Манулов, прекрати! Том 4

Глава 1

– Кто ты такой? – я пригляделся к пареньку, который показался мне смутно знакомым. В то, что он случайно здесь оказался я не верил, тем более, невиновный не станет судорожно отбиваться, стараясь убежать от погони.

– Ты же не можешь управлять своим даром, – прошептал он, изо всех сил стараясь справиться с болью в ноге. Цепь все еще обвивала его ногу, но не сдавливала, а жар от фиолетового пламени чувствовал даже я.

– Сюрприз, – улыбнулся я, наконец вспоминая, где видел его раньше. Он учился со мной в академии на первом курсе факультета боевой магии и несколько раз мы пересекались на занятиях. – Магия крови. Так ты из рода Ужинцевых, как полагаю. Как же вы меня достали, – поморщился я. – Что именно ты пытался сделать? – наклонившись к нему, я убрал цепь, давая ему небольшую передышку.

– Да пошел ты, – выплюнул он мне в лицо. Я покачал головой, немного отстранившись, после чего вырвал из его руки артефакт и внимательно разглядел. Он был, конечно, не точной копией того, что я забрал из сейфа клана тигра, но очень похож.

– Не правильный ответ. – Из моей руки вырвалось фиолетовое пламя, трансформирующееся в тугой жгут, который начал, словно змеей, оплетать ноги парня и подниматься по телу вверх, прожигая одежду и верхний слой кожи, оставляя на ней безобразные ожоги, тут же покрывающиеся липким струпом из лопнувших пузырей. Это не было заклинание, просто направленный магический поток, которому придал форму. Ужинцев громко заорал, но тонкий поток магии жизни не давал ему отключиться, поверхностно залечивая повреждения. – Откуда ты взял это, и где сейчас находится Глеб Сапсанов? – я потряс перед ним пирамидкой, заставляя сфокусироваться на мне.

– Ты что творишь? – раздавшийся за спиной голос Шмелева заставил обернуться и выразительно посмотреть на дядю. – Это Евгений Ужинцев, один из внуков графа.

– Ничего особенного, и мне совершенно плевать на то, как его зовут, – я бросил ему артефакт, который тот поймал, начиная тут же разглядывать его со всех сторон. – Знаешь, что это? Он называется «Сбрасывающий оковы». У меня есть подобный, только завязан на магии льда. Он полностью раскрывает дар мага и усиливает магическую энергию, когда необходимо напитать защитный артефакт или просто стать временно сильнее. И нашел я его на пятом уровне изнанки, где любил ошиваться Сапсанов, и сомневаюсь, что в лицевом мире подобные можно найти в сувенирной лавке. Поэтому дело здесь не столько в том, что этот малый таким тупым способом решил избавиться от всех Сапсановых и гостей поместья посредством Валерии, причинив моей невесте просто невыносимую при этом боль. А в том, что он напрямую связан с нашим с тобой кровным врагом, – прошипел я.

– Хорошо, когда закончишь, позвонишь, я пришлю людей, чтобы убрать за тобой мусор, – кивнул Шмелев, развернувшись и отойдя от нас на несколько шагов.

– Вы с ума сошли?! Он же меня убьет! – завопил Ужинцев в сторону своего ректора. Шмелев повернулся, о чем-то задумавшись, после чего достал из кармана артефакт пространственной тюрьмы и кинул его мне.

– Я уже и не думал, что ты мне его когда-нибудь вернешь, – усмехнулся я, поворачиваясь к парню. – Будет только хуже, а ты явно не герой, поэтому просто говори. – Я немножко усилил жар от пламени. Зрачки парня еще больше расширились, практически полностью скрывая радужку.

– Это Ольга, ни о каком Сапсанове я не знаю, – прохрипел он, после чего я ослабил действие огненного потока, практически сведя его до минимума. – Она хотела отомстить всем вам за свою мать и все спланировала. Сестра подслушала разговор между твоей девчонкой и ее учителем, где узнала, что Валерия не может до конца справиться со своим даром. На нее были наложены какие-то чары, которые блокировали большую часть магии, и если их резко снять, то может случиться чудовищный выброс силы, который легко сотрет поместье в пыль и всех, кто в нем находится, – быстро проговорил он, глядя мне в глаза. – Этот артефакт снимает наложенные на источник блоки, ну об этом ты и сам догадываешься.

– Только вот ее мать жива, а вы же решили всех убить, даже не причастных к случившемуся, – ровно проговорил Шмелев, подходя ближе, накладывая на пространство вокруг нас несколько магических барьеров.

– То, что вы с ней сделали, хуже смерти, – дернулся парень, но тут же взял себя в руки, когда я слегка сдавил все еще оплетающий тело парня огненный жгут. – Ее лишили дара и бросили помирать в тюремный блок на пятом уровне изнанки.

– Поверь, нет ничего хуже смерти. Вы, так понимаю, хотели из поместья убраться при помощи свитков, – я кивнул на артефакт в его руке. – Кто еще знал о том, что сегодня произойдет.

– Все наши и Кондоры. Приглашенным гостям из других родов дед лично раздал свитки, сказав, что это просто мера предосторожности. Никому не хочется иметь врагов из влиятельных родов, – быстро проговорил он, видимо, все же решив сдать всех с потрохами, лишь бы остаться в живых. – Человека, который должен был активировать артефакт, не пустили на входе, поэтому сестра попросила меня выполнить эту простую часть плана и сразу же убраться, только свиток, который она мне дала не сработал! – сжал он кулаки и стиснул зубы. – Она предала меня, – прошептал он.

– А, вот почему он начал говорить, – хмыкнул Шмелев. Я вспомнил, как он однажды говорил, что портальная магия в поместье не работает, после того, как он обновил защиту. А в дом и из него можно попасть только при помощи его свитков, где заложены обходные пути для перемещения в конечную точку. – Мне не кажется, что тут замешан Сапсанов, слишком топорная и любительская работа.

– Если не сработал хорошо выверенный до секунды план, то почему бы не сделать ставку на любителей? Иногда срабатывают самые тупые идеи, – пожал я плечами.

– Хорошо, я доложу князю. Сказанное им все равно стоит проверить. Во-первых, хоть и маловероятно, он может врать, во-вторых, ему могли промыть мозги. Поэтому пакуй его в пространственный карман, а я решу вопрос с некоторыми гостями.

– Если Кондоры и Ужинцевы снова уйдут безнаказанными, отдав на растерзание этого идиота, как в свое время мачеху Олега, то скорее всего, в их родах самое ближайшее время, начнется череда необъяснимых смертей, – прямо посмотрел я в глаза дяди. Он некоторое время помолчал, после чего кивнул, принимая и соглашаясь с моей позицией. Развернувшись, Шмелев снял наложенные чары и буквально растворился в пространстве, под зычный раскат грома. Чтоб его, интересно, какого он уровня?

– Что теперь будет? – спросил меня Ужинцев, уже полностью прекратив любые попытки геройствовать и оказывать сопротивление.

– Для того, кто чуть не убил мою жену, попутно утопив тут все в крови? Лишь темнота и боль. – Холодно проговорил я, глядя парню в глаза. Мне не хотелось оставлять его в живых, но я был согласен со Шмелевым, что сначала нужно все выяснить. А уже потом решать, что делать с виновными. Поэтому, я переместил свое пламя ему на голову, выжигая глаза и большую часть кожи на лице, после чего активировал артефакт, открывая проход на один из уровней пространственной тюрьмы. Парень провалился в образовавшуюся дыру, которая мгновенно поглотила его крик.

Я несколько раз выдохнул и довольно быстро пошел по заполняющимися прислугой и охраной коридорам. Однако двери зала все еще были запечатаны, а в коридоре, ведущем к нему, находился только Петр, который сидел на полу перед ярко светившимся кристаллом немного в удалении от Валерии, которую охранял мой волк, то и дело подозрительно косясь в сторону брата.

– Он не подпускает меня к ней, – ткнул пальцем в духа Петр, поднимаясь на ноги. – Но даже с расстояния, через кристалл целителя, смог до конца восстановить потоки.

– Потому что он – дар волчицы клана, – тихо проговорил я, садясь рядом с Лерой, приказывая волку исчезнуть, пока его никто посторонний не увидел.

– А, вот оно что, – протянул брат, подходя ко мне. – Теперь все стало ясно. Надо о подобном предупреждать, как-никак в свое время я и перед ней слегка провинился.

Я посмотрел на нахмурившегося парня, после чего приложил руку ко лбу девушки, выводя ее из состояния лечебного сна. Она вздрогнула и через силу открыла глаза, стараясь сфокусироваться.

– Ну ты, подруга, даешь. Если не хочешь замуж выходить, сказала бы, мирно все решили, убивать то сразу зачем? – хмыкнул Петр, развернувшись на звук быстро приближающихся шагов. Лера после его слов полностью пришла в себя и резко села, оглядываясь по сторонам.

– Закрой рот, – тихо посоветовал я ему, едва сдерживаясь, чтобы не опустить на его голову что-нибудь тяжелое. В коридор ворвался вихрь, в котором я тут же узнал Светлану, остановившуюся возле нас, обводя всех тяжелым взглядом. Волосы сбились в какое-то неоформленное гнездо, вся одежда была перепачкана чем-то черным и местами разорвана, а лицо и руки покрывали грязные разводы. Ее глаза горели сиреневым цветом, но она полностью себя контролировала и держала в руках.

– Что с тобой случилось? – полюбопытствовал Петр, осматривая девушку с ног до головы.

– Меня отравили парализующим ядом, а потом бросили в какую-то яму на территории, где не действовала магия, – прошипела она, внимательно разглядывая все еще находившуюся в какой-то дезориентации Леру. – Я почувствовала выброс силы и после этого смогла прийти в себя. Тени, знаешь ли, могут подпитывать друг друга.

– Что же я наделала, – неожиданно проговорила Валерия, переводя на меня взгляд. – Я чуть тебя не убила. Ты же помочь хотел, а я не сдержалась. Скажи, что никто не пострадал, я себе этого никогда не прощу, – она уткнулась мне в грудь и разрыдалась, крепко меня обнимая.

– Как интересно, – задумчиво проговорила Светлана, подходя ближе и рассматривая перстень, на руке девушки. – Первый раз встречаю подобный артефакт. И он действительно работает, причем не так грубо, как известные мне заклятия сдерживания. А ты не так прост, как хочешь казаться, – усмехнулась она. – Так где эти твари, которые так не хорошо поступили с магом тени? – улыбнулась она хищной улыбкой, пристально глядя на запертые двери зала.

– Ты же не откажешься от меня? – подняла Лера голову, глядя мне в глаза. – Прошу тебя…

Мне начало казаться, что девчонки просто решили свести меня с ума. Они говорили практически одновременно, и я никак не мог сосредоточиться, чтобы ответить каждой, не упуская какую-то важную деталь. Меня спас Шмелев, который, открыв двери, вышел наружу. Осмотревшись, он посторонился, выпуская несколько человек своей охраны, которые довольно аккуратно сопровождали Ужинцева и Кондоров, не давая возможности для лишних сплетен и пересудов у гостей.

– Все хорошо, я даже и не думал ни о чем подобном, – ответил я Лере, после чего встал на ноги, помогая девушке подняться, и повернулся к замолчавшей Светлане. – Приведите себя в порядок и возвращайтесь, думаю, к этому времени что-нибудь прояснится.

Она, было, дернулась, чтобы возразить, но затем кивнула и повела Леру по коридору в сторону жилых комнат.

– Где мой внук? – я резко обернулся на знакомый голос и, посмотрев Ужинцеву в глаза, усмехнулся.

– Упакован в аккуратную, но маленькую коробочку. Я предупреждал, что со мной лучше не связываться, – ответил я и передал подошедшему Шмелеву пирамидку-тюрьму. Граф прищурился, но, переведя взгляд на Шмелева, вздернул голову и ушел в сопровождении охраны.

– Обязательно нужно было его провоцировать? – спросил у меня дядя каким-то обвинительным тоном.

– А что я не так сказал? Вот коробочка, выглядит аккуратно, там его внук, все честно. Кстати, Светлану кто-то умудрился отравить и закопать, поэтому она жаждет мести и крови, – похлопал я его по плечу и двинулся в направлении зала, откуда начали понемногу выходить гости. Судя по их настрою, ничего экстраординарного за это время не произошло, и они были вполне довольны вечером.

Я слегка удивился, когда увидел Ольгу рядом с остальными членами рода. Подойдя к Андрею, который сидел на своем месте, ненавидящим взглядом оглядывая гостей, я сел на место Валерии, чтобы немного передохнуть.

– Я чувствую себя клоуном, который должен развлекать толпу, – тихо проговорил глава рода Сапсановых, поворачиваясь ко мне. – Мне эти пятнадцать минут, пока вас не было, показались вечностью. Мне Шмелев все рассказал.

– Почему она еще здесь? – кивнул я на Ольгу, которая сидела, не шевелясь, глядя перед собой и сжимая в руках клочки разорванного свитка.

– Решили пока не привлекать внимание. К ней приставлены люди, а на руку надели браслет, который не даст использовать дар. Кондора и Ужинцева, конечно, сразу увели на допрос, объявив всем о том, что у них появились срочные дела. Остальных я пока отправил на ужин, мотивируя тем, что невеста слишком эмоционально отнеслась к подобному мероприятию, и нужно дождаться, когда она приведет себя в порядок. Костя, когда это уже все закончится? – как-то обреченно он меня спросил, покачав головой.

– Когда найдем твоего дядю, – пожал я плечами, расслабленно откидываясь на спинку стула. Похоже, я умудрился задремать, потому что резко встрепенулся, когда меня тронул за руку Андрей. Оглядевшись, увидел, что гости начали постепенно возвращаться. Ольга все так же сидела, не двигаясь. Ну и славно. Ожидание смерти, хуже самой смерти.

Я встал на ноги и быстро спустился вниз к Диане и Петру, чтобы избежать еще больших пересудов. Неожиданно в зале воцарилась просто идеальная тишина, которой не было даже в тот момент, когда говорил глава рода. Андрей резко вскочил со своего места, собственно, как Олег и Ольга. Я резко обернулся, удивленно присвистнув, и обозначил поклон вместе со всеми остальными собравшимися.

– Ваше высочество, это очень неожиданный и приятный для нас визит, – проговорил Андрей, сходя со своего постамента в направлении князя Тигрова, остановившегося в шаге от него. Рядом с ним находилось несколько человек, причем на охрану они явно похожи не были.

– Андрей Николаевич, – улыбнулся князь, подойдя к Сапсанову, приобняв его. – Я получил ваше приглашение, только слегка задержался. Надеюсь, я все же ничего важного не пропустил.

– Нет, ваше высочество. Мы ждем, пока Валерия вернется, и сразу же продолжим, – в очередной раз поклонился Андрей, явно сбитый с толку появлением князя. Хотя, я прекрасно понимал истинную причину его появления здесь. На балу он не просто так говорил, что тот, кто объявит войну Сапсановым, объявит ее лично ему. Но, видимо, некоторые решили к словам князя не прислушиваться, бывает. – Присаживайтесь, сейчас мы организуем вам место, – указал он рукой на свободный стул, но Тигров только отмахнулся, рассмеявшись.

– Я уж как-нибудь постою с приглашенными гостями, полезно иногда побыть среди людей.

– Как вам будет угодно, ваше высочество, – Андрей кивнул, но все равно дал отмашку, чтобы организовали места для князя и его сопровождения рядом с собой. – Наконец-то, – едва слышно выдохнул он, глядя в сторону входа.

Я в очередной раз обернулся, увидев, что в зал вошла Валерия под изумленный вздох собравшихся. За такой небольшой промежуток времени она успела полностью преобразиться, сменив наряд на легкое сиреневое платье в пол, изменить прическу и макияж. Все это подчеркивало еще больше неестественный цвет глаз, которые от волнения стали намного ярче. Она прошла мимо всех, поклонившись князю, и села на свое место, прикрыв глаза, постоянно прокручивая на пальце кольцо-артефакт.

– Похоже, тебе нужно будет с ней потом поговорить о том, как не привлекать к себе столько внимания, – прошептал Петр, не отрывая взгляда от Леры. Я только хмыкнул, прекрасно осознавая, какой эффект она производит на мужскую часть собравшихся. Светлана тоже была в зале, встав рядом со Шмелевым возле выхода, о чем-то тихо с ним переговариваясь.

– К сожалению, некоторые приглашенные гости не смогли дальше присутствовать на вечере, но не каждый может похвастаться, что на одном из важных событий рода присутствовал его высочество Дмитрий Анатольевич, – взял слово Андрей, только теперь он выглядел не так уверенно, как до этого. Давление на него высокопоставленного гостя было слишком велико. – Тем не менее, мы продолжим. Сегодня, согласно правилам кодекса рода Сапсановых, я должен объявить имя будущего мужа для моей сестры. Валерия, ты хорошо знаешь этого человека, поэтому тебе представлять его особо не нужно, собственно, как и многим, кто сегодня присутствует здесь. Я прошу барона Манулова подняться к нам и преподнести подарок своей невесте, тем самым подтвердив, что достигнутые между нашими родами договоренности вступают в силу.

По залу пронесся изумленный шепот, но не более того, пока я поднимался, чувствуя направленные на меня взгляды. Бросив беглый взгляд в сторону князя, я увидел, как он мне кивнул, приветствуя и одобряя мой выбор. Валерия поднялась со своего места и подошла к нам, вставая рядом. Я достал приготовленный заранее артефакт и открыл коробку, извлекая из него переливающееся на свету ожерелье из платины, горного хрусталя и трех разноцветных макров, переплетенное тонкой шерстинкой Манула, которую он сам добавил в артефакт.

– Этот артефакт способен поглотить направленную на носителя магию разума ниже шестого уровня, – проговорил я, расстегивая замок. По залу вновь разнесся изумленный шепот. – Мага выше уровня оно не сдержит, но ты почувствуешь направленное на тебя воздействие и это даст время приготовиться к отражению атаки.

Лера смотрела на меня округлившимися глазами, словно не понимая, что именно я ей говорю. Я медленно надел его ей на шею и защелкнул замок.

– На прошлом аукционе в Москве подобное украшение, только гораздо слабее по действию, продали за триста миллионов, – услышал я голос одного из сопровождающих Тигрова мужчин. Тот только усмехнулся, подняв руку, прекращая разговоры и обсуждения в его кругу. Ожерелье тем временем ярко засветилось. Девушка охнула, приложив руки к своей шее, ощущая жжение, которое прошло сразу же, как только сияние прекратилось, и на месте украшения осталось только его изображение, исполненное едва заметной золотистой краской, чем-то напоминающее печать огнедемона у меня на груди. А вот сейчас все собравшиеся точно находились в шоке от подобного дара.

– Снять его может только тот, кто его надел, – пояснил я, делая шаг назад, поворачиваясь к Андрею, давая возможность всем обсудить мое расточительство.

– Так, сестренка, – тихо проговорил Сапсанов. Его голос звучал приглушенно, и звуки не разносились по огромному залу, как до этого. – У нас тут вышло небольшое недопонимание. Нужно решить с датой официальной церемонии и объявить ее, чтобы не отходить от традиций. Сколько тебе времени необходимо, чтобы подготовиться: месяц, два, год? Торт там, гости, платье, чего там еще вам девчонкам надо.

– Ты слишком прямолинеен, тебе не кажется? – хмыкнул я.

– Тут все свои, чего тянуть, тем более присутствие князя меня немного выбило из колеи, – передернул он плечами. – И это, если не брать во внимание, что сейчас творится у меня в подвале, не говоря уже о том, что нужно как-то оправдываться перед Смородиновым.

– Сегодня, – ровно проговорила она, все это время не сводя с меня взгляда. – Мы можем это сделать сегодня? Мне все это не нужно, а помолвку, свадебное соглашение, да все любые договоренности можно расторгнуть под действием обстоятельств. И я не хочу, чтобы это случилось. – Она взяла меня за руку, подходя еще ближе. – Если ты не против.

– Хоть слово потом скажешь, обвиняя меня в том, что лишил тебя церемонии, пеняй на себя, – проговорил я, глядя на улыбнувшуюся девчонку.

– Ну и отлично, – выдохнул Андрей. – Еще одного подобного сборища я бы не вынес. Надеюсь, у тебя кольца-то есть, а то неудобно получится. – Я кивнул, доставая из хранилища небольшую коробочку с двумя кольцами, которые купил еще в первое посещение ювелирной лавки. – Очередной дорогущий артефакт? – я усмехнулся, не вдаваясь в подробности. О том, что кольца свяжут нас, и я всегда буду знать, если моей жене будет грозить опасность, посторонних в известность ставить было не нужно. – Внимание, – вновь разнесся его голос по залу. – Мы прояснили некоторые вопросы и приняли решение провести церемонию сегодня. Константин, от тебя требуется свидетель, имеющий покровительство бога, не связанный с тотемом ни твоего рода, ни нашего.

– Андрей Шмелев, – ответил я. У меня и выбора-то особого все равно не было.

– Я могу попросить его высочество присутствовать на церемонии, в качестве свидетеля от моего рода? – повернулась Валерия в сторону князя, поклонившись ему. Очень умно, на самом деле. Никто не рискнет оспаривать брак, который лично благословил Тигров.

– Ну почему бы и нет. Если честно, подобным я никогда не занимался, – прищурился князь, глядя на девушку.

– Раз все решилось, прошу всех заинтересованных выдвигаться в сторону священной поляны, – выдохнул Андрей, первым спускаясь вниз и выходя из зала.

Священная поляна рода находилась недалеко от здания поместья. Я никогда не задумывался о том, что находится позади дома за скрывающим от посторонних глаз небольшим леском. Это было голое место в форме круга, выложенное камнями с разными неизвестными мне символами. Внутри круга не росло ни единой травинки, лишь голая земля. На поляне было тепло, несмотря на пролетающий редкий снег. Внутрь круга пустили только главу рода, нас с Валерией и наших свидетелей.

Когда мы заняли определенные места, некоторые из символов на камнях загорелись, освещая пространство внутри круга. Я чувствовал силу, которая была мне не знакома и от которой дар тени словно сжался, стараясь спрятаться от пронизывающего света символов. Не просто так это место называют священным.

На удивление, никаких клятв и пафосных слов не было. Мы все обратились к своим богам, чтобы они благословили этот союз, после чего с Валерией обменялись кольцами. От раската грома и сверкнувшей после этого молнии задрожала земля, и в небе точно над кругом в очередных вспышках появились изображения Сапсана, Манула, Шмеля и Тигра. Перстень на руке Леры исчез, после чего начал формироваться новый, с изображением кота.

Внезапно все перед глазами поплыло. Под очередной раскат грома и вспышки молнии я потерял связь с реальностью. Кромешная темнота засосала меня, погрузив в холодное черное болото. Я не мог пошевелиться и призвать дар, чтобы освободиться и хоть как-то сопротивляться. Ледяной, пронизывающий ветер начал проникать в тело, заставляя сердце сбиваться с ровного ритма. Неожиданно все это прекратилось, а я оказался в знакомой серой комнате, стоя на коленях перед фигурой с занесенным надо мной мечом.

– Что тебе от меня нужно? – рявкнул я, поднимаясь на ноги, не смотря на давление, которое оказывала на меня эта сущность.

– Ты должен освободить меня.

Глава 2

– Ты должен освободить меня, – прогромыхал его голос, отражаясь от невидимых стен безжизненным эхом. – Ты единственный, кто смог выдержать удар моего меча, ты привлек мое внимание.

– Какое признание, – усмехнулся я, наконец ощутив энергию из источника, начинающуюся разливаться по телу. Я сразу же окружил себя огненной аурой, которая тут же рассеяла давление на меня, позволяя свободно дышать. – Что ты такое и где мы находимся?

– Я расскажу тебе позже, а пока ты должен стать сильнее, чтобы выполнить уготованную для тебя миссию, – рассмеялся он, но фигура, стоявшая передо мной, даже не пошевелилась.

– Вот тебе я точно ничего не должен, – прорычал я, призывая огнедемона, который слабо начал откликаться, просыпаясь ото сна, в который был погружен точно так же, как до этого моя магия. Огонь заставлял тьму расступиться и ослабить свое влияние на меня. И это было пока единственным моим оружием против этой неизвестной мне сущности.

– Как ты смеешь…

Его голос заглушил мощный рев тигра, после чего пространство озарила яркая ослепившая глаза вспышка, а меня рывком выдернуло из этого серого марева. Огнедемон так и не появился, а последнее, что я увидел – это мой меч, дарованный Манулом, вонзившийся в пол буквально в нескольких сантиметрах от попятившейся Тени.

– Ваш союз благословлен всеми богами, поэтому с этого момента объявляю вас мужем и женой, и поздравляю свою любимую и дорогую сестренку с изменившимся статусом, – как через вату донесся до меня голос Андрея.

Я тряхнул головой, стараясь сфокусироваться и восстановить зрение. Подняв голову, увидел, как набежавшие тучи, остановившиеся над священной поляной, начали развеиваться, но в отдалении все еще был слышен могучий рык бога-Тигра, который каким-то непостижимым образом смог мне помочь выбраться из серого плена. Что бы кто не говорил, но мне начинало казаться, что я в очередной раз вляпался в какую-то темную историю, в которой не знаю, кто мой враг и что конкретно он от меня хочет. Но теперь абсолютно точно ясно, что он гораздо сильнее меня и другом точно не является.

Я наконец смог очнуться, когда ощутил приближение Леры ко мне. Моя теперь уже жена подошла ко мне и взяла меня за руки, глядя пристально в глаза. Все собравшиеся вокруг начали постепенно расходиться, оставляя тех, кто находился в круге, одних.

– Тебя что-то тревожит? – осторожно спросила она.

– Нет, все хорошо, – улыбнулся я. – Просто это светопреставление немного дезориентировало.

– У тебя глаза светятся фиолетовым светом, – серьезно проговорила она. Я глубоко вздохнул, стараясь успокоиться прежде, чем вернуться в поместье. Манул молчал, хотя я мысленно взывал к нему, чтобы узнать, что же на самом деле произошло.

– Это с тобой не связано, – я наклонился и поцеловал свою жену.

– Ну наконец-то, – выдохнул Андрей. Я отстранился, глядя, как символы на камнях начали один за другим быстро гаснуть, а свечение внутри круга угасать.

– Поздравляю молодоженов, – подошел к нам князь Тигров. – С меня свадебный подарок. Не ожидал, что церемония состоится именно сегодня, – рассмеялся он. – Эх, молодежь, все куда-то торопится.

– Спасибо, – приклонила голову Валерия, беря меня под руку. – Я не ожидала увидеть на своей свадьбе явление великого Тигра.

– Я тоже, – задумчиво посмотрел он на небо. – Это было странно, надеюсь, он прояснит мне свой интерес к вам. Ну, не будем отвлекаться на эти ничего не значащие беседы, нам старикам дай только волю, так и не вернемся никогда к гостям, – похлопал он меня по плечу. – Извините за поспешность, но у меня еще есть неотложные дела, поэтому на этом мне придется с вами попрощаться.

– Ваше высочество, – мы поклонились, не решаясь идти, пока светлый князь не выйдет за пределы поляны в сопровождении Шмелева. Надеюсь, эти неотложные дела не закончатся одной лишь трехчасовой лекцией о плохом поведении.

Мы, не особо торопясь, дошли до поместья. Меня никто не трогал, понимая, что со мной что-то произошло во время церемонии, и благоразумно дали время, чтобы оклематься. Я довел супругу до зала, где ее сразу окружила набежавшая женская половина родственников и приглашенных гостей. Увидев стоявшую неподалеку Светлану, я тут же подошел к ней.

– Как самочувствие? – поинтересовался я, замечая, что периодически ее руки начинают подрагивать и сводить судорогой.

– Нормально, – пожала она плечами. – И не так доставалось. Я никогда так не благодарила свою родню за дарованную родовую способность устойчивости к ядам.

– Могу помочь с последствиями отравления, – предложил я, посмотрев на нее истинным зрением. Яда в организме действительно не было, энергетические каналы не пострадали, но нервы, в основном мелкие, были заметно повреждены.

– Если до завтра не пройдет, то буду просить помощи, – кивнула она мне с благодарностью. – Ну ты же не за этим ко мне подошел?

– Ты узнала что-нибудь обо мне и моих проявившихся способностях? – образ Тени не выходил из головы. Манул молчал, а меня не оставляло ощущение, что полностью от влияния этой сущности все же не избавился.

– Нет, никто не знает, что именно случилось с тобой, – посмотрела она мне в глаза. – Но, есть свой бонус, ректор твоей академии предложил мне небольшую подработку. Теперь я буду вас обучать с Валерией вместе с твоим учителем по боевой магии. Заодно и смогу тебя как следует изучить, – прозвучало это довольно зловеще, да и девушка как-то хищно улыбнулась при этом.

– Вскрывать не дам, – усмехнулся я. – Ты можешь устроить встречу с главой московского клана, о которой ты говорила. Хочу лично с ней переговорить.

– Это сложно, но я постараюсь, – после небольшого раздумья, проговорила она. Я кивнул и, стараясь не привлекать внимание, вышел из зала и быстрым шагом направился в сторону подвала, где находились комнаты для допроса.

Оставлять это дело точно в мои планы не входит. И без сегодняшней выходки эти зарвавшиеся графы жизнь мне довольно серьезно усложнили. Жаль, что при таком раскладе, в котором я оказался, что-то предпринять будет трудно, но, хотя бы следует находиться в курсе происходящего, чтобы знать, к чему следует готовиться в будущем.

– Ваше благородие, посторонним на нижний этаж сегодня нельзя, – перегородил мне путь один из охранников, как только я дошел до перехода, ведущего в подвальное помещение. На дверях и стенах были видны сложнейшие наложенные заклинания, переплетения которых были мне не знакомы. Я и без стоящих на дежурстве охранников пробирался бы внутрь целую вечность, в попытке взломать чары. К безопасности князь и его люди относятся очень серьезно и довольно профессионально.

– Дмитрий Анатольевич там? – поинтересовался я, делая шаг назад, стараясь не вступать в конфликт.

– Да, как и представитель имперской службы безопасности. Как только поступят другие указания, мы обязательно вам сообщим, принимая во внимание вашу заинтересованность, – довольно вежливо послал меня мужчина, буровя меня взглядом.

Я поморщился и развернулся, понимая, что стать свидетелем допроса мне явно не светит. Нужно вернуться в главный зал. Все же, неправильно бросать невесту одну в окружении гостей на свадьбе, особенно, если ничего другого делать все равно не остается. Только ждать.

Андрей немного слукавил, говоря, что приглашенных гостей на торжественном мероприятии единицы. Все несколько часов я провел, знакомясь с главами родов, которых оказалось чуть больше двадцати. Больше половины новых знакомств были, откровенно говоря, пока для меня бесполезными, но с некоторыми вполне вероятно намечались перспективы сотрудничества в сфере торговли, поставок и услуг, для моего будущего производства на землях баронства. С подарком для невесты я угадал, учитывая, что каждый новый разговор начинался с обсуждения этого артефакта. Внимание я привлек, и сейчас в полной мере старался выжить из этого максимум пользы.

– Не думала, что на моей собственной свадьбе мой муж будет уделять мне так мало времени, – я обернулся на голос Леры, тут же беря ее за руку и притягивая к себе. Решив немного отдохнуть от разговоров и бесконечного общения, я вышел на балкон и смотрел на окрестности поместья, наслаждаясь тишиной и одиночеством.

– Ну как бы и особо недовольной ты не выглядишь, – я посмотрел на нее, отмечая, что, наверное, впервые вижу ее такой расслабленной с задорным блеском в глазах.

– Давай сбежим отсюда? – улыбнулась она и провела рукой по моей щеке. – Все это, на самом деле, очень утомляет, и к нам никакого отношения по факту не имеет, как и все подобного рода мероприятия, происходящие в высшем обществе, – поморщилась девушка.

– Еще не время, – покачал я головой. – Но обещаю, что ночью полностью компенсирую все свои сегодняшние прегрешения, – усмехнулся я, глядя ей в глаза.

– Ты ждешь решения, которое предварительно им вынесут? – стала она предельно серьезной.

Я покачал головой, разворачиваясь на шум, донесшийся с внутренней территории, на которую выходил балкон. Ворота поместья отворились, и по подъездной дороге подъехало несколько автомобилей, из которых вышли водители в ожидании своих пассажиров. Наконец в поле зрения появилась компания людей, среди которых я узнал князя Тигрова, идущего в сопровождении трех охранников и людей, которые появились в поместье вместе с ним. Несколько незнакомых мужчин и граф Кондор замыкали это шествие, рассаживаясь внутрь припаркованных машин. Ужинцева среди них не было. Но вот Кондор выглядел довольно расслабленным, что мне совершенно не понравилось.

– Пойдем внутрь. Тут все же холодно. – Произнес я и, взяв Леру за руку, вернулся в общий зал, где буквально сразу же наткнулся на Шмелева.

– Нужно поговорить, – бросил он и, развернувшись, направился к выходу из зала. Валерия обеспокоенно на меня посмотрела, но все же выпустила мою руку.

Мы зашли в один из пустующих кабинетов рядом с залом, на который дядя тут же наложил несколько заклинаний, включая чары тишины.

– Что случилось на церемонии в священном круге? – довольно серьезно спросил он.

– Не знаю. Дождусь ответа от своего бога и, если мне нужна будет помощь, сразу же сообщу, – ответил я. – Что с допросом?

– Только сразу не горячись, – поднял предупреждающе он руку. Сам Шмелев выглядел уставшим и немного дерганным, что точно не могло говорить о благоприятном исходе допроса, длившегося почти четыре часа. – Кондор сразу же пошел на сделку. Учитывая влияние его рода, это был самый верный способ выйти сухим из воды. Причастность к покушению доказана не была, а в обмен на предоставленные им сведения, он потребовал, чтобы его имя в принципе больше не фигурировало в списке подозреваемых.

– То есть, его просто отпустили? – решил все же уточнить я, сжимая кулаки.

– Не совсем. Сейчас они вместе с Тигровым и прибывшим по его просьбе Медведевым, начальником имперской службы безопасности, выдвинулись в столицу, где предстанут перед императором. Там как раз будет решаться вопрос о подобного рода сделке, – прикрыл глаза Шмелев, после чего сел на край стола, сложив руки на груди. – Он обещал рассказать все, что ему известно о Сапсанове, плюс некоторые тоже вполне интересные сведения, относительно влиятельных домов империи. И да, учитывая, что он один из немногих портальщиков, который может не только пробиваться на изнанку вплоть до десятого уровня, так и еще стабилизировать сделанные им проколы, его отпустят.

– Как обычно, все угрозы сильных мира сего всего лишь слова, а все решает деньги и место в обществе, – подытожил я. – Но это не вся плохая информация, ведь так? Я и сам прекрасно знал, что обвинить этот род будет проблематично.

– Ольгу ждет судьба ее матери. Ее лишат магического дара и запрут на исправительном уровне одной из изнанок. С ее памятью очень хорошо поработали, поэтому узнать хоть что-то о том, кто ее надоумил на подобное и откуда она взяла этот артефакт не удалось. Но все может поменяться. Она принадлежит роду Сапсановых, и многое будет зависеть от главы ее рода. Евгения, как исполнителя, ждет пожизненное заключение на пятом уровне. Я был не прав, когда говорил, что он может находиться под подчинением или у него могут быть какие-то ложные воспоминания. Он просто малолетний идиот, решивший помочь сестре, которая и к его роду-то формально не относится, – вздохнул он, покачав головой. – А вот сам глава рода признан невиновным, после допроса специалистом имперской службы, нашими сенсорами и самим Тигровым. Сейчас он ждет официального решения по своим внукам, а завтра его направят в Москву, где будет решаться вопрос о понижении статуса его рода и, возможно, принятия еще каких-либо мер. Все будет вновь зависеть от императора.

– Его всего лишь понизят до барона? Серьезно? – я не понимал, Шмелев сейчас надо мной смеется или я чего-то не понимаю. – То есть, трое членов его семьи будут гнить в тюрьме на изнанке, обвиняемые в покушении на меня, мою жену и ее семью, а все при этом делать вид, что он ни о чем не подозревал?

– Он дальний родственник князя Мышкина, правой руки императора, о чем он постоянно всем напоминает, несмотря на то, что завязал на себе слишком много ресурсов империи, владея одним из самых больших графств Сибири. У него слишком много влияния, чтобы можно было легко его вывести из игры без железных доказательств. Если бы ты его поймал с артефактом в руках, то ему было бы не отвертеться, а так… – Он глубоко вздохнул и развел руки в стороны. – Я уверен, что Тигров это просто так не оставит, он не тот человек, который разбрасывается словами. Все эти решения просто временная мера и то, потому что сейчас в поместье находятся главы двадцати пяти родов, и нужно было принимать решение быстро, не навредив ни тебе, ни себе.

– Я могу поговорить с графом? – после несколько минут тишины, спросил я, обдумывая случившееся. Я не мог его просто так отпустить и надеяться на кого-то со стороны, хоть на Тигрова, хоть на Кречета.

– Мы догадывались, что ты об этом попросишь, поэтому Ужинцев пока оставлен в поместье. Но только в моем присутствии и в присутствии агента имперской службы. Ни мне, ни особенно тебе неприятности не нужны, ты же это понимаешь? – не мигая, посмотрел он мне в глаза. – Если с графом что-то случится на территории Сапсановых, то первым подозреваемым станешь ты, как наиболее заинтересованная в мести сторона.

– Разумеется, – я пожал плечами. Нельзя, чтобы с ним что-то случилось на нашей территории, я тебя услышал, дядя.

– Пошли, – он снял наложенные на комнату заклинания и вышел в коридор, идя в направлении подвала, не оглядываясь.

Внизу поместья ничего не поменялось. Тот же холод, серые стены и железные двери. Только вот охраны, с предыдущего моего визита сюда, было гораздо больше, и по навыкам несравнимо выше. Отворив дальнюю дверь, внутрь первым зашел Шмелев, в сопровождении мужчины, стоявшего в дверях. Дверь закрылась, как только я зашел в комнату, которая оказалась на удивление довольно просторной. Только из мебели, как и в прошлый раз, был лишь стол и несколько стульев. Сидевший по одну сторону от стола мужчина выглядел расслаблено, прикрыв глаза. Я подошел к столу, отметив, что Шмелев с агентом имперской службы остались возле двери.

– У тебя пять минут, – произнес дядя, от чего Ужинцев резко открыл глаза и встрепенулся, хотя я прекрасно видел, как сердце участило свой ритм в тот момент, как мы только зашли. Наигранная расслабленность словно показывала, что ему нечего скрывать и доказывала его невиновность. Старый фокус, сам частенько подобным пользовался.

– Что вам тут нужно, барон? – усмехнулся граф, окидывая меня пренебрежительным взглядом.

– Где Глеб Сапсанов? – прямо спросил я, решая не ходить вокруг до около, теряя отведенное мне время на болтовню. Не за этим я сюда пришел.

– Понятия не имею. Кажется, где-то за границей, – развел он руки в сторону. – Я уже ответил на все вопросы, даже о том, какого цвета у меня трусы, в присутствии хорошего обученных людей и сенсоров, которых невозможно обмануть. Ты-то что можешь мне сделать? – закатил он глаза, сложив на груди руки.

– Ой, да брось, – протянул я. – Сенсоров за нос водить особо ума не требуется. Врать-то ты в их присутствии, конечно, не можешь, но вот недоговаривать – запросто. Так где он? Неужели тебе, с твоим влиянием, которым кичишься, еще не надоело терять родных во благо его желаний? Сначала ты направил по мою душу прирученных скорпинид и потерял такой ценный боевой ресурс. Потом свою дочь, теперь внуков. Неужели ты, граф, такая бесчувственная сволочь, которая во благо своего положения и денег даже родственников не считает? – покачал я головой. Он не сводил с меня взгляда, буквально прожигая меня им. Сердце начало ускорять ритм, а кровь в его теле потекла быстрее. Вот она точка, на которую нужно давить. Как бы он не старался выглядеть невозмутимо, он переживает за то, что случилось с членами его рода. – Кем ты еще готов пожертвовать, чтобы избавиться от меня и Сапсановых?

– Я ко всему этому никакого отношения не имею, – покосился он в сторону агентов, после чего перевел взгляд на меня.

– Да конечно имеешь. Только прежде, чем тебя отсюда увезут, я хотел посмотреть в твои глаза и честно предупредить, что всех, кого ты пошлешь по мою душу, я буду истреблять, как бешеных зверей, не отдавая никого в лапы имперского правосудия. В конечном итоге, ты останешься один, влачить жалкое существование на горе золота и крови своих близких.

Граф резко вскочил со своего места и, вскинув руку, накрыл нас толстым багряно-красным щитом, через который не было видно ничего, что творилось снаружи.

– Я такие угрозы не оставляю без ответа, щенок, – процедил Ужинцев, не сводя с меня налившихся кровью глаз. – Ты еще не дорос до того, чтобы открывать свой рот в присутствии графа.

Меня окутал красный туман, который стремился проникнуть внутрь моего тела, но я был готов к этому. Все, что мне было нужно, это его спровоцировать, чтобы он первым ринулся в атаку. Магия жизни зеленым потоком хлынула из рук, образуя своеобразный щит, через который не мог проникнуть уплотнившийся, разъедающий мою кожу дым. Когда изумрудного цвета кокон был полностью сформирован, я разбил его, развеивая тем самым заклинание старого графа.

Энергия жизни хлынула из моих рук, формируясь в множество тонких нитей, которыми я без труда проник в тело графа, несмотря на наложенный на него щит, больше напоминающий засохшую кровавую корку. Сразу после этого, жизненная энергия мужчины довольно массивным потоком ринулись от Ужинцева ко мне, концентрируясь в кольцах и буквально за несколько мгновений ослабляя противника. Он одновременно держал щит, чтобы Шмелев не успел прийти мне на помощь, и старался магией крови воздействовать на мое тело. Но я явно был сильнее, и с легкостью подавлял любые попытки манипуляции моей собственной кровью.

Щит начал трещать под попытками пробить его из вне. Пора действовать. Тонкая нить огненной магии начала неохотно вплетаться в нити жизни, которые уже полностью оплели сердце графа, воздействуя на него и заставляя замедлять свой ритм. Слияние потоков прошло быстро. До этого дня у меня получилось это сделать только однажды, но гнев – довольно неплохая мотивация. Под воздействием фиолетового пламени, кровь мужчины начала нагреваться, но этот эффект он легко смог подавить. Правда, если бы мне было необходимо, чтобы он пострадал от огня, то он бы уже корчился на полу горящим трупом. Но сделать нужно все чисто, оставить след моей магии и зарядить на полную накопители, макры в которых светились ярко, говоря о том, что до полного их насыщения осталось совсем немного. А теперь настала очередь основы печати, которую необходимо наложить незаметно ни для графа, ни для остальных. Я заставил нити слегка сдавить оплетенное ими сердце. Секунда, и основа печати заняла свое место в груди мужчины, исчезая во вспышке резкой боли, которую почувствовал мой противник.

Щит распался, и нас с Ужинцевым откинуло в стороны друг от друга, приложив о стены. Граф схватился за грудь, стараясь отдышаться, а я направил поток исцеления к ранам, которые оставил после себя красный туман, разъевший не только одежду, но и кожу, местами проникнув довольно глубоко.

– Какого хрена вы творите?! – рявкнул Шмелев и открыл взмахом руки двери, впуская внутрь целителей.

– Я всего лишь защищался, – поморщился я, садясь на стул, теперь ожидая вердикта целителей.

– Защищался он, ты его спровоцировал, – прошипел дядя, подходя ко мне ближе и нависая надо мной. – Он маг крови седьмого уровня, и гораздо опытнее тебя. Тебе повезло, что ты жив остался. Я меньше, чем за минуту взломал его мощнейших купол, но и то думал, что от тебя только одно большое кровавое пятно останется.

– С восьмым бы не справился, но магия жизни очень хорошо работает против атак на крови. Уже проверено на его дочурке, – раны быстро исцелялись, оставляя после себя лишь небольшие красноватые пятна.

– Ослаблен, но никаких повреждений нет, – подошла к нам девушка-лекарь. – Я могу осмотреть следующего.

– Не нужно, – процедил Шмелев. – Он сам маг жизни. Все, уводите его отсюда, – отдал он распоряжение, и несколько охранников вместе с агентом имперской службы подхватили графа под руки, выводя из комнаты. Я бегло осмотрел его истинным зрением. Небольшие повреждения в его теле излечивала оставшаяся в его теле моя магия жизни, наверняка оставив свой след. Магии, оставшейся от основы печати, видно не было. Я посмотрел на кольца. Судя по собранной в них энергии, Ужинцев довольно крепкий мужчина. Многие бы уже умерли на его месте.

– А я думал, ты по статусу ниже, чем тот молчаливый агент, – встал я на ноги, оглядывая комнату, которая была залита кровью, оставшейся после разбившегося щита.

– Поговори мне еще, – хмыкнул Шмелев и осмотрел меня. – Красавец. И как ты вернешься в зал?

– Никак, позови Леру, домой поедем, у нас еще более приятные дела намечены на сегодня, нежели общение с высокомерной аристократией, – пристально посмотрел я в глаза дяди, усмехнувшись.

– Оставайся здесь. Я сообщу твоей жене, где тебя забрать, и валите отсюда. Завтра можете на занятия не приходить, и, Костя, я очень надеюсь, что о тебе ни сегодня, ни завтра больше не услышу, – махнул он рукой. Хотя я прекрасно знал, что он отдаст некоторые распоряжения охране, чтобы сообщали обо всех моих передвижениях. Но ничего, из дома я уходить не собираюсь, тем более, установленную на доме защиту не так просто обмануть.

Я провел в комнате от силы несколько минут, когда в нее вихрем ворвалась Лера, остановившись в дверях, пристально меня осматривая.

– Тебя на несколько минут вообще можно из поля зрения выпускать? – всплеснула она руками и быстро подошла ко мне. – Ты в своем уме, бросаться на главу рода, да еще и на мага высокого уровня? Тебе хоть немного полегчало, когда пар выпустил? – нахмурилась она, разглядывая кожу, на которой едва были заметны следы от ожогов.

– Знаешь, да, – подумав, кивнул я. – Никто не смеет безнаказанно причинять боль моей жене, – ровно ответил я, вставая на ноги. – Пойдем домой?

Она неуверенно кивнула и протянула мне пальто. Подождав, пока я оденусь, она осторожно взяла меня под руку. Обходными путями, стараясь не встретиться ни с кем по пути, мы вышли из поместья и тут же нырнули в уже подогнанный автомобиль. Лера о чем-то тихо говорила, но я в этот момент отслеживал печать.

Поздоровавшись демонстративно с охранниками в холле особняка, я остановился возле лестницы, преграждая путь Лере.

– Дай мне десять минут, потом я поднимусь, и ты выскажешь все, что думаешь, ладно? – прошептал ей на ухо.

– Я надеюсь, ты мне все потом расскажешь, – кивнула она и начала подниматься наверх, больше не задавая никаких вопросов.

Немного подумав, оглядывая стены истинным зрением, понял, что охранные чары на доме не статичны и постоянно меняют свой рисунок и точки воздействия. Не думаю, что мне по силам обойти их, не затронув какую-нибудь связующую нить. Поднявшись на второй этаж, я открыл дверь, увидев читающего газету Игната. Он подскочил и недоумевающим взглядом посмотрел на меня.

– Мне нужна твоя помощь, – тихо обратился я к нему, заходя внутрь и плотно закрывая за собой дверь.

Глава 3

– И вам доброй ночи, ваше благородие, – нахмурился он, пристально глядя на меня. – Хотел сострить по поводу свадьбы, невесты и прочего, но, судя по вашему виду, мне лучше вас выслушать и не открывать понапрасну рот. – Улыбнулся он, плюхнувшись на кровать.

– Расскажи, какие охранные чары установлены на особняке? – сразу перешел я к делу, прислоняясь спиной к двери, не забыв наложить предварительно печать тишины на комнату.

– Стандартные, – пожал он плечами. – Ну и те, которые блокируют перемещение внутрь дома и из него при помощи телепортации и портальных свитков, есть те, что реагируют на выброс магической энергии, но тут уже я проверяю есть ли опасность для хозяев. Ох, был один псих, который решил магией убить хозяина в свое время. Кровищи потом было, пол дня прислуга оттирала, – посмотрел он в потолок, мечтательно улыбнувшись. – Есть те, что вообще внутрь никого не впускают, если хозяин лично не даст добро на перемещение гостя внутрь, но оно не активно, слишком много мороки, да еще и последствия очень жаркие. Правда, при правильном направлении ветра и его скорости пепел быстро разлетается и никаких следов вообще не остается…

– Стоп, – я тряхнул головой, стараясь переварить услышанное. Похоже, дед был настоящим психом с манией преследования и довольно развитым воображением. Только это мало ему помогло, чтобы действительно обезопасить свою семью. – Напишешь обо всех заклинаниях и ловушках потом подробно, а то, судя по всему, мне из дневников стало известно не обо всех сюрпризах.

– Сделаем, завтра к вечеру будет готово, тем более, у меня где-то чертежи и схемы управления кристаллом завалялись, – кивнул он.

– В доме есть место, которое поглощает следы сильного магического выброса и скрывает последствия действия заклинаний, затрагивающих духовный план? – прямо спросил я, вспоминая, что об этом вскользь упоминалось в дневниках отца. Они любили экспериментировать с магическими потоками, поэтому последствия иногда были разрушительными и непредсказуемыми.

– Конечно, таких мест два: кабинет главы и лаборатория внизу. Стены, пол и потолок сделаны из специального черного камня, добытого на шестом уровне изнанки, который поглощает лишнюю магию, не давая ей выбраться наружу, – серьезно проговорил он. – Но контролировать то, что происходит внутри это не позволяет, поэтому маг может полагаться только на свои силы в плане сохранения жизни. Но вот других защитит, никто даже не подумает о том, что происходит внутри этих помещений. Правда, были исключения, когда Григорий Федорович что-то намудрил и чуть не разнес половину особняка, ох и досталось ему тогда, – покачал он головой. – А вы, господин, что удумали-то?

– Немного потренироваться, и хотелось бы, чтобы о тренировках никто не узнал в доме, – усмехнулся я, глядя на макры в артефактах, которые не потеряли ни капли собранной жизненной энергии. Неплохо в этот раз получилось, что уж тут говорить.

– Ну это можно, – потер он руки, вскакивая на ноги. – Я могу перенастроить некоторые векторы охранных заклинаний, чтобы комната стала полностью изолирована. Правда, мне нужно будет находиться внутри, чтобы поддерживать нестабильный контур, но я не помешаю, да и подстрахую в случае чего, на меня ж магия не действует, – усмехнулся он самодовольной улыбкой. – Тогда, конечно, некоторые чары защиты придется отключить, но, думаю, и оставшихся хватит, чтобы обезопасить дом. Тем более, эти дармоеды внизу делом должны заниматься, а не о бабах сплетничать, да целыми днями с прислугой лясы точить, заедая полученную информацию пирожками, да булками. На кой фиг они вообще нужны, будто меня мало, – топнул он ногой и сжал кулаки. Видимо, что-то с охраной не поделил, либо до сих пор за тот выстрел на них дуется.

– По статусу положено, ладно, пошли, поможешь, – открыл я двери, мысленно взывая к основе печати. Она была статична и перестала от меня удаляться. Но расстояние было не маленькое, практически предел действия. Да и времени осталось всего около двух часов. Не очень хорошо, но рискнуть нужно. По факту, если ничего не получится, старик даже не поймет, что именно произошло, а я словлю лишь небольшой откат.

Я открыл кабинет, зашел внутрь и зажег свет. Игнат нерешительно остановился, но потом переступил порог, замерев перед самым входом, вздрогнув, когда дверь за ним закрылась, а я наложил на нее несколько печатей.

– Ты что? – спросил его, садясь в центр комнаты. Я всего пару раз использовал печать распыления на расстоянии, поэтому нужно было максимально сконцентрироваться.

– Мне всегда было запрещено сюда входить, поэтому, это единственное помещение, где я никогда не был, – тихо проговорил он. – Но я без вашего позволения не зайду сюда больше, – серьезно посмотрел он на меня. Через мгновение кристалл внутри его груди ярко засиял и поменял свой цвет на синий. Игнат отвернулся и положил руки к стене, по которой начали пробегать синие огоньки такого же цвета, каким стал макр в его груди.

Ну что же, пора начинать и мне. Закрыв глаза, я замкнул контур второй части основы печати распыления, которая была готова еще в допросной поместья. Первую я тогда привязал сразу к душе Ужинцева. Так что теперь, мне оставалось лишь активировать заклинание и сделать скорбное лицо, когда доложат о том, что моя цель умерла. Печать взлетела под потолок и, приняв вид исписанного рунами многоугольника, озарила комнату ярким красным светом. Настенные светильники несколько раз мигнули и погасли, а энергия из макров, которыми они были подпитаны, впиталась тонкими нитями в центр сияющей фигуры, насыщая ее самостоятельно без моей помощи. Неожиданно печать ярко вспыхнула, а пол подо мной едва ощутимо тряхнуло.

– Это не я, – раздался напряженный голос духа, после чего я почувствовал, что связь с основой печати, оставленной на Ужинцеве, начала разрываться, словно она удалялась от меня резким движением и на очень большой скорости.

– Ах ты сволочь, не уйдешь, – прошипел я, подозревая, что объект моей охоты хочет смыться при помощи свитка перемещения. Но свиток не телепортировал мгновенно, а сначала перемещал в какое-то подпространство. Так что, у меня еще было немного времени, чтобы завершить начатое.

Магия жизни хлынула из рук, уже довольно привычным способом преобразовываясь и концентрируясь в артефактах. Когда ее собралось необходимое количество, я замкнул печать, погружая комнату в непроглядный полумрак, несмотря на ярко засиявшую печать надо мной. Черный дым начал заволакивать комнату, от которого невозможно было вздохнуть. Голова закружилась, а перед глазами встала серая пелена.

Около минуты ничего не происходило. Слабость накатывала толчками. Я чувствовал, как связь с основой трещит и грозить лопнуть, отпустив графа живым. Через боль в сдавливающей тьмой грудной клетке, я с трудом сделал вдох и выпустил фиолетовый огонь, через кольца напитывая печать еще сильнее. Может это и рискованно, но я не отступлю, второго шанса может и не быть.

– Да сдохни ты уже, – прошипел я, вкладывая в кольца больше половины имеющегося резерва. Сияние от красной печати пробилось даже через черную дымку и серую пелену, которая после этого начала перед глазами растворяться.

Поднявшийся порыв ветра опрокинул стол, стулья и сдвинул всю оставшуюся мебель. От удара поехавшего кресла, меня чуть не снесло, но я смог остаться на месте и не потерять концентрацию. Резкий отчаянный крик, от которого едва не заложило уши, разнесся по комнате. Через всполохи ярко красного света от печати, я видел очертания человека, который приближался стремительно ко мне. Когда бестелесная сущность графа замерла передо мной, наши взгляды встретились, и я увидел недоумение и непонимание, сменившееся ужасом не его лице. Долгожданная вспышка света раздалась неожиданно, развеяв сковывающий черный туман и с довольно громким хлопком разбивая его душу на множество осколков.

– Ч-ч-что это было? – заикаясь, спросил Игнат, который во все глаза смотрел на потолок, где только что вращалась красная печать, занимающая практически всю комнату. Скорее всего, благодаря своей форме существования, он прекрасно видел все, что происходило.

– Ничего, – я встал, стараясь отдышаться. Бок нещадно болел, приподняв рубашку, увидел довольно приличную гематому и глубокую царапину. Не смертельно, но не приятно.

– Ничего?! – взвизгнул он, подпрыгивая. Нити заклинаний на стенах, после этого начали постепенно возвращаться в свое привычное положение, а кристалл внутри его груди прекратил ярко сиять. – Да этой штукой меня можно в пыль стереть и не заметить! Да я поседел за эти минуты!

– Будет повод вести себя хорошо и никому не рассказывать, что здесь произошло, – усмехнулся я, начиная аккуратно поднимать все с пола. Я был уверен, что дух будет молчать. Приказы хозяина он все же не может оспорить. Наложенное дедом заклятие не даст ему этого сделать, тут же отняв способность двигаться и говорить. Игнат, всплеснув руками, бросился с некоторым запозданием мне помогать, двигая в одиночку мебель и расставляя ее на прежние места.

– А что тут произошло? Ничего и не было. Так, молодой господин был немного не в духе, решил пар выпустить, да силы не рассчитал, порушил тут все, поэтому и меня позвал. А кого ему еще звать, не свою же жену. А я всего лишь мебель поднимаю, чего это мне без дела сидеть, – бормотал он, с опаской глядя на меня.

Я только покачал головой. Когда кабинет был приведен в божеский вид, а мои раны затянулись, я снял печать тишины и, прежде, чем выйти, прислушался. В коридоре было тихо, значит, никто ничего не слышал и не заметил. Хорошо, с последствиями буду завтра разбираться. Слишком долго и не совсем аккуратно сработал, но я даже не подозревал, что граф так отчаянно будет бороться за свою жизнь, а ведь жизненной энергии в нем оставалось не так уж и много.

Дойдя до своей комнаты, я тихо отворил дверь и зашел внутрь. Лера не спала. Она стояла возле распахнутого настежь окна, укутавшись в плед.

– Что случилось? – закусив губу, она повернулась и подошла ко мне. – На меня внезапно накатил страх, а потом тревога и, можешь считать меня кем угодно, но я чувствовала, что это как-то связано с тобой. А потом все внезапно прошло.

– Все хорошо, – приобнял я ее. Сделав несколько шагов, я опустился на кровать, усаживая жену к себе на колени. – Я благодарен, что ты не ринулась и не устроила шумиху, поднимая на уши весь дом. – Довольно серьезно проговорил я, глядя ей в глаза. – Не так, наверное, ты представляла себе свою свадьбу, – усмехнулся я.

– Я прекрасно знала, за кого выходила замуж, – пожала она плечами, не сводя с меня взгляда. – Я так понимаю, ты ничего мне не расскажешь? – скинув с себя плед, она обняла меня за шею.

– Нет, некоторые вещи должны оставаться тайной, ради твоей безопасности. – Покачал я головой. – Но сейчас я никуда не уйду и буду полностью в твоем распоряжении, как и обещал.

– Не рискуешь разбрасываться такими словами? Я же тебя никуда не отпущу, – прошептала она на ухо, начиная расстегивать мою рубашку.

– Ваше благородие, откройте, – раздался неожиданно голос за дверью одного из охранников и громкий последовавший за ним стук в дверь.

– Можно я его убью? – прорычала жена, давая мне возможность встать.

– Я сам. Оставь подобные кровавые решения в нашей семейной жизни на мне. – Я раздраженно скинул с себя то, что осталось от рубашки некогда дорогого костюма, оставаясь голым по пояс и подошел к двери, рывком открывая ее. – Что?

– Эм, простите за беспокойство, – отпрянул он, окинув меня взглядом. – Защитные заклинания ведут себя довольно странно, мы проверяем дом на предмет проникновения посторонних.

– И как? – сложил я руки на груди, прищурившись.

– Пока все тихо, еще раз прошу прощения, – он склонил голову в небольшом поклоне и, развернувшись, быстро удалился по коридору в сторону выхода, разговаривая с напарником по переговорному устройству.

Я закрыл дверь, теперь уже накладывая несколько печатей, после чего вернулся к задумавшейся над чем-то Валерии.

– Ты мог их просто послать, эта демонстрация для чего-то была нужна, не так ли? – спросила она.

– Возможно. Я все тебе расскажу, когда придет время, хорошо? – пообещал я. Она кивнула и молча потянула меня к себе.

***

– Просыпайся, солнышко уже встало, птички поют, твой проходной дом снова открыт для друзей и близких! – раздался в голове громкий голос Манула, после чего я оказался в сером мареве, сидя на полу, пытаясь сфокусироваться на возвышающимся надо мной коте.

– Совесть имей, – тряхнул я головой, поднимаясь на ноги. – Я спать лег часа два назад.

– Твои проблемы, – фыркнул он. – С твоей женой я уже поговорил, наставления дал, пригрозил, если будет выносить тебе мозг, да при этом не родит много манульчиков, ты обязательно женишься еще пару раз, так что мог бы и поблагодарить, что дал тебе побольше времени на сон и отдых, – махнул он кончиком хвоста.

– И зачем ты ее так пугаешь с раннего утра? – хмыкнул я. – Ты же самый социофобный кот, не терпящий никого постороннего. То, что у тебя уже два жреца и один слуга рода, итак прогресс, которого этот свет не видывал.

Он го