Рубиновый орден
Часть I. Академия Райкавион
Свет трех лун уж давно отсиял в Аркен-Харе,
Мир покинули светлые боги в погоне за злом,
И годами защитников сильных мы в нем не видали:
Баракор по владеньям прошелся огнем и мечом.
Много минуло лет. Дети выросли, помня о прошлом —
Единицы спасенных из проклятых лап палачей.
И судьбой им начертано было собрать по осколкам
Всю ту магию, что не погибла в войне…
Баллада о Рубиновом ордене, А. В.
Глава 1. Мира. Сумеречные встречи
– Эй, крыса, стой где стоишь и держи руки на виду!
Мира чуть не ткнулась носом в плечо говорившего и подняла взгляд.
Двейн, демон его подери! Она все-таки попалась! Но на этот раз он был не один. За ним маячили Гор с Аджесом. А слева у стены, сложив на груди руки, стоял Рейн Фаркрат собственной персоной. От вида его стальной зачарованной маски, в двух миндалевидных прорезях которой были заметны лишь синие глаза, у Миры что-то сжалось в груди.
Двейн воспользовался замешательством, вытянул руку вниз и проговорил заклинание. Его ладонь покрылась сверкающим инеем, и ноги Миры обдало холодом. В воздухе завихрились мелкие колючие снежинки, запахло стужей.
«Беги!» – мелькнула судорожная мысль, Мира было дернулась, но чуть не упала. Ноги как парализовало. В попытке удержаться она схватилась за каменную кладку стены и зашипела, оцарапав пальцы. Двое за спиной Двейна засмеялись.
Мира ошарашенно посмотрела на непослушные ноги и снова на Двейна. Какого хрена? Применять магию друг против друга студентам строго запрещено вне занятий!
Как ни странно, эта мысль немного привела ее в чувство. То есть вот так, да?! Сколько раз ее караулили в коридорах то Аджес, то Гор, но они были недостаточно расторопны, чтобы увидеть и тем более поймать пронырливого мага Сумрака. Решили, значит, всей толпой? Да еще и практически на ее территории, в женском крыле.
– Какого демона вам от меня нужно? – сквозь зубы процедила Мира.
Выиграть бы время и сообразить, как сбежать. Потом можно будет решить, что с этой историей делать дальше… Все-таки, похоже, Фаркрат решил ей отомстить.
Холод сковывал ноги, но судя по тому, что уже спустя пару мгновений Мира почувствовала покалывание, Двейн не применил заклинание в полную силу. Значит, магия постепенно рассеивалась. Это придало ей немного смелости. Руки слушались, так что, несмотря на команду держать их на виду, она отпустила стену и медленно завела руку за спину, чтобы заготовить жест для заклинания Теневого облика. Или лучше Сумеречный прыжок, чтобы сразу уйти через стену? Вот только справа за стену она выйдет с третьего этажа…
– Для начала, крыса, отдавай свое оружие! – прорычал Двейн и схватил ее левую руку. – Где оно у тебя спрятано?
Мира рефлекторно рванула руку, но тот сжал еще крепче. Больно! Мысли судорожно метались от поисков выхода до новых вопросов. Откуда этот придурок узнал о спрятанном в наруче клинке? Только этого не хватало! Как объяснить директору, что она ни за что бы первой не применила его в академии? И он ей нужен был как раз-таки на экстренный случай… За оружие ее могут исключить и не допустить до выпускного турнира. Это конец.
– Ты у нас при всех признаешься, что клеветала на Рейна! – навис слева Гор, подняв огромный кулак на уровень ее головы.
– Сидеть бы тебе тише воды, ниже травы накануне выпуска, но, видимо, ты не можешь, – почти сочувственно добавил из-за них Аджес.
Тут по ногам Миры резко забегали мурашки. Заклятие спадает! Все-таки бежать!
Мира применила Теневой облик. Заклинание сделало ее образ чуть заметным в полутемном коридоре. Магия Сумрака привычной легкой судорогой пронеслась по мышцам, придала скорость движениям и обострила восприятие. Двейн от неожиданности буквально на миг ослабил хватку, Мира сумела вырвать руку и шагнула назад. Плохо, ноги все еще одеревеневшие! Сразу бежать не получится…
Мира загодя увидела удар Двейна и уклонилась от покрытого Ледяной магией кулака. Одновременно мимо просвистел Воздушный клинок Аджеса и бахнул в стену где-то позади. Мира метнулась в сторону, но неудачно: Фаркрат поставил подножку, и она чуть не упала. Извернувшись, она перекатилась, поймала равновесие и припала на колено – лодыжка отозвалась резкой болью. Но этот высокородный мудак не бросился добивать ее или кидаться магией. Он лишь хмыкнул и продолжил наблюдать с той же позиции. Видимо, сам марать руки не хотел.
Мира поняла, что все-таки влипла. Если враг ее увидел и она не может двигаться, тени уже не спасут. Мгновение она колебалась. Парни схватили ее и применили, по сути, боевую магию. Перешли черту. И Мира понятия не имела, что еще они могут выкинуть. Так что… Щелкнул чуть слышно рычажок наруча, спрятанного под рукавом, и выпустил небольшой клинок длиной с ладонь. Конец так конец. Если в ход против нее пошла магия, ей придется пустить нож. Разумеется, только для защиты, но… Они первыми нарушили правила.
Изо всех сил пытаясь подавить и перенаправить нарастающую панику, она снизу вверх смотрела, как на нее надвигаются три фигуры. Аджес замешкался, заметив клинок, но Двейн лишь нахмурился и продолжил наступать.
Не так она представляла свой последний бой в стенах академии… Открытая арена, красивая показательная дуэль с кем-то вроде Сатурна, нелепого и неуклюжего мага Земли. Почетное посвящение, где герольд торжественно зачитывает имена нанятых на службу к лорду магов. Ночные дозоры в большом городе или, может быть, шпионские задания в другой стране… Мечтам не суждено сбыться. И все потому, что она застукала гребаного Фаркрата за запретной магией!
Двейн навис над ней, на его лице застыла угрожающая ухмылка:
– Попалась, крыса? Сейчас ты пойдешь с нами. Только вздумай махнуть своим ножичком, заморожу на хрен!
Сзади послышались торопливые шаги.
– Что здесь происходит? – раздался голос Арабеллы Вистар.
Мира чуть заметно перевела дух. Тут Фаркрат отлип от стены и сделал шаг навстречу профессору.
– Ничего. Мы сами разберемся.
Вистар встала рядом с Мирой, которая все еще наблюдала за событиями с высоты своих колен.
– Мне кажется, вам лучше пойти на ужин, который вот-вот закончится.
– Мне кажется, – передразнил ее Фаркрат, – что вам лучше пойти своей дорогой, профессор, и не наживать себе проблем.
– Это вы, мальчики, наживаете себе проблему! Особенно ты, Рейн. У тебя она будет уже второй. – Арабелла Вистар многозначительно уперла руки в бока. – А ты еще с первой не разобрался. Или готов сейчас обсудить свои магические эксперименты?
Фаркрат басовито рассмеялся:
– С директором мы уже все выяснили. И он знает, что я ничего не нарушал. А вот вы лезете куда не следует, госпожа Вистар.
Мира, конечно, знала, что эти ребята не признают авторитет не умеющих колдовать профессоров, но чтобы вот так нагло?
– Я здесь профессор, а ты все еще ученик, хоть тебе и поручили помогать другим в обучении. – Вистар как будто тоже стало немного не по себе, она повысила тон, но голос звучал твердо. – Это не дает тебе оснований нарушать правила Райкавиона. А мой долг – следить за порядком в стенах академии. Вы, мальчики, находитесь вчетвером в женском крыле и пугаете бедную Миру. Либо мы считаем это недоразумением и расходимся, либо идем к директору все вместе и объясняемся.
Мира затаила дыхание: второе появление перед директором вряд ли сулило ей что-то хорошее. Но и шайке Фаркрата тоже, с учетом того, за чем их застукала профессор. Как бы то ни было, от их ответа зависело сейчас и ее будущее…
Двейн шагнул вперед и открыл было рот, но Рейн поднял руку, жестом останавливая приятеля. В чем бы ни была причина, но, кажется, он решил не развивать конфликт прямо сейчас. Арабелла Вистар удовлетворенно кивнула и подала руку Мире:
– Вставай, зайка, пройдемся вместе.
Мира поднялась, с трудом сдержав всхлип при опоре на пострадавшую ногу. Нож с тихим щелчком спрятался обратно в наруч. Раз оглянувшись на застывших, исходящих бессильной злостью парней, она захромала вместе с Вистар по коридору. Она бы даже отдала свой скрытый клинок, чтобы посмотреть на выражение лица Фаркрата под маской в этот момент. Обычно ее очень радовали такие маленькие победы, однако сегодняшняя стычка оставила в душе тревогу.
***
Как только Вистар заметила хромоту Миры, она повела ее в лечебницу, не слушая возражений. Темнело, по коридорам засновали младшие маги Огня, выполняя свою ежедневную повинность – зажигая подвесные светильники на стенах. В академии по вечерам пахло маслом и травами, которые жгли от болезней.
Они шли не спеша, Мира опиралась на предложенную руку и пыталась понять, ей нужно благодарить профессора или объясняться.
Эмоции немного улеглись, но мысли продолжали метаться. Как ни странно, сама Вистар ни о чем не спрашивала. По дороге вниз та буднично болтала о теме своего последнего занятия по истории магии и подготовке к экзаменам. Но Мира не могла сосредоточиться на ее речи… Видела ли Арабелла клинок? А примененную против нее магию? Что еще теперь предпримет Фаркрат? Откуда все-таки парни узнали про ее оружие? Что теперь будет с Мирой и позволят ли ей поступить на службу лорду после выпускного турнира? Чем завершился бы сегодняшний вечер, если бы не профессор? Голова раскалывалась.
За десять лет обучения в академии Райкавион они почти не пересекались с Рейном Фаркратом, оттого что изучали разные направления волшебства. Миру никогда особо не интересовали другие студенты, книги заменяли любые отношения. Ее не любили за отчужденность и острый язык, она отвечала большинству взаимностью и даже не помнила по именам половину из доброй сотни магов Драконьего острова. Но порой обращала внимание на имя Рейна: его хвалили за успехи, часто просили публично представлять академию, тем более что его отец был приближенным лорда-наместника.
А когда полгода назад умер Менфис, единственный практикующий волшебник из всех профессоров, Фаркрата поставили вести занятия вместо него. Так-то ничего удивительного, он был самым старшим из всех студентов и явно одаренным. Мира пришла на занятие и, как обычно, встала в сторонке от всех. Так что до проверки ее практических навыков Фаркрат добрался в последнюю очередь. Тогда он встал перед ней и почему-то замер, вцепившись синющими глазами из-под жуткой маски в ее лицо. Она занервничала и сказала что-то резкое, в своей обычной манере… Тот вздрогнул и отошел. А на следующем занятии загонял ее так, что она выжала все свои магические силы и чуть не падала в обморок от усталости. Так повторялось еще раз и еще, Фаркрат придирался и грубо высмеивал при всех ее ошибки, заставляя снова и снова повторять одни и те же заклинания. С другими ребятами он так не обращался. В итоге Мира послала его при всех к рогатым демонам и ушла, хлопнув дверью. Больше она практику не посещала, предпочитая заниматься сама.
Мира понятия не имела, почему Фаркрат так ее невзлюбил. Но однажды ей представился случай отомстить. С месяц назад, проходя поздно вечером по коридору, она застукала Фаркрата заходящим в пустой учебный класс. Искушение проследить за ним оказалось велико. Сумеречным прыжком Мира вошла прямо в стену, выглянула с другой стороны. И увидела, как он колдует что-то странное, похожее на большой черный шар. Это было невероятно, ведь он маг Огня! Неужели он умеет использовать еще какую-то другую стихию? Но из всего «темного» изучать в академии разрешали только Сумрак. И уж магию теней бы Мира распознала. Нет, это было что-то иное… Тьма? Или даже Смерть?
«Наверняка запретное!» – решила тогда она.
Наутро Мира рассказала обо всем Арабелле Вистар, единственному преподавателю, кому она хоть немного доверяла. Чуть позже в тот же день Фаркрата прямо из трапезной вызвали к директору, и Мира на радостях забыла доесть обед. Теперь-то высокомерного ублюдка точно исключат!
Ох, какой ошибкой было так думать… Спустя четверть часа ее вызвали следом. Такого она не ожидала и даже не успела придумать, что говорить.
– Ты уверена, что видела запретную магию? Что это было за направление? Что за заклинание? Почему ты разгуливала поздно вечером по академии? – начал закидывать ее вопросами директор.
– А… Откуда мне знать? – только и могла выдавить Мира.
Фаркрат стоял тут же, сбоку от господина Тиллинса, в его синих глазах Мире чудилось веселье, хоть тот и оставался серьезен. В кои-то веки в этом кабинете она видела Фаркрата без вездесущей магической маски. Надменный взгляд, острые скулы и небольшой шрам на верхней губе.
Мира переводила взгляд с него на Тиллинса и обратно, и совершенно не могла придумать слов, чтобы доказать свою правоту. И Арабелла Вистар, сидевшая у стола директора, только сочувственно смотрела на нее.
– Господин директор, – говорил Фаркрат раздражающе спокойным тоном, – вы же видите, Мира Грей ничего не может доказать. Либо ей почудилось, либо это клевета.
Мире остро захотелось прямо здесь врезать по его породистому лицу! Но она могла лишь испуганно смотреть на директора и думать о том, что вот прямо сейчас исключат не Фаркрата, а ее. И исключат за правду! Какого хрена этому аристократу все сходит с рук?!
– Давайте не будем судить строго, – вмешалась Вистар. – Вероятно, девушка переутомилась при подготовке к экзаменам. Возможно, она видела кого-то другого? Я предлагаю устроить дополнительный обход залов и комнат после отбоя, чтобы найти нарушителя.
– Хорошо, – поджав губы, согласился директор. – Мы все проверим и разберемся с этим позже. Свободны!
Он махнул рукой на выход. Мира медлила, а Фаркрат показательно галантно открыл перед ней дверь и сделал пригласительный жест. Она выскочила из кабинета и, не оглядываясь, быстрым шагом пошла на занятие по монстроведению. На ее счастье, в коридоре было полно народу, чтобы не опасаться, что он решит устроить разборки…
Но Фаркрат не стал действовать прямо, а превратил ее жизнь в кошмар окольными путями. Раньше ее проблемой было придумывать правдоподобные причины, почему она пропускает практику, и пытаться не пересекаться с самим Фаркратом, а теперь проблемой стали и его дружки тоже. Следующий месяц превратился в настоящее гонение. Трое дружков Фаркрата начали задирать ее при любом случае. Если Двейн, Аджес или Гор встречали Миру, то непременно старались толкнуть, обозвать или подсунуть какую-нибудь гадость в сумку. Стараясь не пересекаться с ними, она приходила на занятия раньше всех, а уходила спать позже, засиживаясь в читальном зале. Ей пришлось выучить все их маршруты и пару новых трюков с Сумраком, чтобы удачно бегать от таких встреч. Она понятия не имела, чего от них ждать, и оттого нервничала еще сильнее. И вот они ее поймали вчетвером… Если бы не Арабелла Вистар, возможно, ее бы даже не было в живых, кто знает?
Очнувшись от мыслей, Мира поняла, что скоро они уже доковыляют до лечебницы.
– Профессор, я не виновата… – наконец решилась заговорить она.
– Зайка, ну конечно, ты не виновата, – сразу подхватила Вистар и участливо посмотрела на Миру. – Тебе угрожали! Их было больше! Это ужасно и неприемлемо. Даже если ты перепутала Рейна с кем-то другим той ночью, это не дает им права нападать.
– А мой кинжал… Они хотели забрать, потому что запрещено… И донести, наверное.
– Ах, это! – профессор бросила быстрый взгляд на левый рукав, где прятался наруч. – Слава Амбериону, что ты не успела пустить его в ход. Так что я ничего не видела, – она подмигнула Мире, – но и оружие у тебя одобрить не могу. Спрячь-ка ты его пока подальше. И не доставай больше. По крайней мере, до выпуска из академии.
У Миры немного отлегло, и она смогла наконец сформулировать самый волнующий вопрос:
– У меня не будет проблем с допуском до турнира? Из-за кинжала, всей этой истории…
– Ну что ты, нет, конечно. Ведь по остальным предметам у тебя все хорошо, не правда ли? А насчет практики… Думаю, я все улажу. Я видела твои тренировки и уверена, что ты способна достойно показать себя на турнире. Лорду нужны такие способные рыцари-маги!
– Спасибо… – пробормотала Мира, когда Вистар довела ее до скамьи в лечебнице.
– Не за что, зайка. Но лучше держись пока подальше от этих парней, хорошо? Пока мы с секретарем Хейгором разбираемся с этими самыми магическими экспериментами.
– Госпожа Вистар! – прозвучал радостный мальчишеский голос откуда-то сзади и легким эхом разнесся по помещению.
Мира оглянулась. Комната лечебницы была вытянутой, с высоким потолком и хорошо освещенной. У входа стояли несколько скамеек для приема больных, а дальше начинались койки для лежачих, шесть из восьми пустовали. Приятно и чуть горьковато пахло знакомыми травами, кажется зверобоем и остролистом. Вдоль стен стояли шкафы с цветными склянками.
Одну койку занимал лежащий парень с неестественно белыми волосами и повязкой на глазах – казалось, он спал. На второй сидел и с любопытством смотрел в их сторону щупленький пацан с лохматой русой шевелюрой.
– Здравствуй, Сеттра, – улыбнулась ему Вистар. – Как себя чувствуешь?
– Немного… немного лучше, – отчего-то засмущался тот и опустил взгляд.
Когда подошел лекарь, профессор попросила его осмотреть стопу Миры и, кивком попрощавшись, вышла.
Старенький лекарь Оллиф ощупывал ногу: это было не очень приятно, лодыжка ныла. Видимо, потянула связку. Лекарь аккуратно надавил, повернул стопу так и эдак, спрашивая про ощущения, на что Мира отвечала только «Угу» или «Нет».
– Что с тобой случилось?
Мира вздрогнула. Оказалось, что пацан стоит рядом с ними, опираясь на длинную палку, и внимательно смотрит большими зелеными глазами.
– Ногу подвернула, не видишь? – произнесла Мира холодным тоном, после которого у людей обычно пропадало желание с ней общаться. Но пацана, похоже, ответ ничуть не смутил.
– Как же ты та-а-а-ак? – сочувственно протянул он.
– Сеттра, будь так любезен, – проскрипел Оллиф, – налей девушке того же успокаивающего чаю, что сам пьешь. Он еще должен быть горячим.
Затем лекарь вполголоса пробормотал что-то про перевязку и медленно отошел, шаркая ногами.
Сеттра пошел в другой конец комнаты, где на столе стояли чашки и закутанный в полотенце чайник. Несмотря на то, что он выглядел ослабленным и очень худым, движения его были суетными, какими-то немного дергаными. Однако с чаем он двинулся обратно весьма осторожно и ничего не разлил, хотя пару раз было близко.
– Держи!
Мира приняла кружку и отхлебнула травяного настоя (и точно – зверобой). После нескольких глотков стало немного легче.
– А почему тебя привела госпожа Арабелла? – снова пристал Сеттра. – Что-то она давно нас с Каем не навещала…
Услышав второе имя, Мира смутно припомнила этих ребят: она не видела их на занятиях довольно давно. Значит, спящего звали Каем. Наверняка именно он участвовал в последней битве мастера Менфиса… Астер, кажется. Парень был в какой-то степени легендой, но, видимо, профессора предпочитали не распространяться, что с ним случилось после. А про второго она как-то подумала, что он слишком маленький. Сколько ему? Лет двенадцать? Не могло же ему быть два года, когда он попал в Райкавион после спасения от баракорцев… А позже, вроде, поиском одаренных никто не занимался, разве что аристократы вроде Фаркратов отдавали учиться своих детей.
– Как тебя зовут, кстати?
– Мира Грей, – помедлив, представилась она. Общаться все еще не очень хотелось, но пацан выглядел безобидным.
– А я Сеттра Валтейн, маг Смерти.
– Чего?! – Мира чуть не пролила на себя чай от удивления. Так вот он кто! И понятно тогда, почему он давно пропал с занятий. Но, демоны их подери, почему вокруг нее стали появляться волшебники с запрещенной магией?!
– Сеттра, – донесся с соседней койки приглушенный голос второго парня, – я же тебя просил не рассказывать всем подряд про свою магию… Прекрасно знаешь, что официально она под запретом.
– Да, но я же не виноват, что Смерть выбрала меня! – Валтейн надулся совершенно по-детски. – В смысле, что во мне проснулась эта магия с детства…
– Не обязательно трындеть про это направо и налево, – устало сказал второй. – Лучше помоги мне снять повязки. Все равно они так же бесполезны, как мертвецу Исцеляющее прикосновение.
Старик Оллиф куда-то запропастился, и Мира наблюдала, как Валтейн помогал другу освободить глаза. Они оказались подернуты белесой дымкой.
– Здравствуй, – Белесые глаза уставились на Миру, и она кивнула вместо ответа. – Я тебя помню. Ты маг Сумрака?
Снова кивок:
– А ты тот самый, кто дрался вместе с Менфисом, когда он погиб?
– Он маг Времени, – воткнул свое слово мастер перебивать.
– Да, Кай Астер, приятно познакомиться. – Парень грустно усмехнулся. – Печально известный совместной битвой с Менфисом… и тем, что поселился потом в лечебнице.
– Странно, об этом я не слышала. Что тогда случилось?
– Так он же самолично победил Мастера Проклятий! – воскликнул Сеттра.
– Как это? – Мира недоверчиво посмотрела на Астера.
– Дело случая. Все сделал профессор Менфис, да будет легким его путь через Серую долину… Я всего лишь воткнул меч в уже раненого мага. Вот непонятно только, оказался я в нужное время в нужном месте или не в то время и не в том… Потому что после этого удара я ослеп. Почти. И теперь то хуже вижу, то лучше… Лекарь бессилен, магия Жизни и Света тоже.
– Но мне удалось выяснить, что это было настоящее Проклятие! Ведь я маг Смерти, а проклятья – одна из ее разновидностей. В отличие от заклинаний, они имеют отложенный эффект: например, прогрессирующая слепота, чумная болезнь, постепенная потеря магических или жизненных сил… – принялся перечислять пацан, загибая пальцы.
– И что же, проклятья необратимы?
– Никто не знает…
– Обратимы! – снова уверенно заявил Валтейн. – Ну, волосы его снова русыми не станут, скорее всего… А вот зрение можно вернуть. Я начал разбираться и смог даже немного остановить проклятье Кая. Но мне не верят! Мне надо заниматься дальше магией Смерти, чтобы совладать с этим. А профессора запрещают! Они считают, что я болею и не расту именно из-за такой магии, и до них никак не дойдет, что все ровно наоборот! – С этими словами он ударил кулаком по тумбочке, громко ойкнул и затряс рукой.
– Но, скорее всего, нам удастся изменить положение дел после выпускного турнира. – Астер приобнял пацана за плечо, будто утешая.
«Понятно, почему такой щуплый, – подумала Мира. – Но они планируют экзамены и турнир? Значит, Валтейну все-таки не меньше пятнадцати. Иначе и речи не шло бы о допуске…»
Вернулся лекарь и начал наконец накладывать на ногу жесткую повязку. Он действовал профессионально и аккуратно, но Мира все равно стиснула зубы от боли. Она постаралась отвлечься и задумалась о Валтейне с Астером. Парни подкинули ей еще больше вопросов о Райкавионе, а голова и так болела.
Время и Смерть… интересно, как эти ребята могут показать себя на выпускном турнире? Студентов, конечно, обучали не только магии, но и воинским дисциплинам, готовили к тому, что волшебники на службе у лорда будут выполнять разнообразные задачи и должны уметь постоять за себя. Но как вообще мага с запретным даром допустили до учебы? Или допустили, а потом сообразили, что лучше бы его в лечебнице запереть под предлогом собственной безопасности? Значит ли это, что все запреты академии существуют только на словах?
Мира слабо себе представляла, какими заклинаниями может владеть маг Смерти, кроме перечисленных проклятий. К тому же Тьму, Смерть и Кровь запретили не просто так: после баракорского вторжения их считали самыми опасными, даже связанными с демонами из другого мира. Могут ли подобного мага допустить до высших кругов власти, ведь волшебники должны охранять правителей и выполнять особые поручения наместников всего Аркен-Хара? И могут ли отказать в таком случае Фаркрату в службе?
– Что ж, милочка, – подал голос Оллиф, – шина наложена, попробуйте-ка аккуратно встать, сможете самостоятельно передвигаться?
Мира встала, лодыжка неприятно ныла, но при неполной опоре ходить можно было сносно.
– Да, все в порядке.
– Тогда идите в комнату, в лечебнице вам нечего делать. Но два дня строго покой для ноги, не вздумайте скакать по академии!
– Спасибо, мастер.
– Эх, жаль, а я думал, мы еще поболта-аем, – протянул Валтейн. – Но может, ты заглянешь нас навестить? У нас так-то есть комнаты на втором этаже в левом крыле, но сейчас мы считай что живем тут. Так что если вдруг еще что-то вывихнешь…
– Молодой человек! Что вы такое говорите, как можно такого желать? – строго посмотрел на него лекарь.
Пацан смущенно примолк, а Мира неожиданно для себя усмехнулась:
– Может, и загляну.
Она развернулась и прихрамывая, осторожно, вдоль стеночки, побрела к себе. Коридоры были освещены, но уже пустынны. И все равно за поворотом после лечебницы Мира накинула Теневой облик и дошла на свой третий этаж боковыми лестницами: да, дольше, но зато никого не встретила. Закрывая за собой дверь комнаты, она трижды проверила надежность замка и уснула, как только забралась под одеяло.
Ей снился старый замшелый приют и дети с голубыми глазами Двейна и демоническим смехом, от которых она пряталась в ночных сумерках…
Глава 2. Эллиан. Жаркий прием
Эллиан нахмурился и раздраженно откинул с лица надоедливый локон. Спустя мгновение он заметил, что непроизвольно сжал кулаки, и, выдохнув, заставил себя немного расслабиться.
Из-за приоткрытой двери директорского кабинета, вычурно украшенной самоцветами и неизвестными Эллиану рунами, доносился разговор. Слушать его, конечно, было не положено, но Эллиан ненавидел, когда о нем говорили плохо, тем более за спиной. Если директор академии Райкавион решил полить его грязью и выгнать, он имел право знать причину. Ведь дело явно не в магических способностях. Скорее всего, здесь замешана политика, и очень скоро он это выяснит.
– Господин Тиллинс, уровень его магии, он… потрясающий! – раздался мягкий женский голос, безусловно принадлежавший Арабелле Вистар.
Она была своеобразной особой лет двадцати пяти, производившей впечатление одной из тех молоденьких дурочек, которых влиятельные люди держали при себе для очевидных вещей. Никак не связанных с реальными делами. Лишь бы ходила рядом да красовалась своими… формами. В Велтори сочли бы, что и одевается она весьма вульгарно для преподавателя академии, но здесь, похоже, за манерами и этикетом не так уж строго следили.
– Арабелла, повторяю: он из Велтори! Ты что, не знаешь, какие у Аркен-Хара с ними отношения? А что до его магии… Не смеши меня! Ты профессор истории, а не магических основ. Дара у тебя нет, и ты ничего в магии не смыслишь!
«Можно подумать, ты смыслишь, бездарь!» – гневно подумал Эллиан.
Он достаточно наслушался о Райкавионе, пока жил в Велтори. Профессоров понабрали много, но никто из них не обладал силой, чтобы хоть маленький огонек зажечь на ладони. Кроме мага из Аландрии – Менфиса. Правда, академия лишилась и его. По слухам, Менфис не так давно погиб.
– Но, директор! Лорду Сертану нужны сильные волшебники. Кто из наших студентов способен создать настолько мощные огненные чары? Мы не можем игнорировать…
– Да-да, я слышал эту историю, – перебил старик, – Рейн Фаркрат может создать чары и помощнее! Но главное другое. Это не вопрос таланта. У них иная система подготовки, и она ущербна. Он – ущербен! Не вижу никакого смысла зачислять его. Для лорда же будет безопаснее не давать привилегии велторианцу. Пусть катится с острова и едет куда хочет.
– Директор Тиллинс! – зазвенел возмущенный голос. – Так же нельзя! Мы не можем отвернуться от этого мальчика!
Прежде чем ответить, директор хрипло рассмеялся:
– Арабелла, дорогая, этому мальчику почти восемнадцать. В этом возрасте юноши уже в войнах участвуют! И будет здорово, если ты перестанешь говорить мне, как можно, а как нельзя в моей академии.
– Да, господин директор. Извините, – голос госпожи Вистар стал тише. – И все же, я прошу вас дать ему шанс. Очень прошу! Хотя бы шанс. Я лично ручаюсь за него!
– Ручаешься? И как это понимать?
– Предлагаю вам пари: если Эллиан сдаст экзамен и хорошо выступит на предстоящем турнире, вы напишете ему хорошую рекомендацию для лорда. А если провалится, то в следующие три месяца мое жалованье будет вашим.
– Очень сомневаюсь, что он пройдет дальше второго раунда. Значит, – Тиллинс хмыкнул, – если велторианский выкормыш проиграет в первом или втором бою, я не только смогу вышвырнуть его, не слушая твоих причитаний, но и заберу твое жалованье?
– Да.
– Хм, ты так о нем печешься… Право, я тебя не понимаю! – Он помедлил, а потом строго спросил: – Арабелла, ты что, спишь с учениками?
– Думайте, что говорите, господин дир…! – от возмущения у профессора истории перехватило дыхание, и фраза оборвалась.
– Ладно, ладно. Прими мои извинения. Но ты все равно должна мне сказать, какое тебе до него дело. Сначала Тревис просит. Теперь и ты! Не понимаю.
– Его хотят убить! Разве этого мало? – Наступила пауза, и когда госпожа Вистар заговорила, ее уверенность куда-то улетучилась. – А еще лорду нужны маги. Тем более хорошие!
– Это точно все? – Некоторое время они снова провели в молчании. – Ладно, хитрая ты лиса. Хорошо меня знаешь. Сделки я люблю. Сделка так сделка. Пусть участвует в турнире. Ах, да! Можешь попросить Тревиса распорядиться насчет комнаты для этого… Адвензора.
– Да, господин директор. Спасибо.
– И кстати, – сказал Тиллинс, и Эллиан, собравшийся уже отойти, остановился. – По распоряжению лорда Сертана дата турнира сдвигается. Он пройдет немного позже. Так что старое объявление нужно заменить на новое. Хочу поручить это тебе, чтобы немного разгрузить бедолагу Тревиса.
– Я сделаю, господин директор.
Эллиан понимал, что разговор почти завершен, и поспешил отойти подальше. Он за три широких прыжка отскочил к фонтану в виде большой птицы с расправленными крыльями, с перьев которой стекали тонкие струйки воды. Облокотившись на бортик фонтана, он осмотрелся по сторонам, но зал был пуст. В такое время все волшебники сидели на занятиях.
Подслушанный разговор неожиданно выбил его из колеи, хотя он считал, что готов ко всему. Нет, причиной тому был не тот мусор, что вылетал из уст директора, а слова профессора Вистар. Почему она заступалась за него, да еще и так рьяно? Неужто его дядя, Тревис Хейгор, подговорил? Эллиан, как и директор, не улавливал ее мотивы. Они с ней и знакомы-то толком не были.
Точнее, это он ее не знал и мог опираться лишь на впечатление от первой встречи. Оно-то и сбило его с толку.
Во-первых, вульгарный наряд: тесная блуза с декольте и обтягивающие кожаные штаны, почти не оставляющие пространства для фантазии. Эллиан имел чувство вкуса и достаточно разбирался в моде, чтобы понять: в высоких кругах Арабеллу Вистар могли бы за спиной обзывать шлюхой.
Во-вторых, дурацкая манера общения… Эти ее «солнышко», «зайка», «радость моя» и прочая чушь. Тогда он с досадой подумал, не держит ли она его за ребенка? Или подлизывается? А может, запала?
И в-третьих, пока они шли, он уделил ее природной красоте слишком много внимания. Большие ореховые глаза – значительно светлее, чем его собственные, уходящие в черноту карие, – длинные тонкие брови, аккуратный, чуть длинноватый нос, роскошные губы, почти всегда слегка приоткрытые. С нее хоть картину пиши. Да, и еще волосы. Русые, слегка волнистые и блестящие, они слишком идеально ложились ей на плечи и спадали на грудь. Похожие на волосы его матери, хотя ему самому достались каштановые локоны отца.
Признаваться в этом даже самому себе было неприятно, но он потерял концентрацию. Просвещенному человеку не пристало вести себя как дикарь и думать о женщинах вместо насущных дел. Стоило оставаться сосредоточенным. Тогда бы он непременно заметил, что госпоже Вистар известно о нем немало. Она была прекрасно осведомлена о том, когда Эллиан прибудет на Драконий остров. И встретила его в порту, едва только он сошел на берег. И она знала о его проблеме. Значит, дядя ей обо всем сообщил.
Однако сейчас ему не хотелось разбираться, можно ли ей доверять до конца или лишнего говорить не стоит. Это все ерунда в сравнении с тем, что Эллиан только что услышал: госпожа Вистар не просто попросила директора принять его в Райкавион. Не просто убедила. Будто прощупывая Тиллинса, она сначала пустила в ход мольбы, а провалившись, пошла на крайние меры и предложила сделку. Причем без какой-либо видимой выгоды для себя!
Эллиан, росший в торговом, насквозь меркантильном Велтори, хорошо уяснил, что люди никогда не рискуют своими деньгами без веского повода. Может, повод и был, но Эллиан не видел его в упор.
И все же, независимо от мотивов, факт оставался фактом – он теперь должник госпожи Вистар, которая подставила себя под удар, решая его проблему. А проблема существовала и впрямь серьезная. В Велтори он вернуться не мог. Его, как и всех прочих магов, приговорили к смерти и разыскивали по всей стране, объявив магию вне закона. Здесь же, будучи, как выразился директор Тиллинс, велторианским выкормышем, он мог рассчитывать в лучшем случае на допрос с пристрастием в лапах инквизиторов… Его единственным шансом сохранить свободу и совершенствовать магию был Райкавион.
Дверь в приемную директора отворилась, и он увидел госпожу Вистар. Ее щеки раскраснелись, но в остальном вид был невозмутимый. Даже более того, профессор светилась улыбкой, будто никакого спора за дверями и не было. Если бы Эллиан не подслушал, то никогда бы не понял по ее лицу, как прошли эти переговоры.
«Что же ты за человек, Арабелла Вистар?»
– Ну что, солнышко, не заскучал? – подходя, спросила она.
Стараясь держать взгляд на лице, не опуская его к ложбинке в вырезе блузки, Эллиан пожал плечами:
– Нет.
Может, спросить ее, как все прошло? Бред. Ему не хотелось врать и делать вид, будто ничего не слышал. Но и признаваться он не собирался. Эллиан молчал и ждал хода с ее стороны.
– Ну же, котик, не нужно так переживать, – улыбнулась профессор, неверно истолковав его молчание. – Все хорошо, ты теперь у нас в академии, под защитой. Правда, придется проявить себя на турнире. Но ты же справишься, правда?
– Разумеется.
– Мне нравится твоя уверенность!
Теперь Эллиану стало казаться, будто она жутко старается не выглядеть взволнованной, но терпит провал. Он считывал волнение в каждом ее жесте. Хотя, может, у него разыгралось воображение. Не знай он правду, заметил бы то, что видел сейчас?
– Переживать мне не о чем. – Эллиан смерил придирчивым взглядом пробегавшего мимо студента. Заспанный, тот явно торопился на занятия, на которые давно опоздал. – Уровень здешней магии – насмешка над магами древности. Я уже бывал здесь. Останавливались на пару дней с делегацией Велтори в позапрошлом году. И видел, на что способны маги Райкавиона. Смех и слезы.
Профессор набрала в грудь воздуха и собиралась было заговорить, но что-то ее остановило. Она медленно выдохнула и продолжила спустя несколько долгих мгновений:
– Не стоит недооценивать соперников на турнире. Будь собран и постарайся изо всех сил, ладно?
Эллиан нахмурился. Он не любил поучения. Тем более от человека, который не очень-то разбирается в магии. У нее и дара-то нет вовсе!
Но вместо едкого ответа он с полной серьезностью сказал:
– Само собой, я буду начеку. Спасибо, госпожа Вистар.
Она права. Его лучше учили, но и талант тоже важен, а таланта у учеников Райкавиона не отнять. Не стоит совсем уж расслабляться, лучше быть готовым к любым сюрпризам.
– Вот и умничка! Я думаю, ты можешь даже победить! – Госпожа Вистар вывела его из задумчивости и поманила рукой. – Идем, я провожу тебя до твоей комнаты.
Эллиан двинулся за ней, и пока они шли, профессор решила рассказать ему историю Райкавиона. Он не возражал. Не то чтобы ему было очень интересно, но знания могли оказаться полезными. Как минимум, чтобы лучше узнать атмосферу среди профессоров и учеников. Академия, в конце концов, существует не двести лет, а всего десять, поэтому рассказ не грозил быть долгим.
Будучи историком, госпожа Вистар рассказывала с энтузиазмом, но старалась сохранять беспристрастность. Начала она с того, что он и так знал: двадцать два года назад баракорцы, суровый степной народ, прошлись лавиной по всему миру. На протяжении своей истории эти кочевники вели клановые междоусобные войны, но великий вождь Но-Хад сумел объединить племена и поставить Баракор наравне с непобедимой ранее империей. Маги и рыцари Аркен-Хара и соседних государств приложили много сил, чтобы остановить вторжение, но не смогли бороться с огромной ордой, на стороне которой был сильнейший Мастер Проклятий за всю историю этой разновидности магии Смерти. Звали его Данис.
Данис выбирал целями для своих проклятий в первую очередь волшебников и истребил всех взрослых магов. А последних одаренных детей Аркен-Хара отловили адепты культа Гар-Пи, последователи Даниса, ненавидящие магов всей душой. Среди этих последних был и Эллиан.
Но детей удалось спасти. Подданные лорда Гаррета Сертана вырвали их из рук культистов, а сам лорд распорядился отстроить академию, где юные маги смогли бы спокойно развиваться, чтобы однажды послужить стране. Местом для академии был выбран Драконий остров, и прямо посреди руин древнего города лучшие мастера страны возвели Райкавион. Замок в сердце руин был восстановлен, часть зданий и защитных стен пришлось строить заново. На площади посреди крепости Райкавиона возвели памятник великому императору Амбериону, богу-покровителю всех магов. А символ легендарного владельца острова, одного из верных рыцарей Амбериона по прозвищу Белый Дракон, украсил синие стяги академии. Так появилось место, ставшее последним оплотом волшебников в мире.
Точнее, одним из последних. Почти сразу построили академию Мортикан в северном регионе, и часть детей отправили туда. А еще чуть позже воюющие Аркен-Хар и Велтори заключили мирный договор, по условиям которого еще одну группу одаренных отправили на учебу в Нейгранд, ставший домом и Эллиану Адвензору.
«Теперь и ученики, и преподаватели Нейгранда кормят червей…» – помрачнев, подумал Эллиан, но профессор не заметила смены его настроения.
– За десять лет работа была проделана, конечно, большая, – продолжала свой рассказ она. – Директор и мастер Менфис, да упокоят боги его душу, заложили прекрасный фундамент. Даже несмотря на то, что баракорцы намеренно уничтожали практически все знания прошлого, что-то удалось спасти, и благодаря нашей академии магия не была стерта с лица земли и продолжает медленно восстанавливаться. Хотя у Райкавиона есть определенные трудности. Со смертью Менфиса у нас не осталось практиков. Все преподаватели и даже директор Тиллинс – теоретики. Да, у них есть кое-какие способности, но…
Она замешкалась, и Эллиан закончил за нее:
– Им далеко даже до учеников.
Госпожа Вистар обернулась, и по выражению ее лица он понял, что попал в точку. Теперь сомнений не оставалось. Здесь учиться нечему, Райкавион просто станет его пропуском в нормальную жизнь без преследования.
– Да, солнышко, ты абсолютно прав. Но знаний тут собрано много, и профессора помогают их расшифровать. Мы даем намного больше, чем набор заклинаний. Я слышала, что в Велтори с вами занимались по-другому, подход к обучению был более практический. Для тебя будет много незнакомых предметов, часть из которых придется учить к экзамену.
– Экзамен будет теоретическим? Без практики?
– Практика будет на турнире. Но допуск на него нужно получить, пройдя теоретические экзамены.
– Bersalgo! И какую чушь… какие предметы следует сдать?
– Основы магии, магические формулы, руническое письмо, виды и формы магии, темные и демонические силы. Также религии, политологию, историю, магию артефактов и травничество. Кажется, ничего не упустила.
Настроение Эллиана испортилось еще сильнее. Он-то рассчитывал, что покажет свои умения и займет место возле лорда или одного из его приближенных. Теперь же выходило, что вместо демонстрации его немалой силы ему придется зубрить десяток предметов в ускоренном темпе. Профессор назвала слишком много дисциплин, и хотя что-то из них он знает, но чтобы сдавать идиотский экзамен… Новичок явно не успеет изучить все это, пусть даже поверхностно.
– Блеск, – только и смог сказать он.
Обеспокоенный тон Эллиана не укрылся от госпожи Вистар, и она участливо улыбнулась.
– Понимаю твое беспокойство. Работы предстоит много. Но я тебе помогу, котик. Дам все необходимые книги и вечерами буду заниматься с тобой индивидуально. Ты же занимайся днем. И желательно не пренебрегай коротким дневным сном, чтобы на наших занятиях твой ум работал ясно и знания усваивались как следует. Ты успеешь подготовиться!
Казалось, она правда верит в то, что говорит. Недолго поколебавшись, Эллиан кивнул и отвесил уважительный поклон:
– Я очень благодарен вам, госпожа Вистар.
– Это мой долг как профессора, зайчик, – она одарила его улыбкой. – Кстати, вот мы и пришли. Так, где у меня ключ…
Вдохнув едва уловимый аромат ее духов, Эллиан на миг закрыл глаза. Фиалка, мускус, бергамот. Он трепетно относился к запахам и решил для себя, что так отныне будет пахнуть забота.
И он обязательно за нее отплатит.
Глава 3. Сеттра. Проклятая неудача
Турнир, турнир, турнир! Наконец-то он сможет всем доказать, что не мускульная сила важна для мага и даже не разрушительная мощь заклинаний, а острота ума и скорость мышления! Так говорил великий Амберион, и он полностью разделяет эту истину. Если он победит, все поймут, что магия Смерти и Проклятий может использоваться во благо. В конце концов, магия – лишь инструмент, и только волшебник решает, как его применить.
Сеттра стоял в коридоре рядом с библиотекой, и от волнения пружинил на носочках на месте, опираясь на тисовый посох. Сперва он думал, что не успеет нагнать все предметы и подготовиться, но перенос турнира придал сил и надежды. Хотя хулиганство он задумал еще раньше, едва узнав про выпускные состязания между учениками…
Сет вовремя услышал щелчок ключа в двери библиотеки и успел спрятаться за большой портьерой. Старик-библиотекарь прошаркал мимо и, конечно, не заметил щуплую фигурку. Сеттра подождал еще немного, прислушиваясь. Никого.
Он достал из кармана небольшой ключ. Ему повезло однажды сделать слепок, когда нерасторопный библиотекарь ушел искать какую-то книгу и оставил оригинал на столе. Сет сам себе удивился, когда схватил стоящую рядом свечу, с силой вдавил ключ для четкого отпечатка и быстро вернул ключ на место. А потом хранил эту свечу пару месяцев, потому что совесть не позволяла сделать следующий шаг. К тому же он все надеялся уговорить профессоров, что… А, никакого проку от тех, кто сам не владеет магией! Только старый Менфис, наверное, и смог бы его понять, и разрешил бы практиковаться дальше. Но теперь… Теперь вариантов не осталось.
Сеттра выпрямился и решительно двинулся к двери. Ключ вошел легко, и Сет просочился в приоткрытую щелку почти бесшумно (подумаешь, споткнулся и стукнул посохом по косяку! Все равно никого вокруг нет). Закрыв дверь изнутри, он прислонился к ней спиной и выдохнул, только сейчас поняв, что не дышал довольно долго.
В библиотеке царил мрак, и разгонял его лишь огонек небольшой масляной лампады, которую Сет взял из коридора. Пахло чернилами и пылью. Здесь хранились все-все книги Райкавиона, и он еще никогда не был так близок к этим знаниям! Старые, потрепанные тома, уцелевшие после уничтожения всего магического в мире, и более новые, записанные со слов последних волшебников, свитки с формулами отдельных заклинаний… Все хранилось очень тщательно. Старик-библиотекарь всегда следил за тем, чтобы двери были закрыты, сквозняк не заносил лишнюю влагу, и только самолично приносил фолианты с полок. Со свечами и лампадами он обращался особенно бережно. И частенько сетовал на то, что вот раньше-то маги Света, например, могли создавать артефакты-светильники, полностью безопасные для помещений, не то что сейчас… Он был одним из немногих, кто служил магам даже до баракорского вторжения.
Сет подавил желание быстрее бежать к долгожданной цели и с превеликой осторожностью направился к дальним шкафам. Он знал, куда уносили особо сложные и опасные магические книги, и двинулся вдоль полок, освещая книжные корешки. Удача ему улыбнулась и на этот раз: долго искать не пришлось. Вот она! Он схватил заветную книгу в темно-зеленом переплете.
«Как заклинать Смерть. Проклятия и иные сквернословия Вернона Дарриуса» – гласила обложка.
Цель достигнута, а значит, пора уходить отсюда. Поставить лампаду на место и добраться в лечебницу по пустой академии уже не составило никакого труда, хотя воздуха в легких как будто все еще не хватало. Вернувшись, Сеттра не пошел к кровати, а уселся за столом лекаря. Мельком глянул в дальний конец покоев: Кай не проснулся, хорошо.
После пережитого волнения ему тоже жутко захотелось лечь, а еще лучше – поесть бы чего-нибудь. Но открыть заветную книгу хотелось сильнее. Воскресить в памяти формулы, потренироваться. Раньше ему позволяли заниматься только индивидуально под надзором госпожи Арабеллы. Беллы, как по-свойски называл ее секретарь директора Тревис Хейгор. Имя «Белла» Сету нравилось даже больше, в нем слышалась какая-то нежность, поэтому про себя он называл ее именно так.
Госпожа Белла была доброй. А еще очень красивой… Сет часто при ней путался, сбивался и отвлекался, разглядывая ее длинные волосы, густые ресницы, изгиб губ и шеи. И искренне пытался не пялиться на другие части тела, но взгляд то и дело опускался ниже к… Он ничего не мог с собой поделать! Сету очень хотелось вернуться к занятиям, но он во время них жутко волновался. Госпожа Белла восхищала его. Зажигала внутри какое-то горячее чувство, и если думать о ней долго, чувство спускалось от груди к низу живота, отчего становилось совсем стыдно…
Несмотря на препятствия, Сет сумел за несколько лет неплохо продвинуться в магии Смерти. Если в детстве, когда дар только проявился, он пугал окружающих случайно и неосознанно, то теперь владел Страхом в совершенстве и даже мог контролировать его силу. Загвоздка возникла тогда, когда он решил перескочить через пару заклинаний и больше узнать про Чумную волну… Тогда он и заболел, не справившись со слишком сложной формулой. Ошибку Сеттра понял и даже вылечился, но воздействие на организм оказалось слишком сильным, и заниматься ему запретили. Вот только здоровее он отнюдь не становился. Он чувствовал, что Смерть как будто подтачивает его изнутри, магия просится наружу… Если уж пробудил в себе спящий дар, то нужно им овладеть. Иначе дар может тебе навредить, так Сет считал.
Владеть даром и направлять его было не так-то просто, поэтому не все волшебники достигали успеха. Нужно было одновременно концентрироваться на магической силе, представляя в голове финальный вид заклятия, делать жесты руками и еще декламировать вслух слова на древнем божественном языке, а ошибка могла в худшем случае повернуть заклинание вспять против самого мага.
Но, судя по легендам, опытные маги прошлого пошли значительно дальше. Они произносили заклинания про себя и колдовали, не шевельнув и пальцем. Кроме того, они могли использовать не один тип магических сил, а два, а порой даже три! Великий Амберион, по легендам, владел Светом, Временем, Воздухом, Огнем и еще десятком разновидностей магии, включая такие, знания о которых сейчас утеряны. Неспроста он стал божеством как величайший из людей!
Сеттра считал, к своей гордости, что способностей и ума ему не занимать. А годы практики – дело наживное. Даже владея базовыми знаниями о магии Смерти, он сумел понять, как ослабить проклятие Кая. Так что теперь точно найдет ответы на все свои вопросы.
…Юный маг проснулся от того, что его тормошили за плечо.
– Сет, проснись! – Кай стоял над ним и подслеповато оглядывался на коридор. – Сейчас помощница лекаря придет нас проверять, а ты тут с книгой расселся за докторским столом! К экзаменам, что ли, решил внезапно посреди ночи готовиться?
Сеттра моргнул пару раз в попытке проснуться. В окна больничных покоев проникали первые солнечные лучи, в цветущем весеннем саду заливались птицы. Маги уже перестали поддерживать по ночам пламя в очагах и гонять горячую воду по специальным желобам внутри стен. На дворе почти лето…
Ох! Осознав, что он сделал сегодня ночью и в каком виде уснул, Сеттра подскочил, уронил посох на пол, ударился об угол, громко ойкнул и схватил книгу со стола. Попытавшись поднять посох, заметил, что на полу лежит еще какая-то совсем тоненькая книжечка из нескольких страниц с рунами на обложке: из магического тома выпала, может? Схватив в охапку две книги и посох, бросился к своему месту, чтобы побыстрее все спрятать и привести себя в порядок… или сделать вид, что спит, он еще не определился, когда его догнал Кай.
– Эй, ты чего такой суматошный, что происходит вообще?!
– Кай, я это… – Сет засомневался, признаваться ли, но язык его был быстрее: – Достал книгу по магии Смерти! Теперь я точно тебя вылечу, я уже догадываюсь как!
– Ты… что?! Ты украл книгу?
– Чего кричишь? – Сеттра воровато оглянулся на вход и засунул книжки в прикроватную тумбу. – Ничего и не украл, это мое законное право изучать магию, которую… которой… Ты же сам прекрасно знаешь, что без изучения мы оба продолжим болеть и даже на турнир не попадем! Что мне оставалось? Я не хочу, чтобы мы навечно застряли в лечебницах, а ты… ты вообще… ослеп.
Сет задохнулся в конце тирады от переизбытка эмоций и умоляюще посмотрел на Кая.
– Так. Давай, в самом деле, успокоимся, сядем и поговорим тихо, – примирительно сказал Кай и сел напротив Сета. – Я… Погоди, мне надо переварить это. Фух… Ну ты даешь. Честно говоря, не думал, что ты на такое способен.
Сеттра кое-как успокоил дыхание, поняв, что если друг и сердился на него, то уже перестал. Перевязал покрепче пояс длинной льняной туники, уселся на кровати и зашептал:
– Ну сам посуди: что мне оставалось? Что нам оставалось? Во всей академии только я и могу тебе помочь, пока проклятие не стало необратимым. Нам нужно разобраться с твоей слепотой и сдать несколько предметов, и на все про все неделя! А потом турнир! Некогда было думать, к тому же я давно это замышлял, но все никак не решался, думал, а вдруг профессоров все-таки удастся уговорить… Но нет, твердили, как мантру: эта магия слишком опасна, не стоило даже браться, вон как захирел, начни изучать другую… Какую другую-то, если эта зеленая мне с детства далась сама в руки? Я думаю, что даже глаза у меня зеленые неспроста…
Сет опять выдохся и умолк. На него вдруг навалилась ужасная усталость, ведь он поспал от силы два часа, да еще и наприключаться успел.
Кай покачал головой на его монолог и долго молчал, глядя куда-то в сторону.
– Ты прав, – наконец тихо сказал он. – Мы застряли здесь. Припарки лекаря и эта безвкусная постная еда для больных делают только хуже. Аарон пробовал магическое исцеление, но и оно от проклятий не помогает. В долгосрочной перспективе мы здесь так и сдохнем… Я знаю, что ты умница, Сет. Ты это уже доказал. И я верю, что ты на правильном пути. Поэтому, если тебе сейчас нужна помощь, я помогу.
Сеттра облегченно улыбнулся и забрался на кровать с ногами. Эмоции поутихли, и сонливость стала накатывать с новой силой. Он прислонился к подушке и, уже проваливаясь в сон, пробормотал:
– Присмотри, чтобы в тумбочку никто не…
***
Еще две ночи Сеттра не спал, изучая раздел проклятий, которые наносят увечья, в том числе вред глазам. Он и раньше экспериментировал с формулами: собственно, перестановка местами нескольких элементов знакомого ему заклинания Проклятый взор позволила затормозить ослепление Кая. Теперь он убедился, что в проклятии Слепоты используется та же база, с добавлением новых слов и жестов. Изучив, как наложить такое заклятие, он раз за разом пробовал инвертировать или перестроить формулу целиком, чтобы совсем отменить эффект. Хорошо было бы, конечно, сперва потренироваться накладывать Слепоту на кого-то, но… не подвергать же риску окружающих!
Кай тем временем сумел убедить профессора Вистар, чтобы им дали допуск к турниру при условии сдачи учебных долгов. Как другу это удалось, Сет понятия не имел. Магия какая-то, не иначе… Сеттру так и подмывало расспросить друга про разговор с госпожой Беллой и как у нее дела, но было слишком неловко. Он твердо решил на время выбросить из головы все постороннее и сосредоточиться на подготовке.
После манипуляций с формулами Слепоты Кай уверял, что стал видеть немного лучше, – да Сеттра и сам чувствовал, что проклятие как будто замерло внутри него. Но надолго ли? Они договорились продолжить лечение уже после турнира, хотя Сет и порывался довести дело до конца, но друг был прав: попасть на турнир было сейчас важнее. А если поторопиться и допустить малейшую неточность в попытке снять проклятие, можно даже больше навредить. А им еще оставшиеся экзамены надо сдать.
Сеттра посмотрел на список своих предметов и схватился за голову:
– Политология, магические формулы, религиоведение, демонология и… воинские дисциплины?! Кай, меня завалят, я не изучал современную политику и не могу драться! Я только этот тисовый посох и могу поднять, какие там мечи!
– Успокойся. – Кай похлопал Сета по плечу. – Мы взялись сдать все до турнира – и значит, мы сдадим! Тебе нужно наболтать хотя бы на минимальную оценку, главное держаться уверенно. За устные экзамены я бы не переживал, хотя повторить материал и стоит. А вот с воинскими дисциплинами… Держись, друг, придется тренироваться в перерывах между чтением.
Следующие дни слились для Сета в поток пляшущих перед глазами букв и бесконечное желание поспать. Кай весьма неплохо фехтовал и взялся тренировать его хотя бы защищаться посохом. Они вместе штудировали книги и отжимались, писали магические формулы и лупили чучела деревянными мечами, отрабатывали заклинания и махали посохами во дворе… и к вечеру, еле живые, добирались на ужин в общую трапезную. Кажется, над их тренировками посмеивались другие ребята, но Сет так уставал, что даже не мог переживать по этому поводу. Он только снова и снова задавался вопросом, можно ли за неделю сделать из задохлика боеспособного мага, или он придумал себе нелепую мечту? Наверное, он бы сдался в тот момент, когда увидел список экзаменов. Если бы не Кай.
На пятый день перед сном Сет наткнулся в собственной тумбочке на тоненькую книжечку с незнакомыми рунами на обложке, про которую совсем забыл. Видимо, он прихватил ее случайно вместе с книгой по магии Смерти. «Фокусировка – заклинание, создающее магическую связь между магом и выбранным предметом при помощи специальных рун и усиливающее концентрацию и силу заклинаний волшебника, если предмет находится в близком доступе…» – прочитал Сет и тут же позабыл про сон.
Ничего себе! Почему никто им не рассказывал, что можно создавать собственные артефакты, усиливающие способности?! Да это же сокровище! То, что ему нужно прямо сейчас, чтобы пройти испытание экзаменами и турниром!
Еще одна ночь прошла без сна, и к утру изможденный Сет вырезал и зачаровал несколько рун на тисовом посохе. Прикоснувшись к посоху после ритуала создания фокусировки, он ощутил его как полый сосуд, который можно напитать частью своих магических сил про запас. В то же время посох усиливал ощущение магии в самом себе, и Сет впервые почувствовал свою силу как поток. При плетении формулы этот поток как будто перетекал откуда-то из солнечного сплетения, сосредотачивался в руках и немного быстрее, чем раньше, обретал облик конкретного заклинания… Ух ты! Эффект Сеттре определенно нравился.
Неделя пролетела в один миг, как и экзаменационный день. Кай заставил Сеттру выспаться накануне, отобрав все книги. Впервые за неделю отдохнувший, Сет на религиоведении заболтал зубы профессорам подвигами великого Амбериона. На демонологии помогли те же знания, потому что Амберион и в мир демонов ходил. Кажется, своими увлеченными речами про победу Амбериона над демоном Боргосом Сеттра спас какого-то незнакомого пафосно одетого парня (из другой страны, что ли?), который еле сумел выдавить классификацию демонов. После чего, вдохновившись успехом, на экзамене по магическим формулам уверенно поведал профессору про то, как можно поворачивать заклинания вспять, и тот еще с полчаса расспрашивал юного гения о подробностях. Политологию они сдавали вместе с Каем. Друг виртуозно помог ему выпутаться из хитросплетений современной структуры власти в Аркен-Харе, с кучей его регионов и наместников вместо одного нормального императора, как было до войны с Баракором. Ну а профессор по воинским дисциплинам, мастер Дуффар, увидев опирающегося на посох Сета, махнул рукой и поставил последнюю подпись на заветном свитке со словами:
– Оценку поставлю, но, строго между нами, это авансом. Мал ты еще, чтобы драться, пацан, давай тренируйся хорошенько. Тебе бы мышцы нарастить.
– Конечно, мастер, спасибо, мастер! – Сет поклонился и, схватив свиток, со всех ног помчался в кабинет госпожи Беллы, где его уже ждал Кай.
***
– Скоро начнется! – Сеттра впился ногтями в собственную руку, оставив на коже глубокие следы.
Он сидел на трибуне небольшого полуразрушенного амфитеатра вместе с другими магами и ждал начала турнира. Эти руины давно никто не использовал, но ради такого случая их даже попытались привести в порядок: убрали лишние камни с орхестры и застелили места для почетных гостей подушками и коврами, развесили новенькие голубые стяги с эмблемой Райкавиона – белым драконом.
Не верилось, что этот день настал! И Сеттра с Каем вошли в сорок волшебников, допущенных до выпускного турнира. Остальные не справились с экзаменами или были еще слишком юны. Если бы не страсть Сета к знаниям, ничего бы не вышло. Но теперь он был почти счастлив.
Обстановка была донельзя торжественная. Лорд Сертан привез с собой свиту: личную гвардию, рыцарей, знаменосцев, музыкантов… Почти весь амфитеатр высотой в добрых двадцать ступеней был занят. Студенты, профессора, работники Райкавиона, даже жители портовой деревни Драконьего острова… Сет попытался посчитать и сбился. Сколько же их? Человек двести, триста или все пятьсот? Столько народу он не видел еще никогда!
Сеттра нервно сглотнул, представив себя там, на арене, под взглядами сотен людей.
Ровно в полдень протрубил рог, и оживленные трибуны притихли. Сеттра вытянул шею, чтобы лучше видеть последние ряды по центру, откуда раздался голос директора Тиллинса:
– Дорогие мои волшебники и волшебницы, уважаемые гости, многоуважаемый лорд-наместник южных земель Аркен-Хара, господин Гаррет Сертан! Я счастлив приветствовать вас на столь знаменательном событии, не побоюсь сказать, для всей нашей страны! Сегодня, спустя почти десять лет с момента основания академии Райкавион, мы впервые покажем миру настоящую магию. Мы бережно собирали, хранили и взращивали крупицы знаний, передавали их нашим одаренным ученикам. И считаем, что многие из них доросли до достаточного уровня, чтобы послужить своей стране, как настоящие рыцари-маги прошлого, встать на защиту жителей Аркен-Хара!
Тиллинс ненадолго прервался, и с трибун раздались негромкие аплодисменты – кажется, со стороны простых гостей. На взгляд Сеттры, директор говорил не то чтобы очень убедительно, зато по-настоящему торжественно.
– Все допущенные до турнира доказали свои знания на экзаменах, а это значит, что после они в любом случае поступят на службу к лорду Сертану. Но распределение преподавателей-кураторов, отрядов и важность выданных поручений зависит от того, насколько успешно ученики покажут себя сегодня. Нам предстоит увидеть дуэли между лучшими учениками Райкавиона. И я вынужден предупредить непривычных зрителей: магия – это опасно! Несмотря на то, что по условиям поединков ученики обязаны соблюдать осторожность, не направлять магию в трибуны и не калечить друг друга, всегда есть место случайности. Поэтому мы попросили никого не занимать первые ряды. Поединки будут проходить до явного поражения одной из сторон. Все действия начинаются и прекращаются по звуку рога нашего главного судьи – мастера Дуффара. Все поединки должны в первую очередь демонстрировать магические способности, но также студентам нужно продемонстрировать навыки фехтования специальным тренировочным оружием. Напомню еще раз, что нашим приоритетом является сохранение жизней и здоровья всех присутствующих! А сейчас, кхм… я передаю слово многоуважаемому господину лорду-наместнику южных земель Аркен-Хара Гаррету Сертану!
В этот раз люди захлопали активнее, несколько раз ударили барабаны. Наместник поднялся с места и осмотрел трибуны:
– Желаю вам не посрамить честь Аркен-Хара, – без расшаркиваний и даже как-то небрежно произнес лорд Сертан. Голос его при этом все равно был зычным и властным. – Объявляю Первый турнир Райкавиона открытым!
Мастер Дуффар, стоящий на краю импровизированной арены, снова дунул в рог и достал свиток со списком дуэлянтов.
Честь открывать турнир выпала всеобщему любимцу – Рейну Фаркрату. Его приветствовали громкими аплодисментами и улюлюканьем все маги Райкавиона. По академии ходило немало слухов о его силе, особенно много стали болтать после назначения его на место Менфиса. Увы, Сеттре не довелось побывать на практических занятиях Рейна из-за запретов, поэтому не терпелось посмотреть первую магическую дуэль.
Выглядел Рейн очень внушительно. Высок, хорошо сложен, да еще одет как настоящий принц. Строгий черный камзол, явно из дорогой ткани, с гербом рода Фаркратов на спине. И на лице красивая, отливающая блеском металла маска. Восторг!
И все-таки Сет решил, что болеть сегодня будет не за Рейна, а за его противницу. Ее как раз во всю мощь своего голоса объявлял мастер Дуффар:
– Против него – Мира Грей, маг Сумрака!
Сеттра прикинул: скорее всего, у Миры нет шансов против такого грозного оппонента. Она была среднего роста, но в сравнении с Рейном сейчас выглядела совсем невзрачной и маленькой. Что уж говорить о магических способностях… Огонь – выигрышная магия для поединка, даже простые заклинания уже разрушительны. Отчасти поэтому Сет не любил стихии – слишком просто, почти негде развернуться уму и фантазии! А магия Сумрака более интересна и вполне может противостоять Огню, но, скорее всего, Мира не достигла еще такого уровня.
И все же нет ничего плохого в том, чтобы поболеть за аутсайдера, пусть даже все болеют за Рейна. Ведь с ней они знакомы и даже разговаривали!
– Начинайте! – перекрикивая гул трибун, проревел мастер Дуффар.
Над старым амфитеатром стараниями двух людей из свиты лорда, расположившихся прямо у края арены, раздался бой барабанов.
Сеттра внимательно следил за действиями обоих бойцов. Рейн Фаркрат вскинул руку, по-особому сложив пальцы, и на его ладони заплясали три искры, быстро набирающие силу. Очень скоро они выросли в тонкие оранжевые полосы.
Мира бросилась было в атаку, но приблизиться к Рейну не успела: огонек уже рванулся с его ладони, и девушке пришлось нырнуть за одну из старинных статуй. Оранжевым росчерком заклинание мелькнуло мимо ее укрытия, а второй огонек следом угодил в статую, расколов ту на несколько крупных обломков и подняв ореол каменной пыли.
Толпа ахнула с небольшим опозданием: ведь прошло всего несколько мгновений с начала турнира, а уже разрушения! К тому же обычные люди наверняка не успевали понять, что происходит. А вот Сеттра узнал заклинание: это были Огненные стрелы, о которых он читал. К горлу подступила тошнота. Если бы стрелы такой силы попали в Миру…
Он встряхнул головой, сосредоточив взгляд на арене и пытаясь понять, отчего снова поднялся шум с другой стороны трибун. И тут из-за обломка статуи выскочили две Миры! Вот она, магия теней и иллюзий.
Рейн помедлил, словно бы анализируя фигуры, и направил последнюю стрелу в ту Миру, что была слева. Стрела угодила девушке прямо в живот, но прошла насквозь, и иллюзия тут же начала чернеть и сморщиваться, точно сожженная бумага, а затем и вовсе обратилась в дымку. Не угадал! Выглядело это даже забавно.
Зато та Мира, что была справа, стремительно неслась к Фаркрату с кинжалом на изготовку.
– Давай! – восторженно завопил Сеттра, чувствуя, что у нее может получиться. Его одинокий крик затерялся в нарастающем шуме толпы, только сидящие рядом маги странно оглянулись.
Резкий взмах, и из рассеченного предплечья Рейна на пол брызнула… Кровь? Откуда?! Оружие же должно быть тупое?
Вторая рука фаворита стремительно рубанула по воздуху в нескольких сантиметрах от Миры, вместе с тем маг выкрикнул пару слов. Оказывается, он был готов к ее приближению и создал заклинание загодя! С руки с ревом слетела волна яркого пламени. Мира в последний момент успела пригнуться и избежать ожогов, но ударная волна сбила ее с ног. Рейн выхватил здоровой рукой из ножен саблю и, подскочив к дезориентированной девушке, приставил лезвие к ее руке.
Бой был окончен. Скорее, чем того бы хотелось Сету: удивительно, насколько быстро могли проходить магические дуэли! Конечно, когда волшебники использовали хорошо заученные заклинания…
Пока Рейн раскланивался перед зрителями, на арену выскочил мастер Дуффар, схватил с земли упавший кинжал и осмотрел с недовольным видом. Он что-то сказал Мире, и она, опустив глаза, сняла с левой руки спрятанный под рубашкой наруч и отдала его мастеру. Тот указал Мире на трибуны, а сам быстро поднялся по лестницам к ложе наместника и принялся что-то втолковывать директору и лорду Сертану, тряся перед ними наручем. Несмотря на то, что Сет сидел довольно близко, он смог расслышать только конец разговора, когда утихли аплодисменты.
– …у вас все серьезно, а не на уровне детских фокусов. Пусть продолжают!
Сеттра ожидал, что лорд Сертан даст какие-то распоряжения насчет травм на турнире, но он выглядел… удовлетворенным. Наместник махнул рукой, отправляя хмурого судью обратно на арену.
Серьезно? Турнир будет продолжаться? Сет снова нервно сглотнул. Все оказалось совсем не так легко и красиво, как он себе представлял. Всех студентов строго-настрого предостерегли от глупых, неосторожных действий, которые могут привести к смерти соперника. Да что уж там… Им прямо сказали, что за убийство лорд Сертан шкуру с любого спустит. И все же первый поединок дал понять: они участвуют в самом настоящем магическом турнире, где случиться может что угодно… Ему было боязно за Миру. Хорошо, что все обошлось.
– Как тебе бой? – повернувшись к другу, спросил он с несмелой улыбкой, но Кай не ответил. Чуть прищурив глаза, тот о чем-то размышлял, уставившись на ряды сидящих учеников.
Сеттра махнул рукой и вновь повернулся к арене, куда уже пригласили других бойцов. Первым оказался тот самый высокий, долговязый богач, с которым Сет столкнулся на экзамене по демонологии. Сейчас он выглядел увереннее и солиднее: прямая осанка, сабля на поясе. Ну вылитый аристократ. Второй – тоже не маленький, хоть и пониже, зато телосложением покрепче. Он был одет в простые штаны и рубаху, но из-за спины виднелась рукоять широкого двуручного меча. И весь подобран, словно зверь перед прыжком.
– Эллиан Адвензор, маг Огня! Против него – Двейн Мар, маг Льда.
Точно! Маг Льда, Двейн! Сеттра слышал о нем. Вроде как лучший маг Льда в академии. Битва Огня и Льда – вероятно, это будет очень захватывающее противостояние!
– Начинайте! – прогремел судья мастер Дуффар.
После короткой паузы, во время которой противники старательно сплетали заклинания (и делали это тоже очень быстро!), руки Двейна покрылись голубоватым искрящимся сиянием, после чего он вытянул обе руки вперед. На аристократа налетел сильный порыв ветра со снегом, который наверняка жалил кожу. Центральную часть арены окутала настоящая метель и скрыла дуэлянтов.
Сеттра посмотрел на Двейна с восхищением и уважением. Он знал и эти чары. Область бури – так они назывались! Вокруг богатенького бедолаги теперь такой холод, что никакая одежка не поможет. И сплести такое волшебство было непросто.
Яркий свет внутри бури привлек его внимание, и уже в следующий миг в Двейна полетел огромный огненный шар. Горячая громадина попросту уничтожила ледяную бурю и полетела дальше. Сеттра глазам своим не поверил, что кто-то из учеников способен на такое мощное колдовство!
Ба-бах!
Двейн предусмотрительно отошел на пару шагов от места, где колдовал бурю, но взрыв был так силен, что его отбросило на добрые четыре-пять метров. Когда пыль немного осела, Сеттра увидел лежащего на животе Двейна, который старался не то подняться, не то отползти подальше от своего страшного противника.
– Победитель – Эллиан Адвензор! – подтвердил официально судья.
Кто-то хлопал, но аплодисменты были жидкими. Кажется, зрителей тоже поразило увиденное. Как и самого Сета. Кто этот тип? Конечно, многих учеников он не знал лично, но о самых сильных-то уж выведал! Как так получилось, что об этом Адвензоре он ничего не знает? Имя и то слышал впервые.
Далее началась бесконечная череда дуэлей, и по наблюдениям Сеттры, почти все участники были старше его. Два мага Льда, потом Земля против Ветра, маг Жизни против мага Света, Время против Сумрака… Смотреть на дуэли было интересно, но чем дольше не объявляли имя Сеттры, тем сильнее он начинал волноваться. А что если его в последний момент решили не допустить к турниру, как и множество других младших учеников? Нет! Они не могли! Не могли же?
– Следующая пара! Триш Иревайн, маг Воздуха! Против нее – Сеттра Валтейн, маг Смерти!
Вызвали. Но легче от этого почему-то не стало. Он почувствовал сильную дрожь в коленях, которая лишь усиливалась от комментариев зрителей:
– Смерти? Он сказал Смерти?
– Серьезно?
Сеттра медленно поднялся с места и не отрывал взор от ступеней всю дорогу вниз. Все взгляды вдруг разом устремились на него. И отовсюду долетали реплики:
– Это что, тот самый?
– Маг Смерти? Не может быть!
– Как его допустили до турнира с запретной магией…
Сердце колотилось бешено. Так сильно он еще никогда не переживал! Даже когда воровал книгу из запертой библиотеки, ему было в пять… нет, в десять раз спокойнее! Теперь же, когда настал час поединка, он точно мог сказать, что тогда не волновался совсем.
Грохот барабанов как будто звучал не над ареной, а внутри его головы. Почему эти люди смотрят на него так пристально, следя за каждым движением?! Сеттра не мог отгородиться от этого шума на фоне, и его щеки и уши так горели, что наверняка были пунцово-красными.
Ну ничего, сейчас он им покажет всю силу магии Смерти. Надо собраться!
Концентрируясь на ногах, чтобы не запнуться, Сеттра вышел в центр арены и встал напротив невысокой светловолосой девушки. Нерешительно поднял голову и, по заведенным дуэльным традициям, встретился взглядом со своей соперницей. Триш смотрела на Сеттру как будто с вызовом, и ему стало еще больше не по себе. Да так, что глаза почему-то заслезились. Чувствуя неловкость, он чуть отвел взор, стараясь сфокусировать внимание на чем угодно, кроме глаз. Выбор пал на волосы. Густые, до плеч, они были распущены, но убраны за уши, открывая легкие серьги в виде монет.
– Начинайте!
«Уже? Так, ладно, если она маг Воздуха, это значит, что у нее заклинание… Какое?» – он судорожно пытался вспомнить, какие варианты развития дает магам Воздуха эта стихия, но не мог.
«Я вспомню! Я вспомню! Сейчас!»
Пока он думал, девушка немного увеличила дистанцию и уже вовсю начала колдовать.
«Не успею!»
Со всей возможной скоростью Сеттра принялся плести заклятие Страха. В своей голове он выстраивал цепочку из магических формул, бормотал заклинание и руками пытался начертать в воздухе магическую руну. Однако нервы были настолько натянуты, что в самой первой же связке жеста и слова он допустил грубейшую ошибку, а когда понял это, было уже слишком поздно ее исправлять. Окончательно утратив самообладание, он впал в ступор, глядя на свои руки и бормоча слова заклинаний. Вся магическая сила, которую он концентрировал для создания чар, утекла, словно сквозь пальцы вода.
Послышался смех. Ничего не понимая, Сеттра, в очередной раз сбившись, поднял взгляд и увидел перед своим лицом затупленный кинжал, который сжимала его соперница, окруженная какой-то волшебной аурой.
– А-а-а! – вскрикнул он и отшатнулся, плюхнувшись на пятую точку.
Смех на трибуне только усилился.
– Победитель – Триш Иревайн!
Сет с ужасом посмотрел на судью, затем перевел взгляд на улыбающуюся Триш и, наконец, окинул быстрым взглядом трибуны. Все потешались над ним.
Это было ужасно! Он едва не задохнулся от тяжести свалившегося на него унижения. Вскочив, опозоренный Сеттра стрелой промчался по арене. Он даже не знал, где может укрыться от смеха, который звучал не только снаружи, но теперь еще и внутри! Сету казалось, что никогда теперь он не сможет смыть это грязное пятно со своей жизни… Он так мечтал стать непобедимым, таким же, как и его далекий предок – великий маг, император Амберион. Но на деле… На деле он оказался никчемным неудачником!
Даже не пытаясь остановить непроизвольные слезы, Сеттра поспешил прочь от клятого амфитеатра.
Глава 4. Кай. Временные трудности
Кай прикрыл веки и медленно, размеренно выдохнул, досчитав до десяти. Он был крайне раздосадован поражением Сеттры. Все-таки сбылись его опасения: Сеттра перенервничал, и обширные знания, которыми тот так гордился, сыграли с ним злую шутку.
Кай скрипнул зубами, проклиная жребий. Он знал, что после поражения Сеттры должен бы перехватить и поддержать его, чтобы друг не утонул в унынии, но увы. Судьба распорядилась так, что сразу после этого мастер Дуффар прокричал его имя. Пришлось дать Сету уйти.
– Его соперник – Берк Накс, маг Земли.
Услышав это, Кай встал и двинулся к арене, едва заметно улыбаясь. Берк был высоким, мощным стриженым парнем с коротким широким мечом. Он двигался достаточно плавно для своих габаритов и явно умел обращаться с оружием. Но, несмотря на все это, он был удобным соперником для мага Времени. Хотя бы потому, что Кай знал, чего ожидать. Маги Земли прошлого вполне могли бы удивить его, но ученики академии до них не могли дотянуться. Он знал, что сделает Берк. Все как обычно: максимум бросит один валун и неизбежно двинет в ближний бой. И тогда ловушка захлопнется.
Уклониться от огромной каменюки не так уж трудно. Кай, в отличие от многих, был весьма наблюдательным. Он полагал, что от него не ускользнет момент, когда враг захочет воспользоваться заклинанием.
И тут его глаза начали слезиться, и проклятье отозвалось резью. Несильной, но Кай чувствовал, что добра она не сулит. Неужели проклятие начало усиливаться в самый неподходящий момент? Хотя вряд ли какой другой момент можно было бы назвать подходящим… Но ведь Сеттра принял меры, и они до сих пор работали!
Сердце ухнуло вниз, и Кай испытал страх. Он всегда очень легко побеждал это чувство, но сейчас проигрывал подчистую. Он знал, что его проклятье необратимо. Знал, что чем больше времени утекает, тем вернее шанс полностью ослепнуть. Навсегда.
Неужели сейчас?
Его мир накрыла кромешная тьма. Только спустя какое-то время, за которое Кай едва не захлебнулся в чувствах, близких к панике, зрение снова начало возвращаться. Сначала он увидел свет. Потом стал различать цвета, а затем появилась и некая четкость. Может, немногим хуже, чем та, к которой он привык за последние несколько недель, но все же четкость.
Значит, пока не слепой. Но намек он понял. Хорошо еще, что мастер Дуффар отчего-то не шибко торопился начать бой. Случись такая ситуация во время поединка…
– Начали! – наконец скомандовал мастер.
Кай моментально успокоился, отбрасывая лишние эмоции и переживания. Сейчас ему нужна была холодная голова. Он прищурился, стараясь прочитать намерения противника по его движениям. Тот подобрался и стал аккуратно приближаться.
«Сразу в лобовую? Да еще и так медленно? Это ты зря».
Определенным образом скрестив пальцы левой руки, Кай пробормотал слова и сплел заклинание Временной ловушки. Пространство вокруг Берка пошло рябью, и заклинание набрало силу. Временная ловушка очень сильно нарушала чувство времени. Да, всего на несколько мгновений, но это были ключевые мгновения. Фатальные, роковые. Каю оставалось только выхватить затупленную рапиру, которую он выбрал из арсенала академии для турнира, сделать выпад – и ударить точно в лоб. С опозданием Берк попытался парировать удар, но удостоился лишь смеха толпы, принявшей его за увальня.
Кай, конечно, не показал никакого зрелища, лишь результат, но его это полностью устраивало. Все прошло по одному из обдуманных им сценариев, причем по одному из самых благоприятных.
– Не устал? Готов продолжать? – раздался рядом с Каем голос Дуффара.
– А что, разве удар в голову за победу не считается? – удивился Кай.
– Я тебе про следующий бой говорю, парень. Если устал, у тебя будет немного времени перевести дух. После этого начнем.
– Ах, вот в чем дело! Я готов. Негоже заставлять лорда ждать. – Кай, как когда-то учили его в приемной семье, поклонился в сторону аристократов в сияющих одеждах, что занимали верхнюю ложу амфитеатра.
Он снова занял место в центре арены в ожидании следующего соперника. Интересно, кого подбросит ему жеребьевка?
– Кай Астер – маг Времени. Против него Эллиан Адвензор – маг Огня.
«А вот это уже интересно! – улыбнулся Кай своим мыслям. – Магия у тебя впечатляющая, но достаточно ли быстро ты соображаешь?»
Высокая нечеткая фигура встала со скамьи студентов и постепенно приближалась, подплывая все ближе. Когда между ними оказались оговоренные регламентом турнира десять метров, Эллиан Адвензор остановился, но даже с такого расстояния Кай не мог отчетливо разглядеть выражение его лица.
Все-таки зрение ухудшилось сильнее, чем сперва показалось. Неприятно.
– Готовы? – спросил судья и, не дожидаясь ответов, проревел: – Начали!
Кай рванул вперед и влево, с рапирой наготове, желая проверить, что этот Эллиан может в ближнем бою. Но с рефлексами у того был порядок. Противник сразу среагировал на рывок и выхватил саблю, приняв защитную стойку. Каю пришлось остановиться и сменить тактику. Если противник, чье оружие и разглядеть-то не можешь, фехтует хотя бы средненько, то лучше к нему на длину клинка не приближаться. А этот, видно, фехтованию время уделял.
Дурацкое проклятье Слепоты! Много же от него проблем… Благо, огонь – стихия яркая. Уж огненные заклятия он точно сумеет заметить еще в зародыше.
Противник осторожничал и не шел в атаку. Кай понимал его тактику: тот наверняка пытался сберечь магические силы на следующую дуэль. Они не могли колдовать бесконечно, вот почему каждого мага учили еще и оружием владеть. И если Эллиан хочет победить в турнире – а он почти наверняка хочет, с его-то способностями! – ему нужно рассчитывать мощность заклятий.
Еще раз прикинув возможные сценарии, Кай пришел к выводу, что нужно выждать и заставить противника напасть первым. Если Эллиан начнет бросать в него огненные заклинания, Кай сможет увернуться. Во всяком случае, шанс будет немаленьким. А вот когда он растратит магические силы и выдохнется… Тут уж в ход пойдет Временная ловушка, а следом и Разрубание времени. И исход будет предрешен, ведь соперник не ожидает, что Кай прыгнет к нему в упор через само Время. А если и ожидает, чувство времени соперника станет настолько искажено, что среагировать не выйдет. В этот момент Кай нанесет финальный удар…
Он покрепче сжал рапиру и хмыкнул, будто сообщив ей, что на нее рассчитывает.
Сначала дуэлянты кружили друг вокруг друга, и больше ничего не происходило. Эллиан Адвензор все еще не спешил нападать, видимо опасаясь временных чар. Ну, либо он понял, что Каю выгодно действовать от защиты и решил расстроить его планы.
«Вот только ничего у тебя не выйдет! – усмехнувшись уголком рта, мысленно заключил Кай. – Толпа не даст тебе быть настолько пассивным».
В подтверждение среди зрителей начало зарождаться недовольство. Пара человек из свиты лорда начали возмущаться, обращаясь к судье и требуя растормошить дуэлянтов. Это значило, что скоро кому-то придется пойти в атаку, и Кай точно знал, что ему хватит хладнокровия не реагировать первым.
Так и вышло. Судья прикрикнул на бойцов, требуя начать уже, наконец, настоящий бой. Маг Времени проигнорировал судью, а вот Эллиан, как и планировалось, пошел на сближение с противником.
«Итак, в пяти из семи вариантов развития событий ты проигрываешь».
Сосредоточившись на том, чтобы поймать правильный миг для применения Временной ловушки, Кай слишком поздно понял, что враг выбрал самый неочевидный, седьмой вариант. Применять заклятие или бежать уже было бессмысленно, и он сделал единственное, что оставалось в этой ситуации, – бросился на землю, закрывая голову.
Ба-бах!
В ушах звенело, и в голове яростно пульсировала кровь. Взрыв был силен. Кай не без усилий поднялся на руках с земли и почувствовал прикосновение холодной стали к шее. Несмотря на поражение, его губы тронула улыбка. Взрывная волна накрыла обоих, но, будучи готовым к взрыву своих же чар, Адвензор создал магический барьер, поэтому быстрее оправился от оглушения и победил. Этот парень был либо идиотом, либо гением. Он попросту подскочил как можно ближе и устроил мощный взрыв вокруг себя. Не самый рациональный путь к победе, однако он смог его найти, и это внушало уважение.
– Мое почтение. – Кай отвесил победителю легкий поклон и двинулся на трибуну, размышляя о том, какие у него были варианты это предотвратить.
***
За следующими поединками Кай наблюдал не очень пристально, все время вертя головой в безуспешных попытках найти Сеттру. Очевидно, друг не вернется. Сейчас он, должно быть, слишком расстроен и шатается где-то по окрестностям. Теперь уже бессмысленно его искать и лучше дать ему побыть одному.
Ближе к концу турнира Кай все же бросил свое занятие и сосредоточился на поединках. Больше приходилось полагаться на слух, но силуэты он по-прежнему различал.
Полуфиналы выдались однобокими. Фаркрат без проблем одолел изрядно потрепанного мага Земли по имени Кадус, а Эллиану достался Гор, достаточно сильный маг Света. Однако очередное мощное заклинание (на этот раз с рук мага Огня сорвалась молния) решило все вопросы о победителе в этой дуэли. Эллиан снова выиграл без видимых трудностей. Но Кай знал, что все не так просто. Оставался еще и финал, в котором, по прикидке Кая, исход был неоднозначен.
Молния, которой Эллиан победил в полуфинале, была его третьим мощным заклинанием на этом турнире. Ну и расточительство! Странно, что этот Огненный маг даже не пытался применять заклинания попроще. Что касалось Рейна Фаркрата… Кай был уверен, что у него еще были силы на волшебство, в отличие от его соперника.
Он снова медленно выдохнул, подавляя досаду. Больших надежд перед турниром он не питал. Было бы странно надеяться на победу, с таким-то зрением. Но проигрывать так рано все равно оказалось неприятно.
– Финал! Рейн Фаркрат, маг Огня! Против него Эллиан Адвензор, маг Огня!
Кай отвлекся от мыслей о своем проигрыше и сосредоточился на финальном поединке. Точнее, попытался сосредоточиться. Безуспешно. Перед глазами все опять поплыло. Там, где раньше он мог считывать геометрию тел, теперь были размытые, темные пятна. Да, однозначно зрение пострадало сильнее, чем ему показалось сначала.
– Начали!
Трибуны, изрядно подуставшие за несколько часов турнира, снова воодушевились и заревели от восторга. Кай увидел вспышку пламени, которая пронеслась над одним из силуэтов. Судя по разочарованным возгласам вокруг, им оказался Эллиан, и ему удалось уклониться от огня противника. Он метнулся вперед, и до Кая донесся лязг стали о сталь: началась фехтовальная дуэль. Оба волшебника явно выдохлись по ходу турнира, а свой последний шанс победить магией Фаркрат только что упустил. Сказать наверняка было сложно, но Кай считал свои заключения верными. Он очень сомневался, что у кого-то из парней остались как магические, так и телесные силы. Даже ритм ударов выдавал утомление бойцов.
Зрители охнули и захлопали, из чего Кай сделал вывод, что все закончилось. Толпа оживленно принялась обсуждать, как оба бойца одновременно достали друг друга и получили небольшие увечья. Вроде ничего серьезного, но все же. Выданное академией оружие было затуплено, а они умудрились пораниться. Значит, махали на совесть.
– Победил Эллиан Адвензор! – громогласно, перекричав толпу, объявил судья.
На мгновение Кай посетовал, что не увидел, как именно все разрешилось, как именно была добыта победа в турнире. Но, с другой стороны, фехтование интересовало его намного меньше, чем магия, поэтому он махнул рукой на детали.
Далее наступила тоска, которая Кая совсем не интересовала. Директор взял слово и как-то уж больно неуверенно поздравил Адвензора с победой. В качестве награды ему достался магический артефакт древности – кольцо, о свойствах которого не упомянули. Рейн Фаркрат, занявший второе место, тоже удостоился какой-то награды, но Кай так и не понял какой. Возможности что-либо разглядеть отсюда у него не было, а директор ничего конкретного не описал.
Все время, пока шла церемония награждения, Кай думал о том, как бы ему так добраться до своей комнаты, чтобы никто не заметил его проблему. Не хватало еще, чтобы профессора запретили ему покидать академию из-за слепоты!
– Всем молчать! Лорд будет говорить! – раздался самый настоящий рев.
Голос был незнакомый, и Кай заключил, что это кто-то из свиты Гаррета Сертана. Но кто бы то ни был, своего он добился. Люди почти моментально стихли, и над амфитеатром повисла тишина.
– Итак, турнир подошел к концу, и я сделал кое-какие выводы. – Скорее всего, это был сам лорд Сертан. Голос его завораживал: достаточно властный, чтобы на его фоне директор Тиллинс казался булочником, и при этом проникновенный. Это был голос человека, которому хотелось служить. – Для начала имею сказать, что уровень магии большинства из вас я нахожу удовлетворительным. Исходя из того, что я знаю о магии – а я знаю немало, – вам еще многому предстоит научиться, однако ваших способностей хватит для того, чтобы послужить своей стране уже сейчас. Официально подтверждаю, что завтра вы получите конверты со специальными поручениями, подписанные мной лично. Отныне вы не только студенты академии, но также и возрожденные рыцари-маги Аркен-Хара. Вас назначат в отряды по четыре-пять человек, и за хорошую службу вы отныне будете получать солидное жалованье.
Он замолчал, и пауза явно была намеренной. Он будто чего-то ждал, но никто не сдвинулся с места и не осмелился заговорить.
Наконец молчание прервал сам лорд:
– Турнир объявляю оконченным, все свободны. Вечером будет пир по случаю вашего нового статуса и поступления на службу.
Закончилось.
Слова лорда немного воодушевили Кая, но главное, однако, осталось неясным. Он переживал, что после провала Сеттры их могут распределить по разным отрядам, а расставаться с другом он не должен. Кай знал, что нужен Сеттре! Особенно после такого исхода. Да и ему без Сета не справиться с Проклятьем. Вот только как профессорам это объяснить?
Ладно, подумать об этом можно будет позже. Сейчас надо добраться до своей комнаты, не привлекая внимания, и кое-какой план у Кая созрел. Где-то в толпе он слышал голос Аарона, мага Жизни, который неоднократно пытался исцелить его. Безрезультатно, даже с учетом того, что он слыл едва ли не сильнейшим целителем в академии. Они с Аароном не были друзьями, но ладили неплохо. А главное, тот жил практически по соседству и мог решить его проблему с дезориентацией.
– Эй, Аарон! – крикнул Кай. Он поднял руку вверх и помахал, надеясь на то, что сокурсник смотрит хотя бы в нужную сторону. – Поговорить можем? Все равно в одну сторону идем.
– Привет, Кай, – отозвался Аарон как раз оттуда, куда он и уставился. Все-таки попал! – Поговорить? Хорошо, пошли.
Кай двинулся на звук и очень скоро различил силуэт мага Жизни, который предпочитал белые одежды.
– Хотел узнать твой прогноз по поводу моих глаз, ну и турнир обсудить!
Конечно же, Аарон не мог сделать никаких прогнозов, ведь ни магию Смерти, ни Проклятья он никогда не изучал. Да и никто не изучал, кроме Сеттры, больно уж она была ненавистна людям из-за мора, учиненного мастером Проклятий Данисом во время войны с Баракором. Но главного Кай уже добился – завязал разговор. Теперь никто не придерется к нему из-за зрения, а Аарону можно и выложить часть правды.
Выслушивая страдания Аарона о том, как ему жаль быть бесполезным, и о том, что прогнозов он дать не может, Кай почувствовал легкий укол вины, но быстро выбросил из головы эти глупости. Вся его жизнь зависела от того, сможет ли он снять проклятье, и он намеревался добиться своего во что бы то ни стало.
Глава 5. Мира. Выход из Сумрака
Наутро после турнира под дверью обнаружилась записка и тканевый сверток. Записка гласила: «Мира, зайка, надеюсь, тебе удалось отдохнуть? Приходи ко мне в кабинет сразу после обеда. Я теперь куратор твоего отряда, познакомлю вас четверых и расскажу о первом поручении от лорда Сертана. И собери вещи заранее, вы отплываете завтра на рассвете. А, да, возвращаю тебе перед поездкой изъятый проф. Дуффаром наруч! Проф. Арабелла В.»
У Миры немного отлегло. Значит, все-таки не будет наказания за вчерашнюю выходку. После поединка с Фаркратом судья резко бросил ей «Ты могла случайно убить человека! Жди там!», потребовал отдать заостренное оружие и кинулся выяснять что-то с лордом…
Пф! Случайно убить! А не для того ли их тренировали, чтобы они убивали врагов Аркен-Хара и тех, кто угрожает магам? А Рейн Фаркрат был ее врагом. Но она четко понимала, куда бьет. Никакой случайности, ничего смертельного. Она всего лишь хотела показать Фаркрату, что умеет кусаться.
Но после легкой заминки турнир продолжился. Мира так и не поняла, какое решение они приняли. Весь турнир она грызла ногти, мысленно распрощавшись со службой у лорда. В итоге все закончилось, а к ней никто так и не подошел. Студенты двинулись гурьбой обратно в академию, обсуждая дуэли. Она пошла за толпой.
За праздничным ужином трапезная гудела от разговоров о финальной битве Фаркрата с Адвензором. Приемы, заклинания, травмы, награды. Праздничная речь директора и лорда. Миру вся эта показуха выводила из себя, а целый день в толпе людей выжал все соки. Поединки прошли не так уж безопасно, некоторые студенты попали в лечебницу. Так что про ту царапину в первом бою, очевидно, забыли.
Забыл ли Фаркрат? Вряд ли. И это нервировало.
Мира поневоле искала его взглядом. Он сидел далеко, в другом конце зала, она заметила его по отблеску свечей на металлической маске. Аппетит сразу пропал. И у нее едва хватило терпения дождаться окончания официальной части. Когда по залу началось хоть какое-то движение, она смылась в свою комнату, стараясь не привлекать внимания.
Она знала, конечно, что проиграет Фаркрату в открытом бою. И почти не сомневалась, что он подстроил их поединок. Это не могла быть случайная жеребьевка. Хотел ли он избавиться от нее на глазах у толпы? Нет, совершенно не в его духе. Этот скользкий гад слишком дорожит своей репутацией и положением. Скорее, он думал ее проучить и уязвить. Но то, что Мире удалось обмануть его иллюзиями и ранить, хоть как-то утешало. Это значило, что Фаркрат с дружками все еще сильно недооценивали магию Сумрака. Да, Мире пока не хватало в арсенале чуть более сложных боевых заклинаний. А Фаркрат к тому же был чуть ли не лучшим магом Огня академии, демон его дери. И все же, хоть она и заставила врага побегать, и прижал он ее даже уже не магией, а мечом, терпеть поражение от него было унизительно. Смотреть на него снизу вверх… Мерзкий высокомерный мудак! Как же она таких ненавидела!
Мира осознала, что злится, когда порвала на мелкие клочки записку от Вистар.
«Хватит! – сказала она себе. – К демонам эмоции!»
Пора заняться делом. Она быстрым движением раскрыла сверток и нацепила наруч со скрытым клинком. С облегчением выдохнула, почувствовав себя увереннее. Затем оглядела свою скромную комнатку: кровать, небольшой столик со стулом и шкаф. Пара книг на столе, бумага для тренировки рун, чернильница, все в идеальном порядке. Что еще нужно студенту? Мире нравилась лаконичность и строгие цвета. «Наводить уют», как это делали другие девчонки, вечно вышивающие какие-то цветные подушки и разводящие цветочки, она не стремилась. Поэтому и собираться в дорогу, казалось, было недолго.
Осмотрела выданный для путешествия новый плащ академии, двухсторонний: синий с белой эмблемой с одной стороны, почти парадный, и серый с другой. Любопытно, им так предлагали скрывать, что они маги? Мира отбросила эту мысль, чтобы вновь не увязнуть в тревоге. Сложила обновку, пару сменных рубах и штанов (слава богам, волшебниц не заставляли носить «приличные» юбки!). Книга по магии Сумрака пригодится для тренировок в дороге. Хорошо бы спросить какую-никакую броню и нормальный кинжал в арсенале мастера Дуффара. Одним скрытым клинком в настоящей стычке особо не помашешь. Взять еще на кухне флягу с водой и какую-то еду долгого хранения. Ах да, к лекарю заглянуть за травами тоже не помешает…
***
После обеда, который Мира обычно посещала в числе последних, чтобы лишний раз не встречаться с шайкой Фаркрата, она пошла к кабинету профессора Вистар. Повернув в нужный коридор, Мира резко остановилась, чтобы не врезаться в щуплого пацана.
– Демон тебя побери! – Тут она узнала незадачливого Валтейна. – А, это ты…
– Ой, прости, пожалуйста!
Знакомец из лечебницы пролепетал что-то еще невнятное и поспешно отступил подальше в коридор, чуть не споткнувшись о свою же палку. Волосы взъерошенные, взгляд прячет, правой рукой вцепился в посох, левой теребит поясок… Зашуганный какой-то.
– Чего тут торчишь?
– Да вот, Кая жду.
Понятно, они тоже к Вистар. Значит, в ее отряде еще один такой же неудачник, как она сама. Но Астер прошел в турнире дальше и дрался хорошо. Видимо, его решили не разлучать с другом. Кто же тогда четвертый?
– А ты… тоже к госпоже Арабелле?
Мира кивнула Валтейну и без лишних слов двинулась дальше. Пусть ждет своего Астера, ей в коридоре стоять незачем.
Спустя мгновение она постучала в дверь и услышала приветливое:
– Входите, зайки!
Вистар стояла у накрытого стола. Блюда с фруктами, пара кувшинов, украшенные кубки. Разориться можно! Неужто они заслужили такой праздник?
Мире показалось, что даже одета профессор наряднее обычного. Но белоснежная рубашка и бордовый камзол с вышитым золотом гербом Аркен-Хара смотрелись шикарно. Разве что аристократки вместо черных обтягивающих штанов и сапог на каблуках носили бы кучу пышных юбок. Но, на взгляд Миры, штаны были в разы лучше и практичнее.
– Добрый вечер, профессор.
– А, Мира, золотко! Заходи, присаживайся. Больше пока никого?
– Сеттра ждет Кая в коридоре.
– Да, они с тобой в отряде. Хорошо, что вы знакомы! Ребята в силу обстоятельств не слишком много общались с другими учениками. – Вистар подмигнула и налила из кувшина какую-то темную жидкость в два кубка. Настроение у нее явно было приподнятое. – Сегодня мы можем себе позволить немного вина, угощайся!
Мира заняла место за столом подальше от входа и приняла железный кубок. Ей не доводилось раньше пробовать вино, поэтому она сначала принюхалась. Пахло черносливом, вяленой вишней и жарко нагретой травой, как будто даже немного дымом. Она прикрыла веки и сделала небольшой глоток. По рту разлились жидкие ягоды, в меру кисловатые и слегка вяжущие язык.
В дверь снова постучали, вошли Астер с Валтейном. Мире показалось, что рядом с другом зеленоглазый пацан вел себя увереннее. Маг Времени тоже, в свою очередь, выглядел солиднее, чем в лечебнице: голубая рубаха с эмблемой академии на груди вместо какой-то больничной рясы, держится статно, взгляд стал менее туманным.
Профессор что-то говорила друзьям, но Мира не особо вслушивалась. Наблюдая за внешностью собеседников, она смаковала вкус вина. И, кажется, поняла, за что вино любят всякие там лорды.
А вот появление следующего гостя заставило ее отвлечься от кубка: в дверь вошел победитель турнира собственной персоной. Парень был одет в светлый костюм с иголочки и выглядел прямо-таки сияющим принцем. Мире даже показалось, что у него лицо припудрено. Да он скорее бы вписался в отряд Фаркрата, чем в их скромную компанию! Мира еле удержалась, чтобы не фыркнуть, и чуть не пролила на себя вино.
Маг Огня немного свысока оглядел присутствующих, сдержанно кивнул и без приглашения сел на стул ближе к профессору Вистар.
– Отлично, все в сборе. – Хозяйка кабинета хлопнула в ладоши и заговорила торжественно: – Рассаживайтесь, угощайтесь вином и фруктами, а я сразу перейду к делу, пока мы все достаточно трезвые. В первую очередь, представлю вам друг друга, кто не знаком: Мира Грей, маг Сумрака, Кай Астер, маг Времени, Сеттра Валтейн, маг Смерти и Эллиан Адвензор, маг Огня. Эллиан недавно переехал к нам в академию из Велтори, но сейчас не об этом. Каждый из вас превосходно проявил себя на турнире. И даже если у кого-то не получилось сотворить задуманное, – она подмигнула вжавшемуся в стул Валтейну, – вас всех допустили до службы, а значит, вы точно способны на большее. Поэтому я хочу вас поздравить с новым статусом, не просто студентов академии Райкавион, а рыцарей-магов на службе Аркен-Хара! По такому случаю у меня даже есть для вас подарки.
Вистар раздала всем одинаковые свертки в вышитых платках из тонкого льна, окрашенного в голубой цвет академии. Трое смотрели на дары в легком недоумении, и лишь Валтейн тут же его развернул. Пацан восторженно ахнул и достал оливково-медный кулон в виде крупного листа, покрытого резными узорами. Он принялся покачивать им перед глазами, разглядывая.
– Это лист шалфея, – с улыбкой пояснила Вистар, – символ здоровья.
– Спасибо, спасибо, я буду хранить его! – Сеттра посмотрел на дарительницу и вдруг покраснел и отвел глаза. Отвернулся, принялся натягивать шнурок себе через голову.
– Это же Менфиса! – воскликнул Астер, который тоже развернул свой дар. Мира скосила глаза и разглядела брошь в виде голубой птицы. – Как? Откуда?
– Она хранилась у господина Хейгора. Они с Менфисом дружили, но мы оба подумали, что тебе, как его ученику, будет приятно владеть такой вещицей. Аландрийский жаворонок, говорят, приносит удачу.
Астер искренне поблагодарил профессора и бережно завернул брошь обратно в платок.
– У тебя тоже булавка для крепления плаща, с языками пламени. Мне нравится эта тонкая работа, надеюсь, ты тоже оценишь, – кивнула Вистар на подарок Адвензора, который он все еще держал в руках, но после ее слов все-таки развернул.
Наставница повернулась было к Мире и открыла рот, но она буркнула:
– Я потом посмотрю. – И спрятала сверток в поясную сумку, с которой не расставалась. Ей почему-то малодушно захотелось, чтобы никто не знал о ее личных вещах.
Профессор немного удивилась, но кивнула.
– Могу ли я задать неудобный вопрос, госпожа Вистар? – осторожно произнес Астер.
– Попробуй, – кивнула та, усаживаясь с другой стороны стола.
– Полагаю, вопрос неудобный для нас всех, поэтому заранее прошу прощения, друзья. Но мне кажется, отряд сформирован неравномерно. Почему нас, проигравших… – он бросил мимолетный взгляд на Сеттру и Миру и поправился: – выступивших не совсем успешно, определили в один отряд с победителем турнира?
Профессор посерьезнела и наклонила голову, внимательно глядя на Астера:
– Я ожидала такого вопроса. Ты прав, вы по-разному проявили себя на турнире. Но для службы Аркен-Хару нужны не только магические силы, но и ум, и знания. Я предложила директору такой состав отряда, и он одобрил. Я сделала это, так как надеюсь, что вы будете дополнять навыки друг друга. С этого момента вы – команда! Мне кажется, если вы проявите свои лучшие личные качества и будете развивать свои незаурядные магические навыки, то станете отличным отрядом. Более того, вас объединяет то, что у каждого за душой непростая история… Не буду углубляться, вы сами поделитесь тем, что сочтете нужным.
Мира вдруг почувствовала себя неуютно. Как будто ответ на вопрос прозвучал и не прозвучал одновременно. Она насторожилась, пытаясь понять причину своего беспокойства, но не смогла уловить чего-то конкретного по лицу и голосу Вистар. Остальные тоже задумчиво молчали.
– Сейчас первостепенная задача – вместе выполнить первое поручение от лорда Сертана. Лучшие отряды смогут получить распределение в крупные города или даже столицу, занять высокие посты при дворах лордов-наместников. И, конечно, получат награду и от директора Тиллинса, и от самого лорда, включая золото и магические артефакты. Кроме того, обстановка в стране неспокойная, и сейчас магам, то есть нам всем вместе, нужно в первую очередь показать людям, что мы можем быть полезны обществу и ни в коем случае не представляем для него опасности. Между поручениями вы будете возвращаться для отдыха и дальнейших тренировок в академию.
Вистар сделала паузу, чтобы отпить вина, и Астер прервал всеобщее молчание:
– А что, люди считают, будто мы представляем для них опасность?
Адвензор издал непонятный смешок, а Вистар кивнула:
– Еще какую, зайка. У нас в стране еще ничего, конечно, в отличие от Велтори. Эллиан вынужден был бежать, потому что там магов казнят… Но и в Аркен-Харе тоже не все спокойно. Лорд-наместник, безусловно, будет защищать Райкавион, в который он вложил столько времени и средств, но его влияние не безгранично. Как вы должны помнить из моих уроков, помимо официальной власти в нашей стране существует еще и инквизиция.
– Но ведь инквизиция призвана сохранять порядок и ловить преступников? Мы-то здесь при чем?
Мира кивнула, соглашаясь с вопросом Астера. Насколько она помнила, первые ордена инквизиции были образованы давным-давно, еще при императоре Амберионе. Их обучали и тренировали специально для того, чтобы ловить самых безумных преступников, в том числе волшебников. В книгах были истории о том, как инквизиторы пытали магически одаренных убийц антимагическим оружием и магией Крови… Но Мира думала, это все в прошлом, ведь после войны с Баракором не было никакой необходимости ловить магов, потому что все юные маги сидели по академиям.
– Справедливый вопрос, Кай, – похвалила Вистар привычным лекторским тоном. – Подумай, много ли магических преступников осталось в Аркен-Харе после баракорцев? Полагаю, ответ очевиден. Инквизиции особо нечем было заниматься, кроме обучения собственных рыцарей. В итоге за последние годы крупные ордена накопили силу и вышли со своим мнением на политическую арену. Магистры орденов неглупые люди, и в их подчинении находятся отборные, специально обученные воины. Формально ордена инквизиции находятся на службе у наместников, так же, как вы. Но в действительности, – Вистар понизила голос, – инквизиция не подчиняется никому. Так что с их мнением вынуждены считаться даже лорды. Я подозреваю, что инквизиция может проявить повышенное внимание к магам-выпускникам, и на всякий случай прошу вас держаться подальше от рыцарей в красных или черных доспехах. Их влияние сильно в крупных городах вроде Стратгарда и Лансдара. И ордена «Кровавая луна» и «Крыло ворона» вряд ли дадут вам пройти мимо, если увидят колдовство. Применяйте магию осторожно, только для выполнения поручения или для защиты людей.
Валтейн поежился:
– Что-то мне расхотелось уезжать…
Профессор подошла и потрепала его по затылку:
– Не переживай, малыш, вместе вы справитесь. Вам всем это приключение пойдет на пользу. Мир не стоит на месте, стены академии не смогут вечно вас защищать. Вам нужно стать сильными и самостоятельными, и поручения от лорда – очень хороший старт. Ах да, – она взяла конверт с рабочего стола, – вот и оно. Вам предстоит приехать в город Лансдар и найти там убийцу по имени Жэм. Официальное письмо с государственной печатью в конверте, оно вам необходимо на случай проверок. Кроме того, предъявите его в торговой гильдии, чтобы вам подобрали корабль на обратный путь. Неофициально могу добавить, – она понизила голос, – что Жэм по кличке Фокусник, скорее всего, одаренный, самоучка. И есть наводка на его друга, вышибалу по имени Бокар. Попробуйте найти его в городе.
Она протянула конверт выпускникам, и Астер первым взял его. Вскрыл, приблизил к лицу, нахмурившись, и почти сразу протянул лист Адвензору.
– Найти настоящего волшебника-убийцу? Ужас… – еле слышно прошептал Сеттра, заглянувший другу через плечо.
Мира посмотрела на пацана, который был ниже нее ростом, да и весил, поди, раза в два меньше. Жаль его. Кажется, этому «птенчику», говоря словами Вистар, еще рано в большой мир. Как бы он дров в путешествии не наломал.
Вместе с конвертом профессор отдала почему-то именно в руки Мире небольшой кошель с монетами и пояснила: скромная сумма на расходы, которой хватит на оплату еды и таверны на несколько ночей, если не транжирить.
– А нам положено оружие? – вспомнила Мира волновавший ее вопрос.
– Да, вы можете получить все необходимое у мастера Дуффара, показав ему конверт с печатью лорда.
– Расскажите, пожалуйста, подробнее об инквизиторских орденах? На занятиях мы касались их истории лишь мельком, – попросил Кай.
Вистар наконец тоже села в кресло и принялась обстоятельно рассказывать про историю образования и внутреннее устройство орденов. Ее душа явно лежала к рассказам такого рода, впрочем это было видно и на занятиях. Мира слушала вполуха, продолжая думать о турнире. Все-таки странно, что профессор предложила Эллиана Адвензора к ним в отряд. Может, профессор таким образом хочет защитить своих любимчиков-неудачников, кому в турнире не сильно повезло? Зазнайка, полуслепой и немощный… мда уж, отряд мечты.
Мира поймала на себе надменный взгляд Адвензора. Этот наверняка ничем не лучше Фаркрата! Все богатенькие на одно лицо! Мира залпом допила половину кубка. Голова немного закружилась. Ох… кажется, позже она об этом пожалеет.
От размышлений ее отвлек несмелый голос Валтейна. Мира не расслышала всего, но он явно говорил что-то про Рейна. Она озадаченно глянула на него, пытаясь понять, что происходит и при чем тут этот кусок дерьма.
– Да, и вправду вышло очень зрелищно! Сеттра прав, ты умница! – сказала Вистар, улыбаясь Адвензору.
– Да ничего особенного я не сделал. Это было несложно.
– Слушай, а можешь дать совет? – как-то невесело спросил пацан. – Как тебе удалось создать столь сильное волшебство, да еще и столько раз подряд? В чем секрет?
Мира видела нелепую дуэль мага Смерти. Она так и не поняла, что он хотел тогда изобразить. В итоге не только не смог ничего наколдовать, но и лицо сохранить не сумел. Видимо, теперь он ждал от Адвензора какой-то чудо-совет, который решит все его проблемы.
Эллиан смерил Сеттру придирчивым взглядом, будто с наскока видел его слабые стороны, и после короткой паузы ответил:
– Просто нужно быть идеальным.
Совет показался Мире настолько идиотским, что она заподозрила розыгрыш. Но нет, Адвензор, судя по всему, не шутил. Когда он произнес это, его лицо оставалось каменным, без какого-либо намека на веселье.
– Ах, какой замечательный совет! – хмыкнул Астер. В тоне сквозили странные нотки, хотя лицо оставалось серьезным. – Что может быть проще, чем всего лишь быть идеальным.
– Вот и я о том же, – пожал плечами Адвензор.
– Вот же придурки, – буркнула себе под нос Мира, но, видимо, это получилось у нее громче, чем хотелось бы. Все три парня повернулись к ней. Сеттра с непониманием, Кай с недовольным прищуром, а Эллиан с высокомерным безразличием.
– Ребята, давайте не будем ссо… – начала было Вистар, но ее прервал грохот открывшейся будто с пинка двери.
В кабинет профессора шагнул Фаркрат в неизменной маске, за ним его трое опять же неизменных друзей. Легок на помине!
– Мне нужен Эллиан Адвензор.
Вистар, нахмурившись, медленно поднялась из кресла. Эллиан и Кай обернулись, а Сеттра вскочил и опрокинул стул, явно напугавшись. Мира напряглась, но вставать не спешила: вино давало о себе знать, и реакция стала неприятно заторможенной. Она мысленно выругалась и нащупала кончик верного ножа под рукавом. Советом Арабеллы не таскать его по академии она все-таки предпочла пренебречь, и, вероятно, не зря.
– Рейн Фаркрат, тебя вроде как учили этикету. Я не приглашала вас войти.
– А я пришел и не за тем, чтобы тут рассиживаться, – бесцеремонно прервала маска и обернулась к велторианцу. – Эллиан Адвензор, я признаю в тебе достойного волшебника и приглашаю присоединиться к моему отряду и Арк-Ордену, в котором собираю лучших одаренных Аркен-Хара. Вместе мы станем сильнее и покажем миру, чего стоят хорошие боевые маги. Что до этих… – Рейн окинул взглядом троицу за столом, – они тебя недостойны, и наверняка тебе придется отдуваться за них за стенами академии.
– Рейн Фаркрат, – Вистар повысила голос. – Состав отрядов утвержден директором Тиллинсом, и все отправятся выполнять поручения лорда Сертана в таком…
– Послушай, ты… – Рейн внезапно прервался, но сделал шаг в сторону Вистар, и его голос зазвучал угрожающе. – Ты надоела ставить мне палки в колеса! Если бы Сертану было дело до твоего прошлого, ты бы уже давно вылетела из Райкавиона. Скоро ты вынудишь меня заняться этим вопросом!
Вистар побледнела, но навстречу обидчику внезапно поднялся Адвензор. Его рука потянулась к поясу, хотя там не было оружия. Однако голос прозвучал спокойно и не менее высокопарно, чем у противника:
– Я бы счел за честь сражаться на одной стороне с сильными магами. Но меня, в отличие от тебя, учили этикету. Мне не по пути с теми, кто оскорбляет женщин.
Мира кожей ощутила магическое напряжение между молодыми людьми и поняла, что дело рискует принять серьезный оборот. Что же делать? Если они начнут драться, ей придется включиться…
Вдруг Валтейн, отскочивший куда-то ей за спину, прокричал несколько слов незнакомого заклинания. Мира не успела уловить направление магии, но Фаркрат как будто в мгновение ока перестал излучать опасность и немного стушевался. Прошел миг, второй, маг отступил назад, передернул плечами.
– Значит, кхм… Приглашение отклонено. Что ж, тогда мы пойдем.
С этими словами Фаркрат резко развернулся и вышел из кабинета. Его дружки ошарашенно переглянулись и кинулись за ним:
– Эй, Рейн, и это все? Я думал, мы дадим им взбучку… – послышалось из коридора.
Астер закрыл дверь за ними и посмотрел на друга:
– И что это было?
– Я, э-э-э… наколдовал на него Страх, – пролепетал тот.
И тут Вистар расхохоталась, да так заразительно, что ребята тоже разулыбались. Все будто выдохнули, и напряжение резко спало. Мира пораженно посмотрела на Валтейна – во дает! А затем обвела взглядом ребят: они смотрели друг на друга немного иначе.
– Я знала, что с вами не пропадешь, – отсмеявшись, проговорила профессор. – Что ж, не знаю, как для вас, но для меня эта ситуация очень показательна!
– Уважаю твой поступок, – сказал Кай и протянул Эллиану руку. Тот помедлил немного и пожал.
– А ты был неплох на турнире. Магия интересная, пришлось рискнуть, чтобы победить тебя, – как будто нехотя признался Адвензор.
Мира подумала, что в устах велторианца это был чуть ли не высший комплимент. Не то чтобы теперь этот спесивец ей нравился, но он дал понять дружкам Фаркрата, что он на другой стороне. А враг моего врага – мой друг.
Она не стала выражать уважение Адвензору, а вместо этого повернулась к Сеттре. Теперь он выглядел менее испуганным, но смущенным.
– Ну вот, на этот раз не накосячил. Считай, реабилитировался за турнир, – слегка иронично заметила она. Ей вроде бы хотелось поддержать беднягу, но получилось, кажется, так себе, она не очень-то такое раньше практиковала.
– Между прочим, я за тебя болел в дуэли с Рейном, ты тоже классно дралась! – невпопад выпалил Валтейн.
– Да, но проиграла. Считай, ты за меня отомстил, – усмехнулась Мира. – А вообще ты поменьше нервничай. Судя по рецепту Эллиана, это сделает тебя чуть ближе к идеальности!
– И чуть менее придурком, судя по рецепту Миры, – передразнил Кай, но тон у него был дружелюбный, так что ей ничего не оставалось, кроме как улыбнуться в ответ.
Вистар снова засмеялась:
– Ну хватит, хватит! Сет у нас умный мальчик, умеет делать выводы и наверняка научится владеть собой тем лучше, чем чаще у него будет повод показать себя. Он просто мало тренировался. А вообще, повторюсь, вы все сообразительные ребята и отличные маги. Уж точно не хуже этих, – она кивнула на закрытую дверь. – Я вами горжусь, и уверена, что буду гордиться еще больше!
Еще какое-то время новоявленная команда обсуждала удачные и неудачные решения магов на турнире, собственные навыки и оружие. Наконец расслабившийся Сеттра болтал больше всех, и Мира узнала много нового о магии Смерти и проклятиях. Ну и, конечно, Кай так и не смог остановить его, когда тот снова принялся рассуждать о том, как повернуть вспять Слепоту друга. Оказалось, что проклятие до сих пор не снято, но теперь у них есть хотя бы поддерживающее заклинание. Если применять его регулярно, Кай видел «почти нормально», по его словам.
Адвензор ушел первым, сославшись на какие-то дела, но Мире показалось, что он гораздо сильнее устал после турнира, чем хотел показать. Спустя еще примерно час Мира поняла, что с вина ее клонит в сон. К тому же разговоры тоже порядком утомили. Извинившись и сославшись на необходимость дособрать вещи, она тоже ушла отдыхать.
– Хорошо, детка, спокойной ночи. Увидимся утром в порту, я приду вас проводить.
***
Утром, когда рассвет набрал силу и окрепшее весеннее солнце уже вовсю нагревало землю, четыре мага встретились у корабля. Встреча могла состояться и раньше, но Мира предпочла держаться ото всех на расстоянии. Астер и Валтейн шли неподалеку, она заметила парней издалека и пропустила вперед. Что до Адвензора, то он, как оказалось, пришел к кораблю раньше всех и дожидался остальных на палубе.
Началась погрузка нескольких отрядов выпускников на видавший виды, но все еще крепкий двухмачтовый бриг под названием «Кирдан». Заправлял им немолодой капитан Лиссар. Насколько поняла Мира, он давно находился на службе академии, волшебников видел не впервые. Однако, судя по недовольному виду, ему не доставляло их общество никакого удовольствия. Держался он в меру приветливо, но был немногословен, жестами отряжая матросов провожать студентов в их каюты.
Каюты были тесные, каждая на восемь человек. Матросов по такому случаю всех выселили в трюм, спать на подвесных гамаках. И их отряд поделил места с еще одним, отправляющимся в городок Эрид. Астер перекинулся парой слов с одним из соседей, магом Жизни Аароном, Мира же почти ни с кем из них раньше не общалась.
Поняв, что совсем скоро они выйдут в море, Мира поневоле снова задумалась о своих спутниках. Хочется ей того или нет, но с ними придется взаимодействовать. Осталось понять как, чтобы не провоцировать ненужные конфликты. Она вспомнила вчерашний вечер и принялась на свежую голову анализировать все, что ей удалось заметить (вино анализу не способствовало, и она сделала в голове пометку: пить только по праздникам и только в безопасной обстановке).
Адвензор говорил мало и осторожничал, так ничего толком о себе не рассказав. Но это было ей понятно. Она и сама не горела желанием общаться. Валтейн же, наоборот, слишком рьяно шел на контакт. Мира пока не понимала, злило ее это или нет. Астер, пожалуй, ей импонировал больше всех как человек, который умеет хотя бы немного строить планы и думать наперед. Так что, решила Мира, если уж надо будет договариваться о совместных действиях, она лучше обсудит их с полуслепым магом. А он там пусть как-нибудь сам с остальными.
В целом же вечер прошел вполне сносно. Ребята оказались не такими уж и невыносимыми. Мира была уверена, что сможет вытерпеть их общество и подольше, хотя и сдерживая себя. Однако долгая дорога и общая служба могут все изменить…
Вдруг она осознала, что в тесной компании с тремя парнями (двое из которых были уже достаточно взрослыми, а мелкий так пялился на грудь Арабеллы Вистар, что Мире тоже не хотелось перед ним раздеваться) ей придется не просто общаться, но и жить ближайшие несколько недель. Эта мысль заставила содрогнуться. Есть одну еду, делить комнату в тавернах, мыться… Ну уж нет, мыться она точно будет отдельно!
Корабль должен был вот-вот отправиться, но Вистар все не появлялась, хотя обещала прийти проводить своих подопечных и дать им больше сведений о поручении. Оставив троицу высматривать профессора, Мира решила перепроверить, точно ли она ничего не забыла. В четвертый раз, на всякий случай.
Вчера перед сном она перебрала все снаряжение и добавила в дорожную сумку к заранее уложенной книге по магии и одежде связку трав, сыр и хлеб, флягу с водой и легкий кожаный нагрудник, взятый у мастера Дуффара. Тот похвалил ее за предусмотрительность, но не смог предложить ничего лучше, что не стесняло бы движений. Позаимствованный там же кинжал заткнула за голенище сапога за неимением ножен. А подарком профессора оказался широкий черный браслет из искусно выделанной кожи, с серебряной застежкой в виде полумесяца, символа магии Сумрака. Мира еще раз достала, посмотрела и убрала его обратно в платок, ведь украшений она отродясь не носила.
Все было на месте. Постояв пару мгновений и похлопывая ладонью по бедру, она подумала, не стоит ли прикупить что-то в порту. Но, впервые путешествуя так далеко, не могла придумать, что же еще пригодится. А спрашивать спутников не особо хотелось. Так что, накинув обратно капюшон плаща, она вернулась на палубу.
– Ну где же она? – ни к кому конкретно не обращаясь, протянул Валтейн при ее приближении. – Может, случилось чего?
– Может, – сказал помрачневший Астер.
– Давай я сбегаю, поищу ее? – предложил пацан.
– Не глупи, Сет. До академии даже резвой трусцой добираться полчаса. И это только в одну сторону. Мы отправляемся уже через…
– Ладно, ладно! – перебил его пацан. – Просто я как-то волнуюсь.
– Вдруг она еще придет. Попробую договориться с капитаном, чтоб подождал.
Вот только Вистар так и не появилась на причале. Отряды студентов закончили погрузку на борт, матросы внесли еще какие-то ящики. Сразу после этого капитан Лиссар отдал распоряжение команде убрать трап и готовиться к отходу. И сколько Кай ни упрашивал его задержаться, тот не желал слушать, потому что впереди их ждал долгий путь по трем городам.
– Отдать швартовы! – прозвучала зычная команда старпома, и точно в назначенное время корабль отчалил.
Стоя на корме, выпускники Райкавиона смотрели на отдавлявшийся берег Драконьего острова. Большинство из них прибыли сюда десять лет назад и впервые покидали ставший родным замок. Белокаменные стены Райкавиона высились на холме в дальней части острова и помахивали голубыми стягами на прощанье. Яркая зелень и голубое небо с маленькими белыми облачками обещали светлое будущее.
Молодые маги стояли группами по отрядам и воодушевленно переговаривались, обсуждая свои миссии. Кажется, все, кроме них четверых. Украдкой из-под капюшона оглядев остальных, Мира поняла, что Рейна и его дружков на корабле не было. А значит, плавание обещало быть спокойным.
Часть II. Рубиновый орден
Хоть желал воскресить чародейство Сертан, что из лордов,
Чтобы рыцари-маги служили на благо стране,
Не готов этот мир был принять их, считая за монстров,
И не ведали наши герои о той западне.
Обнажила клинки инквизиция, магов пленяя,
А предательство корни пустило весьма глубоко.
Даже верных союзников в стан орденов набирая,
Понимали волшебники, что победить нелегко…
Баллада о Рубиновом ордене, А. В.
Рейн
Сперва он удивился, когда рано утром Двейн и Гор пришли и позвали его в рощу за академией. Парни выглядели довольными, весело переглядывались и лишь усмехались на его вопросы, твердя одно: «Сюрприз!»
– Вот, Рейн, можешь делать с ней, что захочешь, больше не будет защищать этих своих дармоедов, – самодовольно улыбнулся Двейн, подводя его к одному из деревьев, около которого ошивался их третий друг, Аджес.
– С ней?
И тут он увидел, что под деревом на траве лежит Арабелла Вистар. Кажется, она была без сознания, руки связаны перед грудью, а скулу ее миловидного личика украшал свежий фингал, наливающийся синевой.
– Какого… Что это значит? – Рейн почувствовал, как в нем закипает ярость, и попытался хотя бы немного сдержаться. Он решил дать этим недоумкам попытку на адекватное объяснение происходящему.
– Ну так это… – Двейна явно смутила реакция лидера, и он стушевался.
– Ты же хотел ей отомстить, нет? – озадаченно почесал макушку Аджес.
– Не так! То, что я. При вас. Ругаю профессора, – заговорил Рейн угрожающе, выделяя слова, чтобы до этих придурков хоть что-то дошло. – И выражаю желание. Свернуть кому-либо шею. Не значит. Что я в самом деле. Собираюсь. Это делать!
Трое его так называемых друзей стушевались и молчали, не понимая, как вести себя дальше. А он сделал несколько глубоких вдохов и, сдерживаясь, продолжил:
– Вы хотя бы понимаете, что будет, если Вистар донесет об этом директору, а тот лорду? А если об этом узнают другие студенты? В каком свете эта история меня выставит? На хрена, – тут Рейн едва не сорвался на крик, но вовремя снизил громкость и скорее прорычал: – На хрена вы ее сюда притащили?! Придурки!
Он принялся ходить из стороны в сторону, периодически поглядывая на лежащую пленницу, опасаясь, что она придет в себя и ему придется прямо на месте расхлебывать эту кашу.
Арабелла ему, конечно же, не нравилась. Недоделанная аристократка с сомнительным прошлым и замашками курицы-наседки. Слишком молодая для профессора, а оттого не вызывающая доверия. Однако она пока что была выше студентов по статусу, и с этим нельзя было не считаться. Извиниться перед ней? Нет смысла. Нужно придумать другой выход. Возможно, настало время доставать козыри…
Рейн давно понял, что академии нужны перемены. Он пристально наблюдал за происходящим в Райкавионе, внимательно слушал разговоры преподавателей об обстановке на политической арене и понимал, что ситуация в Аркен-Харе накаляется. На окраинах бывшей империи свирепствовали разбойники, а два крупных ордена инквизиции, «Кровавая луна» и «Крыло ворона», открыто боролись за власть и влияние на правителей Альянса регионов бывшей великой империи Аркен-Хар. Гаррету Сертану не просто так понадобилось устроить срочный показательный турнир. Магическую академию, которая десять лет тихонько себе растила волшебников на острове, лорд-наместник явно считал одним из своих преимуществ. Он намеревался использовать эту силу как в напряженной ситуации с осмелевшей инквизицией, так и в переговорах с неугомонным соседним государством Велтори. Тиллинс десять лет умудрялся пудрить Гаррету Сертану мозги, периодически направляя часть денег в свое хранилище в деловом доме Стратгарда. Он рассказывал сказки об успешном обучении магов, а на деле армия магов едва могла выдать с десяток хороших боевых заклинаний на почти сотню человек.
Рейн считал, что Райкавион не может вечно оставаться под началом бездарных профессоров. И лорд тоже теперь должен был это понимать. Магам нужно расти, а ресурсы Фаркратов вкупе с покровительством лорда Сертана сулят академии значительно более интересное будущее. И также дают возможность подружиться с одним из орденов инквизиции, где служит старший Фаркрат. Хоть Рейн и не ладит с отцом, но Бейн Фаркрат – деловой человек и явно сможет оценить пользу такого договора. Если Райкавион встанет под начало того, кто сам владеет магией и действительно понимает, как ее развивать, – то есть под начало Рейна, – это должно сильно поднять престиж академии перед взором лорда-наместника. И дополнительно вывести в свет имя самого Рейна, а не только его отца.
План действий созрел в его голове давно, как только Рейн осознал, что никто в академии не ровня ему по развитию магических навыков. Он попал на обучение позднее остальных, лишь в одиннадцать лет, но это ничего не значило. Ранее с ним занималась мать, которая тоже была волшебницей. Постепенно его почти образцовая магия вкупе с именем сделали из него негласного героя в глазах многих магов, которые в большинстве своем учились медленно и в подметки не годились даже нерасторопному, хотя и одаренному Двейну, не то что Рейну.
Как ни странно, но и проигранный турнир не повредил планам. Да, его обошел выскочка из Велтори, но для студентов тот парень все равно чужак (еще и дурак к тому же, упустивший шанс примкнуть к Арк-Ордену) и его мнение едва ли кому-то интересно. Слово Рейна по-прежнему весило очень много, и значимость его среди студентов ничуть не ослабла.
И сейчас, обдумав ситуацию, за всеми этими событиями Рейн увидел реальную возможность. Кажется, время настало.
– Так, отвечайте быстро, пока она не пришла в себя. – Рейн наконец остановился и, сложив руки на груди, гневно посмотрел на троих растерянных дружков. – Откуда вы ее вытащили? Она вас всех видела? Кто из вас ее ударил?
Перебивая друг друга, троица рассказала, как вчера, после стычки с отрядом Арабеллы в кабинете, они придумали рано утром выманить профессора на разговор. Сперва она пошла с ними, но за стенами замка заподозрила неладное. Гор схватил ее за руку и хотел удержать, но она дала ему пощечину. Ну громила с размаху и зарядил ей кулаком, отчего та и вырубилась… Ее на всякий случай связали, оставили Аджеса сторожить и пошли за главным.
Слушая их, Рейн только качал головой. Вроде и способные ребята, но мозги где-то растеряли… А заодно и понимание, что такие вещи надо сперва обсуждать с ним. Но это он попробует им втемяшить в головы немного позже. Из-под дерева донесся тихий стон.
– Все трое, отойдите на двадцать шагов, я сам с ней поговорю.
С этими словами он присел на корточки и дождался, пока Вистар откроет глаза и сфокусирует взгляд на нем.
– Доброе утро, – вкрадчиво произнес Рейн, рассчитывая, что его маска вкупе с тоном окажут правильное влияние.
Она попыталась привстать, оперевшись на локоть со связанными руками, но похоже, что резкая попытка поднять ушибленную голову принесла ей не самые приятные ощущения. Арабелла охнула и легла обратно, зажмурилась, потом снова распахнула веки, глядя на Рейна снизу вверх.
– Так это… ты. Чт-то тебе от меня н-нужно?
Кажется, она попыталась взять себя в руки, но по трясущимся губам и срывающемуся голосу Рейн понял, что ей и впрямь не по себе. Глаза метнулись по сторонам, в них читалась мольба о помощи. Но он загораживал обзор, да и Арабелла быстро поняла, что вряд ли ранним утром в лесу есть кто-то еще. Вистар была очень напугана. И неудивительно, учитывая, как с ней обошлись эти кретины.
Мельком оглянувшись, Рейн убедился, что его друзья отошли достаточно, чтобы не услышать лишнего.
– Как видите, мы далековато от академии, так что кричать нет смысла. Да я вам ничего и не сделаю. Я хочу просто поговорить, так сказать, наедине. Манеры моих друзей оставляют желать лучшего, поэтому сразу как мы закончим, они отведут вас в лечебницу. А Гор принесет извинения, конечно. Я же пока хочу прояснить одну вещь… Арабелла, – он специально сделал акцент, назвал ее по имени без уважительных реверансов и резко перешел на «ты». Хватит притворяться. – Ты хорошо устроилась в академии, в свое время тебе вовремя помогли здесь спрятаться. Но я знаю, что именно ты была любовницей Койзы Сертана и причиной его смерти.
Ореховые глаза Арабеллы расширились, и теперь она смотрела на него с ужасом. Рейн продолжил:
– Мне нет дела до твоих интрижек с сыном лорда, но они могут стать достоянием общественности в любой момент, ты же понимаешь? Лорд вряд ли оставит тебя здесь, узнав, кто именно виновен в самоубийстве его старшего сына и разрушил политические планы… Он человек суровый.
– Что тебе от меня нужно? – облизнув пересохшие губы, снова повторила Арабелла шепотом.
Рейн делано пожал плечами:
– Не так уж много. Раскрою небольшую тайну: Тиллинсу недолго осталось просиживать штаны в академии. И мне нужно, чтобы ты публично заявила мою кандидатуру на место директора, когда он уйдет.
– Тебя – директором?! – кажется, Арабелла не поверила ушам. Можно было понять.
– Именно. – Рейн достал небольшой кинжал из-за голенища сапога. Увидев оружие, Арабелла нервно дернулась в путах, но Рейн лишь перерезал веревки на ее руках. Все равно не побежит. – Сама посуди, я самый старший маг в академии и один из сильнейших, меня уважают ученики, у меня хорошее образование, а у моей семьи есть связи. Райкавиону нужен директор, который будет развивать академию, хватит уже заниматься бесконечной теорией. Ты сама видела, как нелепо выступили на турнире больше половины наших так называемых рыцарей-магов! Разве это достойно элиты лорда-наместника?
С последними словами он подал Вистар руку и помог подняться. Та снова поморщилась, вставая на ноги, и ощупала синяк на скуле.
– Ну как, Арабелла, договоримся? Во имя нашей с тобой репутации и будущего Райкавиона. – Рейн протянул ей правую руку.
Вистар колебалась, а он не торопил, хотя и немного глупо было стоять вот так. В конце концов, после кулака Гора у нее могло случиться даже сотрясение, наверняка думать сейчас сложновато.
Наконец Арабелла медленно протянула руку в ответ и, подняв на него уже более спокойный взгляд, произнесла:
– Я согласна. Я знаю, что ты достаточно умен, и… вправду не вижу других кандидатов на пост директора. Но я также хотела бы надеяться, что ты проконтролируешь, чтобы никто и никому в академии не причинял вред.
Рейн пожал руку, стараясь не переборщить с силой рукопожатия и не показать, насколько он доволен сложившимся разговором.
– Конечно. Академия должна оставаться самым безопасным местом для магически одаренных людей и тех, кто обладает столь ценными для нас знаниями о магии и ее истории.
Отпустив руку, он отвернулся и подал знак приятелям подойти.
– Гор! – Рейн щелкнул пальцами и указал на Арабеллу. – Немедленно извинись перед профессором Вистар и проводи ее в лечебницу на осмотр. Теперь ты назначен ее личным телохранителем и будешь дежурить у ее кабинета в свободное от занятий время, а также сопровождать по делам. С нами в Стратгард тебе ехать не нужно.
– Зачем… – попыталась несмело возразить Вистар.
– Что вы, госпожа Вистар, – мягко, но настойчиво произнес Рейн, – Гора это совсем не затруднит. Не переживайте, так нужно для вашей же безопасности. И да… Я надеюсь, данное недоразумение останется между нами, верно? Не нужно докучать лекарю обстоятельствами полученной вами травмы.
– П-приношу свои и-извинения, госпожа… – невпопад проговорил громила-маг и предложил даме руку: – По… Пойдемте?
Рейн немного подождал, пока двое удалятся по боковой дороге к лечебнице, через сад. Взглянул на Двейна и Аджеса, которые все еще переминались с ноги на ногу и выглядели растерянными, бросил им:
– Собирайтесь. Корабль будет ждать нас через пару часов в порту, встречаемся там. И только попробуйте опоздать, уйду без вас!
Договорив, он резко развернулся и пошел в сторону академии.
Несмотря на раздражение поступком приятелей, Рейн был глубоко удовлетворен тем, как ему удалось повернуть ситуацию в свою пользу.
Глава 6. Эллиан. Сгоревший план
Эллиан стоял на носу брига в гордом одиночестве и размышлял. «Кирдан» шел почти попутным ветром, и лишь небольшие волны с еле заметными барашками беспокоили морскую гладь, но в каюте его все равно укачивало. Так что он предпочитал смотреть на горизонт. Никогда не любил морские путешествия! Угораздило же выстроить магическую академию именно на острове…
Хотя в этот раз все начиналось обнадеживающе! Открытое море, замечательный соленый запах морского приключения и много дней, чтобы забыть про события в Велтори, забыть про инквизицию и даже бесконечную зубрежку, которой в последнее время было чересчур много. Он даже потихоньку уверовал в то, что организм привык и желудок больше не будет донимать его. Но нет…
Они были в пути уже шесть дней. Сперва корабль пошел в городок Эрид, в противоположную от Лансдара сторону, и высадил там два отряда волшебников, в том числе вторую группу из их каюты. Зато стало посвободнее, Эллиан занял себе койку в самом углу, чтобы не толкаться локтями со спутниками, и кинул еще один тюфяк в надежде, что спина перестанет ныть после сна. Конечно же, не помогло.
Потом бриг двинулся в нужную сторону, но по пути огибал сильно выдающийся в море Острый мыс, оконечность полуострова Меч Аркена. За мысом «Кирдан» остановился в самом крупном порту региона, Стратгарде, где судно покинули еще три группы. Уже подуставшие волшебники стали проситься на берег, но капитан Лиссар отрезал: «Нет! Господин Тиллинс распорядился не мешкать и доставить вас как можно быстрее».
Теперь, наконец, последние маги плыли в Лансдар, город на границе с Велтори. Отряд Эллиана должен был поймать там убийцу, другие два отправлялись в окрестные деревушки. Осталось пережить в пути еще дня три.
Он пытался убить время сном и медитациями – двумя лучшими способами восстановить магические силы, если верить профессорам из Нейгранда. Но медитировать ему никогда не хватало терпения, да и спать больше половины суток никак не получалось. К тому же, учитывая, что он выплеснул все силы, даже с медитациями полная концентрация вернулась бы к нему только недели через три. Никто не дал им столько времени на восстановление после турнира, и ловить убийцу в любом случае придется вполсилы. К тому же госпожа Вистар просила их осторожничать, так что магией направо и налево размахивать не стоило. В итоге по поводу недостаточной боеспособности Эллиан предпочел успокоиться. Себя он уже показал, хватит пока.
Тогда от скуки он попробовал поиграть в наблюдателя и посмотреть, чем занимаются другие маги. Большинство из них читали книги или тренировали на корме корабля простейшие безопасные заклинания. Бред! Зачем тратить время на изучение такой никчемной магии, вроде Морозного прикосновения или какой-нибудь Вспышки света? Есть же действенные могущественные заклятия вроде той же Молнии. Магия нужна, чтобы как можно быстрее обезвредить врага и сразу обрушить на него всю свою мощь. Одно заклинание – и ты победитель! Все ровно так, как показал турнир. И какие-то там ледяные руки от Огненного шара не спасут. Слишком разного уровня волшебство.
Потом его внимание на какое-то время привлекли Сеттра и Мира. Пацан пытался помочь девушке создать какой-то странный предмет с рунами, привязанный к владельцу и якобы усиливающий концентрацию.
– Только смотри, фокусировочный предмет всегда должен быть рядом с тобой, я пробовал отходить на пару метров и уже терял с ним связь. И такая слабость накатила сразу, колдовать не получилось, снова почувствовал себя больным… Но плюсы сильно перевешивают, ты бы знала, как здорово буквально ощущать магию в своих руках! – воодушевленно шептал Сеттра ей за обедом.
Эллиан специально сел рядом, чтобы попытаться разобраться в том, что они творят. И лишний раз разочаровался. Бред! Делать артефакт, от которого ты настолько зависишь? Уж лучше бы они тоже свои заклинания практиковали, как остальные, и то больше пользы.
Но спутникам он, конечно, ничего высказывать не стал. Их проблемы.
Разочарованный в наблюдении, Эл задумался, чем бы полезным он сам мог заняться. Для начала он осмотрел подаренное за победу в турнире кольцо: при вручении ему сообщили, что волшебники прошлого зачаровали его магией ледяных игл. Тогда он удивился, но виду не показал – не знал, что такие артефакты еще сохранились до наших дней! Весьма ценный предмет в случае, когда у мага кончаются силы на заклинания. Позже, когда он изучил кольцо повнимательнее, удивление сменилось изумлением. Это была не просто хорошая работа, а поистине мастерское творение! Предмет не нужно было подвергать повторному зачарованию каждый раз, как выпускались чары. Он сам со временем напитывался силой и восстанавливал боеспособность. Даже в период расцвета магии единицы могли наделять предметы такими свойствами. Стоимость кольца в золоте в глазах велторианца сразу многократно взлетела.
Затем он примерился и попробовал фехтовать саблей, вторым подарком с турнира. Он не ожидал такого приза и планировал сам купить себе оружие в городе, но считал его заслуженным. Сабля оказалась весьма добротной, хорошо сбалансированной, со слегка изогнутым лезвием и украшенной резьбой крестовиной. Можно было бы добавить инкрустацию камнями, но в целом для путешествия инкогнито достаточно качественный клинок. Дополняли подарок кожаные ножны с поясом. При виде их каждый ученик Райкавиона норовил поздороваться с ним, кто-то благоговейно замирал, если сталкивался с ним в узких коридорах корабля, пара девушек даже пытались познакомиться.
Потренировавшись и немного привыкнув к оружию, он решил позвать позаниматься Кая. В конце концов, маг Времени весьма неглуп, на турнире рапирой орудовал с изяществом, зная в этом толк. Его явно неплохо обучали. Хорошо бы узнать, какие упражнения тот практикует. Эллиану показалось, что они смогут найти общий язык, во всяком случае после событий в кабинете госпожи Вистар.
Не ходя вокруг да около, он подошел и напрямик спросил его, не хочет ли он обменяться опытом в фехтовании. Маг Времени как раз стоял без дела, вертел в пальцах монетку и наблюдал за тем, как умелые матросы дружно тянут тросы, убирают часть парусов и разворачивают остальные по ветру. Погода менялась.
Кай повернулся, несколько мгновений обдумывал предложение и затем, скользнув взглядом по новой сабле Эллиана, пожал плечами и сказал:
– Что ж, я не против рассказать тебе кое-какие тонкости фехтования. Я как раз хотел поговорить с тобой и тоже задать вопрос.
– И какой?
– Как вас обучали там, в Велтори? Я много думал о том, что ты показал на турнире. Включая финал, где ты колдовать не стал. – Кай пристально посмотрел на него, будто мысли прочесть пытался. – Мы оба знаем, что твои заклинания намного мощнее, чем у любого ученика Райкавиона. Я хочу разобраться, в чем ключевое отличие в системах обучения.
Эллиан прикинул условия сделки и кивнул:
– Велторианской школы магии уже нет. Не вижу причин хранить какие-то тайны о системе обучения.
– В таком случае, давай потолкуем. Только сперва предлагаю найти более тихое местечко. – Кай кивнул в сторону капитана, который был занят тем, что отчитывал за что-то команду. Эллиан не смог разобрать, из-за чего переполох. То ли старпом чем-то провинился, то ли рулевой – неясно. Однако орал капитан Лиссар так, будто они вот-вот потонут. Поди тут научись тонкостям фехтования или магии.
– Резонно, – кивнул Огненный маг.
Кай поманил его за собой. Они отошли подальше, почти к самому носу, и уселись у левого края, прислонившись спиной к фальшборту. Здесь было намного спокойнее. И крики не так били по ушам, и матросам, то и дело носившимся по палубе, они точно не помешают.
Пораскинув мозгами, Эллиан решил, что правильнее будет сначала рассказать Каю о системе обучения, а уже потом, ни на что не отвлекаясь, сосредоточиться на фехтовании.
– Итак, об отличиях, – заговорил он, не давая собеседнику опередить себя. – Главное отличие заключается в приоритетах. В Райкавионе вы очень много времени топтались на одном месте, углубляясь в формулы. В Велтори нас учили, что в этом нет никакого смысла. Магия не должна создаваться по свиткам. Волшебник должен действовать в том числе и интуитивно. Магия уже есть в нашей крови. Многие вещи, которые вам преподносили как науку, интуитивно понятны. Все равно что ребенка учить ходить по книгам. Никакого проку – только время впустую. Да и эти слабые заклятия… Какой смысл оттачивать Хватку холода до совершенства? В бою это заклинание практически бесполезно. Враг выставит перед собой клинок, и поди обойди его, чтобы вцепиться в шею. Мы же больше времени уделяли отработке действительно полезных заклинаний. Изучали новое, более мощное волшебство, не вылизывая дешевые фокусы.
Слушая, Кай пристально глядел прямо на него. Его взгляд, несмотря на закрывающую глаза пелену, был навязчивым и откровенно раздражал. Будто Астер пытался влезть ему в голову.
– Понятно, – наконец подал голос маг Времени, а затем опустил взор, уставившись в одну точку. В его голове явно протекал глубокий мыслительный процесс.
Эллиан поджал губы. Он выполнил свою часть сделки и хотел поскорее приступить к тому, что интересовало его. Можно было, конечно, поторопить Кая, но будучи человеком с хорошими манерами, Эллиан ждал, пока собеседник впитает изложенную им мудрость.
– Это многое объясняет, – после долгой паузы, все так же пребывая в задумчивости, заговорил Кай. – В этом определенно есть смысл, и логика мне ясна. Однако есть мнение, что основы также очень важны.
– Спорить я не намерен. – Эллиан демонстративно отвернулся. – На турнире я получил достаточное подтверждение, что приверженцы этой точки зрения полные… заблуждений люди.
Он хотел было сказать что-то резкое, но вовремя себя одернул. Разговаривать как вонючий портовый рыбак после кружки дешевого пива – совсем не тот образ, которому он хотел бы соответствовать.
– Как я уже сказал, в вашем подходе к обучению точно есть смысл, – усмехнулся Кай. – Незачем в сотый раз точить клинок из дерева, если есть возможность единожды наточить стальной. Твои слова натолкнули меня на некоторые мысли. Благодарю, что поделился.
– Рад помочь, – кивнул Эллиан и выжидательно уперся взглядом в собеседника.
– Что ж, тогда давай на время оставим магию и поговорим об искусстве владения сталью.
***
Спустя восемь дней после отбытия с Драконьего острова, ближе к вечеру, корабль академии прибыл в Лансдар.
С тех пор как Эллиан проездом был здесь в последний раз, прошло всего несколько месяцев, и разве что цветущие деревья сделали его чуточку лучше. В остальном же небольшой город выглядел все так же бедно и мрачно. Тому способствовала и погода: небо окончательно затянуло тучами. Приграничная каменная стена и башни высились вдоль береговой линии и уходили вдоль реки, но в остальном строения почти сплошь были деревянными. Нормальные улицы градоправитель тоже положить не удосужился. Сойдя на берег, Эллиан скривился: похоже, им в прямом смысле предстоит возиться с грязными делишками этого неприглядного места. В порту пахло рыбьими потрохами и дымом.
Эллиан понятия не имел, как они должны ловить беглого убийцу, они же не следопыты, в конце концов. Разве что маги Сумрака с их специфическим талантом пользоваться тенями и иллюзиями годились на эту роль. Но вряд ли эта щупленькая Мира справится с убийцей, если дело запахнет жареным, а бросаться в городе Огненными шарами себе дороже…
– Ну точно, дым! Значит, не показалось. Смотрите, там пожар! – прервал своим криком его невеселые размышления Сеттра. Он стоял чуть поодаль, уже за портовой стеной, и показывал пальцем куда-то в сторону.
– Пойдем посмотрим, – предложил Кай. – Повод местных порасспрашивать. Нам бы найти вышибалу по имени Бокар, вроде как он знаком с тем самым Жэмом.
– А ты откуда знаешь? – удивленно поднял бровь Эллиан, двигаясь вслед за ним к Сеттре. Мира шла последней в паре метров за ними, но, кажется, внимательно слушала.
– Так из письма. – Тут Кай замедлил шаг, как будто его настигла внезапная мысль. – Извините, я внимательно прочитал письмо и продумал варианты действий, но почему-то забыл обсудить планы с вами. Там говорилось, что уб… нужный нам человек – друг того вышибалы, кулачного бойца. Особая примета Жэма – шрам от правой скулы до рта. Собственно, у нас есть только это и два имени, больше ничего. Госпожа Вистар хотела дать нам пару советов о том, как вести себя с Бокаром, но… этого не случилось. Поэтому я планирую разузнать о них что-то в местной таверне или аккуратно расспросить стражу. Но давайте сначала осмотримся, пожар может сыграть нам на руку.
Спорить с этим было трудно. Любой переполох отодвигал их в тень, и они могли не опасаться инквизиции.
Горело двухэтажное здание недалеко от порта. Его пытались тушить, но явно не справлялись: если первый, каменный, этаж еще имел шансы, то второй, деревянный, уже наполовину обрушился. В воздухе над всем кварталом кружил пепел и дым. Улица на подходе к зданию была забита людьми, но кольцо стражи не давало им подойти слишком близко. Большинство довольно равнодушно наблюдали за происходящим, некоторые вслух причитали что-то о том, что теперь долго в домах рядом будет вонять гарью, кто-то жалел хозяина. Из разговоров стало понятно, что внезапный пожар охватил как раз-таки таверну.
Четыре мага только-только подошли к толпе и начали вслушиваться в разговоры, как на Эллиана с разбегу налетел какой-то задрипанный мальчуган.
– Эй, поосторожнее! – Он оттолкнул ребенка и брезгливо осмотрел штаны: не успел сойти с корабля, а уже запачкали! – Чтоб тебя! Это же мои лучшие штаны!
– Ох, господин, простите, простите, мой брат такой неуклюжий, давайте я вам помогу почистить одежду! – Следом за пацаном откуда-то возникла девочка чуть постарше, которая отодвинула брата за себя и принялась тарабанить извинения, как будто заученные наизусть.
Но, когда она попыталась отряхнуть ему штаны, Эллиан с негодованием отступил и выставил перед собой руки:
– Лучше не надо меня трогать, только хуже сделаешь!
Надо сказать, девочка была одета чуть почище, но оба ребенка производили впечатление уличной шпаны. После замечания Эллиана она застыла и виновато заморгала, несколько раз поклонилась и, продолжая бормотать что-то про братца, начала отступать к ближайшему проулку.
– Постойте-ка. – Внезапно за ее спиной выросла Мира и положила руки на плечи обоим детям. – Верните, что взяли. Или я сообщу страже.
Эллиан непонимающе посмотрел на Миру. Кай и Сеттра тоже явно удивились, а вот шпана – растерялась.
– Я… Мы… мы ничего, мы не…
– Отдай, говорю, не заставляй меня лезть твоему брату под одежду.
Девочка вздохнула, мальчонка всхлипнул и посмотрел на сестру. Она опустила голову.
– Уилл, отдай господину его вещь…
Пацан снова всхлипнул, достал откуда-то из-за спины кожаный кошель и протянул его Эллиану двумя руками, глядя в землю и дрожа всем телом. Эл похлопал себя по бокам:
– Что? Ах ты ж сво… – Он снова вовремя спохватился, ведь помимо воришек, здесь был его отряд, перед которым важно было держать лицо. – Стража!
На них начали оборачиваться люди, кто-то в толпе передал, что здесь зовут стражников. Девочка упала перед ним на колени и сложила ладони, умоляюще посмотрела вверх. Казалось, она сейчас расплачется.
– Господин, пожалуйста, не нужно, хотите, я отработаю проступок брата! Мы отработаем, будем убираться у вас в доме, готовить, я умею, правда! Только не отдавайте нас страже, у нас никого нет, нам нечего есть, а они… они…
По ее щекам покатились слезы, и Эллиан растерялся. Он терпеть не мог, когда женский пол давил на жалость.
– Что здесь происходит? – поверх голов к ним донесся оклик мужчины в шлеме, который пытался протиснуться через толпу.
– Я против того, чтобы их выдавать! – внезапно прошипел Сеттра негромко, так, чтобы стражник не услышал.
– В каком смысле? Они воры! – опешил Эл.
– Они ведь не со зла, а от нужды! – Встав между детьми и Элом, Сеттра выглядел увереннее, чем на турнире. – Кай, помогай!
– Ничего не происходит, уважаемый. Недоразумение. Мы сами разберемся. – Кай заступил дорогу стражнику прежде, чем Эл успел снова возмутиться.
Элу оставалось только прожигать глазами его спину. Вот же повезло со спутниками!
– Эй, ребята, давайте отойдем в сторонку, – уже в полный голос вмешался Сеттра, взял за руку мальчика и помог девочке подняться с колен. Участливо спросил: – Это Уилл, а тебя как зовут? Как это так, что у вас никого нет в городе? И кто же о вас заботится?
– Я Кара, – проговорила девочка еле слышно, утирая слезы краешком оборванного рукава. – Почти никого. Брат, но он… отбирает у нас все деньги, что удается заработать…
– Бедняги, – покачал головой Сеттра, уводя детей с улицы. Мира последовала за ними.
Кай с дозорным перекинулись еще несколькими фразами, но Эл не слушал, пытаясь заставить себя избавиться от желания пинками отправить этих негодников под плеть. Более или менее преуспев, он увидел, как явно сердитый стражник начал протискиваться обратно, а Кай, по-видимому, решил воспользоваться моментом и двинул за ним сквозь толпу. Люди нехотя расступались перед стражником и подозрительно глядели на чужака в синем плаще.
Эллиан был раздосадован и зол. И тем, что не заметил такой откровенной кражи, и поведением магов. Воров нужно наказывать! Но спорить с отрядом было еще хуже. Пусть творят, что хотят. Главное, что его собственность к нему вернулась.
Он постарался сохранить лицо и демонстративно отошел в противоположную сторону, к стене соседнего дома, где стоял еще какой-то мужик. Снова осмотрел одежду: на светлых дорожных брюках остался мокрый след сажи, которую было совершенно бесполезно отряхивать. Огненный маг раздосадованно покачал головой и покрепче привязал к поясу кошель. Он попытался снова послушать разговоры людей, но злость все еще распирала его изнутри, так что сосредоточиться на чем-то дельном было непросто.
Эл старался не терять из виду остальных магов. Белая шевелюра Кая переместилась в первые ряды зевак. Что он творит, интересно? В проулке Мира с Сеттрой разговаривали с воришками. В какой-то момент Эл заметил, как Сеттра отдает девочке золотой, и её глаза от удивления становятся размером с эту же монету. Правда, даже стоящая рядом Мира сложила на груди руки и недовольно покачала головой. Но отчего-то не помешала транжире. Вот же мелкий болван! Да они таких денег в жизни, поди, не видели. Хотел помочь сироткам, достаточно было подать пару медяков на хлеб…
Начал накрапывать мелкий противный дождь, пожар угасал, и толпа стала понемногу расходиться. Эл накинул на голову капюшон плаща с гербом академии и собирался было поискать какой-то навес, чтобы не промокнуть, но тут его внимание привлек возглас рядом:
– Эй, Бокар, по пиву бахнем? «Сизого петуха» помянем…
– Ну, можно. Денег в обрез. Я ж теперь без работы. Но на пиво пока еще есть! – произнес мужлан рядом с Элом и оторвался от стены. – А посрать! Ублюдок Мэнсон это заслужил.
– Надеюсь, хоть «Пивной колодец» не сгорел, ха-ха-ха… Идем.
Маг проводил взглядом двух внушительных мужчин, похоже и правда вышибал. К тому же одного из них звали Бокаром – а как раз про такого человека говорил Кай.
Дождь медленно, но верно набирал силу, и Эллиан пошел к Сеттре и Мире, что возились с уличными воришками. Что бы они там ни затеяли, пора заканчивать балаган и искать таверну «Пивной колодец». Там и кров, и подозреваемый или связной, кем бы он там ни был.
– И где вы ночуете, раз дома у вас… э-э-э… неспокойно? – донесся до Эллиана голос Сеттры.
– В конце этой улицы. Там заброшенный дом есть, – указывая направление, махнула рукой девочка. – Сейчас там наше убежище. Там немного хол…
– Ладно, мелкота, брысь в это свое убежище, – перебила ее Мира, глядя на приближающегося Эллиана. – И деньги спрячьте понадежнее.
– Хорошо, госпожа! – хором ответили дети и, проследив за взглядом Миры, торопливо удалились.
Услышав, что ее назвали госпожой, волшебница явно опешила и на миг растеряла всю свою мрачность. Эллиан бы усмехнулся выражению ее лица, если бы не испорченное ранее настроение. Вместо этого он бросил лишь краткое: «Идем».
– Кая пока что нет. Надо подождать, – сказал Сеттра. Он тоже выглядел по-дурацки. Весь как-то сжался, но глаз не отводил. Будто боялся, что его будут ругать, и готовился огрызаться.
– Он идет, – ответила ему Мира и кивнула в сторону сгоревшей таверны.
Кай вернулся, но не стал вдаваться в подробности беседы со стражником, пообещав рассказать позднее, когда они будут в более шумном месте. Там, где их точно не подслушают. Коротко посовещавшись, они направились в «Пивной колодец» вслед за Бокаром.
Таверна стояла на отшибе и оказалась той еще дырой. За низким, едва доходящим до пояса прилавком стоял дородный старик в заляпанной жиром рубахе. Тесный зал вмещал лишь три небольших квадратных стола да стулья вокруг них. И все было каким-то старым, замызганным и едва ли не сгнившим. Да взять хотя бы люстру: это же кошмар! Будто обруч от бочки привязали к потолку, начинив его десятком свечей. Оставалось радоваться, что внутри немноголюдно.
Тем не менее волшебники расположились за единственным пустым столом и даже заказали выпивку. Кай, видя подозрительное внимание тавернщика, завел отвлеченный разговор о дороге и погоде, пока тот не ушел на кухню. Остальным посетителям не было до них дела.
Эллиан украдкой следил за Бокаром, даже не прикасаясь к ослиной моче, которую здесь величали пивом. «Не стоило доверять Мире выбор напитков», – с досадой подумал он.
– Хочу кое-что прояснить, – приглушенно заговорил Кай, подняв взгляд на Эллиана. – Нам ни к чему лишнее внимание. Не стоит звать стражу по любому пустяку. В этот раз мне удалось…
– Это не пустяк, а преступление. А работа стражи – их пресекать, – возразил Огненный маг, но вовремя остановился. Он понимал, что Кай прав, поэтому добавил: – Однако соглашусь с тем, что наша незаметность сейчас важнее.
– Все так, – кивнул Кай. – Надеюсь, все это понимают.
Сеттра поспешно кивнул, а Мира смерила его таким взглядом, будто ничего очевиднее в жизни не слышала.
– Есть еще какие-то новости? – спросил Эллиан, обращаясь сразу ко всем.
Кай, Мира и Сеттра принялись рассказывать, что узнали, но ничего особо важного они не услышали. Сгоревшая таверна принадлежала некоему Мэнсону, но Эл и так это уже понял. Бокар оказался довольно известным кулачным бойцом, но и это было понятно, стоило только взглянуть на этого громилу. А еще никто понятия не имел про человека по имени Жэм.
Спустя примерно час и две пинты пива Бокар таки поднялся и, покачнувшись, направился к выходу.
– Предлагаю проследить за ним. – Эллиан тронул за плечо Кая. Тот согласно кивнул и, наклонившись к спутникам, тихо проговорил:
– Мира, ты умеешь действовать скрытно, может пойдешь первой? А мы двинем следом через некоторое время.
Мира медлить не стала и поднялась из-за стола сразу, как Бокар вышел за дверь. Чуть позже остальные маги двинулись за ней. Эл старался вести себя непринужденно, Каю это тоже неплохо удавалось, а вот Сеттра внезапно занервничал и принялся озираться по дороге на других посетителей, в том числе стоявших во дворе.
На улице уже стемнело, хотя до ночи было далеко. Пасмурная погода не прибавляла освещения, и после прошедшего дождя дорогу сильно развезло. Эл указал на две цепочки следов, которые тянулись влево от трактира. Они направились туда, вглядываясь в улицу и выискивая взглядом Миру. Сеттра разглядел ее чуть позже: едва заметный теневой силуэт между ними и мужской фигурой вдали. Миру под магией Сумрака было тяжело держать в поле зрения, создавалось ощущение, что она то и дело размывается, ускользает, как мираж.
Троица следовала за Мирой на расстоянии, и, когда с дороги пропадали следы из-за щебенки, либо Эл, либо Сеттра шепотом подсказывали Каю направление. Немного поплутав по переулкам, они вышли к невзрачному одноэтажному дому. Судя по тому, что на углу маячил теневой силуэт, Бокар вошел именно туда. Эллиан осмотрел здание: каменные стены, соломенная крыша, затянутые бычьим пузырем три окна с разных сторон. Внутри горели свечи, но разглядеть что-либо было невозможно. Оглядев другие дома, Эл понял, что здесь везде такие окна. В Велтори ставили преимущественно стеклянные, по крайней мере в городах.
– Он в доме. И, кажется, я слышала, как он там с кем-то разговаривал, – шепотом уведомила их Мира.
Теперь, вблизи, она стала более заметной, хотя черты лица и движения все еще скрывали тени, а если Мира замирала, то и вовсе будто сливалась со стеной. «Не самая благородная магия, конечно, но для разведки самое то», – подумал Эл.
– Что будем делать? – взволнованно спросил пацан.
– Предлагаю постучать и попытаться расспросить, – пожал плечами Эллиан.
– Можно, я попробую поговорить? – Сеттра посмотрел на Кая, ожидая одобрения.
– Лучше будет, если двое пойдут говорить, а двое останутся на страже. Так мы не создадим угрожающее впечатление и сможем подстраховать друг друга.
– Я останусь тут, – сразу же заявила Мира.
– Хорошо, а я пока осмотрю дом вокруг, дальше решим, что делать, – добавил Кай и, развернувшись, двинул за угол.
– Ну, вперед! – как будто самого себя подбодрил Сеттра и шагнул к невысокому, в пару ступеней крыльцу.
Эл хотел было спросить, а не надо ли все-таки сперва дождаться разведки Кая, но, наверное, Сеттре виднее, что имел в виду его друг. Так что он нехотя двинулся вслед за пацаном и прежде, чем успел что-либо обсудить или обдумать, тот уже стучал в дверь.
Умолкшие голоса за стеной подтверждали, что хозяин дома точно услышал стук визитеров, однако открывать не торопился. Напротив, за дверью началась какая-то возня, словно там к чему-то готовились. Или пытались что-то спрятать.
Ожидание затягивалось. Эллиан недовольно глядел в спину переминавшегося с ноги на ногу пацана. Оставалось только гадать, что у того в голове. Явно не дурак, но и большого доверия как-то не вызывал. Вроде как надо учиться доверять спутникам, если хочешь успешно работать в команде, что-то такое говорила госпожа Вистар…
По ощущениям прошла вечность, прежде чем дверь наконец отворилась и перед ними вырос тот самый мужик.
– Че нада? – недовольно прогрохотал Бокар.
Вблизи он выглядел еще крупнее, чем казался изначально: оголенный татуированный торс производил должное впечатление. Слегка опухшее и раскрасневшееся от алкоголя лицо, простецкий говор и огромные бицепсы вышибалы намекали на то, что договориться с этим человеком будет очень непросто.
– Здравствуйте, го… господин Бокар, – запнувшись, промямлил Сеттра.
– Че нада, спрашиваю?
– Мы разыскиваем человека по имени Жэм.
Эллиан чуть было не закатил глаза прямо на месте, но пришлось сдержаться. Вот так напрямик вбросить вопрос человеку, который покрывает искомого тобой убийцу, было слишком глупо! И хуже всего, что теперь он уже не мог ничего исправить. Пришлось принять за спиной мальчишки максимально серьезный вид.
– Не знаю таких, – с вызовом ответил Бокар, чем только сильнее себя выдал. – А теперь проваливай.
– Господин, вы не понимаете! Этот человек – убийца! Мы должны… – Сеттра не договорил, так как Бокар вышел на порог, взял его за грудки и, словно пушинку, поднял на метр над землей.
– Сказал же, не знаю таких! Последний раз говорю – проваливай!
Он не слишком аккуратно опустил пацана на землю, так что тот ойкнул, и отвернулся, собираясь вернуться в дом.
– Да поймите вы! Мы выполняем поручение ло…
Бокар резко развернулся, и теперь его лицо было по-настоящему злым. Он сгреб Сеттру в охапку и швырнул в бочку, что стояла у крыльца. Сразу после он недовольно уставился на Эллиана, угрожающе уперев руки в бока, и прорычал:
– Еще вопросы, уроды?
Эллиан очень старался стерпеть оскорбление, но его хватило только на то, чтобы не метнуть в ублюдка Огненный шар. В попытке выглядеть как можно более внушительно и властно, он поднял подбородок и ткнул пальцем в сторону Бокара:
– По твою душу пришло четыре боевых мага! Сдавайся.
Бокар резко бросился вперед, занося кулак, и Эллиан не успел среагировать на выпад. Слишком уж быстро для человека своих габаритов двигался этот гад. В глазах потемнело, и уже в следующий миг Эл оказался на земле с разбитыми губами. Голова кружилась, но внутри только сильнее разгоралась ярость. Ох, теперь Бокар пожалеет!
Он поднял голову, пытаясь сфокусировать взгляд, и увидел, как Сеттра неуклюже пытается вылезти из бочки и в итоге роняет ее и вываливается вместе с какими-то опилками и мелким мусором. Хорошо хоть не помои!
Бокар же, не обращая внимания на пацана, надвигался прямо на Эллиана.
И тут в одно мгновение все вокруг погрузилось в кромешный мрак. Эл растерянно моргнул, но быстро понял, что темнота эта магического характера. Видимо, магия Миры. Очень вовремя!
– Что за хрень?! – взревел вышибала. Его эмоцию – то ли испуг, то ли гнев, – Эл не разобрал.
Эллиан с трудом поднялся на четвереньки и попытался унять головокружение. Встать он не рискнул и остался сидеть на корточках.
– Ты как? – раздался голос Миры у него над ухом.
Эл вздрогнул, повернул голову, но ожидаемо никого не увидел. Как слепой, ей-богу! Благо он все еще слышал Бокара и понимал, в какой стороне находится дом.
– Нормально. Убери Сеттру с дороги, чтоб я его не зацепил, – ледяным тоном сказал он и принялся создавать Огненный шар.
– Постой, ты…
Мира, похоже, хотела возразить, но яростное пламя уже начало разгораться меж рук Эллиана, и она замолкла. Сквозь гул огня он услышал, как она выругалась и умчалась в сторону дома.
Вскоре тьма начала рассеиваться (кажется, прошло всего несколько мгновений, но они, безусловно, имели решающее значение). Эл смотрел в упор на Бокара и был рад, что и тот смотрит прямо на него. Глаза громилы расширились от удивления и страха, когда он увидел ревущее пламя, приобретающее форму шара.
Маг не удержался от самодовольной улыбки, несмотря на то, что готов был упасть от напряжения. По вискам струился пот, и силы очень быстро покидали его с каждым жестом заклинания: он до сих пор не восстановился полностью после турнира. По-хорошему, ему пока не стоило браться за колдовство, но этот гад не оставил ему выбора.
Шар получился слабее, чем когда-либо, но так даже лучше. Уже бросая его, Эл осознал, что полноценным заклинанием мог попросту убить громилу, который бросился к двери.
Бах! Шар угодил в стену неподалеку от входной двери, и ударной волной несущегося к дому Бокара отбросило в сторону от крыльца. Пока тот медленно пытался подняться, Эл рванул к горящему дому, чтобы посмотреть, кто же скрывался внутри.
– Тушите дом! – закричала Мира.
– Да пусть его! – рявкнул Эл и забежал как раз вовремя, чтобы увидеть, как какой-то мужик в капюшоне прыгнул в окно. Перед самым прыжком тот оглянулся, и маг успел заметить огромный шрам у него на щеке. Эллиан в пару широких шагов вернулся к выходу и крикнул: – Жэм сбежал!
– Что вы наделали? – раздался взволнованный голос Кая, который выбежал из-за угла. – Что здесь…
– Потом! За ним! – оборвала его Мира и первой махнула за удирающим в темноте человеком.
– Стража! Стража! – разорался Бокар.
Эллиан уже было собрался вслед за Мирой, но решил удостовериться, что двое магов не будут хлопать глазами и тоже поспешат убраться, пока на пожар не отреагировал ночной караул. Кай как раз растерянно стоял и озирался по сторонам, явно пытаясь понять, что происходит и куда бежать. К счастью, Сеттра о его состоянии не забыл, схватил полуслепого мага за руку и побежал в сторону Эла.
«Наломали дров», – с досадой подумал Эллиан, припуская вслед за почти неуловимым силуэтом Миры в конце улицы. В большей степени, конечно, виноват Сеттра, но и он сам перестарался с огнем. А ведь собирались не привлекать внимания! В итоге пожар устроили.
Оставалось надеяться, что не зря.
Глава 7. Сеттра. Страшный провал
Сет проснулся от холода и влажности, которые пробирали до костей. Для начала лета ночь была чересчур промозглой. С трудом вспомнив, кто он и где, сел на кровати и принялся растирать себя руками. Его друзья спали, кто на полу, кто на деревянных настилах. Парой часов ранее они напугали сироток Уилла и Кару, заявившись к ним в хижину после ночных приключений. А теперь за заколоченными ставнями виднелось светлеющее небо.
Рядом шевельнулась во сне Мира. Ночью Сеттру так колотило, что она отдала ему единственную соломенную подстилку, как тот ни отпирался. Он хотел было поделиться лежаком с Карой и Уиллом, но, кажется, уснул раньше, чем сделал это. Теперь бедные ребята спали на голой шаткой кровати, а Мира прямо на полу, свернувшись калачиком и плотнее кутаясь в плащ, который вывернула серой стороной наружу.
Сет вздохнул, глядя на Миру: непонятный она человек. Вроде грубая такая, а вроде и сердце доброе. Во сне черты ее лица казались менее жесткими. Темная, почти черная коса растрепалась после вчерашней погони, на лоб спадала волнистая челка, и она даже показалась ему симпатичной. Но и сейчас она не выглядела расслабленной, будто вот-вот откроет глаза и подскочит, готовая к бою. Чего только стоило выглядывающее из-под плаща острие обнаженного кинжала.
«Да кто спит с оружием на изготовку?!»
Впрочем, еще сутки назад он бы и впрямь сказал, что это лишнее. Но после вчерашнего фиаско и сам предпочел во сне не выпускать посох из рук. Правда, наложенное на него заклятие фокусировки и так принуждало не оставлять оружие дальше пары-тройки метров: оказалось, что магические силы резко убывали, а концентрация терялась, колдовать становилось сложно. Однако артефакт все равно был очень полезен, на взгляд Сета, и польза перевешивала такой недостаток. Если бы не посох, он вряд ли выдержал бы вчерашний сумасшедший день.
И все-таки достичь успеха они не смогли, как ни старались… Мало того, что убийцу не поймали, так еще их самих теперь разыскивает стража!
А ведь Жэм был почти у них в руках. После того как дом Бокара вспыхнул, маги побежали за убийцей. Но им догнать Миру, которая первой рванула за Жэмом, было почти нереально, с его-то здоровьем и глазами Кая… С девушкой они встретились уже на окраине Лансдара. Мира успела остановить их, знаками сообщив об опасности впереди. За углом, как оказалось, стоял отряд инквизиции. Жэм каким-то образом проскользнул мимо них, то ли убежал дальше, то ли укрылся в каком-то здании. Маги попытались аккуратно обойти рыцарей, поискать беглеца – но тщетно.
Сеттра предлагал друзьям напрямик обратиться к инквизиции, объяснив ситуацию, но остальные почему-то его не поддержали. Ему казалось, что честный, открытый диалог в данном случае – это то, что нужно. Инквизиторы они или нет, но люди ведь должны понимать, что маги на службе у лорда и ловят опасного преступника!
Даже Каю эта мысль не понравилась. Эллиан так вовсе заявил, что больше бы Сета к переговорам никогда не допускал. Сеттра собирался было возмутиться, но Кай снова резонно заметил, что лучше они обсудят допущенные ошибки после всех приключений. Оставалось смириться. Друг, как обычно, был прав.
В итоге маги без толку побродили по ночным улицам, то и дело прячась от стражи или инквизиции. Снова пошел дождь, они все замерзли и валились с ног. Сеттру начало так трясти от холода, что зуб на зуб не попадал. Когда они вышли на знакомую улицу со сгоревшей таверной, он вдруг вспомнил про Кару с Уиллом и предложил поискать укрытия в их доме. В кои-то веки его идею поддержали.
Так они тут и оказались. Промокшие, уставшие, провалившие ответственное поручение, да еще и в розыске.
Сеттра снова вздохнул. Вот как теперь ловить преступника, когда они и сами преступники? Все из-за него. Друзья, наверное, были правы: не стоило ему проявлять инициативу и самостоятельно пробовать договориться с Бокаром. Как-то не задался у них разговор. Надо было по-другому сказать. Не говорить напрямик, что они ищут Жэма, а сразу козырять тем, что действуют по поручению лорда!
Но получилось, как получилось, и теперь настроение в отряде было хуже не придумаешь, хотя никто открыто не конфликтовал.
Гоняя по кругу эти мысли и продолжая попытки перебороть предрассветный холод, Сет довел себя до того, что готов был расплакаться от отчаяния.
«Нет. Нельзя. Амберион нашел бы выход, вместо того чтобы сопли распускать. И я его найду! – сказал он себе. – И начать следует со сна. Нужен свежий ум».
– Сет, просыпайся, уже почти полдень! – его плечо сжали, и Сеттра едва не подскочил от неожиданности.
Оказывается, он все-таки уснул. Кай удержал его за плечо от попытки вскочить и что-нибудь опрокинуть.
– Что, нам уже пора? – пробормотал Сет, растирая глаза, в которые словно насыпали песка.
– Да, есть план. Кара успела узнать, что стража по всему городу ищет магов, которые учинили якобы уже два пожара. А Бокар находится в местной лечебнице. Вроде бы пострадал он не сильно… Мы пойдем к нему и попытаемся поговорить. Двинемся парами: я с Мирой, ты с Элом. На расстоянии взгляда, смешиваясь с толпой. Вас с Элом Бокар уже видел, так что останетесь ждать напротив лечебницы, а мы попробуем с ним пообщаться и что-нибудь разузнать еще про то, где может скрываться Жэм.
Сет попытался спросонья осознать сказанное, но не мог придумать ни одного толкового вопроса, поэтому продолжал смотреть на друга.
– Это наша последняя возможность выполнить поручение, – добавил Кай, истолковав его молчание как недоумение (что было недалеко от истины). – Придется еще раз рискнуть. Если в лечебницу войдет стража или поднимется какой-то переполох, ваша задача сразу бежать в порт и ждать нас в торговой гильдии. Но в случае чего Мира прикроет нас Теневой завесой, да и я планирую подстраховать ход разговора магией Времени.
– Это как? – удивился Сет.
Кай вздохнул:
– Долго объяснять… Но если грубо, я могу заранее подготовиться и потом в нужный момент как бы вернуть сознание человека туда, где он был пару мгновений назад.
Сет кивнул. План звучал хорошо. Впрочем, вчера у них тоже был план… и сгорел. Идти снова вместе с недружелюбным Эллианом ему не улыбалось, но и тут возразить было нечего.
– Что ж, я готов, – вздохнул Сет и встал, тяжело опираясь на посох и чувствуя себя совершенной развалюхой. Нет, бегать после вчерашнего он не сможет…
Перед выходом все тщательно подготовились, переодели плащи серой стороной. Мира распустила волосы, отчего лицо ее стало казаться мягче. Кай снял и упаковал подальше в сумку любимую синюю рубаху с эмблемой академии, сменив на обычную льняную. Эллиан сменил светлый, явно недешевый, но замаранный вчерашними приключениями костюм на коричневые брюки и рубаху с вышивкой, пробурчав вполголоса, что теперь у него не останется с собой ничего чистого.
Первыми вышли Кай и Мира, Эллиан проводил их взглядом до конца улицы и махнул Сету от двери: «Выходим».
– До свидания, Уилл, Кара! Спасибо вам за помощь, берегите себя и, пожалуйста, не отдавайте больше деньги вашему брату! А если что, напишите мне письмо на имя Сеттры Валтейна на Драконий остров, в академию Райкавион, я вам обязательно помогу, – проговорил Сет перед тем, как выйти из хижины, и дети принялись наперебой благодарить его в ответ.
Он сердечно обнял их, от чего сиротки слегка растерялись, и быстро вышел вслед за магом Огня. На улице было все еще серо, хотя редкие лучи солнца пробивались порой через облака и даже немного подсушили дороги.
К облегчению все еще уставшего Сеттры, передвигались маги по городу медленно и осторожно. Если была возможность, проходили через толпу, а при виде стражи заранее прятались в переулки или останавливались у лавок. Эллиану даже пришлось для виду купить пару дряблых, но все еще хороших зимних яблок; одно он сунул в сумку, а второе отдал Сеттре. Тот с радостью впился зубами в рыхлую сахарную мякоть, внезапно осознав, что очень проголодался. Сейчас он не отказался бы даже от жидкой несоленой каши от помощницы лекаря из академии, да вот поесть им удастся разве что на корабле.
Когда Кай и Мира, спины которых они наблюдали с расстояния, подошли к местной лечебнице, друг обернулся, нашел взглядом Сета и показал ладонь, как бы говоря: «Стойте там».
– Пойдем вот туда, – впервые за всю дорогу подал голос Эллиан и увлек Сеттру в переулок почти напротив входа.
Сет снова занервничал, а еще желудок после яблока только свело сильнее, поэтому он постарался отвлечься на наблюдение за улицей. Над их переулком был растянут навес, создавая небольшую тень. Рядом стояли какие-то ящики и бочки, за ними маги удачно скрывались от взглядов прохожих. Лечебница напротив представляла собой двухэтажное каменное здание, судя по всему довольно новое. Окна на первом этаже даже были застеклены каким-то подобием витражей, но сюжет мозаик у Сета угадать не получилось.
Улица была мощеная и довольно широкая, по ней иногда проезжали запряженные лошадьми телеги, а разок прямо к лечебнице подъехала карета. Про такие Сет раньше только в книгах читал! Он смотрел во все глаза, но так и не смог увидеть, кто вылез из кареты с той стороны, а было очень интересно, кто же владелец. Рассмотреть получилось лишь кучера на облучке, одетого в строгий черный камзол, да периодически мелькавшего сбоку слугу примерно в такой же одежде.
– Похоже, сюда и богатые приезжают лечиться, видимо хорошее заведение! – поделился он мыслью вслух, позабыв, что рядом только недовольный его обществом Эллиан. Тот лишь фыркнул в ответ.
Сеттра надулся и больше решил ничего Эллиану не говорить. «Он после вчерашнего, наверное, решит уйти из нашего отряда и примкнуть к Рейну, – подумал Сет. – Ну и ладно! Может, оно и к лучшему, у нас методы все равно разные: сжигать дом я бы точно не стал!»
Облокотившись на ящик, он продолжал наблюдать за улицей. Один раз вовремя заметил пару стражников, которые не спеша шли как раз по их стороне, и без слов подал знак Эллиану отойти в переулок подальше. Их не заметили. А спустя примерно полчаса, едва Сет принялся размышлять, не пора ли им что-то предпринять, из лечебницы бодрым шагом вышли Кай с Мирой и, оглянувшись, пошли вдоль улицы.
Сеттра не понял, увидели ли их спутники, но вспомнил, что они в любом случае договорились не болтать на улицах. Так что Эллиан первым двинулся следом за соратниками, и Сет следовал в шаге за ним. Как оказалось, Кай с Мирой вели их в порт. Неужели им так и не удалось ничего выяснить про Жэма? Хорошо хоть стража к ним в городе не прицепилась. Друзья зачем-то пару раз заговорили с моряками в порту, а затем все они наконец дошли до торговой гильдии.
– Итак, есть хорошая и плохая новости, – начал Кай, когда все они собрались в помещении. Он уже успел показать грамоту с печатью лорда Сертана служащему, и магов попросили обождать в соседней комнате, пока им не найдут ближайший корабль, идущий в сторону Драконьего острова.
– Нас не схватили, что само по себе уже хорошая новость, – буркнул Эллиан вполголоса.
– Ты прав, это вторая хорошая новость. А еще мы заплатили Бокару целых пять золотых, чтобы он перестал говорить о нападении магов и сделал вид, что то были просто грабители. Он, хвала богам, не сильно пострадал, но огонь повредил его дом, так что пришлось частично компенсировать потери. Если что, из денег академии остался всего один золотой.
Мира кивнула на слова Кая и в подтверждение потрясла почти пустым кошелем.
– Плохая же новость в том… – продолжил маг Времени и вздохнул, – что мы не смогли выполнить поручение. Жэм рано утром отбыл на торговом корабле в Велтори. Так сказал Бокар, и мы по дороге уточнили у моряков, что некий человек со шрамом вправду выспрашивал про судно и, вероятно, уплыл на ближайшем.
– Triseolle… Туда нам соваться точно не стоит, – помрачнел Эллиан.
– Почему? Мы могли бы спросить в гильдии… – высказал идею Сет.
– Потому что это небезопасно, – резко перебил его Эллиан. – Там идет целенаправленная охота на магов.
– Без распоряжений директора или лорда мы точно туда не поедем, – спокойно произнес Кай. – Так что нам остается только вернуться в академию…
– Я уверен, если мы расскажем все госпоже Арабелле, она поймет! – воскликнул Сет, но тут же сник, увидев угрюмые лица спутников. – У нас ведь изначально шансов было мало поймать настоящего убийцу…
– Шансы были, но мы напортачили, давайте будем честны друг перед другом. – Кай положил руку ему на плечо. – И если мы не будем разбирать наши ошибки и договариваться о действиях лучше, то успех нам не светит. В том, что случилось, есть и моя вина. Кстати… возможно, оно и к лучшему, что мы не поймали Жэма. Бокар уверял, что тот ни в чем не виновен и его друга подставили. Свалили на него убийство жены какого-то аристократа. Правда ли это, мы вряд ли узнаем. Но, честно говоря, выступать судьей или тем более палачом невинного человека у меня нет никакого желания. Так что по здравом рассуждении между поимкой Жэма и проваленным поручением я снова выбрал бы второе.
***
Через трое суток после своего фиаско они высадились в порту Драконьего острова, куда их забросил попутный торговый корабль. Корабль был раза в два меньше «Кирдана», на котором они с комфортом путешествовали до Лансдара, и битком забит товарами и людьми. Четверым магам капитан явно нехотя выделил тесную каюту, в которой было невозможно даже встать одновременно. Да и на палубе приходилось искать уголок между бесконечными тюками и ящиками. Ни почитать спокойно, ни магией позаниматься. Да и как тут позанимаешься, когда матросы смотрят косо.
Друг с другом они тоже почти не разговаривали. Кай попытался пару раз завести речь о разборе ошибок, но сперва Эллиан бросил «И так все понятно!» и ушел, в другой раз Мира демонстративно продолжала читать книгу во время монолога о важности стратегии и командной работы. После чего Кай погрузился в мрачные размышления, и даже попытки Сеттры разговорить его ни к чему не привели.
Это были самые скучные три дня в жизни Сета, и ему истово хотелось вернуться в академию и поговорить с Беллой. Уж она-то наверняка утешит их и найдет, за что похвалить. К тому же Сет переживал, не заболела ли она, или вдруг еще чего похуже случилось перед тем, как они отправились в Лансдар, ведь даже не пришла их проводить…
От деревенского порта шли к академии пешком, медленно и молча. Сеттра глубоко вдыхал запахи родного острова: они проходили мандариновую рощу и чайную плантацию, несмотря на лето, здесь было, как обычно, влажно и облачно, хотя то и дело сквозь облака проглядывало солнце. Сет всего несколько раз ходил здесь раньше пешком, и после путешествия искренне радовался возвращению домой. Ему казалось, что гордые белые стены Райкавиона радушно распахивают руки-ворота навстречу своим детям, и не так страшно будет рассказывать о проваленном поручении. Во дворе Сет немного отстал от друзей и прикоснулся рукой к постаменту великого бога-императора: «О Амберион, защити детей своих магов, пусть только нас не накажут за то, что случилось…»
– Предлагаю сразу найти профессора Вистар и рассказать ей, как все прошло, – сказал Кай, когда Сеттра нагнал их у входа в главное здание.
Других идей никто не высказал, так что отряд двинулся вслед за Каем к кабинету Беллы. Однако там ее не оказалось, и проходивший мимо профессор по религиоведению сказал, что видел госпожу Вистар у кабинета директора. Маги впервые переглянулись, будто их одновременно посетила невеселая мысль: видимо, придется идти сразу к директору.
– Ой, что буде-ет… – протянул Сет, плетясь за Каем.
Директор Тиллинс был довольно вспыльчивым человеком и не раз на его памяти кричал на студентов за провинности. Очень уж он дорожил репутацией академии перед лордом Сертаном.
Впрочем, постучав в директорскую дверь, Кай выпрямил спину и принял весьма решительный вид. Дверь им открыла Белла и не смогла скрыть удивления.
– Вы уже вернулись? Директор будет рад слышать о ваших успехах, заходите!
– Боюсь, профессор, нет, не будет.
Она подняла брови и посторонилась, чтобы впустить магов. Директора в кабинете не оказалось, но зато присутствовал его секретарь.
– Дядя Тревис? – вдруг спросил Эллиан. – Я думал, вы в отъезде.
Секретарь директора нахмурился, подошел почти вплотную к магу Огня и проговорил вполголоса:
– Не здесь, Эл. Для директора мы с тобой не знакомы. Поговорим позже, он сейчас вернется, а мне пора по делам.
С этими словами господин Хейгор вышел из кабинета, а Сеттра уставился на Эллиана:
– Секретарь директора – твой дядя?! Родной?
– Сет, – тихо оборвал его Кай. – Ты же слышал, господин секретарь просил здесь не говорить об этом.
– Так что случилось? – вмешалась Арабелла.
– Убийца сбежал, профессор Вистар, – признался Кай.
Сет внимательно следил за реакцией любимого профессора. Белла и так отчего-то казалась невеселой и как будто была напудрена сильнее, чем обычно. Но фраза Кая совершенно точно расстроила ее еще больше.
– Но мы его видели! Гнались за ним! И почти… – попытался оправдаться он.
– Сет! – Кай дотронулся до его плеча, опять прерывая.
«Да что такое, вечно мне не дают ничего сказать!» – подумал Сет, сложил руки на груди и обиженно отвернулся к окну.
Арабелла в ответ лишь проговорила:
– Это прискорбно. Не трудитесь рассказывать, сейчас вернется директор Тиллинс и…
Дверь снова открылась, и в кабинет деловито вошел директор.
– Я здесь. – Прямо через магов, заставляя их расступиться, он направился к своему столу и уселся в кресло. – Ну? Сдали убийцу страже Лансдара?
Мира, Сеттра и Эллиан дружно посмотрели на Кая, предполагая, что раз уж он взял слово, то продолжит отчет. Тот под взглядами пятерых человек расправил плечи и сказал:
– Увы, господин директор. Мы не можем вас порадовать, потому что нам не удалось выполнить поручение, хотя мы и были близки.
Кай принялся пересказывать события, длинно и витиевато, словно хотел за формальными речами спрятать правду. Впрочем, Сет был благодарен за то, что Кай аккуратно умолчал о его провальных переговорах с Бокаром и последующем поджоге дома, представив их главные ошибки как случайность. Сеттра сам точно не смог бы рассказать лучше. Но чем дальше Кай рассказывал, тем сильнее злился Тиллинс. Сет прямо видел, что директор постепенно закипал, как горшок с кашей. Под конец он медленно-медленно поднялся и сурово произнес:
– У вас было самое ответственное поручение, а вы его провалили. Вас нельзя было допускать до службы у лорда. Вон отсюда.
Понятно было, что их отругают, но чтобы выгнать…
Кай замолчал на полуслове, и все они ошарашенно переводили взгляд с директора на Арабеллу. Но та, бледная, молча стояла, опустив глаза в пол. Эллиан первым резко развернулся на пятках и вышел, Мира сразу же отправилась за ним. А Сеттра все медлил, ожидая будто вросшего в землю Кая.
– Вон, я сказал! – повысил голос Тиллинс и перевел разъяренный взгляд на профессора, когда она двинулась было к выходу вместе с магами. – Арабелла, а ты – стоять!
Едва все они вышли в коридор, директор продолжил на повышенных тонах, закрытая дверь лишь немного приглушала его голос:
– Ты провалилась как куратор, ты это понимаешь? На турнире ты сберегла свои денежки, но то была просто удача. Теперь-то ты понимаешь, что я был прав? Надо было отправить твоего велторианца обратно и не слушать тебя! И мага Смерти нельзя было допускать даже до турнира. Он не только бездарность, но еще и угроза репутации академии. И не смей снова их защищать! Что мне теперь делать с этими неудачниками? Они уже записаны на службу лорду, но совершенно бесполезны!
– Пойдемте отсюда, – бросил Кай и шагнул прочь от кабинета.
Мира уже ушла, а Эллиан тоже задержался у двери, но глянул вслед Каю, как будто сомневаясь, остаться или нет.
– Но как же Белла? – от расстройства Сет даже забыл про уважительное обращение к профессору. Он сжал кулаки и бессильно смотрел на вопящую дверь. – Он ее обижает! Он…
– Сет, мы не можем вмешиваться в этот разговор. – Кай мягко развернул его за плечо и повел по коридору, негромко поясняя: – Давай лучше потом попробуем отдельно поговорить с госпожой Вистар. Я знаю, что ты за нее переживаешь, поверь, мне тоже неприятно…
Сету впервые в жизни хотелось что-нибудь крушить. Почему они ничего не могут… Он ничего не может?! Ни на турнире, ни на задании, ни даже заступиться за Беллу! Почему мир так несправедлив?
Кай довел его до комнаты, и только там Сет позволил себе выместить досаду на несчастной подушке, которая могла ответить на удар лишь вихрем из гусиных перьев.
***
Еще несколько дней Сеттра переживал и искал встречи с Беллой в коридорах. Как еще можно было узнать, какие последствия влечет за собой провал их отряда? Но поговорить с куратором никак не удавалось. Даже зная расписание занятий, Сет не мог ее поймать. То она не замечала его оклика и быстро удалялась, то вовсе никуда не выходила из кабинета между уроками… Один раз он набрался смелости и пришел к ее комнате, точно зная, что она там. Он постучал несколько раз, говорил, что ему очень нужна помощь, в какой-то момент даже не удержался и заплакал… Но Белла так и не открыла, и даже не сказала ни слова из-за двери.
В конце концов Сет устал гонять по кругу горестные мысли и по привычке принялся за чтение книг. Как сказал Кай: «Жизнь не сошлась клином на службе у лорда». Пусть они потерпели неудачу, но нужно пытаться принести пользу если не Аркен-Хару, то друг другу. А там, глядишь, в следующий раз им повезет.
Сеттре все еще надо было разобраться с проклятием Слепоты, проблема Кая никуда не делась. Наоборот, вместо плавной прогрессии проклятие начало влиять на зрение скачками. После каждого применения Антислепоты, как временно назвал заклятье Сет, друг мог неделю видеть нормально, а потом его настигала резкая боль и ухудшение зрения.
Сет сетовал на то, что именно его вмешательство так повлияло, но Кай не позволял ему винить себя. Поэтому он продолжал экспериментировать и вносить изменения в формулу. Сперва пробовал концентрироваться на глазах, произносить слова в обратном порядке, дополняя их жестами в воздухе. Затем осмелел и поменял пару слов в заклинании на свое усмотрение, а теперь и вовсе использовал фокусировочный посох вместо руки, рисуя им руны в воздухе. Как будто каждый раз эффект получался немного лучше, но чего-то существенного не хватало…
Он даже решился снова перескочить через пару глав и почитать про Проклятую регенерацию – а вдруг эти знания помогут восстановить зрение окончательно? Да, это может сказаться на его собственном здоровье, но то дело поправимое. К тому же сейчас он активно практиковал магию каждый день и дополнительно делал телесные упражнения, посещал занятия по руническому письму и магическим формулам, чтобы закреплять навыки. Второй раз он не позволит запретить ему магию Смерти и постарается не хворать.
Постепенно в Райкавион начали возвращаться другие отряды. Когда Сет замечал знакомые лица на занятиях, интересовался, как у них все прошло с выполнением поручений лорда. Оказалось, что не у всех приключения прошли гладко, но возвращались они все равно с хорошими вестями. Однако к удивлению Сета, у большинства студентов это были всего лишь приказы о сопровождении каких-то дворян или доставке посланий… А никак не о поимке опасных преступников.
Тем не менее один отряд так и не вернулся.
– Дженна и Руфус пропали…
– Отряд Тримун схватила инквизиция…
– Под Лансдаром пропали пятеро наших…
Откуда росли ноги у этих вестей, Сет так и не понял. Но сначала студенты шептались несмело, а потом слухи начали обрастать новыми подробностями о пытках за магические преступления. Некоторые высказывались с откровенным страхом о том, как же они снова отправятся за пределы безопасного Драконьего острова, если магов хватает инквизиция. Никто всерьез, конечно, не верил, что отряд Дженны Тримун мог совершить некое преступление и их поймали с поличным.
На третий день после появления тревожных вестей директор выступил в трапезной:
– Как вы уже наверняка знаете, один из наших отрядов был задержан. Инквизиторский орден «Кровавая луна» в Лансдаре арестовал пятерых магов Райкавиона. Прошу вас сохранять спокойствие, мы намерены разобраться с этим недоразумением. Уверяю вас, волноваться не о чем. Лорд Сертан введен в курс дела, и в «Кровавую луну» направлен официальный посланник от академии для выяснения обстоятельств. Тем временем служба новых рыцарей-магов наместника не прекращается, вскоре вам поступят новые поручения. А пока вы их не получили, рекомендую вместо пустых разговоров вернуться к занятиям.
Наверное, слова директора должны были успокоить студентов, но породили только новую волну обсуждений. Сет тут и там слышал обрывки беспокойных и даже откровенно неодобрительных разговоров о защите магов перед инквизицией. Особенно яро высказывался Рейн Фаркрат, и его приятели ему вторили, привнося смуту в ряды учеников. Почему директор не предпринимает активных действий по вызволению магов? Имеют ли право маги защищаться, если инквизиция будет нападать? И что им надо от магов Райкавиона, которые официально находятся на службе лорда? Почему сам лорд, в конце концов, не предоставит магам какой-то гарантированной защиты? Неужели его печать на деле ничего не значит?
Как бы Сеттре ни хотелось доверять директору и лорду Сертану, он не мог не согласиться со справедливостью вопросов Рейна. Тревоги добавляло и то, что отряд Дженны схватили именно в Лансдаре. То есть там, где они устроили пожар и погоню… Связаны ли эти события? Ох, Сеттре очень хотелось верить, что нет.
Глава 8. Кай. Время действовать
Больше месяца прошло с тех пор, как они вернулись с пустыми руками из Лансдара, а последствия провала преследовали Кая и его отряд до сих пор. Других рыцарей-магов, кто успешно справился с поручениями, поощряли золотом, писали хвалебные отчеты для лорда, давали доступ к самым редким свиткам, и даже артефактами одаривали. Пару дней назад Сеттра рассказал ему, что своими глазами видел, как Рейну Фаркрату преподнесли руническую перчатку, от которой так и веяло магией.
Более того, все отряды почти сразу получили новые поручения и отбыли, несмотря на переполох, учиненный инквизиторами. Их же отряд прозябал в Райкавионе, без какого-либо шанса на исправление ситуации. Следующего поручения им все никак не давали.
Да еще со зрением засада! Только они вернулись, как проклятье ударило с новой силой, и все время, пока они были тут, Сеттра разбирался с последствиями прогрессирующей слепоты. Благо, Сет умный и смог распутать клубок проклятых магических нитей, которые вросли в тело Кая. Но даже его усилий в какой-то момент могло не хватить, поэтому Кай помимо магии времени и сам взялся исследовать магию Проклятий, помогая Сеттре. В итоге, они поняли, что им попросту не хватает сил, чтобы уничтожить ядро проклятия. Они могли лишь избавляться от последствий, но о том, чтобы победить источник, речи не шло. Казалось, будто друзья безнадежно застряли, и это чувство Кая ужасно нервировало.
Вот и сегодня утром Кай встал явно не с той ноги. Не в силах снять проклятье, он почти до рассвета, напрягая глаза, изучал свитки, в которых описывалась концепция заклинания Временной сдвиг. Оно позволяло воздействовать на объект, возвращая его на миг в прошлое, что звучало крайне занимательно. Если быстро среагировать, а лучше подготовиться заранее, можно предотвратить ранение, а то и сбежать от самой смерти. Сложное заклинание, которое и у магов прошлого не всегда выходило, но оттого Кай лишь сильнее хотел им овладеть и очень старался разобраться в бесконечном потоке сложно переводимых рун. Так и уснул, прямо на свитках…
А потом услышал, как в дверь настойчиво кто-то барабанит.
Это оказался Сеттра, принесший новость о том, что их срочно вызывают в лекционный зал на первом этаже. Туда, где профессор обычно преподавала уроки истории. Пришлось ему попрощаться со сладкой дремой и идти за Сетом.
Все, кроме госпожи Вистар, были уже на месте. Кай поздоровался с Мирой и Эллианом, уселся на ближайшее свободное место и стал размышлять о том, что их ждет. Он надеялся, им собираются дать еще одно особое поручение от лорда Сертана. Вряд ли куратор собирает их по другому поводу. Разве что заявить об их отчислении, но такой исход маловероятен. Лорд не станет разбрасываться магами. После стольких лет ожидания, пока они расправят крылья. Он многое им дал и, вероятно, рассчитывает на верную службу. И они обязаны отплатить ему и послужить своей стране. Плевать, что там говорил директор, но вот лорда подводить не хотелось. Нужно из кожи вон вылезти, но не провалиться.
Кай стал украдкой наблюдать за остальными, пытаясь понять, какие настроения преобладают в отряде. Не в силах разглядеть лица членов своей группы, он следил за жестами и вслушивался в ритм их дыхания. Мира была чересчур напряжена и то и дело поскрипывала зубами. Про сидевшего рядом Сета он и так все знал: тот нервничал, вздрагивая от каждого шороха. Один лишь Эллиан казался безмятежным, развалившись на стуле и закинув ноги на стол, но Каю отчего-то думалось, что это напускное.
Когда госпожа Вистар таки появилась, прижимая к груди стопку каких-то бумаг, все встрепенулись. Профессор в последнее время явно их избегала. Возможно, потому, что ей досталось из-за их неудачи, а может, причина была в другом. Кай не слишком хотел в этом разбираться.
– Доброго утра, мои хорошие! – бодро сказала куратор.
– Здравствуйте, профессор! – вскочил Сет. – Вы не представляете, как я рад вас видеть! Я пытался с вами поговорить… Я имею в виду, что приходил к вам… Но вас все не было и… Я просто хотел узнать что… Э-э-э… У вас все в порядке?
– Конечно, все хорошо! К сожалению, в последнее время я была чересчур занята… Как-то не удавалось вас повидать. Но неважно. Давайте сразу к делу! У вас новое поручение от лорда!
«Это же ложь, что у нее все хорошо, – внезапно понял Кай и внимательнее всмотрелся в мимику профессора. – Интересно, понимают ли это остальные?»
В отличие от других детей, спасенных из баракорского плена, Кай попал в Райкавион на три года позже. Чтобы укрепить свое влияние, некоторые знатные семьи брали под крыло одаренных детей. Так Кай получил фамилию Астер, одного из влиятельнейших родов в Аркен-Харе. В довесок к фамилии ему досталось и неплохое образование. Помимо основ фехтования и обучения этикету, он впитал еще очень много полезного. Особенно ему нравилось наблюдать за тем, как его приемный отец Клод Астер выявлял ложь, которую иногда пытались лить ему в уши подчиненные или другие аристократы. А еще больше нравилось, когда Клод рассказывал своим детям, в том числе и Каю, как именно он разоблачал лгунов. Правда крылась в движениях, интонации, неуверенной зажатой позе, выражении лица и движении глаз.
Кай не был в этом так хорош, как старший Астер, однако язык тела, как называл это Клод, выдавал госпожу Вистар. Она говорила более торопливо, чем обычно, отводила глаза, при этом тело выглядело зажатым. Будто что-то скрывала.
– У вас точно не было проблем из-за нас? – сказал Сеттра, виновато понизив голос. – Не ваша вина, что мы провалились! Если…
Как ни странно, от этого вопроса профессор немного оттаяла и посмотрела на взлохмаченного Сета, но тут же вновь отвела взгляд:
– Не переживайте, мои проблемы связаны с другим… другими делами в академии.
– Мы можем помочь! – вскинулся друг.
– Сет, – выразительно посмотрел на него Кай, обрывая фразу. Того и гляди разболтает, что они слышали часть ее разговора с директором. – Давайте лучше займемся делом, не будем задерживать госпожу Вистар.
– Так вот, ваше поручение, – сказала профессор и протянула Каю конверт с восковой печатью Гаррета Сертана и тут же собралась уходить.
Ее окликнул Эллиан:
– Госпожа Вистар. Не могли бы вы, пожалуйста, хотя бы кратко ввести нас в курс дела?
– Я… Ладно, – она развернулась, но так и осталась стоять у выхода. – Дело непростое, но опять же очень ответственное. И это хорошо. Свидетельство доверия, я считаю.
– Доверия? – хмыкнул Эллиан. – Если поручения распределяет наш многоуважаемый директор, то это скорее последний шанс. Разве нет?
Профессор проигнорировала его выпад:
– Вам нужно отправиться на остров Жангар и встретиться с послом Аркен-Хара по фамилии Минс. Его и груз, который он везет, требуется сопроводить до Митсаля. Часть подробностей в конверте, а часть вам расскажет сам господин Минс.
Сказав это, она поспешно удалилась, и на несколько долгих мгновений в зале повисла тишина. Кай не знал, о чем говорить с остальными, а потому попросту сломал печать и склонился над письмом, почти касаясь его носом.
– Что там? – отчего-то недовольно спросила Мира.
– Все, как и сказала госпожа Вистар. Отправиться на нейтральную территорию между Велтори и Аркен-Харом, в город-остров Жангар. Там нужно уведомить посла о нашем прибытии – как, интересно? Посла на его корабле сопроводить до Митсаля. До замка самого лорда Сертана, если быть точнее. О характере груза, который повезет Минс, ничего нет, но сказано, что он весьма ценен. Похоже, в этот раз мы будем просто стражами.
– Ну… хоть здесь не должны наломать дров, – тихо буркнул Сеттра.
– Ты на что намекаешь? – поинтересовался Эллиан, как будто слегка угрожающе.
– На то, что с нами чемпион турнира, а задание – охранять. Если будет драка – мы справимся, – вздохнув, отозвался Сет. – Слушайте, я серьезно! Давайте хоть это дело не провалим! Давайте приложим все усилия!
– Себе это скажи, – уколола Мира.
Кай рывком встал из-за стола, привлекая всеобщее внимание.
– Вообще-то Сеттра прав. Нам всем нужно постараться и не допустить старых ошибок. Сеттра поспешил, Эллиан сжег дом Бокара. Мира упустила убийцу. А я… – Кай на миг призадумался, но быстро нашелся с ответом. – А я не вовремя ушел разведать обстановку, до того как мы составили план. Можно сколько угодно валить друг на друга вину, но это абсолютно ничего не даст. Ни-че-го! Поэтому давайте постараемся и оправдаем доверие лорда.
Жаль, он не видел их лиц, но возражений не последовало. Впрочем, он и рассчитывал, что их не будет. В конце концов, оспорить сказанное было сложно. Виноваты все.
Кай сел на место и еще раз перечитал письмо, после чего отдал его Мире.
– Тут еще что-то, – сказала она спустя некоторое время.
– М? – Кай повернулся к ней, пытаясь рассмотреть вещь, которую она ему показывала.
– Мира нашла в конверте еще одно письмо, Кай, – пояснил Сет.
– Еще? Дай взгляну.
– Оно не от лорда, – как-то напряженно сказала Мира. – Бред какой-то. Непонятно, от кого. Подписано «Т».
– Дай я посмотрю, – повторил Кай, протянув руку, и на этот раз Мира отдала ему пергамент.
«Есть тот, кто очень нуждается в вашей помощи. Он будет ждать вас под руинами на Мертвом острове. Пожалуйста, выслушайте его. У него есть работенка, за которую он готов заплатить редчайшими свитками, написанными самим Амберионом. Надеюсь, вас это заинтересует. Если да – отправляйтесь к нему как можно скорее. Не бойтесь его. Когда встретите, скажите, что ищете Рубина. Держите все в тайне и добирайтесь до острова не под эгидой Райкавиона. Т.»
Кай задумчиво запустил руки в волосы. Послание его, конечно, заинтересовало, но до чего же это было подозрительно… Какая-то странная встреча, причем все должно быть тайно. Да еще и в таком мрачном месте, как Мертвый остров. Кай не бывал там, но по слухам местечко отдавало чем-то жутким. Очень жутким.
– Да дай ты и мне уже прочесть! – заглядывая ему за плечо, сказал Сет. – Оба прочли, и никто ничего не говорит!
– Держи, – он протянул письмо другу. – Интересно, кто такой этот «Т»?
– И чего этот неизвестный хочет? – спросил Эллиан как бы между прочим.
Кай пересказал содержание послания, и в зале повисло молчание. Мира немного походила из угла в угол и прислонилась к стене, Сеттра зачем-то перечитывал и перечитывал второй пергамент, а Эллиан все так же отстраненно смотрел в окно, закинув ноги на стол.
«Интересно, о чем они думают?»
Сам Кай испытывал смешанные чувства. Конечно, ему хотелось углубиться в тайны прошлого, получить свитки Амбериона и встать на совсем иную ступень мастерства, но… Послание вызывало много вопросов. Что за Рубин? Что ему нужно? Кто автор письма? А автору что нужно? Почему из всех мест в мире для встречи выбран именно Мертвый остров?
В какой-то момент Кай остановил поток мыслей и решил спросить мнения остальных:
– Кто что думает?
– А что думать? – раздался из угла возмущенный голос Миры. – Нам явно не стоит туда соваться!
– Да, звучит, конечно, странно, – неуверенно сказал Сеттра. – Но все же свитки великого Амбериона! Вы только подумайте!
– Нет, это тупо! – фыркнула Мира. – У нас есть поручение от лорда. Зачем нам еще какое-то непонятное дело?
– У нас есть несколько дней и, вероятно, уникальная возможность узнать что-то о наследии Амбериона, – размышлял Кай.
Да, с одной стороны, нельзя нельзя из любопытства пренебрегать долгом. С другой6 эта встреча никак не мешает их службе. Но Кай считал, что им нужно принять решение вместе. Целостность отряда сейчас важнее.
– Соглашусь, – кивнул Кай. – Давайте сделаем так, как сочтет большинство. Мира?
– Я уже сказала. Я против.
– Я за то, чтобы проверить, – возразил Сеттра.
– Эллиан?
– Мне все равно. Знания – это хорошо, но записка вполне может быть ловушкой инквизиторов, – протянул велторианец. – Знавал я одного умельца, который хитрил подобным образом.
– В Велтори? – спросил Сет зачем-то, хотя ответ был очевиден.
– Да. Я, кстати, этого змея по почерку узнаю. Дай взгляну. – Сеттра передал ему письмо, на какое-то время стало тихо. И вдруг Огненный маг вскочил на ноги и заявил: – Мы едем на Мертвый остров!
***
«Боги! Что случилось с этим местом?» – подумал Кай, мрачно оглядывая голый серый берег, будто бы выстланный костной мукой. Чуть дальше виднелись торчащие из песка белые, такие же безжизненные камни, точно редкие зубы кого-то древнего и жуткого.
Остров был назван Мертвым неспроста. Ни деревца, ни даже травинки не пробивалось из под лишенного красок песка. Ни построек, ни людей, ни животных, ни даже птиц, парящих в небесах. Казалось, будто все живое этому месту попросту чуждо. В том числе и они.
Добраться сюда было несложно. Достаточно оказалось высыпать немного золота в руку одного из знакомых рыбаков, а затем поболтаться полдня в тесной лодке. Обычно рыбаки старались не приближаться к Мертвому острову, но жадность – дело такое. А денег маги предложили за короткое путешествие немало. Для их перевозчика дело-то нехитрое. Привезти, подождать денек, затем отвезти обратно. Море было спокойное, поэтому при желании ему не придется даже сходить на берег.
Кай стер со лба выступивший пот. Им же сойти-таки пришлось, и это место ему решительно не нравилось. Его не покидало ощущение, будто они совершили большую ошибку, приехав сюда. Какое-то шестое чувство кричало, что здесь опасно и надо бы убираться прямо сейчас, но Кай старался не слушать голос страха. Преждевременная паника еще никого до добра не доводила.
– Милое местечко, – сказал он, повернувшись к остальным, а затем махнул рукой вглубь острова. – Что ж, насколько я понял, нужно немного пройтись, и мы увидим руины.
Никто не ответил, мрачные маги побрели вглубь мертвой пустыни.
И угораздило же их согласиться на эту авантюру… Хотя чего жаловаться, трое из четырех проголосовали в пользу встречи с Рубином, только Мира была против, да и та явно заинтересовалась, когда Эллиан поведал, кто автор письма.
Им оказался секретарь директора Райкавиона, господин Хейгор, он же по совместительству дядя Эллиана. Тревис Хейгор был как раз тем человеком, который организовал побег Эла из Велтори, прежде чем инквизиторы вцепились ему в горло. Эллиан доверял дяде, поэтому тут же поменял свое решение.
Когда Кай узнал об авторе записки, то тоже немного успокоился. Хотя встречались они нечасто, господин Хейгор всегда ему импонировал. Педант, вдумчивый, молчаливый и умный – такое впечатление тот производил. К тому же он был в хороших отношениях с мастером Менфисом, а уж его-то мнению Кай доверял.
Чем дольше Кай раздумывал по дороге сюда, тем больше убеждался, что встреча с Рубином была просьбой о помощи, а не хитрой ловушкой. Вызывало ли все это вопросы? Еще как. Но они и явились сюда, чтобы получить ответы.
«Ну, и свитки Амбериона», – подумал Кай.
Одним богам известно, какие тайны там содержатся! До сих пор они учились, собирая осколки некогда великого искусства. Но свитки… Свитки Амбериона – первоисточник всей магии. Именно Амберион создал из необузданной бесформенной магической силы заклинания и научил людей придавать ей форму, управлять ей. Любой маг отдал бы душу, чтобы учиться у самого императора Амбериона.
– Смотрите! Вон они, руины! – возбужденно сказал Сеттра, махнув рукой, но Кай, естественно, не мог ничего разглядеть с такого расстояния.
В ложбине меж невысоких барханов из-под песка выглядывали изъеденные временем глыбы, и когда они подошли ближе, Кай различил обломки некогда грандиозного сооружения. Это мог быть храм или даже замок, сложно сказать наверняка.
Чуть левее скопления самых больших глыб на белом песке кляксой расползалось что-то темное. «Вход», – догадался Кай.
Его догадку тут же подтвердил Сеттра:
– Это определенно то место, о котором писал господин Хейгор. Так, что дальше? Что там было в письме? Мира, оно у тебя?
– Дальше – идти внутрь, – сквозь зубы процедила Мира.
Кай не понимал причину, но на девушку остров и сама поездка явно давили больше, чем на остальных. С того самого момента, как они встретились в порту, Мира молчала до тех пор, пока кто-то не обращался к ней напрямую, да и тогда отвечала коротко и остро. Бедняге Сету досталась приличная порция яда лишь за то, что тот спросил, хорошо ли она себя чувствует. Как бы Мира не пошла на попятную. Хотя куда тут уже сбежишь?
Кай подошел ко входу и смог разглядеть ступени, ведущие под землю. Решив не давать Мире время передумать, он достал из сумки кованый масляный фонарь, зажег его и вручил ей. Хорошо, что он заранее все предусмотрел.
– Я и при свете солнца мало что вижу. А тут подземелье, – сказал он. – Другое дело ты. Ты же маг Сумрака.
Дополнительных объяснений и уговоров не потребовалось. Мира помедлила, прожигая его недовольным взглядом, после чего вырвала из его руки фонарь и первой вошла в подземелье. Остальные двинулись следом.
Шли медленно. Мира то и дело останавливалась и вслушивалась. Дыхание подземных ветров Каю тоже казалось зловещим. Руины были и впрямь неприятным местом. Однако он перестал дергаться от каждого шороха, как только понял, что это ничего не даст. Случись что, помочь он ничем не сможет. Со своими-то глазами. Поэтому сосредоточился на том, чтобы не споткнуться и не расшибить нос. Мира и Эллиан вроде как надежные ребята. Сеттра тоже светлая голова. Разберутся.
Почти полчаса они бродили по руинам, то и дело натыкаясь на глухие комнаты и завалы, прежде чем вошли в большой зал, стены которого терялись в темноте. Где-то сбоку непрерывно капала вода. Капли будто падали с разной высоты, создавая мелодичный перестук. Вот только мелодия была тревожной, как будто даже угрожающей. Впрочем, умом Кай понимал, что эта угроза была скорее надуманной.
– Как странно, – прошептал Сеттра. – Если это пустыня, то откуда вода? Мы, конечно, под землей, но…
– Точно же! Это не просто пустыня, – перебил его Кай, внезапно вспомнив кое-что. – Менфис мне как-то рассказывал про пустыни. Сказал, что некоторые образовались при помощи магии. Он вроде как не был уверен, но считал, что тут замешано какое-то особо разрушительное заклятие.
– Это же целый огромный остров! – всплеснул руками Сеттра.
– Разве что кто-то вроде Амбериона мог обладать такой силой, – пожал плечами Кай.
– Как ты можешь кого-то сравнивать с Амберионом? Не было никого и близко на свете, кто мог хотя бы приблизиться к нему по уровню силы! А сам Амберион не стал бы уничтожать острова! Ты знаешь, сколько всего Амберион…
– Тихо! – прошипела Мира, пихнув Сета локтем и оборвав его на полуслове.
Она вслушивалась и как будто пыталась что-то разглядеть в темноте. Когда Сет замолчал, Кай тут же уловил какие-то быстрые ритмичные постукивания. Словно металлом стучали по камню. А затем почувствовал и запах… Такого смрада он не ощущал еще никогда.
– Что это за хрень? – необычайно высоким голосом спросил Сеттра, и ткнул пальцем куда-то вперед. – Там что-то есть!
– Тихо, демоны тебя подери! – прошипела Мира, начав пятиться. Да так стремительно, что налетела на Кая и ударилась об него задом. – Оно приближается!
Постукивание слышалось все громче, и вонь явно усиливалась, так что выносить ее становилось все труднее. Маги дружно пятились, и никто ничего не объяснял. Это выводило Кая из себя, но он помалкивал. Если это… чем бы оно ни было, ориентировалась на слух, то лучше бы им не раскрывать рта. Как знать, вдруг пройдет мимо.
Не прошло. Очень скоро Кай различил в слабом свете фонаря какое-то шевеление. Что-то подобралось к ним уже почти в упор.
– И что делать теперь? – в панике завопил Сеттра. – Я не могу ослепить! Да и страхом ее не возьмешь!
– Назад, бесполезный! – напряженно скомандовал Эллиан и протиснулся вперед, навстречу звуку.
Через несколько мгновений в свете пламени, что заклубилось в руках Эла, Кай разглядел жуткую многоножку размером с волка. Огонь отражался бликами в россыпи маленьких глаз, будто сделанных из черного стекла. Стуча по полу десятками остроконечных, как змеиные зубы, ног, тварь в мгновение ока сократила расстояние и бросилась на стоявшего впереди мага, угрожающе раскрыв жвалы.
Заревело пламя и, прежде чем многоножка успела вцепиться в Эллиана, ее снесло огненным потоком, отбросив назад и перевернув несколько раз в воздухе. Отвратительный запах не то гнили, не то экскрементов резко пропал, сменившись гарью. Пылая, как заправский факел, существо тяжело поднялось со спины на лапы и бросилось бежать, скрываясь за поворотом.
– Ты ранен? – спросил Сеттра, подбегая к Эллиану.
– Нет, только царапина. На нее мне по… В общем, ерунда, – отозвался Огненный маг, рассматривая неглубокую тонкую красную бороздку на указательном пальце. Она налилась красным, но даже не кровила.
– Надо бы прижечь, – положив руку ему на плечо, сказал Кай. – Воняла эта тварь не очень.
– Ага, – согласился Эллиан, после чего бесцеремонно выдернул фонарь из рук Миры и на миг сунул в него палец.
– Bersalgo! – прорычал он.
– Больно? – зачем-то спросил Сеттра.
– Ты издеваешься или что? – Эллиан недовольно зыркнул на мага Смерти.
– Скорее всего, да, это больно, Сет, – не в силах удержаться, усмехнулся Кай.– А ты молодец, Эллиан! Быстро сориентировался.
– Проклятье, я ничего не мог сделать! Я читал, что на таких чудищ очень трудно воздействовать. Страх они испытывают только от боли, а Слепота на них не работает. И хитин у них прочнее стали! Я абсолютно ничего не мог сделать!
– Что это такое? – подала голос Мира.
– Не знаю точно… Я видел изображение этой твари в одной из книг, но без названия.
– Ладно, хватит болтать уже. Давайте двигать дальше, – сказал Эл, и первый пошел вперед, прямо туда, куда сбежала многоножка.
– Угу. И постарайтесь вести себя потише. Возможно, она нас попросту услышала.
Остальные не стали возражать и в гробовом молчании, внимательно вглядываясь и вслушиваясь в темноту, зашагали за Огненным магом.
Они аккуратно продвигались по подземелью, но больше никаких жутких тварей не повстречали. Да и ничего другого примечательного на пути не было. Водяной аккомпанемент остался позади, и стены подземелья вновь стали сухими, словно многовековой прах. И так коридор за коридором…
Только спустя еще примерно полчаса они вышли-таки в другой небольшой зал, в центре которого возвышалась статуя закованного в доспехи человека с красивым рогатым шлемом. Прижатая к телу рука уцелела, но второй повезло меньше. Она сохранилась лишь по локоть, а остальная часть отсутствовала. На полу лежали обломки.
– Ничего себе! – восхитился Сеттра. – Красота. О, смотрите, на постаменте какие-то руны.
Вместе с Мирой и Сеттрой они скучковались у статуи. Эл, по-прежнему державший фонарь, поднес его к письменам, и маги попытались хоть что-нибудь разобрать, но это оказалось не так просто. Во-первых, письмена сохранились не лучшим образом, а во-вторых, руны были настолько древними, что понять их не смог бы, наверное, и сам мастер Менфис.
– Да уж, – нахмурился Кай. – Не густо. Его зовут Юмиран Кроудар. Это слово точно значит «дракон», а вот эти – «сила» и «Амберион».
– Скорее всего, он истреблял драконов, – сказал Сеттра. – И получил награду от самого Амбериона. Так я думаю. Обычно ведь такое и пишут на постаментах статуй, верно? Регалии всякие…
– Может, ты и прав. Кто знает? Я считаю…
Кай застыл на полуслове, услышав скрежет. Он был похож на звук открывающейся двери. От неожиданности у Кая дух перехватило, и сердце забилось так, словно бы норовило разорвать грудную клетку. Остальные тоже всполошились. Мира начала шептать слова какого-то заклинания, но, прежде чем она успела закончить, из темноты раздался низкий, рычащий голос:
– Кто вы? И зачем пр-р-р-ришли сюда?
Маги дружно попятились. Боковым зрением Кай заметил, что Мира взмахнула рукой и тут же стала едва различимой. На ладони Эла заплясало пламя, а Сеттра крепко вцепился в посох.
Из темноты показался внушительный силуэт, и Сеттра с Мирой дружно издали непонятный звук. Не то стон, не то выдох.
– Мы из Райкавиона, – громко сказал Кай, игнорируя кого-то, кто настойчиво толкал его в бок. – Ищем Рубина. Видимо, это ты.
– Кай, – прошипел ему на ухо Сеттра. – Это не Рубин. Он вообще не человек!
– Нет, маленький волшебник. Я Р-р-рубин. Но ты пр-рав, я не человек.
Силуэт приблизился на несколько шагов и теперь был виден даже Каю. Огромный, на голову выше долговязого Эллиана и гораздо плечистее. Кожа его отливала темно-красным, а глаза – золотом. И рога. Из его головы росли рога!
Кай вспомнил, что читал о подобных существах. Перед ними полудемон. Они изучали демонорожденных в академии. Война с демонами и их опасными потомками стала частью истории Аркен-Хара. Инстинкты говорили Каю бить первым, пока полудемон не применил демоническую магию. Но маг медлил, сам до конца не понимая почему.
– Значит, вы – те самые маги, котор-рым довер-ряет Тр-ревис, – прорычал демонорожденный, однако интонация несколько изменилась. – Надеюсь, мы сможем поговор-рить. Надеюсь, вам хватит смелости хотя бы выслушать меня.
Кай на миг задумался, пытаясь спланировать, что говорить. Как и куда вести этот диалог. Он не знал особенностей чар демонорожденных и не понимал, чего ждать, если дойдет до драки. А если нет понимания, то и варианты не просчитать!
Ох, как же он не любил действовать вслепую. Во всех смыслах…
– И что за дела у тебя с дядей Тревисом? – спросил Эллиан прежде, чем Кай принял какое-либо решение.
– Он один из немногих, кто знает темную стор-рону стр-раны и защищает магов от инквизиции. Тот из вас, чье имя Эллиан, жив благодар-ря этой бор-рьбе, – на какое-то время Рубин замолчал. Маги тоже молчали, растерянно переглядываясь и ожидая продолжения.
Чувства от всего этого были двоякими, но Кай сохранял спокойствие. Не придумав, как сформулировать свой вопрос более витиевато, он решил спросить напрямик. Отделившись от остальных, он сделал несколько шагов к Рубину.
– Почему мы должны верить тебе?
– Вы не должны. Я пр-рошу только выслушать меня. Вер-рить или нет – р-решайте сами. Мы на одной стор-роне, и я не собир-раюсь вам вр-редить. Мне незачем. Если бы я хотел убить вас, то уже сделал бы это.
– Не уверен, – хмыкнул Эллиан, становясь рядом с Каем. – Сделаешь резкое движение и поймешь, что сильно нас недооцениваешь.
Демонорожденный склонил голову набок.
– Вы пока не очень-то хор-рошо упр-равляетесь с магией. На случай, если бы по мою душу пр-ришли инквизитор-ры, я создал ловушку. Вы не заметили ее. – Полудемон поднял когтистую ладонь, и Кай ощутил, как его шею обхватывает горячая металлическая цепь. Он схватился за нее руками, но это было бесполезно. Цепь продолжила сжиматься, а потом хватка вдруг ослабла, и оковы исчезли.
Рядом пыхтели остальные, с которыми, по всей видимости, проделали то же самое.
– Ладно, убедил, – судорожно ловя ртом воздух и потирая шею, прохрипел Эл.
Краем глаза Кай заметил, что Мира отступила назад и растворилась в тенях. Он предупреждающе поднял руку, надеясь остановить ее от опрометчивых действий.
– На одной стороне, говоришь? – отдышавшись, рыкнул Кай, вкладывая в возглас негодование, но не угрозу. Он был согласен с Эллианом: демон мог убить их прямо сейчас, будь на то его воля. – Тогда зачем ты нам угрожаешь?!
– Пр-рошу пр-рощения. Я не хотел этой демонстр-рации. Я хочу только поговор-рить. Если вы откажетесь… Я пойму. Все ненавидят таких, как я. Можете пр-росто уйти.
Кай оглядел парней: они выглядели напряженными, но спокойными. Он решился и сказал за всех, потому что идти назад не видел смысла:
– Мы уже здесь. Мы выслушаем тебя при условии, что ты больше не будешь применять магию против нас.
***
– Что значит «Всем магам грозит истребление?» – переспросил Кай, нахмурившись. – Не думаю, что лорд допустит…
– Гаррет Сер-ртан и сам в большой опасности. Пр-ротив него уже давно ведется скр-рытая война. Тр-ревису удалось кое-что об этом узнать. Очень многим не по нр-раву политика лор-рда. В Ар-ркен-Харе сейчас масса беспор-рядков. Разбойники на дор-рогах стали обыденностью. Людей похищают и пр-р-родают в рабство. Иногда сжигаются целые дер-ревни. Но это вы могли и не знать, живя в глуши и не видя стр-радания людей. Зато навер-рняка слышали, что начали пр-ропадать маги.
– Боги… – прошептал Сеттра, схватившись за голову.
– Если это лишь ничем не подкрепленные слова… – начал было Кай, но Рубин перебил его.
– Я еще не закончил, юный волшебник. Слова я подкр-репить могу. Тот из вас, чье имя Эллиан, своими глазами видел, как поступают с магами в Велтор-ри. Так вот знайте – ветер дует оттуда. А что касается войны пр-ротив лор-рда… Доказательства этому вы найдете в Жангар-ре. Тр-ревис сделал все, чтобы глава Р-райкавиона напр-равил туда именно вас.
– Поручение от лорда связано с этой, как ты говоришь, тайной войной? – удивился Эллиан.
– Р-разумеется. Будь в стр-ране все хор-рошо, зачем бы ему так ср-рочно понадобилась помощь рыцар-рей-волшебников? Нет, он чувствует угр-р-розу. Знает о ней. Именно поэтому задействует все силы. Многие задания для рыцар-рей-магов связаны с шатким положением Сер-ртана. Хотя есть и такие, котор-рые обелят р-репутацию волшебников ср-реди обычного люда.
– Репутацию? Когда это мы успели ее испортить? – поднял брови Сеттра.
– Кое-кто стар-рательно пр-ромывает людям мозги. Тот, кто хочет стер-р-р-реть магию с лица земли.
– Инквизиция, – зло бросил Эллиан.
– Вер-рно.
– Но для чего им это? И почему нас ненавидят простые люди? – Кай пытался понять логику Рубина.
– Люди боятся всего, чего не понимают. Их пугает, что есть кто-то, чьи силы безгр-раничны. По их мер-ркам, конечно. Они боятся, что небр-режным взмахом р-руки маги способны сотвор-рить что-то такое, что разр-р-р-рушит их дом, отбер-р-рет влияние или обесценит достижения. С пр-ростолюдинами пр-роще. Они ни за что и не дер-ржатся. Может, они и пер-реживают по этому поводу, но не возьмутся за ор-ружие, пока маги не начнут откр-рыто убивать их. Но есть богатые и сильные, что дер-ржат в своих руках власть.
– Дворяне? Какие-то приближенные лорда?
– В том числе. Ср-реди высших чинов инквизиции много благор-родных. Именно они настр-раивают остальных пр-ротив магии. Как я уже сказал, этому есть доказательства.
– Я все еще не улавливаю связь между инквизицией и ненавистью простых людей.
– А она есть. Вы найдете ее, если узнаете больше о том гр-рузе. Не для меня. Не для Тр-ревиса. Для самих себя. Думаю, это откр-рытие многое для вас р-расставит по местам.
Полудемон замолчал, давая им время переварить сведения. А поразмышлять было о чем. Пока что у них не было прямых доказательств, но даже госпожа Вистар предупреждала о том, что к инквизиции стоит относиться с осторожность. А если то что говорит Рубин правда, и заговор против Сертана и правда существует… Ситуация в стране вскоре может принять дурной оборот.
«Меньше знаешь – крепче спишь», – с горькой иронией вспомнилось Каю.
– Хорошо, но чего ты хочешь от нас? Ты рассказал нам всякие страшные вещи ведь не просто так? – сказал он, прервав напряженную тишину.
– Дядя Тревис сказал, что у тебя есть к нам какая-то просьба. Или поручение, – поддержал его Эллиан. – И свитки, которыми ты готов нас отблагодарить. Так чего ты хочешь?
– Наши цели совпадают. Тр-ревис говор-рил, что вы р-росли с опр-ределенными идеалами. Стоять на стр-раже своей стр-раны и служить лор-р-рду Сер-ртану. В будущем вы стали бы ор-рденом, хр-ранящим пор-рядок, как было в стар-рину. Но события намекают, что нужно спешить. Стр-рана вот-вот утонет в кр-рови волшебников, а лор-рд, если пр-роиграет, окажется под топор-ром палача. Сейчас как никогда нужен ор-рден волшебников. Вы спр-рашиваете, чего я хочу? Я хочу сохр-ранить магию в этом мир-ре, – Рубин говорил с таким рвением, что аж запыхался. Пришлось немного подождать, пока полудемон переведет дух. Затем его низкий голос вновь звучал ровно. – У меня есть и своя миссия. Более… личная. Но давайте по пор-рядку. Может, вы пока и не готовы вер-рить мне на слово, но инквизиция удар-рит. Мое главное желание – уничтожить инквизицию. Есть и пр-ромежуточные цели, за котор-рые я тоже готов щедр-ро вам отплатить. Если вы больше не готовы меня слушать – то на том мы и распр-рощаемся. Если вы хотя бы допускаете, что я не лгу, и готовы пр-ринять пр-равду моего голоса, то я р-расскажу вам все остальное.
Кай поглядел на Сеттру и Эллиана. Оба кивнули. Заметив какое-то движение, он обернулся и с удивлением заметил неподалеку еще и Миру. Либо она потеряла контроль над своими скрывающими чарами, либо сняла их нарочно, Кай не знал.
Так или иначе, она тоже чуть заметно кивнула ему.
– Раз уж мы пришли сюда, – громко сказал Кай, повернувшись к Рубину. – То мы вас выслушаем.
– Я р-рад это слышать. Итак… Давайте заключим сделку. У меня есть тр-ри р-редчайших источника знаний, написанных величайшим из магов. Достать их было нелегко, и я сомневаюсь, что где-либо в мир-ре есть настолько ценные для волшебника письмена. Я готов отдать их вам, если вы сможете сделать тр-ри вещи. По одной нагр-раде за каждый этап. Пер-рвое: вы должны основать ор-р-рден волшебников. Фундамент, без котор-рого невозможно осуществить дальнейшее. Создайте ор-рден, котор-рый будет на стр-раже мира. Такой, в котор-ром маги будут делиться знаниями, будут озабочены не только собственной силой, но и благополучием др-ругих людей. Втор-рое…
На этих словах полудемон закрыл глаза и в задумчивости замолчал. Да так надолго, что Кай его окликнул.
– Да… Пр-рошу меня извинить. Прежде чем я р-расскажу о втор-рой просьбе, вы должны кое-что узнать. Тр-ринадцать лет назад я был изгнан из Нар-р-рсис-Шада – мир-ра демонов. Демон-лор-рд, пр-равящий страной, где я жил, изгнал несколько сотен полудемонов, запер-рев нас в Пр-роклятом Подземелье – месте для смер-ртников. Там нас должны были растер-рзать огненные монстр-ры Ша-Гор-рг. Несколько недель мы пр-ровели, отчаянно отбиваясь от Ша-Гор-рг. Многие погибли. Но те, кто пр-родер-ржался… набр-рели на прор-реху и смогли попасть сюда, в Ар-ркен-Хар-р.
– Прореха? – Кай подозрительно сощурился. Кажется, он догадывался, о чем сейчас расскажет Рубин.
– Вы навер-рняка слышали легенды, как в вашем мир-ре иногда появляются демоны. Так вот и к нам пор-рой приходят люди. Прор-реха – это врата, что изредка и очень ненадолго отворяются в случайном месте. Я точно не знаю, почему так происходит. Навер-рняка как-то связано со слабеющим Лунным пр-роклятьем, что наложил Амбер-рион.
– Да, я читал! – воскликнул Сеттра. – Раньше на небе было три луны!
– Все луны символизир-руют мир-ры. Сейчас вы видите на небе символы этого мир-ра и Сер-рой долины. Еще одно светило являлось символом Нарсис-Шада. Во вр-ремена тр-рех лун на небе пр-роход между цар-рствами людей и демонов был хоть и не пр-рост, но возможен. Тогда пер-риодически случались втор-ржения и войны. Амбер-рион победил демонов и создал пр-роклятье, которое стер-рло луну Нар-рсис-Шада с небосвода, из-за чего ни демоны, ни люди больше не могли пр-росто так попасть др-руг к др-ругу в гости. Пока не появились пр-рор-рехи. Пр-равда, в нашем случае прор-реха спасла жизни. Полудемоны оказались в Ар-ркен-Хар-ре. И, естественно, люди не пр-риняли демонор-рожденных. Мы поднялись высоко в гор-ры, где ветр-ра и снега, и какое-то вр-ремя жили там, но… Меня в тот день не было с остальными, я искал более пр-ригодные для жизни места. Когда я вер-рнулся, я… Их всех схватили. Многих пр-рибили на месте. Я отпр-равился по следам захватчиков. Я искал, но в одиночку, гонимый всеми, и не смог их найти. Тепер-рь мне помогает Тр-ревис. Он узнал, что есть место, именуемое Демоновой колыбелью. Мы пока не выяснили, где это, но туда отвели моих бр-ратьев и сестер-р. Не знаю, зачем, не спр-рашивайте! Но они там. Иногда я вижу их во сне. Они зовут меня. Пр-росят о помощи. Я хочу вытащить их. И тогда мы сможем уйти. Мы найдем прор-реху и уйдем в Нар-рсис-Шад, где сможем начать все заново. Или, может, найдем себе место под этой луной…
– С ума сойти… – тем временем бормотал Сеттра, схватившись за голову. – Мир демонов, Проклятье Третьей Луны, прорехи в завесах между мирами – это все не просто легенды…
Кай никогда не был излишне впечатлительным, но слова Рубина заставляли задуматься. Все это время он внимательно вслушивался и всматривался в жесты полудемона, но так и не уловил ни намека на вранье. Судя по всему, тот говорил правду.
– И последняя, финальная цель – уничтожение инквизиции. – Рубин помолчал, обвел золотистым взглядом волшебников и заговорил несколько тише. – Я знаю, это не звучит, как легкая р-работенка. Но мы вместе можем осуществить этот план.
– Ты предлагаешь… – начал было Эл, но Рубин остановил его жестом.
Он вытащил откуда-то свиток и, показав его собеседникам, изрек:
– Я пр-редлагаю вам магический контр-ракт.
– Магический контракт? – изумленно прошептал Сеттра. – Ну уж нет! Я знаю, что его нельзя нарушить, и тот, кто не выполнит договоренность – умрет! А если мы попросту не сможем выполнить твои поручения?
– Не пер-реживай, мальчик, я не хочу вас убивать. Контр-ракт будет таков: как только вы достигаете одной из поставленных целей – я отдаю вам один из тр-рех тр-рудов Амбер-р-риона. Если вы не захотите выполнять мои пр-росьбы – можете этого не делать. Но если спр-равитесь – я заплачу. С моей стор-роны контр-ракт будет нарушен, если я обману вас и пер-редам не подлинные тр-руды Амбер-риона. А вы… У вас будет только один шанс нар-рушить контр-ракт. Единственный пункт, что будет опасен для вас, – пр-редательство. Если вы умышленно сдадите меня инквизиции, контр-ракт будет нар-рушен, и вы умр-рете. Если война с инквизицией напугает вас, то будет достаточно выйти из нее и не вр-редить мне. Но от пр-редательства я себя огражу.
– Такие условия видятся мне более чем щедрыми, – Кай изогнулся в легком поклоне и повернулся к остальным. – А вы что скажете?
Сеттра кивнул первым, а сразу после Эллиан. Все втроем они перевели взгляд на Миру, у которой вид был такой, будто ее загнали в угол. Казалось, она сейчас либо бросится бежать, либо станет драться. Но, к удивлению Кая, Мира тоже кивнула.
– Хор-р-рошо, – прорычал Рубин одобрительно. – Тогда я пр-риготовлю контр-ракт.
Глава 9. Мира. Темные делишки
Мира стояла на палубе и смотрела, как почти половина матросов, перекрикивая ветер, швартует корабль к причалу на Жангаре. Несмотря на защищенную с трех сторон бухту, сюда доходила неприятная боковая волна. К тому же последние сутки корабль шел, подгоняемый штормовым ветром и черными тучами за кормой. Капитан Лиссар всю неделю пути матерился да сетовал, что «Кирдану» не дали переждать бурю на Драконьем острове, поэтому пришлось прилагать максимум усилий, чтобы ее опередить. Ну, надо сказать, благодаря мастерству команды, им это удалось.
Городок Жангар был настолько большим, что, казалось, занимал весь остров. И выглядел очень богато: каменный причал, черепичные крыши, выкрашенные в разный цвет здания. Немудрено. Судя по краткому рассказу Адвензора, город процветал благодаря тому, что люди здесь промышляли и контрабандой, и торговлей с двумя странами – Велтори и Аркен-Харом. Как нейтральная территория, еще и пиратам разрешали вход при соблюдении ряда условий. Недурно так люди устроились.
Что до Миры, вылизанные цветные домишки ее только сильнее раздражали. Она сама не знала, почему. Будто бы она ожидала чего-то под стать настроению. Такого же, как надвигающийся шторм… Вроде как ей было бы легче выполнять задание на мрачных улицах, полных разбойников и пиратов, сливаясь с тенями и окружением.
Ей было все еще неспокойно после визита на Мертвый остров. Мира не сразу отошла от этого демонического места. Оно как будто пробуждало глубинный ужас и вводило в оцепенение. Она не могла объяснить себе причину этого страха. И как только сам Рубин мог там жить? Подписывая магический контракт с полудемоном, она думала только о том, чтобы поскорее убраться из древних руин.
При воспоминании о Рубине она словно почувствовала связь с контрактом. Как в момент, когда приложила палец к листу и ее тело пронзила чужая, незнакомая сила. Тогда Мира еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть. Преследовавший ее на острове ужас чуть не захватил власть. Учитывая потустороннюю ауру места, Мира не сомневалась, что на чувства влияла чья-то чужая воля или древняя магия. Лишь этот факт помог рассудку победить.
Теперь все они впятером связаны магией контракта. До момента, пока полудемон не произнесет вслух в присутствии кого-то из них четверых, что считает условия выполненными. Сами по себе контракты были пережитком божественной магии, Сеттра обмолвился, что их много веков уже не делали. Каждый, кто заключал контакт, пользовался им по веской причине. Полудемон вложил магическую силу в создание контракта и поэтому имел власть договор разорвать. Однако он был точно так же связан своим обещанием. Подписывали они контракт кровью… с каждым приложенным пальцем пергамент светился все ярче и ярче. Рубин скрепил соглашение последним, после чего пергамент вспыхнул и исчез в руке полудемона.
И они все шагнули в пропасть, по стойкому ощущению Миры. Ввязались в чужую игру, условий которой пока не понимали.
Правда, за последнюю неделю она пришла к выводу, что не жалеет о поставленной подписи… и все равно сомневается в решении. Был ли у нее выбор, когда все остальные уже согласились? Как бы спутники отнеслись, если б она отказалась? И что бы делала она сама? Осталась без отряда? А может, полудемон убил бы ее за то, что знает слишком много?
Мира всю жизнь предпочитала прятаться, хотя обстоятельства порой вынуждали огрызаться, как на ту же шайку Фаркрата. Теперь ее не покидало ощущение, что она позволила себя втянуть во что-то опасное против воли. И не имеет никакого шанса удрать.
Она-то думала, что служба у лорда станет островком спокойствия… Раскатала губу. Каждый новый день так и норовил дать отрезвляющую пощечину. Как мало она знала об Аркен-Харе! Запретная магия, странные существа, инквизиция, мрачные руины… Впору думать, что и драконы до сих пор существуют.
Одна часть Миры, подвластная инстинктам мага Сумрака, вопила, что нужно затаиться. Залезть в норку где-нибудь в академии или улизнуть на любимый дальний пляж Драконьего острова, куда обычному человеку не добраться вовсе…
Другой же Мире искренне хотелось защитить магов как хотелось защититься самой. Да, им подсунули полную риска миссию. Однако очень важную. Помочь волшебникам. Уничтожить инквизицию. Спасти пленных. Создать орден. Это значило восстановить порядок в Аркен-Харе.
Когда Мира представляла несчастных, забитых магических существ, кем бы они ни были, худых и голодных, которые много лет живут в плену, ее поневоле бросало в дрожь и возвращало в детство. Часть воспоминаний надежно укрывал Сумрак, стирая мглой образы. Мире было пять или шесть, и она не помнила толком, как попала в ветхий, замшелый приют. Сперва там ее сторонились и задирали. Потом стали бояться, когда молчаливая девочка вдруг исчезла у них на глазах, прячась от ненавистных сверстников. Если подумать, то Мира сейчас бы не смогла так хорошо скрываться в тенях, как это делала в детстве – настолько сильны были первые, неконтролируемые проявления магии.
После приюта память сразу перемещала ее в антимагическую клетку баракорских шаманов. Оттуда Мира помнила только саму клетку – и тесноту. Ее окружали десятки других детских тел, а она, не понимая, почему магия не получается, раз за разом пыталась сбежать через Сумрак. Чтобы к ней никто не прикасался. В итоге она так истощила магические силы, что впала в беспамятство. Все, что помнилось от спасения: какая-то воительница в черном открывает дверцу, Мира первой вываливается к ней на руки, и ее несут куда-то подальше из страшной пещеры…
– Ты как, нормально? – Мира вздрогнула от вопроса Кая.
Чуть погодя кивнула.
«Кажется, мое мнение ему небезразлично…» – подумалось ей вдруг. Она вспомнила, как Астер всегда проявлял уважение ко всем в отряде, интересовался их ответами, даже если после того озвучивал решение от себя. Мира внутренне насторожилась, вдруг поняв, что почти доверяет Каю. Не рановато ли? Не приведет ли ее это куда не следует?
Мира встряхнула головой, тугая коса хлестнула по плечу. А, пошли все эти мысли к демонам! Есть задание. Вот его она и будет выполнять.
Сойдя на берег, они попрощались с капитаном Лиссаром – идти назад они должны были уже на корабле Минса. Но сперва капитан разрешил отправить юнгу с «Кирдана», который знал этот город, с запиской к послу. Сами же волшебники остались ждать вестей в ближайшей таверне.
Портовая таверна была насквозь прокурена дешевым табаком и так воняла рыбой от погреба до дымохода, что у Миры заслезились глаза еще на крыльце. Освещался зал внутри скудно, поэтому маги выбрали столик у окна, где было хотя бы немного света и воздуха. Пока они усаживались и заказывали напитки (такие же дрянные, как и место), посыльный уже вернулся, и Астер попросил велторианца прочитать ответ. Адвензор пробежался взглядом по листку и тихо произнес:
– Посол готов принять нас вечером. Но на встречу нужно прийти кому-то одному. Мол, не надо всем отрядом заваливаться. Вполне ожидаемо. Ходить всегда вместе, словно шайка, признак дурного тона.
Астер задумчиво подпер подбородок кулаком, подумал немного.
– Я плохо вижу, мне идти нельзя. У Сета пока недостаточно навыков в переговорах, как мы уже знаем, – без обид, друг. А вот ты, Эллиан, знаешь велторианские манеры, смыслишь в торговле да и выглядишь солидно. Полагаю, тебе и идти. Но все-таки не одному. – Кай повернул голову: – Мира, я бы попросил тебя незаметно подстраховать Эллиана, не привлекая внимания.
Маг Огня сдвинул брови и бросил на нее быстрый взгляд. Выглядел он даже не то чтобы недовольным, а бледным и скорее… нерешительным? Нетипично для него.
– Ладно, – тихо буркнул Адвензор. – Безопасность превыше всего…
Мира готова была хоть сейчас пойти на разведку или превратиться в незаметный эскорт, лишь бы не сидеть без дела. Но пришлось ждать назначенного времени. Бродить по городу магам не предписывалось, так что они скучали за столом, каждый на свой лад пытаясь не дышать этим воздухом. Сеттра уткнулся в тарелку с рагу, Кай – в кружку с элем, Мира зажимала нос, а Эллиан дышал через надушенный платок. Рядом гоготали рыбаки и матросы, периодически бросая взгляды на них. Обстановка злила настолько, что Мира опять принялась гонять по кругу тягостные мысли, то и дело проверяя, на месте ли ее кинжал и сумка.
– Пора, – бросил Адвензор, когда колокол близ порта пробил восемь.
Они вдвоем вышли из таверны, оставив скарб на попечение приятелей. На Жангар опустились прохладные летние сумерки. Ветер нес с моря запах соли взамен вездесущей рыбы и даже легкий аромат цветов. Мира с наслаждением вдохнула свежий воздух и немного расслабилась. Вечер – ее стихия.
Как и условились, маг Огня первым двинулся на место встречи, сверяясь с планом, накорябанным на листке. Мира пошла в нескольких метрах за ним, поневоле подмечая, что шагает тот не очень-то бодро, разок даже споткнулся. Да что с ним такое? Может, заболел?
До назначенного места скрываться не было особой нужды. Однако Мира все равно инстинктивно накинула Теневой облик, когда вокруг не было свидетелей, и стала держаться в тенях ближе к стенам домов. Мысленно сказала спасибо Сеттре, который обучил ее заклятию фокусировки и помог зачаровать браслет, подарок Арабеллы Вистар: теперь она могла дольше поддерживать базовую сумрачную магию, практически не утруждаясь.
Приблизившись к нужному дому, велторианец оглянулся, будто пытаясь разглядеть ее, немного помедлил и вошел внутрь. Охраны снаружи не было. Мира внимательно просмотрела улицу на предмет свидетелей и скользнула к кустам около крыльца. Прислушалась. Магия Сумрака усиливала чувства, позволяя ей различать немного больше, чем другим.
– Я по приглашению господина Минса, – Адвензор говорил нарочито громко.
А вот в ответ ему буркнули что-то нечленораздельное.
– Хорошо, идем, – снова громко сказал маг.
Скрипнула дверь, шаги доносились уже из глубины здания. Топал, причем, явно не Эллиан: тот носил кожаные сапоги хорошего качества с небольшим каблуком и двигался хоть и не бесшумно, но и не как увалень. Поступь у встречающего же была тяжелой, грузной. По такой легко будет понять, куда двигаются люди внутри.
Мира кралась вдоль стены, сосредоточившись на звуках шагов и останавливаясь у окон, чтобы не потерять направление. По плану Астера она должна была попасть внутрь, чтобы подстраховать переговорщика. Но, по правде говоря, она не верила, что велторианцу угрожает реальная опасность. И пока решила действовать более осторожно.
Конечно, она могла войти внутрь сквозь стену. Но что это даст? Внутри можно было легко на кого-нибудь нарваться, ее бы посчитали воришкой или того хуже. Слишком опасно. И для нее, и для репутации отряда магов, который вообще-то прибыл сюда охранять груз для лорда, а не шариться в поместье посла.
В какой-то момент шаги отдалились.
«Вошли в комнату с другой стороны здания», – решила Мира и быстро обежала вокруг дома в поисках горящих окон. Такое было всего одно, освещенное большим количеством свечей изнутри. Мира подкралась к нему и не прогадала: там уже звучал голос Адвензора.
– …поручению лора Сертана, чтобы сопроводить вас в Митсаль. Думаю, вы знаете, кто мы такие.
– Полагаю, что знаю, молодой человек, однако ваш велторианский выговор меня несколько смущает, – ответил спокойный, чуть хрипловатый голос. – Чем вы можете доказать, что вас отправил лорд, а не кто-то другой?
– Грамотой с печатью лорда, разумеется, – Эллиан проговорил это тише и менее внятно, как будто забыв про уговор с Мирой. Нервничает, что ли?
Некоторое время за окном молчали.
– Что ж, я удовлетворен, – проговорил мужчина, по всей видимости Минс. – Вы вовремя. Мы отбываем срочно сегодня же ночью. К сожалению, кто-то разболтал сведения о ценности нашего груза, и мы рискуем нарваться на пиратов. Выйдем ночью – возможно, сумеем проскочить. Поэтому собирайте ваш отряд и найдите в порту корабль «Арсерия». Мы прибудем через два часа, грузимся и отплываем.
– Понял вас, господин Минс, мы с отрядом будем ждать у корабля.
Легкий скрип каблука Адвензора, тяжелый шаг встречающего, звук закрывшейся двери. Но Мира не торопилась уходить. Эллиан должен догадаться, что она нагонит его немного позже, а вот послушать распоряжения посла не помешает.
Тренькнул звонкий колокольчик, и спустя мгновение кто-то вошел в кабинет.
– Герс, выдвигаемся.
– Дэ, гспыдин, – ответивший будто съедал слова.
– И да, эти маги от лорда все-таки прибыли и будут сопровождать нас. Они нам и впрямь пригодятся, если нарвемся на пиратов. Будь неладен этот продажный остров! Сколько возможностей, столько и проблем.
Минс помолчал.
– Чот що, гспыдин?
– Предупреди наших гостей о магах. Лучше бы они с посланниками Сертана не пересекались, иначе все дело пойдет насмарку. Слишком большие ставки. Пусть запрутся в каюте с грузом и не выходят. А после прибытия в порт мы уж постараемся сперва отослать магов с двумя сундуками Минса, а потом разберемся с остальным золотом.
«А вот это уже любопытно!» – Миру заинтриговало услышанное.
Собеседник посла угукнул и вышел. Минс принялся тушить свечи. Пора было догонять Адвензора.
На пути в порт Мире было немного смешно наблюдать, как велторианец то и дело осматривался, ища ее среди теней. Умелый маг мог бы разглядеть, если знать куда смотреть, но Эллиан, видимо, был не так уж силен. Это тешило самолюбие и даже поднимало настроение. Подошла к нему Мира уже у таверны, сняв с себя Теневой облик. И двинулась в трех шагах за ним, так что тот вздрогнул, оглянувшись в очередной раз.