Доверься демону. Любовь инкуба

ГЛАВА 1

Ринар Марш

Тьма и голод.

Пожалуй, это две неизменные составляющие моей жизни, которые постоянно чередуются, заменяя друг друга или просто сливаясь воедино. Обычно – тьма диктует свои условия, подстрекая к неудержимому голоду, а голод в свою очередь заставляет наслаждаться тьмой, даже если она пожирает изнутри, убивая ту небольшую долю человечности, которую может воспитать в себе тысячелетний демон. Но в целом это довольно простой механизм жизни для каждого инкуба – достаточно периодически получать энергию от людей, чтобы не обращать внимания на пожирающий голод. Другое дело, когда ты отказываешься питаться людьми, а твоя мирна – безответственная ошибка человечества.

Я раздраженно захлопнул багажник машины.

– Мне нужна неделя.

– Весь дом в твоем полном распоряжении, – в телефонной трубке послышался недовольный голос Лукаса. – Можешь хоть там поселиться, только зверюшек моих не забывай кормить.

Я взбежал по лестнице, открывая двери резиденции.

– Ты хотел сказать людей?

Лукас фыркнул:

– Называй их как хочешь, но кормить не забывай. Особенно сейчас, когда родились щенята…

– Это не щенята, Лукас, – зарычал я, на ходу скидывая с себя плащ. – Это дети. Человеческие дети.

– Ну я так и сказал, – рассмеялся он, – человеческие щенята.

Меня передернуло от его смеха.

Сбросив вызов, я прошелся по дому, пытаясь найти свою управляющую. Но, видимо, такая мелочь, как приезд хозяина, в этом доме не считалась за уважительную причину спуститься в холл.

– Черт! – от подступившей волны раздражения я закричал, до треска сжав в руке телефон. – Шанни!

Тьма захлестнула моментально. Поборов в себе желание кого-нибудь придушить или на худой конец – съесть, я рухнул в кресло, рассматривая испуганную служанку, сбегающую ко мне по лестнице.

И это была не Шанни.

– Где Шанни? – спросил я, окидывая молодую девчонку голодным взглядом.

Она вздрогнула и, остановившись у подножия лестницы, опасливо на меня покосилась.

– Вы сегодня все сговорились? – огрызнулся я, когда она, заметив мое лицо и полностью проступившие вены, свидетельствующие о последней стадии голода, нервно отступила назад и, споткнувшись о ступеньку, грохнулась на задницу. – Прелесть! – я поджал губы, наблюдая как это недоразумение, по ошибке попавшее ко мне на работу, пытается подняться на ноги. – Просто прелесть!

– Мистер Марш? – девушка, которую вроде как звали Идели, наконец обрела дар речи. – Мы не ждали вас сегодня…

Мои брови медленно поползли вверх.

– Я что, сейчас ослышался? – служанка побледнела еще сильнее. – С какого это момента моей жизни – хозяина резиденции не ждут в его собственной резиденции?

Девушка в немом исступлении сглотнула, а я с разочарованным вздохом лишний раз убедился, что пора заканчивать набирать на работу людей. Толку от них меньше, чем от собак.

– Вас не было неделю… – попыталась оправдаться она, – поэтому мы и сегодня вас не ожидали…

Я выдавил из себя нечто похожее на улыбку и, судя по эмоциям, отразившимся на лице девушки, я подумал, что она сейчас схватится за сердце и снова грохнется на пол, только на этот раз – навсегда.

К счастью, этого не произошло, и уже в следующую секунду я увидел Шанни, которая второпях завязывала на себе передник.

– Надо же! – я развел руками. – Кто почтил меня своим присутствием? Я не помешал тебе, Шанни, дорогая?

– Мистер Марш? – она поклонилась, незаметно оттолкнув Идели назад, недвусмысленно намекая той уйти. – Простите, я не знала, что вы приедете.

– Я это уже слышал, – повернувшись к Идели, я устало проследил, как новенькая служанка, обрадовавшись внезапной подмоге, юркнула под лестницу, скрываясь в темноте служебного коридора.

Бессмысленная служанка, от которой придется избавиться.

Вздохнув, я выжидающе уставился на Шанни, пытаясь вернуть своей внешности немного человечности. Не получилось. Голод был настолько силен, что уже просто не позволял принять обычный человеческий облик.

– Где моя мирна?

Единственное, что я хотел сделать в завершение этого проклятого дня – увидеть мирну. Мою мирну. Ту, ради которой все это и затевается.

– Мисс Фрост в гостиной, – Шанни осмотрительно налила воды в высокий стакан и протянула его мне. – Она совсем недавно заснула. Мне ее разбудить?

– Нет.

– Как скажете, господин.

Я задумчиво постучал пальцами по кожаному подлокотнику.

– Лучше собери ее вещи, – спустя минуту приказал я, облизывая пересохшие губы и делая небольшой глоток безвкусной воды. – Мои тоже собери. Нас не будет какое-то время. Неделю, может больше.

Шанни замерла. Я лишь успел уловить ее секундную растерянность, когда она опустила руки, в непонимании посмотрев на меня.

– Но… – служанка запнулась, нахмурилась и опустила глаза в пол. – Мне подготовить комнату для новой мирны?

– Не стоит.

Обычно я не выпускаю своих мирн дальше территории резиденции, предпочитаю, чтобы они всегда оставались под тотальным контролем и присмотром со стороны прислуги. Поэтому удивление Шанни мне понятно. Если я увожу мирну, то, как правило, обратно она уже не возвращается. Но сегодня придется сделать исключение.

– Просто собери ее вещи, – повторил я, рассматривая свою бледную руку, покрытую паутиной вен.

Однажды я услышал, что инкубы обязаны быть нежными, страстными любовниками, иметь обворожительную внешность и набор фирменных сладострастных речей для соблазнения. Что ж… этим людям не помешало бы познакомиться со мной. Инкубам не свойственны ни нежность, ни страсть – это сказка. А внешность красива лишь при условии, что полностью утолен голод.

– В мои планы не входит искать себе новую мирну, – после короткой паузы пояснил я. – Меня устраивает та, что есть.

Шанни кивнула, а я уже собирался подняться на ноги, как голову пронзила тугая раздражающая боль, сдавливая и разрывая виски, заставляя снова осесть в кресло.

– Плохой день! – я схватился за голову, не позволяя тьме проникнуть под кожу, подобно смертельному яду. – До чего же плохой день!

Я зарычал, но все же поднялся и, покачнувшись, уверенно направился в сторону гостиной.

– Мистер Марш! – обеспокоенно окрикнула меня Шанни. – Вам нужно поесть, мистер Марш.

Я ничего не ответил, только молча вышел в коридор, попутно опираясь на стены, чтобы удержать равновесие.

– Поесть… – еле слышно прошептал я, останавливаясь возле приоткрытых дверей в гостиную, – какой ценный совет…

ГЛАВА 2

Дийана Фрост

Последняя неделя выдалась на удивление спокойной. Не только для меня, но и для всей прислуги в резиденции. Конечно, основная причина этого спокойствия скрывалась в Ринаре. Демон уехал, и никто не знает куда. Как сказала Шанни, в тот вечер, когда мы виделись с ним в последний раз, он забрал какие-то документы из своего кабинета, приказал за мной приглядывать, а сам сел в машину и…просто уехал. Злой и раздраженный. Оставалась лишь надежда, что вернется он с более располагающим настроением и без желания сожрать меня на свой завтрак. Правда, интуиция подсказывала обратное, да и подсознание нашептывало не самые радужные перспективы, поэтому сколько бы я не пыталась настроить себя на возвращение Ринара, сколько бы не внушала себе, что доверие не такая уж сложная вещь – успокоиться категорически не получалось. Подсознание напрочь отвергало все мои надежды о нормальном будущем, намекая, что будущее может и будет, но явно не то, которое я ожидаю, и нормальным его назвать тоже будет сложно.

А еще Шанни, которая при каждом удобном случае пыталась объяснить мне, какой их мистер Марш хороший. Если ее послушать, то Ринар вовсе не дьявол, а ангел во плоти и никак иначе. Ну подумаешь, крылья где-то свои потерял, а его звериные глаза и манера хищника – это так, ерунда.

– Вы не понимаете, мисс Фрост, – говорила она, – мистер Марш не такой, как все. Он заботится о своих мирнах и очень винит себя, когда кто-то умирает. Некоторые мирны смогли найти с ним общий язык, особенно когда хозяин сам этого хотел. Пожалуйста, подумайте над этим, пока не стало слишком поздно.

И я думала. Честно. На это у меня была целая неделя в полном одиночестве в окружении четырех стен и десятка сотен книг на незнакомом языке. Как я еще только не свихнулась… Помогали лишь редкие разговоры с Идели и иногда с Шанни, но ни та, ни другая не позволяли уделять мне больше пятнадцати минут своего времени. Поэтому каждый вечер я незаметно перетаскивала из библиотеки несколько книг, запиралась в гостиной и медленно пыталась ломать себе язык, переводя непереводимый шан-ринский язык, на котором говорит Ринар. А в последние дни я и вовсе перестала возвращаться в свою мрачную комнату, засыпая прямо в гостиной. Все же здесь лучше, нежели в маленькой коморке, где все еще лежат вещи старой умершей мирны – лишнее напоминание о том, что в итоге должно случиться со мной.

– Мисс Фрост? Вам что-нибудь еще принести? – Идели прервала череду моих мыслей.

– Нет, – я улыбнулась. – Спасибо.

– Как скажете. Мне выключить свет?

Я сонно кивнула. Стрелки на часах уже давно перевалили за полночь. Режим дня сбился окончательно. Всю неделю я только и делала, что спала, читала и гуляла вокруг резиденции по кругу. Больше занятий для меня здесь не было предусмотрено… Тюрьма. Только с улучшенными условиями.

Поежившись от такого сравнения, переложила шан-ринские книги на журнальный столик и, устроившись на диване, накрылась тонким, шерстяным пледом, который любезно выделила Линда. Но стоило мне только закрыть глаза, только-только провалиться в вязкую сонную пустоту, как над ухом раздались приглушенные голоса.

– Это все указания, мистер Марш? – голос Шанни я узнала безошибочно.

Поежившись от внезапного порыва ветра, я попыталась перевернуться на другой бок, но что-то жесткое, горячее и живое сделать мне этого не дало. А еще я почувствовала, что комната вокруг как-то подозрительно покачивается… и снова этот ветер…

– Через пару дней приедет Лукас Вернис, отдашь ему эти документы, – хрипловатый бесцветный голос, больше похожий на раздраженное звериное рычание, моментально вырвал меня из сна получше любого будильника.

Я вздрогнула, распахнула глаза и первое, что увидела – это землю. Не диван с уже привычным для меня пледом, а землю, которая раскачивалась в такт плавным уверенным шагам.

От неожиданности я закричала, запоздало понимая, что мы на улице, и что Ринар бесцеремонно перекинул меня через свое плечо вниз головой.

– Не кричи, мирна, – предостерегающе попросил демон, еще крепче прижав меня к себе и все так же продолжая идти вперед…

– Что? – я задохнулась, испуганно посмотрев на Шанни, которая, заметив мой взгляд, пожала плечами и виновато улыбнулась. – Что происходит? – я дернулась, попыталась вырваться, но, естественно, ничего не получилось. – Ринар?!

Сердце в груди на секунду остановилось.

– Мы уезжаем, Дийана, – как бы между делом пояснил демон, останавливаясь рядом с блестящим черным джипом. – И если хочешь мой совет, – он перехватил меня за воротник и грубо стащил на землю, поставив на ноги, – помолчи и не зли меня! – холодные глаза прищурились. – Хорошо?

Я испуганно закивала, скорее по инерции, потому как его вопрос я пропустила мимо, все это время судорожно рассматривая мужское лицо. Звериное лицо. Хищное и звериное. За неделю Ринар побледнел, его вены выступили из-под кожи по всему телу, глаза потемнели, а на лице нервно дергались все мускулы.

– Твое лицо…. – еле слышно прошептала я, зажимая рот рукой. – Что с тобой такое?

Скорее всего, Ринар был готов к моей реакции, поэтому вопрос его никак не задел.

– Последняя стадия голода, – с равнодушием проговорил он. – Извини, Дийана, но человеческий облик я принять не смогу до тех пор, пока не утолю свой голод.

Я громко сглотнула, словно в тумане наблюдая, как он открывает багажник, подходит к Шанни, которая все это время молчаливо сопровождала нас, и небрежно выхватывает у нее из рук тяжелую дорожную сумку, закидывая ее в машину.

– Ринар? – позвала я, когда багажник был захлопнут с такой силой, что в ушах на мгновение зазвенело от резкого звука. – Что происходит? – от полнейшего непонимания на глаза невольно навернулись слезы, а демон, который едва сдерживался от разрывающей его внутренней злости, только все усугублял. – Почему мы уезжаем?

– Садись! – бросил он, обходя машину и открывая передо мной дверцу пассажирского сиденья. – Живо!

Я покачала головой, обхватив себя за плечи.

– Мы едем в Бредслер? – с нескрываемой надеждой предположила я. О других возможных вариантах, куда меня может увезти Ринар, я старалась не думать.

Демон закатил глаза и, не выдержав, схватил меня за руку, силой заставляя сесть в машину.

– Нет, – быстро затянув на моем теле ремни безопасности, огрызнулся он. – Мы едем в Шан-Рин.

– В Шан-Рин?! – крик против воли сорвался с губ. – Зачем мы туда едем?

Демон мой вопрос услышал, да и испуганный взгляд тоже увидел, только вместо ответа захлопнул дверь, похоже совершенно не собираясь ничего объяснять. Как обычно…

Я сжалась, растерянно оглядываясь назад.

Ринар подошел к Шанни и что-то ей приказал, после чего служанка поклонилась и быстрым шагом направилась обратно в дом, оставляя меня наедине с голодным, злым и явно неконтролирующим себя инкубом.

– Боже…– прошептала я, смахивая слезы и разворачиваясь обратно. Неделю назад все было более менее нормально, что случилось теперь? И куда мы едем? И самое главное – зачем? И почему так резко? Что могло прийти в его больную голову за эти несчастные семь дней? Может, он просто решил от меня избавиться? Тогда зачем везти в город… Я побледнела еще больше. А ведь это не просто город… Шан-Рин – это место, откуда Ринар родом, откуда родом все эти монстры из страшилок, это их родной край. Рассадник демонов.

Я глубоко вздохнула, стараясь успокоиться.

– Не трясись так, – Ринар сел за руль, заводя машину. – Если бы я хотел с тобой что-нибудь сделать, то поверь мне, непременно бы это уже сделал.

– Тебя не было неделю, – рассматривая свои сцепленные между собой пальцы, начала я, – а сейчас ты хочешь забрать меня с собой. Зачем?

Демон ухмыльнулся, вдавливая педаль газа и медленно выезжая за пределы резиденции.

– Мне больше нравилось, Дийана, когда ты все время молчала, – ушел он от ответа. – Давай снова вернемся к этому этапу наших отношений?

Я отвернулась. За окном быстро мелькали темные очертания деревьев. Демон тоже отвернулся, намекая, что разговор на этом окончен.

Уже через полтора часа огромный черный автомобиль быстро несся по ночной незнакомой длинной дороге безо всяких разметок, ограничений или дорожных знаков. Создавалось такое ощущение, что это объездная трасса или что-то вроде того. Вдалеке виднелись серые многоэтажные высотки, уходящие высоко в небо. В Бредслере таких высоток отродясь не было, только бизнес-центр Ринара и еще парочка административных зданий, так что надежда о возвращении в Бредслер с каждой секундой таяла все сильнее.

Не выдержав, в какой-то момент я покосилась на демона. Он же сделал вид, что просто этого не заметил, заинтересованно рассматривая дорогу, по которой, наверное, проезжал уже в тысячный раз.

Если не обращать внимания на его вены… и на бледную кожу… ну и на глаза, то выглядел он как обычно. Темные брюки с кожаным ремнем, белая рубашка, рукава которой закатаны до самых локтей, и серая лента в волосах.

– Не смотри так, – внезапно улыбнулся Ринар, наконец повернувшись ко мне. – А то я подумаю, что ты по мне соскучилась.

От неожиданности я вздрогнула, отчего мужские губы растянулись в подобии издевательской усмешки.

– У меня нет обуви, – хрипло пробормотала я, чтобы заполнить пугающую паузу, повисшую в салоне. Хотя ноги действительно уже замерзли. Ринар забрал меня из дома в том, в чем я ложилась спать. В сорочке. В одной сорочке. Без обуви и нижнего белья.

Демон сочувствием не проникся и только сухо ответил:

– Да. Я знаю.

Я поджала губы, но решила промолчать, тем более что говорить все равно ничего не хотелось. Пугающая неизвестность сдавливала горло.

Еще через четверть часа, когда вокруг окончательно рассеялся сумрак, мы съехали на лесную извилистую дорогу, примыкающую к объездной трассе. Я ожидала увидеть там все что угодно, совершенно все, но страх довольно быстро сменился удивлением, стоило только лесной дорожке закончиться.

– Ты здесь живешь? – нервный смешок вырвался сам собой, как только Ринар заглушил машину около небольшого деревянного домика.

И домик был действительно небольшим, особенно после огромной резиденции с охраной, бассейном, красивыми цветами и прислугой. Здесь же не было ничего такого. Лишь зеркально чистое озеро, шаткий мостик, с которого обычно ловят рыбу, и этот самый одноэтажный домик на берегу, больше похожий на охотничье пристанище, но никак не на логово тысячелетнего инкуба.

– По документам – да, это мой дом, – Ринар медленно выбрался из машины и, обойдя ее, открыл дверь пассажирского сиденья, при этом приглашающе протянув мне руку, – но сейчас здесь живет мой друг.

Я вложила ему свою ладонь, которую тут же сжали и легонько потянули на себя, чтобы в следующее мгновение я оказалась зажата между горящим телом Ринара и холодным металлом машины.

Демон принюхался, оперевшись руками на джип, тем самым загоняя меня в импровизированную ловушку.

– А где сейчас твой друг? – я слабо выдохнула, когда змеиный язык лизнул мои губы.

– Лукас. Его зовут Лукас, – раздался над ухом неожиданно мурлыкающий голос. – Он на Земле, помогает мне с бизнесом. К сожалению, сам я не могу сейчас пересечь параллель обратно на Землю.

Я почувствовала, как он напрягся, заметно сильнее прижимаясь ко мне.

– Почему не можешь? – я попыталась отстраниться, насколько это вообще было возможно в таком положении. – Из-за голода?

Демон, заметив мое сопротивление, хмыкнул и неохотно отступил назад. Теперь, кроме злости, в его глазах читался откровенный голод и желание.

– Параллель пропускает только полностью контролирующих себя инкубов, – напомнил он, продолжая принюхиваться, даже глаза прищурил от удовольствия. – Если бы она пропускала всех подряд, представляешь, что осталось бы от твоего мира?

Ринар подмигнул и, достав из багажника дорожную сумку, не глядя на меня, направился к входу в дом.

– Проходи, – со скрипом открыв дверь, он пропустил меня вперед. – Чувствуй себя как в гостях, Дийана. Вещи, конечно, можешь трогать, но громить все подряд и разбивать посуду, как у меня в резиденции, не советую, – после его слов заходить внутрь мне почему-то резко расхотелось. – В отличие от меня Лукас людей не любит, он больше дорожит своим имуществом, нежели вашими жизнями.

– Хороший у тебя друг, – пробубнила себе под нос, переступая порог.

А я-то наивно полагала, что это охотничий домик… ага, как же.

При моем появлении во всем доме загорелся яркий свет, очень яркий, я бы даже сказала слепящий, как в реанимации. В самом центре гостиной стоял широкий полукруглый белый диван, рядом журнальный столик со стопкой сваленных на него книг и еще несколько глубоких и таких же белых кресел. Видимо, у этого Лукаса пунктик насчет белого цвета.

На полу по всему дому были расстелены светлые шкуры каких-то животных, наверное, это единственный атрибут, связанный с охотой. По правую сторону от пола до самого потолка тянулись книжные стеллажи, заваленные старыми фолиантами и исписанными кусками пергамента, а с другой стороны просматривался узкий коридор и несколько дверей, ведущих в отдельные комнаты. Но больше всего меня привлекло не это…

– Древние картины, – заметив мой интерес к одной из настенных картин, которых здесь было несчетное количество, произнес Ринар. – Им около двух тысяч лет.

Я подошла поближе.

На картине были изображены женщины. Полностью обнаженные, стройные, с четкими линиями лица и совершенными овалами груди. Все они лежали на земле, с вожделением смотря на восседающего на троне мужчину, и судя по венам, этот мужчина являлся инкубом.

– Жуткие картины, – констатировала я, взглянув на оставшиеся.

Ринар улыбнулся, со вздохом опускаясь в одно из глубоких кресел.

– Я знал этого художника, – демон облизнул пересохшие губы, рассматривая меня издалека. – Что удивительно – инкубом он не был, но все его картины посвящены исключительно нам, хотя такой мастер, как он, мог написать все, что душе заблагорассудится. Но знаешь, почему он выбрал именно нас?

Я пожала плечами, взглянув на еще одну черно-белую картину в темной рамке из стеганой кожи. На меня смотрел идеальный мужчина с длинными волосами и чарующей улыбкой.

– Не знаю. Может быть из-за вашей внешности? – предположила я и, заметив вопросительный взгляд, осторожно пояснила: – Ну-у, все же инкубы такие… красивые.

Одернув себя, я отвернулась от рассмеявшегося над моими словами демона.

– Нет, мирна, это было бы слишком скучно, – Ринар откинулся на спинку кресла, по-хозяйски положив ноги на журнальный столик. – Художник, нарисовавший эти картины, был человеком, но его любовник был инкубом.

Я нахмурилась и снова повернулась к Ринару.

– Художник – женщина?

– Нет.

– Но… – осеклась я. – Мужчина же не мог быть мирной…

Демон кивнул, подтверждая мои слова.

– Не мог. Мирнами рождаются только девушки.

Я еще больше нахмурилась.

– Тогда я не понимаю, – честно призналась я.

Лицо Ринара исказила снисходительная усмешка, от которой мне стало немного не по себе, захотелось отойти от него подальше. Несмотря на то, что он спокойно полусидел-полулежал в кресле, его энергия и не дающий дышать напор прекрасно ощущались даже на таком расстоянии.

– Любовь не выбирает, мужчина ты или женщина, – после недолгой паузы произнес Ринар, словно говоря уже о чем-то другом, а совсем не о художнике. – Влюбиться могут как люди, так и демоны. Это заложено во всех живых существах, за исключением разве что суккубов. Просто люди могут жить вместе, спать вместе и иметь совместных детей, но при этом не доверять друг другу, или изменять, предавать, лгать. То отношения инкуба и человека будут намного сложнее. Такие отношения подразумевают под собой полное доверие. Безоговорочное и бескомпромиссное.

Я поежилась, когда усмешка пропала с лица Ринара так же быстро, как и появилась.

– Ты же понимаешь к чему я клоню, Дийана? – поинтересовался демон.

Я кивнула.

А мне все больше и больше хотелось от него отойти. Та решимость, с которой он смотрел на меня, начинала пугать. Такое ощущение, что он принял непростое решение и теперь собирается ему следовать, не взирая ни на что. Знать бы только, что это за решение такое.

– Ты намекаешь на то, что мне нужно тебе безоговорочно доверять? – еще сильнее обнимая себя за плечи, переспросила я.

– Нет, – огрызнулся Ринар, но тут же исправился и мило улыбнулся. – Я не намекаю, я тебе прямо говорю. Хочешь жить – учись мне доверять. Учись доверять полностью. И телом и душой.

Я опустила глаза. Все это я уже слышала и не только от него, еще и от Шанни, и от Линды, даже Идели об этом заикалась. Довериться демону – это единственный шанс не умереть от рук Ринара. Я это отлично понимаю. Но проблема-то даже не в этом. Проблема-то в другом. Я не могу довериться ни демону, ни человеку, ни кому-либо еще. Я просто не понимаю, как это. Еще в детстве я осталась одна, когда умер мой отец, а мать решила, что бутылка с виски и чужие мужики в доме важнее дочери. Кому я могла доверять? Такая вещь как доверие с самого рождения отсутствовала в моей жизни.

– Дийана? – позвал Ринар. – Это не сложно. Очень многие мои знакомые когда-то жили с мирнами.

– Твой друг тоже? – я посмотрела на демона, но теперь он отвел взгляд и тяжело вздохнул.

– Я сказал многие знакомые, а не совершенно все инкубы.

Я прижалась спиной к холодной стене, чувствуя, как внутри все снова скручивается в тугой горький комок.

– Что мы здесь делаем? – тихо спросила я, рассматривая белые шкуры под ногами. – Что мы делаем в этом доме и в этом городе?

– Мы проведем здесь какое-то время вдвоем, – начал Ринар, снова облизываясь, и вот этот его жест постепенно начинал нервировать. Надо быть полной дурой, чтобы не догадываться, насколько он голоден. – Без прислуги, без людей, только вдвоем. Попытаемся наладить отношения или, если не получится, наоборот их прекратим, чтобы никого не мучить.

Я замерла.

– Прекратим? – не поняла я, встретившись своим взглядом с его голодными глазами. – Ты отпустишь меня или… ?

– Или, – отрезал Ринар, лениво поднимаясь на ноги. – Не имеет смысла мучить ни меня, ни тебя, если ничего не получается. Я это уже проходил, все закончилось печально и бессмысленно.

Он цинично улыбнулся, а вот мне захотелось выть. У меня теперь даже нет полугода, у меня есть только эта неделя. А потом все…

– Мне нужно позвонить, – выходя на улицу, сообщил Ринар, – можешь осмотреть дом, – и, скользнув по мне безразличным взглядом, добавил: – если хочешь.

Я проследила, как за ним захлопнулась дверь и, всхлипнув, сползла по стене вниз.

– Все плохо, – прошептала я, уткнувшись лицом в коленки. – Все очень-очень плохо…

Неужели он не понимает, что это невозможно? Невозможно за неделю привыкнуть к обычному человеку, открыть перед ним душу, довериться физически и морально. Невозможно! А довериться демону невозможно втройне! Да господи, как можно довериться тому, кто смотрит на меня как на ходячий кусок мяса? Как вообще можно доверять существу, которое говорит, что в случае, "если все пойдет не так", убьет меня через неделю?! Это ненормально!

Я взвыла, от злости ударив кулаком по стене, и тут же вскрикнула от боли, судорожно подув на содранную кожу.

– Ну, ничего-ничего, – я поднялась на ноги, прижимая дрожащую руку к груди. – Неделя так неделя.

Вдохнув в грудь побольше воздуха, я медленно поплелась по коридору, осматривая дом.

Хижина, если так можно назвать шикарно обставленный загородный дом на берегу кристально чистого озера, на самом деле оказалась не такая уж и маленькая. Пять комнат, не считая ванной, кухни и закрытой на замок двери, назначение которой оставалось для меня загадкой.

Судя по вещам, незамысловатому интерьеру и всеобщей обстановки, друг Ринара явно отличался максимализмом и врожденной любовью к старинным книгам.

В одной из комнат, которая, скорее всего, служила в этом доме рабочим кабинетом хозяина, была свалена целая куча книжного антиквариата. Боюсь представить, сколько всему этому лет.

Осторожно протиснувшись между письменным столом и полупрозрачной перегородкой, я подошла к высокому стеллажу, с интересом посмотрев на книжные и уже обветшалые корешки.

И первое, что бросилось в глаза – все, совершенно все книги были на земном языке. Я даже удивленно прищурилась, не поверив в это. В своей резиденции Ринар держал в основном книги на шан-рине, здесь же на шан-рине не было ничего.

– Обалдеть, – выдохнула я, аккуратно вытаскивая старый фолиант в кожаном переплете.

Но стоило мне только перевернуть книгу, только посмотреть на ее название, как улыбка с моего лица пропала мгновенно, и я в ступоре повторила:

– Обалдеть…

«Разведение людей в домашних условиях» – гласила надпись на обложке.

С нервным смехом, вырвавшимся из груди, я наугад открыла середину книги и:

«Не стоит забывать, что люди – это в некой степени наделенные разумом низшие существа, которые тоже нуждаются в уходе. Рекомендуется выделить каждой особи, независимо мужского или женского пола, место для ночлега, двухразовое питание и постоянный доступ к воде, а так же доступ к воздуху. При этом необходимо строго соблюдать температуру в каждом вольере. Перегрев, как и переохлаждение, могут привести к гибели скота или к больному потомству.

Если перемешать женские особи с мужскими, то размножаться люди будут довольно быстро. За своими щенятами, как правило, женские особи ухаживают сами, так что до определенного возраста выделять им еду не требуется.

На рождение мирны рассчитывать не стоит. Мирны в неволе рождаются редко, что обусловлено смешением кровей. Но все же рождаются. Таких особей лучше посадить в отдельный вольер и использовать в целях размножения.

Примечание: в 90% случаев у мирны рождаются обычные щенята.»

– Это не то чтиво, Дийана, которое следует читать девочкам твоего возраста, – незаметно подойдя сзади, Ринар выдернул книгу из моих рук и тут же захлопнул.

Я в ужасе посмотрела на название оставшихся: «Клетка или свободный выгул?», «Правильное кормление человеческих щенят», «Обустройство вольеров для людей».

– Твой друг извращенец, да? – не удержалась я от вопроса, когда наткнулась на название: «Однополые особи или их попытки к размножению».

– Он инкуб, – Ринар вставил фолиант на место. – Невоспитанный и вечно голодный.

Я все еще продолжала в изумлении таращиться на эти книги.

– То есть извращенец?

Демон скривился, явно придержав обидную реплику, рвущуюся с его языка.

– Это другой мир, Дийана. Вы здесь еда, прислуга и дешевое развлечение для демонов. Не сильно обольщайся на то, что людей в Шан-Рине возносят над другими расами, скорее наоборот.

Не нравится мне этот мир. Очень не нравится. И то, как ко мне сзади жмется Ринар, тоже не нравится!

– Ри… Ринар? – испуганно пискнула я, когда меня неспешно прижали грудью к деревянному шкафу. Одна из книг на полке покачнулась и стремительно грохнулась на пол прямо около наших ног. – Ринар!

– Мирна… – промурлыкал демон на ухо, медленно проводя своими руками по моим ногам, задирая ночную сорочку все выше… и выше, пока она не была задрана до груди. – Вкусная сладкая мирна.

Горло сдавило. Я вцепилась руками в одну из полок, стараясь развернуться, но мужская ладонь недовольно вжала меня обратно в шкаф.

Ноги задрожали, когда мои ягодицы не больно сжали, и через плотную ткань деловых брюк я почувствовала выпирающее, большое и готовое…

– Ринар! – каждый раз, когда он дотрагивается до меня, я вспоминаю свою квартиру и то, что там произошло, а еще боль и смертельные изменения в своей внешности. – Ну как я могу тебе доверять после этого? – не выдержала я. – Вы ненормальные что ли все?

– Дийана, – легонько обхватив меня за шею и прижав спиной к своей груди, вкрадчиво прошептал Ринар. – Я не вижу ничего плохого в невинном прикосновении. Может быть, это ты ненормальная? А?

С этими словами он меня отпустил, точнее оттолкнул, да так, что я снова налетела на шкаф, уронив с него еще книг пять-шесть.

– Я буду в гостиной, – задержавшись на мне долгим оценивающим взглядом, произнес Ринар. Агрессивных ноток в его голосе значительно прибавилось, и снова эта пронзающая злость в глазах. – Приходи, как захочешь.

Я молча опустила сорочку вниз, а когда подняла глаза, демона в кабинете уже не было.

ГЛАВА 3

Дийана Фрост

– Нет, Лукас, эти "никому ненужные бумажки", которые ты только что пропустил через шредер, были документами о страховании, – с таким видом рявкнул Ринар, что мне на секунду показалось, сейчас он готов кого-нибудь убить. – Но ты прав. Теперь это просто бумажки!

Сбросив вызов, он со всей силы запустил телефоном прямо в стену, отчего по комнате в разные стороны разлетелись маленькие детальки.

– Черт! – зарычал демон, вскакивая с дивана.

Подойдя к обломкам своего телефона, он вытащил из куска пластика сим-карту, и только выпрямившись, заметил меня.

Я стояла на пороге гостиной, не решаясь зайти внутрь и уж тем более не имея желания попадать под горячую, сильную и когтистую руку Ринара.

– Выпьешь со мной? – неожиданно предложил демон, открывая один из подвесных шкафчиков и выуживая оттуда бутылку чего-то алкогольного, отдаленно напоминающего обычное вино.

– Я думала, ты пьешь только воду, – неуверенно ответила я.

– Я могу пить все жидкости, – разливая красное вино по бокалам, подсказал Ринар. – Просто обычно предпочитаю воду. Она больше всего заглушает голод.

Надеюсь, вино наоборот его не вызывает…

– Спасибо, – я выдавила из себя улыбку, когда демон протянул мне бокал.

Ринар не ответил, только направился по коридору, жестом позвав меня за собой.

– Умеешь играть в бильярд? – спросил он.

– Нет.

– Идем. Я тебя научу.

Демон прошел в самый конец коридора и потянул за статуэтку в виде черной, стоящей на дыбах лошади, которая, как мне поначалу казалось, была просто прикручена к полке. Но так мне казалось ровно до того момента, пока стена рядом с нами не отъехала в сторону, а за ней не возникла длинная, идущая вниз лестница.

– О-о… – у меня округлились глаза. – А я-то сначала решила, что это простой охотничий домик.

Ринар странно улыбнулся, ступая на первую ступеньку и щелчком пальцев зажигая везде свет.

– Ты удивишься, узнав настоящие размеры этого дома.

О каких размерах он говорит, я спрашивать не стала, да и не до этого было, особенно когда спустившись по ступенькам вниз, мы оказались в просторной, ярко освещенной бильярдной комнате.

– Ничего себе, – прошептала про себя.

Огромный бильярдный стол стоял в самом центре, а все стены были отделаны каким-то мягким объемным материалом в черно-зеленых тонах.

Я сделала глоток вина, посмотрев на Ринара.

Он вытащил кий и разложил шарики, после чего нагнулся и, прицелившись, ударил по одному из шаров. От его удара все остальные шары разлетелись в стороны, а парочка из них сразу же угодила в лузу.

– Иди сюда, – позвал демон, медленно отпивая вино и так же медленно наблюдая за моим приближением.

– Я совсем не умею играть, – решила уточнить я, когда он протянул мне кий. – Ни разу не пробовала.

– Если ты не будешь вопить, – его слова прозвучали издевательски, – и позволишь мне до тебя дотронуться, то я покажу.

Я помялась.

– Хорошо, – наконец ответила ему, забирая кий. – Что тут надо делать?

На самом деле играть в бильярд оказалось несложно, гораздо труднее было загнать хоть один шарик в лузу. Первые пятьдесят попыток так вообще не увенчались успехом, потом по шарикам я все-таки начала попадать.

– Знаешь, мирна, – Ринар обхватил мое запястье, помогая направить кий, – ты очень неуклюжее создание.

– Это комплемент такой? – усмехнулась я, не без его помощи загоняя очередной шарик.

– Констатация.

– Ну, спасибо.

Ринар улыбнулся, отбирая у меня кий и возвращая его на законное место.

– Не принимай на свой счет, Дийана, все вы люди такие, – он залпом допил вино.

– Неуклюжие?

Я постепенно начала понимать, что к людям он относится чуть лучше своего друга, но тем не менее за равных нас все же не считает.

– Нет, – Ринар сжал уже опустевший бокал, отчего тот лопнул в его руке, осыпаясь на пол стеклянными осколками. – Такие же хрупкие, как этот бокал. Стоит только надавить и…

Я невольно отшатнулась.

– И вы умираете, – закончил демон, так пристально рассматривая мое лицо с каким-то нездоровым интересом, причем не с голодом, а именно с интересом. Словно впервые увидел.

– Что? – не выдержала я, делая еще один шаг назад. Демон хищно сощурился, при этом принюхиваясь к воздуху, а вены на его лице проступили еще сильнее. – Почему ты так смотришь?

– Ты мне кое-кого напомнила, – он тяжело сглотнул. – Я только сейчас заметил, насколько сильно ты на нее похожа…

Я неуверенно покосилась на него.

– На кого я похожа?

Кого я могу напоминать? Его подружку – Оливию? Что-то очень в этом сомневаюсь.

Ринар покачал головой, продолжая странно на меня посматривать. И от этого внимания становилось все больше не по себе.

– На Изару… – вздохнул демон, опираясь руками на бильярдный стол. – Я, видимо, забыл ее голос и то, как она себя вела со мной, – он опустил голову вниз, злобно усмехаясь, – но теперь я вспомнил, на кого ты похожа. Лукас был прав… Я нашел себе очередную Изару. Черт бы тебя побрал, Дийана!

Я замерла, наблюдая за неожиданным приступом смеха, который испытал Ринар. Он до побеления пальцев сжал стол и во весь голос рассмеялся, запрокидывая голову назад.

Неприятное ощущение прокатилось по всему телу. Наверное, именно так выглядят сумасшедшие.

– Знаешь что, Дийана, – сквозь ненормальный хохот припечатал меня Ринар, – пошла-ка ты вон отсюда!

От его приказа я просто опешила.

– Что? – чисто машинально переспросила я, но тут же пожалела об этом, стоило только демону поднять на меня свой взгляд.

Он был черным. Полностью черным. Его зрачки увеличились, заволакивая непроницаемой гневной дымкой глаза!

– Убирайся! – закричал Ринар. – Закройся в любой комнате и ложись спать! Уйди от меня! Сейчас же!

Я больше его не видела, рванула с места, только услышав как позади что-то перевернулось и, похоже… перевернулся бильярдный стол.

Взбежав по лестнице, залетела в первую подвернувшуюся комнату, закрывая дверь на небольшую щеколду. Не думаю, конечно, что его это остановит. Стоит только вспомнить мою квартиру, и то, с какой легкостью он в щепки раздробил дверь вместе с придвинутым к ней шкафом.

Стараясь восстановить дыхание, я прислушалась. Но ничего не услышала. За дверью стояла звенящая пустота, только часы в комнате монотонно тикали, нервируя еще больше.

Через полтора часа ожиданий стало понятно – Ринар не придет. Я спокойно выдохнула и, не думая, решила на самом деле лечь спать. Правда, за окном уже давно рассвело, но это не отменяет того факта, что всю ночь мы провели в дороге, а потом на ногах в этом странном доме. Может, демонам и не нужен сон, а вот людям очень даже нужен. Хотя Ринару не помешало бы тоже отдохнуть… но боюсь отдых здесь не поможет. Он голоден, очень голоден и теперь остается только вопрос времени, когда же он решит его утолить. В конце недели или завтра? И кто такая эта Изара? И почему он так взбесился, вспоминая ее?

Я мотнула головой. Не хочу об этом думать. Не хочу. В любом случае правда мне вряд ли понравится.

Забравшись на высокую кровать, я накрылась одеялом и уткнулась носом в пуховую подушку, но вот перед глазами все еще стоял черный озлобленный взгляд, готовый разорвать меня только за одну лишь схожесть с какой-то девушкой из его прошлого.

***

Разбудили меня какие-то странные шуршащие звуки, доносящиеся из гостиной. У этого дома слишком тонкие стены. Даже отсюда слышны шаги в соседней комнате.

Приоткрыв глаза, я поняла, что уже вечер, если не глубокая ночь. Значит, проспала весь день, что в принципе хорошо. И щеколда все так же закрыта, вероятно, Ринар решил не ломиться и дать мне отдохнуть.

Перевернувшись на другой бок, я уже снова начала проваливаться в сон, как случайно заметила это…

– Что за… ? – я окончательно открыла глаза, привстав на локтях.

На прикроватной тумбочке лежала синяя роза, а под ней обычный альбомный лист с надписью:

«Прости.

Я голоден и плохо себя контролирую.

Спи.»

Наверное, я больше минуты просидела в оцепенении, бездумно смотря то на шипастую розу, то на записку, а потом мой взгляд зацепился за дорожную сумку и вещи, которые в ней лежали. Все мои платья из резиденции.

Я нервно усмехнулась, заглядывая внутрь и медленно перебирая когда-то подаренные Ринаром одеяния.

Он серьезно верит, что за эту несчастную неделю можно наладить отношения? Судя по розе и этой записке – да, он настроен серьезно.

Переодевшись в привычное белое льняное платье, я убрала щеколду, которая, похоже, совершенно не являлась помехой для тысячелетнего демона, и осторожно выглянула в коридор.

– Мисс Фрост? – я аж подпрыгнула от неожиданности, когда из-за угла вышла молодая девушка в белом переднике и приветливо мне улыбнулась.

– Эм… да, это я.

Я запнулась, рассматривая ее острые, как лезвия, зубы.

– А вы? – я нахмурилась. – Горничная?

– Служанка мистера Верниса, – девушка низко поклонилась. – Зовите меня Лия.

Лия значит. Я внимательней к ней пригляделась. Очень уж Лия напоминаешь ты мне Шанни. Те же зубы, острые и длинные, когти, телосложение. Видимо, служанок здесь набирают именно таких.

– Лия, а где мистер Марш? – уточнила я, выходя в гостиную.

Девушка хихикнула, вытирая пыль с книжных стеллажей, хотя она больше не вытирала, а размазывала. Странная служанка, которая не умеет убираться… Хотя мне пора заканчивать удивляться всему в этом мире.

– Мистер Марш? – она покраснела и бросила на меня игривый взгляд. – Это тот высокий обворожительный брюнет в белой рубашке, от которого так сладко пахло мускатом и летним солнцем?

Мои брови медленно поползли вверх.

– Наверное, он, – поперхнулась я. – Хотя после вашего описания я что-то уже не уверена.

– Ох! – девушка мечтательно улыбнулась. – Он очень красив…

Да-а? Это с венами-то?

– И так вежлив, – Лия переместилась к журнальному столику, подбирая остатки разбитого телефона. – Он уехал, попросил вас не тревожить и приготовить что-нибудь поесть на тот случай, если вы проснетесь. – Она заговорщически мне подмигнула. – Такой заботливый, правда?

Я запоздало прикрыла рот, когда челюсть сама по себе отвисла от удивления.

– Ага, – подозрительно протянула я. – Очень заботливый. Особенно сегодня.

Девушка вздохнула, выкидывая мусор в корзину.

– Мистер Вернис не такой, – она ойкнула, запоздало понимая, что сказала что-то не то. – То есть он, конечно, тоже вежливый и все такое, но немного… – девушка задумалась, – грубый что ли, ну или резкий. Только о своих паршивых щенятах и думает.

– Щенятах? – не поняла я. – Разве в доме есть животные?

Что-то я не заметила ни миски на кухне, ни игрушек в гостиной, ни поводков…

Но у Лии имелось свое мнение на этот счет:

– Конечно, – как само собой разумеющееся кивнула она. – Под домом же нулевой этаж, там сейчас все так обустроили, что просто сказка. Всем зверям очень комфортно, – служанка хихикнула, – они там только и делают, что плодятся. Вы бы видели.

Так вот о каких размерах дома говорил с утра Ринар. Нулевой этаж. Подвал?

– А как туда попасть? – я с интересом наблюдала за ее беготней.

Нет, я ошиблась. Лия очевидно не похожа на Шанни. Хоть Шанни и разговорчивая, но явно не до такой степени.

– А ваш красавчик еще не показывал? – девушка закусила губу и выжидающе на меня покосилась. Даже про уборку забыла.

– Не успел еще, – соврала я, – но собирался.

– Правда? – Лия заулыбалась еще больше. – Хотите их покормить? – оживленно поинтересовалась она, кидаясь к огромному мешку, лежащему у самых дверей. – Я как раз собиралась к ним спуститься, голодные они, наверное. Ведь мистер Вернис уехал два дня назад.

Я неуверенно нахмурилась, подсознание просто вопило, что не стоит идти туда, куда Ринар не приглашал. Но я от него успешно отмахнулась и дружелюбно улыбнулась Лие.

– Конечно, я с удовольствием.

Девушка закивала и, потащив по полу за собой тяжеленный мешок, поплелась к той самой закрытой двери, которую я с утра смогла только подергать.

– А вы давно здесь работаете? – решила уточнить я, как-то нервно поглядывая на огромную связку ключей, которую она держала в руках, с полминуты выискивая нужный ключ.

– Неделю, – просто ответила Лия, открывая дверь и заходя внутрь.

Здесь, как и в бильярдной, снова оказался длинный коридор и лестница вниз. Правда, света не было, поэтому пришлось плестись за служанкой на ощупь, опираясь на слизкие стены. И чем дальше мы спускались, тем сильнее я понимала, что здесь что-то не так. Вот совсем не так. Спертый неприятный запах ударил в нос еще в самом начале лестницы, а спустившись чуть ниже, я начала различать еле слышные постанывания и негромкие копошения.

Щенки? Ринар ничего про них не говорил. И что, вообще, за щенки?

Я застыла, словно пораженная на месте ударом молнии. В память резко врезалась та книга про людей в вольерах и про человеческих щенков.

– Так-так, – девушка начала шарить руками по стенам. – Где-то тут был рубильник… А! Вот он.

Яркая вспышка, и земля неспешно ускользает из-под моих ног. Я только и успела, что схватиться за плечо Лии в качестве опоры для пошатнувшейся реальности.

Это были люди!

– Люди… – прошептала я, чувствуя подкатывающий к горлу тошнотворный комок.

Десятки голых людей, заточенных в железные клетки!

По обе стороны от лестницы тянулись клетки с толстенными непробиваемыми прутьями, внутри которых на жестких подстилках лежали женщины, мужчины… дети. Они были похожи на людей, точнее, мне так кажется, что это люди… просто покрытые шерстью… или волосами… или чем-то еще. Но при нашем появлении никто не закричал, не кинулся к клетке, прося о пощаде или умоляя отпустить. Они лишь лениво покосились в нашу сторону и снова вернулись к своим делам. Если хождение в вольере вообще можно назвать делами. Хотя хождением это тоже было тяжело назвать, все они только ползали на коленях… голые, странные, грязные.

– Мисс? – Лия в недоумении посмотрела на мое лицо. – Вы что-то побледнели. Вам нехорошо? Запах едкий? Понимаю, к нему нужно привыкнуть.

– Они держат здесь людей? – еле-еле передвигая ногами, я спустилась с последней ступеньки. – Живых людей? В клетках?

– Э-э-э… – служанка как-то настороженно двинулась за мной следом. – Люди? Какие еще люди? Это звери.

Перед глазами помутнело.

Я вцепилась пальцами в железные прутья, наблюдая за обнаженной женщиной, которая, подобно животному, зарычала на меня, поджимая под себя маленький комочек перепачканного, брыкающегося, беловолосого…

– Это же ребенок! – я прижалась к клетке, чувствуя, что еще немного и я просто свалюсь на пол, не в силах вынести все это. – Здесь ребенок!

Зоопарк. Зоопарк для монстров.

– Мисс? – Лия дотронулась до моей руки. – Вам, наверно, лучше уйти.

Я не хотела ничего слышать. Оттолкнув от себя ее руку, я словно в трансе двинулась вперед, вдоль клеток.

– Боже мой… – меня начала бить крупная дрожь – боже…

Люди шарахались от меня, рычали, некоторые даже кидались на клетки в попытке наброситься, но им мешали железные прутья. Может быть, они и ведут себя, как животные, но все же остаются людьми, только дикими или одичавшими. Может, они вообще родились здесь.

– По-вашему это забавно? – закричала я, заметив отдельный вольер для щенков. Там было с десяток детей разных возрастов. – Вы поехавшие что ли?

Лия застыла возле меня, а на ее лице впервые проскользнула тень понимания.

– Вы недавно в Шан-Рине? – со страдальческим вздохом догадалась служанка. – Твою же…

Чем дальше я двигалась, тем сильнее чувствовался этот едкий запах, неприятный, от которого резались глаза.

– Меня сейчас стошнит… – я зажала рот рукой, отворачиваясь от клетки, в которой размножались несколько особей этого ненормального Лукаса.

Двое мужчин и перепачканная в грязи, лысая женщина прижимались друг к другу, как слои потного, постанывающего в экстазе гамбургера.

– Давайте я провожу вас наверх? – Лия снова предприняла попытку вытащить меня отсюда силой.

– Кто эти люди? – я остановилась, понимая, что это подземелье бесконечно, вереница клеток тянулась и тянулась, а конца им не было видно. – Они пленники?

– Это животные мистера Верниса, – отмахнулась служанка. – Пойдемте наверх!

Они лежали здесь… на промерзлом холодном бетоне совершенно голые, беззащитные, возможно даже голодные. И дети… грязные, больные. Скорее всего, уже давно свихнувшиеся от своего положения. Им нужна помощь. Медицинская в первую очередь.

Я в панике огляделась, останавливая свой взгляд на растерянной от моего поведения Лии.

– Вы все здесь, – на глазах выступили слезы, – ненормальные!

Служанка мрачнела с каждой секундой.

– Вы просто извращенцы! – в ужасе повторила я, обходя девушку по дуге. – Извращенцы!

На секунду представила, что это я могла оказаться здесь, в вольере с ними. В одном вольере с уже давно одичавшими мужчинами или еще хуже…

– Мисс Фрост, вас трясет. Давайте я позвоню хозяину? Он приедет и…

– Отличная идея! – я смахнула злые слезы, стараясь не смотреть по сторонам. Это было невыносимо! – Звони! Может он разозлится и меня тоже к ним посадит!

– Что вы такое говорите? – ужаснулась Лия.

Но я уже не хотела ничего ей отвечать, я просто рванула с места, взбегая по лестнице обратно в дом.

Зайдя в столовую, с ногами забралась в угловое кресло и сколько бы не пыталась сдержать слезы, ничего не получилось. В итоге все равно разревелась, снова и снова вспоминая лица тех, кто остался там внизу. Тех, кому уже невозможно помочь. Их участь – сидеть в клетках на потеху хозяину. А может быть, этот Лукас высасывает из женщин энергию? Разводит их, а потом высасывает… Тогда это многое объясняет.

Где-то в глубине меня началась истерика, которую я усиленно пыталась подавить. Но непонимание и невозможность принять этот ужасный мир были сильнее.

Я хочу домой. Хочу обратно домой в свою уютную комнату, в кровать, подальше отсюда, подальше от Ринара. Не хочу ничего этого знать, хочу все забыть! Все!

Губы задрожали еще сильнее.

Я никогда не вернусь домой… Моя участь предрешена точно так же, как и участь тех людей. А все лишь потому, что мы слабее. Ни один человек в этом мире, да и на всей планете не сможет дать отпор Ринару или подобному ему. Ни я, ни кто-то другой.

Никто.

Я закрыла глаза, обняла колени и молча сидела, раскачиваясь то взад, то вперед. Наверное, эти люди и то безразличие, с каким отзывалась о них Лия, поставили жирную точку в моем сопротивлении. Ринар относится к людям так же, как она и этот психопат Лукас? А к мирнам?

Я закричала от разрывающего меня бессилия.

Жить больше не хотелось, тем более заранее зная, что выжить среди существ, которые равняют тебя с животными – практически невозможно. Это как пытаться пробиться головой сквозь стену, прекрасно понимая, что за ней еще одна стена, только более прочная и с шипами. Успешно пробьешь одну, и вторая раскроит тебе череп.

Лия пришла через четверть часа.

С виноватой улыбкой поставила передо мной чашку с душистым чаем, а сама уселась напротив, положив руки на стол.

– Как вы себя чувствуете? – наконец после долго молчания она решила заговорить первая. – Вам лучше?

Я бездумно смотрела в одну точку. Внутри все заледенело, покрылось коркой.

– Кто вы такая? – спросила я, продолжая неотрывно рассматривать черно-белый барельеф на стене.

Это был дорогой дом. Каждая вещь здесь просто кричала об этом. Почему инкубы такие богатые?

– М…мисс? – девушка аж заикаться начала от испуга. – Вы меня не помните…? Я Лия… – она в панике застонала. – Не помнит ничего…Что я наделала! Мамочки… Вы это… попейте чайку, может и мы…

– Да я не в этом смысле, господи! Кто вы такая? Демон? Суккуб? Или еще кто?

– А, фух… – Лия тяжело выдохнула. – Не пугайте меня так. Я же вампир, разве вы не видите?

И так буднично задан этот вопрос, так естественно. Будто у нее это на лбу написано красным маркером.

– Вампиры… – безэмоционально повторила я. Привычный мир, в котором я жила двадцать два года больше не существовал. Он разрушен, разбит и растаскан по кускам. – А кто еще существует? Оборотни? Эльфы?

– Ну-у, это, как бы да. И те и другие.

У меня задергалась щека.

– Эльфы?

– Две разновидности. Но живут на окраинах Шан-Рина, в город не выходят, и, вообще, их никто не видит. Отшельники, как и нимфы. Они не коренные жители Шан-Рина, а так… низшие расы. Считается, что их создали демоны, но это не точно.

Я потерла глаза. Начинает казаться, что я схожу с ума – медленно так, неспешно. Может, это затянувшийся сон? Ночной кошмар. Точно. Просто кошмар.

Внезапно хлопнула входная дверь, намекая, что это далеко не сон, а жестокая реальность. От резкого звука девушка рядом со мной подпрыгнула и тут же вскочила со скамьи, опрокинув ее на пол.

– А… черт, черт, черт! – она испуганно задергалась. – Как его зовут? Я забыла!

– Придурок, – тихо подсказала я, – но отзывается он на "мистер Марш".

– Точно-точно, мистер Марш!

Она выжидающе закусила губу и выпрямилась, словно по струнке. И, кстати, как раз вовремя, ибо через секунду дверь в столовую распахнулась, являя собой Ринара, одетого как всегда в деловой костюм и с какой-то красной увесистой папкой в руках.

– О, мистер Марш! – Лия заученно заулыбалась во все свои сто пятьдесят острых зубов и, отодвинув для него один из высоких стульев, предложила: – пожалуйста, присаживайтесь. Могу налить вам… э… воды? Или виски? Чего вы хотите? Мистер Вернис по вечерам предпочитает щенячью кровь.

Ринар пренебрежительно взглянул на навязчивую служанку и только потом заметил меня. Он бегло осмотрел мои обнаженные ноги, позу эмбриона, в которой я медленно раскачивалась взад вперед, и заплаканные, все еще красные глаза.

Тьма исказила его лицо до неузнаваемости.

Снова переведя взгляд на Лию, демон ринулся к ней настолько быстро, что я увидела лишь смазанную тень его фигуры, а потом услышала крик. Ринар схватил служанку за горло и словно пушинку приподнял над землей, намереваясь задушить.

– Что ты с ней сделала? – зарычал он, готовый оторвать ей голову, если ответ ему не понравится. – Что ты ей сказала?

Лия задергалась, хватаясь за мужскую вытянутую руку, которая все сильнее сжимала ее шею, при этом не прикладывая никаких усилий.

– Ничего! – она запищала. – Ничего… совсем. Честно!

Я смотрела на них словно в тумане, словно меня здесь и не было. И состояние такое… похожее на сон.

– Почему я тебе не верю? – огрызнулся демон, выпуская когти на свободной руке.

Я вздохнула, понимая, что сейчас он ее убьет, если не вмешаться.

– Ринар? – тихо позвала я, говорить почему-то не хотелось и плакать больше тоже. Ничего не хотелось. Я полностью ушла в состояние безвыходной апатии. – Отпусти ее, пожалуйста. Она ничего не сделала.

Демон зарычал, смертельная хватка разжалась, и девушка рухнула на пол, захрипев от облегчения.

– Дийана? – Ринар переступил через нее, подходя ко мне. – Что случилось?

Он присел на корточки перед креслом, заглядывая мне в глаза. И в отличие от моих, они у него все так же оставались стеклянными и жестокими. Демоны умеют хоть что-нибудь чувствовать, кроме голода? За этой преградой безразличия и холода есть чувства? Или там звенящая пустота?

– Ты случился, – безразлично пожала плечами я, впервые так внимательно рассматривая его глаза. Серые, при таком неярком освещении словно хрустальные, они завораживающе блестели. – Но не переживай, – я протянула к нему руку, с безрассудством похлопав мужчину по плечу, – хоть ты и чудовище, зато глаза у тебя красивые.

Ринар дернулся от меня так стремительно, будто я влепила ему пощечину.

– Мирна? – насторожился он, а в хрустальных глазах теперь застыло неподдельное изумление. – В чем дело?

Я снова вздохнула и опустила голову на колени.

Ринар сидел со мной рядом больше минуты, выпытывая хоть какое-то объяснение, но я молчала, тем более что объяснений у меня никаких не было. А говорить про подземелье не хотелось, тогда он вздернет Лию на своем же кожаном ремне. Правда, Ринар и сам быстро догадался, что ничего вразумительного от меня не добьется.

– Ты! – окрикнул он Лию, которая уже было понадеялась, что про нее все забыли, и в это время потихоньку пробиралась к выходу. – Стоять!

– Мистер Марш? – ее голос прозвучал столь же неуверенно, сколько и напуганно.

– Рассказывай, – потребовал демон, поднимаясь на ноги. – Даже если эта ошибка природы страдает из-за какой-нибудь очередной выдуманной херни, я хочу об этом знать!

Это я ошибка природы?!

От удивления я подняла голову и посмотрела на раздраженного демона, который, похоже, уже полностью состоял из переплетающихся между собой пульсирующих вен. Человеческой кожи под ними практически не было видно. Злой, разгневанный и ничего не понимающий.

Служанка нервозно взглянула на меня.

– Ну! – закричал Ринар.

Я молчала. Лия молчала. А Ринара это только больше выводило из себя.

Он передернул плечами и с такой уверенностью двинулся на девушку, снова выпуская огромные когти, что она не выдержала и сама рухнула перед ним на колени, руками упираясь в лакированные дорогие ботинки.

– Прошу вас, господин! – задрожала служанка. – Простите! Я не знала, что она не местная! У мистера Верниса все девушки из Шан-Рина! А тут вы и… и она… Она меня обманула! Она сказала, что вы хотели показать ей щенков, но ушли раньше! Я бы ни за что, если б знала! Прошу вас, это не я виновата!

– Черт! – это все, что сказал Ринар.

– Господин, я ошиблась, простите меня!

– Да заткнись ты! – демон отпихнул ее от себя, отчего она снова упала, только в этот раз на лопатки. – А ты, Дийана, – я вздрогнула, когда он резко развернулся ко мне с уничтожающим видом, словно собираясь обвинить во всех смертных грехах человечества, – не лезь в то, чего не понимаешь и никогда не поймешь! Не дано людям понимать демонов, поэтому даже близко не подходи к нижним секторам! Иначе я буду первым, кто переломает тебе ноги!

Я поджала губы, молча наблюдая, как он вцепился в спинку стула, закрывая глаза и пытаясь совладать с собой.

– Ты знал? – не выдержала я. – Знал, что здесь происходит, да?

Демона передернуло от злости:

– А что здесь происходит, мирна?

– Пытки, рабство, отдельный вид извращения.

Ринар не по-доброму рассмеялся.

– Это не так, Дийана. Это не люди. Они похожи на людей, но это совершенно другая раса, которая создавалась в Шан-Рине, и с их помощью инкубы могут частично синтезировать энергию, которая немного утоляет голод.

А я была права про размножение женщин с целью высасывания из них энергии.

– Дийана? – заметив, что я на него даже не смотрю, Ринар подошел ко мне и снова опустился на колени. – Посмотри на меня.

Горячие ладони легли на мои колени, обжигая кожу.

– Дийана, милая, – демон вздохнул и сдержанно улыбнулся, пытаясь меня… успокоить. – Мне очень жаль, что ты не так все поняла.

– Жаль? – удивилась я. – В тебе нет жалости, Ринар, ты демон, как и твой друг.

– Неужели? – он нахмурился, чуть сильнее сжав мои ноги в своих ладонях. – То, что я демон, не лишает меня жалости или человечности.

И с такой серьезностью он это сказал, что нервный смех сам вырвался из моей груди. Я себя не сдерживала, а заметив, с каким выражением Ринар наблюдает за моим приступом истерического смеха, расхохоталась еще сильнее.

– Все, я хочу спать, – я мотнула головой и, продолжая посмеиваться, попыталась встать, но мужские пальцы грубо обхватили мои щиколотки, возвращая обратно.

– Сидеть! – приказал Ринар, оставляя на коже синяки. – Ты себя убиваешь, Дийана. Твоя энергия сгорает.

– Ага, жалость, – всхлипнула я, мышцы на ногах свело от его хватки. – Отличная жалость! С собакой и то обращаются ласковее!

– Детка, – демон привстал, приблизив свое бледное лицо к моему. Я отпрянула, но спинка кресла не дала сильно отстраниться. – Мирны часто испытывают апатию и безразличие к жизни, но если хочешь знать, то все, кого я знал, и кто хоть на миг терял интерес к жизни – не имели ни единого шанса выжить…

– Ринар? – я перебила его, не дав договорить.

– Что?

Я п�