Светлая для Темного
Пролог
Паутина видения затягивала, не выпускала. Эзри, доченька, не уходи! Рыжие кудри мелькают в мрачных коридорах. Розовые энергетические щупальца тянутся из стен, силясь захватить мою девочку. Эзри!
Крик гулким эхом летит вперед и, натыкаясь на стены и тупики, повторяется. Замираю. Эзри оборачивается, глядит вокруг невидящим взором, останавливая его на мне. На лице удивление, страх, непонимание. Не узнает? Не помнит меня?
Коридоры поглощает мгла, но спустя секунду тусклый свет пробивается отовсюду. Чужой мир без магии. Параллельная Вселенная. Никто не может попасть туда живым. Эзри, как умудрилась?
Черты лица дочери смягчаются, янтарные пряди краснеют, глаза – темнеют.
Шелковое платье цвета весенней листвы меняется. На Эзри груботканое блекло-синее рубище. Уродовать балахоном точеную фигурку – преступление!
Плотный поток дешевых машин превращает трассу в бурную реку. Смертные пешеходы переминаются с ноги на ногу, ожидая шанса перебраться на другую сторону… Глупое человеческое дитя не выдерживает, бросается наперерез.
Эзри! Зачем? Дочурка кидается следом, отталкивает неразумную куклу с пути авто. Эзри!
Холодный пот струится по спине, испарина на лбу. Отдать жизнь за смертную! Что может быть нелепей?
В животе разрастается пылающий шар, от которого вздрагивая тянется пуповина, связывающая с дочуркой. Жива! Знал! Чувствовал!
Когда дни и ночи проводил над твоим бездыханным телом, дочка, остановив разложение своей кровью и аурой. Когда хоронил, отогнав подданных, лично поджигая тело магическим пламенем. Я ждал твоего возвращения.
Тело впитывает долгожданное тепло – мое, родное, желанное …
Машина проходит сквозь Эзри… Мир чернеет.
Мир чернеет. Вернулась! Дочка вернулась! Мчусь домой, но ее нет… Эзри, где ты?
Где ты?
Вокзал Ладорры – жуткое грязное место для путешествующих смертных. Тошнотворные бездомные; лучше сгинуть, чем коснуться. Эзри? Лежит на полу между креслами, мертвенно-бледная, как в день похорон. Глаза открыты, губы хрипло шепчут:
– Я однокрылая. Физики назвали… Говорят, аура похожа на сложенное левое крыло.
Что за бред?
Ты Эзри, моя дочка! Какие физики? Ты никогда не интересовалась наукой!
Балы, турниры, прогулки на природе – вот что занимало твои мысли.
– Остекленела. Застыла. Перескочила. Где я? – вновь смотришь неузнавающим взглядом. Больно и сладко. Ты со мной! Какая есть! Недужная, грязная, побитая жизнью. Но ты со мной!
Пуповина вздрагивает и увеличивается. Все больше и больше. Наши ауры соприкасаются опять, как при твоем рождении. Я иду к тебе, доченька!
Шатаясь от долгой неподвижной медитации, вскакиваю с кресла! На вокзал! К моей Эзри! И пусть Ригорн думает – государь ополоумел. К черту осмотрительность! Я иду к тебе, доченька. Только дождись, только не умирай. Только не снова!
Глава 1
(Дэллан)
– Чертовы небрис!
– Что за?.. – подняв голову от договоров, Дэл смачно выругался на нескольких языках – живых и мертвых.
На кретина, вздумавшего так отозваться о его расе, причем в его же заведении, даже злиться грешно! Из глотки короля «темных сайхов» Флавеллии вырвался злорадный смешок. Видимо, бюро опять прислало зеленого новичка, высокомерного чистоплюя, не потрудившегося изучить личность владельца бара.
Мужчины трепетали перед Дэлом, женщины – падали к ногам полуторатысячелетнего айна. Не мудрено! Дэл отлично представлял, как действует его внешность на слабый пол.
Два метра мужественности, косая сажень в плечах. Игра могучих мышц легко угадывается под тонкой футболкой цвета стали и узкими синими джинсами. Длинная золотистая грива, обрамляющая суровое лицо древнего воина, и голубые глаза. Холодные. Пронзительные. Зачаровывающие.
Идиоты, которым и бахвалиться нечем, кроме как ложной скромностью, пусть считают, что это гордыня, самолюбование. К чертям их! Дэл знал себе цену.
Ни один подданный и вякнуть против не посмел бы! Тем более – не выполнить приказ. Малейшие попытки неповиновения или лукавства просчитывались на три хода вперед и наказывались жестко. Посему хитрить или плести интриги не рисковали – себе дороже. А доверенные небрис, сражавшиеся бок о бок с Дэлом в войне сверхов, без звука шли за своим сюзереном в огонь и воду. Равным себе и то спуску не давал. Впрочем, лучшего стратега и дипломата на всем континенте не сыщешь.
А тут этот возглас! И где? В «Жарком Льде», собственном ночном клубе флавелльского короля – одной из главных туристических достопримечательностей штата. Фанатки толпами валили поглазеть на заведения, замки и подвалы древнейших темных сайхов, особенно если речь шла о властителях своего народа. Идеей организовать экскурсии по «Серебряному кольцу» небрис обязаны Фицуотеру Вайсу – королю «темных сайхов» Анарии.
При мысли о родовитом британце, Дэл презрительно фыркнул, небрежно отодвинув документы, легко скользнувшие по лакированной поверхности стола из красного дерева, и поднялся из роскошного черного кожаного кресла. В чем в чем, а в умении делать деньги из воздуха Фицу равных не найти! После решения правителей небрис о легализации предложение Вайса приняли на ура.
Когда лет десять назад ученые начали успешно клонировать кровь и органы людей, мысль о выходе «детей ночи» из тени напрашивалась сама собой. Дэл изрядно наслушался рассуждений правителей небрис о том, как здорово было бы перестать скрываться, ведь, казалось бы, теперь темным сайхам не требовалось охотиться. Но заявили они о себе далеко не сразу. Сначала пришлось «промывать мозги» древним небрис, внушая, что копия крови ничуть не хуже оригинала. Наконец, те сделали вид, будто поверили – еще бы, «неверующие» то пропадали без вести, то обнаруживались… трупами. Закончив «убеждать» подданных, верховная власть небрис принялась увещевать руководство людских государств, дескать «дети ночи» годятся на роль законопослушных членов общества.
Бред, да и только! Дэл со злорадством наблюдал, как то, в чем он был уверен с момента легализации сородичей, неминуемо сбывалось, а правители темных сайхов из шкуры вон лезли, дабы все скрыть, замять, списать на нападения диких животных, невесть как забредших в сердце мегаполисов. Большинство старых небрис продолжали осушать смертных. И не только потому, что инстинкты хищника подавляли человечность, а вековая привычка к вседозволенности – страх перед жестоким наказанием. Поглощать настоящую кровь для «темного сайха» – не только способ насытиться. Древние небрис и жажды-то почти не знали. Надо месяц поголодать – без проблем. Потом хлебнул пол-литра – и снова в строю. Лишь молодняк упивался алым нектаром, как алкоголик спиртным. Малейшее голодание – и жажда брала верх, опуская до уровня зверя, заряженного одной целью: рвать клыками податливую плоть, алчно вбирая темно-бордовую жидкость, пока не иссякнет. Лишала разума, сознания, полностью подчиняла дремучим инстинктам. С каждым годом, десятилетьем потребность в крови уменьшалась. Столетние «дети ночи» контролировали себя на раз. Но чем старше становился небрис, тем сильнее желал смаковать вкус чужой жизни… Неторопливо наполняться ею… Наслаждаться тем, как каждая клетка тела звенит от дикого сочетания мощи смерти проклятого сайхийского принца и энергии бытия. Достаточно немного глотнуть тугой струи, вздрагивающей от каждого биения сердца, чтобы испытать перерождение, обновление.
Что же до «Серебряного кольца» – Дэл не мог не признать, что оно того стоило. Сумасшедшие фанаты и просто интересующиеся за раз оставляли в заведениях, включенных в тур, столько денег, сколько владельцы прочих за год не зарабатывали. А на сувенирах и фотографиях цифра удваивалась.
Но вот сегодня случилась драка…
Банальное происшествие! Но как же сайхийское бюро по урегулированию отношений сверхов и людей могло не раздуть из мухи слона!
Небрис не ублажили туристов как надо!
Дэл распахнул дверь кабинета так, что та с грохотом ударилась о стену и задребезжала.
Да при чем тут «темные сайхи»? Две умалишенные сцепились за право сфотографировать Морган.
Небрис-дочери Дэла и впрямь было что показать! Всегда холеная, роскошная, она прямо-таки бросала вызов самообладанию сильного пола. Заводила одним лишь взглядом голубовато-серых глаз с поволокой, одной лишь улыбкой сексуально-пухлых губ. Сводила с ума одним лишь поворотом головы, от которого волосы цвета воронова крыла рассыпались по покатым плечам. Но бывшей элитной проститутке и этого казалось мало. В черном кружевном платье, сквозь которое просвечивало спортивное белье, соблазнительница демонстрировала ровно столько изящного тела, сколько требовалось, чтобы слюни текли у большинства мужчин в зале. Как обычно. Дэл наблюдал подобное изо дня в день.
Туристки повздорили. В отвратительном стиле женской уличной склоки, не стоящей и секунды внимания. Вырвут по клоку волос, расцарапают лица, проревутся – куда ж без этого – и замолкнут.
Только не в королевском стрип-клубе…Много чести! Потом еще убирать!
Вывести истеричек наружу попытался бармен, по совместительству шериф пятой зоны Флавеллии – Кунгоро. Японец-небрис, страшный, как смертный час, с ног до головы покрытый шрамами еще с человеческой ипостаси – правая рука короля в бизнесе. Железные нервы, стальной характер, кристальная честность и великолепные боевые навыки – находка и на войне, и в мирное время. Только такому и можно поручить присматривать за работниками сети клубов, бухгалтерией, дочерями. И шерифство, конечно. Остальные невеликого ума наблюдатели пусть считают Кунгоро подавальщиком пива и пешкой монарха. Удобно и практично. Чем более мелкой сошкой кто-то кажется, тем проще ему вершить дела, оставаясь в тени.
Туристки в запале бросились на рефери. Кунгоро слегка встряхнул их. Дэл аж удивился его терпению и гуманизму. В былые времена самурай с низшими существами так не церемонился бы!
Но истерички есть истерички. Хором подняли вой. И вот бюро тут как тут.
Плевать! Пускай дурные сайхи шуруют, разнюхивают. Подобные мелочи не стоят времени Дэллана Видара. Без них забот полно.
Если бы не тот оклик, явно женский, судя по высокому, звонкому голосу! Не хватало еще, чтобы канцелярская крыса делала вид, будто круче всех! Самоутверждаться в другом месте будет!
Недобро усмехнувшись, Дэл неспешно вышел из кабинета в просторный зал «Жаркого льда».
По задумке Морган, помещение, окутанное красно-розовым светом, было отделано в фиолетово-алых тонах, имитирующих цвета венозной крови и артериальной. На темно-сливовых стенах, словно прожилки, красовались алые узоры, напоминающие то паутину, то изломы веток, то причудливые кружева.
В центре, между столиками, разместились несколько шестов. Стриптизерши замерли, пялясь на команду бюро. Дэл фыркнул. Эка невидаль! Ладно, еще человечишки, так ведь и небрис туда же.
Король окинул заведение взглядом.
Девушка. В черном. Свободной юбке до пят и водолазке под горло…
– Чертовы небрис! – повторила она и посмотрела на Дэла.
Вот это глазищи! Большие, темные, миндалевидные… Внутри радужки вспыхивали и гасли золотистые искры. Казалось, нырнул в кипящий котел и обтирался льдом одновременно. Тело горело, замерзая. На диафрагму будто кирпичей наложили, в голову ударил хмель. Словно опять человек и явно перебрал.
Проклятье! Эмоции небрис, подобные тысячекратно умноженным человеческим! Бешеные, сумасшедшие, какие смертным в здравом уме не вынести. Пятнадцать веков Дэл сдерживал лишь ярость, от которой темнело в глазах. Беспощадный зверь вырывался наружу и жаждал рвать, крушить, стирать с лица Земли. Кровь и плоть идиотов, спровоцировавших молодого дитя ночи были повсюду… Много алого нектара утекло с тех пор, как Дэл взял под контроль эту дикую, первобытную злобу, накрывавшую с головой, лишавшую воли, разума, заставлявшую делать то, чего не совершил бы даже в жестоких набегах с родным племенем айнов… Да и посещала она раз в сто лет, в прямом смысле слова. Взять хотя бы сегодняшний случай. Еще лет семьсот назад Дэл, не раздумывая порвал бы источник оскорбительного возгласа на части. Может и нынешняя эмоция не успела бы дозреть в его душе… Точно в качестве откупа за подобные вспышки большую часть жизни небрис оставались почти безразличны ко всему, испытывая только поверхностные, слабые отголоски ощущений, которые и переживаниями-то не назовешь. Была еще беззаветная, до боли в груди преданность отцу, создателю. Готовность по первому его зову бежать куда скажет, сложить голову, если потребуется. Но, как и повелось у детей ночи, в отличие от ярости, такая связь не жила долго, постепенно превращаясь в спокойную братскую, кровную привязанность – единственное нормальное чувство темных сайхов. Что накрыло сейчас, Дэл не понимал, лишь внутри разрасталось знакомое ощущение, как эмоция пропитывает насквозь, вспыхнув подобно взрыву, подчиняя себе все мысли и желания. Неприятно резануло невесть откуда взявшееся понимание – от этого не избавиться простым уничтожением того, кто всему виной.
Видар неотрывно смотрел в глаза гостьи, проваливаясь куда-то… Мгновение – и мир вокруг потускнел. Еще миг, и настигло удовольствие, сравнимое лишь с ощущением первой капли крови в иссохшем горле новообращенного. Когда чудится – глотка вот-вот растрескается, как опаленная зноем земля, из живота поднимается дикое жжение, будто внутренности заполняет кислота. Но вдруг приходит блаженное успокоение, сменяясь негой. Тело вспыхивает оргазмом избавления, когда берешь и берешь женщину после походного воздержания.
Быстро, остервенело, грубо…
Впечатления захлестнули, но тут чертовка отвела глаза.
Похмелье оказалось болезненным, зато вернуло трезвость мысли. Не скрывая довольной ухмылки, Видар прошелся по гостье многозначительным взглядом.
Светлая кожа без намека на румянец. Черные брови и ресницы в сочетании с медными локонами, забранными в аккуратную косу, смотрелись особенно выразительно. Детские черты лица не вязались со взглядом много повидавшего существа. Потустороннего даже. Нездешнего.
Взгляд скользнул по Дэлу и… дальше. Девчонка развернулась в направлении Кунгоро. Если бы только незнакомку не охраняли пять сайхов, укус которых для темных собратьев подобен изощренной пытке! Ощущению, словно кожа трескается и отваливается, с кусками плоти, органы плавятся, крошатся кости… Так действовал на небрис яд, выводя из строя на месяцы. Заставляя днем и ночью корчиться в муках, перед которыми бессильны все сверхсовременные лекарства. Испытав подобное однажды, понимаешь, что прежде не знал боли.
Незнакомка решительно направилась к бармену. При каждом шаге силуэт ее точеных ног вырисовывался сквозь тонкую ткань юбки. Округлые ягодицы переходили в изящную талию… При таких-то бедрах и груди!
Клыки Дэла выскочили, упершись в язык, заставив инстинктивно чуть приоткрыть рот.
Гормоны восемнадцатилетнего и сверхвозбудимость «детей ночи» – дикий коктейль, бродивший в крови, неожиданно сломал железный самоконтроль, выстроенный за столетья. Похоть, жажда, ярость, превращающая в бешеного зверя – для юных вампиров непреодолимы. Познав все способы и грани двуполой любви, навострившись любую доводить до экстаза бессчетное число раз, подавлять их легким усилием воли не составляло труда. А сейчас тело предало. Болезненное возбуждение рвалось из одежды. Но хуже всего было это ощущение… дурман в голове, желание ни с того ни с сего залиться хохотом, подхватить сайхийскую девчонку, поднять и стиснуть в объятиях.
Только ощутив саднящую боль в ладонях, Дэл понял, что изо всех сил сжал кулаки, процарапав ногтями кожу.
– Меня зовут Эзра. Консультант бюро. Хотелось бы прояснить, что случилось, – обратилась гостья к бармену.
Поймав взгляд шефа, Кунгоро кивнул в его сторону:
– Это наш король Дэллан Видар, владелец заведения.
– Знаю, – Эзра не соизволила даже обернуться.
Плевать бы на нее! Стоит ли сайхийское ничтожество эмоций Дэллана Видара? Но бешенство забурлило в душе…
Дэл остановился вплотную к спине Эзры. Прикосновение обжигало, по телу бежали странные волны, снова и снова на грани удовольствия и боли. Да что происходит? Где бесстрастность, делавшая лучшим из лучших в бою, позволявшая сохранить холодную голову даже в самых горячих ситуациях?
– Говорить здесь разрешаю я! – прошипел Дэл на ухо девчонке. Ее близость окончательно растопила ледяное безразличие ко всему вокруг, буря в душе усиливалась, сметая остатки самообладания.
Запах Эзры… совершенно новый. Непохожий ни на один из встреченных раньше. Сладкий, но не приторный. Он въедался в кожу, окутывал, как туман. Бред какой-то! Что за?..
Чертовка обернулась:
– Терпеть не могу, когда подходят со спины!
Казалось, от гнева взорвется голова. Дэл вжал Эзру в стену. Гибкое тело… Чуть холоднее человеческого. Запах, проникающий в мозг. Пробирающийся вовнутрь. Вызывающий глупую радость. Идиотскую! Нелепое счастье!
Два мерзких сайха неспешно, с чувством оттаскивают Видара от Эзры. От злорадства на персиковых, пышущих здоровьем лицах сторожевых псов тошнит. Острые зубы прямо перед глазами. На бледном лице девчонки мелькает едва сдерживаемая злость.
– Не сметь прикасаться к члену бюро при исполнении! – знакомый громкий голос, пронзительный, командный заставил окружающих замереть на месте.
– Арий, – Дэл развернулся к главе бюро, королю Беззана, с которым довелось скрестить мечи в войне сверхов.
Где могучий боец, не уступающий ни ростом, ни статью? Как мог бесстрашный предводитель сайхов вырядиться в эти клоунские шмотки, даже если они и стоят как гардероб всех присутствующих, вместе взятых? В светло-бежевый костюм, отглаженный до глянца, блекло-розовую рубаху и ботинки того же оттенка из крокодиловой кожи! Да еще и локоны цвета едва выпавшего снега уложить волос к волоску.
Глаза древнего врага, похожие на два прозрачных алых рубина, прожигали насквозь. Альбинос еще не разучился пришпиливать взглядом.
Арий встал рядом с Эзрой и процедил:
– Еще раз коснешься девушки, Видар, и я не посмотрю, что ты – король местной нежити!
– Неужели у тебя, наконец-то, появилась любовница? – оскалился Дэл.
– Эзра мне как дочь! – отрезал Глава бюро. Видар помимо воли скривился в ухмылке. – Требую дать ей спокойно работать!
– Да ради бога! Пусть трудится! – Дэл уселся на стул возле бара, небрежно положив ноги на соседнее сиденье. Морган убедила поставить у стойки не традиционные «дуры» на длинных ножках, а высоченные кресла со спинкой. Удобно и туристам нравится. А значит, приносит дополнительные дивиденды.
Арий-Арий! Хваленую сайхийскую супервыдержку явно переоценивали! Похоже, беззанский сюзерен очень дорожил Эзрой, раз невольно выдал особое отношение. Да еще в присутствии десятков небрис – давних врагов его народа!
Несколько молодых туристок буквально из кожи вон лезли, стараясь поближе сфотографировать Дэла на сотовые. Только что на барную стойку не забрались.
– И ведь есть же сумасшедшие, падкие на этих зверей, – шепнула Эзра Арию.
Как молнией шибанула, будто не сайху говорила, а Дэлу. Кровь закипела в венах, бросилась в голову. От неуместной радости не осталось и следа.
Одно дело, когда тебя ненавидят. Тут есть элемент уважения. Уважения врага, по достоинству оценивающего противника. И совсем другое, когда презирают – считают низшим отродьем.
Злость клокотала. Хладнокровие, с которым оставлял прекраснейших женщин, рубил головы непокорных, выслушивал приговоры властей, отбывал наказания, терпел пытки и ранения, неожиданно испарилось.
Эзра вновь обратилась к Кунгоро. И беседовала с беспощадным древним воином так, словно назначена судьей. Ни больше, ни меньше.
– Для чего применили силу? – одна бровь дознавательницы поднялась, губы сложились в суровую полоску.
– Они пытались меня ударить, – ухмыльнулся бармен, сверкнув кривыми зубами.
– Пытались? Я не ослышалась? – с вызовом уточнила Эзра и продолжила более ровно: – Вам не кажется, что стоило проявить больше уважения?
Кунгоро недобро улыбнулся и кивнул в сторону туристок. Расплывшихся, в уродливых пестрых платьях, с осветленными волосами и макияжем, не уступающим даже боевой раскраске индейских племен.
– Я проявил достаточно уважения, – выдал бармен. – Лишь оттолкнул!
Ноздри Эзры раздулись, глаза метнули молнии. Но она быстро взяла себя в руки. Сайхи! Не научили сладкую девочку бесстрастному негодованию.
Размышления прервал звонок сотового.
Дэл вытащил телефон из кармана джинсов и отошел к стене, прислонившись плечом. Фицуотер.
– Они уже у тебя? – британский выскочка педантично следил за ситуацией на турмаршруте.
– Если ты про шестерых Бюрократов, – больше для сайхийских ушей сказал Видар, – то да.
– А Эзра?
Как Вайс разнюхал про девушку?
– Ты ее знаешь? – почти беззвучно уточнил Дэл. Впервые за пятьсот лет никчемного существования Фиц удивил. Даже обескуражил. Весьма сильное достижение для великосветского зануды, гордящегося набором букв, указывающих на принадлежность к знатному роду.
– Она была тут вчера и должна приехать завтра-послезавтра. Тоже по туристическому делу, – недовольно пояснил Фиц. – Просто хотел предупредить, Дэллан. Зная твою любовь… хм… к женскому полу, – теперь только ухо небрис уловило бы шепот анарийского монарха. – За эту красотку Арий оторвет тебе все, чем ты так гордишься, и повесит на пояс вместо брелока.
– Он в нее влюблен? – выпалил Дэл.
– Он нашел ее где-то лет семь назад. Долго прятал, обучал. Эзра для Ария как дочь! По слухам, она даже внешне похожа на Эзри. Ты же помнишь, как беззанец любил ее…
– Фиц! Разберусь!
– Мы оба знаем, эта девушка – лакомый кусочек, – британца как обычно несло. – Тем более, она вне досягаемости. А для тебя такое – как красная тряпка для быка.
– Фиц! – прорычал Дэл, сжав мобильник так, что тот жалобно затрещал. – Займись своими делами. Раз бюро интересуется ими, стало быть, и в твоей вотчине не все гладко. Опять Джейн? – сдавленный вздох на том конце провода подтвердил – в Анарии все предсказуемо, пошло и по-идиотски. – Со своими проблемами разберусь. Нужно, чтобы маршрут работал и приносил деньги. Так давай по-быстрому все уладим!
– Попытаемся, – выдавил Вайс.
Выключив мобильник, Дэл вернулся на стул возле барной стойки, поближе к Эзре. Та успокаивала баб, разнятых Кунгоро.
К чему эти нежности? Бисер перед свиньями!
– Не переживайте! – Эзра погладила туристку по руке.– Небрис вообще несдержанны… В качестве извинения бюро готово предоставить вам бесплатный тур по сайхийским нагорным поселениям.
Да-а-а! Не жалеет она денег папани! Народ Ария живет высоко на хребтах. В пространстве, каким-то образом закрытом для людей и других сверхов. Все, кроме сайхов, поднимаясь в горы, видят лишь пейзаж из камней и редких растений.
Для туристов поселения временно открывались. И все же попасть туда удавалось только конкретным маршрутом и в конкретное время. Экскурсии по королевствам сайхов стоили бешеных денег. За такую сумму достопримечательности небрис можно объехать раз десять, не меньше.
– Сайхи… ну, это не так интересно. Нам бы еще тур по замкам древних «детей ночи»… – нерешительно попросила одна истеричка.
Видар нарочито громко расхохотался. На лице Эзры промелькнуло удивление, вперемежку с разочарованием.
Даже странно. Думать о приемной дочери Ария, разглядывать ее, отмечать малейшие изменения выражения лица оказалось… приятно. Приятно? В груди что-то сжалось, в животе же, напротив, поселился полный вакуум. Непонятная эйфория от голоса девчонки, звонкого и почти детского. Радость, переполняющая ни с того ни с сего, лишь потому что она рядом! Нечто забытое, человеческое будоражило. Да что такое, в конце концов!?
Эзра фыркнула:
– Как пожелаете, – встала и подошла к Арию.
Минуты две они что-то обсуждали. Дэл слышал все, но не понял ни слова. Сайхийский язык, будь он неладен! Эзра повернулась к одному из сторожевых псов:
– Сообщите мистеру Видару наше решение.
Чертовка поспешно вышла из заведения под руку с папашей. Даже не обернулась, не удостоила взглядом. Глупо! Сильное чувство заставило замереть. Нет, не злость…
Другое, людское… Будто что-то отняли…
Глава 2
(Эзра)
Чем дольше живу в мире Ария, тем больше понимаю, насколько он уникален.
Все тут непривычное, загадочное и даже чарующее.
Разве только некоторые детали, словно отголоски давно забытого, напоминают потерянную Родину, увиденное на экране или прочитанное в романах.
Но и они обманчивы…
Небрис… странная раса, пьющая кровь и горящая на солнце, на первый взгляд очень похожа на вампиров, как их рисовали мифы моей планеты…
В отличие от сайхов, для которых смертельно лишь железо, убить «детей ночи» можно только золотом, солнечным металлом, как зовут его ненавистники небрис.
Говорят, кровь «детей ночи» усиливает магию сородичей Ария, но те скорее умрут, чем глотнут ненавистного «нектара».
Согласно легенде, небрис создала королева сайхов, потерявшая сына во время войны. Его нашли лишь спустя несколько дней, и обезумевшая мать применила какое-то страшное зелье с кровью предков, чтобы вернуть себе ребенка.
Он стал первым небрис.
Если верить мифу, с тех пор сайхи больше никогда не хранят «законсервированную» магией кровь почивших отцов и дедов. Хотя когда-то свято верили, что она приносит счастье, удачу, благополучие, отводит беды от порога.
Даже страны и материки здесь именуются иначе, чем в моем старом мире.
Северную Америку поделили двенадцать государств с диковинными названиями: Флавеллия, Яндра, Анария… Не сразу и запомнишь.
Если смотреть с Южного полюса, Яндра раскинулась справа от Флавеллии, Анария – слева. Их короли – Брендон Мейси и Фицуотер Вайс – потомственные английские аристократы, братья-небрис. Аттис, создатель обоих, вроде бы галл, лет сто назад подкинул сынкам проблему – Джейн, вздорную «темную сайхику», по уши влюбленную в Вайса, и был таков. Вот Фиц и мучается! Уж мне ли не знать – сколько неприятностей доставила ему неугомонная сестрица! Ведь почти все они расследовались и решались бюро.
В Флавеллии над небрис царствует полуторатысячелетний айн Дэллан Видар. Так он себя называет, хотя уверена – настоящее имя древнего варвара гораздо сложней и витиеватей. Что-нибудь вроде «Кровавая рука, гибель врагов, покоритель женщин». Или нечто подобное.
В моем мире про народ Дэллана почти ничего не знали и лишь гадали – кто они и откуда взялись в Японии. Но здесь… история белокурых гигантов началась на Скандинавском полуострове. Возможно, именно двухметровые воины во времена низкорослых людей породили сказки о великанах – добрых и злых, охраняющих несметные сокровища и колдовские артефакты.
Слухи о жестоких набегах варваров, оставляющих за собой горы трупов, уводящих в полон десятки женщин и мужчин, превратили айнов в местную легенду.
Им приписывали волшебство, непобедимость, неутомимость в сексе и даже вечную молодость. Иронично, учитывая, что племя осталось лишь на выцветших страницах древних летописей. Дэллан и его создатель Хенгист – последние айны на Земле… Бессмертные, после обращения в небрис, как несокрушимые сородичи из мифов. Тоже иронично. До Японии вандалы не добрались, но детей смешанных кровей оставили по всему южному побережью Евразии.
Я погрузилась в новый мир. Просто не было выбора.
Оказывается, в каждой Вселенной куча параллельных пространств. Одинаковых планет с похожей историей и географией… Даже клоны людей попадаются – ключевых фигур, вершащих историю. И вот по этим пространствам можно путешествовать. Правда, сайхи пока научились посещать только свой мир-карман. Переместиться же в иную Вселенную не способна ни одна известная сородичам Ария раса.
А мне удалось… Судя по выводам сайхийских ученых, незадачливая однокрылая попала в нужное время в нужное место. Щели в тканях Вселенных соединились и, будто водоворот, засосали меня в чужую реальность. Вероятность подобного почти нулевая, но уж если везет, так по-крупному!
Арий подобрал умирающую однокрылую на вокзале.
В тот момент не задумывалась – как понимаю странного альбиноса с прозрачно-алыми зрачками, говорящего на незнакомом наречье. Лишь позже выяснилось – все дело в моей эмпатии и телепатии. Не столько слушала, сколько внимала картинкам из мозга покровителя и эмоциям. Образы – универсальный язык, доступный любому читающему в головах других.
Арий научил пользоваться способностями. И это благословение! Ведь раньше они включались сами, чужие мысли и эмоции переполняли, рвали на части, вызывали головную боль и стойкую антипатию к окружающим.
Выключить не могла. Мучения прекращались сами, когда чудилось – вот-вот сойду с ума.
Сейчас управляю телепатией и эмпатией как руками или ногами. Меняю настроение смертных и сверхов, воздействую на здоровье. Кроме небрис. Впрочем, могу и «темных сайхов» заставить чувствовать себя не ахти. Другое дело, что, в отличие от людей, им не придется долго лечиться.
На полное обучение ушло лет пять. И еще года два Арий не выпускал меня из Беззана. Хотел приурочить выход подопечной в свет к моменту, когда сайхи добьются равноправия с людьми.
Моим первым заданием стало нападение Джейн на туристку в замке четырехсотлетнего Фицуотера Вайса.
Честно говоря, думала – король небрис выглядит старше. Однако жгучему брюнету с голубыми глазами больше тридцати – тридцати пяти не дашь. Аристократическая осанка, утонченные черты лица – происхождение Фица бросалось в глаза.
Впрочем, моя слабость – блондины и рыжие.
А вот в родовой замок Вайсов влюбилась с первого взгляда. Сразу вспомнилась Элиза Беннет, впервые увидевшая владения мистера Дарси. «О боже! Как красиво!» – промелькнула мысль.
Огромный особняк в стиле барокко. Потрясающе!
Высокие розовые купола, десятки светлых комнат. Озеро перед домом, а вокруг – нетронутая природа. Гигантские деревья, камни, похожие на шляпы, хрустальные ручейки…
Многое отдала бы за жизнь в таком поместье! Правда, в отличие от Элизы, мне владелец не показался от этого приятней.
Небрис, что с него взять!
До сих пор не понимаю сумасшедших фанаток, восторгающихся небрис! Даже не верится, что у них и сайхов общие предки. Одно дело любить их на расстоянии, как героев книг или сериалов, другое – как реальных соседей.
Стоит отдать должное Фицу, он джентльмен до мозга костей и вел себя не по-хамски, как Дэл. После встречи с айном я была вне себя.
Мерила шагами рабочий кабинет, не в силах остановиться. Казалось, стоит перестать двигаться – и взорвусь.
Мраморное здание бюро белое и снаружи, и внутри. Отделка офисов, мебель, техника, ручки, карандаши, ножницы – все цвета снега. Сайхи словно подчеркивают собственную чистоту. Здесь убирают по десять раз на дню, протирают компьютеры-принтеры-сканеры до и после каждой смены. Дабы ни одна пылинка не портила любимый сородичами Ария оттенок.
К слову, примерно так же выглядят и жилища сайхов. Я долго адаптировалась к стерильному виду вокруг. И первое время не могла избавиться от ощущения, словно угодила в больницу. Сейчас тотальная белизна совершенно не раздражала. Привычка – вторая натура.
Минут десять я маршировала по кабинету, как заправский часовой возле охраняемого объекта. Взад-вперед. Взад-вперед. Взад-вперед.
В мысли вторгся телефонный звонок.
– Алло? – послышался в трубке мелодичный голос Дэла.
Вот черт! Первый порыв – нажать кнопку сброса… Но любопытство взяло верх над злостью.
– Мисс Эзра? – насмешливо уточнил айн.
Мисс? Какая я, к черту, мисс??! Была замужем в своем мире! Впрочем, в этом пространстве о моем семейном положении знал только Арий. И даже он спал и видел, чтобы забыла прежнего мужчину.
– Ну и почему вы молчите? – Дэл сделал ударение на слове «вы». Якобы уважительно ко мне обращается. Интеллигент выискался! Чертовы «темные сайхи»!
– Слушаю вас, мистер Видар, – процедила я.
– Хотелось бы уточнить насчет вашего решения. Штраф десять тысяч долларов и временная изоляция бармена, – в голосе айна слышалась ирония. – Не подскажете, кем могу заменить его?
– Надеюсь, ваше чувство юмора не всегда такое топорное! – ответила резко. Этот древний воин вот так вот с научным работником!
Трудно описать звук в трубке. Рычание?
– Желаете проверить? – спустя пару минут хмыкнул айн.
– Нет, боюсь, вынуждена отказаться от удовольствия, – смягчиться стоило огромных усилий. Дочь Ария должна быть образцом вежливости! Если, конечно, неотесанный громила вообще знает, что это такое.
– Почему же сразу отказываться? Слышал, вы удивлялись: чего такого находят у нас в гостях женщины… Так вот, предлагаю бесплатный эксклюзивный тур по моим заведениям и… даже особняку.
– Полагаю, вы путаете всех женщин со шлюхами! – не привыкла так выражаться, поэтому уже через секунду щеки запылали от острого приступа стыда. Хуже всего, что ремарка совершенно не касалась предложения Дэла – вырвалось, как говорят.
Арий учил скрывать эмоции, у сайхов это вроде фетиша – ни одного чувства напоказ. Увы! Сегодня моя невозмутимость летела к чертям!
Дэл снова усмехнулся:
– Ну почему так сразу? Я лишь предлагаю познакомиться получше. Вы несколько предвзяты на мой счет. Хотелось бы развеять предрассудки.
– Мистер Видар, если вам больше нечего сказать, вешаю трубку, – почти положила ее, когда услышала ответ.
– Тогда уверяю – скоро снова придете в мой клуб утешать туристок.
Вновь поднесла телефон к уху, прошипев:
– Угрожаете?
– Не-а! Просто предлагаю оценить разницу между сайхами и небрис!
– Уже оценила, пообщавшись с вами, – снова заговорила с издевкой. И более чем уверена – именно этого добивался древний варвар.
Да-а-а, день не задался с самого начала. Утром выяснилось – Арий «присмотрел» для меня очередного принца из соседнего королевства. Боже! Ну, сколько же раз повторять. Я замужем! Впрочем, в словах покровителя есть рациональное зерно. Прошло семь лет. Возможно, супруг вообще забыл обо мне, счастливо женат вновь и имеет кучу детей.
И его даже винить не в чем. Я исчезла с лица земли. Буквально.
– Вы слышите, мисс Эзра? – требовательный голос Дэла вернул к действительности.
– Да, – выдавила я.
– Так что скажете? Напитки за мой счет! Прогулка по замкам древних вампиров плюс личная доставка!
– Интересно, на чем? – зря спросила и поняла собственную недальновидность уже спустя секунду. Небрис старше семисот лет умели летать – одни свободно парили как птицы, другие лишь немного отрывались от земли. Считалось, что все благодаря магии сайхийского принца у них в крови. Многие знатные сородичи Ария годам к шестидесяти начинали управлять погодой. «Дети ночи» унаследовали дар повелевать воздушными потоками, тоже пробуждавшийся с возрастом. Естественно, айн не преминет пустить пыль в глаза! Тем более, летает он, если верить слухам, отменно. Ответ Дэла подтвердил догадку:
– На мне! Прокачу по небу!
– Послушайте! – ни с того ни с сего раздражение сменилось игривостью. – Я не планирую планировать на небрис. К тому же уверена, вы – не самый удобный транспорт.
Разговор медленно перетекал в шутливый. Я поймала себя на странном ощущении комфорта и даже расслабленности, казалось бы, абсолютно неестественном в нынешней ситуации.
– Как вы можете быть уверены, если не пробовали? – хмыкнул Дэл. – Давайте пари. Если не понравится, экскурсию прекращаем. Если же придется по вкусу… продолжим в моих владениях.
– Ни за что! – выпалила я.
– Ладно, в «Жарком Льде»…
– Нет!
– В «Группе крови»? – не унимался древний варвар.
Еще один ночной клуб айна – вдвое больше первого и с просторным залом для игры в покер.
– В «Ледяной страсти»?
Там бывать еще не приходилось. Но говорят, в «Ледяной страсти» все в голубом цвете. Моя любимая палитра!
– Чувствую, последнее предложение не вызывает отторжения, – заметил флавелльский король.
– Я не собираюсь встречаться с небрис…
– Вы сильно опоздали с заявлением – сегодня уже встретились. Одним больше, одним меньше…
– Это работает? – осадила древнего варвара.
– Что именно? – поинтересовался айн таким невинным тоном, что я едва сдержала смешок.
– Такой способ соблазнения…
– Работает, – заверил Дэл. – Но ради вас готов отойти от привычной схемы.
Он снова шутил, и мне опять нравилось. Семь лет с сайхами, никогда, никогда, никогда не общавшимися не всерьез! Кажется, я настолько изголодалась по иронии, что даже топорный юмор древнего варвара не раздражал.
– Ну, так я за вами заеду? Или прилечу?
Вот ведь гад! Только расслабишься – он о своем, о больном!
– Не боитесь наших с Арием подчиненных? – напомнила, как сайхи из бюро резво оторвали Дэла от меня.
По молчанию айна стало ясно – удар попал в цель. Я намеревалась повесить трубку, и тут небрис заговорил:
– Боишься встречаться без эскорта? Знаешь, ведь в случае чего – Арий меня из-под земли достанет! В прямом смысле слова! Даже если на кладбище зароюсь! Не собираюсь вести себя плохо! Буду паинькой!
Так мы теперь на «ты»? Пара подколок и великосветские манеры флавелльского монарха испарились, а древний вандал вырвался на свободу.
– А как же ВЫ и мисс? – подзадорила собеседника, надеясь, что он бросит трубку. Но снова ошиблась.
– Что ты решила? – айны не сдаются.
– Думаю, пора заканчивать разговор, – заявила твердо. – Тем более мне уже нашли жениха! И вряд ли он будет счастлив от того, что невеста проводит время с небрис.
С минуту по проводам транслировалась тишина, но Дэл в очередной уже раз удивил.
– С твоим темпераментом только за сайха выходить, – как-то немного зло усмехнулся он.
– Тебя не спросила! – замечание айна неприятно резануло по самолюбию. А он тоже мастер бить в болевые точки! – Может, все-таки завершим глупый разговор?
– Позвоню снова, – флавелльский король вернулся к шутливому тону. – И охота тебе брать трубку по сто раз за ночь?
– Могу не брать! – негодование так и рвалось наружу.
– Вряд ли. Ты – в офисе! А вдруг «чертовы небрис» снова напортачили на турмаршруте? – ирония древнего варвара больше не забавляла.
– Мистер Видар! – в который раз одернула себя. Резкость – не для беззанской принцессы. – Не собираюсь встречаться с вами ни по каким поводам, кроме деловых! И это мое окончательное слово! Вешаю трубку, – не дав Дэлу ответить, отключилась.
Черт! Я продолжила мерить шагами комнату, силясь погасить приступ агрессии. Дико хотелось запустить что-нибудь в стену. Лучше телефон! Швырнуть изо всех сил, чтобы разлетелся вдребезги! Но… я на службе! Обязана оставаться на связи! Будто в ответ на мои мысли тишину разорвал звонок. Ну, не дурак же Дэл? Дурак! В трубке звучал раскатистый смех айна.
– Позвать охрану? – вспылила я.
– И что они мне сделают? – продолжал хохотать древний варвар. – Залезут в телефон?
– Вы же понимаете, – голос предательски дрогнул от нового прилива ярости, – что ничего этим не добьетесь…
– Слушайте. Давайте просто встретимся и пройдемся по турмашруту. Многие за это платят! Буду вести себя прилично.
– Сказала – нет! – отрезала я.
– Это уже даже не смешно! – голос айна звучал серьезно. – Я все равно не отстану. Пожертвуете парой часов! И если желание броситься в объятия сайхийского жениха не пройдет, лично к нему доставлю! Идет?!
Тяжело вздохнула. С чего вдруг взъелась на Дэла? Не Камасутру же изучать предложил! Проветрюсь. Может, и нервы успокою. Ведь злилась не на древнего варвара, на себя, за несдержанность, непозволительную для дочери Ария. Меньше всего хотелось подвести покровителя.
– Без рук! Без клыков! Без приставаний! Без прижиманий к стене!
– Принято! Жди через двадцать минут, – Дэл повесил трубку.
Внезапно меня накрыло замешательство. Ну и куда деваться? Как выкрутиться?
После набивших оскомину тренингов покровителя белобрысая горилла, даже особо не напрягаясь, умудрилась взять на «слабо»! От бешенства кулаки сжимались и разжимались. Желание расколотить-таки хоть какую-нибудь вещицу усиливалось с каждой минутой.
Вдобавок рядом с Дэлом, этой бочкой тестостерона, чувствовала себя не в своей тарелке.
Про такие персоны, как король Флавеллии, бюро знало все, включая подробности личной жизни. Совершенно не таких мужчин предпочитала видеть рядом.
Да и вообще с трудом представляла – как можно испытывать удовольствие, ощущая внутри нечто холодное. Температура однокрылых чуть ниже нормальной человеческой, но все же выше небрис. Когда айн припечатал к стене… почувствовала – насколько он ледяной. Бр-р-р…
Я же всегда любила тепло. Настоящее, человеческое, живое. В итоге по коже побежали мурашки – вверх-вниз, пока древний варвар прижимался ко мне.
Не представляю, как можно ощутить не то, что экстаз, даже слабенькое возбуждение от прикосновений и уж тем более ласк существа такой температуры. А чувствовать ее еще и внутри… Это должно привести только к спазму…
Глава 3
Я присела на стол и нервно теребила пальцами краешек блузы.
Казалось, до появления Дэла времени навалом.
Мое «дезертирство» за несколько часов до конца смены на работе никак не скажется. Звонки переведу на телефон отдела. А случись непредвиденное и срочное, заниматься проблемой все равно будут либо дневные дежурные, либо мы, но уже завтра.
Почему же я так волнуюсь? Делов-то – проведу пару часов в обществе айна, и больше он меня не побеспокоит.
Стук в дверь заставил вздрогнуть. В кабинет заглянул Трей – принц сайхов, работающий в моем отделе. Очень красивый.
Сородичи Ария выделяются среди людей, как выделялись бы, например, ангелы. Вроде выглядят почти так же, но во всем неуловимо прекрасней.
Лица – пышущие здоровьем, румяные, кожа – персикового оттенка. Трей чуть ниже Дэла. Его черные локоны волнами ложились на плечи и в свете луны отливали благородной синевой.
Того же цвета и глаза сайха – синие. Не голубые, как у айна, а именно синие. Четкие, правильные черты лица смотрелись менее резко, нежели у Дэла. А редкая гостья на лице Трея – улыбка – позволяла увидеть чудесные ямочки на щеках.
Одежда для сородичей Ария – очередная мания. Шанс встретить кого-то из них, не расфуфыренного в пух и прах, в костюме не из дорогущей ткани, цвета, не гармонирующего с глазами и волосами, такой же, как обнаружить ихтиозавра в бассейне.
Трей почти всегда носил наряды оттенка лазури.
– Эзра, к тебе Дэллан Видар, – слегка поморщил идеальный нос сослуживец.
В отличие от меня, истинные эмоции сайхи не выражали – слишком хорошо себя контролировали. Мимика Трея намеренно демонстрировала эдакое беззвучное пренебрежение и ощущение собственного превосходства.
– Зови, – скомандовала я.
А он не рано? Белые часы на стене безжалостно подтверждали пунктуальность флавелльского монарха и мою рассеянность.
Айн вошел стремительной походкой, а затем в секунду оказался рядом. Пришлось поднять голову, чтобы смотреть небрис в глаза. Впрочем, Дэл тут же ссутулился.
– Если готова – держись, – без предупреждения древний варвар подхватил меня на руки. Как пушинку. От его холода по коже опять побежали мурашки. Надо было обернуться пледом!
Дэл шумно вдохнул:
– Ты очень приятно пахнешь. Знаешь об этом?
Я промолчала. Обоняние сайхов превосходило человеческое, но не сильно. В общем, я понятия не имела о сказанном небрис.
– Ага! Сайхи же не способны это почувствовать! – ухмыльнулся айн. Клыки его слегка вытянулись, и это совершенно не радовало. Злится на сородичей Ария? Голоден и намерен осушить глупую беззанскую принцессу?
У сайхов зубы удлинялись только если они намеревались укусить, впрыснув в фейри, небрис, в крайнем случае, в людей свой знаменитый яд. Случалось подобное настолько редко, что мне еще не приходилось наблюдать воочию.
Лицо Дэла маячило совсем рядом с моим. Зачем существу с феноменальным зрением так приближаться? Но больше смутило другое – я уютно устроилась на руках айна и даже не возражала. Хуже того! Древний варвар вел себя настолько бесцеремонно, словно перед ним не принцесса Беззана, а дурная небрисоманка. Казалось бы, я должна была закипеть от гнева, рвать и метать!
Вместо этого внутри разлилось ощущение беззаботности и веселья. Неужто я настолько устала от условностей при дворе Ария?
– Эзра! Вам помочь? – Трей стоял посреди кабинета, театрально подбоченившись, готовый показать всяким там вандалам – кто тут главный. Его синие глаза сверкали точно сапфиры.
– Сама разберусь, – ответила я. – Ступай.
Сайх неохотно скрылся за дверью. Порой чудилось, будто он ко мне неравнодушен, но пока не разобралась – так ли это на самом деле. Принц ретировался, однако почти тут же вернулся.
– Вам точно не нужна помощь? Или защита? Или совет?
Нет! Трей точно ко мне что-то испытывает. Если бы он ушел, уверена, Арий не наказал бы принца из неправящей династии, почти равного монарху, за то, что оставил начальницу наедине с айном. Тем более я сама отослала подчиненного.
– Трей, спасибо, разберусь, – выглянула из-за широкой спины Дэла, которого, судя по кривой ухмылке, происходящее явно забавляло.
– Небрис хитрые и опасные, – сослуживец колебался.
– Знаю. Все нормально. Я в порядке, – странно говорить это, сидя на руках здоровенного громилы. Ничего себе! Пронзающий холод тела небрис больше не беспокоил! Я, маниакально обожавшая тепло, перестала его чувствовать…
Трей неспешно вышел, будто давая время передумать.
– Держись!
Опомниться не успела, как мы с айном вылетели в открытое окно и резко взмыли в темнеющее небо. На чистых инстинктах прижалась к мощной груди Дэла, едва прикрытой тонкой трикотажной футболкой. Небрис хмыкнул и обнял покрепче.
Страх сменился ощущением, словно крылья выросли за спиной.
Пришлось почти до боли повернуть шею – уж очень хотелось обозреть город с высоты птичьего полета. Ночь накрыла нас сине-фиолетовым покрывалом с ослепительно-желтыми дисками звезд, а снизу, подражая им, подмигивали огни Тераполиса – столицы Флавеллии.
Ветер, неистовый и лихой, трепал мои распущенные волосы…Зря расплела косу! Супермаркеты, аптеки, городские парки и длинные ленты трасс мелькали, неожиданно маленькие в сравнении с гигантским небосводом, принадлежащим сейчас только нам.
Вместо того чтобы приземлиться возле «Ледяной Страсти», Дэл устремился ввысь. Похоже, заметил мое восторженное настроение.
Мы описали большой круг и начали снижаться.
Все это время небрис неотрывно смотрел на меня, будто ловя каждое изменение выражения лица, глаз. Изо всех сил старалась не поддаться потрясающему ощущению полета. Пусть не думает, что запросто покорил меня!
Мы опустились возле весьма эффектного здания, стилизованного под айсберг, взмывающий ввысь двумя остроконечными вершинами. Убогий «Жаркий Лед» рядом не стоял! «Ледяная Страсть» подсвечивалась изнутри, и казалось, бирюзовый материал загадочно мерцает. Выглядело необычно, эффектно… здорово.
– Нравится? – Дэл почти коснулся уха.
– Мы могли бы общаться… менее тесно? – вырвался у меня вопрос. Не люблю, когда злостно нарушают зону комфорта. А у айна ее либо вообще не было, либо он никого не воспринимал как угрозу.
– Смущает? – древний варвар оскалился – клыки все еще выглядели длиннее обычного.
– Раздражает!
– А так? – Дэл наклонился к уху, почти касаясь губами мочки, и я машинально отступила.
Прежде не встречала столь уверенных в себе мужчин. Таких, с которых практически невозможно сбить спесь, не теряющихся ни в какой ситуации. Легкий шок током пробежал по нервам.
– Добро пожаловать! – айн распахнул передо мной двери.
– Ты сказал – два часа, – напомнила я.
Он кивнул. Длинные белокурые волосы рассыпались по плечам. Небрис был красив, но не так, как Трей.
Почему-то мысли Дэла перетекли в то же русло.
– Этот сайх и есть твой жених? – в вопросе звучало неприкрытое пренебрежение.
–Тебя это не касается, – отрезала я.
– Почему же? – одна бровь айна вздернулась. – Я вроде как тоже за тобой ухлестываю.
– Глупости, – похоже, я снова была слишком резка для великосветской Беззанской принцессы, – у тебя просто охотничий азарт. Увидел необычную добычу, хвост трубой и – ату ее, ату!
Древний варвар раскатисто рассмеялся, слегка запрокинув голову, отчего белоснежные клыки блеснули в свете желтого фонаря у входа в бар. Но вдруг посерьезнел:
– Возможно, ты права. Но не уверен, что полностью.
– Тогда тебе нравится играть с сайхами в кошки-мышки, – я несмело огляделась, сообразив, что мы все еще стоим в дверях заведения. При этом несколько человек и небрис пытались выйти. Но, полагаю, из уважения к владельцу застыли на месте.
Я быстро проскользнула мимо живых статуй и очутилась в огромном круглом зале со сводчатым потолком. По стенам шли лазурные, сиреневые, бирюзовые и сизые разводы, создающие впечатление подтаивающих кусков айсберга. Между столиков проворно сновали услужливые официантки в костюмах дьяволиц – с бордовыми рожками, в красных кожаных платьях, едва прикрывавших бедра и сапожках на тонюсеньких шпильках. Гладкий, но не скользкий пол благодаря искусной подсветке и рисунку выглядел россыпью крошечных серых кристалликов. Голубая подсветка сменялась фиолетовой в местах, где возвышались неправильной формы пластиковые кабинки, напоминающие грубо вырубленные ледяные кубы.
Внутри двигались танцовщицы – одни намеренно рывками, другие, напротив, очень медленно и плавно.
Да… это заведение совсем не напоминало остальные – оно раз в сто выше классом.
Передо мной будто из-под земли выросли две небрис. Одну узнала сразу.
– С Морган ты уже знакома, – кивнул в ее сторону Дэл. – А это Полина, мое младшее дитя. Недавнее приобретение, так сказать, между прочим, наполовину сайх, наполовину человек. В некотором роде родственница твоего папани. До обращения даже немного владела телекинезом!
Из горла вырвался то ли смешок, то ли удивленный возглас. В итоге вся компания небрис уставилась на меня, как бараны на новые ворота.
Не знала, что сказать. Внешность гибридов сайхов и смертных почти всегда экзотична, страшна и человеческую напоминает мало. Еще реже помесям доставались хоть какие-то способности…
Полина же выглядела довольно привлекательно, хотя и немного простовато.
В отличие от встречавшихся мне гибридов, до ужаса непропорциональных, имела хоть и пышную, особенно в области живота, но аккуратную фигурку.
До того, как мертвая кровь небрис стерла все ее способности, даже передвигала предметы мыслью. Можно сказать, Полине повезло дважды…
Если она об этом даже не подозревает, значит, росла среди людей, от которых позорные итоги смешения рас тщательно скрывались. Как и от «детей ночи».
– Ну и что тебя так поразило? – поинтересовался айн.
– Мы знакомы, что ли? – не выдержала Полина моего пристального внимания, вздернув курносый носик и слегка неловко убрав за спину крутые локоны темных волос, чуть ниже лопаток.
Дэл бросил на дитя взгляд, достойный василиска, и младшенькая покорно опустила голову, перестав сверлить меня глубоко посаженными очень темно-карими глазами.
–Ты ее знаешь? – теперь сам айн заинтересовался моей неадекватной реакцией. Тысяча чертей! Как говаривал один из моих любимых книжных героев – д'Артаньян. Годами учиться самообладанию – и в первый же выезд столько раз проколоться! Надо почаще практиковаться с темными сайхами!
– Слышала, Полина – твоя небрис-жена, – ляпнула первое, пришедшее в голову.
Смех айна и его дочерей звучал столь заразительно, что все присутствовавшие обернулись в нашу сторону. Я из последних сил старалась казаться невозмутимой.
– Выдумщики же сайхи! – первым успокоившись, произнес древний варвар. – У нас была пара ночей, – Полина посмотрела на создателя так, что стало ясно – ночи эти значили для нее куда больше, чем для Дэла. – Но и только! Как и с Морган! Мои пташки, скорее, компаньонки! И это заведение – во многом их заслуга.
Старшая дочь айна вопросительно взглянула на создателя, и тот кивнул.
– Я позволил им придумать дизайн и фасада, и помещений самостоятельно. И девочки не разочаровали ни меня, ни посетителей. Чего стоим? – широким жестом Дэл указал на столик возле центрального пластикового куба. Новомодный материал! Безумно дорогой – прочный, как сталь, и прозрачный, как хрусталь. Внутри, будто в воде, двигались две стриптизерши. Лазурное покрытие на их коже мерцало, крохотные кусочки серебристой ткани прикрывали зону бикини и ареолы грудей.
Мы сели в удобные бордовые кресла с высокой спинкой. Как же приятно в них погружаться! В отличие от мебели во всех остальных заведениях айна, столы здесь были сделаны не из дешевой пластмассы, а из все того же шикарного материала, что и стриптиз-кабинки. Россыпь матовых кристалликов делала столешницу похожей на озеро, подернутое льдом. А еще казалась теплой. На такую приятно и руки положить.
–Тебе здесь нравится, – констатировал Дэл.
– Не самое лучшее из того, что видела, но сойдет, – небрежно бросила я.
Древний варвар вновь засмеялся. Не думала, что небрис может так часто это делать. Сайхи уверяли, что темные собратья, все как один мрачные, злые и необщительные. Впрочем, хохотал флавелльский монарх не как человек. Без улыбки, которая, как привыкла, всегда предваряет смех. А когда останавливался, лицо становилось почти непроницаемым, либо на губах появлялась кривая ухмылка, демонстрирующая все еще немного вытянутые клыки. Это всерьез беспокоило. Почему, едва айн взял меня на руки, клыки его удлинились? И до сих пор не вернулись к прежнему размеру?
Кажется, самого хозяина заведения подобная мелочь совершенно не смущала.
– Тебе понравилось, – повторил древний варвар.
– Здесь красиво, – призналась я.
– Не как у сайхов? – добавил Дэл.
– Почему тебя так задевают сайхи? Из-за давнего родства ваших рас? Говорят, в вас течет кровь их мертвого принца… Она-то и обращает людей в небрис…– вопрос давно вертелся на языке.
– Плевал я на давнее родство! А на мифы народа твоего папани и подавно! – презрительно выплюнул айн, – Обещал ведь доказать, что мы – лучше!
Я от души рассмеялась:
– Если тебе это удастся, буду сильно удивлена.
– Пари? – он подался вперед.
– Не спорю по таким пустякам.
– Ты же уверена в своих сайхах, – подначивал айн.
А он умнее, чем полагала. Пора заканчивать со стереотипами о необразованных вандалах.
– Нет уж! – отрезала я. – Договорились – два часа, и ты отправишь меня домой! После чего могу больше не беспокоиться по поводу назойливых звонков с вопросом о новых барменах!
Дэл нахмурился и покачал головой.
– Эк тебя сайхи настроили! Думаешь, они такие ангелы во плоти? В войне с другими сверхами, лет пятьсот назад, своими знаменитыми зубами эти распрекрасные создания рвали всех на части! Даже двухтысячелет�