Третий ключ
Пролог
Очередь из рельсотрона разметала импровизированную баррикаду почти мгновенно.
Закинув тяжелое оружие за спину и взяв в руки штурмовую винтовку, я перебрался через обломки, мельком глянул на валяющиеся тела – добивать никого не требуется, после чего, уже никуда не спеша, двинулся к выходу из развалин. Времени оставалось около четверти часа, успею и снаряжение привести в порядок, и дождаться напарницу. Ей, как стало понятно из радиосообщения, на завершение «всех дел» требовалось минут десять, не больше.
Я не ошибся. Корни появилась тютелька в тютельку – через десять оборотов секундной стрелки. Дверь вылетела из стены вместе с косяком, и сопровождаемая клубами пыли фигура вышла из дверного проема. Слегка прихрамывая, напарница дошагала до очерченного краской круга:
– Давно ждёшь?
– Как состояние? – проигнорировал я вопрос, глядя на изрядно покоцанную броню и полуоторванное крепление медицинского блока.
– Лови сообщение.
Девушка опустилась на битые кирпичи, вытянула усталые ноги и принялась «колдовать» с настройками.
Её тело, как и мое, было облачено в «Скил», и понять, кто скрывается в бронированной скорлупе, не представлялось возможным. Определить, что это именно Корни, а не кто-то из противостоящей нам стороны, я мог только по идентификационным меткам. Плюс голос, что раздавался в наушниках, был более чем знаком. Его, конечно, можно подделать, но интонации… Нет, это была явно она, а не какой-нибудь робот или чужой боец…
– Да уж. Серьезно тебя приложило, – произнес я, просмотрев полученные через сеть данные. – Здоровье – 34, броня – 29, вооружение… Хм, боезапас почти на исходе.
– А ты как думал? – сварливо отозвалась дама, забирая у меня спецконтейнер и восстанавливая с его помощью упавшие в красную и желтую зоны характеристики.
– Четырнадцать быров вместо обычных двух, – продолжила она через пару минут. – И саранчи почти полноценный рой, не считая мелюзги навроде техников и уборщиков.
Я удивленно присвистнул:
– Четырнадцать штук?! Ты ничего не путаешь?
– Слушай, Андреа, я что, похожа на туповатую героиню из сериалов? – вскинулась Корни, закончив возню с контейнером. – Если я говорю четырнадцать, значит, так оно и было на самом деле.
– Не злись, – моя рука поднялась в примирительном жесте. – Верю, что так и было.
– А раз веришь, то… Всё, давай выбираться отсюда.
– Давай.
Забрав у напарницы вторую половинку ключа, я соединил ее со своей и положил на землю собранную конструкцию. Корни подошла вплотную ко мне. Чтобы не оказаться за границами перехода, нам пришлось прижаться друг к другу.
– Нравятся мне такие моменты, – неожиданно усмехнулась девушка, обхватывая меня обеими руками…
Глава 1. Силиция
Ковер на полу был, как всегда, усеян бумажными самолетиками. Пётр Сергеевич как раз складывал очередной, когда я просунулся в дверь и бодро поинтересовался:
– Вызывали, товарищ полковник?
Хозяин кабинета глянул рассеянно на меня, запустил в угол «дцатый» по счету «летательный аппарат», дождался его приземления и лишь затем мотнул головой, указывая на свободное кресло.
– Как отдохнул? – спросил он, едва я уселся.
– Нормально. Как в старые добрые времена. В любом случае, отпуск длинным не бывает.
– Это точно, – кивнул Петр Сергеевич, слегка подаваясь вперед и складывая по-ученически руки, словно бы говоря тем самым, что всё, досужие разговоры закончились, пора переходить к делу. – Значит, так, Андрей. Есть для тебя одна работёнка. Не самая сложная, но и не сказать, что простая. Придется тебе, друг мой ситный, лететь за пределы.
– За пределы обитаемой части Вселенной? – пошутил я, уже прикидывая, как далеко простираются эти пределы.
– Нет, так далеко я тебя не пошлю, ты еще не настолько проштрафился, – усмехнулся полковник. – Путь твой лежит на Силицию.
– Это где мафия всем верховодит? – проявил я осведомленность в вопросе.
– Она самая. Но становиться крестным отцом тебе не придётся. Твоя задача скромнее. Тебе надо лишь провести небольшое расследование и выяснить всё, что можно, о судьбе двух наших людей.
– Наших? Из ДСБ?
– Не совсем, – пояснил Петр Сергеевич. – К департаменту синеговской безопасности прямого отношения они не имеют. Числятся добровольными помощниками, время от времени выполняют деликатные поручения. То есть, выполняли до недавнего времени.
– Они пропали? Или…
– Именно это тебе и предстоит выяснить, – не дал мне закончить начальник. – На, держи установочные данные.
Я бегло просмотрел стандартный бланк. Елена и Игорь Кислицыны, брат и сестра. Она – журналист, возраст 34, он – инженер-схемотехник, 41 год. Оба – заядлые путешественники, любители прокатиться по галактическому захолустью. На Силицию отправились неделю назад. На связь с родственниками и знакомыми перестали выходить сразу же по прибытию в пункт назначения.
– Может, просто решили отдохнуть вдали от цивилизации? – стало моим первым предположением.
– Исключено, – отрезал Пётр Сергеевич. – По инструкции, они должны отправлять сообщения ежедневно. Причем, не обязательно с информацией. Одно-два слова, достаточно, чтобы знать – у них всё в порядке.
– Понятно. Значит, будем разбираться на месте, – вздохнул я, возвращая бумаги. – Работаем под прикрытием?
– Нет, полетишь туда в качестве официального лица со всеми необходимыми полномочиями.
– Даже так? – мое удивление было совсем не наигранным.
– Именно так, – подтвердил начальник. – Командировка согласована с коллегами из Сектосоюза и Мериндосии. Выяснилось, у них те же проблемы. Обещали, кстати, прислать на Силицию кого-нибудь из своих. Чтобы, так сказать, соблюсти паритет.
– У них там что? Тоже кто-то пропал? – еще больше удивился я.
– Да, тоже, – кивнул товарищ полковник. – Только месяцем раньше.
– А макаронники возмущаться не будут? Все же это их зона ответственности.
– Чипольянцы в курсе случившегося, препятствий тебе никто там чинить не будет. Даже, наоборот, обещают всяческую поддержку на местном уровне.
– Когда вылетать?
– Завтра. А пока изучай документы. Надеюсь, суток тебе будет достаточно.
На идкарте мигнул оранжевый огонек. Инфопакет получен. Проверять его содержимое я не стал – успею еще изучить детали задания.
– Разрешите идти?
– Иди, – махнул рукой Петр Сергеевич. – И не забудь, как вернешься, подробный отчет перво-наперво мне на стол.
– Есть, товарищ полковник…
* * *
На подготовку к заданию и связанному с ним полёту много времени не ушло. Больше всего я опасался разговора с женой. В том смысле, что Жанна вполне могла разразиться парой-тройкой гневных филиппик как в мой адрес, так и в адрес моего руководства. Типа, заездили тебя дурака на службе. Не успел еще от отпуска оклематься и на тебе – снова куда-то лететь, в какую-то подозрительную командировку.
Как это ни странно, супруга к сообщению о том, что завтра я опять улетаю, отнеслась спокойно. Просто вздохнула и попросила не ввязываться лишний раз в ненужные авантюры. Видимо, вспомнила про наши с ней пятилетней давности «приключения» на Голубом Купоросе, продолжившиеся затем на Хелимании, Старой Земле и в мире Эдема1. Главные (для нас главные) результаты тех «авантюр» возились сейчас в детской комнате и тихо-мирно готовились в гости к бабушке. Вместе со своей мамой естественно – у Жанны оставалась еще неделя до окончания отпуска… Словом, на Силицию меня «отпустили» без слёз и скандалов. Вернуться я рассчитывал дней через пять, как раз к возвращению домой жены и детей. Эх, если бы я только знал, как далеки от реальности эти расчеты…
Москонию я покинул следующим утром. До космодрома меня сопровождал Федька Синицын. Он же, как выяснилось, отвечал за транспорт. Вообще говоря, я предполагал, что полечу обычным рейсом с парочкой пересадок на планетах Сектосоюза или, например, военным бортом до границ Синеговии, а дальше – грузовым чартером прямиком до Силиции… В любом случае перелет обещал быть нудным и не слишком приятным.
Действительность превзошла все ожидания.
– Это что, мне? – выпучил я глаза на новенькую «Иглу», к которой меня подвел Фёдор.
– Тебе, – подтвердил коллега. – Причем, заметь, тебе одному. Будешь на ней и пилотом, и штурманом, и пассажиром. Надеюсь, не забыл, как с ней управляться?
Управлять «Иглой» было сплошным удовольствием. С ней, наверное, и ребенок бы справился, а уж тот, кто отмотал на такой пару тысяч часов и в три раза больше парсеков – тем более.
– Ну, удружил так удружил, – только и смог я сказать, забираясь в кабину командно-штабного катера космических сил САЛБО2.
– Обеспечить тебя личным транспортом – прямое указание дяди Миши, – отозвался по громкой связи Синицын. – А вот каким именно, он уточнить позабыл. Ну я и подумал, этот тебе вполне подойдет.
– Спасибо! – крикнул я в закрывшийся люк.
– С тебя бутылка, – хохотнул в ответ Фёдор.
* * *
Перелёт на Силицию занял двенадцать часов. Девять ушло на скольжение по гравитационным свёрткам, три – на внутрисистемное маневрирование и ожидание, когда дадут добро на посадку. Все бортовые системы работали штатно, имеющегося в топливных баках газзона3 хватало на пару подобных рейсов, причем, туда и обратно, и, значит, пристыковываться к ремонтно-заправочному терминалу было совсем ни к чему.
Выведя «Иглу» на низкую орбиту Силиции (по-пижонски, в ручном режиме), я отправил запрос диспетчерам и, пока дожидался ответа, долго (аж три с половиной витка) рассматривал проплывающую внизу планету. Увиденное не слишком понравилось. Большая часть поверхности была затянута облаками, а ведь согласно статистике и каталожным данным Сектосоза облачность более 20 процентов считалась здесь явлением редким. Впрочем, это было всего лишь одним из элементов общей картины. Довольно странной картины, если не сказать, настораживающей.
Во-первых, даже в таком медвежьем углу, как Силиция, на орбитах всегда болтается пара-тройка круизных лайнеров. Сейчас же не обнаруживалось ни одного. Хотя допускаю, что в данный момент (случайно, конечно) все они могли находиться в «затенённой» планетой области ближнего космоса.
Во-вторых, по всем радио-, интер- и голоканалам передавали одно и то же: мюзикл «Крёстный отец». С ним я познакомился ещё в гиперпространстве, когда изучал данные о кухне, традициях и особенностях поведения местного социума.
В-третьих же, что напрягало больше всего, меня вообще никто не встречал и даже не интересовался, что за нахал летает над головой и шлёт запросы в диспетчерский центр.
Разрешение на сход с орбиты я получил через девяносто восемь минут. Допустимый порог ожидания оказался превышен в три с лишним раза: по общегалактическим нормам – верх неприличия.
Канал связи, наконец, ожил, и металлический голос (словно говорил робот-автоответчик, а не живой человек) сообщил следующее: «Борт эСэН 1469, вам разрешена посадка на Консильери, переведите транспондер в режим автолокации и следуйте курсом на приводной маяк».
Ещё одна странность. Все прибывающие на планету официальные делегации местные власти направляли на космодром «Дон Корлеоне». В крайнем случае, на второй по величине и пассажиропотоку «Аль Пачино». Мне же предложили садиться (по приводному лучу, словно считали редкостным неумехой) на мало использующийся, расположенный в высоких широтах «Консильери». Впрочем, хозяин – барин, раз решили посадить меня в захолустье, значит, так тому и быть. Со своим уставом в чужой монастырь лезть не стоит. Миссия у меня деликатная, ссориться с аборигенами по пустякам себе дороже.
Спуск на поверхность планеты прошёл без осложнений. «Игла», выпустив опорные стойки, приземлилась (точнее, «присиличилась») на лётное поле. Вокруг ни души. Никто не подкатывал трап к кораблю, не указывал место «парковки», не суетились космодромные роботы, не перемещалась техника, не видно было работников космопорта, полицейских, таможенников, пограничников…
«Не ладно что-то в Датском королевстве», – после такого глубокомысленного и логичного вывода мне больше ничего не оставалось, кроме как облачиться (на всякий пожарный) в скафандр, отправить сообщение на Москонию (вряд ли дойдет, без ретранслятора мощности передатчика хватит только на пару парсеков) и самостоятельно выбраться из «Иглы».
Спрыгнув на бетонные плиты, я (опять же, на всякий случай) перевел корабельный компьютер в режим активной защиты, перекинул штурмовую винтовку на грудь (мало ли что, вдруг хулиганы) и зашагал в сторону здания космопорта.
Идти оказалось всего ничего, метров примерно четыреста. А затем из уводящего под землю пандуса выбежал человек. Увидев меня, он на мгновение остановился, после чего принялся активно махать руками, указывая на грузовые ангары:
– Кто вы такой? Мы не принимаем никаких грузов. Немедленно улетайте.
Я уже собрался ответить, но тут зрачки у неприветливого «говоруна» расширились, и он быстро метнулся назад к пандусу, оставив меня в одиночестве. Почему он сбежал, стало понятно через секунду. Развернувшись к лётному полю, я – сработали вбитые в мозг рефлексы – сразу упал на бетон, перекатился в сторону и, «укрывшись» за невысоким бордюрчиком, перевел «арку» 4 в «струнный» режим.
В промежутке между ангарами маячила угловатая и неуклюжая только на вид фигура. Тяжелый боевой робот типа «Самум» с полным набором вооружений и – самое главное – лишенный каких-либо опознавательных знаков и идентификационных меток. Одна из восьми конечностей «быра» неведомой принадлежности поднялась и… Дымный след от ракеты прочертил воздух.
– Твою ж мать! – выругался я, не в силах сдержаться.
Мой личный катер, моя новенькая «Игла» скрылась в клубах серой пыли, образовавшихся на месте взрыва БЧ…
Нет, уничтожить «Иглу» ракета не уничтожила – для этого необходим заряд существенно большей мощности. Однако тот, кто отдал команду использовать для выстрела объемно-детонирующий боеприпас, знал, что делал. Почти всё навесное оборудование и бОльшую часть внешних датчиков просто смело с обшивки. Теперь, чтобы проникнуть внутрь собственного корабля, мне придется весьма и весьма постараться. Но и это ещё не самое страшное. Главное, чего я теперь был лишён, это связи. Пространство в пределах звездной системы корабельное приёмо-передающее устройство покрывало довольно уверенно. В смысле, покрывало до того, как взрыв вывел из строя обе КС-антенны5. Сейчас же оставалось надеяться на авось. Уповать на то, что нужное оборудование рано или поздно найдётся и отчёт о случившемся я, так или иначе, отправлю. А пока этого не произошло, буду действовать в автономном режиме. В конце концов, приказ отыскать двух синеговских граждан ещё никто не отменял…
– Встречать гостей выстрелами из ракетницы – это хамство, – пробормотал я, выцеливая противника и нажимая на спусковой крючок. – Что ж, придётся учить вас хорошим манерам.
Увы, первый этап «обучения» успехом не увенчался. Получив электромагнитную «швабру» 6 в верхнюю часть корпуса, «Самум» даже не дёрнулся. У этого типа боевых роботов управляющие модули всегда устанавливались случайным образом. Они могли располагаться где угодно. Внизу, вверху, слева, справа, спереди, сзади… первым выстрелом попасть сложно, а второй шанс может и не предоставиться. Одна радость – точно определить место, откуда по нему выстрелили, вражеский быр не сумел, угадал лишь примерное направление. Поэтому просто пальнул в ответ, на удачу, осколочно-фугасной гранатой.
Граната разорвалась метрах в пятидесяти от меня. Осколки обстучали скафандр, но, слава богу, броню не пробили. Хотя и заставили немного понервничать и сменить на всякий случай позицию.
Тем временем на космодроме появились новые действующие лица. Из-за построек на поле выкатились два «пончика» – быры глинийской конструкции, названные так за характерную форму. Остановившись и выставив ноги-опоры, они принялись окучивать из минометов площадку перед зданием космопорта.
Мне это, естественно, не понравилось. Одно дело сражаться с пусть и тяжёлым, но всё же одним боевым роботом, и совершенно другое – противостоять сразу трём.
Быстренько сообразив, что здесь ловить нечего, я переместился к пандусу, включил режим инфракрасного поиска, обнаружил в стене неприметный для обычного зрения люк и, открыв тяжелую дверцу (хорошо, что замка на ней не было), нырнул в темный проём.
Вовремя. Секунду спустя и пандус, и всё прилегающее к нему пространство превратились в море огня. От жара стальную дверь едва не расплавило. О том, чтобы вернуться, теперь не могло быть и речи. Разве что облачиться в «Скил», пробить спецзарядом бетонную стену и показать, кто в доме хозяин. Жаль, этого бронированного костюмчика, усиленного экзоскелетом, у меня под рукой не было. Поэтому пришлось использовать старомодный, но не потерявший ещё актуальности тактический ход – поспешное отступление, вызванное подавляющим вражеским превосходством в силах и средствах.
Непонятным оставалось одно. Почему быры решились применить против человека летальные типы боеприпасов? Ведь в их «прошивках» имелся однозначный императив – людей убивать нельзя. Впрочем, за последние несколько лет я столько всего насмотрелся, что сейчас подобное нарушение законов роботехники казалось обычной рутиной. Просто кому-то очень сильно захотелось прикончить товарища Фомина. «Кому, интересно, я так насолил? И, главное, чем?.. Хрен знает». Странно, но всё, что сейчас происходило вокруг, я почему-то воспринимал как игру или, скорее, учения. Словно бы всё понарошку. И роботы, и вышедшая из строя «Игла», выстрелы, взрывы, огонь – всё настолько не похоже на правду, что просто не может ей быть…
На текущий момент мой замысел состоял в том, чтобы найти спокойное место, внимательно осмотреться, выяснить, что произошло на планете, откуда здесь взялись роботы, стреляющие по людям, и только потом планировать дальнейшие действия. Лучше всего для выяснения обстановки подошли бы местные жители, точно знающие где-что-почём. Однако их еще предстояло найти. Навряд ли они сейчас шастают толпами по превращенному в поле боя космопорту.
Владеющих информацией аборигенов я отыскал достаточно быстро. Пробежав по подземным туннелям около сотни метров и миновав несколько ответвлений от основной галереи, я очутился наконец в помещении, напоминающем распределительный или диспетчерский пункт. Внутри находились двое. Как выяснилось чуть позже, Джузеппе и Фабио, космодромные техники. Джузеппе сидел за центральным пультом и лихорадочно щёлкал клавишами, пытаясь взять под контроль противопожарную систему сектора, а Фабио орал в допотопную телефонную трубку, почём свет матеря раздолбаев-связистов и неизвестного мне папу Карло.
Моё эффектное появление, в запыленной броне и с «аркой» наперевес, они восприняли как «неизбежную на море случайность». То есть, моментально подняли руки и принялись горячо заверять меня в том, что к происходящим наверху событиям они отношения не имеют.
– Считыватель имеется? – прервал я их словесные излияния, демонстрируя идентификационной код на левой грудине.
Выяснив, кто я есть, техники слегка успокоились.
– Эх, не вовремя вы сюда прилетели, синьор Фомин, – вздохнул более старший Фабио.
– Это почему?
– Война кланов у нас, – пояснил Джузеппе.
– И как часто она у вас происходит? – невинно поинтересовался я, разглядывая вывешенную на стене карту сектора.
– Ну, по традиции раз в четыре года, во время предвыборной гонки.
– А когда у вас выборы?
– Всеобщие выборы прошли полгода назад, – пожал плечами Джузеппе.
– Значит, это внеплановые? – уточнил я, подсоединяя свой комп к местному терминалу.
– На моей памяти это случилось впервые, – снова вздохнул Фабио.
– Всё когда-нибудь случается в первый раз, – философски заметил я, скачав необходимый пакет информации и бегло его просмотрев. – Давайте, рассказывайте, что тут у вас происходит. Только коротко и по существу, времени у меня не так много…
Джузеппе и Фабио, как и положено всем чипольянцам, говорили эмоционально и быстро.
– Значит, ваш клан всегда оставался нейтральным? – переспросил я через пару минут, устав от безудержного размахивания руками и постоянных призывов в свидетельницы Святой Девы Марии.
– О, да! Рико никогда не вмешивались в большую политику, – с достоинством подтвердил Фабио. – Дела нашей семьи завязаны исключительно на космодром.
– То есть, бал здесь правите только вы?
– Не совсем так, – поправил коллегу Джузеппе. – Мы занимаемся только техникой, а таможню, управление и логистический сервис делят между собой семьи Марио и де Вито. В смысле, делили до настоящего времени, пока…
– Пока де Вито не решили осуществить передел сфер влияния, – закончил Фабио. – Сначала в столице, а потом и до наших мест добрались. Правда, случилось всё чересчур быстро. За двое суток управились. Хотя за остальные провинции и остальные семьи я ничего сказать не могу.
– Почему?
– Центр связи разрушили в первый же день, теперь информация поступает к нам в урезанном виде. В основном, слухи и новости головидения, верить им можно с пятого на десятое.
– Так. Значит, как протекает противостояние главных кланов, вы толком не знаете.
– Не знаем, но думаем, что де Вито всё же подмяли под себя бОльшую часть союзников Марио.
– И чем это вам грозит? – спросил я взгрустнувшего техника.
– Еще неделю назад я бы сказал, что ничем, – ответил тот, изображая уныние. – Однако сейчас я этого уже не скажу.
– Но вы же нейтралы. Какое вам дело до верхних разборок?
– Так-то оно так, но те методы, которые решили применить победители, выглядят слишком уж… эээ…
– Радикальными? – попробовал угадать я.
– Да. Вы использовали очень точное определение, – подхватил мою мысль собеседник. – Именно радикальными. Нашу семью эти методы пока не коснулись, но, боюсь, всё ещё впереди. Видели б вы, синьор Фомин, как «бырики» клана де Вито захватывали центральную башню, в которой диспетчеры. Слава мадонне, наших там в тот момент не было.
– А что там случилось?
– О! По башне сначала вдарили магнито-импульсными ракетами. Это чтобы вывести из строя контрольное и охранное оборудование. А потом…
– Потом её накрыли бронепрожигающими и фугасными, – перебил Джузеппе старшего техника. – Думаю, в живых там никого не осталось.
– И это ужасно! – закончил Фабио.
– Ужасно! – согласился Джузеппе. – Силицианские семьи никогда не решали проблемы подобным способом.
– Понятно, – почесал я затылок. Подобное и вправду не лезло ни в какие ворота. Будь я в мире Эдема, вопросов бы не было. Там это в порядке вещей. Но вот в нашем мире… Хм, что-то меня опять заносит куда-то не в ту сторону. До Эдема отсюда никакой портал не провесишь, для этого надо сначала переместиться на Старую Землю…
– Есть способы связаться с другими планетами, кроме как через главный центр? – задал я очередной вопрос, прервав на время раздумья.
Оба техника быстро переглянулись.
– Ну-у, есть еще резервный центр, – протянул Фабио. – Только он небольшой и добраться до него достаточно сложно.
– Он в рабочем состоянии?
– Полагаю, что да, – кивнул техник.
– Что значит «полагаю»?
– Нас туда редко пускают, – смущённо произнёс чипольянец. – По статусу не положено.
– Тогда покажите на карте, где он находится и что требуется, чтобы проникнуть внутрь и войти в систему, – прикинулся я простачком, уже понимая, что резервный центр использовался кланом Рико для каких-то не подлежащих публичной огласке целей. – Кстати, можете передать мне номера своих расчетных счетов. В ближайшее время на них поступит вознаграждение за помощь, оказанную Объединенным нациям.
Чипольянцы внезапно замялись.
– Впрочем, если вы предпочитаете кэш…
– Да, синьор. Наличными было бы лучше, – выдохнул Фабио, жадно сверкнув глазами.
– Хозяин – барин, – пожал я плечами, вынимая две сотенные купюры. – На счет было бы больше.
– Птица в руке лучше десятка в кустах, – ухмыльнулся техник, забирая наличность. – Вот, смотрите, чтобы дойти до резервного центра, надо воспользоваться воротами 6 и 13…
Всё, что мне нужно, я узнал за четыре минуты. Именно столько потребовалось Фабио и Джузеппе, чтобы объяснить всё в подробностях, включая коды доступа, номера каналов и интервалы выходов на приём-передачу. Зафиксировав на виртуальной карте маршрут, я поблагодарил техников клана Рико и, пожелав им удачи в делах, двинулся по паутине подземных коммуникаций.
* * *
– Забавная ситуёвина, – пробормотал я под нос, когда дорогу преградила груда камней, образовавшаяся от обвала туннеля. Судя по карте, обойти её не получится – все боковые проходы заканчивались либо тупиками, либо выходами на поверхность. Впрочем, путь наверх имелся и здесь – пролом в своде, ведущий к полуобрушенной вентиляционной шахте. Высота подъема составляла около двенадцати метров.
Выбраться наружу – для опытного бойца задача элементарная. Один вопрос: так ли мне это надо? Немного подумав, я все же решил: да, надо. Решил и полез в вентшахту. Притормозив в метре от «нулевой» отметки, выдвинул наверх штангу с миниатюрной камерой.
Осмотр окрестностей дал следующие результаты. Оголовок шахты располагался в зоне пакгаузов. Среди космодромных строений противника не наблюдалось. Противник сосредоточился дальше, по самому краю ангаров. Уже «знакомые» мне глинийские «пончики», громоздкий «Самум», плюс два боевых робота типа «Жук» (с шестью конечностями и пулеметами на «спине») прятались за укрытиями из бетонных блоков и следили за взлётным полем. На поле дымилась моя «Игла». Резервный пункт связи находился в тылу у быров. Точнее, не сам пункт, а тамбур-шлюз, через который можно в него проникнуть.
Если бы я мог передвигаться бесшумно, а еще лучше, приобрел на какое-то время невидимость, то добраться до цели было бы проще простого. Но поскольку такими способностями я ни в коей мере не обладал, постольку пришлось искать обходные пути.
Поиски много времени не отняли. Всё решилось само собой, без моего непосредственного участия. Откуда-то сбоку, со стороны одного из ангаров раздался характерный свист. Так свистеть могли только вылетающие из подствольника термобарические гранаты. Серией из трех штук, одна за другой.
Секунда, и наиболее опасный противник, тяжелый «Самум», исчез в ярких вспышках разрывов.
Не знаю, кто стал моим невольным союзником, но было бы глупо не воспользоваться предоставленным шансом.
Когда очухавшиеся «жуки» начали обрабатывать позицию неведомого стрелка пулеметным огнем, а «пончики» перекатились поближе к пылающему собрату (видимо, чтобы пресечь возможность атаки в зоне его ответственности), я осторожно высунулся из вентшахты и двумя точными выстрелами обездвижил обоих «пончей». У этих глинийских быров, в отличие от «Самума», с блоками управления проблем не было. В том смысле, что располагались они всегда в одном месте, и это место было мне хорошо известно – едва заметный нарост на внешней стороне корпуса-бублика. Именно туда я и засадил пару электромагнитных импульсов – по одному на каждого робота. Ответить они не успели. «Струнный» режим – хорошая штука. Быров из строя выводит на раз. Да и людям не сладко приходится, особенно, если попасть в район головы. По уверениям «знатоков», мозги едва ли не плавятся. Боль в башке как от суровой мигрени: в течение часа ни о чем больше думать не можешь, кроме как о внутренней мозгорезке и желании побыстрее избавиться от нее.
Впрочем, струнные импульсы действовали так не на всех. У одних период восстановления сокращался до получаса, у других минут до пятнадцати, отдельные уникумы умудрялись очухиваться практически сразу, за один-два оборота секундной стрелки. А кое-кто, ваш покорный слуга, например, оказывался вообще нечувствительным к этому виду воздействия. У меня «струнки» вызывали только легкое покалывание внутри черепной коробки, словно щекочет кто-то или царапается. Поэтому во время службы в САЛБО всегда был на первых ролях. То есть, отцы-командиры, ничтоже сумняшеся, регулярно посылали меня туда, куда остальным хода не было. И в итоге уже на срочной я сумел дослужиться до лейтенантских погон. Что, с одной стороны, хорошо, а с другой, пристального внимания со стороны родимого ДСБ избежать так и не удалось. Хотя я и не сопротивлялся особо, когда от них поступило «конкретное предложение». И даже, наоборот, посчитал его весьма перспективным… Теперь вот отдуваюсь за ЧСВ7, а заодно за карьерный рост и полученные два года назад капитанские звездочки…
Решив не заморачиваться пока валяющимися в отключке «пончиками», я выскочил из вентшахты и на всех парах рванул к ближайшему укрытию, расположенному метрах в трехстах от входа в резервный пункт. Укрытие оказалось вполне приличным – коробка из пластобетона, скорее всего, будка охраны или наблюдательный пост. Внутрь я забираться не стал – двери закрыты, взламывать их времени нет. Схоронился за капитальной стеной и сразу же угостил одного из «жуков» очередью из подствольника. Гранаты ушли по навесной траектории, расстояние до цели было почти предельным. Как и предполагалось, противник произвёл маневр уклонения и избежал прямого контакта с поражающими элементами.
«Жуки» вообще, несмотря на приземистый вид, отличались исключительной ловкостью и быстротой. Тот, что был ближе ко мне, мгновенно подпрыгнул и за доли секунды переместился метров на двадцать, еще в воздухе разворачивая пулемётный ствол в мою сторону.
«Ну, всё! Пошла гулять губерния! Работаем!»
* * *
Уничтожить боевого робота из штурмовой винтовки необычайно трудно, если только не застать его врасплох, как это произошло с тем же «Самумом». Вольфрамовые пульки-стрелки, пусть и разогнанные до шести с половиной махов, лобовую проекцию не пробивают, да и сбоку и с тыла броня не всегда поддается, а от гранат бырик чаще всего уворачивается. «Пончик» откатывается назад, «Самум» делает короткий шаг в сторону, «жук» прыгает. Причем, прыгает, поджимая конечности, а когда приземляется, наклоняется чуть вперед, подставляя противнику массивный лоб и тут же начиная палить из установленной на спине автоматической шестистволки. Управляющий модуль у этого быра расположен аккурат за пулеметной «башенкой», попасть «стрункой» в такой можно лишь сверху-сзади или же с переднего ракурса, но под хорошим углом. На военных играх мы против таких обычно работали тройками: двое отвлекают огнем, третий выискивает момент для прицельного выстрела. Здесь же у нас соотношение два на два. Пара бойцов против двух роботов. Одна радость – быры не наши, не синеговские, и значит, действуют по армейским стандартам, импровизаций от них ждать не приходится…
«Хлоп! Хлоп! Хлоп!»
Очередная гранатная серия опять заставляет «жука» подпрыгнуть. На этот раз он перемещается влево. «Дистанция 8, азимут 25», – докладывает бортовой комп. Алгоритм уже вычислен, остается только на «кнопку нажать». Сделать это, правда, не так-то просто. Противник огрызается из пулемета при каждой возможности. То есть, практически беспрерывно. И шаг за шагом, прыжок за прыжком, подбирается всё ближе и ближе ко мне. Цель, как я понимаю, обойти по флангу укрытие и заставить меня покинуть его – на открытом пространстве шансы робота выше моих на порядок. Задумка, на первый взгляд, правильная, но, как известно, задумать не значит сделать. Тем более, что перемещения быра моим планам вполне соответствуют. На близкой дистанции уконтропупить его гораздо проще – возросшая убойная сила нивелирует скорость реакции…
Пулемётная очередь выбивает из стены бетонную крошку и рикошетом уходит в небо. Меня за этой стеночкой уже нет, я на другой позиции, с дальней стороны наблюдательного поста.
Быр прекращает стрельбу, на охлаждение и реюстировку стволов ему требуется тысяча четыреста миллисекунд, и это время я должен использовать с толком.
Перевожу предохранитель в режим «два плюс один», сдвигаю затворную рукоять, жму на крючок. Две осколочные гранаты летят в изготовившегося к прыжку робота. Третья, усиленного фугасного действия, ложится в двенадцати метрах правее, с задержкой подрыва на полторы секунды.
Я не ошибся. «Жук» приземляется именно там, где и предполагалось, попав в подготовленную мной ловушку. Взрыв превращенной в мину гранаты звучит для меня настоящей музыкой.
«Есть контакт!»
Две из шести конечностей робота оторваны напрочь, ещё одна серьезна повреждена.
Потерявший подвижность «жук» действует предсказуемо. Прыгнуть теперь он не может, поэтому просто топчется на одном месте и палит напропалую из пулемета, пытаясь угадать направление атаки противника.
А противник собирается атаковать его вовсе не там, где он думает. Не слева, не справа и не по центру. Да и вообще – нет никакого желания использовать для атаки горизонтальную плоскость: получить случайную пулю в живот или в голову мне совершенно не хочется. Скафандр мой, хоть и имеет броню, но на таком расстоянии она не защитница. Сейчас мне может помочь только реактивный ранец, закрепленный чуть пониже спины («Ага, на том самом месте, которого нет в словарях»).
Высокоскоростная струя бьёт в бетонные плиты. От перегрузки темнеет в глазах, однако это не мешает мне по-быстрому сориентироваться, поднять винтовку на нужный угол и угостить робота электромагнитным импульсом.
Вращение стволов скорострелки останавливается в тот же миг. «Жук» застывает безжизненной каплей.
Но и это еще не всё. Для большей уверенности отправляю в него бронепрожигающую и следом термобарическую гранаты…
А вот теперь действительно – всё! Металлолом. Опасности для граждан не представляет…
Плавно опускаюсь на землю, осматриваюсь. Второй «жук» уныло чадит метрах в двухстах от меня. Отлично! Выходит, неизвестный союзник тоже не оплошал. А, кстати, где он сейчас? Что-то я не вижу его…
В поле зрения союзник появляется через пару секунд. Выглядывает из-за стены большого ангара. Машет рукой, привлекая внимание. По идентификационной метке определяю: парень из Мериндосии. Ничего больше выяснить не удаётся – коды и шифры у нас отличаются. Даже по радио переговорить нельзя, придётся общаться жестами.
Показываю ему, что мне надо в резервный пункт связи. В ответ он кивает, сообщая, что у него та же цель. Предлагаю проделать этот путь вместе, прикрывая друг друга, если понадобится. Союзник не возражает. Зато возражения имеются у наших противников.
Едва я начинаю движение к цели, как перед виднеющимся невдалеке тамбур-шлюзом вспухает стена разрывов. Настоящий огневой вал, движущийся мне навстречу.
Судорожно оглядываюсь на союзника. Тот делает несколько выстрелов в сторону боковых ангаров, после чего показывает мне кулак с оттопыренным назад пальцем: в смысле, отходим, здесь сейчас не пройти. Впрочем, я уже и сам понимаю, что пройти не удастся. От космодромного поля доносятся свист и вой, и там же, в клубах пыли, видны вышагивающие «Самумы». В количестве пяти единиц, направляющиеся в зону пакгаузов, по нашу, надо полагать, душу.
До укрытия мы с мериндосцем добираемся одновременно. Вход на подземные ярусы расположен неподалеку. Небольшое строение с характерной, выпирающей наружу дверцей, снабженной замком-кремальерой. Союзнику, в отличие от меня, отпирающий код известен. Он набирает его на панели, потом поворачивает колесо и тянет на себя тяжелую створку. Изнутри мы ее закрываем вдвоем, стремясь успеть до того как по нам пройдутся чем-нибудь огненным или объемным… Успеваем. После чего бежим по подсвеченным дежурными лампочками коридорам, закрывая за собой каждую дверь и блокируя управляющие панели.
Лишь через десять минут и восемь закрытых дверей напарник, наконец, останавливается. В этом помещении довольно светло и имеется сразу шесть выходов, один из которых, судя по карте, ведёт на стоянку служебного транспорта. Мериндосец подходит к центральной консоли, нажимает на ней несколько кнопок, затем поворачивается ко мне и закидывает свою М-928 в наспинный крепеж.
«Ага, кажется, пришла пора познакомиться», – соображаю я, глядя на дружески поднятую ладонь.
Перевожу АРК-70 в походное положение и тоже убираю её за спину. Откидываю тактическое забрало.
– Андрей Фомин. Капитан ДСБ.
Союзник тоже открывает лицо.
– Корнелия Арчет. Специальный агент Global Check, – доносится через секунду…
Глава 2. Корни
То, что напарник оказался напарницей, стало для меня неожиданностью. Хотя мог бы предположить подобное – в мериндосской ГлобЧМОрг9 женщины составляют процентов двадцать. Правда, служат, в основном, в «кабинетах»: следователями, аналитиками, секретаршами… В боевых же частях их днем с огнем не найдёшь, почти как у нас. И никакой дискриминации в этом нет – особенности физиологии рулят, мужики и сильней, и быстрей, и выносливее. Так уж природа распорядилась, ничего не попишешь. Однако нет правил без исключений. Причём, представительницы прекрасного пола не обязательно мужеподобные культуристки. Та же Римма, к примеру, ничуть не похожа на перекачанную бабищу. Скорее, наоборот, как пройдется по улице в гражданской одежде, так все мужики ей вслед оборачиваются и слюнки глотают. Или, чего уж так далеко ходить, Жанна моя, хоть в штате не состоит, но к боевой и оперативной работе Петр Сергеевич привлекает её регулярно. А я только зубы стискиваю и терплю. Начнёшь жене говорить, что это не женское дело, можешь и в глаз получить. За что? Да чисто для профилактики, чтобы не зазнавался.
Вывод из сказанного простой. Дамам нашим (из ДСБшных структур) палец в рот не клади. Настоящие боевые подруги. И словом добрым утешат, и компанию мужскую украсят собой, и супостата любого скрутят в бараний рог, только в путь…
Мисс Арчет, по-видимому, тоже такая. Двух быриков завалила играючи, даже не запыхалась. И фигура у нее, прямо скажу, обалденная. Правда, известно это стало чуть позже, когда она броню с себя скинула. А в первый момент я только лицо оценил. Смуглое, с изрядной примесью индейской и негритянской крови. Глаза карие, нос прямой, скулы высокие. Вроде ничего особенного, но взгляд притягивает моментально. Эдакая смесь льда и пламени. И голос такой… завораживающий. Любое слово воспринимается божественным откровением. Типа, слушай и внемли, даже если это всего лишь предположение о погоде на ближайшие выходные.
Между собой мы договорились общаться на глинике – разговорный русслийский давался Корнелии тяжело, понимать понимала, но четко выразить мысль могла не всегда. Чипольянский же оставили для общения с местными – на этом наречии я, слава богу, изъяснялся прилично. Спасибо жёнушке – поднатаскала меня в языках за пять предыдущих лет.
Короче, представились мы друг другу, обменялись по-быстрому информацией, синхронизировали приемо-передающие устройства и частоту канала и двинулись на выход из подземелья. В сторону служебной стоянки, с целью найти подходящий транспорт (возможно, с водителем) и, маскируясь под гражданских, добраться до ближайшего городка. А уж там как получится…
Городков поблизости было два. Население обоих обслуживало космодром. Один город именовался Пальячо, другой – Каподимонти. В первом верховодили Рико, второй находился под патронажем семьи Чеано. Обо всём этом мне поведала Корни – мы как-то совсем незаметно перешли с ней на «ты», хотя и представляли здесь разные, часто соперничающие между собой, а временами даже враждующие государства. По большому счету, мы вообще могли оказаться по разные стороны баррикад. Однако здесь и сейчас интересы совпали. Чему я был безусловно рад, девушка мне понравилась, общаться с ней было приятно. О чем-нибудь большем я не мечтал. Только слегка фантазировал… ну, очень слегка, на самом краю сознания, как если бы не был женат и мог… Ну да, вполне себе мог… как мужчина…
– Спускаться пришлось в стелс-режиме, – продолжала рассказывать о своих «приключениях» Корни.
– И что? Никто не засёк?
– Вроде бы нет. Пока до космодрома не добралась, всё было тихо.
– А дальше?
– А что дальше? – пожала плечами дама. – Дальше ты сам всё видел.
– Это точно. Видел.
Мисс Арчет оказалась тем самым представителем Сектосоюза и Мериндосии, о котором мне говорил Петр Сергеевич. Только, в отличие от меня, на Силицию она прибыла инкогнито. Разведывательный корабль, замаскированный под грузовой лихтер, вошел в систему трое суток назад. Местные власти долго мариновали его на орбите, но разрешения на посадку так и не дали. В итоге Корнелии пришлось загрузиться в спецкапсулу и, изображая случайный метеорит, «упасть» на поверхность планеты около Консильери. Конечной точкой маршрута она выбрала этот заштатный даже по меркам Силиции космодром только лишь потому, что с лихтера сообщили: «По данным радиоперехвата, именно здесь будут принимать всех обладающих полномочиями от центральных властей». И первым таким «обладателем» оказался я, коллега из синеговских спецслужб, чему девушка была несказанно рада (надеюсь, на самом деле обрадовалась, а не отделалась показными восторгами).
Нынешняя «командировка» была у мисс Арчет третья по счету. И первая – самостоятельная, не в составе специальной группы. Так что причина для радости (сумела обеспечить контакт) у нее и вправду имелась.
Для беспокойства тоже хватало поводов. В течение месяца на Силиции при невыясненных обстоятельствах пропали один за другим трое агентов GC. А неделю назад, тогда же когда и «наши» Кислицыны, здесь исчез брат Корнелии. Младший, отпраздновавший совершеннолетие в прошлом году. И хотя она с ним почти не встречалась (родители давно развелись, а Джонни, оставшись с отцом, проживал на другой планете), это был близкий родственник и, значит, найти его представлялось для девушки такой же важной задачей, как и выяснение судьбы пропавших коллег.
Помимо брата у Корни было еще три сестры, две – старшие, 34 и 38 лет, и одна младшая, 26-летняя, такая же незамужняя, как и Корнелия. Из этого вороха «информации», вываленной на меня с удивительной легкостью, не требовало подтверждения только самое очевидное. То, что и так в доказательствах не нуждалось: напарнице около тридцати. Нормальный возраст. С одной стороны, еще молодая (можно сказать, в самом соку), с другой – опыт в отношениях с сильным полом, вероятно, имеется. Самое то для меня… Тьфу ты, ёлки зеленые! Опять меня не туда повело. Адюльтера здесь только и не хватает. Да еще с иностранной шпионкой. Вовек потом не отмажусь. Ни перед Жанной, ни перед родимой конторой. Хотя… если в точности следовать полученным от дяди Миши инструкциям, то и такой вариант полностью исключать нельзя. Всякое может случиться. Но если уж изменять «Родине и жене», то гораздо приятнее это делать с симпатичной девицей, а не с каким-нибудь крокодилом. Впрочем, как уже говорил, ситуации бывают всякие. М-да…
– Кажется, здесь, – проговорила напарница, останавливаясь возле широких дверей. – Там, через тамбур, стоянка.
– Будем разоблачаться?
– Будем, куда деваться…
На то, чтобы скинуть броню, потребовалось не больше минуты. Люди в коридоре отсутствовали, по подземным туннелям никто не шастал. Видимо, с началом «заварушки» на космодроме его работники посчитали за благо или сбежать, или заныкаться в каком-нибудь укромном местечке и сидеть там тихо, как мыши под веником, до тех пор, пока проблема не разрешится сама собой. Всё это было нам только на руку: вынужденному «стриптизу» никто не мешал. Система видеонаблюдения в секторе не работала. Пульт по её управлению мы обнаружили десять минут назад и недолго думая – гулять так гулять – перерубили оба питающих кабеля, основной и резервный.
Едва сняв скафандр, Корни сразу же принялась стягивать с себя термобелье, ничуть меня не стесняясь. Да и чего стесняться – это же рутинная процедура. Никакой эротики в этом нет, в боевых или рабочих условиях обнаженное тело особых эмоций не вызывает… Ну, почти не вызывает. И потому, чтобы не «шокировать» даму, я всё-таки отвернулся и вытащил из специального ранца пакет с гражданской одеждой. После чего… тихо выматерился. Да уж! Спасибо вам, товарищи тыловики. Удружили. Впрочем, сам виноват – смотреть надо было, что снабженцы подсовывают.
В кургузом малиновом пиджаке и расклешённых штанах в полосочку я походил на мелкого сутенёра. Или на сбежавшего из цирка клоуна. Глянувшая на меня Корни даже прыснула в кулачок, не в силах удержаться от смеха. Ну да, всё верно. У нее-то с одеждой проблем не было. Элегантный брючный костюм, дополненный шарфиком, бэйджем и сумочкой-клатчем из натуральной кожи, очень ей шёл. Настоящая бизнес-леди, направляющаяся на собрание акционеров. Спутник только слегка подкачал, в приличное общество с таким не пойдешь. И, тем не менее, идти придётся – другого-то всё равно нет…
– Не думала, что русслийцы такие забавные, – произнесла девушка, закончив меня осматривать.
– Какие есть, – пробурчал я, одёргивая пиджак. – Ну что? Вместе пойдем или по очереди, с подстраховкой?
– Первая пойду я, – сообщила Корнелия. – А ты пока следи за вещами.
Она указала на сложенные в углу баулы с «броней» и повернулась к дверям.
– Постой, погоди, – остановил я ее, придержав за руку.
– Что еще?
– Ты точно уверена, что в городе мы найдем передатчик?
– Уверена, – с секундной задержкой ответила спутница.
– А, может, попробуешь ещё раз связаться с орбитой через скафандр?
– Я уже пыталась связаться, – покачала головой Корни. – На орбите лихтера нет. Скорее всего, он сейчас в гиперпространстве.
– Скорее всего?
– Да. Два с половиной часа назад мои передали: получено предписание покинуть систему Силиции. В противном случае корабль будет подвергнут аресту. Сам понимаешь, ситуация форс-мажорная, не выполнить требования местных парни никак не могли. Слишком много там на борту… неучтённого.
– Значит, теперь мы полностью в автономке? – зачем-то уточнил я, продолжая удерживать её руку.
– Тебе не нравится автономка? – улыбнулась она.
– Ну-у, не то что совсем не нравится, но…
– Что но?
Я внезапно смутился. Действительно, чего это я? Неужели боюсь? Да вроде бы нет. Вот только… какая-то странная ситуация. Полное ощущение, что девушка знает о происходящем больше меня. На порядок больше. Но делиться информацией не спешит. Ох, как я не люблю подобный расклад! Терпеть не могу отыгрывать роль болванчика.
– Да нет, всё нормально, – отпустил я, наконец, руку Корнелии. – Действуем, как договаривались. Ты идёшь первая, я страхую.
– Принято, – кивнула напарница.
* * *
Мобилей на стоянке было раз, два и обчёлся. Три грузовых, скорее всего, нерабочих, и один легковой, возле которого суетилась уже знакомая мне парочка космодромных техников. Фабио и Джузеппе. Видимо, тоже, после встречи со мной, решили навострить лыжи, но вот беда, транспортное средство попалось им неисправное. Фабио менял прогоревшие топливные элементы, а Джузеппе копался в блочке управления.
Недолго думая, мисс Арчет направилась к этим двум прощелыгам. Я следил за ней из-за приоткрытой двери, а кроме того на бейджике Корни был закреплен радиомикрофон.
– Бон джорно, синьоры, – поприветствовала техников девушка и тут же перешла на «начальственный» тон. – Кто вы такие и что вы здесь делаете?
– Свободные граждане свободной Силиции, – ответил ей Фабио, вставляя в приёмное гнездо последний имеющийся у него ТЭЛ и вытирая руки о собственные штаны.
– Сматываемся мы отсюда, – добавил Джузеппе, захлопывая лючок. – А вы кто такая будете, синьора-задающая-много-вопросов? Что-то я раньше вас здесь не встречал.
– Я пресс-секретарь дона Чеано-младшего, – надменно сообщила Корнелия. – И мне надо срочно в Каподимонти.
«Эх! Зря она в нахалку пошла. Парни, насколько я помню, из Рико. Какие у них отношения с кланом Чеано, фиг знает. Может, нормальные, а, может, наоборот, на дух друг друга не переносят».
Техники быстро переглянулись.
– О как! Чего-то там пресс дона Чеано-младшего, – передразнил девушку Фабио. – Слышал, Джузеппе, какая важная птица снизошла до общения с простыми парнями с окраин?
– Ещё бы, – недобро усмехнулся Джузеппе. – Я прямо писаю от восторга.
Обведя взглядом стоянку и поняв, что больше здесь никого нет, он вновь уставился на Корнелию:
– А не желает ли уважаемая пресститутка не менее уважаемого дона уделить несколько драгоценных минут и выразить свое уважение двум бедным, но тоже весьма уважа…
– Кончай мудрить, –прервал напарника Фабио. – Забирай лопатник, вдуй ей по-быстрому и поехали. До семи не успеем, в Козакапри всё кьянти вылакают…
– Да что вы себе позволяете?! – задохнулась от возмущения Корни. – Да я вам… я… я вам такое сейчас покажу.
– Что, цыпочка? Что ты желаешь нам показать? – масляным голосом произнёс Джузеппе, вытаскивая из-за пазухи электрошокер и делая шаг вперёд. – А ну, скидавай шмотки, сука, и мордой на бампер.
Переходя от слов к делу, он ухватил девушку за рукав и резко рванул к себе, видимо, чтобы «ускорить процесс». И у него это действительно получилось. Процесс и, правда, ускорился.
– У…ёооо, – получив коленом в промежность, чипольянец сложился буковкой зю, а когда Корни добавила ему локтем по почкам, вообще перешёл в позицию «не бейте лежачего».
Стоящий чуть дальше Фабио дёрнулся на помощь напарнику, но по понятной причине застыл на месте. Корнелия выхватила из сумочки небольшой, почти игрушечный пистолет и направила его в лоб старшему технику.
– Стоять, скотина!
После чего пнула с размаха попытавшегося было встать на карачки Джузеппе:
– Лежать! Порка кольоне10…
Я мысленно усмехнулся. «Да уж, напарница мне попалась серьёзная. Справилась с проблемой сама. Вот только действует слишком прямолинейно. Чувствую, намучаюсь я с ней в будущем».
Подхватив баулы, я протиснулся в дверь и быстрым шагом направился к мобилю. Бросив в багажник пожитки, вопросительно посмотрел на Корнелию.
– Ты не слишком спешишь, – наградила она меня недовольным взглядом.
– А куда торопиться? – парировал я, хватая за шкирку валяющегося на бетоне Джузеппе и приводя его в вертикальное положение. – Нечего тут разлеживаться, того и гляди, причиндалы застудишь.
Оба техника стояли теперь рядом, руки за головами, в глазах сплошная тоска.
Интересные у них на Силиции нравы. Когда эти типы общались с одетым в броню бойцом, были вежливы до тошноты, а стоило им встретить на пустынной стоянке одинокую девушку, сразу же стали корчить из себя крутых перцев.
– Что будем делать с этими гавриками? – обратился я к даме, махнув рукой на несостоявшихся мафиозо.
– Синьор Фомин? – неожиданно вскинулся Фабио, с удивлением разглядывая мой «весёлый» прикид.
«Вот чёрт! По голосу он меня, что ли, узнал?»
– Молчать, придурок! Мозги вышибу! – рявкнула Корни.
– Да-да, синьора, – тихо пробормотал старший техник, вжимая голову в плечи.
Напарница повернулась ко мне.
– Ты что, знаком с этими говнюками?
– Познакомились час назад. Я рассказывал.
– Понятно, – процедила сквозь зубы Корнелия.
– Они, кстати, из клана Рико, – добавил я, желая расставить все точки над «и».
– Из Рико, говоришь? – прищурилась Корни.
– Они так сказали.
Пистолет в руке девушки дважды дёрнулся. Техники повалились на пол.
Я оторопело развернулся к напарнице. Ствол пистолета был направлен мне в прямо лицо.
– Прости, Андреа, но я должна это сделать, – с сожалением в голосе проговорила мисс Арчет и нажала на спусковой крючок…
* * *
– Ну? И что это значит? – спросил я Корнелию, когда в мозгах перестало свербеть. Полученный в голову электромагнитный импульс оказался довольно сильным. Кого угодно свалил бы, даже самого навороченного и крутого спеца. Если б, конечно, он не имел, подобно мне, полного иммунитета к «швабре».
– Извини, – девушка была само покаяние. – Просто я должна была окончательно убедиться, что ты именно тот, за кого себя выдаешь.
– И как? Убедилась?
– Да. Ты это ты. Струна на тебя не действует. Меня об этом предупреждали.
– Ну что ж, в таком случае позволь и мне проверить тебя на соответствие установочным данным, – сказал я с сарказмом, доставая из плечевой кобуры СВОЙ пистолет.
– Пожалуйста, – ответила Корни, опустив оружие и чуть наклонив голову.
После моего ответного «выстрела» она потёрла виски и с некоторым раздражением сообщила:
– Терпеть не могу эти струнки. Тошнить начинает, словно беременную.
– Была когда-нибудь в положении? – невинно поинтересовался я, возвращая ПТ в кобуру.
Напарница тоже убрала оружие и тяжко вздохнула:
– Да нет, подруги рассказывали. Как-то не удавалось ещё залететь от нормального мужика. Одни идиоты до сих пор попадались.
– Ничего, рано или поздно получится, – «утешил» я даму и мотнул головой в сторону валяющихся в отключке аборигенов. – С этими что?
– Ерунда, очухаются через пару часов, – поморщилась девушка. – Главное, они ни черта не вспомнят, что с ними случилось.
– В вашей конторе научились воздействовать на короткую память?
Этот вопрос я задал не случайно. По принятой три века назад конвенции, все страны нашего мира обязались не создавать новых боевых или специальных устройств, влияющих на человеческий мозг. Разрешалось только модернизировать те, что имелись в наличии и действовали в режиме привычной электромагнитной «струны». Но, как теперь выяснялось, положений той древней конвенции придерживались не все.
Корнелия, кажется, поняла, что ляпнула лишнее и потому сразу же попыталась объяснить собственную «оговорку»:
– Понимаешь, Андреа, мой «глоб» настраивали для выполнения специальных задач, так что мощность импульса у него сильно превышает стандартную. Как показала практика, у тех, кто попадает под выстрел, сознание вырубается очень надолго, а когда они приходят в себя, чувствуют только сильную боль в голове. Вопросы типа «кто, что и как» отходят на второй план, все силы уходят на борьбу с внезапной мигренью. Поэтому я и думаю: эти уроды про нас не вспомнят. Точнее, не вспомнят конкретные обстоятельства, в мозгах будет сплошной туман.
Объяснение довольно хилое, но спорить с девушкой я не стал. Притворился, что удовлетворён сказанным, и предложил не тратить время на пустяки, а садиться в мобиль и ехать в Каподимонти. Или в Пальячо – куда именно, мне было все равно, главное, чтобы связь там имелась. Космическая.
* * *
Мобилем управляла мисс Арчет. Я сидел на соседнем сиденье и разглядывал проплывающие за окном пейзажи. Оливковые деревья, холмы, пасущихся коз, виноградники.
На выезде из подземного туннеля никто нас не останавливал и документы не проверял. Даже автоматический шлагбаум не пытался «задержать» одиночное транспортное средство: поднялся по первому «требованию», после нажатия специальной кнопки на панели управления мобиля.
– Странные они, силицийцы, – заметил я через десять минут. – Космодром, по идее, режимный объект, а местные его даже не о