Млечный Путь
Пролог.
1455 год от Великого Переселения.
Человечество колонизировало и освоило новые пригодные для жизни планеты.
На многих других небесных телах построены ресурсодобывающие станции, где живут и работают десятки, сотни, а иногда и тысячи человек.
Не прекращаются безуспешные попытки вырваться за пределы Млечного Пути к соседней галактике, чтобы расширить среду своего обитания и продолжить развитие прогрессивного человеческого рода.
До сих пор в родной галактике не найдена ни одна планета с формой жизни сопоставимой по разуму с человеком.
Земля практически опустошена. Оставшись без ресурсов бедные народы продолжают вести на родной планете в основном дикий племенной образ жизни, занимаясь сельским хозяйством, охотой, собирательством и прочими примитивными видами деятельности.
На Земле осталось лишь одно более или менее устойчивое государство, расположившееся на территории бывшей России в европейской и северной её части, ибо климат, температурный режим, иные факторы не благоприятствуют жизни в других уголках планеты.
Сегодня миром правят три влиятельных государства. И если два из них имеют собственные обитаемые естественные планеты, без учёта множества больших и малых колонизированных небесных тел, то домом третьей являются огромные передвижные станции.
Государства на своих планетах используют местное время. Однако, для единства межпланетного летоисчисления или при нахождении в другой звёздной системе, а также на международных мероприятиях или в судах, люди используют земные часы и календарь. Такое летоисчисление и время называют классическим, земным или Галактическим. Меры длины остались прежними. Существует также общий Галактический – или Международный – язык , который изучают во всех цивилизованных странах. Разумеется, существуют и деньги Галактики (Кредит Млечного Пути, или Галактический кредит), эмиссия и регулирование курса которых осуществляется международным советом, куда входят все признанные государства Млечного Пути.
Глоссарий.
Высшая раса.
Условное название загадочного народа на неизвестной планете где-то у края Млечного Пути.
О них практически ничего не известно, кроме того, что они обладают некими сверхвозможностями.
Либерия.
Имеет федеративное устройство с уникальной системой рейтингов, управления и функционирования общества.
Расположена во Внешнем Рукаве Млечного Пути на одноимённой планете.
Находится на расстоянии в 48000 световых лет от Земли на Галактической долготе 27’. До центра Галактики 25000 световых лет.
НРВ – Народная Республика Востока.
Самая большая по численности армии и территории, а также колонизированным небесным телам страна.
Центавос – столица государства, находящаяся на одноимённой планете в рукаве Щита-Центавра на галактической долготе 326’ в 50000 световых лет от Земли и 25000 световых лет до центра Галактики.
НРТ – Независимая Республика Та́у.
Уничтожена.
Была расположена на планете Та́у, находящейся на орбите солнцеподобной звезды Та́у Кита́ в созвездии Кита.
Расстояние до Солнечной системы около 12 световых лет. Первая колонизированная, но полностью покинутая человечеством планета.
Сегодня служит напоминанием всему миру об опасностях, исходящих от бесконтрольных технологий.
НСЗ – Независимый Союз Землян.
Единственное сохранившееся государство на Земле.
Земля – третья планета солнечной системы, которая находится в Рукаве Ориона, расположенного между рукавом Стрельца и рукавом Персея Млечного Пути. Расстояние до центра Галактики составляет около 27000 световых лет.
В настоящее время жизнь на Земле по большей части находится в упадке.
ОКО – Организация Космического Объединения.
Родная планета природного происхождения отсутствует. Основной орган управления располагается на массивной искусственной передвижной станции. Точное местонахождение неизвестно.
ООК – Организация по Освоению Космоса.
Всемирная организация по поддержанию мира и сотрудничества между странами.
Генеральный секретарь избирается на пять лет и преимущественно заседает в Либерии.
Ювента – обитаемая планета (спутник) с анархическим обществом, расположенная у края Рукава Лебедя.
Находится в 35000 световых лет от Земли на галактической долготе 330’. Расстояние от центра Млечного Пути – около 15000 световых лет.
Глава 1. Андрей.
Весна 1455 года от Великого Переселения.
Либерия.
– Добрый день. Как вы себя чувствуете?
– Добрый. Чувствую себя хорошо. И, похоже, лежу на больничной койке.
– Так и есть. Это государственное учреждение, оборудованное по всем стандартам министерства здравоохранения. Меня зовут Эрис. Я ваш лечащий врач.
– Андрей. Приятно познакомиться.
– Андрей? – переспросил доктор после некоторой паузы.
– Что вас так удивило?
– Хм… Весьма редкое имя.
– Мои родители были немного консервативны, тут я с вами согласен, – произнёс с улыбкой Андрей.
– Вы пробыли в коме два земных месяца. Помните, что случилось?
– В коме? Два месяца? Но… – удивился молодой человек, даже не обратив внимания на странное уточнение: «земных».
– Вы получили серьёзную травму головы во время аварии. Все остальные органы в порядке. Хотя часть из них пришлось заменить.
– Какие органы? – не веря своим ушам, медленно спросил Андрей.
Несколько секунд Эрис смотрел в одну точку неподвижным взглядом. И, как бы читая из подсознания, ответил.
– Селезёнку, одно лёгкое, мышцы и кости левой руки, и левую ногу до колена. Все остальные части тела получили незначительные травмы и успешно регенерировали.
На этот раз настала очередь Андрея смотреть на доктора неподвижным взглядом. Затем Андрей огляделся вокруг. Всё действительно напоминало больничную палату. Удобная койка с белоснежным бельём, которую окружала ширма то ли из бумаги, то ли из пластика, или какого-то другого материала. Около головы расположен незнакомый аппарат, больше напоминающий огромное яйцо с датчиками и плоским экраном. Впрочем, экраном это можно было назвать весьма условно. Скорее – пластинка света в десяти сантиметрах от основной части яйца.
Приглушённый свет. Хотя никаких ламп видно не было. Такое чувство, что комната была просто наполнена светом из ниоткуда.
Бледно-зелёные стены. Окон и дверей Андрей тоже не заметил. Возможно, они были за ширмой. Но место, где оказался Андрей, было очень для него необычным и даже чуждым. И уж точно не похоже на захолустную провинциальную лечебницу. Андрей был из богатой семьи и подумал, что родители постарались бы определить его в лучшую больницу страны. Или он оказался в одной из палат НИИ им. Склифосовского?
– Я слышал, что Склиф – лучшая больничка, оборудованная по последнему слову техники. Но не думал, что он настолько хорош.
– Как вы сказали? Склиф? – удивился врач.
– Институт Склифосовского. Ведь сюда же обычно привозят людей с серьёзными травмами после аварий, ранений и других неприятностей.
– Вы шутите – значит идёте на поправку. Это хорошо, – сказал доктор, покопавшись в воспоминаниях.
– Я отлично себя чувствую. Видимо, два месяца отдыха пошли мне на пользу.
– Мы всё ещё не умеем сканировать мысли. Мозг человека пока что остаётся для современной медицины загадкой. Несмотря на то, что остальные части тела мы научились полностью заменять или подвергать стимулирующей регенерации. Поэтому я бы хотел задать вам несколько простых вопросов, которые смогут прояснить, насколько хорошо и правильно работает ваш мозг. Мы намеренно отключили вас от сети. Ваш чип сейчас находится в спящем режиме. Не удивляйтесь, информация из глубин всемирной паутины недоступна.
– Да, у меня смартфона то нет в руках, какой тут интернет, – показав открытые ладони неуверенно сказал Андрей.
– Похоже вы любите древнейшую историю. Видимо, как и ваши родители, – задумчиво произнёс Эрис и стал серьёзнее.
В голове была каша. О чём вообще говорит этот человек в белом халате? Какие органы? Какая замена органов и регенерация? Он сказал: «чип»? Насколько помнил Андрей, несмотря на активную пропаганду тотального контроля, до всеобщего чипирования пока дело не дошло. Вряд ли за два месяца мир мог измениться настолько. Вспомнились лозунги политиканов с трибун: «Представьте себе, как удобно жить в мире единого электронного документа. Всего двадцать лет назад наши бумажники распирало от десятка разных удостоверений, бумаг, множества банковских и дисконтных карт. Сегодня мы выходим на улицу с одним лишь смартфоном и небольшой пластиковой картой. Это очень удобно.
А теперь представьте себе возможность расплачиваться в любом магазине прикосновением руки, открывать электронные замки без привычных ключей. Вы никогда не потеряете и не забудете дома свою ID-карту. Сможете проходить через турникеты общественного транспорта или бизнес-центров даже не останавливаясь. Компьютер сам считает ваш чип.
При возникновении несчастного случая, врачам не придётся делать дополнительные анализы, теряя драгоценное время на выяснение хронических заболеваний, аллергий или группы крови. Уйдут в прошлое трагедии, связанные с заблудившимися в лесу грибниками или погребёнными под снегом альпинистами, так как GPS всегда будет работать на автономном питании. Поиск людей после стихийных бедствий сведётся к быстрому и эффективному сканированию спасателями завалов строений. Это без сомнений позволит спасти много жизней…».
– Не сказал бы, что когда-либо вообще увлекался историей, – ответил Андрей первое, что пришло в голову.
– Итак, ваше полное имя?
– Лебедев Андрей Владимирович.
– Дата вашего рождения?
– Пятнадцатое июля две тысячи пятого года.
– Сколько вам полных лет?
– Двадцать пять. Видимо, уже исполнилось, пока я находился в коме.
– Место вашего рождения?
– Город Москва.
– Государство рождения?
– Очевидно, Российская Федерация, – скорее оскалился, чем улыбнулся, Андрей.
– Что произошло непосредственно перед аварией, вы помните?
– Да, я был в кафе с девушкой. Потом я вышел… и… – Андрей задумался на минуту. – Да, на Пушкинской. В центре. Мне написала подруга и потом пригласила в клуб. И я вышел на улицу… Был ураган…
– Так, ясно. Я оставлю вас ненадолго. С вашего позволения, я зайду попозже, и расскажете поподробнее, что было в тот вечер.
– Конечно, полежу пока здесь.
Доктор ещё раз пристально взглянул на молодого человека, развернулся и вышел, оставив Андрея наедине со своими мыслями и догадками.
Глава 2. Вей.
Начало 1455 года от Великого Переселения.
С минуты на минуту начнётся очередная высадка на недружественную планету, расположенную на орбите двойной системы звёзд с условным названием U-1480.
Экстремальные условия на планете не позволяют находиться человеку на поверхности без скафандров или иных средств защиты.
Ландшафт скалистый. Растительность редкая. Разнообразие животного мира умеренное и слабо изучено. В ходе разведки выявлено агрессивное поведение отдельных представителей фауны. На планете, предположительно, имеется Ресурс.
Миссия десанта: закрепиться в точке высадки, обеспечить безопасную работу геологов. Провести дополнительную разведку местности.
Вей, как и остальные полтора десятка таких же бойцов на корабле, оружие получит уже после приземления. Им нет доверия. Пушечное мясо. Их основная их задача – проводить зачистку труднодоступных мест: пещер, зарослей, ущелей, иных территорий, невидимых с воздуха или сканерами.
К отряду штрафников, в числе которых состоит и Вей, прикреплены несколько облачённых в экзоскелеты бойцов с пулемётами и гранатомётами, а также бронированная машина поддержки. Основная цель последних состоит в защите тылов, гостеприимной встречи врага из укрытий, куда отправляется отряд штрафников, и, конечно же, для мотивации этих самых штрафников. Периодически у отпетых уголовников возникает жгучее желание повернуть ствол в сторону надзирателя. Однако такие поползновения быстро и жёстко пресекаются по законам военного времени. Чаще всего подобные мысли приходят в голову зелёным необстрелянным новичкам или тем, кто окончательно потерял рассудок в ходе тяжёлых столкновений с противником.
Вооружение у штрафников, как правило, не способно нанести серьёзный урон «тяжёлым» солдатам поддержки отряда. Даже если и удастся справиться со всеми тыловыми бойцами подразделения и чудом завладеть машиной поддержки, тут же отправляется сообщение всем надзирателям, солдатам, офицерам и иным лицам, участвующим в задании. Всех оставшихся штрафников, если это не наносит критического ущерба операции, загоняют в клетку на десантном корабле, и необходимые силы отправляются на подавление взбунтовавшихся. При этом зачастую не разбираются, кто зачинщик и виновник, а ликвидируют весь отряд штрафников. Переговоры не ведут. Это придаёт дополнительный стимул другим не допускать побоища.
Все понимают, что цена жизни таких преступников находится на самом последнем месте. Ведь сюда попадают только за особо тяжкие преступления.
Учитывая то, что государство постоянно ведёт захватнические войны, правительство справедливо решило: отправлять на полное гособеспечение в тёплые тюрьмы отпетых негодяев резона нет. Гораздо лучше, чтобы они искупали свои злодеяния в интересах родной республики. Единицы заслуживают доверие после многочисленных боёв или тяжёлых работ в опасных зонах. И ещё меньше возвращаются к нормальной жизни. Чаще всего это дорога в один конец.
– Пятиминутная готовность! – раздался низкий голос капитана из динамиков десантного отсека.
Командир десанта – здоровый офицер по имени Чжин – встал спиной к выходному люку, практически полностью его загородив своим скафандром внутри чёрного матового экзоскелета. Лица видно не было за зеркальным забралом шлема. Рукой подал сигнал на включение внутренней связи на общем канале.
– Мы высаживаемся на возвышенности. Сначала выходят две машины из отряда штрафников. За ними отряд ВКС Центр – занимает позиции вокруг корабля. Отряды Юг, Запад и Восток выходят на точки на расстоянии от ста до двухсот метров от места высадки. По обстановке. За ними остальные восемь штрафных в составе отряда Север. Пятеро – в резерве на корабле. Зачистка по стандартному плану по команде старшего офицера. Наши сканеры засекли несколько крупных животных по всем направлениям. Немного представителей фауны средних размеров. Все они проявляют повышенную агрессию, – и через пару секунд резко добавил: – Вопросы?
– Нам пушки снова под занавес дадут? – с нотками дерзости подал голос один из новоиспечённых штрафников – боец со светло-коричневым квадратом на спине серого скафандра для обозначения принадлежности.
Все штрафники экипированы специальными скафандрами с ограниченным запасом батареи для поддержания жизнедеятельности. Они также оснащены резервным аккумулятором, запускаемым удалённо командиром подразделения. Это позволяет контролировать спецконтингент и придаёт им дополнительный стимул охранять старшего надзирателя всеми силами. Ибо если он будет убит, никто не сможет включить резервы и продлить жизнь штрафникам. Как правило, боекомплект выдаётся из расчёта проведения одной зачистки. Ровно на такой же период хватает и заряда основного аккумулятора. После выполнения поставленной задачи, отряд штрафников возвращается к машине поддержки, где запасы восстанавливаются или выдаётся новая экипировка.
– Штрафникам оружие будет выдано на позиции перед зачисткой по команде. Боекомплект на сто пятьдесят выстрелов.
– На сколько? Мы даже ввязаться в бой не успеем, как останемся с голым задом! Нам потом их камнями что ли добивать? – выкрикнул тот же боец и тут же получил профилактический тычок локтём в бок от старшего товарища по имени Ли.
Даже сквозь непрозрачное стекло читался презрительный взгляд Чжина, который несколько секунд молча смотрел на нерадивого бойца. Справившись с желанием подойти и обрушить тяжёлый приклад на пустую голову болтливого наглеца, командир спокойно сказал:
– По данным разведки, нашим противником будут не стайные или немногочисленные группы мелких и средних панцирных зверей. Нам пока не известно, способна ли их естественная броня выдержать прямое попадание. Поэтому советую целиться в стыки панциря или незащищённые места, такие, как глаза. И не мешайте работать пулемётам. На позициях будут курсировать автоматизированные дроны. Прошу не путать их с крылатыми животными.
– ПНВ? – спокойно уточнил Ли, повернувшись к Чжину.
– Перед началом зачистки приборы ночного видения будут включены и продолжат работу в автоматическом режиме, – басовито ответи тот.
Из динамиков раздался голос капитана:
– Минутная готовность. На точке высадки чисто.
Вей закрыл глаза, неторопливо и глубоко втянул носом воздух. Одновременно с этим отключил приёмник внешних звуков. Прислушался к ровному медленному стуку своего сердца. Глубоко на задворках сознания поплыли тусклые образы: очертания аллеи с нависающими над дорожкой фиолетовыми кронами родных деревьев. Залитая светом яркой материнской звезды трава казалась абсолютно голубой из-за густых зарослей весенних цветков омвиники. Вей стоял, наслаждаясь теплотой погожего дня и запахами цветущих растений вокруг. Слышалось пение пушистых рыжих пускалит, дружно сгрудившихся на ветвях. Через мгновение бархатные ручки закрыли ему глаза и послышался нежный голос. Он обернулся и крепко обнял свою девушку, буквально ощутив лёгкое прикосновение её губ на шее.
Громкий командный голос из динамиков скафандра вернул бойца в грубую реальность, которая тут же откликнулась болью в сердце. Глубокие раны на нём снова заныли.
– У нас три с половиной часа на выполнение операции!
Десантный отсек залило красным светом.
Вей скривился от беспомощной злости.
– Первыми выходят Ли и Вей! – голос командира резанул уши бойца.
Им не привыкать. Они пережили не одну операцию на разных планетах, и были одними из самых опытных бойцов штрафного подразделения. Во избежание нежелательного сплочения преступных элементов, в головах которых непрерывной тягучей массой текут крамольные мысли, боевой отряд чаще всего не повторялся по составу, однако Ли уже не в первый раз участвовал в операциях вместе с Веем. Надзиратели сознательно это допускали, так как Вей и Ли пока не давали повода усомниться в их намерениях. Оба имели военную подготовку и эффективно работали в паре.
Десантный корабль немного тряхнуло, и загорелся оранжевый свет, что означало готовность к выходу. Нижняя часть десантного люка начала медленно опускаться, и полумрак отсека прорезала полоска яркого света.
Забрало скафандра тут же затемнилось, защищая глаза от ослепляющих лучей. Сейчас на небе виднелись оба светила. Большее из них стремилось к горизонту. Температура окружающей среды хотя и заметно спала, но по-прежнему была невыносимой для человека без защитного обмундирования. Большинство животных прятались в укрытии до наступления вечера, пока одна из материнских звёзд не уйдёт за горизонт. Перед взором Вея предстала каменистая поверхность планеты. В нескольких сотнях метров он увидел отвесные скалы с рядом пещер у самого основания. Они и были сегодня их главной целью. Люк опустился на твердь, и тут же загорелся зелёный свет. Бойцы сгрудились перед выходом.
– Вперёд! – крикнул командир и пихнул Вея в спину.
Боец неторопливо выбежал на поверхность планеты, ощутив тяжесть движений из-за повышенной гравитации. Камни разных размеров беспорядочно усеивали пространство вокруг. Мелкая пыль ржавого цвета тут же налипла на обувь и скафандры. Краем глаза штрафник заметил несколько дронов, быстро разлетающихся в разные стороны. Пробежав ещё несколько шагов, он услышал за спиной длинную очередь крупнокалиберного пулемёта, установленного на десантном корабле. Вей вздрогнул и увидел, как кусками разлетается оранжевая плоть животного, высунувшегося из-за укрытия. Представитель местной фауны был размером с сарай.
Позади застучали подошвы тяжёлых экзоскелетов солдат ВКС, занимающих оборону вокруг светло-серого летательного аппарата. На фюзеляже виднелись крупные надписи, недвусмысленно указывающие на принадлежность военной машины.
Раздалась короткая очередь, и камни полетели в разные стороны. Ещё один зверь – размером с бегемота, но скорее похожий на огромного броненосца с Земли – решил больше не высовываться из низины. Два дрона зависли над ним и начали сканировать со всех сторон. Без сомнения, это несколько раздражало приземистое четвероногое существо. Но атаковать незваных гостей оно не спешило. Собрав информацию, один из дронов улетел прочь. Другой – взмыл ввысь точно по вертикали, зависнув в неподвижности. Солдат ВКС получил от дрона координаты врага и тут же передал их на самонаводящийся гранатомёт. Тот не заставил себя ждать и выплюнул смертоносный снаряд, точно поразив цель.
Летающие разведчики доложили, что в пределах безопасной зоны угроз не обнаружено.
Вей похлопал по спине Ли и крикнул:
– Пошли!
Группа штрафников в составе отряда Север заняли точку как раз рядом с местом, где недавно прятался здоровый чёрный зверь. Части его тела, панциря и редкой шерсти были разбросаны по каменистой поверхности и сиреневым кляксам растений.
В нескольких десятках метров виднелись входы в пещеры. Проёмы окружали невысокие сухие кустарники с длинными шипами на ветках. Дроны доложили о движении внутри. Предположительно, некрупные животные. Два пулемётчика расположили свои орудия в сторону пещер для прикрытия и ведения огня по целям.
Послышалось приближение машины поддержки, выбивающей мелкую крошку из-под всех шести огромных колёс.
– Отряд Восток на позиции! – послышалось из динамиков на общей волне.
– Отряд Юг на позиции! У нас чисто! – продолжили докладывать штурмовики.
– Отряд Запад на позиции! Наблюдаем в нескольких сотнях метров двух крупных зверей. Агрессию не проявляют.
– Ликвидировать! – раздался металлический голос командира штурмовиков.
Длинная очередь крупнокалиберного пулемёта машины поддержки отряда Запад уничтожила одного зверя на месте, а второго повергла в неуклюжее бегство. Перебирая когтистыми лапами и ударяя о поверхность планеты конусообразным чёрным хвостом тот поднимал за собой клубы ярко-рыжей пыли, словно пытался создать дымовую завесу. Заработали станковые пулемёты бойцов ВКС. Животное пробежало ещё несколько шагов по инерции и рухнуло, пробороздив каменистую поверхность.
– Чисто! – доложил командир отряда Запад.
– Север на позиции! – раздался голос командира отряда штрафников.
– Доклад по готовности к зачистке! – скомандовал Чжин.
Десять штрафников скучковались около машины поддержки.
– Итак, у нас три мелкие и три большие пещеры. Внутри движение. Количество и состав зверья нам не известен. Ваша задача пройти все пещеры до конца и уничтожить всё, что движется. Через полтора часа внутри каждой из них должно быть чисто и безопасно, как у моей бабушки дома. Ни одна тварь не должна нанести хоть какого-то ущерба нашим геологам, когда они войдут туда. Отвечаете своей никчёмной головой. Основного заряда скафандров на полчаса работы. Если не успеете, добавим ещё из резерва по обстановке. Камеры включены. Заходят по пять человек в каждую мелкую пещеру слева. Старшие пятёрки Вей – левая пещера – и Ли – вторая слева.
После этого командир отряда Север переключился на волну ВКС и продолжил давать инструкции своим бойцам. Вей не слышал, что именно говорит их командир. Но по опыту знал, что после зачистки, штрафников отправят обратно на десантный корабль и запрут там в специальном отсеке. Солдаты ВКС ещё раз тщательно прочешут все пещеры и только после этого будут заходить геологи. Последние, разумеется, просканируют местность на предмет основного Ресурса, поиск которого не прекращается ни днём, ни ночью. Если он не будет найден здесь или его количества окажется недостаточно для развёртывания добывающей станции, десант в полном составе отправится в другое место, потенциально содержащее Ресурс. Параллельно геологи зафиксируют наличие других полезных ископаемых и отправят информацию в соответствующее министерство Республики. И те уже установят целесообразность колонизации планеты.
Так продолжится до тех пор, пока геологии при помощи десанта не исследует всю планету. После чего отправятся на следующую.
Пока Народная Республика Востока не вернёт себе былое величие, подобная захватническая политика не прекратится.
Двести лет назад НРВ была разделена на две части. Жажда власти руководства самой могущественной и засекреченный службы Республики привела к расколу государства. Предательство невиданных масштабов фактически ограбило народ и страну. С тех пор мир перестал быть однополярным, что, безусловно, порадовало другие государства, но повергло в ярость высшие чины НРВ. Усилилась пропаганда в СМИ в стремлении отомстить и снова стать первой страной Галактики.
Но Вею было на это плевать. Нет, его время ещё не пришло. Сегодня главная его задача – выжить. Он должен сохранять холодное спокойствие в ходе выполнения поставленной задачи. Желание отмщения за личную тотальную несправедливость, бросившую его в пучину кровопролитных войн, пожалуй, сегодня оставалось главным стимулом к существованию.
– Получить оружие! – раздался голос командира отряда Север.
Откинулся небольшой люк на левом боку десантной машины. Десять автоматов располагались в один ряд стволами вверх. Защитные скобы, удерживающие оружие, разошлись в разные стороны. Бойцы штрафного отряда быстро разобрали угловатые стволы, проверили готовность оружия к использованию, распихали магазины по подсумкам.
Всё это время в двух десятках метров на штрафников было направлено дуло пулемёта одного из надзирателей. Стандартная процедура.
Командир разделил бойцов на две пятёрки и крикнул: «На позицию!». Десять человек трусцой устремились ко входам в пещеры.
Немного восстановив дыхание, Вей осторожно зашёл первым. Через несколько шагов виднелся узкий скальный проход. Бойцы неторопливо двигались вперёд. Взору открылся естественный коридор, уходящий влево. На стенах и потолке показались разноцветные наросты. Красные, белые, чёрные кляксы напоминали причудливый лишайник. Один из бойцов легкомысленно провёл рукой по поверхности, размазывая напитавшие дефицитную влагу растения. Вей укоризненно на него посмотрел и шёптом напомнил, что любое прикосновение к неизвестному растению или животному может стать последним в его бесславной жизни. Суровые условия на планете сделали местные живые организмы весьма агрессивными.
Ещё несколько шагов вперёд, и всё приобрело зеленоватый оттенок – включился ПНВ. Судя по возрастающему разнообразию флоры, температура здесь была заметно ниже, чем снаружи. Вей взглянул на датчики – так и есть. Очевидно, местная фауна пережидает дневное пекло в подобных местах. После захода одного из светил, животные выбираются наружу для охоты и поиска пропитания. Вей нутром чувствовал, что скоро его группа снова увидит обитателей этой планеты, которые вряд ли будут рады гостям.
Командир пятёрки увеличил чувствительность звукового приёмника. Впереди за изгибом послышалось монотонное шуршание. Вей оглянулся на остальных бойцов. Они расположились по стенкам, направив стволы вперёд. Повернув голову обратно, Вей увидел в проёме шестиногое существо. Оно быстро покачивалось из стороны в сторону на тонких лапках словно богомол. Тем не менее больше походило на гигантского термита с Земли, всё тело которого было усыпано редкими волосками. Изогнутые усы прощупывали пространство перед собой, а мощные шипастые жвала несколько раз устрашающе сомкнулись и разомкнулись. Голова с длинным мощным шипом на лбу резко наклонилась, и непрошенные гости сразу же заметили ярость всех пяти глаз хищника.
– Контакт! – коротко произнёс Вей и нажал на спусковой крючок. Угловатую морду насекомого разнесло в разные стороны. Тягучая зеленоватая слизь потекла по стенам и потолку.
Некоторое время бойцы стояли неподвижно, напряжённо выцеливая незримого противника. Наконец, из проёма показалось ещё одно существо. За ним полезли другие. Раздались короткие очереди. Пещеру заполнил стрёкот автоматов. Люди попятились, выпуская снаряды в наступающих насекомых.
– Назад! – заорал Вей.
Стремительно лезли всё новые и новые существа, скрежеща хитиновыми жвалами друг об друга. Бойцы отступали, отстреливаясь уже по текущей на них массе.
Один из бойцов в панике побежал наружу и споткнулся о камень. С размаху ударился об острый угол, разбив визор шлема скафандра. Вей увидел наполненные ужасом глаза бойца. Стоя на коленях, он отчаянно пытался напитать лёгкие ядовитым воздухом. Лицо исказилось гримасой нестерпимой боли. Боец застучал по своей груди кулаком. Откинув автомат в сторону, другой рукой судорожно силился закрыть трещины на визоре. Глаза лезли из орбит. Вей подхватил бедолагу и поволок наружу, отстреливаясь свободной рукой.
Боец в агонии ёрзал пальцами по шлему и груди, издавая нечеловеческие хрипы и свисты своими лёгкими. Вей понимал, что парню больше ничем не помочь. Даже если вытащить его наружу, они не успеют добраться до машины поддержки, где возможно свободно дышать и находиться без скафандра. Извивающееся тело бойца вывалилось из рук Вея, отдавшись жуткой судьбе.
Волна шелестящих изогнутыми лапками насекомых накрыла бедолагу с головой. Четверо штрафников выбежали из пещеры и отпрыгнули в разные стороны. Плотный оглушительный огонь пулемётов выбивал осколки камней и разносил в разные стороны ошмётки леденящих душу хищников…
Глава 3. Блез.
Начало 1455 года от Великого Переселения.
Земля.
«Они говорят, что мы живём в многополярном прогрессивном мире. В мире, где любые глобальные вопросы решаются за столом переговоров. Без былых кровопролитных войн. Что теперь каждый может высказать свою точку зрения, вынести на обсуждение позицию любого народа, которая будет услышана» – начал свою речь к нации бессменный президент Независимого Союза Землян (НСЗ) – Блез Войт.
Лидер НСЗ, одетый в строгий костюм, сидел на деревянном стуле с высокой спинкой. На большом столе перед ним мерцала тонкая полоска экрана компьютера.
«Все эти лозунги были бы справедливы из уст благочестивых правителей. Но не будем путать желаемое с действительным».
Блез выдержал короткую паузу и продолжил в уже более эмоциональной форме:
«Они опустошают планеты, уничтожают природу, варварски грабят народы. Называют это расширением горизонтов человечества и прогрессивным развитием. Что добилась власть Народной Республики Востока? Порабощения других наций! Бескомпромиссной колонизации других планет! Бесконечного выкачивания ресурсов из любых небесных тел в стремлении к ещё большей власти! Прикрываясь идеями прогресса, они превратили людей в ходячих роботов с человеческой головой».
Президент был убеждён, что безграничное вмешательство в человеческий организм противоречит самой его природе. Безусловно, если стоит вопрос выживания, мы можем пользоваться достижениями науки и медицины. Но это не должно превращаться в соревнование с естественной эволюцией. Бросая вызов вселенной, она обязательно ответит ещё бóльшими испытаниями.
Блез любил вспоминать древний миф об Атлантиде.
Пока атланты сохраняли своё естество, божественную природу, их не интересовало богатство и власть. Добродетель стояла превыше всего. Однако крупицы несовершенства грубого тела изуродовали непогрешимую суть. Гордыня словно отрава глубоко поселилась в сознании Атлантов. Великий народ посягнул на непререкаемое верховенство богов. Атланты начали не просто ставить себя выше богов, они бросили вызов могуществу и совершенству. За что нарекли на себя праведный гнев и непреодолимые испытания. Легендарное государство возвело высокие неприступные стены. Обнесло свои владения глубокими рвами. Защищало свой город могучими воинами. Атланты пытались противопоставить себя безупречности природы. Однако разгневанные боги преподнесли им неразрешимую задачу, погрузив остров в океан.
Блез верил, что могущественная Атлантида успела построить непроницаемый купол над городом. И, несмотря на то, что весь остров отправился на дно океана, Атланты до сих пор живут под толщей воды. Неспособные вырваться из холодного и мрачного заточения, они навечно остались наедине со своим тщеславием.
В назидание другим, эта легенда до сих пор напоминает роду человеческому и всем иным существам о тщетности борьбы с совершенством природы.
Где та грань, за которой тело, напичканное компьютерными технологиями и с искусственной плотью, уже не принадлежит человеку? Способен ли он управлять им? Естественны ли химические процессы во всём теле, если оно состоит из роботизированных органов и конечностей? Что посылает в главный орган сигналы к действию? Искусственный интеллект, поддерживающий сложную систему обмена информацией между частями тела? Или душа, которая, возможно, уже была заменена суррогатом?
Пока Блез у власти, он не позволит превратить своих граждан в бездумные машины. Несмотря на открывающиеся при этом возможности купаться во власти, он понимал, что в любой момент это может обернуться против него самого. И назад уже пути не будет.
Следующие слова президент произнёс даже с какими-то лёгким отвращением:
«Их тела – груда металла и синтетики, обтянутая в кожу. С молодых ногтей им рассказывают о слабости их беззащитного организма, любая травма которого может привести к непоправимым увечьям и даже к смерти. Бросая природе вызов, они обрекают себя на вечную борьбу. Почти сразу после достижения совершеннолетия, каждый гражданин обязан лечь под нож трансплантологов. С этого момента он уже не принадлежит себе. Не такой жизни заслуживает наш народ!».
На лице Войта на мгновение появилась слабозаметная улыбка. Затем он нахмурился и решил напомнить зрителям, чем живёт НРВ, как она зарабатывает, какая их главная продукция отправляется на экспорт по всей Галактике:
«Что несёт миру Республика Востока? Она торгует смертью, разрушениями. Это главный оружейный завод Млечного Пути. Практически любое оружее, которое вы видели в своей жизни, сделано в НРВ. Огромные машины, неповоротливые звездолёты, загрязняющие наш космос и небесные тела самыми вредными веществами – тоже их рук дело. Они пренебрегают здоровьем не только своих детей, но и природой чужих планет. Растения и животные без остановки тысячами, миллионами гибнут под их снарядами, гусеницами. Во всём цивилизованном мире эта самая милитаризированная нация. Все граждане без исключения военнообязанные. На протяжении всей жизни люди этого государства регулярно призываются на участие в агрессивных войнах. Если меня спросят, кто олицетворяет сатану, я без сомнения назову имена».
Лидер нации пристально посмотрел в камеру, взглядом, полным презрения. Откинулся на спинку и снова заговорил:
«Мы часто слышим, как им противопоставляют другую страну. Но взгляните на либерианцев. Они называют это свободой. А по факту не имеют никакой тайны частной жизни. Сведения обо всех событиях, о каждой личности и окружающем мире попадают в общую сеть. Любой может этим воспользоваться в корыстных целях. Неокрепшие подростковые умы не всегда способны отличить правду от лжи. Доступ к информации о насилии или сексуальной раскрепощённости развращает их. Изобилие мнений порой ничем не подкреплённых, создаёт ложное представление об окружающей действительности. Не просто хорошо образованные граждане, коими все мы с вами являемся, а только признанные специалисты имеют моральное право освещать такие важные темы. Противопоставление либерианцев Республике Востока справедливо лишь когда это касается техники исполнения. Если НРВ превращает людей в роботов, то либерианцы создают биокукол. Практически все части их тел выращены искусственно. Внутренние органы меняются, как в машинах по мере износа. Их дети выращиваются как растения в специальных контейнерах. Учреждения по рождению детей создают плод по компьютерным кодам. Обобщая данные, корректируют особь человеческую исходя из внутренних убеждений развращённых родителей, если их вообще можно таковыми называть. Или общего народного воспитания. Скорее даже общественного мнения. Без личности. Без сути. Без собственных уникальных целей. Они скорее гонятся за рейтингами, выпячивая их на всеобщее обозрение».
Народ Независимого Союза Землян верит своему лидеру и проникается его речами. Хотя и не имеет доступа ко всемирному информационному пространству. Все СМИ подконтрольны правительству и подвергаются тщательной цензуре. Самые важные и необходимые сведения преподносятся под нужным углом.
Каждому жителю планеты на предсовершеннолетие полагается подарок от правительства. Комплект из домашнего приёмника визуальной информации и персональный переносной карманный гаджет. Он же является удостоверением личности, средством для безналичных расчётов, электронным ключом, социальной картой, коммуникатором и так далее. Любой подросток мечтает поскорей обрести этот символ свободы, открывающий двери во взрослый мир. Будучи базовой моделью, гаджет знакомит счастливого обладателя с удобством и функциональностью устройства. При достижении совершеннолетия, полноправный гражданин самостоятельно выбирает, в какую часть тела, кроме основного блока в голове, вживляется точная копия электронного помощника. Исходя из своих предпочтений, он также определяет набор жестов, звуков и эмоций для вызова той или иной программы. В зависимости от времени суток, сезона, погоды, местоположения, состояния здоровья носителя и других внешних и внутренних факторов, чип предлагает или принудительно запускает необходимые процессы, что исключает потребность в дополнительных настройках. При возникновении угрозы жизни или здоровью, программа подскажет носителю, что необходимо предпринять в той или иной ситуации.
Президент НСЗ медленно сцепил пальцы на руках, положив их перед собой. И с неприязнью на лице продолжил:
«И, конечно же, третье всеми известное государство. Впрочем, это слишком почётное слово для компании перевозчиков. Они называют себя объединяющими народы. Но суть их обратна. А цели направлены на разобщение. Лишь жажда власти движет их умами. Предательство, которое они позволили себе совершить двести лет назад ещё долго будет в памяти людей всего мира. Именно Организация Космического Объединения разделила человечество. Заставила чувствовать себя зависимыми от прихоти руководства этой компании. Суть предателей и казнокрадов никогда не уйдёт из их умов. Множество соглядатаев ОКО раскидано по всей Галактике. В каждой стране мира, на всех заселённых планетах агенты ведут разведку и наблюдают за происходящим. Информация о любом мало-мальском событии тут же отправляется в аналитический центр ОКО. Конечно же, они называют тотальную слежку «наблюдениеми за мировыми тенденциями в целях обобщения данных и создания новых коммерческих предложений». Однако все мы знаем, что ими движут стремления уничтожения экономических соперников и потенциальных предателей. Таких же, как они сами. До конца своих дней они будут жить в страхе, что кто-то вонзит острый карающий нож им в спину или найдёт новые источники Ресурса. Тогда они потеряют власть и станут заурядной компанией по перевозке. Одной из многих. Как раньше. Если вообще выживут в условиях честной конкуренции. На протяжении всего времени своего существования они держат в строжайшем секрете их основное место по добыче Ресурса. Как только эта информация станет известна кому-либо ещё, ОКО потеряет своё положение, а её руководство отправится под расстрел. Ведь именно так они поступили в своё время со всеми, кто обладал такими данными сразу после успешной разведывательной миссии. Был жестоко убит практически каждый, кто прикоснулся к тайне. И сегодня они диктуют всему миру условия перемещения по Галактике, считая космос своим. Все страны мира пытаются добиться от них благоразумия. Всемирная Организация по Освоению Космоса готова взять на себя установление единых справедливых правил, оставив ОКО общее управление. Но последние не готовы подчиняться никому, считая это низменным уделом слабых. Любые конструктивные и разумные предложения мирового сообщества ОКО считает недостойными своего внимания. Маниакальная алчность, жажда власти и безграничное лицемерие – это всё, что им интересно».
Немного подался вперёд. Ближе к зрителю. Как бы напирая на него:
«Наверняка, вы спросите, почему же воинственные солдаты Народной Республики Востока не разорвут в клочья заносчивых негодяев? Почему не насладятся вкусом мести и не вернут себе то, что принадлежит им по праву? А только продолжают поставлять им оружие и машины. Или зачем либерианцы до сих пор снабжают ОКО своими последними электронными и биологическими разработками, раз так воодушевлённо выступают в поддержку идеи Организации по Освоению Космоса? В первую очередь, в силу своего тотального лицемерия и страха открыто отстаивать свои принципы. А уже во вторую – из опасений утраты связи с внешним миром. Ведь только ОКО обладает преобладающими возможностями к быстрому перемещению по Галактике. В их руках почти все транспортные звездолёты и основные запасы Ресурса. Каждого, кто попытается сверх квоты отправить в межзвёздное плаванье свой коммерческий транспорт ждёт или уничтожение или топливный бойкот со стороны главного перевозчика. Мы не боимся открыто говорить правду в глаза любому мировому игроку. И мы остаёмся единственной страной, к которой ОКО сами засылают гонцов, и никогда не решатся бойкотировать».
Блез Войт занял кресло президента 26 лет назад. На протяжении своего правления, он неоднократно подтверждал своё право занимать эту почётную и в то же время ответственную должность. Через год заканчивается его очередной срок по новой Конституции. Он уверен, что достоин и дальше править страной. Ведь за время его главенства уровень жизни народа повысился. Экономика показывает стабильный рост. Преступность сократилась. Социальная сфера улучшилась. Безработица свелась к минимальным значениям. По крайней мере, именно так ему докладывали снизу, и в таком же ключе заявляется с трибун на всю Галактику.
Первое лицо государства немного развёл руками, показав открытые ладони. Этот жест демонстрирует искренность и благие намерения. Затем расположился поудобнее и сначала с добротой в голосе, а затем уверенными рубящими фразами заговорил вновь:
«Весь мир тоскует о своём доме. Пусть многие и не понимают причин, почему их как магнитом тянет к нашей планете. Ведь только мы можем по праву называть себя истинными потомками человечества. Мы доказали всему миру, что чтим память наших предков, и достойны называться людьми. Наши прародители были вынуждены бежать с Земли, которая стала неспособна обеспечить всем необходимым почти десять миллиардов человек. Несмотря на тотальное загрязнение Земли, случившееся глобальное потепление, превращение планеты в необитаемую пустыню и вырождение многих организмов, мы смогли её возродить. Поколениями мы создавали условия для комфортного здесь проживания и добились этого. Теперь весь мир стоит в очереди за нашей продукцией. Её израненное тело снова дарит всему миру бесценные блага. И если в других государствах это роскошь, позволить себе которую могут только очень богатые бизнесмены или большие чиновники, то в нашей стране они доступны каждому гражданину и в любом количестве. Остальные же всю жизнь довольствуются лишь синтетическим суррогатом. Натуральное сельское хозяйство, лёгкая промышленность, искусство и наука – наша главная и незыблемая гордость. Крепкое здоровье и долголетие дарит нам сама природа. И мы не нуждаемся в искусственном вмешательстве в наши тела, ум и душу. Мы свободная нация. Всегда таковой и останемся».
Глава Независимого Союза Землян любил говорить со своим народом. Быть его наставником. Он не сомневался, что граждане любят его и готовы слушать речи часами. Однако в соседнем зале уже собрались высшие чины государства для проведения очередного совещания. Все ждали только президента.
Глава 4. Макс.
Весна 1455 года от Великого Переселения.
Либерия.
– Вызывали? – спросил Макс, заглянув в дверь своего начальника.
– Джонсон! Заходи, садись, – с улыбкой на лице сказал руководитель одного из подразделений Службы Безопасности Либерии.
Макс уверенной походкой прошёл вглубь просторного кабинета Тони Бернса, протянул ему руку через стол. Несмотря на разницу в чине, звании и почёте, полковник встал перед рукопожатием со своим подчинённым. Бернс относился с большим уважением к Максу, к его подходу и талантам в работе, понимая, что для достижения конечной цели должны сложиться воедино множество факторов, событий, удачных стечений обстоятельств. Отдельные же направления деятельности Джонсона вообще заставляют постоянно сомневаться в происходящем. Зачастую ему приходится иметь дело с разного рода психами и фантазёрами, при взаимодействии с которыми сам постоянно боишься свихнуться или поверить в их безумную ересь.
– Как съездил? Удалось выяснить что-то новое? – попросил Бернс отчитаться Макса о проделанной работе накануне.
– Пусто. Ничего для нас стоящего. Снова в молоко, – не без сожаления ответил Макс.
Джонсон вчера вечером вернулся из служебной командировки в целях отработки вероятного иностранного агента.
– Передал его нашим коллегам из отдела по контрразведке и забыл, – добавил Макс.
В его задачи не входило выявление и отработка чужих разведчиков или шпионов по соответствующей линии. Более того, в целях сохранения конфиденциальности проведения мероприятий в рамках своих непосредственных обязанностей, Джонсон имел право не раскрывать взятых в оборот иностранных агентов до тех пор, пока это существенно не угрожало безопасности страны. Макс даже мог немного помочь таким личностям, если это было оправдано выполнением поставленных перед ним задач. Безусловно, по возможности, Джонсон старался накормить их дезинформацией или подкинуть абсолютно бестолковые данные. Как и в этот раз: отправил агента ОКО туда, где он вряд ли когда-либо найдёт что-то стоящее. Впрочем, получил Макс тоже абсолютно бесполезные для него сведения. Хотя и представляющие некоторый интерес для сослуживцев. Но теперь это уже их радость и головная боль.
– Ясно, – смотря прямым уверенным взглядом на Джонсона произнёс его начальник. – В нашем направлении приходится перелопатить сначала тонны песка прежде, чем удастся отыскать жемчужину. Так, вроде, говорили на Земле?
– Песок просеивали золотоискатели, насколько я знаю, – с сомнением в голосе произнёс Макс и уставился в одну точку. Очевидно, отправился на просторы всемирной паутины.
– Так, ближе к делу. Что там с твоими осведомителями? Есть какие-нибудь от них интересные новости?
– Ничего такого, что заслуживало бы особого внимания.
– Я о твоём втором направлении, – уточнил начальник. – Как там дела у наших таинственных переселенцев?
– Я понял. Большинство доносчиков отправляют меня к каким-нибудь гадалкам, фокусникам и шарлатанам, – улыбнулся половинкой рта Макс. – И сколько ещё народ будет верить этим проходимцам? Казалась бы, в век полной и открытой информации, при всеобъемлющей системе рейтингов всё равно находятся те, кто неустанно тащит им деньги. И ладно бы просто воспринимали общение с ними как шоу, так верят же…
– Но ведь находятся и такие, кому веришь ты, – с прищуром заметил Бернс.
– Да, среди всего этого бесполезного мусора всё же попадаются ценные экземпляры. И самое трудное: отделить фантазию от реальности. Обычно здесь помогает отключение собеседника от всемирного информационного пространства и заострение внимания на деталях и мелочах. Любопытно, они искренне верят в то, что говорят, но зачастую напрочь забывают свою историю через какое-то время. Они забывают даже то, что у нас был разговор с ними, – Макс задумался на несколько секунд, снова пытаясь найти ответ на таинственные недолгие подмены личности человека. Затем добавил: – Я не могу пока понять закономерность и причины их поведения. Временны́е отрезки всегда разные: от нескольких минут до нескольких недель. Кстати, о всемирном информационном пространстве. Почти никто из них не может к нему подключиться. Я проверял. Когда ты, практически, родился с чипом в башке, ваше взаимодействие становится на уровне рефлексов. А здесь полное непонимание, как этой штукой пользоваться.
– Как они реагируют на видеозаписи вашего разговора?
– Я не раз им их демонстрировал. В основном, шокируются. Как бы ты, Тони, отреагировал на сообщение о том, что у нас была личная встреча и беседа позавчера?
– У нас её не могло быть, так как ты находился далеко отсюда.
– Вот и они не могут
– Ты уверен, что не борешься с ветряными мельницами? – с серьёзным видом спросил Бернс. Но, заметив некоторую досаду на лице Джонсона решил немного смягчиться. – Никогда не понимал, почему это выражение так крепко засело в умах людей. Абсолютно сумасшедший персонаж совершал несуразные вещи на протяжении всего своего приключения. Но почему-то именно этот короткий эпизод так запомнился поклонникам произведения.
– Этот вопрос я задаю себе регулярно. И так же регулярно нахожу аргументы, что эти истории – не плоды фантазии несправляющегося мозга человека с безграничным объёмом получаемой информации. Все они имеют общие корни, общие подробности.
– Почему ты не думаешь, что все они черпают свои легенды из одного информационного ресурса? Сегодня это проще, чем налить себе кружку горячего травяного напитка.
– В первую очередь, я оцениваю не слова, а их поведение. Их жесты, движения, речевые обороты и тому подобное. Я почти всегда на какое-то время отключаю своего внутреннего переводчика и слушаю их, так сказать, в оригинале. Иногда возникает такое чувство, что им тяжело произнести отдельные слова просто потому, что их мышцы языка не привыкли к этим словам.
– А чему ты удивляешься? – Спросил Тони. – Если они, по большей части, говорят на родном языке, а тебе решили поведать свою ересь, как ты говоришь: «в оригинале».
– Согласен. Только очень уж у некоторых из них складно получается. Как будто они действительно учили язык. Ведь отключены же во время нашего разговора от чипа, который помогал бы им всецело. А раз отключены, но при этом свободно владеют древним языком, значит много практиковались и мышцы лица должны были натренировать. А тут, будто впервые в жизни произносят отдельные слова. Как с синтетической кашей во рту.
– Так ведь, большинство из них пережили какие-то аварии или серьёзные травмы. Повреждается мозг. Отключаются мышцы, – Бернс немного подался вперёд как бы прислушиваясь к собеседнику.
– Это было бы справедливо, если бы они все получали черепно-мозговые травмы. Только доктора далеко не всегда их фиксируют. Самому не хочется в это верить. Кажется, что все они действительно жили в прошлом и каким-то образом оказались в нашем времени.
– Ты имеешь ввиду, их сознание жило в прошлом?
– Душа, разум, как угодно. Тело, так сказать, местное, а сознание – чужое.
– У вас совпадают с доктором наблюдения.
– С каким доктором? – не понял Макс.
– С которым ты сегодня должен будешь встретиться и пообщаться с его пациентом. Вот подробности, – Тони отправил Максу информацию о проведённой беседе с начальником больницы.
Джонсон уставился в одну точку. Со стороны могло показаться, будто система оперативного работника зависла, не обращая внимания на внешние команды. На самом деле Макс бегло просматривал полученные данные.
– Интересно, – наконец произнёс он. – Надо бы поторопиться. Пока он не вернулся и не забыл, чего он там наговорил доктору.
– Два месяца, – показав два пальца, напомнил полковник.
– И это ещё интереснее, – нетерпеливо заёрзал на стуле Макс.
– Да, ты не срывайся пока с места. Бедолагу как раз ещё часа три будут тестировать, – спокойно сообщил Бернс, кинув взгляд на напольные часы. – Без возможности каких-либо с ним контактов.
Несмотря на век тотальной компьютеризации, Тони любил настоящие антикварные вещи из прошлого. Особенно такие, как эти механические часы с крупными цифрами и серыми стрелками, неспешно идущими по кругу.
Суровому внутри и дружелюбному снаружи, знающему цену времени, начальнику доставлял удовольствие тот факт, что он может потратить минуту-другую, чтобы совершить обряд взвода пружины в часах. В эти мгновения он старался не думать ни о чём. Лишь созерцание фактического действия. Своего рода медитация, позволяющая немного разгрузить голову, прекратить мысленный хаос, обуздать беспокойный ум.
– Ясно, – немного успокоился Макс и опять откинулся на спинку стула. – Кстати, я не заметил в пакете данных, котором ты мне отправил несколько минут назад, упоминаний о том, что пациент как-то проявлял себя до фиксации выхода из комы. Это, в общем-то, логично. Значит, он мог стать моим «клиентом» буквально вчера. Совсем не обязательно, что всё время, проведённое в коме, он уже находился в чужом теле. Его сознание, вернее.
– Приборы ни разу не зафиксировали остановку сердца, пока он был в бессознательном состоянии.
Макс несколько секунд пытался понять сказанное его начальником, потом спросил.
– Почему ты думаешь, что переселению всегда предшествует остановка сердца?
Джонсон прямым изучающим взглядом впился в лицо Бернса, сосредоточенно стараясь не упустить ни одной мельчайшей реакции его тела.
Такой профессионал, как Тони Бернс, впрочем, способен контролировать практически любые реакции своего организма на внешние факторы. Да, и оснований не доверять своему начальнику у Макса не было. Однако что-то вызывало беспокойство, машинальное подозрение.
Вероятно, всё, что хоть немного кажется ему непонятным мгновенно вызывает настороженность и приводит нервные клетки в боевую готовность. В его работе это более, чем полезное качество. Выработанное годами и во многом позволившее ему не только добиться таких успехов по службе, но и элементарно сохранить свою шкуру в целости и сохранности.
– Вот и скажи мне, предшествует или нет. Ты же ведёшь это направление, – Бернс уверенно откинулся на спинку, наблюдая за реакцией своего подчинённого.
Макс отвёл взгляд и снова занялся своими мыслями.
– Должен быть момент перехода от одного состояния мышления в другое. Из настоящего в прошлое. Как правило, это происходит в тот момент, когда человек приходит в себя после случившегося, – начал размышлять Джонсон вслух. – В редких случаях изменению сознания ничего с виду не предшествует. Сами они, разумеется, тоже не могут ничего сообщить о событии, произошедшем с ними тут – в настоящем.
Тони спокойно и с интересом наблюдал за ходом мыслей Макса.
– При этом большинство рассказывали мне, что попали в какую-то передрягу, типа, аварии, падения или нападения, – Макс выделил «на», произнося последнее слово. – Некоторые просто спали или шли, или бежали, или занимались спортом или сексом… В общем, в их жизни в тот момент не происходило ничего особенного. И корреляция между событием из прошлого, о котором они упоминают, и событием из настоящего – отсутствовала.
– Что ты имеешь ввиду? – не понял Тони.
– Например, они рассказывали, как только что попали в какую-то неприятность, опасную для жизни. Но это не означает, что в настоящем она тоже имела место. Недавно один такой переселенец поведал, что шёл по обочине поздним вечером. Крупными хлопьями валил снег. Холод. От которого пришлось укутаться в несколько слоёв одежды, шапку на глаза натянуть. Ветер завывал аж крика не слышно и постоянно норовил прорваться сквозь щели в одежде. Видимость такая, что через три метра даже силуэтов не различить. Вдруг за спиной послышался топот лошадей и грохот повозки. Только оглянуться и успел. А вот увернуться уже не удалось…
– Да. У нас тут ни снега, ни лошадей не сыщешь при всём желании, – согласился Тони.
– Большинство и знать не знают, что на Земле до сих пор существуют эти ездовые животные.
– Так и есть, – снова кивнул Бернс.
– Бедолага был крайне растерян и долго недоумевал, как это я перед ним материализовался без звука. Называл меня соглядатаем окаянным.
– А это была всего лишь твоя голограмма…
– Вот именно. Абсолютно стандартная и банальная. Хоть и не люблю я в таком виде на людях появляться, но время не позволяло. Иначе бы точно не успел с ним поговорить. Мне сообщили о нём из одной столичной больницы и почти сразу законнектили. Успел буквально за несколько минут до того, как он вернулся в себя. Кстати, в том же лечебном заведении, где сейчас Андрей находится. Так же его зовут? – Макс несколько секунд молча смотрел в одну точку. – Андрей. Всё верно.
– Институт Травматологии Номер Один.
– Он самый, – подтвердил Джонсон.
На этот раз взгляд Бернса расфокусировался и стал неподвижным не некоторое время.
– Не припоминаю, чтобы ты мне докладывал о вербовке там кого-то из медперсонала.
– Это тот самый хирург, которому мы год назад исправляли рейтинги. В это лечебное учреждение он был прикомандирован ненадолго для повышения квалификации. И сразу такая удача.
– Молодой провинциальный парень, испортивший себе репутацию неудачной операцией, после которой пациент, действительно, немного двинулся умом. Редкий случай, – начал припоминать полковник..
По неопытности или в силу неудачного стечения обстоятельств, весьма перспективный доктор мог до конца жизни забыть не только о карьере врача, но и остаться с тёмным пятном в рейтинге на долгие годы. Оказавшись буквально на пороге срыва, парень был готов на всё.
Внезапное же появление Макса, он воспринимал как подарок судьбы, как второй шанс. На самом деле, их «случайное» знакомство оперативником было запланировано заранее исключительно с целью вербовки.
В результате, Джонсон получил верного, послушного и умеющего держать �