Кавказские каникулы

Размер шрифта: 13

Μαρία Ιορδανίδου

Διακοπές στον Καύκασο

Библиотека новогреческой литературы

Редколлегия:

Ф. Елоева – председатель

Д. Яламас

И.Савкин

Я. Николопулос

Перевод с новогреческого

Е. В. Бобрецовой

@biblioclub: Издание зарегистрировано ИД «Директ-Медиа» в российских и международных сервисах книгоиздательской продукции: РИНЦ, DataCite (DOI), Книжной палате РФ

Предисловие переводчика

Автобиографический роман-травелог греческой писательницы Марии Иорданиду (1897–1989) «Кавказские каникулы» написан спустя полвека после того, как его автор совершила путешествие в Россию. Отправившись в августе 1914 года в гости к родственникам, она оказалась вынуждена остаться в России на долгие пять лет и стала свидетельницей «эпохи великих потрясений».

Роман, полный метких наблюдений о жизни русской провинции, увидел свет в 1965 году и выдержал более двадцати переизданий, не став, впрочем, самым популярным из произведений писательницы. Более известна ее первая книга – семейная сага «Локсандра», детально передающая колорит многонационального Константинополя рубежа веков и в 2022 году изданная на русском языке в переводе К. А. Климовой[1].

Родившись в Константинополе и прожив большую часть жизни в Афинах, Мария Иорданиду начала писательский путь в 65 лет. Она объясняла свое обращение к творчеству так: «Когда я не могла другим способом получить то, что мне было нужно, я создавала это сама. Так и книгу я написала на старости лет для себя, потому что захотела почитать что-нибудь о старом Константинополе времен моей бабушки Локсандры и не нашла желаемого» [2].

Все пять книг Марии Иорданиду – автобиографические, и по ним читатель может проследить, как отразились исторические события XX века на судьбе константинопольских греков, самой многочисленной этнической группы среди немусульманского населения Константинополя.

Константинополь, столица Османской империи и перекресток цивилизаций, на протяжении веков турецкого владычества оставался центром греческого мира. С образованием независимого Греческого государства в 1830 году многие из греков Османской империи остались приверженцами традиционной имперской идеологии, олицетворявшей так называемое «византийское содружество наций» и сохранявшейся в условиях жизни христианских народов под властью турок-мусульман. Во всех книгах Марии Иорданиду прослеживается сочувствие тому гармоничному сосуществованию народов и взаимопроникновению культур, каким автору запомнился Константинополь на рубеже веков.

Мария Криези (в замужестве Иорданиду), единственная дочь константинопольской гречанки Эвфросини Мангу и судового механика Николакиса Криезиса, уроженца острова Идра, появилась на свет в Константинополе в 1897 году. Два дяди Марии были преуспевающими предпринимателями, и к началу XX века принадлежавшая им компания открыла представительство в Батуме, главном нефтяном порту Российской империи. Благодаря их поддержке семья стала вполне зажиточной.

В 1901 году семья переехала в Грецию, на родину отца будущей писательницы, и поселилась в Пирее. В 1909 году родители Марии развелись, и она вместе с матерью и бабушкой вернулась в Константинополь, где вскоре была зачислена в Американский колледж.

Летом 1914 года, за два года до выпуска, Мария поехала на Кавказ по приглашению своего дяди, обосновавшегося в Батуме. Начало путешествия совпало с объявлением Первой мировой войны, поэтому она не смогла вовремя покинуть Россию. Позже ей помешали уехать революции 1917 года и Гражданская война. Лишь в 1919 или 1920 году (сведения разнятся) Мария смогла возвратиться в претерпевший к тому времени разительные перемены Константинополь. Сама писательница замечает, что она «одним прыжком перескочила из средневековья в двадцатый век».

По возвращении в Константинополь выяснилось, что мать и тетушка практически разорились. Поэтому Мария сразу оказалась вынуждена искать средства к существованию. Знание языков, благодаря которому она и в России зарабатывала на жизнь как гувернантка и учительница, позволило ей устроиться секретарем в иностранную фирму. Однако необходимость обеспечивать семью так и не позволила ей завершить образование, начатое в Константинополе и продолженное в ставропольской гимназии (из-за революции окончить ее не удалось). По собственному признанию писательницы, вопрос образования впоследствии стал для нее «навязчивой идей. Она не была снобом: образование было нужно ей для того, чтобы найти ответы на те вопросы, которыми она задавалась… и понять, что происходит вокруг»[3].

Когда Мария по службе переехала в Александрию, перед ней открылись новые возможности самообразования. В Александрии она застала экономический и интеллектуальный расцвет многочисленной греческой общины: именно местные греки основали первые египетские банки; в те же годы в Александрии жил и творил один из известнейших греческих поэтов Константинос Кавафис (1863–1933). В кружке александрийской интеллигенции Мария познакомилась с «Учителем» Иорданисом Иорданидисом и в 1923 году вышла за него замуж. Как и она, Иорданис переехал в Александрию из Константинополя. Здесь он служил преподавателем в «Виктория-колледже» и, придерживаясь коммунистических взглядов, вел просветительскую работу среди местных греков. Среди единомышленников Иорданиса Иорданидиса были педагог Александрос Делмузос – борец за реформу образования и господство димотики (современного разговорного языка), историк-марксист и один из основателей Коммунистической партии Греции Яннис Кордатос и поэт Костас Варналис, который спустя десятилетия будет награжден Ленинской премией. Вскоре политическая позиция Иорданиса Иорданидиса вынудила молодую семью покинуть Египет и сразу после свадьбы переехать в Афины, где Мария и проведет всю оставшуюся жизнь.

В Афинах супруг Марии погрузился в партийную работу. Сама же она, по собственному признанию, «вошла в роль жены борца, в роль этого невидимого героя, той, которая ради того, чтобы ее муж действовал свободно, принимает на себя все тяготы, все попечение о семье»[4]. В первые годы своего пребывания в Афинах Мария устраивается на работу в советское посольство – этому назначению способствовало как ее сочувствие левым взглядам, так и знание русского языка, освоенного ею во время «кавказских каникул».

Время их переезда в Грецию совпадает с одной из самых трагических страниц истории греческого народа – Малоазийской катастрофой, вызванной поражением Греции в войне с Турцией, за которым последовало подписание Лозаннского мирного договора, предусматривавшего обмен населением между двумя странами. В результате этого, крупнейшего в мировой истории, обмена населением полтора миллиона малоазийских греков покинули родные дома и оказались на территории Греции. Турция под властью Мустафы Кемаля Ататюрка согласно принятому в 1920 г. Национальному обету стала национальным государством: модернизация государства шла под знаменем возвращения к тюркским корням. Это поставило точку в многовековой истории сосуществования многочисленных народов в составе Османской империи.

Будучи и сама уроженкой Османской империи, Мария Иорданиду с теплотой отнеслась к наводнившим Грецию переселенцам и отмечала их особое трудолюбие и аккуратность: «Не стоит матери-Греции жаловаться на своих подневольных детей… Они не стали сидеть сложа руки, ожидая, пока родина их накормит»[5]. Именно среди переселенцев из Малой Азии она находит помощницу по хозяйству: это становится необходимым, так как сама Мария вынуждена проводить на работе большую часть времени: на ее попечении оказывается и переехавшая вместе с ней в Грецию мать, и посвятивший себя борьбе за коммунистические идеалы муж, в семье же тем временем появляется сын, а вслед за ним и дочь.

Позже Иорданис и Мария приняли решение расстаться «как хорошие друзья и цивилизованные люди»[6].

Впрочем, до официального расторжения брака дело не дошло: не имея намерения выходить замуж вновь, Мария Иорданиду не требовала развода. После расставания с мужем она претворила в жизнь свою мечту о собственном доме и обустроилась с детьми и матерью в приморском районе Афин Эллинико. В ее воспоминаниях Эллинико предстает райским уголком, одновременно напоминающим и Константинополь времен ее детства, и зажиточный дореволюционный Ставрополь с его размеренной жизнью[7].

В 1935 году, когда военный переворот восстановил монархию и в страну вернулся изгнанный в 1924 году король Георг II, Иорданис Иорданидис покидает Афины и через Париж отправляется в Советский Союз. Там он намеревался посвятить себя просветительской работе среди греческого населения Кавказа. Мария получила одно письмо от мужа из Парижа и одно из Москвы, а далее она потеряла его следы. Несколько книг, подготовленных И. Иорданидисом в Советском Союзе, увидели свет с 1935 по 1937 год, они представляют собой адаптированные издания произведений греческих писателей в упрощенной орфографии[8].

Заглавие четвертого романа Марии Иорданиду «В оборотах круга» перифразирует первую строку «Эро-токрита» Винченцо Корнароса, известного греческого рыцарского романа в стихах. На его страницах, посвященных работе автора в советском посольстве, перед читателем предстает галерея портретов дипломатических представителей СССР в Греции с 1924 по 1939 год. В тот период, когда «Сталин взял в одну руку посох Ивана Грозного, а в другую – кнут Петра Великого»[9], обстановка в посольстве становится напряженной: «ты начинаешь подозревать, что тебя подозревают. И постоянно чувствуешь себя виноватым»[10]. Лишь спустя три года после вынужденного увольнения из посольства Мария узнает, что ее муж в Советском Союзе стал жертвой «греческой операции» НКВД[11].

Начало Второй мировой войны застало Марию Иорданиду в ее доме в Эллинико. К июню 1941 года вся территория Греции была оккупирована странами гитлеровской коалиции. «На каждом драматическом витке истории начинался новый эпизод, я же всегда оказывалась между жерновами»[12], – вспоминает писательница. 22 июня 1941 года, в день нападения фашистской Германии на Советский Союз, Мария была арестована итальянскими оккупационными властями и восемь месяцев провела в заключении. По освобождении работала в Греческом Красном Кресте – об этом она повествует на страницах романа «В оборотах круга».

Среди тягот и лишений военного времени она пережила «самые черные мгновения своей жизни»[13]: тогда она похоронила мать, а в сентябре 1943 года после бомбардировки лишилась столь дорогого ей домика в Эллинико. «Моя участь – не иметь возможности повидать вновь те места, какие мне полюбились»[14], – заключает Мария Иорданиду, вспоминая и греческие районы Константинополя, где прошло ее детство, и патриархальный Ставрополь времен «кавказских каникул», и уютный дом в Эллинико. Особую горечь потере придавало то, что дом разбомбили не нацистские войска, а авиация союзников: британцы, стремясь установить контроль над Грецией, разрабатывали и собственные планы оккупации страны. В самой Греции в военное время усилилось размежевание между политическими силами: коммунисты и левые социалисты возглавили национальное Сопротивление, ставшее одним из самых массовых в Европе. Уже в 1943 году можно было говорить о принявшем характер подпольной гражданской войны противостоянии левого Национально-освободительного фронта Греции и роялистской Национальной республиканской греческой лиги. Мария Иорданиду так характеризует это время: «одни его называют гражданской войной, другие бог весть чем, я же его называю войной с Великобританией»[15]: в Греции, входившей в сферу британских и американских интересов, коммунистическое движение было обречено. Вторая мировая война для страны продолжилась Гражданской войной 1946–1949 гг. – первым проявлением холодной войны, «эпохой подлинного уничтожения»[16] для греческих коммунистов и сочувствовавших им. В 1947 году Коммунистическая партия Греции была объявлена вне закона, многим ее членам пришлось покинуть страну (около 12 тысяч вывезенных в СССР греческих политэмигрантов были отправлены в Ташкент, некоторые из них впоследствии вернулись на родину). Сама Мария Иорданиду не вступала в партию: сначала ей это не позволяла работа в посольстве, в дальнейшем она признавала, что, хотя и разделяла левые взгляды, но всегда оставалась «лавирующей» левой[17]. Будучи беспартийной, она продолжала жить в Афинах, зарабатывая на жизнь частными уроками. В произведениях Марии Иорданиду отразились далеко не все этапы ее трудовой биографии: по воспоминаниям писательницы Лии Хатзопулу-Каравии, дочь Марии Нелли замечала, что у ее матери были определенные «табу»: так, в ее книгах мы не находим сведений о недолгой службе в американском посольстве, откуда она была уволена после получения сведений из Службы безопасности Греции. Умалчивает Мария и о своей работе переводчиком в экспертной комиссии ООН, как и о переводах публикаций советского журнала «Большевик», которые она выполняла для официального органа Коммунистической партии Греции – журнала «Морфоси» («Образование»). Читатели особо отмечали живость языка этих переводов, контрастировавшего с господствовавшей в печати кафаревусой – архаизированным книжным языком[18].

В своей последней книге Мария Иорданиду признается: «Я очень рано постигла великую истину: если ты хочешь быть свободным, то должен стать экономически независимым. Всю жизнь я боролась за то, чтобы сохранить свою независимость и сохранила ее. Но я дорого за нее заплатила. Поэтому когда я состарилась и освободилась от борьбы за существование, то ускользнула обратно в свои детские годы и ощутила себя как рыба в воде. Какую же радость жизни познала я тогда!»[19] «Я счастлива. Хожу туда-сюда и пою. Взялась и за рукоделие. Занимаюсь тем, чего не делала всю свою жизнь, и задаюсь вопросом, отчего ведение хозяйства считается работой низшей категории. Не знаю, я нахожу ее интересной и созидательной, возможно, оттого, что была лишена ее всю свою жизнь. Или же оттого, что она напоминает мне эпоху моей бабушки, обожавшей свой дом»[20].

Во всех произведениях Марии Иорданиду прослеживается мистическая связь писательницы с ее константинопольской бабушкой, главной героиней ее литературного дебюта – романа «Локсандра». Хранительница домашнего очага, всегда окруженная детьми, пл�

Продолжить чтение