отплыл от берега. Вода была тёмной и неспокойной, отражая серое небо.
– Тяжёлые времена настали, офицер, – заговорил старик, глядя не на меня, а куда-то в сторону.
Я слегка кивнул.
Он посмотрел на меня своими проницательным глазом.
– Вижу, что на твоих плечах лежит большая ноша.
Я вздохнул.
– Некоторые решения даются нелегко, старик. Но иногда обстоятельства не оставляют выбора.
Старик усмехнулся.
– Выбор есть всегда, сынок. Вопрос лишь в том, какой сделаешь ты.
– А если оба пути ведут к потерям? – спросил я, глядя на медленнотекущую воду.
– Тогда выбирай тот, что считаешь правильным. Совесть – она ведь не даст покоя, если пойдёшь против неё.
Я задумался над его словами.
– Но как быть, если от твоего выбора зависят жизни других?
Старик пожал плечами, пыхнув сладким облаком дым-травы, ответил.
– Жизни всегда переплетены. Мы все связаны. Главное – не потерять себя в этом узоре.
Я промолчал.
Паром продолжал медленно скользить по тёмной поверхности реки. Я смотрел на старика, его лицо было изрезано морщинами, говоря о мудрости, накопленной за долгие годы.
– Знаешь, – произнёс он, – иногда жизнь ставит нас перед непростым выбором. И чем больше мы пытаемся избежать боли, тем больше её создаём.
Я вспомнил о мятежниках, о том, что произошло на Фермерском Острове. Каждый выстрел, каждое тело, которое падало на землю – это были не просто цифры в отчёте. Это были судьбы, жизни, которые я не смог спасти.
Задумавшись, я попытался понять его слова. Внутри меня боролись чувство вины и необходимость, и теперь, когда я смотрел в его глаз, я чувствовал, что он видит меня насквозь.
– Я тоже учился на своих ошибках, – его голос смягчился. – Я потерял много, но не позволил этим потерям сломить себя. Каждый выбор – это урок, и ты должен учиться на них, а не просто гнить в своих сожалениях.
Старик повернулся ко мне, его один глаз смотрел с такой проницательностью, что я почувствовал, как его слова проникают в самую глубину моей души.
– Ты, на правильном пути, офицер.
Паром тихо ткнулся в песок береговой линии.
165.
Я направил Обжору на берег, посмотрел на прощание на паромщика.
– Прощай, старик.
Он улыбнулся.
– Береги себя, сынок.
Я не ответил, направившись вглубь города.
Манаан встретил меня пустынными улицами. Разрушенные дома, обгоревшие фасады, следы борьбы – всё это напоминало о недавних событиях. Но ни души вокруг. Лишь ветер гулял по улицам, поднимая пыль и листья. Жители попрятались кто куда. Город словно затаился, выжидая, чья возьмёт. Почему-то одноглазый паромщик работал и жил, а более здоровые и респектабельные не нашли в себе сил не то что взять оружие в руки и выбрать сторону, из-за которой определяется их будущее, но и даже просто продолжать свои жизни в прежнем режиме. В этот момент я ощущал к ним… Не презрение, нет, жалость. Муравьишкам топчут муравейник, который они долгие годы возводили, вытягивая собственные жилы. Но они не сражаются за себя, а попросту попрятались по норам.
Добравшись до Речных Башен без приключений, я увидел позиции, на которых легионеры и ауксиларии держали оборону. При моём появлении они поднимали оружие, но, узнав кто перед ними, разразились ликованием.
– Командир вернулся! – услышал я крики.
– Легион навсегда! – вторили другие.
Я чувствовал их �