Глушь

Гнев природы

А ночью по лесу идет Сатана

И собирает свежие души

Новую кровь получила зима

И тебя она получит

И тебя она получит!

Гр. «Агата Кристи» – «Сказочная тайга»

Наташа вышла из дома затемно, стараясь успеть добежать до соседней деревни к темноте. Почему-то именно сегодня родители заставили торчать на огороде гораздо дольше, чем обычно. Вот зачем? Зачем?? Ведь сегодня у Оксанки девичник и она не имеет права пропустить его..

Она побежала по заасфальтированной, должно быть, еще в начале прошлого века дороге, пересекла село, свернула направо, пропорхнула по старому, но еще крепкому мосту, пересекающему узкую и мелкую речку Тальку, и вышла на старую дорогу.

Выдохнув, она свернула на развилке и пошла по лесной дороге. До села было пара километров, автобусы уже не ходили, а машину никто из подружек не водил. Но места Наташа знала хорошо, ходила к подружкам не раз и не два. Тем более, что места были обжитые, хищники к дорогам не подходили, а она не сворачивала. Она прошла мимо свалки, посмотрела на дымящие трубы старого завода, поежилась, проходя мимо лесного кладбища, и ускорила шаг.

Старики очень любили рассказывать о всяких леших, чертях, упырях. Случалось, что люди пропадали, но бывало это настолько редко, что на это все закрывали глаза, хоть и слухи о злых духах тогда приобретали новые окрасы. Конечно, всерьез Наташа это не воспринимала. Кто в двадцать первом веке верит в детские сказки?

Незаметно наступил вечер. Ветер нагнал тучи, из-за чего вечерние сумерки сделались еще темнее. Стало тревожно. В какой-то момент девушке показалось, что за ней кто-то идёт. Она замерла, обернулась. Позади нее никого не было. Показалось? Может быть. Наташа ускорила шаг. Лучше поскорее добраться до Ольховки.

Пройдя с полкилометра, Наташа успокоилась. Ноги привычно вышагивали хоженый много раз маршрут.

Щелк!

Наташа снова обернулась. И снова никого. С ужасом девушка поняла, что стихли даже птицы, замолчали сверчки. Наташа сглотнула. В наступившей тишине, прерываемой только шумом листвы, это движение мышцами шеи показалось невыносимо громким. Казалось, что тот, кто притаился за деревьями, услышал ее и понял, что она боится. И сейчас, почувствовав ее страх, нападёт.

Щелк!

Тут Наташа не выдержала и побежала. За спиной зашуршали ветви: неизвестный гнался за ней. Девушке хотелось кричать, но язык будто бы прирос к нёбу, леденящий душу страх заставлял нестись не разбирая дороги. Она свернула с тропинки, ринулась в чащу. Она бежала и бежала.

Непонятно откуда под ногой взялся камень. Девушка споткнулась и рухнула прямо в густой слой листвы. Уткнув лицо в руки, она замерла на земле, готовясь к тому, что страшный преследователь сейчас настигнет её.

С минуту она лежала не шелохнувшись. Ничего не произошло. Она подняла голову. Пусто. Тихо. Вокруг никого не было. Наташа поднялась на ноги. Таинственный преследователь исчез. А, может, его и не было вовсе?

– Привидится же, – пробормотала девушка и мысленно дала себя клятву на девичнике напиться в слюни.

Она отряхнула платье, еще раз осмотрелась. Ага, вот Висельников овраг, а вот три дуба. От них строго назад и сразу выйдешь к дороге.

«Не так уж я и петляла» – с задором подумала Наташа. Она уже хотела развернуться и пойти назад к дороге, как увидела впереди себя то, отчего почувствовала, как волосы шевелятся и покрываются сединой. Среди темных фигур деревьев прямо к ней двигался жуткий черный силуэт. Огромная туша, покрытая сухими ветвями, уродливо ковыляла к ней то ли на двух, то ли на четырех лапах, исторгая при этом из себя жуткое хриплое рычание. Но самой страшной оказалась голова: бесформенная, с горящими красными глазами, увенчанная огромными рогами.

– Мама… – прошептала застывшая от ужаса девушка, – мамочка…

…Над лесом прокатился девичий крик, а за ним – чудовищный, не похожий ни на что, рык неизвестного существа.

***

– А я ей и говорю, – Костя отхлебнул пива из бутылки, – Инесса Юрьевна, я в мистику не верю, но отрицать её вклад в славянскую культуру считаю недопустимым.

– Так и сказал? – хохотнул Володька Рыжий, выкладывая на сетку мясо. – ну ты конечно гений.

– Это моя научная работа и я решаю, как ее преподносить, – Костя подбросил поленьев в костёр, следя за тем, как искры улетают в ночное небо.

– А в качестве источников привёл русские народные сказки? – Влад пускал кольца клубничного дыма электронной сигаретой.

– Вообще-то, былины и сказания, – Костя разложил сетку на импровизированном мангале из кирпичей и протянул руки к углям: ночь была прохладная, – это часть нашей истории и отбрасывать их никак нельзя.

– А ты серьезно в это веришь? – Танька, искавшая под машиной выпавший телефон, повернулась к парням, – Влад, посвети.

– Как скажешь, – Влад затянулся электронной сигаретой, отчего внизу загорелся индикатор. Кружок света осветил пространство под машиной.

– Не то, чтобы серьезно, – Костя прикурил от горящей ветки, – но мне кажется, что дыма без огня не бывает. Если уж, что-то осталось в нашей истории, то на то были основания.

– Да уж, аргументы – высший уровень, – Денис в это время возился у своей «Спектры» и настраивал музыку, – тем более – для Инесски.

– Не знаю, на что ты рассчитывал, – Танька наконец отыскала телефон и вылезла из-под машины, – у нее никто не сдает с первого раза. Вот и ты не смог. У нее педагогический принцип такой, чтобы у студентов выработалось упорство.

– Я понадеялся, что своим подходом смогу ей доказать, что я готов грызть керамогранит науки, – Костя подошел к машине и вынул из пакета бутылку пива и, пока открывал, понял, что сигарета изо рта исчезла, – эй!

– Да ладно, тебе че, жалко? – Марат выдохнул ему в лицо клубы дыма.

– А нельзя было попросить? – сквозь зубы проговорил Костя, – я бы тебя угостил.

– Можно пожалуйста? – Марат ткнул в лицо наполовину скуренную сигарету.

– Да кури уже, – Костя шагнул к костру, – животное.

– Че сказал? – услышал вызывающий выпад парень.

– Марат! – за спиной появился Рыжий, – тебе вообще пить нельзя? Опять начинаешь?

– Да ладно, ладно, – пошел на мировую бородач, – солдат ребенка не обидит.

– Бери в следующий раз свои, – Рыжий кивнул на сигарету, – рано или поздно стрелять больше не дадут.

Уязвленный Марат поковылял к столу. Костя бросил ему в спину колючий взгляд, но промолчал. Он сел обратно к костру, зажёг новую сигарету. Хотя очередная схватка закончилась вроде бы ничьей, но он чувствовал, что вновь потерпел поражение. Задумавшись, он даже не заметил, как языки пламени начинают облизывать сетку с мясом.

– Тебе помочь?

Послышалось шипение. Костя взглянул на угли: плеснувшая из полуоткрытой пластиковой бутылки вода прибила пламя, которое чуть не сожгло шашлык.

– Спасибо, – Костя улыбнулся подсевшей рядышком Юле.

– Ты всё еще злишься?

– Ты о чем?

– Не прикидывайся, – Юля заговорила тише, кивнув на Марата, – я же вижу, что тот случай всё еще не выходит у тебя из головы.

– Да вышел он уже…

– Костя, – строго нахмурила брови девушка, – поражение в драке – еще не поражение в жизни.

– Юль, не говори штампами.

– Штампы штампами, а они работают. Ты думаешь, что из-за того, что драка не вышла тебе на пользу, я буду хуже к тебе относиться, м? – девушка чуть наклонила голову, с ожиданием и, как будто бы, с иронией смотря на Костю.

– Пойми правильно, для меня это важно.

– Я понимаю, – рука Юли легла на пальцы Кости, – и я полностью на твоей стороне. Даже виноватой себя немного чувствую. Ведь это я тебя в компанию привела. Марат сам некрасиво поступил.

Костя промолчал. Он хорошо помнил, как его, тихого и забитого мальчишку, познакомил с Юлей его единственный друг, Рыжий. А уже она и привела его в новую для него компанию. Там он и познакомился с Володей и Владом. И тогда еще поразился, что его в эту, довольно пёструю компанию, всё же приняли. Сами собой нашлись общие темы для разговоров, шуток. Природная молчаливость Кости, приправленная скромностью и даже забитостью, начала давать сбой. Постепенно, день за днём, он раскрывался. Слетели зажимы, развязался язык. А когда ребята позвали его вместе в школу брейк-данса, жизнь и вовсе заиграла новыми красками.

Но была одна проблема: Марат. Он имел уголовно-пацанские замашки и с самого первого появления Кости поглядывал на него косо. В тот момент Юля вроде бы близко с ним общалась, но с появлением нового человека в их компании, стала терять к нему интерес. Стоило ли говорить, что Марат новый интерес Юли заметил? Стоило ли говорить, что одна из совместных попоек предсказуемо закончилась дракой, инициировал которую Марат, а битым оказался Костя? Тогда друзья их быстро разняли, но осадок проигравшего у Кости остался. В отличие от Марата, который нередко заступался за друзей в уличных схватках, Костя такого обширного боевого опыта не имел, отчего ощущал свою уязвимость.

Именно поэтому первая летняя вылазка после совместного года учебы поначалу его насторожила. Трусом он не был, но всё же таких, как он, называли как раз ребятами из робкого десятка, что в очередной раз заставляло его удивляться: что же нашла в нём Юля?

– Жутковато здесь, – Юля поёжилась, кутаясь в олимпийку.

– Думаешь? А мне кажется, очень мило, – Костя взглянул куда-то сквозь деревья, где тонкой линией над горизонтом догорала вечерняя заря. За спиной лес уже погрузился в темноту, но над головой еще плавали бледные сумерки. Долог летний день, еще дольше – летний вечер, а вот ночь коротка. Костя взглянул на обнимающихся Дениса и Таню. Кому-то этой короткой ночью предстояло успеть немало.

Они расположились в небольшом лесочке, недалеко от деревни. Поперек горизонта струился темно-серый дым то ли от завода, то ли от котельной.

– А мне кажется, – возразила Юля, – что глупо было ехать в малознакомую деревню на ночь глядя.

– Чего это в малознакомую? – обиделся Рыжий, – здесь так-то мои родители росли.

– Тебе был год, когда вы уехали.

– А как же природа и свежий воздух?

– А как же двадцать километров от города?

– Ты думаешь, может случиться что-то плохое? – Костя приподнял сетку, сдул пепел и снова уткнулся в огонь.

Костя с Юлей выгрузили первую партию шашлыка. Танька с Настей приняли мясо на тарелки. Ребята выпили за закрытую сессию, продегустировали сочный шашлык, который теперь, после харчей из общежития казался чем-то шедевральным. Да еще и под мелко нарезанный девчонками салат и холодное «Жигулевское».

Денис включил музыку в машине. Колонки запели что-то попсовое, захмелевшие девчонки поволокли парней танцевать. У стола остались только Костя и Юля. Переглянувшись, они принялись раскладывать на сетку новую партию.

Костя любил сидеть у костра, смотреть на алые угольки, наслаждаться теплом, курить любимый «Сamel» и потягивать пиво. Но особое удовольствие доставляло присутствие рядом Юльки. Что могло быть приятнее, чем болтать с ней о всякой ерунде, шутить, планировать летние каникулы

– Что, молодежь, отдыхаем?

Компания обернулась. В их сторону из чащи шел человек. Когда он подошел ближе, ребята увидели, что он одет в камуфляжный костюм, за спиной висел карабин. Из-под кепки выглядывали седые волосы.

– Да. А вы? – улыбнулся Рыжий.

– А я работаю, – мужчина поправил ремень карабина и положил руки на пояс, – слежу, чтобы такие, как вы, не устроили пожар и не оставили горы мусора.

– Вы, значит, лесничий? – поняла Юля.

– Ага, Николаем меня можете звать.

– Николай, не волнуйтесь, – Влад взял инициативу в свои руки, – мусор мы уберём, за огнем следит надежный человек.

Костя только хмыкнул. Лесник обвел ребят недоверчивым взглядом, остановился на алкоголе, перевел глаза на Володю, который был наименее трезвым из всех, однако ничего не сказал.

– Может к столу? – Настя состроила леснику глазки, – мы празднуем.

– Вы лучше вот что, – Николай как будто не услышал вопроса Насти, – до рассвета костёр не тушите. Зверьё нынче неспокойное. Всё, бывайте.

С этими словами лесник развернулся и зашагал в лес.

– Что значит неспокойное? = крикнул ему вдогонку Денис.

– Услышите, – донеслось в ответ из чащи.

С минуту они молчали, слушая, как угасает звук шагов по листве.

– Странный братишка, – хмыкнул Рыжий, – хоть бы штраф выписал или устное предупреждение сделал.

– Так он и сделал устное предупреждение – буркнул Костя, – чем ты недоволен?

– Да странно. Пришел, поздоровался, три фразы непонятные, и до свидания.

– Главное, чтоб мусоров не вызвал, – Марат скривился, – а то сейчас припрутся, выкатят штрафы и в обезьянник.

– Да ладно тебе, – Влад облокотился на машину, – когда тебя в последний раз винтили?

– Да вот на днях.

– И за что?

– Как обычно: ни за что, – Марат начинал злиться, – че докопался?

– А мне ребята сказали, что ты ППСника нахер послал.

– Слышь…

– Ребят, а если он серьезно? – Юля встревоженно посмотрела на друзей.

– Ты о чем? – Денис приподнял бровь.

– Ну, – девушка поджала губу, – про зверьё. Может у них бешенство или…

– Или у кого-то случился заскок, – опроверг Влад с каменным лицом, – и сейчас у кого-то зад в мыле. И этот «кого-то» сейчас изо всех сил отрабатывает зарплату, чтобы не быть уволенным. Думаю, так.

– А я думаю, лучше прибавить музыку, – сказал Денис, крутя переключатели в машине, – зверьё шума не любит, на нас не пойдёт.

– Самое время, – Танька поправила цветастую юбку, – я в туалет хочу. Денис, посторожишь меня?

С этими словами девушка схватила своего ухажёра за руку и повела в чащу.

– Далеко не уходите! – крикнул им вслед молчащий до этого момента Марат, – чтоб всё слышно было!

Костя лишь закатил глаза. Запястьем он ощутил сжатые пальцы Юли. Теплые, мягкие. Посмотрел на неё. Девушка сидела, положив голову ему на плечо, подняла на него глаза. Синие глаза, смотрящие исподлобья, выражали странную смесь любопытства и спокойствия. Костя не мог не наслаждаться такой приятной картиной, как вдруг…

…Ветви зашевелились в неслышном шёпоте, волнами заходила под ногами трава, будто предвещая что-то нехорошее. А вслед этому над лесом прокатился… звук. Звук, заставивший сидящих обернуться, ища взглядом неведомую опасность. В звуке угадывался рёв неизвестного существа, хотя назвать это рёвом было очень тяжело. Далёкий, но столь громкий, столь жуткий и яростный, отчего казалось, что его источник был всего в двух шагах

Протрезвевшие ребята чувствовали, как шевелятся на теле волосы. Поначалу показалось, что кричит человек, которого режут живьем. Надрывный, захлебывающийся, меняющий попеременно бас и фальцет, он заставлял мурашки бежать по телу и сбиваться пламя костра.

– Господи, что это? – прошептала Настя.

– Похоже на рысь, – предположил Влад, – или ягуара.

– Да ладно, – нервно хохотнул Рыжий, – какая рысь! На кабана больше похоже.

– Тем более ни ягуары, ни рыси здесь не водятся, – Влад тревожно взглянул на деревья.

Рёв повторился. Теперь еще громче, еще яростней, еще надрывнее. А самое главное – еще ближе. Грохочущему рыку вторил крик. Как раз оттуда, куда ушли их друзья.

– Это Танька! – пискнула Настя.

Костя вскочил, в два шага добрался до палатки, прыгнул внутрь. Послышался звук расстегиваемой молнии. Юноша выскочил наружу, в руке блеснул пистолет.

– Влад, заведи тачку, – скомандовал он, – фары в лес. Рыжий, «Спектру»!

Парни не сказали ни слова. Растерянные в первые секунды, теперь, поняв, что делать, они одновременно выхватили ключи зажигания. Даже Марат не сказал ни слова против. Костя и сам поразился собственной решительности. Зарокотали двигатели двух машин, две пары фар ударили в разные стороны. Одни – туда, где были Таня и Денис, другие – в сторону, где кричало неизвестное чудовище.

Костя встал рядом, щелкнув предохранителем.

– Ребята!

Они обернулись. В свет костра выбежали Денис с Таней. У обоих волосы стояли дыбом, а глаза были расширены от ужаса. А еще у Тани край колготок висел почти у подола, а Денис забыл застегнуть ширинку.

– Народ, это что было? – громким шепотом выдохнул Марат.

– Наверное, сейчас узнаем, – произнес вылезший из машины Рыжий, – Костян, откуда у тебя ствол?

– Подарок деда, – Костя оттянул затвор, щелчком загоняя патрон.

Подул ветер, неся вместе с собой сухую листву и звук приближающихся тяжелых шагов. Шаги звучали неравномерно, дробно.

– Бля-ять, – протянул Влад, когда среди деревьев замаячила большая тень.

– Господи, господи, господи, – дрожала как осиновый лист Юля, сжимая в кулаке крестик.

Они смотрели как завороженные на то, как к ним приближалось нечто. Оно двигалось сбоку, куда не доставал луч фонаря. В темноте невозможно было его разглядеть, но было ясно, что это нечто огромное, исторгающее низкий утробный рык. Мелькнули в свете фар хищные красные глаза, качнулась бесформенная, увенчанная огромными рогами, голова. Чудовище, уродливо ковыляя, неслось прямо на их стоянку.

Константин вскинул пистолет. Бах!

Бах-бах!

Он не знал, попал в монстра или нет, но тот не издал ни единого звука. Однако выстрелы создание всё же спугнули. Монстр пролетел в считанных метрах от застывших в ужасе ребят и понесся обратно в чащу.

Костя провожал взглядом бегущее существо, пока то не скрылось за деревьями и только потом понял, что так и не опустил пистолета. Трясущимися пальцами он поставил его обратно на предохранитель и присел обратно к костру.

Послышался стон. Он обернулся. Татьяна безвольно повисла на руках у Дениса.

– Не гасите свет, – выбивая зубами дробь пробормотал Денис.

– Костян, ну ты реально беркут! – с восхищением поверившего Станиславского проговорил Рыжий.

– Пацаны, – проговорил Костя, – помогите.

– Что у тебя? – Влад только теперь смог повернуться в его сторону.

Костя показал скованный пальцами пистолет.

– Не могу разжать.

При помощи Володи и Влада окаменевшие фаланги удалось расцепить. Плохо слушающиеся пальцы достали сигарету, Влад поднес зажигалку. Он затянулся, выдохнул сизый дым, не отводя глаз от костра.

– Черт, как страшно…

…До утра не сомкнули глаз. Лишь к рассвету уставшие до беспамятства девочки поддались на уговоры парней и ушли спать в машины. Остальные спали по очереди. Дабы немного успокоиться, выпили по сто грамм.

Борясь со сном, Костя и Влад сидели у огня, когда первые лучи солнца осветили поляну. Когда стало достаточно светло, Костя поманил Влада рукой. Они двинулись к тому месту, где пробегал ночной гость. Отец Влада был охотником, поэтому тот умел читать следы лучше, чем все остальные в компании вместе взятые.

Но, когда они нашли следы, они ввели в ступор даже Влада. Даже Костя, который был плохим следопытом, неслабо удивился. В ночи не удалось рассмотреть, что это было за существо, но наличие рогов говорило о том, что это, вероятно, лось или олень. И если издаваемые им непонятные звуки, огромная туша и кривобокое передвижение еще худо-бедно вписывались в эту версию, то следы разносили ее в прах. Ожидаемые продолговатые следы, похожие на раздвоенное копыто, продолжались короткими бороздками, как будто лось носил длинные и острые когти.

– Так, – пробормотал Костя, – что думаешь?

– Думаю, что мы имеем дело с неведомой хернёй, – мрачно ответил Влад.

– На вид эта тварь похожа на медведя, но…

– Но похоже его медведица ему рогов наставила, в прямом и переносном. И гуляла она, надо полагать, с лосём, тигром и летучей мышью одновременно.

– Леса полны сюрпризов…

– Я в лесу, конечно, всякое видел, но это какой-то долбаный мутант!

– Я видел картинки в одной книжке. В темноте было очень похоже на вендиго.

– Кого?

– Это у индейцев. Дух-людоед.

– Так это у индейцев.

– Я бы мистику не стал исключать.

Влад посмотрел на друга с иронией.

– Ты серьезно сейчас?

– Ну так… Тут недалеко деревня. Думаю, имеет смысл сходить туда, поспрашивать у местных, может они что-то знают про эту тварь.

– А нам-то это зачем? Может лучше слиняем от греха подальше и нормально отпразднуем закрытие сессии в общаге?

– Владос, – с осуждением протянул Костя, – тебе что, вообще не интересно, что это такое?

– Интересно, но лучше остаться живым.

– Ты забыл ту историю с «призраком» на чердаке? Сам же тогда рвался разобраться.

– Ну одно дело «призрак», которым оказался обычный бомж, и другое – неведомая рогатая хрень.

– Тогда нам тем более нужно про нее побольше узнать. Кто знает, может в газету напишем. Или девчонки в блогах расскажут, хайпанут, м? – Костя подмигнул другу.

Немного поколебавшись, Влад всё же согласился.

– Ну лесник по-любому что-то знает. Оптимально было бы найти его.

– Вот только где?

– В лесу, ясен пень.

– Я как-то не горю желанием шарахаться по лесу по соседству с каким-то кентавром. И пока мы не узнаем, что это за когтекопытное, соваться в чащу не стоит.

– Деревня должна быть там, – Влад указал на тропинку, проходящую неподалеку, – когда ехали, видели.

– Девчонок лучше домой отправить, – Костя взглянул на спящий лагерь, – не стоит им этим заморачиваться.

Они вернулись к огню, разбудили остальных. Костя достал сигареты, прикурил и рассказал друзьям свой план.

Денис и Марат посадили девчонок в «Спектру» и поехали в город. Костя же вместе с Владом и Рыжим сели в «шестерку» и поехали за ними. На развилке «Спектра» поехала дальше, а Влад развернул «шестерку» и повел ее по другой дороге. Под руководством Володи Влад повел машину в сторону поселка. Всю дорогу Костя спрашивал себя, как он, тихий, скромный, неуверенный в себе парнишка, ночью сумел взять на себя не только ответственность за защиту друзей, но и командование? А может, не такой уж он и неуверенный?

Через несколько километров парни начали понимать, что едут в непростую деревню. За зеленеющими стволами возвышались заводские трубы и цеха.

– Что это? – спросил Костя.

– Химзавод, – хмыкнул Рыжий, – в советские времена здесь была промзона. Сам, ясен пень, не застал, родители рассказывали. Потом заводы перешли в частные руки. Часть цехов снесли, вместо них понаставили дачные коттеджи. Которые вы, в данный момент, можете лицезреть.

Он указал в сторону и его товарищи поняли, что он имеет ввиду. По обе стороны дороги бежали небольшие аккуратные домики, огороженные простыми, но изящными железными заборами. Почти около каждого дома зеленела аккуратная лужайка. Почти на каждой лужайке – недорогой автомобиль под стать дому. «Приоры», «Гранты», иногда – «Лачетти» или «Логаны».

– Хм, – Костя с потаенной завистью смотрел на стоящие машины, – неплохо средний класс устроился.

– Ага, средний, – фыркнул Влад, – тут вполне себе преуспевающие товарищи домики в деревне организовали.

– Преуспевающие товарищи будут чуть подальше, – улыбнулся Рыжий, – прямо за поворотом направо.

Они проехали небольшой пустырь, поросший осокой, повернули, обогнув, не пойми как затесавшуюся сюда «Пятерочку», и их веки сами собой поползли кверху. Стало ясно, что в этой части поселка действительно проживают люди не из простых. Здесь располагались коттеджи на два, а то и три этажа. Дворы окаймлены ажурными оградами с кирпичной кладкой. Кое-где даже стояли камеры. Сверкнул хищной фарой «Лексус», надменно усмехнулся соседний «Лендровер».

– Кучеряво, – оценил Костя.

– А вот дальше как-то не вяжется, – пробормотал Влад.

И действительно, едва они выехали из роскошного участка, который бал совсем маленьким, и проехали с километр, как вокруг в контраст затемнели самые обычные одноэтажные дома. На въезде заместо указателя стояла палка с насаженным на нее коровьим черепом. Он был в поле видимости, может, пару секунд, но все это время, пока они проезжали мимо него, Косте казалось, что он смотрит на них. Дальше взгляд ловил тяжелые железные ворота с подковами, белый кирпич, из которого состояли дома. Кое-где темнели брошенные деревянные хижины. Черные проёмы окон, будто старческие глаза, смотрели на машину из-под просевших и сгнивших ставен-бровей. Трещины-морщины, съехавшие кровли, будто погнутые спины, трава во дворе в пояс, как борода. Дома-старики, брошенные и забытые.

Они выехали на перекресток к скромному зданию администрации. Довольно громкое название для обычного сельсовета. У самого здания почти не было машин, кроме серого «Патриота» и еще какой-то темной иномарки, которая уже отъезжала. Через дорогу зеленела лужайка, в центре которого на металлическом столбе была сконструирована самодельная карусель.

Влад остановил машину.

– Айда покурим, – Рыжий распахнул дверь.

Костя заглянул в свою пачку «Кэмэла». Осталось только половина содержимого. Скоро придется идти в магазин за пополнением. А копеечная стипендия и так почти закончилась.

Парни закурили.

– Итак, – Влад выпустил облако дыма, – мы в поселке. Что дальше?

– Хорошо бы найти кого-нибудь, кто в курсе всего, что здесь происходит. А глава поселения или, на худой конец, кто-нибудь из администрации, думаю, подходящий человек.

– Да, вот только как мы к ним обратимся? Мы не из полиции, вряд ли они нам что-нибудь скажут.

– Не скажут они, – усмехнулся Рыжий, – скажут пролетарии. В крайнем случае, наврем, что мы из газеты, интервью берём.

– Не забывай, – Костя поднял пальцы, сжимающие сигарету, – речь о довольно серьезной штуке. Кто знает, может эта дрянь уже нападала на кого-нибудь.

– Но на нас она не напала…

– Если бы Костян ее не спугнул, – заметил Влад, – может быть, она бы нас распотрошила.

– Что, сыночки, – послышался за спиной скрипучий голос, – беса видели?

Парни обернулись. Голос исходил из низенькой, сгорбленной старушки, которая проходила мимо, опираясь на деревянную клюку. Из-под клетчатого платка проглядывали жидкие седые волосы, морщинистое и в общем-то добродушное лицо немного портил нос: длинный, чуть загнутый он был похож на вороний клюв.

– Кого? – насторожился Костя.

– Беса, – зыркнула колючими глазами старушка, – горе тому, кто встретит его в лесу или в поле. Не жить ему боле после этой встречи. А если и переживёт, не будет пути ему ни в лес, ни в поле…

В этот момент дверь администрации распахнулась. На пороге показались двое. Первым оказался уже знакомый парням лесник. Второй был очень похож на него. Примерно такой же рост, такие же седые волосы, такое же скуластое лицо. Только одет он был в белую рубашку и брюки. Они о чем-то оживленно беседовали. Однако лесник их заметил и в ходе диалога иногда кидал взгляды на парней.

– Опа! – шепнул Влад, – какие люди!

– Расскажите еще про этого беса, – попросил Костя, пропустив слова Влада мимо ушей, – что он такое?

– Дух это, – злым и даже как будто испуганным шепотом заговорила старуха, – давно он в этих местах бродит. Леса охраняет от рода людского, цветы степные топтать не даёт, траву сухую жечь не позволяет.

– Как леший?

– Господь с тобой! – махнула костлявой синюшной рукой старуха, – леший добрый. Покрутит-покрутит, да отпустит. Не заходи токма в лес без спросу, не безобразничай да не шуми. Леший тебя и не тронет. А коли даров ему принесешь, так и добрые дорожки тебе покажет и места грибные да ягодные.

– А бес? – с трудом сдерживая смех спросил Рыжий.

– А это злой дух, – повторила старуха, – смертоубийца он кровожадный. Кого не встретит, растерзает когтями и зубами острыми, копытами потопчет, рогами заколет. А кто сбежать от него сумеет, тот умом захворает. До конца дней за ним дух по пятам идтить будет.

– Он нападал на кого-то? – спросил Костя.

– Знамо дело, – клюнула старуха носом, – в прошлом году двух человек забрал с соседней деревни. В этом году тракториста нашего уволок в тьму кромешную. Да на девочку нашу местную напал, паскудник. Убить не убил, но с ума свёл. Второй день бедная из дому не выходит.

– И как давно этот дух здесь завелся?

– Духи здесь всегда были, – заговорщецки произнесла старуха, – где гнилой овраг, там раньше языческое святилище было. Гиблое место. В древние времена люди богов почитали, дары им носили, духов уважали. Потом церквушку там поставили. Большевики ее потом пожгли, поганцы. А теперь и вовсе забыли, нехристи, истоки свои, так и стало место гиблым.

Костя усмехнулся. Сколько бы дерьма не произошло в расчудесном двадцать первом веке, плохими все равно будут коммунисты. Это у многих уже вбито в подкорку, никак не выбьешь.

– Что же там такого гиблого?

– Люди пропадают тама, – сверкнула глазами старуха, – нечисть всякая водится. Упыри да кикиморы. Вот бес теперь завёлся. Гневается природа на род людской, не берегут они ее, заводы всякие строют, дрянь в лес кидают. Вона вся опушка в грязи заводской…

– Матвеевна! – прикрикнул подошедший лесник, – хорош молодежь пугать!

– А вот у Андреича спросите, – ухмыльнулась старуха, – видал он беса того. Да только словить никак не может.

– Николай, – произнес Костя, – хорошо, что мы вас встретили…

– Да! – поддакнул Влад, – есть пара вопросов.

– Та-ак, – лесник упёр руки в бедра, – по поводу?

– Что за страхолюдину мы видели ночью в лесу и почему вы нас о ней не предупредили? – сказал Костя.

– Да-да, – полубоком подшагнул Рыжий, – потрудитесь объяснить. Нам было довольно страшно.

– Так, сынок, – лесник строго посмотрел на парня, – осади-ка! Не тебе с меня объяснений требовать. Я вас предупредил, а услышали вы или нет, это ваше дело. Вы не испугались, продолжили гулять. Пеняйте на себя.

– Да-а? – протянул Влад, – буйное зверье – это по-вашему объяснение?

– А тебе какие подробности нужны? – хмыкнул лесник, – уж не в газету ли собрались писать? Так зря, интервью мы не даем.

– А что, боитесь? – улыбнулся Костя, – скрываете что-то?

– Нам скрывать нечего. Человек из органов уже был, ему я сказал то же, что и вам, добавить нечего. Зверь нынче буйный, вот косолапый к вам и забрёл.

– Ага, с рогами и копытами. Хорош мишка, что и говорить!

– Значит лось или олень! – отрезал Николай, – вас, сопляков, не учили, что не в свое дело лезть – плохо?

– Не в свое дело? – почти закричал Влад, – эта тварь на нас чуть не напала!

– Так, пацаны… – кулаки Николая крепко сжались.

– Андреич, не надо, – плечо лесника обхватили пальцы человека в рубашке, – пацаны, лучше не лезьте в это дело. Вам же лучше будет. Коля, пошли. Через два часа приедет Вадим Аристархович, подготовься.

– Что еще за Вадим Аристархович?

– А это уж не ваше дело, – фыркнул лесник.

– Он здесь главный, – опередил уже открывшего рот Влада мужчина в рубашке, – он-то и займется зверушкой. А вы успокойтесь и следите за языком, не с дружками разговариваете.

С этими словами администратор повёл лесника к стоящему рядом «Патриоту».

– И всё же, – не успокаивался Костя, – что здесь происходит?

– Не надо вам этого знать, – они сели в машину. Джип рыкнул двигателем и, взметнув пыль, поехал в сторону особняков.

– Темнят, – Костя, автоматически проводив взглядом патриот, обернулся к друзьям, – не знаю, что именно, но что-то скрывают.

– Я так думаю, – почесал рыжую голову Володя, – что-то у них случилось нехорошее, к чему местные царьки или приложили руку, или закрыли на это глаза.

– И теперь пытаются всё загнать под ковёр?

– Да, – кивнул Влад, – вот только что?

– Поговорим с местными. Надо найти ту девушку, которую эта тварь напугала.

Как я понял, на том заводе работают не все цеха, думаю, есть смысл осмотреть и их.

– И про администрацию тоже забывать не стоит, – добавил Влад.

– Лады, комрады. Как мы девицу-то найдем?

– Спросим у бабули, – Костя повернулся было к старушке, но ее и след простыл

– Значит действуем от противного, – с этими словами Влад прыгнул в машину, – будем рыскать по селу и расспрашивать местных

– Всегда ценил твою решительность, – Костя упал рядом на пассажирское.

– Откуда начнём? – спросил Рыжий.

– Заедем в магазин, – предложил Костя, – заодно попить возьмём. Продавцы – народ разговорчивый, может чего и выудим.

– Ага, конечно! – фыркнул Влад, – особенно в «Горилке», когда без паспорта за бухлом идёшь.

– В сёлах народ другой, – не согласился Костя, – помягче, что ли.

– Непонятно другое, – Рыжий вдруг посерьезнел, – вроде на другом конце поселка живут люди обеспеченные, явно не бедствующие. Почему они не привлекут никого, чтобы с бесом покончить? Что мешает?

– Ну, а разве обеспеченные люди не могут быть суеверными? – возразил Влад.

– А мне кажется им просто все равно, – тихо добавил Костя.

***

– Кэмэл, Дворцовую и энергетиков каких-нибудь.

– Проездом, мальчики? – спросила поджарая продавщица, доставая из холодильника банки.

– На вроде того, – пожал плечами Костя.

– И далеко собрались?

– Правду ищем, – юноша улыбнулся.

– Ох, сынок, – женщина грустно усмехнулась, – кому она, правда-то нужна сейчас?

– Выходит, нужна кому-то.

– Ну а найдешь её, – продавщица поставила банки на прилавок, – что делать с ней будешь?

– Я решаю проблемы по мере поступления, – Костя отсчитал купюры и положил рядом с покупками, – докопаемся до истины, а что уж с ней делать, придумать потом можно. Вот вчера проблема была – в живых остаться. Она решена, теперь очередь за тем, чтобы такая штука не повторилась.

Продавщица смерила его странным взглядом, в котором парень прочел одновременно подозрение и сочувствие.

– Чудище видели?

Костя ответил ей заговорщическим взглядом.

– Видели. Теперь вот думаем, что с этим видением делать.

– А что ты с этим сделаешь? – женщина вздохнула, – места эти всегда дурные были. Коровы на болотах пропадали, машины, трактора. Бывает, заедет трактор в чащу, скроется в тумане, минуту тарахтит и…

Продавщица сделала паузу и судорожно сжала кулак.

– …и тишина! – продолжила женщина, – Висельников овраг там рядом как раз. Его еще Гнилым называют. Бабки повешенных там видят иногда.

– Повешенных? – удивился Костя.

– Да. – кивнула женщина, – в гражданскую тут белые пленных вешали. В аккурат у церкви, нехристи… Вот и стоят иногда. Кто в будёновках, кто просто в рубахах.

– А сами вы их видели?

– Боже упаси! Бабки видят иногда… Да и не только повешенных. Вон девочка наша чудище встретила, так до сих пор в себя прийти не может, а то как же! Такое повстречаешь…

– А еще кто-нибудь тварь эту видел?

– Николай, лесник наш. Всё охотится на неё. Да только ничего он не расскажет. Он с Аристархычем спелся, всё темнит чего-то.

Ребята вышли из магазина. Хлопнула крышка жестяной банки, будто кость кто-то перекусил. Зашипело змеёй, запенилось, полилось в горло, как на каменку.

– Фуух, жара, – выдохнул Влад, осушив половину банки.

Припекало. Яркое солнце едва начавшегося июня начинало прогревать землю. Спасение было только в ярко-зеленой, свежей листве, которую стоящие рядом березы разбросали над головами, как зонты. Костя прислонился к белому стволу, вдохнул чистый, еще чуть прохладный воздух. Здесь в тени было хорошо. Он взглянул вверх. Березовый ствол убегал небоскребом вверх, а меж зелени листьев, играющей бликами на утреннем солнце, проглядывало синее-синее небо. Будто глаза Юлины.

Выдохнул Костя, еще раз вдохнул. Сейчас, в дневном свете, терялись воспоминания страшной ночи. Как в пасмурный день, когда выходит солнце, рассасываются тучи, мир вновь обретает яркость красок и вновь появляется желание жить. Дарит солнце свет, ласкает природу.

И людей заодно.

– А может к черту всё, – Рыжий будто прочитал Костины мысли, – может реально и без нас разберутся? Там вон у них и лесники, и папики с бабками. Порешают, а мы же не следаки, чтоб следы читать.

Костя поддался было искушению, но устоял.

– Ты что, уже устал? Мы ж только начали.

– Да нет, просто непонятно, что мы ищем. Поди туда, хрен знает куда, принеси то, не пойми что. Загадка без ключей.

– Нет. Рано бросать. Люди испокон веков такие загадки разгадывали. А мы чем хуже?

– А если не докопаемся до правды?

– Если зайдем в тупик, тогда подумаем. А пока поехали-ка поболтаем с той девулей.

Доехали до дома, который указала продавщица. Парни поняли, что только что проезжали мимо этого дома. Самый обычный дачный коттедж из красного кирпича. Однако Костя заметил деталь, которой не было, когда они проезжали мимо. У ворот стояла черная машина. Натасканный на автомобилях Влад сразу же определил, что это «Шевроле Каприз». Старенькая, но в удивительно хорошем, на первый взгляд, состоянии. Сколько людей в машине, определить не удалось: стёкла были затемнены, да и едва «семерка» подъехала к дому, как Шевроле резво тронулась с места и умчалась в сторону выезда из деревни.

Влад пожал плечами. Что удивительного в том, что у дома стоит машина? Однако Косте что-то в ней не понравилось. Выйдя из «семерки» он взглянул на следы. На молодой траве почти не было отпечатков шин, только пара полос от только что отъехавшей машины. Значит она не отсюда? Может родственники?

Он уже поднял кулак, чтобы постучать в калитку, как она тут же сама распахнулась. Костя столкнулся лицом к лицу с женщиной.

– Вы кто? – спокойно, но неприветливо спросила она, – чего хотите?

Костя немного растерялся. Расчет был на то, что задавать вопросы будет он, а не ему.

– Извините, – неуверенно проговорил он, – мы… хотели спро…

– Мы журналисты, – неожиданно нашелся Рыжий, – газета «Студенческая правда и не только». Пишем статью в газету о местном чудище. Не могли бы вы что-нибудь рассказать о нем?

Костя незаметно показал ему большой палец. Однако находчивость Рыжего не произвела ожидаемого эффекта.

– Еще одни! – нервно проговорила женщина, – только что из органов приезжали, мучили, теперь газетчики. Час от часу не легче!

– Из органов? – переспросил Костя, – полиция была здесь? Этим делом уже занимаются?

– Полиция не полиция, а должностное лицо было. Вот только сейчас буквально отъехало. Мы ему уже все рассказали, у него вот теперь и спрашивайте. А нас нечего доставать.

С этими словами женщина попыталась закрыть калитку, но Костя подпёр ее ногой.

– Но послушайте! Ведь эта тварь может еще кому-нибудь навредить! Может у вас есть какие-то догадки?

– Нету у меня никаких догадок, зато есть дочь, которая в семнадцать лет сидит на успокоительных и ходит к психологу, поэтому оставьте нас в покое!

– Вы не единственная! – Костя схватился рукой за дверь, – наших девчонок тоже напугало это существо, чуть не убило. Подумайте, если мы его не остановим, вы можете пострадать снова!

Женщина прекратила попытки закрыть ворота. На ее еще не старом, но худом и уставшем лицо, видевшим бессонные ночи и нелегкую работу, появилось сомнение.

– Я в первую очередь мать, – заговорила она наконец, – и мне присущ материнский эгоизм. Мне важнее то, что происходит сейчас с моей дочерью, а не то, что произошло с другими. Поэтому еще раз прошу: оставьте ее в покое.

– Мама, подожди! – донесся из-за ее спины девичий голос.

У ворот появилась молодая девушка. Пожалуй, чуть помладше Кости. Но в глаза тут же бросилась седая прядь, которая странным образом затесалась в пышных светлых локонах. Девушка вышла из-за спины матери.

– Что вы хотите знать? Я расскажу.

Мать вздохнула и, что-то бормоча себе под нос, зашагала вглубь двора. Девушка же присела рядом на лавку и пригласила ребят. Костя же в очередной раз замялся, пытаясь понять, что он хочет выведать и с чего начинать разговор.

– Как тебя зовут? – снова спас его Рыжий.

– Наташа.

– Расскажи, Наташа, где это случилось?

***

– Значит, святилище здесь было? – Влад осматривал Гнилой овраг с нескрываемой иронией, – удачнее места не найти, конечно.

Костя брезгливо толкнул ногой кучку трухи, которая когда-то была деревом. Понятно было, почему овраг прозвали Гнилым. Нормальных, здоровых деревьев здесь почти не было. Сплошь и рядом высохшие, облезлые, мертвые стволы. Возможно, именно на них в прошлом вешали людей, а теперь деревянными надгробиями здесь стоят эти голые деревья, что не шло ни в какое сравнение с пышущими жизнью березами в деревне.

Костя поежился, поднял ворот джинсовки. Вокруг белели лужи, видимо, неподалеку начиналось болото, отчего по ветру принесло сырость и холод, да и сами бурые стены оврага сковывали воздух, делая его тяжелее.

– Вон там, – указал Костя на восток, – была наша стоянка.

– А там, – кивнул в противоположную сторону Влад, – завод и свалка.

– И где-то здесь, – Костя присел, – на Наташу напал бес. Если бы его не отогнал Николай, не разговаривали бы мы с ней. Следы видишь?

– Да, – Влад присел рядом, рассматривая вмятины на земле, – девичьи туфли, берцы, наверно, лесника, и такие же следы, как и у нашего ночного гостя. И ведут они…

Они проследили глазами за цепочкой следов, уходящих в чащу, туда, где столбы черных заводских труб стояли железными изваяниями над лесом, нависали, будто горы, грозные и загадочные.

– Недалеко вроде, – Рыжий прищурил глаза.

– Дойдем, – не то спросил, не то утвердил Костя.

– Зачем? – спросил Рыжий.

– Интересно.

Парни молча зашагали в сторону завода. С каждым шагом все сильнее ощущался запах нашатыря и еще какой-то пакости, отчего начинало щипать глаза. Всё чаще попадались кучки отходов, от которых и раздавалось дрянное зловоние. Однако мусор был не только с завода. Где-то валялась старая мебель, где-то – пластиковые упаковки и целлофановые мешки, даже попадались остовы машин и покореженные проржавевшие запчасти.

Краем глаза Костя уловил движение. Машинально нащупал во внутреннем кармане пистолет, повернулся. Маленькое серое существо бегало между кучками мусора на задних лапках. Костя выдохнул. Заяц. Обычный заяц… Или нет?

Зверек, заметив непрошеных гостей, молнией помчался обратно в чащу, но зоркий глаз успел заметить, что с ним не всё в порядке. К хвосту прилип мусорный пакет, шкурка запачкана машинным маслом, местами на ней были плеши, видимо оставленные какой-то кислотой или щелочью. У Кости сжалось сердце.

«Что ж вы наделали…»

Под ногами стали появляться кирпичи и обломки камня. Все меньше становилось травы и листвы, кое-где начинал сереть треснутый асфальт. Вдруг нога ступила на что-то твердое – заросшие рельсы. Проследив глазами за путем рельсов, ребята увидели, что ведут они прямо к заводу.

– Откуда здесь это? Неужели тут когда-то трамваи ходили? – удивился Костя.

– Скажешь тоже, – хмыкнул Влад, – продукцию с завода возили скорее всего.

Как по волшебству среди деревьев выросли стены. Они дошли до завода, который почти не скрывался за полуобвалившимся плиточным забором, который ощерился на ребят остатками колючей проволоки. Если пофантазировать, то можно представить, будто шеренга воинов выставила вперед копья, дабы не пропустить врага к цели.

Найдя место, где забор просел сильнее всего, парни прокрались на территорию. Путь преградила новая стена – цех. Она переходила в другой забор, более новый, уже из листового железа. Однако в окнах цеха стекла отсутствовали. Парни переглянулись: лезть первым никто не рисковал. Помешкав, Костя выдавил из себя:

– Подсадите.

Влад с Рыжим не заставили себя ждать.

– Тихо, руки не отдави!

– Аккуратнее с часами, мне их на днюху подарили!

– Да успокойся ты!

Костя подтянулся на узком подоконнике, перевалился ногами на другую сторону и оказался в цеху. Спрыгнул, старясь не угодить в кучи металлолома.

– Как обстановка? – послышался снаружи голос Влада.

– Пока тихо.

Костя на корточках засеменил вглубь помещения. Этот цех был давно брошен, потому и лес подходил к нему вплотную. Однако он стоял на территории завода, и лучшего способа прокрасться туда незаметно нельзя было придумать.

В самом цеху царило запустение. Трубопроводы для перегонки реактивов проржавели, некоторые отвалились и валялись в хаотичном порядке на полу. Котлы и аппараты стояли запыленные, неподвижные. Костя уловил сходство с Гнилым оврагом: такой же мертвый, такой же пустой. Только там было дерево, а здесь – железо.

Костя прокрался мимо разбитых окон и вышел к выходу из цеха. Выглянул во двор и тут же отпрянул. Выждав пару секунд, выглянул еще раз, аккуратнее. Во дворе стоял уже знакомый ему «Патриот». А прямо за ним – тоже знакомый – черный «Шевроле Каприз».

«Кто же ты такой?»

В воротах ржавчина разъела небольшое отверстие, и Костя прильнул к нему, стараясь увидеть тех, кто стоит у машины. К его удивлению, там стояло четверо. Двоих он узнал. Лесник и глава администрации, как и следовало ожидать. Рядом с ними стоял еще один мужчина примерно их возраста. Гладкое, вытянутое лицо, светлые волосы собраны в модную прическу под стать явно недешевой рубашке-поло и туфлям-казакам.

– Слушай, щенок, – проговорил блондин, теребя патронташ на поясе татуированными пальцами, – ты вообще знаешь, с кем разговариваешь? И кому тут командуешь?

– Знаю, – послышался в ответ мужской голос, – с бывшим уголовником, который взял на себя смелость незаконно использовать химический завод, с давно просроченным гарантийным сроком оборудованием, и получать с этого неплохие деньги.

– Ты говори, да не заговаривайся, – блондин криво усмехнулся, – я человек чувствительный, могу огорчиться.

– А неизвестное чудовище, которое терроризирует округу, вас не огорчает?

Наконец Косте удалось рассмотреть четвертого. Тот стоял к нему спиной, высокий, выше метра-девяносто, в кожаной куртке и черных брюках.

– А это уж не вашей конторы дело, – отрезал блондин, – наша земля это, мы здесь рулим, деньги имеем, но и порядок вершим.

– В округе гибнут люди, – снова заговорил человек в кожанке, – это вы называете порядком? До вашего поселка еще не докатилось, но уже приближается. Несколько человек уже столкнулись с… существом. Что будет дальше?

– Люди кругом гибнут. А сколько и зачем – власть решает. А здесь, – блондин покрутил в воздухе указательным пальцем и большим указал на себя, – власть моя. И я уже решу, кому жить, кому – нет.

– Много на себя берёте, Вадим Аристархович, – Косте показалось, что человек в черном усмехнулся, – рано или поздно найдется кто-то, кто обрежет вам крылышки.

– Ты меня что, пугать удумал? – лицо блондина скривилось, как будто он обжег себе нёбо, – а? Малой?

– Пугать вас должно то, что если люди не перестанут погибать, то в скором времени об этом узнают. И даже местная купленная прокуратура вам не поможет. Приедут люди из области и плотненько за вас возьмутся. Всплывут и ваши махинации с перекупкой завода, и не экологичная утилизация отходов, и загадочная смерть несговорчивого директора. Будьте уверены, вашему воздушному замку придёт конец, если не будете вести себя благоразумно.

Блондин сжал скулы. Задумался.

– Чего хочешь?

– Или вы мне помогаете, или не мешаете. Так или иначе, но я защищаю не только жителей вашей деревни, но и вашу репутацию, как бы не было противно мне это делать. Поэтому дайте мне спокойно разобраться в этом деле и не пытайтесь мешать. И еще: не советую вам идти на этого зверя. Если это то существо, о котором я думаю, то ваши ружья вам не помогут.

С этими словами человек в черном развернулся и демонстративно зашагал в сторону выхода. На секунду он повернул голову в сторону Кости. Его лицо отразилось в темных очках-капельках. Костя заметил, как пальцы блондина, сжимающие ружье, вздрогнули и легли на курок. Он уже хотел было крикнуть тому мужчине об опасности, но тот шел настолько спокойно, что это спокойствие повлияло, видимо и на Вадима Аристарховича. За ружье он так и не взялся. Едва мужчина скрылся, как вся троица развернулась и, о чем-то тихо беседуя, двинулась в другую сторону.

Костя тенью выскользнул из цеха и юркнул к воротам, выглянул. Так и есть. Черный Шевроле Каприз. Кем бы ни был этот человек, он не только на их стороне, но и на шаг впереди. Юноша задумался. Что же выходит? Злой дух бродит где-то в окрестностях, бесчинствует, но местная власть не афиширует это? Боится за свои деньги и свою репутацию?

Костя уже хотел разворачиваться и уходить, как почувствовал холод металла на шее. Следом – сухой лязг затвора

Парень застыл. Пополз, побежал от страха ледяной узор по поджилкам

Вытащить пистолет? Не успеть. Ударить по дулу, отскочить в сторону? А если он не один?

– Руки чтоб я видел, – прогундел за спиной голос.

Костя подчинился.

– Встал.

Костя медленно поднялся, осторожно обернулся. Так и есть. Вадим Аристархович вместе со своей свитой. Лесник и председатель с беспристрастными лицами, хозяин – с ремингтоном в одной руке и сигарой в другой, ухмыляясь смотрел на него свысока, на лице – презрительная ухмылка.

Вот сейчас Косте стало страшно по-настоящему. Сколько раз он ощущал в руках тяжесть оружия, сколько раз взвешивал в руках холодный металл, но всякий раз он чувствовал: этот весь смертельный. Этот клубок винтиков создан, чтобы стрелять и убивать. И каждый раз, вдавливая тугой спуск, он чувствовал, как усилием высвобождает страшную, скрытую в этом предмете силу. Так уж оно было собрано: хочешь отнять жизнь, напрягись, пока напрягаешься – подумай, нужно ли это. А теперь оружие смотрело на него. И потаенная сила пули могла в любой миг вырваться на него.

– Это и есть тот щенок, что тут шарится? – верхняя губа олигарха искривилась.

– Да, Вадим Аристархович, – пробормотал администратор, – непоседливая нынче молодёжь.

– И чего тебе, малой, не сидится спокойно?

Костя растерялся. Ни разу в жизни ему еще не приходилось смотреть в ствол ружья.

– Да я…в общем… просто…

И в голову ничего не шло. Никаких идей чтобы отбрехаться. Да он и не успел ничего придумать. Удар прикладом в солнечное сплетение выбил дух, подогнул ноги, опрокинул наземь.

– Мужики-мужики, полегче!

У ворот стояли Влад и Володя. Как только услышали?

– Вы чего нашего редактора лупите? – Рыжий дружелюбно улыбнулся.

– Чё? – Аристархович сощурился.

– Да мы из газеты, – начал было снова любимую песню Рыжий.

– Из газеты значит?

Бах! Еще один удар в дыхло, но уже Рыжему. Володя присоединился к корчащемуся на земле Косте. Влад рванулся было с кулаками на них, но тут же ему в грудь уперлось дуло еще одного ружья. Это уже был лесник.

– Не стоит, сынок, – предостерегающе покачал он головой.

– А теперь слухайте сюда, щенки, – олигарх присел над ними, – я не люблю любопытных. А еще не люблю газетчиков. Вы попали вдвойне.

– Да ладно, мужик, не гони… – прохрипел Рыжий.

За что тут же получил пинок ногой в грудь.

– Я тебе ща погоню, – Аристархович ухватил его за воротник, – хочешь на бабки попасть, говнюк? Хочешь, а? Или хочешь, чтоб тебе кишки выпустили прямо тут? А? Хочешь, говно?

Отпустил. Встал.

– Слушайте сюда, щенки. Радуйтесь, что нам сейчас не до вас. Разборок и без того хватает. Если не хотите себе проблем, то сваливайте отсюда и не лезьте туда, куда собака хер не совала, ясно?

***

– Ладно, парни, ладно. Всякое бывает, чего вы так кипятитесь.

– Да пошел на хер этот высерок! – рявкнул Рыжий, ударив кулаком по приборной панели – сука, если бы не пушки, вышел бы я с ним раз на раз…

– Вышел бы, ага, – не согласился Влад, – попробуй, тронь такого, потом лес из багажника увидишь. Или со дна речки.

– Ладно, пацаны, в любом случае, спасибо, что впряглись, – произнес молчавший до этого Костя.

– Да ладно, – хмыкнул Рыжий, – ты б так же сделал.

– Что дальше будем делать?

– Предлагаю, ничего, – заявил вдруг Костя, – пошло оно всё на хрен!

– Погоди, – тряхнул рыжей шевелюрой Володя, – ты же хотел докопаться до правды, хотел порешать с этим бесом. Что теперь-то?

– А смысл? Если этим уродам, ради которых мы это делаем, это не нужно, то какой в этом смысл? Одни гонят, другие посылают, третьи еще и прикладом в дыхло бьют. Нахрена вот нам это всё? Предлагаю просто отдохнуть и ехать домой. К черту всё.

Немного помолчав, друзья согласились.

– Но сначала отдохнём, – заявил Влад, откидывая назад сиденье, – меня вырубает, не могу.

Резон в его словах был. Бессонная ночь и насыщенный день довольно сильно их вымотал. Несмотря на злость, Костя тоже уснул достаточно быстро. Даже увидел сон. Даже не сон, скорее воспоминание. Снова она. Снова Юля. В белом легком платье, под цвет цветущей вокруг черемухи.

– Ты правда читал «Маугли»? – восторженная улыбка на лице, так и светится.

– Это моя книга детства, – Костя тоже в восторге. Они нашли общий язык, что-то, что их объединяет, притягивает, привораживает.

– Книга джунглей, – поправила Юля.

– Да без разницы. Кто любимый герой?

– Баги-и-ира, – по-кошачьи протянула девушка, – сильная, смертоносная, но грациозная и женственная. А твой?

– Акела. Волк-одиночка.

– Одинокий волк, – Юля ласково провела по его волосам, – так романтично звучит…

Проснулся он оттого, что кто-то тряс его за плечо.

– Народ, подъем! Там кипиш какой-то!

Костя будто вынырнул из сна. Машину они припарковали в поселке в тени одной из берез, а потому видели, как люди на улице бегали, суетились, те, кто стоял группами, о чем-то шушукались. Влад, ни слова не говоря, завел машину и подъехал к одной из этих групп.

– Мужики, что происходит? – крикнул из окна Костя.

– Да опять бес на охоту вышел. Утром на машину напал, перевернул.

– Где это случилось?

– Да на выезде из деревни, как на шоссе выходить. Говорят, ребята там молодые были. Скорая была, полиция.

Костя похолодел.

– А что с ребятами теми?

– Кто ж их знает! Говорят живых нету.

– Влад, гони!!! – заорал Костя.

Никогда в жизни еще Влад не мчался так быстро. «Семерка» неслась по проселочной дороге, поднимая тучи пыли и бросаясь в заносы на поворотах. Вот Гнилой овраг, а вот палка с черепом. Ехали верно. Всю дорогу Костя и Володя тщетно пытались дозвониться друзьям, но связь не ловила.

Дорога впереди расширялась и парни чуть не влетели в полицейскую машину. Костя первым выпрыгнул из кабины и понял, что на дороге действительно произошло что-то ужасное. В неверном свете заходящего солнца были видны большие вмятины на траве, следы крови и лужи чего-то темного, то ли масло, то ли бензин.

У машины стояли двое в форме. Кажется, уже собирались уезжать.

– Что здесь случилось? – выдохнул Костя.

Полицейский лет тридцати пяти в звании капитана взглянул на него из-под густых бровей.

– Авария. Большего вам знать не обязательно.

– Но почему? Почему?!

– Приказ сверху. Обстоятельства такие, что распространяться об этом никому нельзя.

– Есть жертвы? Что с машиной? Почему нет оцепления?

– Много вопросов, сынок, – отрезал капитан, – разберемся.

Костя хотел было сказать что-нибудь грубое, как его взгляд приковало что-то на дороге. На ватных ногах он подошел поближе. Синий спойлер от «Спектры». Чувство страшной, непоправимой беды накрыло Костю с головой. Перед глазами замелькали лица Дениса, Насти, Тани, Радмира… Юли. Его друзья, дорогая ему девушка.

– Неужели… – ком встал в горле.

Неужели их больше нет? Ребят, к которым он успел привязаться за год совместной учебы, которые не раз помогали ему, не раз поддерживали и пили за его здоровье? Которые не дали ему раствориться в большом городе, не остаться в одиночестве, которые скрасили его серые будни, их нет?? Неужели этой милой, славной девчушки, которая дарила ему свет и радость каждый день, которая даже в пасмурный день держала синеву в глазах, которая сквозь все его недостатки нашла в нем лучшее? Ее больше нет??!

Он повернул взгляд в сторону полицейских. Те уже садились в машину.

– СТОЙТЕ!!!

Он подскочил к их машине.

– Те ребята, которые были в этой машине, что с ними? Они живы? Скажите, прошу вас!

– Не знаю, – безучастно ответил капитан, – скорая приезжала, эвакуатор, забрали их. Кто жив, кто нет, не знаю.

– Это сделала та тварь из леса, верно? – сбивчиво проговорил юноша.

– Кому надо, разберутся, – хмыкнул капитан, – слышишь, стреляют?

Костя напряг слух. В глубине чаще стукнул выстрел. Ремингтон.

– Вот они и разберутся. Остальное, уже не наши задачи. Егор, поехали.

Полицейская «гранта» развернулась и поехала в сторону шоссе. Костя рассеянно посмотрел им вслед. Им все равно. Они тоже под хозяином ходят. Все они. Похоже,