Холодное пламя: Последнее «Па»

Глава 1

Рус держал на руках сверток и растерянно смотрел на мирно спящего ребенка. Не было ни умиления, ни радости. Парень был в полной прострации, отчего выглядел откровенно глупо.

– Я… – начал он и тут же умолк.

Тук, сидевшая рядом на кровати, только улыбнулась и забрала из рук отца ребенка.

– Я тоже растерялась, когда поняла ее дар, – кивнула она.

Ведьма оголила грудь и приложила к ней дочку. Стоило ведьме это сделать, как малышка мгновенно проснулась и с жадностью присосалась к соску.

– Дар-то тут причем, – буркнул парень. – Я… я думал, что новорожденные немного…

– Если бы ты принимал роды, то точно знал, что выглядят они немного не так, как младенцы, – хмыкнула Тук.

– Как-то не доводилось, – пожал плечами парень.

– Что с прорывом бездны? – спросила она, с улыбкой наблюдая за ребенком.

– Закрыли. Пришлось снова устраивать небольшой филиал ада, но мы справились. Грот удержал тварей до нашего подхода. Габо взял на себя демона, пока я занимался тварями. Бренд рушил обелиски.

– А Роуль?

– Наблюдал, – вздохнул пиромант. – Он все это время наблюдал за нами. По его мнению это была отличная тренировка по нашему взаимодействию.

– Он тебе уже сказал?

– О чем?

– О Маркусе.

– Да. Это светлая сущность. Она возглавила восточные легионы, которые выдвинулись к нам.

– Это не просто светлая сущность, – вздохнула женщина. – Это оружие императора. Его меч, если хочешь. Он был в команде тех, кто атаковал прошлого императора, – Тук подняла взгляд на возлюбленного и продолжила: – Эта сущность не намного младше самого Роуля.

– Серьезный противник? – уточнил парень.

– Смертельный.

Рус опустил взгляд и вздохнул.

– Как все это не вовремя.

– Война никогда не бывает к месту, – кивнула ведьма. – Роуль, чтобы не слиться со стихией, создавал якоря. Точки, которые будоражили в нем чувства. Благодаря этому он держится, и из-за этого он такой, какой есть. Маркус другой.

– У него нет якорей?

– Нету.

– Тогда почему он до сих пор еще не растворяется в стихии?

– Потому что принял аскезу и заперся в древних казематах, где предавался молитвам в кромешной тьме. Его путь – аскезы. Он отказался от света, чтобы не раствориться в нем, и посвятил себя молитве. Только благодаря этому он до сих пор жив.

– Сидеть в темных казематах и молиться тысячелетиями… Так же можно и с ума сойти, – хмурясь, произнес Рус.

– Я не сомневаюсь, что он слетел с катушек, но давай говорить откровенно. Роуль тоже редкостный псих. За две тысячи лет под постоянным давлением стихии ни один человек не способен остаться в здравом уме.

– Согласен, – кивнул пиромант. – Прорыв бездны для тренировки слаженности – это слишком. Даже для меня.

– Поэтому я и говорю тебе о Маркусе. Его сила на голову превосходит даже твою. А его разум может оказаться не способен принимать реальность, чтобы не происходило вокруг.

– Я буду осторожен, – кивнул Рус.

– Будь. И учти. Ребенок не останется без отца. Даже если тот почему-то решит погибнуть в неравном бою, – со стальными нотками произнесла ведьма и злобно зыркнула на возлюбленного.

Рус поежился и сглотнул ком в горле.

– Я буду очень осторожен.

* * *

– Если говорить прямо, то я думаю, у нас нет шансов, – глядя в столешницу, произнес Грот. – Я тренировался, я медитировал днями на пролет, а все, на что меня хватило – удержать толпу тварей.

Парень выглядел мрачным и откровенно поникшим последние несколько дней. После того, как произошло сражение на окраине империи, он все время провел в медитации.

– Я поддерживаю его, – кивнул Бренд. – Нет, Грот как раз молодец. Удержать орду тварей бездны при помощи големов – это по-настоящему отличный результат. Только вот этого мало. Ну, а если говорить про регулярную армию империи, то я… я понятия не имею, как мы с ней будем бороться.

– Не согласен, – произнес Габо. – Не согласен, что у нас нет шансов. Шансы есть, но пока мы их просто не видим. И к тому же, мы пока не понимаем, на что способна регулярная армия империи.

– Думаю, в этом и проблема, – кивнул Рус. – Все, кто к нам приходил, не имели отношения к армии. Мы не знаем, как они себя ведут в бою и на что способны.

В этот момент входная дверь в башню с хлопком распахнулась от удара ноги, и в гостиную, превращенную в зал совещания учеников, вошел Роуль.

– Здра-а-а-а-а-асть! – произнес он и попытался широко улыбнуться.

Половина лица у него отсутствовала, превратившись в черное месиво. Правая рука висела плетью, а у левой отсутствовала кисть.

– Вижу, что вы уже собрались для того, чтобы решить, что делать с имперским легионом, – произнес он и сделал несколько шагов внутрь.

После этого он обернулся и взмахнул культей, пытаясь изобразить извинения.

– Простите, не постучался. Нечем было.

– Что с вами? – осторожно поинтересовался Грот.

– Я к своему великому удовольствию нашел то, что искал, – пояснил учитель и бесцеремонно уселся в свободное кресло. – Итак! О чем же вы тут беседуете?

– Пока о том, что не знаем, как воюют имперцы. Мы не встречались с регулярной армией империи и просто не знаем, чего от них ждать, – ответил Рус, наблюдая, как учитель закинул ногу на стол и откинулся, свесив при этом обе руки.

– Тоже мне проблема, – фыркнул Роуль и, взглянув на ученика, продолжил: – Вам всего-то надо напасть на них в походе.

– В смысле напасть? – удивился Грот.

– В прямом. Соберите силы, подготовьтесь и нападите. Чем лучше и сильнее вы ударите, тем больше узнаете о противнике.

Ученики переглянулись, а Роуль вздохнул и с раздражением пояснил:

– Вам не надо уничтожать противника и сражаться до последней крови. Вам нужно создать условия, при которых имперцам и Маркусу придется показать максимальное количество приемов и защит.

– В принципе – это неплохая идея, – прервал тишину со стороны учеников Габо. – Если мы подготовимся, то сможем напасть, причинить максимальный ущерб, проверить противника и увидеть, на что он способен.

– Они моих големов размажут как глину, – буркнул Грот.

– Посмотри, насколько быстро и сделай лучше, – вмешался Бренд, до этого молча обдумывающий план.

– Если не получится лучше – сделай по-другому, – кивнул Рус.

В этот момент в помещение влетел Хойсо.

– Роуль! Роуль, скотина! Почему тьма дрожит и смердит светом?

– Все в порядке, – отмахнулся культей упырь не оборачиваясь.

– Да? Тогда, может, ты объяснишь, что произошло?

Упырь с неохотой приподнялся и заглянул за спинку кресла, где был старый друг, и, взглянув ему в глаза, произнес:

– Я просто нашел маму.

* * *

Тучи медленно и неохотно переваливались через горный хребет. Часть из них цеплялась за горные пики и выливала проливной дождь на скалы, но большинство шло дальше к Вивеку.

На одной из небольших вершин стоял Грот. Парень третий день медитировал, замерев в позе стоя, и смотря на долину, в которой располагался город.

Время шло, и все вокруг города постоянно менялось. Леса уходили, и на их место приходили поля. Какие-то засеивали, а некоторые использовали для пастбища. Городу нужна была еда, и ее обеспечивали как могли. Из-за численности населения земли для продуктов не хватало, и в город постоянно тянулись вереницы телег из близлежащих деревень. Дальние так же не брезговали торговлей продуктами, но бывали заметно реже.

На побережье вырос целый рыбацкий поселок, который поставлял в город рыбу, но со временем он оброс складами и превратился в портовый придаток самого города.

Дорога к темной цитадели была закончена и покрыта письменами с историей этих земель. К сожалению, история Вивека оказалась не настолько длинной, как дорога к Темной цитадели, но Хойсо поклялся вести эту летопись, пока она не достигнет ворот темного учебного заведения.

Все это шло на пользу самому городу. Он рос, развивался и становился огромным центром, куда стекались товары со всех Вольных земель. Здесь были лучшие условия и самый большой рынок. Сюда же подались многие мастера как из баронств, так и бывшие подданные Кусарифа.

Все это было перед глазами Грота, который продолжал медитацию. Парень стоически переносил голод, жажду и холодный ветер, который так и норовил пошатнуть его. Благо геомант был уже опытный и давно научился чувствовать породу благодаря чему стоял, словно каменный.

– Похвально, конечно, что ты не теряешь интерес к медитации, но еще немного, и я буду уверен, что ты просто упрямый баран, – произнес Роуль, вышедший из тени.

Упырь обошел парня и заглянул ему в глаза.

Ученик моргнул, выходя из транса и уставился на учителя.

– Ч-ч-что?

– Я насрал в твою тарелку к завтраку, а ты не пришел, – язвительно произнес Роуль. – Представляешь? Так старался, напрягался, а ты не пришел!

Парень встряхнул головой, чтобы прийти в себя и понять слова учителя.

– Я говорю, что рад видеть твое стремление к медитации, но сейчас это все равно, что долбить зубочисткой в каменную дверь.

– Причем тут зубочистка?

– При том, что сейчас этот путь чуть-чуть не актуален. К нам движется армия, все готовятся к проверке сил. а ты у нас медитируешь.

– А что мне еще делать? Сделать големов сложнее? Тогда я не смогу контролировать больше десятка. Сделать их защищенными от света? Так и в имперском легионе далеко не одни клирики. Вот я и делаю, что могу.

– Вообще-то ты можешь гораздо больше, – заметил упырь. – Но почему-то уперся в контроль и медитации.

– В каком смысле «могу больше»?

– В прямом. Есть парочка приемов, которые могут серьезно тебя продвинуть в понимании твоей стихии. Но ты же у нас упертый. Можешь еще помедитировать пару десятилетий, чтобы добиться хороших результатов.

– Что за приемы? И в чем подвох?

– Никакого подвоха! Это действенная техника! – с уверенностью заявил Роуль.

– Тогда в чем проблема? Почему вы раньше мне не сказали про эту технику?

– Потому что есть ма-а-а-аленький нюанс, – произнес упырь и нагнулся к ученику. – Ты можешь умереть.

Грот внимательно посмотрел учителю в глаза и спросил:

– Это серьезно усилит меня?

– Это даст тебе новое видение твоей стихии. Без узлов и прочей мишуры, правда, для этого надо повторить провернуть оба приема.

Грот взглянул на город и представил, как его осаждает вражеская армия.

– Я никогда не хотел воевать. И быть самым сильным магом не хотел. Я надеялся, что выучусь и вернусь в родную деревню к родителям. Папка бы мной очень гордился. Я бы выбрал себе самую красивую девчонку – рыжую Марту. Построил бы себе дом, и мне никогда не пришлось бы больше голодать зимой. Даже если неурожай.

Парень перевел взгляд на учителя.

– Война – это не мое. Я не хочу никого убивать, но и допустить, чтобы в мою деревню пришли имперцы, не могу. Скажите честно – я смогу?

Упырь выпрямился, расправил плечи и ответил:

– Врать не буду. Шансы ровно пятьдесят на пятьдесят.

Грот снова взглянул на город и кивнул.

– Я готов.

Упырь поднял руку и показал ученику небольшую точку тьмы.

– Собери на ладони силу в точку. Сожми ее как можно сильнее.

Парень повторил прием.

– А теперь не вытягивай ее в нить. Возьми ее и добавь в нее силу…

Грот начал вливать в нее силу, а учитель продолжил наставления.

– Не лей силу просто так. Сжимай ее в эту точку! Еще!

Чем больше Грот вливал силы, тем сильнее начинала светиться в его руках зеленая точка.

– Еще больше! Влей в нее все что есть, но удержи ее! Не давай ей увеличиваться!

Точка уже сияла зеленым светом и когда начала дрожать, Роуль скомандовал:

– А теперь сожми кулак и отпусти силу в руку.

Грот сжал кулак, и в этот момент тучи добрались до них. Хлынул холодный дождь порывистым ветром. Сверкнула молния и…

БАБАХ!

Грот не шелохнулся, наблюдая, как сила земли превращает его кисть в камень. Миллиметр за миллиметром.

– А теперь слушай внимательно! – произнес упырь и схватил ученика двумя руками. Он упер свой лоб в его и, глядя в глаза, произнес:

– Камень – это ты! Слышишь?

– Слышу…

– Камень – это ты!

Превращения тела в камень ускорились, и очень быстро поглотили предплечье и плечо.

– Я… мне тяжело дышать, – произнес Грот, не отводя взгляда.

– Ты камень! Камню не нужно дышать! Не сопротивляйся! Ты – это камень!

Быстро расползающаяся граница обращения прошла через грудную клетку и быстро захватила туловище. Еще через минуту оно захватило все тело парня.

– А теперь самое сложное, – с придыханием произнес учитель, не отпуская ученика. – Камень – это не ты! Слышишь? КАМЕНЬ – ЭТО НЕ ТЫ!

Статуя Грота молча смотрела на учителя. Упырь не отпускал лица ученика и продолжал повторять как обезумевший:

– Камень – это не ты!

Дождь поливал темную сущность и ученика. Совсем рядом сверкали молнии. Мерзкий порывистый ветер кидал косые капли на упыря и геоманта, но им было не до этого.

– КАМЕНЬ – ЭТО НЕ ТЫ!

В момент, когда раздался гром, ученик темной сущности справился. Рука статуи разжалась, плотно сжатые губы раскрылись, и он повторил:

– Камень – это не я…

* * *

Габо оглянулся назад и поежился.

За его спиной больше трех тысяч големов устроили настоящее сражение. Рубя друг друга каменными мечами, выпуская каменные снаряды и превращая противников в пыль, они не издавали ни единого звука.

– Как-то это не правильно, – буркнул себе под нос пылающий рыцарь и ускорил шаг к Гроту, который наблюдал за происходящим.

– Привет, – кивнул парень, когда он к нему подошел. – Что-то случилось?

– В Вивеке ходят слухи, что тут сражаются две горы, – произнес Габо. – Я когда услышал, сначала подумал на Роуля.

– Роуль… он показал мне парочку приемов, – произнес Грот, не сводя взгляда с воинов.

– Эффективные?

– Не то чтобы эффективные… Они меняют…

– Что?

– Все, – ответил парень и перевел взгляд на пылающего рыцаря. – Они меняют все. Я чувствую, как дышит земля. Слышу, как молчат горы, и скрепит магма под ногами. Это… что-то другое. Земля и камень – это не совсем безмолвная стихия… Она живая.

– Никогда об этом не задумывался, но почему нет? – пожал плечами воин. – Земля дает жизнь растениям, а они дают жизнь животным. По идее жизнь и земля тесно сопряжены.

– Земля дает жизнь, а смерть возвращает ее в землю, – кивнул Грот. – Я про это читал, я это понимал, но сейчас… Сейчас я это чувствую, и это не дает мне покоя.

– Совсем недавно тебе не давала покоя защита императорского дворца, – хмыкнул пылающий рыцарь. – И твои глаза… Это после этих приемов они стали каменными?

– Глаза? Да… Я не понял, в какой момент, но это произошло после того, как Роуль показал мне эти приемы.

Грот поднял руку и взглянул на свою ладонь. Под его взглядом тело начало обращаться в гранит. При этом он свободно шевелил пальцами и сжимал кулак, словно он был из человеческой плоти. Без трещин, скрипа и крошки. Чтобы удостовериться, что это гранит, он потер ладони и тут раздался характерный звук трения камень о камень.

– Помнишь, ты просил меня узнать у Прародительницы по поводу материала для астрала? – спросил Габо, не сводя взгляда с рук парня.

– Помню, – кивнул Грот.

Габо молча скинул с плеч сумку и достал из нее серый булыжник с фиолетовыми прожилками.

– Это астральный камень, – пояснил пылающий рыцарь и вручил его геоманту.

– Он какой-то… – нахмурился Грот и не смог сформулировать свое ощущение от странного камня.

– Прародительница сказала, что он соткан из снов и видений шаманов. Я не совсем понял, как это возможно, но она еще ни разу не врала.

– Она дала его просто так? – спросил Грот, не сводя взгляда с каменюки.

– Нет. Ты обязан вернуть голема после использования ей. Я не знаю, зачем он ей, но она была очень довольна, когда я согласился.

Грот простоял секунд десять, не сводя взгляда с камня. Он бы простоял и дольше, если бы Габо не потряс его за плечо.

– Так как? Согласен?

– Что? Да… Согласен, – кивнул парень и перевел взгляд на собеседника. – Мне нужен Рус. Срочно!

* * *

Император сидел напротив мужчины с белоснежной бородой. На вид ему было около сорока лет, но белоснежные глаза однозначно говорили о том, что это не простой проситель.

– Прорыв бездны – это серьезно, – произнес он и, задумчиво провернув пиалу с чаем, продолжил: – У него сильные ученики. Мало того, что они устроили прорыв и дождались появления младшего демона, так еще и уничтожили его, после чего и закрыли прорыв.

– Я в курсе подробностей, – кивнул император. – Меня интересуют ваши выводы и то, чем для нас это грозит.

– То, что недобитый отпрыск темных не будет искать учеников слабаков, было понятно и до прорыва. По сути это ничего не меняет.

– Уверены?

– Да. Мы продолжаем движение в вольные земли. Восточный легион – не демонические твари во главе с младшим демоном. Церемониться и мериться силами мы не будем.

– Мне бы вашу уверенность, Маркус – хмыкнул император.

– У темных была отличная традиция. Всех отпрысков они отправляли на службу в армию, и те проходили ее, начиная с самых низов, – произнесла светлая сущность. – Нет, дело было не в воспитании, а в том, что будущий император всегда знал, что такое армия, и представлял, на что она способна.

– Звучит как упрек.

– Это он и есть, – кивнул собеседник. – Еще три столетия назад, во время войны с этими чернозадыми засранцами мы пересмотрели тактику. Сейчас в восточном легионе есть представители магов всех стихий, направлений и техник. Разумеется, кроме узловой. Получилась сборная солянка, которая с первого взгляда не может действовать совместно, но благодаря ректору Университета были выстроены не только алгоритмы взаимодействия, но и новый армейский тип защит, не требующий однородности стихий. Более того, наши щиты способны менять свойства при определенной концентрации той или иной силы.

В этот момент в кабинет вошла прислуга и поставила на стол перед императором поднос, закрытый стальной полусферой.

– В армии нет темных, – напомнил император, откинувшись назад, пока прислуга расстелила на его ногах белоснежную салфетку.

– Да, но при этом показатели защиты от тьмы у наших щитов не идут ни в какое сравнение с щитами светлых орденов, – кивнул Маркус и довольно добавил: – Империя не стоит на месте. Армия продолжает развиваться и готова к новым угрозам, но мне печально от того, что вы забываете о преданных вам воинам и одаренных.

Слуга поднял стальную полусферу, под которой находился завтрак императора, и встал чуть в стороне. Глава империи жестом приказал прислуге удалиться и перевел взгляд на поднос.

Не особо вдаваясь в содержимое тарелки, он подхватил вилку и отломив кусочек от продолговатого предмета в тарелке сунул его в рот. Произведя два движения челюстью он замер.

– Фто это? – хмурясь, произнес он, обнаружив, что продолговатый предмет в каше имеет коричневый цвет внутри.

Опустив голову и принюхавшись он тут же выплюнул элемент завтрака и прорычал:

– Какого демона!!!

Подняв взгляд на поднос он обнаружил небольшого каменного человечека из серого камня с фиолетовыми прожилками. Размером он был всего в пару ладоней. Под удивленными взглядами Маркуса и императора он бесцеремонно взял хлеб с тарелки, подтер им задницу и показал удивленному мужчине средний палец.

– В сторону! – рыкнул Маркус и в один удар, вложив силу, смел все со стола, чудом не задев самого императора.

Часть столешницы смело вместе с посудой врезалось в стену, но среди всего этого самого каменного человечка не оказалось.

– Что… что это было?

– Голем. Неизвестный мне тип голема, – сквозь зубы произнес Маркус.

– Что он тут делал?

– Очевидно, что он срал в вашу кашу, – ответила светлая сущность и, скрипнув зубами от злости, скосила взгляд на кашу, среди которой виднелся продукт жизнедеятельности голема.

Глава 2

– Ну? Что удалось узнать? – спросил Хойсо, сидевший рядом с Роулем, который задумчиво поглядывал на Вивек с высоты городских стен.

– Поклонная гора. Представляешь? Поклонная гора…

– Когда я тебе говорил о ней, ты все время отмахивался, – недовольно проворчал старый друг.

– Кто мог подумать, что основное место паломничества светлых пилигримов окажется местом ее заточения? – вздохнул упырь.

– Что узнал по защите?

– Там стояли десять печатей Арита. Три они сняли. Если бы не сняли, я бы так ее и не почувствовал, – темная сущность взглянула на друга и продолжила: – Они готовятся выпустить ее и ждут момента.

– Это лучше, чем ничего, – вздохнул Хойсо. – Ты уже решил, что будешь делать?

– Меня чуть не порвало светом на части, когда я попытался туда проникнуть, – вновь перевел взгляд на город упырь. – Придется действовать чужими руками.

– А как же война с империей?

– Сначала война с империей, а уж если они ее не отпустят, то придется действовать через третьи руки.

Роуль замолчал и уставился на двух молодых магесс, которые выбежали из переулка, громко хохоча.

– Бим и Юди, – вздохнул старый друг, заметив взгляд девушек. – Мелкие пакостницы постоянно развлекаются, как им вздумается.

Хойсо толкнул кулаком друга в плечо и произнес:

– Ты что-то в последнее время тоже раскис…

– Есть немного, – кивнул Роуль. – Так долго ее искал и не смог достать.

– Слушай, а тогда… Помнишь, когда ты открыл прорыв бездны. Ты говорил правду или…

– С ума сошел? – фыркнул Роуль. – Я буду ревновать тьму к Бренду?

– Ну, тогда ты был очень убедителен, – усмехнулся черт.

– Скажешь тоже, – поднялся на ноги Роуль и потянулся. – Эту тренировку я спланировал еще в тот момент, когда подкинул записи Карла «Седьмой год» про обелиски.

– Какого Карла?

– Помнишь идиота, который каждые семь лет выдавал «гениальные идеи»?

– Ты про этого, – кивнул Хойсо.

– Обелиски – единственная его по-настоящему «гениальная» идея.

– Тогда получается, что все это время…

– Да, немножко притворялся, – с улыбкой произнес упырь и показал пальцами, сколько по его мнению «немножко».

– Тогда может займемся делом? – спросил Хойсо, видя, что Роуль заметно повеселел.

– Да. Надо придумать этим мелким засранкам достойное наказание, – кивнул Роуль. – Кстати, они готовить умеют?

– Я бы предпочел, чтобы мы с тобой все же посетили собрание твоих учеников.

– Они опять будут мусолить какую-нибудь глупую проблему, которая решается за пару минут, – опустил плечи упырь. – И вообще, у них на собраниях скучно. С тех пор, как они перестали голосовать, там можно только чай пить.

– Но без эклеров… – хотел добавить Хосой.

– Да, без эклеров – это исключительно бесполезное занятие.

– Сегодня они хотят составить план нападения, – заметил Хойсо. – Мне было бы интересно послушать, что они там придумают.

– Как обычно. Грот наклепает големов и спрячет под землей. Если ему хватит мозгов, он хорошенько их укроет, чтобы ловушку под ногами не почувствовали армейские маги. Рус устроит филиал ада, Габо будет махать заточенной железкой и превращать все подрят в пепел, а Бренд… – тут Роуль задумался. – А вот за Брендом я бы понаблюдал.

– Так может заглянем?

– Если сегодня не будет эклеров, то я схожу по большому Русу в кровать, – вздохнул упырь.

– Не боишься, что Тук отрежет тебе яйца?

– Она с новорожденным ребенком и спит отдельно, – знающим тоном заявила темная сущность.

– То есть ты уже все узнал, – кивнул Хойсо.

– Да.

– И даже если там будут эклеры, все равно нагадишь под одеяло?

– Да!.. В смысле, я подумаю.

* * *

Дверь распахнулась, и в зал совещаний зашел Роуль.

– Здра-а-а-а-асть! – произнес он, оглядев собравшихся учеников и остановил взгляд на Боме, который недоумевающе на него уставился. – А не маловат ли он для того, чтобы тут сидеть?

– Не маловат, – буркнул Рус. – Других некромантов у нас нету.

– Поэтому ты взял криворукого недоучку, от заклинаний которого куриные кости сбегают с кухни? – уточнил Роуль и прошел к столу. – Его контроля хватит только для того, чтобы массово поднимать кладбища.

– Меня это устроит, – кивнул Рус.

– Тогда мне хотелось бы выслушать весь план вашего позорного поражения, – произнес упырь и уселся в кресло, закинув ноги на стол.

– Плана еще нет. Мы обсуждали создание государства на основе подчиненной мне части Вольных баронств и земель присягнувших Вивеку.

– А вот это неожиданно, – заявил Хойсо и тоже уселся за стол.

Оглядев пустой стол, он хмыкнул вспомнив разговор с другом.

– Я хочу присоединить свои владения к Вивеку и образовать новое государство. Хотелось бы, чтобы оно заняло всю западную часть континента, но ненависть людей из Кусарифа еще свежа. Они не пойдут на это, а времени у меня для их уговоров и убеждения нет.

– И как же будет называться твое государство? – с ухмылкой спросил Роуль.

– Мы еще не решили, да и не важно это. Мы создадим единый свод законов. Пока простенький, на основе законов Вивека. Приравняем титулы и объявим об этом на все близлежащие земли.

– А король? Или ты сразу замахнулся на императора? – с нескрываемой улыбкой поинтересовался упырь.

– Пока это будет совет лордов и…

– И постоянная грызня за власть, интриги и внутриполитическая неурядица, – закончил за него учитель. – Главный должен быть один. Иначе ты рискуешь попасть в ситуацию, когда совет лордов решит стать частью империи.

– Мы… – начал было Рус.

– Он прав, – прервал его Габо. – Это важный момент, от которого не получится отмахнуться.

– И человек должен быть надежным. Такой, чтобы был под нашим контролем, а в идеале кто-то из нас.

Тут взгляды скрестились на Русе.

– Ну уж нет! – заявил он. – Мне баронства хватает с его приемами и выносящими мозг послами. Вон, Грот молодой! Быстро учится и…

– А чего сразу я?!! – возмутился Грот, имевший удовольствие наблюдать, как Рус с грустной миной принимает гостя из соседнего барнства. – Вот Габо – вылитый император! Плечистый, магией огня владеет!

– Я мечник, а не правитель, – тут же открестился он. – Путь меча и правителя далеки и противоречат друг другу…

– А вам не кажется, что идеальным был бы вариант с бессмертным правителем? – вклинился в спор до этого молчавший Бренд. Заметив, как на нем скрестились взгляды, он развел руками: – Что? Проблем с наследием же не будет? Не будет!

Теперь взгляды устремились на Роуля, который расплылся в довольной улыбке.

– Нет, он всех сожрет, – мотнул головой Рус, но затем замер и уставился на Хойсо.

– Даже не думай! – заявил он. – Я быстрее каждый сквозняк на перевале пересчитаю, чем надену это ярмо себе на шею. И вообще, чем вам не нравится кандидатура Айзу?

– Он обычный человек и надолго его не хватит, – задумчиво произнес Грот. – Я не мастер целительства, но лет двести максимум.

– Ну а какие у вас еще варианты, если не он? – спросил черт. – Вы не хотите, а других проверенных людей у вас нет.

Ученики закивали, после чего Рус подытожил:

– Айзу прекрасно справлялся со своей работой. Думаю с кандидатурой правителя определились. Единую армию мы обсудили. Новый набор учеников тоже, – тут он перевел взгляд на Роуля и произнес: – Пора переходить к плану проверки имперского легиона на вшивость.

– Что это ты на меня так смотришь? – с подозрением произнес Роуль.

Рус молча опустил руку под стол и достал из-под него корзину с эклерами. Грот так же молча поднял поднос с горячим чайником и поставил на стол перед темной сущностью.

– Мне тысячи лет. Я темная сущность и уничтожаю города ради веселья, – произнес Роуль, не сводя взгляда с корзины. – Я ужас, которым пугают детей! Чтобы отправить меня на перерождение светлые ордена собирают тысячные армии… А какая начинка?

– Нам нужен план, – прервал триаду учителя Рус. – План максимального урона имперскому легиону без рисков попасть в переплет. Причем достаточно простой, чтобы не заниматься этим все оставшееся время.

Роуль шумно сглотнул слюну и, не отрывая взгляда от эклеров, произнес:

– Право на название нового государства за мной! – ухватился за край корзинки упырь, но Рус и не думал отпускать ее.

– Если вам это важно, то пожалуйста, – пожал плечами Рус. – Уговор?

Роуль потянул на себя корзинку и нехотя произнес:

– Уговор!

Рус отпустил корзинку, которая тут же оказалась в руках учителя. Тот с ходу засунул сразу три эклера в пасть.

– Роуль, жадная скотина! – раздался возмущенный возглас Хойсо, который кинулся через стол и выхватил пять эклеров. – Моргнуть не успеешь, как ты все сожрешь!

– Фе-фе-фе, – передразнил он старого друга и, прикрыв оставшиеся эклеры рукой, принялся наливать себе чай.

После того, как он прожевал и запил, он взял один эклер и, прикрыв глаза, поднес его к носу. Втянув аромат свежей выпечки, он с придыханием прошептал:

– Божественно…

– Так что с планом? – с легкой усмешкой спросил пиромант.

– М-м-м-м? – упырь перевел взгляд на Руса и откусил эклер.

– План, уговор… – напомнил тот.

– Он, – указал Роуль на Бома и отхлебнул чая.

– Что я? – смутился парень.

– Он ваш главный атакующий элемент. Учим его призывать и дополнять другими стихиями мертвецов, забрасываем в империю на путь следования легиона и устраиваем встречу живых с предками. Все это с огоньком, запахом гнильцы, каменным усилением и личами с магией воды! Отличная получится вечеринка! Я бы посмотрел! – произнес учитель и закинул оставшийся эклер в рот.

– Но это же простые мертвецы, – буркнул Грот. – Даже мои старые големы посильнее будут.

– В том-то и дело, что его надо немного подучить, – пожал плечами учитель и с хлюпаньем отпил из чашки. – Но это вполне реально и ничего сложного тут нет.

Глаза учеников стремились к Бому, который поежился под их взглядами.

– Выдаем ему камни с силой огня, земли и тьмы. Доставляем в империю и вуаля. У нас отличный шпион, который устроит огромные проблемы на пути легиона. Он его задержит, а вы пока сформируете армию. Остается кому-нибудь считать их защиты и с помощью артефактов запечатлить их строй и тактику. Вы не участвуете, минимум рисков, ничего не надо готовить, кроме этого криворукого недоученика.

– Это неплохой вариант, – задумчиво произнес Рус и взглянул на остальных, которые так же закивали головами.

– Эклерчики, милые мои… – прошептал упырь, поглаживая кондитерское изделие, но тут же заметил, что на него уставились. – Кхэм…

– Если всех устраивает план, то переходим к следующему пункту.

– Погодите, – тут же вклинился Бом. – А я? Меня не устраивает! Я же не знаю имперского! Куда идти? Что делать? Как я вообще это проверну?

– Прикинешься странствующим убогим сиротой, – пожал плечами упырь, облизывая пальцы. – Выражение лица у тебя глупое, тебе в самый раз. Будешь ходить по деревням и городам, кидать навоз лопатой за еду и заглядывать на кладбища.

– Я не согласен! – заявил Бом, но слушать его никто не стал.

Рус продолжил со следующего пункта:

– Теперь подготовка к сражению с империей. Что мы можем сделать прямо сейчас?

– Собрать всех воинов и готовить их к взаимодействию, – подал голос Габо.

– Насколько я знаю, – произнес Рус. – Строй держать умеют и войска Вивека, и в Вольных баронствах.

Ученики замолчали, а Рус снова уставился на учителя.

– Что? – хмыкнул он. – Эклеров у меня предостаточно!.. Ладно. Эклеров не бывает много.

Рус молча отодвинул соседний стул и поднял с его сиденья деревянную глухую коробку. Приподняв крышку, он достал из нее белоснежный торт, сверху которого была налита оранжевая глазурь поверх разложенной по спирале клубники.

– Подготовился, значит, – произнес упырь и поставил на стол корзинку с эклерами, которую тут же приватизировал Хойсо.

– Нам нужен план на ближайшее время, чтобы подготовиться к битве с легионом, – произнес Рус. – Уговор?

– А это сверху клубника? – спросил упырь, вытягивая шею в сторону торта.

– Клубника, – кивнул Рус. – И сливочный крем. Сверху сахарная глазурь. Оранжевая из-за коры Дарху. Очень пряная получилась карамель.

– Пряная карамель, – эхом отозвался Роуль, нервно подергивая глазом.

– Так как? Уговор?

Роуль с трудом оторвал взгляд от торта и перевел на Хойсо, который уже перемазался кремом и кулаком забивал в рот последний эклер, чтобы тот не достался упырю.

– Уговор! – кивнул упырь и мгновенно выдернул из рук ученика торт.

Он поставил его перед собой и, медленно вращая, принялся рассматривать каждую клубничку.

– Нет смысла в тренировке воинов. Легион – это около пятидесяти тысяч солдат. Вам столько не собрать из регулярных войск. Даже если все баронства соерут всех, включая ветеранов. А это значит, что в любом случае вам придется собирать ополчение, а они воевать не умеют. Черт с ним, строй держать смогут. Вам нужно оружие для них, а это значит, что нужен металл и купцы.

– А купцы зачем? – спросил Грот.

– Даже если вы притащите в Вивек всех кузнецов с Вольных земель, то вы не успеете вооружить ополчение. Ищите купцов, которые смогут быстро привести много оружия. Пусть дрянное. Вам нужно ВСЕ. Купцы с островов, северяне. Кто угодно, но главное не это. Главное – магическая защита. Вы просто не сможете ее обеспечить, если будете сдерживать магов империи.

– Учитель прав, – кивнул Грот. – Мы не сможем защищать целый строй. Нам нужны артефакты.

– Чтобы сделать артефакты, нужна прорва силы и мастеров, – буркнул Рус. – А у нас ни того, ни другого. Ладно, мастеров собрать можно. В крайнем случае выкрасть из империи, а вот уже с силой проблемы. Той, что в городе, в накопителе, не хватит. Да и сильно опустошать его тоже опасно.

– Может разошлем гонцов и объявим новый набор в темную цитадель? – предложил Бренд.

– А кто их учить будет?!! – возмутился Хойсо. – У нас же ни места для размещения нет, ни учебных планов, ни…

– В качестве тренировки пусть сливают силу в накопители, – прервал темную сущность Габо. – После войны уже возьмемся за них капитально. Кто что может преподавать, то и будет.

– Сделать накопитель в темной цитадели. Огромный накопитель, – кивнул Грот.

– Чтобы туда кто-то сливал силу, надо чтобы этот кто-то у нас был, – произнес Рус. – В прошлый раз пришло около двух тысяч человек, но остались единицы.

Повисла тишина, во время которой все уставились на Роуля, который лицом утонул в торте. Вынырнув из него, он оглядел всех и язвительно произнес:

– В прошлый раз пришел народ из Вивека и близлежащих земель. Если у вас хватит мозгов раструбить об этом событии по всем вольным землям, то вы удивитесь, сколько одаренных людей вы найдете.

Рус постучал пальцами по столу и взглянул на Грота. Геомант расплылся в довольной улыбке.

– Тогда я отправляюсь в вольные земли объявляю о создании нового государства. Королем будет Айзу, а темная цитадель и маги будут являться гарантом его власти.

Рус поднялся и добавил:

– Кстати! Учитель, вы помните о своем обещании?

Роуль, за это время вновь уткнувшись лицом в торт, вынырнул и нахмурился.

– О каком?

– Каша императора, – произнес Рус и кивнул Гроту.

В этот момент из воздуха появился астральный голем. Маленький человечек прошелся по столу и встал напротив учителя. Он поднял руку и бесцеремонно продемонстрировал ему средний палец.

– Астральный мрамор? – вскинул брови, перемазанные кремом, учитель. – Где вы его достали?

– Важно не «где». Важно, что вы обещали.

В это время Хойсо с злорадной улыбкой положил на стол сбрую из кожаных ремешков.

– Обещания надо выполнять, учитель, – с довольной миной произнес Рус.

Роуль облизнул пальцы и сгреб сбрую, которую тут же спрятал в складках мантии.

– На счет названия королевства, – произнес Роуль. – Оно будет называться Барроулия.

– Роуль! – тут же возмутился Хойсо.

– Это мое право! – отрезал он. – Я сказал Барроулия, значит, Барроулия!

– Звучит неплохо, – пожал плечами Рус и взглянул на Хойсо. – В чем подвох?

– С императорского наречия это значит «Задница Роуля», – недовольно произнес черт, поглядывавший на остатки торта старого друга.

– Обещания надо выполнять, ученик, – язвительно произнес упырь.

* * *

– Барон Вигфрид, – отвесил поклон упитанный мужчина. – Не ожидал вас тут увидеть.

– Барон Кулье, – поклонился ему высокий и худощавый собеседник. – Обстоятельства и расклады диктуют свои условия.

– Не те ли условия, что заставили вас примкнуть к покойному барону Тайра…

– Зачем вспоминать былое, – расплылся в улыбке собеседник. – Да и союз тот держался исключительно на древних обязательствах. А еще поговаривают, что после начала боевых действий вы тоже готовы были принять на себя те же обязательства.

– Слухи настолько недостоверная вещь, – покачал головой Кулье. – Но хорошо то, что хорошо заканчивается. Не так ли?

– Полностью вас поддерживаю, – кивнул собеседник.

Мужчины стояли чуть в стороне, у стола с закусками и не обращали внимания на проплывающих в бальном танце мужчин и женщин.

Бал, устроенный Русом, был не первым, но таких масштабов Вольные баронства еще не видели. Помимо огромного зала, который наскоро возвел из породы Грот, барон Лордейл умудрился не просто украсить помещение нового дворца, но и приложил руку к местной растительности.

Благодаря этому сад, прилегающий к новому дворцу, просто утопал в цветах. Цвели вишни, сливы и яблони. Накрытые белоснежными кронами деревья создавали незабываемые пейзажи, а легкие порывы ветра, срывающие немногочисленные лепестки, придавали еще больше неповторимой атмосферы.

Рус мало что понимал в ландшафтном дизайне. Понимающие мастера жили в империи и занимались садами высокопоставленных господ. Среди баронств вообще не было принято устраивать сады в замке. Именно поэтому Рус выкрутился довольно простым, но в то же время достаточно оригинальным способом.

В саду не было газонов. Совсем. Весь сад устилали цветы. Карликовые розы, насыщенные синим фиалки, пионы, ромашки. Рус брал все подряд, любой цветок, имевший хоть немного яркий цвет. Семена насыщались крупицами силы и отправлялись на свой участок. Конкретной задумки не было, да и участки были не совсем ровные, но парень добился того, что пространство между дорожками было заслано цветными пятнами.

Не придав значение этому саду, Рус сделал то, что произвело фурор и стало достоянием баронства Лордейл. И никакая резная мебель, никакие закуски и еда, никакие ткани и оформление Гротом не сравнялись с тем великолепием, что располагалось вокруг дворца.

– И все же… – закинув в рот кусочек мяса на шпажке, произнес Вигфрид. – Вы же догадываетесь, что мы тут не просто так?

– Я полагаю, что сегодня случится что-то особенное, – кивнул Кулье, который встал рядом с тарелкой, на которой находились профитроли. – Я не припомню подобных балов у Лордейла. Да и сам он, насколько я знаю, не любитель светских собраний.

– Вдобавок за несколько дней умудрился создать это великолепие, – кивнул собеседник. – Сегодня точно что-то произойдет.

В этот момент в зал вошли супруги барона Лордейла. Девушки спокойно и без помпезности прошли в зал и, улыбаясь, принялись здороваться со всеми и принимать комплименты. При этом далеко они не расходились и всегда держались вместе.

– Баронесса Тайра, – задумчиво произнес Вигфрид. – Говорят, что супруг запер ее в темнице. Считают, что он хотел заставить совершить ее самоубийство. Некоторые считают, что ее обесчестили начальник тюрьмы и охраны барона Тайра. Иногда слухи настолько глупы, что над ними стоит посмеяться, – произнес Кулье и добавил: – Но ТАКИЕ слухи вообще лучше не распространять. Чтобы случайно не утонуть в фонтане, как начальник стражи Тайра.

– Да. Пожалуй, вы правы, – кивнул Вигфрид и, вздохнув, произнес с завистью: – Столько красавиц на одного мужа. Я искренне завидую барону Лордейл.

– Вам мало своей Ирель? Заведите вторую…

– Боюсь, если я решу завести вторую жену, у барона Лордейл появится еще одна жена, – признался собеседник.

– О-о-о-о… Баронесса Ирель Вигфрид славится своей ревностью, – с добродушной улыбкой произнес Кулье.

– А ваша Рита? Как она относится к идее обзавестись коллегой?

– Не спрашивал, – пожал плечами полный мужчина. – При женитьбе мне исключительно повезло.

– Я слышал о красоте вашей супруги.

– Красоты тут ни причем. Дело было в том, что мы были влюблены и тайно встречались. Наш брак состоялся по любви.

– Как же я вам завидую, – вздохнул худощавый. – Искренне завидую.

– Кстати, вы слышали о слухах про единое баронство? – спросил Кулье.

– Слышал, но если честно, мне не очень верится, что подобная форма может существовать в наших землях, – вздохнул Вигфрид. – Слишком разные у нас земли. Где-то прекрасная охота и пушнина. Где-то отличные месторождения железа и меди. У кого-то будет все, а у кого-то ничего.

– Но согласитесь – заманчиво.

– Да. Жутко заманчиво, – кивнул собеседник. – Присягнуть Лордейлу и получить то, что он предлагает…

– Треть налога от имперских порядков при том, что он гарантирует защиту от голода и холода всех моих людей – это не просто заманчиво. Это чертовски заманчиво!

– В вашей ситуации, да, но вот мы от голода и холода не очень-то и страдаем.

– Ваш удел вино. Лучшее вино вольных земель, но и к вам может заглянуть беда. Помните тлю восемь лет назад?

– Не напоминайте, – сморщился от недовольства Вигфрид. – Те два года были по-настоящему трудными.

– А если бы рядом был такой, как он? Думаете, он бы не справился с тлей?

– Справится конечно, – расстроенно произнес худощавый. – Барон Лордейла чихнет и имперского недоучку размажет по земле, как лужу.

– Вот и я про то же. Я думаю принять его предложение.

– Не торопитесь? Он и не барон толком…

– Я думаю о другом. Слухи появились неспроста. Он не пойдет нас упрашивать. Ему нужно, чтобы мы пришли к нему сами. И я думаю, когда он соберет достаточно много земель, ему уже будут не нужны остальные.

– Ну, не скажите. У нас все же есть…

– Если мы ему будем не нужны, то и условий, как сейчас, мы не получим.

В этот момент дверь открылась, и в зал вошли сразу три церемониймейстера с длинными шестами, на которых висели штандарты трех баронств. Они прошли к стене, у которой стояло кресло Лордейла, и повесили их наравне с штандартом хозяина дворца.

– Что это значит? – удивленно спросил Вигфрид.

– Это значит, что сегодня баронство Лордейл знатно увеличилось, – произнес Кулье и проводил взглядом трех баронов, что с довольными минами вошли в зал. – Мне интересно, что он им пообещал?

– Какая теперь разница, – поджал губы Вигфрид и, припомнив слова собеседника, вздохнул: – Возможно, вы правы в том, что потом может оказаться слишком поздно.

В зал вошел Рус, и танец немедленно прервался. Он прошел к своему креслу и, встав у стола, громко произнес:

– Сегодня я собрал вас не потехи ради. В эту минуту подписываются последние документы и договора с вольным городом Вивеком. Документы эти скрепляют наш союз.

Рус дождался, пока шепотки прошли, и продолжил:

– Сегодня я собрал вас для того, чтобы объявить, что отныне баронство Лордейл объединяется в одно большое государство. От перевала Укто до границы баронства Лордейл с сегодняшнего дня находится Барроулия! Так было названо наше единое королевство.

В зале стояла тишина, и Рус продолжил, пользуясь моментом замешательства, и добавил:

– Отныне на этих землях будет править король Айзу Первый! А право на трон и правление его гарантируют маги Темной цитадели и маги, учащиеся в ней.

Тут же послышались шепотки:

– Цитадель учит магов?

– В вольных землях никогда не было короля!

– …Это невозможно…

– Также, – продолжил Рус, перекрикивая шепот. – Темная цитадель объявляет новый набор учеников с обязательным десятилетним служением Барроулии после окончания обучения! Для не граждан Барроулии допускается обучение за золото. Учиться может как знать, так и простолюдины.

Зал заполнился голосами, а уставший Рус выдохнул и сел в кресло, жестом приказав снова начать играть музыку небольшому оркестру, который под страхом сжечь смог притащить из империи.

Веселая музыка заполнила зал, но никто и не думал танцевать или веселиться. Толпа знати со всех вольных баронств пребывала в шоке и недоумении. Все ждали чего-то особенного, но никто и не предполагал, что произойдет на этом бале.

– Кулье, вы куда? – дернул за рукав устремляющегося к хозяину дворца мужчину Вигфрид.

– Ты еще не понял? – кивнул в сторону стены со штандартами тот. – Мы уже опоздали. Если он не дурак, то сдерет три шкуры с последнего.

Мужчина выдернул рукав из хватки худощавого мужчины и, словно боров, наплевав на все правила приличия, устремился к Русу, расталкивая конкурентов плечами.

* * *

Марта очень распространенное имя у северян.

В марте мужчины готовят лодки и отправляются в дальние походы, набеги или путешествие. Происходит это из-за того, что именно в этом месяце открывается путь. Лед у побережья сходит, а само море постепенно успокаивается. И как водится у северян, надо уважить жену, чтобы она отпустила с миром и не сунула в дорогу испорченной еды. Именно поэтому много детей зачато именно в этот месяц.

Марта никогда не была образцовой девочкой с севера. Нет, безусловно она слушалась родителей. Никогда не нарушала правил и старалась помогать родителям. Однако с парнями она себя вела… мягко говоря, «по-пацански». Драки с мальчишками были самой безобидной из ее проказ.

Время шло, парни взрослели, как и сама Марта. Вот только ее желания самостоятельно решать свою судьбу только росло. Вместо прилежной жены и домохозяйки из нее получилась настоящая валькирия. Она стала местной достопримечательностью, и к ней приезжали свататься самые сильные и отважные женихи. Но, к несчастью родителей, все они уезжали, держась за свое хозяйство или с синяком под глазом.

Родители могли бы гордиться воинскими навыками своей дочери, но, к сожалению, северные племена были крайне консервативными. Женщина не могла воевать, если рядом был мужчина. Женщина не имела права на голос в совете семьи. Главная обязанность женщины среди северян во все времена – это домашний очаг и взращивание детей.

К занятиям с оружием ее никто не допустил, даже несмотря на то, что она на кулаках могла раскатать любого в деревне. К управлению в деревне, а тем более на советы ее тоже никто не собирался пускать. Ей даже не дали права обратиться к ведуну, когда у нее появился дар к силе льда.

Марта окончательно отчаялась найти понимание среди соплеменников в двадцать шесть. Это тот возраст, когда женщина у северян считается «старой девой», и ни один уважающий себя северянин не подумает сосвататься к такой. В этот год к ним не приехал ни один жених.

На следующую весну Марта молча собрала рюкзак в дорогу и отправилась через перевал, многие столетия считавшимся проклятым.

И сестра, и братья, и мать с отцом видели ее и провожали взглядом, но ни один из них ее не остановил. Несмотря на то, что она была по-настоящему уникальной и красивой девушкой, места ей среди северных островов не нашлось.

«Если бы боги услышали меня, и она родилась мальчиком…» – ни раз сокрушался отец.

Сильная, волевая дочка с даром к стихии воздуха и воды превратилась в клеймо позора. Семья «Ледяного пика» так и не смогла отдать ее замуж.

Несмотря на то, что Марта была красивой, смотреть она умела так, что у многих закаленных битвой воинов тряслись поджилки. Благодаря этому она без проблем пересекла горный хребет и дошла до Вивека. Там она узнала о том, что Темная цитадель принимает учеников магов, и, ни секунды не сомневаясь, отправилась обратно.

Очереди, столпотворение, парочка тумаков особо хитрым, и девушка оказалась у двери корпуса, в котором и проводили испытание. Из-за жалоб горожан было решено перенести прием из Вивека.

– Почему-то эта штука мне напоминает задницу, – раздался голос парнишки совсем рядом.

Марта проследила за взглядом парня и хмыкнула, обнаружив на самой высокой башне черный шар с изображением задницы упыря.

– Плевать, – произнесла она. – Плевать, даже если это чья-то задница, и она может гадить.

Марта взглянула на стоявшего рядом парня.

– Если тут учат магии, то какая разница, что это за штука?

– Да, я так… – стушевался под взглядом северянки парень.

– СЛЕДУЮЩИЙ! – раздался голос из корпуса, и Марта, глубоко вздохнув, и стараясь унять неприятную дрожь, вошла в помещение.

– Имя, род? – не отрываясь от книги с записями, спросил молодой парнишка.

– Марта из рода Ледяного пика, – ответила девушка, внимательно разглядывая парня.

По ее мнению тот был слишком юн, но уже умел читать и писать. К тому же, несмотря на возраст, на нем была мантия, покрытая непонятными знаками.

– Стихию свою знаешь? Проявления были?

– Лед, – ответила девушка. – Я могу делать лед из воздуха или из воды.

– Вода и воздух, – кивнул парень и указал на лежавшие перед ним артефакты. – Бери вон тот…

Марта взяла в руки артефакт и выполнила сказанное, затем второй и третий. Парень по мере выполнения указанного становился улыбчивее и довольнее. В конце он заявил:

– Очень хороший результат.

– Я принята?

– Да. Процесс присяги и магической клятвы проходит там, – кивнул на дверь незнакомец. – Клятву непосредственно ректору.

Марта кивнула и направилась к двери, для себя отметив довольную улыбку мальчишки. Открыв дверь, она вошла в помещение, где на полу красовалась огромная пентаграмма с кучей символов. Посреди этой пентаграммы стоял Роуль.

Упырь был совершенно голый, за исключением сбруи из ремешков и хлястиков. Он стоял, уперев руки в бока, совершенно не обращая на висящее мужское достоинство и ветер, обдувающий мошонку.

– Темная цитадель приветствует тебя избранная! – заявил он и развел руки в стороны. – Приди и поклянись верности темной цитадели и Барроулии!

Марта осмотрела Роуля с ног до головы, поджала губы, сжала кулак и хмыкнула.

– Верности говоришь?

* * *

Грот сидел с довольной улыбкой постукивал пальцами по столешнице. До его ушей доносились истошные вопли Роуля и звуки ударов.

– ГРОТ! НЕМЕДЛЕННО…

ХРЯСЬ!

БУДУМ!

– Спаси-и-и-ите-е-е-е-е…кхе…кхе…

Парень откровенно наслаждался происходящим и специально не звал следующего, чтобы не портить удовольствие.

– Смотри! Имперцы! – раздался вопль Роуля, после чего в дверь что-то ударило, и из нее выскочил упырь.

– Что случилось, учитель? – притворно вскинул брови Грот.

– Ключ! Немедленно отдай мне ключ! – заявил Роуль, указывая пальцем на небольшой замочек, который удерживал лямки сбруи, которую Хойсо зачаровал на мощнейшее подавление силы. Сам упырь красовался огромным синяком под глазом, большим красным ухом и вывернутым под неестественным углом пальцем.

– Какой ключ? Этот? – продолжил изображать дурачка геомант и показал маленький золотой ключик, висевший на цепочке, на груди.

– Да, этот…

БУДУМ!

Дверь вышибло от удара ноги Марты, а Роуля бросила вперед на пару метров, половину из которых он пропахал лицом.

– КЛЮЧ! – заорал Роуль с ужасом, обернувшись к Марте.

– Мы еще не закончили, – произнесла Марта и схватила его за ногу. – Клятва верности Темной цитадели, говоришь?

Марта потащила упыря, который выпустил когти и впился ими в половые доски, оставляя глубокие царапины.

– Ключ!!! – продолжал вопить упырь.

Грот же демонстративно снял с цепочки ключик, но вместо того, чтобы кинуть его учителю, он положил его в рот и проглотил.

– ГРОТ, СУКИН ТЫ СЫН! КЛЮ-У-У-У-У…

ШЛЕП!

ХРЯСЬ!

– Кхе-кху-кху…

ХРЯСЬ!

Марта приставила дверь к косяку и продолжила избиение ректора, а Грот глубоко вздохнул и расплылся в довольной улыбке.

– Как же мне нравится моя работа!.. СЛЕДУЮЩИЙ!

Глава 3

– Итак, – произнес Роуль с довольной миной, вышагивая по кладбищу. – Твоей задачей на данный момент является поднятия мертвых с присоединением стихии. И начнем мы с тобой с огня. Самая безопасная стихия… если ты работаешь с магией смерти.

Бом, плетущийся рядом с лопатой, молча слушал лекцию и поглядывал на могилы с имперскими надписями.

– По идее тут нет ничего сложного. Самый обычный ограничено массовый призыв Балаа и круг стихии Лангаса. Соединяем одно с другим через вязи Куро и вуаля. Наши мертвецы наделены дополнительной стихией огня, которая задаст неприятностей всем окружающим. Убить с помощью магии таких не сложно, но надо еще додуматься, как это сделать, а у имперцев с мозгами, как показывает практика, не очень.

– Призыв Балаа я знаю, – произнес Бом, поглядывая на склеп в центре кладбища. – Вязи Куро тоже, а вот с кругом стихии Лангаса…

– Разберешься по ходу, – отмахнулся Роуль. – После того, как ты соединишь воедино все элементы и вольешь силу… – тут Роуль обернулся. – Вольешь, а не выльешь смерти столько, что восстанут дохлые медведи тысячелетней давности.

– Я понял, – опустил взгляд парень.

– Так вот. После того, как ты активируешь приготовленное заклинание, все мертвые в заданной области восстанут и впитают силу огня, которую ты несешь в камне.

– И как сила изменит мертвых? Они будут гореть?

– Если бы ты больше читал, чем наводил ужас на местных поваров, которые теперь дробят кости куриц после супа, то знал бы о первичной стихии в поднятии мертвых.

– Я… еще не дочитал до этого момента, – припомнил нотации Хойсо ученик.

– Суть закона первостихии заключается в том, что соотношение влитой силы смерти и другой стихии должна составлять больше шестидесяти процентов сторонней стихии.

– Почему?

– Потому что если чужой стихии в мертвеце будет меньше, то смерть как основа вытолкнет ее за пределы плетения.

– И что это значит?

– Это значит, что, добавляя огонь, ты придаешь мертвецу ауру огня, которая на функциональна, и на поведение никак не будет влиять, – развел руками учитель и указал на склеп. – А пока я продолжу лекцию, закрывая пробелы от твоей лени, ты можешь начинать чертить призыв Балаа вокруг того склепа.

Бом тяжело вздохнул и, перехватив лопату, отправился к указанному строению.

– И чем же магия огня тогда поможет? – спросил он, начиная вычерчивать рисунок лопатой.

– Тем, что обычный клирик не задумываясь применит заклинание упокоения мертвых, кое не требует много сил и достаточно простое. Конструкты там самые обычные и предназначены для рассеивания силы смерти и разрушения таких же конструктов. Чуешь подвох?

– У меня будут мертвые с плетениями?

– Именно! Первый фактор – твои мертвецы будут не стихийными, а вполне себе поднятыми с плетениями внутри. Это значит, что твои мертвецы будут полностью игнорировать старания недалеких клириков.

– А если они ударят стихией? Тем же лучом света?

– Во-первых, луч света берет на порядок больше силы, чем упокоение, а во-вторых, таким лучом можно уничтожить одного, двух… ну, пусть будет четверых мертвецов. А у нас, между прочим, старое кладбище в распоряжении.

– А если они что-то массовое бахнут?

– Если они бахнут что-то массовое из света против нежити, то спалят огненную ауру, которая будет на твоих мертвецах, – развел руками упырь. – Конечно, можно бахнуть и второй раз, но на это нужно время. А вот для этого нам понадобится… Что?

– Эм-м-м… – Бом обернулся к учителю и состроил задумчивую мину.

– Не делай такое лицо. Иначе окружающие могут решить, что ты умеешь думать, – язвительно заявил Роуль. – Трактат Самуила «Конструктора». Семьдесят вторая страница.

– Я на пятьдесят пятой…

– Скор-р-р-рость, – раздраженно произнес Роуль. – Одна из важнейших преимуществ твоих мертвецов. Именно она даст твоим мертвецам возможность добраться до этих святош и как следует выдавить им глаза и оттяпать хороший кусок от их задницы.

– А чего сразу глаза давить? – опустил голову Бом.

– Хороший клирик – слепой клирик, – фыркнул Роуль. – Трудно убить мертвеца, знаешь ли, если ты его не видишь. Только бить по площади или массовыми конструктами, на которые им никто не даст времени. Я уж не говорю про возможность.

– Я понял, – кивнул парень, продолжая чертить линии на земле.

– Еще. Что еще сделает твоих мертвецов грозным оружием?

– Когти?

– У кошек тоже есть когти, но от этого они не стали опасными хищниками.

– Зубы? Клыки? Сила? – парень повернулся к учителю и, поймав взгляд красных глаз, втянул голову в плечи.

– Мозг. Одно из самых важных оружий твоих мертвых воинов.

Роуль вздохнул и, сложив руки за спиной, пустился медленным шагом вокруг нарисованных знаков.

– Твой мертвец гонится за убегающими паладинами. Те нырнули в дом. Что будет делать твой мертвец?

– Тоже бросится в нутрь?

– Да. А если дверь закрыта?

– Он будет в нее ломится.

– Отлично. А что бы ты сделал?

– Тоже бы ломился… Хотя для начала я проверил бы окно.

– Надо же, у тебя есть проблески разума, – фыркнул учитель. – Но сначала надо было бы потянуть дверь на себя.

– Что?

– Ну, знаешь… у дверей есть свойство открываться в одну сторону. И могло так случиться, что дверь будет открываться наружу, а ты будешь пытаться открыть ее внутрь. Понимаешь, о чем я?

– Да.

– Отлично. Теперь мы знаем, что тебе не хватает мозгов проверить в какую сторону открывается дверь. Да, сила мертвых хорошее преимущество. В сочетании со скоростью она просто великолепна! Но без мозгов это сильные, быстрые ИДИОТЫ! А написано это в шестой главе основ по некромантии Самуила…

– Я понял. Я все понял, – буркнул Бом. – Я буду читать…

– Ну, раз ты понял, а приготовления закончены, то начинай.

Бом вздохнул и со смурной миной встал на ключевую руну. Оглядев еще раз получившуюся конструкцию, он взглянул на учителя, который широко и довольно улыбался. Уже ощущая подвох, он постарался влить как можно больше силы, но от одной капли руны полыхнули серым цветом, а сам парень шарахнулся в сторону.

– Какого черта? – возмутился он.

– Это называется эффект синергии и коэффициенты Ньюренберга, – растянул улыбку Роуль. – Но ты же про них читал, ведь так?

– Я… эм…

Раздался гул и земля зашевелилась под действием силы смерти. Могилы вспучились, и из них полезли переполненные силой твари. Сначала показались руки, на которых смерть создала длинные изогнутые когти, затем показались головы, из глазниц которых сочился серая дымка смерти.

– Итак. Мы имеем огромное количество силы смерти на кладбище. Да, застарелая, да, затхлая, но она тут есть и ее полно. Ты, Бом, как неповторимый, невообразимый и просто удивительный идиот рассчитываешь, что можешь создать здесь сложный проект на силе смерти без всякой экранизации, и тебе за это ничего не будет?

– Ну… я… – промямлил парень, с ужасом наблюдая за происходящим вокруг.

– Ладно, я допускаю, что у тебя было мало времени. Я допускаю, что тебе было трудно, но пораскинуть мозгами ты мог? Своими, я имею в виду.

– Ну, они кажутся достаточно быстрыми… – попытался ободриться ученик под взглядом мертвецов, медленно отряхивающихся землю с тел и оглядывающийся в поисках