Пять шагов до подвига
Посвящается.
Всем, кто в меня верил. Всем, кто повлиял на то, каким человеком я стал. Каждому, чьи действия прямо или косвенно натолкнули меня на мысли, что стоит уже начать писать. Спасибо моим родителям за беспрецедентную поддержку. Моей подруге Катерине за мотивационный пинок, итогом которого стала эта книга. И отдельная благодарность человеку, ответственному за выбор темы. Мне тоже пришлось пройти эти Пять Шагов. Приглашаю и вас прогуляться.
Шаг первый
Пару лет назад
Чтобы потревожить древнего лича в его собственных покоях нужно быть либо очень смелым, либо отмороженным. К несчастью старика, незваные гости совмещали оба этих качества. Об этих наглухо отбитых товарищах уже успели сложить легенды. Стиляга в цилиндре, мрачный тип в балахоне, здоровяк с молотом и хрупкая девушка-музыкант. Выглядят как сброд, но это лишь на первый взгляд. Всякий, кто видел этих ребят в деле, зарабатывал себе тяжёлый разрыв шаблона и после долго не мог вернуть упавшую челюсть на положенное анатомией место. Они были не просто опасными психами – искателями сокровищ. Они были лучшими.
Группа из четырёх авантюристов уже прошла вглубь подземного комплекса, встретилась с охраной и увлечённо раскатывала нежить в блин. О сохранении порядка на территории принимающей стороны речи вообще не шло. Довольно быстро декор дворца – жемчужины глубинного города менялся в сторону более смелых стилистических решений: мраморному полу явно недоставало сетки трещин, а развешанные по углам кишки неживых стражей выгодно оттеняли лепнину и позолоту.
Но, несмотря на задор и целеустремлённость, хорошую подготовку и немалый опыт, команде приходилось несладко. Примерно на полпути к тронному залу Четвёрка угодила в ловушку: неупокоенные окружили их, загнав в центр своеобразного перекрёстка коридоров. И теперь напирали со всех сторон, истощая силы и стараясь выиграть время для своего костяного хозяина. Повелитель немёртвых вполне мог приготовить очередной неприятный сюрприз, как уже не раз бывало. И он точно устроит какую-нибудь пакость, скорее всего, последнюю в своей псевдо-жизни – отступать владыке могильного воинства было некуда. Даже если герои-самоубийцы не переживут этот штурм, войска Коалиции поставят точку в существовании очередного слишком бодрого трупа с амбициями.
– Не, я всё понимаю, босс, тебя заводит вторгаться с чёрного хода. Но твои предпочтения, уфф, снова привели нас в глубокую задницу. – Возмущался щёголь в синем костюме-тройке, кидая в толпу напирающих зомби очередную порцию взрывных «гостинцев». Было видно, что модник потратил много сил в этой стычке. По его лицу стекали крупные капли пота, любимый цилиндр съехал на затылок и грозился упасть, а дыхание стало настолько прерывистым, что мешало нормальной подаче острот.
– Если бы не бесконечное уважение к нашему лидеру, то вы бы услышали нечто вроде «я же говорил». Но восхищение тактическим гением Лео слишком велико. – Выдал абсолютно ровным голосом мужик в сером халате, перетягивая очередного скелета-воина светящейся цепью. Нейтральный тон и маска на лице делали иронию высказывания едва ощутимой. Если она вообще была.
– А ну заткнулись оба, – гаркнул на них бородатый детина в пластинчатом доспехе, параллельно раскраивая череп уже десятому по счёту зомби, – работаем руками, а не ртом!
И продолжил с остервенением рубиться сразу с пятёркой немёртвых. В его огромных ручищах массивный молот порхал так быстро, что казался игрушкой. Но разлетающиеся во все стороны ошмётки доказывали реальность оружия. Вывод напрашивался один: воин был ужасно, нечеловечески силён.
– Нет у тебя фантазии, босс. – Притворно скривился шляпник. Окинув взглядом масштабы едва живого наступления, он начал хитрую распальцовку.
– Девчонкам нравится, когда всё вместе. Вон, у нашего барда спроси. – Он махнул головой в сторону девушки, испуганно сжимающей свою лютню.
Та сейчас стояла в центре треугольника и, закусив губу, пыталась попасть пальцами по струнам. Наконец ей это удалось и зал заполнили звуки инструмента. Полилась задорная песня, сродни тем, что играют на ярмарках, во время борьбы с медведем или сопровождая иные молодецкие забавы. Только гораздо, гораздо более захватывающая. Лица авантюристов тут же просветлели, в глазах зажёгся азартный огонёк, а ноздри хищно втянули воздух. Чуть ли не хором выкрикнув «Понеслась!», три воителя с новыми силами взялись за изничтожение неживой силы противника.
В такт мелодии сыпались на холодный мрамор повторно упокоенные, следуя за развитием темы, двигались по залу бойцы. Инструмент рисовал ритм боя и люди подчинялись ему, возвращая мёртвым телам положенную неподвижность. Последний удар по струнам возвестил финал схватки, и на некоторое время в заваленной гниющим мясом комнате воцарилась тишина. Спустя всего несколько секунд боевое трио, повернувшись к смущённо улыбающейся кудеснице, одарило ту аплодисментами. Девушка изобразила изящный книксен, и устало улыбнулась потрёпанным героям.
– Весна, ты в порядке? – отхлебнув из фляги, спросил здоровяк.
Дождавшись кивка, он развернулся и целеустремлённо двинулся дальше по коридору. Но сделать успел не больше пары шагов. Ноги лидера группы внезапно опутала цепь, и он рухнул на пол с громким лязгом. А цепь змеёй накинула на рыжего великана кольца, не давая пошевелиться. Бородатое лицо посетило удивление, тут же сменившееся гневом.
– Дайс, гадёныш! – прорычал командир с пола, – ты что это задумал?!
– Мне дать тебе время на брань или сразу перейдём к сути? – Присаживаясь на корточки перед Лео, привычно бесцветным голосом поинтересовался тот.
– Если ты меня сейчас не развяжешь, крысёныш, – прошипел бородач, тщетно пытаясь освободиться, – я тебя эту цепь сожрать заставлю.
Молча выслушав поток ругательств от брызжущего слюной командира, Дайс абсолютно спокойно ответил:
– Сейчас мы сделаем не так, как ты хочешь, Лео. На этот раз мы не будем лезть напролом. Я не могу допустить, чтобы лич в очередной раз ускользнул, только потому, что кто-то слишком хочет намотать как можно больше кишок на рукоять своей колотушки. Цепь пока останется у тебя на шее, во избежание глупостей. Уж прости, но поехавших берсерков никто не любит.
– Эй, босс-номер-два, ты закончил? – ехидно поинтересовался маг в цилиндре, – напомнить, кто должен следить за нашими тылами?
– Джестер прав, – осторожно вклинилась Весна, – мы сильно рискуем, вообще сунувшись сюда до подхода основных сил Коалиции. Я понимаю, вам не терпится отправить древнего на тот свет, все на нервах. Но…. Можно хоть раз обойтись без ваших ссор? Мы же команда, в конце концов. Или вы забыли?
– Вороны следят. – Невозмутимо ответил штатный разведчик. В подтверждение этому из правого коридора донеслось карканье. Два крупных ворона, чёрный и белый, пронеслись над головами Четвёрки и улетели в разных направлениях. Один свернул в ещё неисследованный коридор, другой помчался по следам героев, проверяя тылы.
– Найдём путь, где гнилушек меньше всего и двинем к тронному залу. Насколько я помню привычки этого черепа с ножками, филактерию он держит под рукой, а обитать любит в роскошных палатах. Как раз наш воинственный приятель успеет чуть остыть.
– Ты только с остыванием не переборщи, серый кардинал. – Кивнул в сторону одного из трупов весельчак. Для верности он ещё и поиграл бровями, но никто шутку не оценил. Лохматый воин так и вовсе снова разразился отборной бранью.
– И развяжи уже нашего Мастера Битвы, номер два, – он нам ещё понадобится. Пора дедушку на пенсию отправлять.
– Любой каприз. – Второй слегка пошевелил пальцами, и цепь ослабила хватку, уменьшаясь в размерах. Пара мгновений и путы превратились в необычное украшение из шипованных колец, свисающих бородачу на грудь. Впрочем, тот не спешил расслабляться, прекрасно зная, насколько быстро этот ошейник может стать удавкой.
– Держишь меня на цепи, крысёныш? Ну-ну. – Лео демонстративно плюнул своему заму под ноги и скрестил руки на груди.
– Вы закончили меряться тем, у кого короче? – Недовольно проворчал шляпник. Он насмешливо подмигнул Весне и, стащив с головы свой котелок, запустил туда руку по локоть.
Порывшись в недрах волшебной шляпы он, вопреки ожиданиям, достал не кролика, а странного вида игрушку. Напоминала она катушку с ниткой (или два диска на оси) и вроде как носила название йо-йо, или йе-йе. Точно никто из ребят не помнил. Зато их не мог обмануть беспечный вид товарища, что раскручивает безделушку, заставляя её вернуться в руку. Любой, кто знал Шутника, понимал – если Джи достал свой любимый реквизит, дело принимает серьёзный оборот.
– Давайте закончим бессмысленную ссору и перейдём к немотивированному насилию. – Стильный джентльмен обворожительно улыбнулся друзьям, демонстрируя идеальный оскал во все тридцать два.
Воин плаща и цепочки кивнул сам себе и махнул рукой в сторону левого коридора. Никто не удивился этому жесту. Всё-таки каждый из них имел подобную невербальную связь со своим духом-хранителем. В нынешних обстоятельствах было бы логично использовать Зверство и остальных участников похода, но у двоих это были малопригодные для битвы создания – ласка и голубь, а призыв Лео блокировала цепочка.
Не задерживаясь больше на месте побоища, отряд двинулся вслед за новым временным главой. Время выяснения отношений наступит позже. Сейчас даже гневно сопящий Первый понимал, что предложение его зама экономит массу сил и времени. Что не отменяло урона по репутации воителя и ущерба дисциплине Четвёрки. Леонард до скрипа латных перчаток сжал кулаки, борясь с желанием тут же свернуть шею Ворона и просто сверлил его затылок взглядом.
Путь вышел пусть и безопасным, но довольно извилистым. Где-то приходилось нырять в узкий лаз за пыльным гобеленом, местами продвигаться, пригнувшись, когда маршрут проходил по тоннелям хозяйственного назначения. Или замирать в скрытой тенями нише, пропуская мимо очередной патруль дворцовой стражи. Наконец, череда поворотов и тайных проходов, разведанных крылатыми помощниками, привела команду в галерею, в конце которой виднелся прямоугольник прохода к самому сердцу мрачной цитадели. Финишная прямая. Если бы не одно но.
Перед массивными двустворчатыми дверьми из чёрного дерева, что в высоту достигали метра три и, вероятно, весили не меньше тонны, стоял почётный караул. Дюжина закованных в воронёные латы бойцов, сжимающих в холодных руках всякие колюще-режущие предметы. Элита этого склепа – рыцари смерти.
В отличие от обычных мертвяков, эти не особо страдали проблемами с подвижностью и были даже ловчее королевских егерей. А если учесть стойкость мёртвого тела, то прогноз выходил неутешительным. Одолеть гвардию некроманта было, в принципе, можно. Но сколько это займёт времени не смог бы поведать даже оракул.
Обе птицы-разведчика уже вернулись к Дайсу и теперь занимали почётные места на плечах хозяина. Напряжённую работу мысли Второго выдавали только пальцы, которыми тот нервно стучал по бедру. На правах ещё не до конца свергнутого лидера, молчание прервал Лео:
– Ну что, умник сраный, командовать не так круто, как ты думал?
– Я сейчас сниму с тебя цепь, выпустишь котика. А как прикончим лича, каждый сам по себе. – Озвучил свой план серый, освободив бывшего командира и разматывая звенья второго орудия. При этом от него не укрылась печаль, промелькнувшая во взгляде Весны.
– Он ещё мне условия будет ставить. Щ-щенок, – потирая шею, прорычал рыжий великан и с садисткой ухмылкой поделился уже своим видением ситуации, – как только мы прикончим рухлядь, я возьмусь за тебя. В следующую секунду Лео сделал глубокий вдох и исторг из себя оглушительный рёв.
– Ррррааааааа!!! – И рядом с воителем стоит настоящий царь зверей. В холке почти два метра и такой же «расцветки» как хозяин.
– Вы закончили ворковать, голубки? – поправив цилиндр, спросил самый утончённый член команды, – кстати, о птичках. Муза, радость ты наша, вызывай своего. Нам явно будет нужно лечение после беседы с этими молчаливыми господами.
– М-может…. Может, вы поговорите после всего этого как нормальные люди? Или для вас дружба дешевле гордыни? – едва не срываясь на плач, воскликнула девушка, – Дайс, Лео, хотя бы ради меня.
– Не хочу портить драму, – подал голос всё также барабанящий пальцами по ноге Второй, – но давайте сначала переживём этот день.
Дожидаться, пока авангард человечества решит свои внутренние конфликты, немёртвые не стали. Их вела воля Владыки и сейчас в пустых черепушках билась лишь одна мысль – разорвать Четвёрку на части. А колюще-режущий арсенал и доспехи из проклятого железа должны нивелировать любую возможную разницу в силах.
Выстроившись ровными рядами, коробка из умертвий в латах чернильного цвета пошла в атаку на чересчур самоуверенных авантюристов. Группа развернулась в подобие боевого порядка, а навстречу элитным подразделениям лича бросились огромный лев, вёрткий грызун и два ворона. На плече у Гения Музыки, откуда ни возьмись, появился снежно-белый голубь.
– Маэстро, м-м-музыку! – Скомандовал шляпник.
– У меня есть кое-что новое, слов пока нет, но.… В общем, Песнь Возрождения. – Слегка замявшись, объявила Весна и битва началась.
С тихим звоном скользят по каменному полу волшебные цепи, чеканят шаг тёмные латники, рычат Лео и его зверь, притопывает на месте волшебник. Раздаются первые звуки невообразимой мелодии. С первых же нот она будто хватает человека за шкирку и выдёргивает навстречу свету. И, помимо обычного прилива сил, бойцы с удивлением замечают, что их многочисленные ссадины и гематомы исчезают на глазах. Вмятины на доспехах выпрямляются, а по венам будто бежит жидкий огонь, побуждая к действию.
Рывок с места и огромная кошка тараном сносит стройные ряды гнилушек. Мелькает рядом рыжая шевелюра, это Леонард спешит к дезориентированному противнику с молотом наперевес. Сверху на одного из рыцарей пикируют две крупные птицы. Вороны отвлекают воина-мертвеца, вырывая из окоченевших ладоней оружие. Смазанная серая тень объявляется за спиной повторно живого и опутывает того сияющими цепями. Мертвяк дымится и воет на одной ноте. В забрало одного из тёмных гвардейцев прилетает обманчиво похожее на игрушку оружие, вминая его внутрь. Лео одобрительно хекает и показывает большой палец магу. Тот отвечает шутовским поклоном.
Первая атака принесла свои плоды, удалось сразу упокоить троих. Но дальше дела у Четвёрки пошли не так хорошо. До второго куплета Весна обычно оставалась совершенно беззащитной. Бойцы не сильно вдавались в подробности музыкального волшебства и вряд ли могли сказать, почему так происходит. Что, впрочем, не помешало им составить тактику с учётом этих особенностей. Оберегая своего барда, команда была ограничена в передвижении. В отличие от нежити. Ощущая странную цикличность бытия, братья по оружию снова заняли круговую оборону. Теперь на каждого из них приходилось по три полновесных элитных боевых трупа. Не слишком честно, но призванные звери уравнивали шансы. Образовалось хрупкое равновесие сил. До тех пор, пока один из уже поверженных противников не начал шевелиться.
Помятый, с проломленной головой и без одной руки, уже дважды убитый, зомби-рыцарь поднялся и поспешил влиться в строй своих чёрных собратьев. Здоровяк оскалился, отводя молот в замахе. Как всегда нечитаемый, Дайс раскрутил цепи, что уже не просто сверкали – они горели нестерпимо ярким белым огнём. Джестер начал читать нараспев одно из самых разрушительных своих заклинаний. Древние слова отражались от стен и потолка, резонируя с мелодией, что усиливала их. Опасные психи и искатели приключений были готовы выдать свой максимум.
Взмах когтистой лапы разрывает одного из латников пополам. Молот с хрустом и лязгом крошит суставы тёмного, сбитого мощным пинком на землю. Свист цепей вливается в Песнь, хлёсткие удары расставляют акценты и оплавленные дыры на вороных доспехах. Четвёрка неистовствует. Ещё чуть-чуть и они вышибут двери в тронный зал с пинка и открутят дедушке-личу голову. Но что-то идёт не так. Из десятка открывшихся прямо посреди сплошной стены проходов хлынули чёрной рекой новые стражи. И в этот самый момент шляпник закончил заклинание. Пульсирующая всеми цветами радуги сфера диаметром около метра висит над головой колдуна, который растерянно пытается выбрать цель.
– Джи, – отбивая выпад проклятого копья, кричит Ворон и указывает на массивные двери, – вышибай. Он точно там. Если прикончим, латники – не проблема.
– Ах-ха-ха-ха!!! Уверен?! Ты, и-хи-хи, уверен?! – Вперемежку с истеричным хохотом спросил едва стоящий на ногах волшебник. Было заметно, что он с трудом удерживает заклинание от детонации. Да и вертикальное положение тела тоже.
– Абсолютно. – Уверенно ответил Дайс, отрицательно покачав головой. Это было последнее, что увидел маг, перед тем как вырубиться.
Пульсирующий шар с гудением пролетел в сторону деревянных створок, на ходу испаряя всех подвернувшихся. Вот он уже в паре метров от дверей. Три, два, один. Вспышка. Грохот.
Взрывная волна укладывает всех на пол. Всех, кроме барда. Каким-то чудом она не попала под удар. Хотя, всё ещё льющаяся мелодия даёт понять, каким. Первым вскакивает с пола Леонард и истошно ревёт, голосом полным боли. Обломки дерева изранили его льва, зверь истекает кровью и тяжело дышит. Воин бросается в пролом, но на нём повисает сразу несколько чёрных гвардейцев. Где-то успевший потерять молот рыжий великан сносит гнилые черепушки ударами пудовых кулаков. Но он слишком увяз в ближнем бою. Через дыру он видит лича в центре магического круга. В костяной руке некромант сжимает филактерию – свою жизнь и свою смерть. Бородач узнал руны, мерзкая рухлядь пытается открыть портал. Ему не успеть.
Где-то потерявший маску, из под останков рыцаря смерти выбирается Дайс. Мутным после удара по голове взглядом он пытается оценить происходящее. Шляпник в отключке, Муза в защитном круге и не может прервать Песнь. Волшебные звери почти все отозваны или ранены. Здоровяка блокирует стража. В проломе тяжёлых ворот он замечает своего давнего врага. Тот, судя по веренице символов под ногами, задумал смыться. Не сегодня. Они шли к этому слишком долго. Цепи ложатся на неровные края пролома, а серый воин отходит на пару шагов назад. Мысленный приказ. Хуго срывается с места, чтобы отвлечь некроманта, на случай подлого заклинания. Скрип звеньев. Импровизированная баллиста отправляет Второго в полёт через дыру.
Что-то орёт Лео, но свист в ушах заглушает крик бородача. Падает обмякшей тушкой Хуго. Кажется, его достало проклятие. Нож по имени Жадный, будто сам ложится в руку. И спустя секунду входит в глазницу неприлично живучего трупа. Разбивается филактерия, брызжа осколками во все стороны. Ворон поднимается. Кости лича стремительно трескаются и рассыпаются прахом, оставив под ногами только грязный балахон. Неужели…. Всё?
Авантюрист непонимающе смотрит на то, что осталось от повелителя немёртвых. Из ступора его выводит грохот. С потолка падает камень, больно ударив воина в плечо. Падают безвольными куклами все чёрные латники. Падают куски лепнины с потолка. Глаза Дайса округляются. Всё рушится. Четвёрке нужно уносить отсюда ноги. Он оборачивается в сторону пролома. Весна стоит, опираясь на лютню. Вокруг неё уже настоящий камнепад. Рыжий громила лежит, придавленный одним из обломков и громко проклинает всех и вся. Ворон делает шаг, спотыкается. В спину ему прилетает очередным булыжником с потолка. Запнувшись, он летит в начерченный костяным лордом круг. Вспыхивают руны, и портал почему-то решает, что пора сработать….
И вот теперь
Долгое время Уотан не мог понять, что происходит. Пробуждение в холодном поту. Бешено колотится в груди сердце, отбивая тревожный ритм на рёбрах. Он лежал на спине, упорно сверлил взглядом потолок, и всё никак не мог освободиться от наваждения. Опять этот сон. События двухлетней давности. Мужчина растёр лицо руками и рывком поднялся к кровати.
За окном блёклый полумесяц пытался изобразить из себя ночное светило. Однако фонарь во внутреннем дворе имения справлялся с темнотой гораздо лучше. До рассвета ещё далеко, иначе бы слуга его погасил. Опыт подсказывал, что заново уснуть вряд ли удастся. А это значит, что придётся светить лицом второй свежести перед почтенной публикой. К несчастью, на официальные приёмы не дозволялось приходить в маске.
Члену легендарной группы, одолевшей короля-лича, накануне пришло приглашение. Хотя оно больше напоминало письменный приказ. Посыльный вчера согласился передать письмо только лично в руки, и оно гласило:
«Сир Уотан.
Поздравляем с годовщиной славной победы! Страна не забывает своих героев, и Мы рады пригласить вас на торжественное открытие мемориала, посвящённого этому, без преувеличения, великому событию.
Настоятельно не рекомендуем Вам пропускать памятные мероприятия в этом году. Время и место те же. Его Императорское Величество крайне заинтересовано в присутствии всех участников знаменитой своими подвигами команды.
С уважением.
Собственная Его Императорского Величества канцелярия»
– Лицемеры чёртовы, – выдал отрешённую оценку тот, кого раньше звали Дайс, – теперь нам придётся друг друга терпеть. И улыбаться, будто все рады увидеться.
Криво ухмыльнувшись, владелец небольшого поместья проследовал в гардеробную, которая, судя по всему, согрешила с оружейной. Результатом данного противоестественно союза стало пространство, где костюмы соседствовали с различным убийственным инвентарём.
В комнате царил идеальный порядок: два десятка белых совершенно одинаковых костюмов с капюшоном висели на длинной выдвижной перекладине, оружие покоилось на чёрном бархате под стеклом, подобно музейным экспонатам, вспомогательное снаряжение разложено по ящикам в зависимости от размеров и назначения. Небольшая пирамида с набором тростей, таких же белоснежных, как и одежда, приютилась в углу, справа от входной двери. Несколько сплошных масок, где выделялись разве что отверстия для глаз, безучастно взирали на их владельца с противоположной стены.
А ещё тут играла лёгкая ненавязчивая музыка. Скрытый где-то за стеной камень Памяти воспроизводил одну из композиций бывшей соратницы – Сонату Полуночи. Хитрый механизм запускал его работу каждый раз, стоило двери в гардероб распахнуться. Но, несмотря на льющуюся из стен мелодию и педантичный порядок, было здесь и кое-что ещё, заслуживающее отдельного внимания.
Постамент в центре помещения точно бы притянул взгляд случайного посетителя (если бы тот как-то умудрился сюда попасть). На выполненном в виде жертвенного алтаря возвышении размещалось странного вида нечто: то ли подставка для кухонной утвари, то ли ножны. Определить было сложно. Больше всего это напоминало фигурку скрюченного человека из гладкого агата, размером не крупнее собаки. Из спины карлика торчало несколько рукоятей различных ножей, среди которых выделялась одна. Костяная, с потёртостями, она принадлежала не просто оружию. У ножа были имя и история. Жадный. Или, как его окрестили в легендах, Последний Вздох. Именно этот клинок оборвал суррогат жизни некроманта и как ничто иное в арсенале Ворона заслуживал занимать пьедестал.
Не удостоив вниманием жемчужину коллекции, бывший член легендарной Четвёрки потянул с вешалки ближайший наряд и начал неторопливо одеваться. Под чарующие звуки струн мужчина перевоплощался в того, кем его привыкли видеть. В Ворона, героя, что зачем-то был нужен толпе. И кому-то из ближнего круга императора. Живые легенды неплохо работают на имидж правительства. Закончив с нарядом, убийца лича быстрыми шагами пересёк комнату, сдёрнул одну из масок со стены и бесшумно двинулся на выход.
Перед тем, как покинуть комнату, Дайс обернулся и бросил взгляд на подставку в центре гардеробной. На секунду ему показалось, что из чёрной фигурки торчит меньше рукоятей, чем обычно. Воин в белых одеждах пару раз моргнул и внимательно уставился на спину карлика. Всё было по-прежнему. Уотан покачал головой, отгоняя наваждение, и захлопнул дверь. А потом тихо приоткрыл, заглядывая в тонкую щёлочку. Нет, ножей было столько же, как и вчера. Ровно пять. «Это всё из-за недосыпа» – пробормотал хозяин дома, не особенно уверенный в причинах миража. Неясное беспокойство уже поселилось у него в голове и теперь старательно вило там гнездо.
Следуя давней привычке, Ворон запер оружейную на замок и установил пару ловушек для незваных гостей. Его пытались ограбить примерно пару раз в месяц. Иногда чаще. Любители чужого добра обычно после этого оказывались либо за решёткой, либо в больнице. Хозяин поместья даже, смеха ради, заключил пари с городничим, сколько желающих попытать удачу воров они поймают этой зимой. Городничий ставил на пять-шесть отчаянных домушников, сам же легендарный воин бился об заклад, что их будет дюжина. Барон Дартвинг устало вздохнул, натянул маску и отправился на ночной променад. Бессонница давно стала его верной спутницей, как и своеобразный моцион, что помогал прочистить мозги. Стоящие уже неделю морозы были как нельзя кстати.
Сегодня, как и много раз до этого, знаменитый Второй прогуливался по окрестностям своего имения в компании хрустящего под ногами снега, бледного серпа на небе и собственных невесёлых мыслей. Но привычный сценарий в угоду слепому случаю был грубо переписан внезапным появлением ещё одного любителя побродить под светом звёзд. Вернее, любительницы. Обычно джентльмены не бывают расстроены появлению незнакомки, тем более хорошенькой. Но это был явно не тот случай.
По крайней мере, Сир Уотан не принадлежал к любителям знакомств в формате «помогите, режут». А это было именно оно. Бывалый авантюрист с ходу ощутил аромат приближающихся неприятностей. Сразу после того, как из задумчивости его вырвало испуганное ржание лошадей. Конская истерика раздавалась со стороны подъездной дорожки. Возница остервенело подхлёстывал скакунов. Он был напуган и гнал, будто от этого зависела его жизнь. Ещё бы, не каждый день видишь, как за девушкой гонятся сразу несколько гончих тьмы. Жертва загонной охоты стремительно неслась вдоль широкой аллеи прямо на замершего от удивления мужчину. На дистанции в двадцать шагов, выстроившись полукольцом, за ней беззвучно следовали несколько псин, будто сотканных из первородного мрака.
Девчонка, надо отдать ей должное, не пыталась кричать или звать на помощь, а весьма уверенно шевелила конечностями в сторону поместья. «Разумно» – хмыкнул барон и приготовился к схватке. Не то чтобы он сильно хотел вмешаться, но потерпеть подобную наглость в своих владениях просто не мог. Стая тёмных созданий перешла черту, и следовало поучить низших демонов уважению. Желательно так, чтобы урок запомнился им до конца жизни. Предвкушающий оскал прорезался на лице человека в белом. Но, как и всегда, был надёжно скрыт маской.
«Даме с собачками», как мысленно окрестил её Дайс, не потребовалось много времени на сближение. К моменту, как мимо него пронеслась бледная от ужаса девушка, воин успел набросать в голове примерный рисунок боя и встал в стойку, чуть отведя руку с тростью в сторону. В другую руку с тихим звоном скользнула цепь, что плавно выползла из рукава.
– Наш род славится своим гостеприимством, – возвышенно изрёк барон, подпуская тварей поближе, – и я рад лично приветствовать гостей.
А в следующую секунду хрустнул череп ближайшего из потусторонних хищников. «Десять, их всего десять» – посчитав врагов, заключил охотник на чудовищ. «То есть, уже девять» – поправил он себя, мельком взглянув на бьющееся в судорогах тело. Свистнула цепь и следующий демонический зверь вспахал мордой рыхлый снег. Тлеющие угольки глаз чудовищной собаки погасли.
Несмотря на свои внушительные габариты и физическую силу с ловкостью, низшие твари из плана Тьмы мало что могли противопоставить Цепям Боли. Да и обычная с виду трость была неслабо пропитана чарами. Вожак стаи, верно оценив, кто здесь наибольшая угроза, сверкнул глазами. Группа гончих сменила цель и начала окружать воина в белом. Оставшиеся на ногах «пёсики» дружно пожирали взглядом с иголочки одетого господина.
Две слишком зубастые пасти уже больше не откроются, а странный двуногий даже с места не сдвинулся. Вожак утробно зарычал, барон нетерпеливо дёрнул подбородком, приглашая на смертельный танец. Зверь из преисподней не стал отказывать своему визави в удовольствии. Со всех сторон на мужчину бросились размытые тени. Этот наскок должен был стать последним для наглого человечка.
Но представителю рода людского нашлось, чем удивить «младших братьев». Взмыв на пару метров вверх прямо с места, он пропустил клыкастых монстров под собой. И успел хлестнуть своим страшным оружием. Ещё парочка тёмных существ отправилась в поля вечной охоты. Приземление. Трость ломает позвоночник очередной цели. «Пять с половиной» – недовольно подумал Ворон и резко опустил тяжёлый ботинок. Чавкнуло. Голову пса раздавило в неаппетитную кашу. «Пять» – наконец удовлетворился воин. Стая развернулась, не спеша нападать. Опыт подсказывал авантюристу, что сейчас произойдёт какая-то пакость. Пакость не стала томить и произошла.
Подняв уродливую башку к небу, вожак отродий протяжно завыл. Гончие подхватили эту жалобную ноту и обратились жирным дымом. Чёрный туман вихрем закружился вокруг зверя и через пару ударов сердца втянулся в его тушу. Монстр, поглотивший собственную стаю, увеличился в размерах и, видимо, уплотнился. Земля под ним заметно просела. Глаза вспыхнули с удвоенной злобой и гигантский чёрный волк (называть это собакой больше не представлялось возможным) двинул на своего противника.
– Вот это я понимаю, здоровое питание. – Со смесью страха и восторга раздалось из-за спины барона.
– Эй, тут конечно интересно, – недовольно бросил через плечо суровый джентльмен в маске, – но вали-ка ты в поместье, Закуска.
– Я не закуска. – Обиженно возразили сзади. Дайс покачал головой и выдал напутствие:
– Тогда постарайтесь не сдохнуть, мисс.
И полностью сосредоточился на схватке. Его оппонент не терял времени даром. Заметно прибавивший в дурной силе и габаритах волчара рывком сократил расстояние, стремясь сомкнуть пасть-капкан поперёк туловища слишком вёрткого человечка. Он мелькнул тенью, пролетев за один прыжок несколько метров. Быстро, чертовски быстро. Но зубы снова сомкнулись на пустоте. Второй, чудом избежавший знакомства с внушительными клыками, сделал выводы. И следующим движением опутал морду хищника цепью. Но тот просто и без затей выскользнул из захвата туманным облаком и собрался заново чуть в стороне.
– А раньше гончие так не умели. Будь хорошим мальчиком, скажи, где твой хозяин. – Почти ласково протянул воин, вытряхивая из рукава вторую цепь.
Посох, секундой ранее отставленный в сторону, наплевательски отнёсся к силам земного притяжения и не упал, застыв вертикально. Словно птичья голова на его набалдашнике очень не хотела пропустить ни секунды из бесплатного зрелища. Зверь и человек обменялись ударами, и зашли на новый круг противостояния.
Тяжелый взмах когтистой лапы укротитель в белом пропускает над собой, пригнувшись. Затем уже клыкастый скачет, спасаясь от хлёстких ударов. Внезапно вожак размазывается в воздухе. С бешеным свистом рассекаемого воздуха когти летят в спину жалкого смертного. Но что это? Опять вспарывают лишь снег. А затем дымный волк поднимает голову и ловит удар. И ещё. И ещё, и ещё, и ещё.
Раскрутившись в странном танце, Дайс поочерёдно хлещёт цепями в неестественно крепкую черепушку тёмного создания. Грозный зверь непонимающе скулит и пытается отступить, развеяться чёрным дымом. Но ему не удаётся, зубастик избегает только половины ударов. У любого хитрого трюка есть свой откат и время действия. Взмахи металлических кнутов рвут шкуру из теней в клочья. Взмах. Свист. Вой. Гигант делает отчаянный рывок, в попытке забрать страшного человека с собой на тот свет. Мужчина отбрасывает цепи и на бегу подхватывает трость.
Схватка заканчивается, отразившись в радужке невольной свидетельницы яркой картиной. Слишком яркой, чтобы забыть. Массивная туша чудовища нависает над человеком. Его фигура кажется хрупкой на фоне гончей размером с быка. Острый наконечник вошёл в подбородок зверя и вышел у него из глаза. Тросточка всё же у барона непростая. Чернильного цвета шкура дёгтем стекает с антрацитового скелета, на полпути к земле развеиваясь как дым. Угольки жаждущих крови глаз гаснут.
Неторопливо падают мелкие снежинки, мерцая в свете ближайшего фонаря. Наступает тишина. Застывший на мгновение Ворон внезапно поворачивает прорези маски в сторону плотной стены деревьев. Там, в просвете меж заснеженных елей на миг мелькает фигура в чёрном балахоне. Но стоит моргнуть, как таинственный наблюдатель испаряется, будто его тоже унесён ветер. Владелец участка шумно втягивает морозный воздух с запахом проблем, но выдать что-то под стать ситуации ему не даёт ещё один участник событий. А скорее даже причина, о которой все успели позабыть.
– О-бал-деть. Меня спас тот самый Дайс. – Потрясённая дама даже не заметила загадочного чёрного человека, настолько её захватило развернувшееся в шаговой доступности сражение.
– Барон, теперь как порядочный человек вы просто обязаны… – начала девушка, но Ворон резко её перебил.
– Жениться не буду.
– Да кому оно надо! – искренне возмутилась девчонка, – покажите лучше пару приёмов.
Маска повернулась в сторону недавней жертвы, и юная леди была готова в этом поклясться, прорези для глаз стали уже, имитируя прищур.
– Вашей жизни больше ничего не угрожает, мисс. Вы вольны покинуть территорию моего поместья. – Голос живой легенды был едва ли теплее окружающей среды.
– Вы сама учтивость, но вынуждена задержаться. Я здесь по делу. – Произнесла незваная гостья с нотками раздражения.
Владелец поместья никак не отреагировал на ядовитый тон. Он старательно стаскивал останки потусторонних тварей в одну кучу. Вдохновившись, что её пока что не гонят пинками, девица продолжила:
– Меня зовут Алиса Кроу. Как вы возможно слышали, ситуация с Алой Гнилью становится всё серьёзнее. Лекарства на данный момент нет. Мы пока лишь пытаемся облегчить страдания тех, кто, по сути, обречён. Больным нужна ваша помощь. Мне нужна ваша помощь. – Под конец длинной тирады внезапная ночная гостья едва удержалась от всхлипа.
Дайс увлечённо разжигал погребальный костёр для незадачливых низших демонов и потому ответил не сразу. Когда столб ревущего белого пламени, наконец, поглотил основную часть проклятого мяса, он соизволил обернуться к собеседнице:
– Так откуда вы пришли, мисс?
– Из лечебницы Святого Игниса. – Ответила Алиса, несколько сбитая с толку.
– Вам не кажется, что людей, сведущих в искусстве врачевания стоит поискать там? – издевательски учтиво продолжил мужчина, – мои «пациенты» заканчивают всегда одинаково.
На фоне огня, жадно впившегося в тёмную плоть, звучало весьма убедительно.
– Лучшие лекари столицы не справились. Я не справилась. Мы слишком мало знаем о подобных недугах. Однако. В руинах мёртвого города осталось много чего. В том числе и библиотека лича. Нужно попробовать. Пусть это прозвучит нелепо, но его медицинские трактаты могут помочь. Когда-то и он был адептом жизни. Иногда ответы лежат в самых неожиданных местах. – На одном дыхании выпалила врачевательница.
– Допустим, – вздохнул барон, – но причём здесь я?
– Мне нужен проводник.
– И-и-и? – Протянул сир Уотан нетерпеливо.
– Мне не удалось найти людей для экспедиции к Некрополю, – Поджав губы, призналась мисс Кроу.
– Вопрос цены? – насмешливо поинтересовался барон, раскидывая угли аномально быстро догоревшего костра, – тогда вы не по адресу, мои услуги недёшевы.
– Вряд ли вы запросите больше, чем группа Серых Сабель, – не моргнув глазом, отбила целительница.
– Умеете вы, мисс, создать интригу. Почему старый пройдоха Реверс вам отказал?
– Он боится. Там всё ещё слишком опасно. К разрушенной цитадели всё время стягиваются тёмные твари.
– Тогда вам, вероятно, поможет тринадцатый армейский корпус. Они как раз чертовщиной занимаются. – Дайс уже начинал раздражаться.
– Им некогда. На границе со Степью опять напряжённая обстановка. Шаманы дикарей вырастили новый вид химер. Несколько деревень вырезаны подчистую. Корпус направили туда, чтобы разобраться с ситуацией. И вы вообще-то должны быть в курсе ситуации.
– Незавидное у вас положение, леди Кроу. – Тем же лишённым эмоций тоном заключил рыцарь в маске.
– Алиса. Просто Алиса. Вы согласны мне помочь? – С надеждой спросила девушка.
– Проводить вас к проклятым руинам, полным всякой нечисти в надежде найти нечто, способное остановить новую страшную болезнь? Без гарантии на успех и с огромным шансом сгинуть в процессе этой милой прогулки? Я всё правильно понял?
– Мне вас рекомендовали как чуть ли не единственного, кто может взяться за это дело.
– Отказываюсь.
– Тогда хотя бы помогите мне подготовиться к экспедиции. Раз уж вы так сильно заняты. – Язвительно закончила барышня. Она гневно уставилась на собеседника и воинственно сжала кулачки.
– Вас, должно быть, ввели в заблуждение. Интересно, кто? Слухи о моём «самоотверженном героизме», – Ворон произнёс это с изрядной долей иронии, – немного преувеличены. Выберите себе задачу по силам. И да, вы правы, у меня непозволительно мало времени.
– Сегодня, к примеру, нужно непременно посетить праздник человеческого лицемерия. Умопомрачительное зрелище. Я рекомендую вам…. Нет, я запрещаю вам. Слышите, запрещаю его пропускать. – С этими словами Дайс достал из внутреннего кармана неизвестный снаряд, поджёг фитиль и, отсчитав пару секунд, бросил под ноги, прямо перед собой. Алиса застыла, поражённо наблюдая за безумными действиями барона. Ей было известно о взрывчатке, как и об опасности подобных штук. Кажется, их использовали в горном деле для дробления породы.
– Ищите героев в другом месте, мисс Кроу. А теперь, всего доброго. – Воин в белом обозначил кивок и, развернувшись, зашагал по дорожке из каменных плит. За секунду то того, как его и весь мир вокруг поглотила вспышка яркого света. Когда к ошеломлённой девушке вернулось зрение, легендарный убийца короля-лича уже бесследно растворился в предрассветных сумерках.
– Может быть, лучше было сразу отдать ему это? – Алиса достала из кармана конверт со странной печатью из синего воска. Оттиск в виде цилиндра успел смазаться, но всё ещё оставался различим. Письмо упало ей на голову накануне вечером, когда она возвращалась из лечебницы. Адрес получателя совпадал с местом жительства не слишком приятного в общении героя. Прямо под печатью размашисто было выведено «Исключительно в руки».
Воспитание не позволило молодой целительнице проигнорировать послание, что буквально спустилось с небес, и она решила совместить миссию по доставке со своим личным визитом. Юная леди провалилась дважды. Грустно вздохнув от несправедливости бытия, мисс Кроу направилась в сторону особняка. Как минимум оставит конверт слуге.
***
В официальных мероприятиях всегда есть что-то отталкивающее. Каким бы важным и торжественным ни был повод, после них остаётся неприятный осадок внутри. Даже праздник, будучи приправлен щепоткой официоза, несколько теряет в радостной атмосфере. В иных же случаях атмосфера просто невыносима. Особенно ярко подобные симптомы проявляются на годовщинах «славных побед». Душные речи от людей, которых при прочих равных народ предпочёл бы не видеть. Формулировки будто из финансовых отчётов. И куча, просто куча самолюбования и напускного величия. Каждый раз один и тот же сценарий. Как представителю класса «герой отечества» Ворону приходилось терпеть этот цирк. Снова.
Очередное очень важное и ни разу не худое лицо взбирается на трибуну и начинает вещать. Можно даже не слушать, что там говорит толстозадый министр хрен-пойми-чего. Речь ему написали те же люди, что и кучке пустословов, выступавших часом ранее. Мы велики и непобедимы, наша мощь неоспорима, а власть императора непогрешима. Сам император, как это водится, по очень уважительным причинам на этой ярмарке словоблудия не задержался. Приветственно махнув народу и бросив пару слов о всеобщем единстве, он перерезал ленточку и укатил в закат. Кому-то из приближённых монарха пришла в голову «гениальная» мысль установить памятник Четвёрке. Но хуже всего был тот факт, что Дайс оказался единственным, кто лично присутствовал на мероприятии.
Нет, фактически, вся команда была в сборе. Однако имелся нюанс. Три участника из четырёх находились на площади исключительно в виде отлитого в металле постамента. Что забавно, скульптурная композиция не включала самого Второго. Шутку неизвестного клоуна из канцелярии барон Дартвинг оценил и запомнил, на всякий случай. Ни одно доброе дело не должно оставаться безнаказанным. Хотя быть увековеченным в таком убогом стиле он не пожелал бы и врагу.
Утомлённый ночными приключениями Уотан, не сразу понял, в каком виде должны присутствовать все участники команды. Новомодная технология создания реалистичных картинок. Четвёрка должна была собраться вместе для фотографии. Только вот «друзья», похоже, благополучно проигнорировали всю эту чепуху с пафосным открытием мишени для голубей. Живьём явился лишь один. И теперь старательно, но безуспешно, пытался скрыть кислую мину. Обычно в этом ему помогала маска, но данный предмет гардероба крайне вежливо попросили снять ещё на входе. Наконец, поддавшись желанию выплеснуть накопившуюся злость, легендарный убийца лича перешёл от фальшивой вежливости к открытому презрению. Плевать на заголовки газет, он и так слишком долго терпел этот цирк.
Окончанию торжественной части ненавистного фарса «славный герой» радовался не меньше чем голодающий куску хлеба. Впрочем, сполна насладиться свободой ему не дали, так как открытие памятника Трёх Героев плавно перетекло в неофициальную пьянку для аристократов. Тут это называли более возвышенным словом «фуршет». С продолжения банкета молодой герой решил скрыться. Но и тут потерпел фиаско. Два молодчика из тайной стражи, чуть ли не силой затолкали Ворона в дилижанс, и тому не оставалось ничего, кроме как подчиниться.
Смириться с судьбой оказалось неожиданно легко: при попытке покинуть карету, бывалый авантюрист обнаружил себя немного, самую капельку, запертым. И, что более всего досадно, повозка оказалась обита хладным железом, блокирующим основную часть способностей Дайса. Главе Теней (так в простонародье называли тайную стражу) пришлось буквально выкрасть национального героя, чтобы доставить к себе на приватный разговор. В противном случае, гордость нации мог просто раствориться в воздухе. Сир Уотан обладал несравненным талантом по части того, как избегать встреч и игнорировать приглашения. Но в этот раз провернуть свой любимый фокус с исчезновением Второй не успел. Его взяли быстро и технично. И теперь везли на аудиенцию к самому пугающему человеку в империи.
Но, в отличие от обывателей, впечатлённых слухами о таинственном графе Шрудте, прошедшего через горнило войны с немёртвыми мужчину пугало совсем иное. Закалённый сотнями битв воин испытывал почти животный ужас при мысли, что этот обманчиво милый старичок опять будет отчитывать его за неуместное поведение. И нагрузит какой-нибудь крайне неприятной работой.
Деваться барону Дартвингу было некуда, спешить тоже и потому весь путь до тайной резиденции своего старого нового начальства благородный сэр занимал себя самым уместным в данной ситуации способом. Вырезал похабщину на потолке транспорта. Дорога заняла несколько часов, и потому умирающий внутри Ворона художник успел многое. Например, сопроводить нецензурные надписи анатомически верными иллюстрациями. В целом вышло почти учебное пособие, но любоваться делом рук своих человек искусства смог всего ничего. Карета прибыла в пункт назначения и замки щелчком оповестили пассажира, что пора выходить.
Здесь уже не требовалось соблюдать этикет и корчить великосветскую физиономию, так что знаменитый Дайс дал волю своему раздражению и выбил дверь с ноги. Выбравшись из недр дилижанса, он присвистнул. Дорога завела его в неопознанный подземный тоннель, сложенный из грубого камня. Ни кучера, ни лошадей – вообще ни единой живой души. Небольшой масляный фонарь на облучке разгонял тьму лишь на пару метров. Своды терялись в густой тьме, равно как и оба конца каменной кишки. Вечер переставал быть томным.
– Эй, Мун, вылезай. Мне пригодится твоя помощь. – Натягивая маску, позвал Уотан. При этом левую руку он вытянул параллельно полу. Из солнечного сплетения мужчины вырвался поток светящихся нитей, скользнул вдоль предплечья и свернулся в клубок. Небольшое пятно пульсирующего молочно-белого сияния зависло над рукавом и спустя пару биений погасло. Один из духов-компаньонов сидел на согнутой в локте верхней конечности хозяина и внимательно оглядывался. Стоит заметить, пернатый друг был совсем не пушинкой и заметно давил на свою «жердь». Оно и неудивительно, с метровым-то размахом крыльев. Умная птица без дополнительных подсказок поняла, что нужно делать. Неожиданно легко (для своих габаритов) вспорхнув с руки Дайса, белый ворон спланировал к фонарю и, подхватив тот лапами, взмыл вверх.
Потолок в подземных коммуникациях оказался хотя и высоким, но в пределах разумного. Всего лишь четыре метра от пола. Кому понадобилось всё это возводить, молодой барон сказать не мог. Однако некоторый тактический простор, который предлагала местная подземка его вполне устраивал. Отдав мысленный приказ своему летучему помощнику следовать за ним, бывалый авантюрист двинулся в прежнем направлении. Он не был уверен, поворачивал экипаж или нет, поскольку был слишком занят нанесением художественного орнамента. Но, тем не менее, опыт подсказывал, что его транспорт двигался в сторону, в которую смотрели бы ныне отсутствующие лошади.
Сырые подземные проходы не особо впечатляли. Да и ничего особенного в них не было, кроме гигантизма, который непонятно для чего предназначался. Разумная часть молодого дворянина выставила вполне однозначную оценку – «чрезмерно, столько стройматериалов и для чего?». На что эстетическое восприятие ответило – «зато внушает, выглядит таинственно и мощно». Так и не определившись, с какой из мыслей он согласен больше, уставший от сюрпризов этого безумного дня человек не спеша шёл, боги знают куда. Абсолютно бесшумно, как привык это делать на вылазках. Единственный звук, что сопровождал продвижение по тоннелю – размеренные взмахи крыльев.
Когда ты долгие годы живёшь в режиме повышенной готовности, перестаёшь верить в хороший исход подозрительных ситуаций. И в приятные сюрпризы. Дайс настолько часто попадал в передряги на ровном месте, что в принципе не понимал уже концепции серых будней. Безжалостная судьба авантюриста, а затем и статус народного героя не давали ему заскучать дольше, чем на пару дней. А уж помня о том, как начался этот со всех сторон «замечательный» денёк, многоопытный воин даже в глубине души не смог бы отыскать и капли надежды на нормальное развитие событий. Обычно люди зовут такой подход к жизни пессимистичным и часто дают совет расслабиться. На что такие хмурые ребята, как Ворон, усмехнувшись, могут лишь покачать головой и устало выдохнуть «это опыт». И продолжить точить ножи.
Поэтому с самого начала прогулки по тоннелю Цепи Боли были приведены в боевую готовность. Они еле заметно мерцали, подёрнутые жемчужной дымкой. Зажатые в опытных руках стальные змеи, готовые обрушиться на врага в любую секунду. Как оказалось, в подозрительных местах не бывает много паранойи. Бывает мало взрывчатки, как пошутил бы сейчас Джи. Впрочем, да пошёл он. Как и все остальные. Мужчина присмотрелся к картине, что выхватил из тьмы тусклый свет фонаря и зло сплюнул. Мун каркнул, скорее обозначив своё отношение, чем привлекая внимание к очередным неприятностям, замаячившим на горизонте.
– Спокойно, дружище. На тебе подсветка целей. Ну и контроль тыла, как обычно. Зря не подставляйся. – Дайс мог обойтись и мысленной командой, но в скрытности уже не видел смысла, да и нравилось ему общаться с птицей в таком, более «тёплом» стиле.
Прямо на пути следования двух компаньонов возник филиал скотобойни. Запах недавно пролитой крови смешался с фоновым сырым смрадом подземелья и подсказывал, что ожидает впереди ещё за пару сотен метров. Недавно здесь кого-то рвали на части. Потёки, а кое-где и целые лужи крови. Части тел, с торчащими из мяса обломками костей. К счастью, всего лишь лошадей. Но менее тошнотворным от отсутствия нашинкованных людей зрелище не стало: ошмётки разного размера и формы были раскиданы по всей ширине тоннеля на сорок шагов. Между особо крупными кусками некто выложил дорожки из кишок. Часть крупа одного из копытных была освежёвана.
Оглядев эту работу неуравновешенного мясника ещё раз, дабы окончательно убедиться в отсутствии человеческих останков, Дайс подошёл к наиболее сохранившейся части коня. Следы когтей на рёбрах. Отчётливая работа зубов мелкого животного. Крысы. Но после. Не они причина подобного ужаса. Грызуны трусливы и разбежались при приближении человека. Это больше похоже на….
На что больше всего похоже неведомое «это» эксперт заключить не успел. Задрожали стены, посыпался песок с потолка. Утробный рык из темноты прервал размышления несостоявшегося детектива. Уотан попрощался с мечтой об отдыхе. А затем, когда в пятно света, цокая когтями по полу, вошёл обладатель «волшебного голоска», едва не расстался с завтраком.
Чудовище напоминало какую-то извращённую пародию на грифона. Благородного обитателя геральдических равнин получили, совместив величественных царей земли и неба. Полуразложившуюся тварь, что выползла из тьмы, явно собирал кто-то с весьма своеобразным чувством прекрасного. Кривое, несуразное создание было сшито из фрагментов тел различных зверей и представляло собой образец не лучшей таксидермии: собачьи лапы, туловище коня, мохнатый зад от кого-то из крупных хищников, извивающиеся по всему корпусу крысиные хвосты, огромные чёрные крылья в количестве трёх штук, выпадающие перья, облезлая шкура. Венчали же всё это «великолепие» воронья голова с бельмом на левом глазу и знакомый чёрный дым, сочащийся из швов.
Сверху раздалось негодующее карканье. Даже дух-компаньон не смог сдержать своего омерзения при виде тёмного голема. Химера остановилась, сумев, наконец, уравновесить несуразное туловище на семи разных лапах и снова зарычала. Источником рыка оказалась внушительных размеров пасть посередине грудной клетки этого ночного кошмара. С басовитым гудением начали раскручиваться цепи. Обладатель тонкого аристократического вкуса, чудом удержавшись от грязного ругательства, прошипел:
– А вивисектора мы обязательно накормим плодами его труда. Но экзотическим путём.
– Кра! – согласился его летающий компаньон из-под потолка.
– К-ш-ш-ш. – Вновь обратил на себя внимание жуткий эксперимент. Хлестнув себя по гнилому боку хвостом, что ранее был чьим-то кишечником, он кривыми прыжками ринулся в атаку.
Несмотря на общую нескладность и кажущуюся неуклюжесть, двигался некро-голем необычайно шустро. Его ломаные движения, хоть и служили очевидным указанием на недоработки в конструкции, тоже выступали своего рода преимуществом. Дайс не мог предсказать, как поведёт себя кривое тело противника. Дёрганый характер перемещений без единого ритма сбивал опытного воина с толку. Не стоило сбрасывать со счетов и две огромных лопасти на спине. Пусть пока тварь и не предпринимала пока попыток взлететь, а крылья волочились по земле. Третье крыло вряд ли могло помочь в полёте, ибо торчало как нелепый гребень где-то на макушке.
Цепи давали воителю массу преимуществ. Во-первых, в длине. Во-вторых, неплохо выступали как средство контроля. Однако защищаться с ними – задача нетривиальная: блокировать удары себе дороже, остаётся только уклонение. Пока скачущий безумным кузнечиком монстр пытался обагрить свои когти человеческой кровью, Уотан успел не раз пожалеть об оставленной в карете трости. Нож слабо годился для подобного боя, а на обыске перед праздником изъяли все гранаты, что исключало бой дальний. Оставались верные стальные плети и, как ни странно, окружение.
Как и любой уважающий себя авантюрист, Второй умел пользоваться преимуществами локации. А локация могла предоставить кучи неаккуратно нарезанного мяса и лужи телесных жидкостей. При хорошей фантазии это и препятствие, и укрытие, и ловушки, и даже оружие. В бою молодой аристократ привык придерживаться принципа «всё для победы» и теперь вновь его применял.
Цок-цок-цок. Взмах кишки-хвоста. Промах. Цепь оборачивает одну из конечностей твари. Мужчина дёргает рукой в сторону. Чудовище спотыкается, но через долю секунды уже мчится, сильно виляя из стороны в сторону, на жертву. Плавным шагом воин перетекает в сторону от мясного локомотива. И получает в лицо крылом. Поскальзываясь на внутренностях лошадей, чудовище теряет драгоценные секунды и не успевает напасть на человека, пока тот на земле. Три пары лап подбрасывают птице-мерзость вверх и она, раскинув крылья, планирует на вскочившего противника.
Тот, не растерявшись, бьёт цепью в основание крыла. Полёт сбивается. С чавкающим звуком химера приземляется в останки коня. Выстреливает хвост. Но оказывается перехвачен рукой в белой перчатке. Пока кривая поделка тёмного мага поднимается на ноги, Ворон успевает подойти ближе и одним движением отрезать мерзкую трубку. На большее времени не остаётся. Отброшенная секунду назад цепь прыгает обратно к хозяину, а тот поспешно рвёт дистанцию. Об�